АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА
Именем Российской Федерации
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
арбитражного суда кассационной инстанции
г. Краснодар
Дело № А32-47162/2019
19 мая 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена 13 мая 2025 года
Постановление в полном объеме изготовлено 19 мая 2025 года
Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Глуховой В.В., судей Истоменок Т.Г. и Резник Ю.О., при участии в судебном заседании от конкурсного управляющего ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 18.08.2024), ФИО3 (доверенность от 26.08.2024), от ФИО4 – ФИО5 (доверенность от 25.11.2022), в отсутствие иных участвующих в деле лиц, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства путем размещения информации в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Южная строительная компания – Кубань» (ИНН: <***>) ФИО1 на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 26.11.2024 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.01.2025 по делу № А32-47162/2019 (Ф08-1526/2025), установил следующее.
В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Южная строительная компания – Кубань» (далее – должник) конкурсный управляющий ФИО1 (далее – конкурсный управляющий) обратилась в Арбитражный суд Краснодарского каря с заявлением о признании недействительными трех договоров купли-продажи от 24.01.2017 нежилых помещений площадью 48,3 кв. м., 51,4 кв.м., 60,9 кв.м., заключенных должником и ФИО4 (далее также – ответчик); применении последствий недействительности в виде возврата в конкурсную массу объектов недвижимости.
Определением от 26.11.2024, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 24.01.2025, в удовлетворении заявления отказано.
Конкурсный управляющий, не согласившись с принятыми судебными актами, обратился с кассационной жалобой, в которой просит отменить названные определение и постановление. Согласно доводам кассационной жалобы спорное имущество отчуждено безвозмездно, доказательства передачи денежных средств отсутствуют, что свидетельствует о заинтересованности ответчика по сделке, причинении вреда имущественным интересам кредиторов должника. Судами необоснованно учтены противоречивые объяснения бывшего директора должника ФИО6, который до настоящего времени не передал бухгалтерскую документацию должника, печати, штампы, а также приняты во внимание материалы доследственной проверки в отсутствие вступившего в законную силу приговора суда. Результаты первоначальной судебной экспертизы не могли быть положены в основу вывода о равноценности встречного предоставления, поскольку имеются нарушения в расчетах, что послужило основанием для направления материалов на повторную экспертизу. Суд не вызвал экспертов в судебное заседание, вопрос стандартов подборки аналогов не ставился перед экспертами. Не дана оценка доводам конкурсного управляющего об отсутствии у ответчика финансовой возможности приобретения спорного имущества, не исследованы фактические обстоятельства совершения сделок.
Представители конкурсного управляющего в судебном заседании поддержали доводы кассационной жалобы, просили отменить определение первой и постановление апелляционной инстанций.
Представитель ответчика в судебном заседании возражал против доводов кассационной жалобы, по основаниям, приведенным в отзыве, просил в удовлетворении жалобы отказать.
Иные лица, участвующие в обособленном споре, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, явку своих представителей не обеспечили, что не препятствует рассмотрению дела в их отсутствие.
Проверив обоснованность доводов, изложенных в кассационной жалобе, отзыве на нее, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа пришел к выводу о том, что определение первой и постановление апелляционной инстанции отмене не подлежат.
Из материалов дела усматриваются и судами установлены следующие обстоятельства.
ООО «Южная строительная компания 23» обратилось с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом), определением от 10.10.2019 заявление принято к производству. Решением от 19.07.2021 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утверждена ФИО1
В ходе исполнения должностных обязанностей конкурсный управляющий выявил, что 24.01.2017 должник (продавец) в лице директора ФИО6 и ответчик (покупатель) заключили три договора купли-продажи нежилых помещений, расположенных по адресу: <...>:
– нежилого помещения цокольного этажа № 54 здания литер под/А, общей площадью 48,3 кв. м, кадастровый номер 23:43:0137001:10218 (цокольный этаж),
– нежилого помещения здания литер под/А общей площадью 51,4 кв. м, кадастровый номер 23:43:0137001:9879, номер на поэтажном плане 53,64 (цокольный этаж)
– нежилого помещения здания литер под/А общей площадью 60,9 кв. м, кадастровый номер 23:43:0137001:10158, номер на поэтажном плане 52,65 (цокольный этаж).
Согласно пункту 4 договоров стоимость каждого нежилого помещения составила 1 млн рублей, уплачиваемых до подписания договора полностью. Стороны финансовых и имущественных претензий друг к другу не имеют.
Переход права собственности зарегистрирован 25.01.2017.
Ссылаясь на недействительность договоров купли-продажи на основании положений пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), конкурсный управляющий обратился в суд.
Руководствуясь статьями 61.1, 61.2 Закона о банкротстве, оценив представленные доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу об отсутствии оснований для признания спорных договоров недействительными и доказательств причинения вреда кредиторам должника.
Дело о банкротстве должника возбуждено 10.10.2019, договоры купли-продажи заключены 24.01.2017, то есть в течение трехлетнего периода подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.
В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.
В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве под вредом, причиненным имущественным правам кредиторов, понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.
Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий: стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации – десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.
Для признания сделки недействительной по указанному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.
Как следует из материалов дела и установлено судами, ответчик не является заинтересованным лицом по отношению к должнику. Ссылка конкурсного управляющего на данные из «Контр Фокус» не принята судами в качестве доказательств по делу, поскольку конкурсным управляющим не раскрыты обстоятельства, свидетельствующие об аффилированности должника и Краснодарского краевого общественного фонда социальной поддержки военнослужащих «Единство». В сведениях приведенного сервиса указано о том, что связь включает слишком большое количество промежуточных компаний. Факт пересечения ответчика и должника в участии в фонде, созданном в 1999 году и ликвидированном 17.12.2018, с основным видом деятельности «Деятельность прочих общественных организаций и некоммерческих организаций, кроме религиозных и политических организаций», в нарушение статьи 65 АПК РФ не подтвержден.
Возражений по приведенным выводам суда кассационная жалоба не содержит.
Указывая на наличие оплаты, ответчик представил квитанции к приходно-кассовым ордерам от 24.01.2017 № 1, 2 и 3, расписку от 24.01.2017 о передаче средств в сумме 3 млн. рублей директору должника – ФИО6, в счет оплаты за приобретение трех объектов недвижимости, копию решения учредителя должника № 2 о продаже указанных объектов. В качестве доказательств наличия финансовой возможности ответчик приобщил договоры о продаже имущества: от 07.04.2014 на 5 800 тыс. рублей, от 24.07.2014 на 4 100 тыс. рублей, от 24.05.2017 на 3 200 тыс. рублей, от 27.07.2017 на 3 550 тыс. рублей; а также выписку по счетам, согласно которым в разумный срок до заключения договоров от 24.01.2017 снял со счетов сумму в размере более 9 млн. рублей.
Конкурсный управляющий заявил ходатайство о фальсификации трех договоров купли-продажи и расписки о получении денежных средств директором по мотиву не соответствия давности изготовления и не соответствия подписи директора должника ФИО6
Судом первой инстанции заявление о фальсификации отклонено с помощью имеющихся в деле доказательств, в удовлетворении ходатайства о назначении почерковедческой экспертизы отказано.
Судами учтено, что договоры купли-продажи зарегистрированы в установленном порядке, ответчиком представлены расписки регистрирующего органа о принятии документов 24.01.2017, что исключает доводы в части пороков даты составления документов.
По заявлению ответчика, после представления нотариально заверенных объяснений ФИО6 (бывший директор должника), правоохранительными органами проведена проверка.
В ходе опроса ФИО6, осмотрев предъявленные ему на обозрение копии договоров 24.01.2017 и решения № 2, пояснил, что действительно подписывал данные документы. Решение о продаже ФИО4 недвижимости ФИО6, как генеральный директор ООО «Южная строительная компания – Кубань», принимал добровольно. Осмотрев предъявленную на обозрение светокопию расписки от 24.01.2017 о получении ФИО6 от ФИО4 денежных средств в сумме 3 млн. рублей за продаваемые нежилые помещения, ФИО6 пояснил, что подпись и почерк в данной расписке выполнены им, данную расписку он написал в помещении МФЦ после получения денег от ФИО4 Денежные средства, полученные от ФИО4, израсходованы для выплаты заработной платы работникам ООО «Южная строительная компания – Кубань», которые в 2017 году выполняли строительные работы в пос. Тамань Краснодарского края на объекте, расположенном по ул. Черноморской, а также потрачены на нужды предприятия. О поступлении в ООО «Южная строительная компания – Кубань» денежных средств возможно составлены приходные кассовые ордера.
В рамках проверки проведена почерковедческая судебная экспертиза, в соответствии с заключением которой от 05.11.2024 № 445/1, указано что подписи в копиях приходно-кассовых ордеров от 24.01.20217 № 1 – 3 выполнены «вероятно» ФИО6; ответить на вопрос категорично нет возможности в связи с краткостью подписей и отсутствием оригинала. Подписи от имени ФИО6 в решении № 2, в договорах от 24.01.2017 выполнены ФИО6 Рукописный текст расписки от 24.01.2017 о получении ФИО6 денежных средств в сумме 3 млн. рублей от ФИО4, выполнен ФИО6 Эксперт отдела судебных экспертиз ЭКО УМВД России по г. Краснодару предупрежден об уголовной ответственности по статье 307 УК РФ.
Кроме того, установлено, что в ходе проведения проверки опрошен ФИО6 с участием адвоката Габоева А.С., который пояснил, что в сентябре 2024 года с ФИО6 с абонентского номера <***> связалась помощник ФИО1, Татьяна и в ходе переписки посредством мессенджера WhatsApp Татьяна отправила ФИО6 ксерокопии расписки о получении денежных средств от ФИО4 и три договора купли-продажи нежилых помещений, заключенных между ФИО6 и ФИО4, а также задала ФИО6 вопрос, подписывал ли он данные документы, на что ФИО6 ответил, что подписывал. Данная переписка осмотрена нотариусом в ходе проведения проверки. 29.10.2024 врио нотариуса Краснодарского нотариального округа ФИО7 – ФИО8, по заявлению ФИО6 произвел осмотр переписки с номером телефона <***> в приложении «WhatsApp». Протоколом осмотра доказательств от 29.10.2024 зафиксирована переписка в приложении «WhatsApp» с абонентским телефоном <***>. По информации из открытых источников, указанный номер телефона <***> находится в пользовании представителя конкурсного управляющего ФИО1 – ФИО3. Из зафиксированной нотариусом переписки следует, что 17.09.2024 с номера телефона <***> Татьяна отправила ФИО6 текст заявления, согласно которому ФИО6 под влиянием ФИО9, не читая, подписал договоры купли-продажи нежилых помещений, расположенных по адресу: <...>, ФИО4, при этом денежные средства от ФИО4 не получал. Распечатав данное заявление, ФИО6 направился в нотариальную контору, расположенную по адресу: <...>, где обратился к нотариусу, который заверил вышеуказанное заявление. Данное заявление ФИО6 по указанию Татьяны принес в Арбитражный суд Краснодарского края. В действительности, согласно данных ФИО6 пояснений в ходе опроса, договоры с ФИО4 ФИО6 заключал добровольно, денежные средства в размере 3 млн. рублей за продаваемые нежилые помещения ФИО4 передал ФИО6 непосредственно перед подписанием договоров в помещении МФЦ.
С учетом полученных в результате доследственных мероприятий данных и результатов заключения почерковедческой экспертизы, суд первой инстанции правомерно отклонил ходатайство о фальсификации доказательства как необоснованное. Основания для иной правовой оценки у суда округа отсутствуют.
Довод кассационной жалобы о том, что эксперту в рамках проведенной доследственной проверке не ставился вопрос о давности выполнения подписи ФИО6 в расписке опровергается материалами дела. Эксперту ставился вопрос о давности расписки и на него получен однозначный ответ.
Судом апелляционной инстанции критически оценен довод конкурсного управляющего о том, что не учтена противоречивая позиция бывшего руководителя должника ФИО6 Согласно представленным ФИО6 дополнениям в возражении на апелляционную жалобу, поддержанным представителем последнего в судебном заселении апелляционного суда, пояснения от его имени подготовлены помощником конкурсного управляющего под условием снятия с бывшего руководителя наложенных в рамках настоящего дела о банкротстве ограничений. Указанное подтверждается содержанием переписки с ФИО6, приобщенной самим представителем конкурсного управляющего ФИО3 в материалы электронного дела 20.11.2024, согласно которой обращение с заявлением к нотариусу и явка в судебное заседание обусловлены давлением указанного представителя на бывшего руководителя должника:
– переписка от 13.09.2024 "Я надеюсь наши совместные действия приведут к нужному результату";
– переписка от 17.09.2024 текст заявления подготовлен самим представителем конкурсного управляющего и направлен ФИО6 для обращения к нотариусу под условием возможности выезда за границу;
– переписка от 10.10.2024 в ответ на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности "когда были в Краснодаре договорились совсем о другом" и о необходимости пояснений о том, что "фактическим руководителем был Хумаров", "необходимо убедить суд, что не имел отношения к этой компании";
– переписка от 28.10.2024, 11.11.2024 и 12.11.2024 об обещании направить заявление об окончании исполнительного производства, и т.д.
На рассмотрение суда в рамках настоящего дела находится обособленный спор по заявлению конкурсного управляющего к ФИО9 и ФИО6 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника (судебное заседание отложено на 10.12.2025), в связи с чем суд апелляционной инстанции указал на то, что получение доказательств вышеназванным способом является недопустимом и противоречит требованиям статьи 65 АПК РФ.
Проанализировав документы, результаты почерковедческой экспертизы в рамках доследственной проверки, пояснения бывшего руководителя должника, данные в рамках доследственных действий, и обстоятельств (наличия давления со стороны представителя конкурсного управляющего) подготовки заявления от имени ФИО6 и дачи последним пояснений в судебном заседании, апелляционный суд признал, что заявленные возражения не опровергают установленные по делу фактические обстоятельства и не влекут необходимость проведения экспертного исследования. Обоснованность заявления о фальсификации по существу проверена судами путем оценки на относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ. Исходя из оценки совокупности представленных в материалы дела доказательств, суд апелляционной инстанции правомерно не усмотрел предусмотренных статьей 82 АПК РФ оснований для удовлетворения ходатайства о назначении по делу судебной почерковедческой экспертизы.
Довод заявителя о том, что заключение эксперта в рамках проведенной правоохранительными органами проверки, в отсутствие вступившего в законную силу приговора суда, не могло быть принято судами в качестве доказательства, поскольку не является таковым в рамках арбитражного процесса, подлежит отклонению.
Частью 1 статьи 89 АПК РФ предусмотрено, что иные документы и материалы допускаются в качестве доказательств, если содержат сведения об обстоятельствах, имеющих значение для правильного рассмотрения дела.
В соответствии с абзацем вторым пункта 3 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 01.03.2011 № 273-О-О доказательства, полученные в уголовно-процессуальном порядке, могут быть использованы в арбитражном процессе для установления наличия или отсутствия обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле при условии, если арбитражный суд признает их относимыми и допустимыми (часть 1 статьи 65, статьи 67 и 68 АПК Российской Федерации). При этом разрешение вопросов об относимости и допустимости представленных сторонами доказательств, а также их оценка являются прерогативой арбитражного суда.
В рассмотренном случае заключение эксперта Отдела судебных экспертиз экспертно-криминалистического отдела Управления МВД России по городу Краснодару и факты относимы к рассматриваемому спору, в связи с чем правомерно учтены судами первой и апелляционной инстанций.
Согласно выписке из ЕГРН, спорные объекты на дату рассмотрения спора принадлежали ответчику, который пояснил о том, что стоимость имущества обусловлена его состоянием (отсутствием какого-либо ремонта и отсутствием самостоятельной входной группы с ул. Ишунина) и соответствовала кадастровой стоимости объектов (всего за три объекта 3 563 752 рублей 50 копеек). В материалы дела ответчиком представлены доказательства проведения ремонта помещений: проектная документация по ремонту с отделочными работами, заявление в управляющую компанию с просьбой согласовать обустройство входа, ответ управляющей компании, протокол осмотра доказательств переписки ответчика с ФИО10, который выполнял строительные работы по устройству входной группы, договор с арендатором.
При рассмотрении спора судом первой инстанции по делу проведена первоначальная и повторная экспертиза. Вопреки доводам кассационной жалобы назначение повторной экспертизы как следует из текста определения от 22.03.2024 мотивировано судом имеющимися между сторонами разногласиями в части стоимости имущества, а не пороками экспертного заключения.
Согласно заключению первоначальной экспертизы от 28.06.2023 № ЭБП-7-892/2023 рыночная стоимость нежилого помещения с кадастровым номером 23:43:0137001:10218 составляет 935 808 рублей, с кадастровым номером 23:43:0137001:9879 – 995 602 рублей, с кадастровым номером 23:43:0137001:10158 – 1 179 614 рублей.
В соответствии с заключением повторной экспертизы от 03.06.2024 № 24/101, рыночная стоимость нежилого помещения с кадастровым номером 23:43:0137001:10218 составляет 1 696 тыс. рублей; с кадастровым номером 23:43:0137001:9879 – 2 130 тыс. рублей; с кадастровым номером 23:43:0137001:10158 – 2 523 тыс. рублей.
Конкурсный управляющий также представил два отчета об оценке:
– от 25.11.2022 №398-370/22, в котором рыночная стоимость нежилого помещения с кадастровым номером 23:43:0137001:10218 составляет 2 249 тыс. рублей; с кадастровым номером 23:43:0137001:9879 – 2 393 тыс. рублей; с кадастровым номером 23:43:0137001:10158 – 2 836 тыс. рублей.
– от 28.09.2023 № 19678, в котором рыночная стоимость нежилого помещения с кадастровым номером 23:43:0137001:10218 составляет 2 633 тыс. рублей; с кадастровым номером 23:43:0137001:9879 – 2 776 тыс. рублей; с кадастровым номером 23:43:0137001:10158 – 3 203 тыс. рублей.
Оценив все представленные документы о стоимости спорного имущества, суд первой инстанции принял во внимание заключение первоначальной экспертизы, поскольку при определении стоимости при повторной экспертизы приняты аналоги, отличающиеся от предмета спора: аналоги № 1 и 3 расположены на первом этаже, в то время как спорное имущество находится в цокольном этаже, что существенно влияет на его стоимость, более того, согласно приложенных объявлений аналоги № 1 – 4 находились в состоянии с выполненным ремонтом, тогда как спорное имущество на 24.01.2017 находилось в состоянии «черновой отделки».
Принятая судом первой инстанции цена также соотносится с кадастровой стоимостью объектов (всего 3 563 752 рубле 50 копеек).
Допустимость использования кадастровой стоимости объектов недвижимости для оценки сделки по отчуждению имущества по заниженной цене сформулирована в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.06.2013 № 10761/11, определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 05.12.2016 № 305-ЭС16-11170, от 22.02.2018 № 306-ЭС17-17171.
Так, кадастровая и рыночная стоимости объектов взаимосвязаны. Кадастровая стоимость по существу отличается от рыночной методом ее определения (массовым характером). Установление рыночной стоимости, полученной в результате индивидуальной оценки объекта, направлено, прежде всего, на уточнение результатов массовой оценки, полученной без учета уникальных характеристик конкретного объекта недвижимости.
По общему правилу, кадастровая стоимость должна соответствовать действительной стоимости недвижимого имущества. Соответственно, при формировании условий сделки купли-продажи продавец обязан принимать во внимание объективные данные о рыночной стоимости отчуждаемого имущества.
В реестр кредиторов должника включены требования ООО «Кубанское ипотечное агентство» в размере 36 886 856 рублей 40 копеек, основанные на соглашении о расторжении инвестиционного договора от 30.12.2016, в котором предусмотрен сроки возврата должником денежных средств – до 31.12.2017 (решение Арбитражного суда Краснодарского края от 08.10.2018 по делу № А32-11006/2018). Требование ООО «Олимп» в размер 581 490 рублей 15 копеек субординировано судом в реестре, поскольку согласно решению Арбитражного суда Краснодарского края от 13.05.2019 по делу № А32-12626/2019 иск удовлетворен исходя из признания должником требований в полном объеме (отчет конкурсного управляющего, приобщенный в материалы электронного дела 13.01.2025, определение от 17.09.2020 по настоящему делу).
Таким образом, суды первой и апелляционной инстанций пришли к обоснованному выводу о том, что доказательства осведомленности ФИО4 о наличии у должника признаков неплатежеспособности на момент совершения сделок (24.01.2017), о возможном причинении вреда кредиторам должника не представлено.
Доводы кассационной жалобы повторяют доводы апелляционной жалобы, были предметом рассмотрения апелляционного суда, получили надлежащую правовую оценку, направлены на переоценку доказательств, которые суды оценили с соблюдением норм главы 7 АПК РФ, и на установление новых обстоятельств.
Иная оценка заявителем жалобы установленных по делу обстоятельств и ошибочное понимание норм процессуального права не опровергают выводы судов. У суда кассационной инстанции в силу предоставленных полномочий отсутствуют основания для переоценки выводов судов первой и апелляционной инстанций (статьи 286 и 287 АПК РФ).
Основания для отмены или изменения обжалуемых судебных актов по приведенным в кассационной жалобе доводам отсутствуют. Нарушения процессуальных норм, влекущие отмену судебных актов (часть 4 статьи 288 АПК РФ), не установлены.
В соответствии со статьей 110 АПК РФ в связи с отказом в удовлетворении кассационной жалобы, расходы за подачу кассационной жалобы (50 тыс. рублей) подлежат отнесению на должника.
Руководствуясь статьями 274, 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа
ПОСТАНОВИЛ:
определение Арбитражного суда Краснодарского края от 26.11.2024 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.01.2025 по делу № А32-47162/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.
Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
Председательствующий В.В. Глухова
Судьи Т.Г. Истоменок
Ю.О. Резник