СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, <...>

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 17АП-9583/2025(1)-АК

г. Пермь

25 декабря 2025 года Дело № А50-16127/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 22 декабря 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 25 декабря 2025 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Шаркевич М.С.

судей Плаховой Т.Ю., Чепурченко О.Н.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Охотниковой О.И.,

при участии:

от ФИО1: ФИО2, паспорт, доверенность от 20.10.2023,

в отсутствие иных лиц, участвующих, в деле,

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в заседании суда апелляционную жалобу ФИО1

на определение Арбитражного суда Пермского края от 24 сентября 2025 года о завершении процедуры реализации имущества должника и освобождении должника от дальнейшего исполнения требований кредиторов, том числе требований кредиторов, не заявленных в рамках соответствующей процедуры, за исключением обязательств перед кредитором ФИО3 в сумме 395 960,27 руб.,

вынесенное в рамках дела № А50-16127/2023 о признании ФИО1 (ИНН <***>) несостоятельным (банкротом),

установил:

ФИО1 (далее - должник) 30.06.2023 обратился в Арбитражный суд Пермского края с заявлением о признании его несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 05.07.2023 заявление принято к производству.

Решением суда от 03.10.2023 должник признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО4

От должника в арбитражный суд 09.07.2025 поступило ходатайство о завершении процедуры реализации имущества гражданина, которое определением суда от 10.07.2025 было принято к производству и назначено к рассмотрению на 28.07.2025.

Представитель ФИО3 представил письменную позицию, ходатайствовал о неприменении правила об освобождения должника от исполнения обязательств.

Финансовый управляющий представил в суд письменные пояснения, считает, что должник не подлежит освобождению от исполнения обязательств.

Финансовый управляющий представил отчет по результатам процедуры реализации имущества должника, анализ сделок должника, финансовый анализ, заключение о наличии (отсутствии) признаков фиктивного или преднамеренного банкротства.

Определением суда от 24.09.2025 (резолютивная часть от 10.09.2025) процедура реализации имущества в отношении ФИО1 завершена, должник освобожден от исполнения обязательств перед кредиторами за исключением обязательств перед ФИО3 в размере 395 960,27 руб.

Не согласившись с вынесенным определением, должник обратился с апелляционной жалобой, в которой просит указанный судебный акт отменить в части неприменения в отношении должника положений п. 3 ст. 213.38 Закона о банкротстве об освобождении от обязательств перед кредитором ФИО3, вынести новый судебный акт, которым освободить его от дальнейшего исполнения денежных обязательств.

Апеллянт оспаривает выводы суда о наличии оснований для неприменения правил об освобождении от обязательств. Отмечает, что должник к уголовной или административной ответственности не привлекался, в процедуре банкротства действовал добросовестно, от уплаты задолженности не уклонялся, не скрывал и не уничтожал имущество. Полагает, что принятие на себя непосильных обязательств из-за необъективной оценки собственных финансовых возможностей не может являться основанием для не освобождения от долгов. Обращает внимание на то, что судом первой инстанции не были учтены данные должником пояснения об обстоятельствах принятия на себя заемных обязательств. Оспаривает выводы суда о том, что должник проигнорировал запрос финансового управляющего о предоставлении сведений. Отмечает, что по состоянию здоровья должник не может выходить из дома, всю почту ему приносит почтальон на дом. За весь период процедуры банкротства в адрес должника от конкурсного управляющего поступило единственное требование о предоставлении доступа в квартиру, иных требований не поступало. В определениях от 20.05.2024, 26.06.2024, 03.07.2024, 05.09.2024, 10.07.2025, 28.07.2025 суд не указывал на необходимость должнику представить какие-либо сведения или документы.

От кредитора ФИО3 поступил отзыв об отказе в удовлетворении апелляционной жалобы.

В судебном заседании представитель должника поддержал доводы апелляционной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные о месте и времени судебного заседания надлежащим образом, явку своих представителей в суд апелляционной инстанции не обеспечили. В соответствии с ч. 3 ст. 156, ст. 266 АПК РФ неявка лиц, участвующих в деле, не является препятствием для рассмотрения апелляционной жалобы в их отсутствие.

Согласно ч. 5 ст. 268 АПК РФ в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность судебного акта только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

В п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» (далее - Постановление № 12) разъяснено, что при применении ч. 5 ст. 268 АПК РФ необходимо иметь в виду следующее: если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, суд апелляционной инстанции в судебном заседании выясняет мнение присутствующих в заседании лиц относительно того, имеются ли у них возражения по проверке только части судебного акта, о чем делается отметка в протоколе судебного заседания. При непредставлении лицами, участвующими в деле, указанных возражений до начала судебного разбирательства суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в ч. 4 ст. 270 АПК РФ.

С учетом положений ст. 266, ч. 5 ст. 268 АПК РФ и п. 27 Постановления № 12, а также отсутствия соответствующих возражений лиц, участвующих в деле, законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции только в обжалуемой части (в части отказа в освобождении от обязательств перед ФИО3).

Как следует из материалов дела, решением суда от 03.10.2023 должник признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО4

Из отчета финансового управляющего следует, что требования кредиторов первой и второй отсутствуют, в третью очередь реестра требований кредиторов включены требования единственного кредитора ФИО3, в общем размере 395 960,27 руб., данные требования не погашены.

Определением суда от 13.02.2024 Федеральной налоговой службе в лице Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 21 по Пермскому краю отказано в удовлетворении заявления о включении в реестр требований кредиторов задолженности в размере 720,83 руб., в связи с её погашением должником.

Текущие расходы финансового управляющего в процедуре банкротства составили 12 323,22 руб.

Конкурсная масса не сформирована.

Какое-либо имущество, подлежащее реализации в процедуре банкротства, финансовым управляющим не выявлено.

Должник в браке не состоит, несовершеннолетних детей на иждивении не имеет, не трудоустроен, является получателем пенсии с июня 2013 года бессрочно.

Согласно ответу из СФР, должник является получателем социальной (государственной) пенсии по инвалидности в размере 8 226,33 руб., ежемесячной денежной выплаты по категории «Инвалид (2 группа)» в размере 3 540,76 руб. и федеральной социальной доплаты к пенсии в размере 707,41 руб., сведений о его трудоустройстве не имеется. Общая сумма получаемой пенсии составляет 12 474,50 руб. Прожиточный минимум в 2024 году для нетрудоспособного населения на территории Российской Федерации составлял 13 290 руб., таким образом, размер получаемых должником выплат менее размера прожиточного минимума.

Сделок, подлежащих оспариванию, не выявлено.

Заключение о наличии (отсутствии) признаков преднамеренного или фиктивного банкротства от 25.04.2024 финансовым управляющим сделан вывод об отсутствии признаков преднамеренного и фиктивного банкротства (л.д. 77-78 т. 2).

При этом в заключении от 08.09.2025 финансовый управляющий указал на невозможность проведения проверки признаков фиктивного и преднамеренного банкротства в связи с отсутствием ответа на запрос финансового управляющего (л.д. 126 т. 2).

Ссылаясь на то, что все необходимые мероприятия, связанные с процедурой банкротства должника, завершены, финансовый управляющий должника обратился в арбитражный суд с ходатайством о завершении процедуры реализации имущества должника.

Кредитор ФИО3 просила не применять в отношении должника правила об освобождении от обязательств, ссылаясь на то, что должник создал задолженность исключительно с целью не возврата долга, не предпринимал действий по ее погашению, погасил требования уполномоченного органа с целью непредоставления уполномоченным органом компрометирующих сведений в отношении должника.

От финансового управляющего поступили письменные пояснения, согласно которым после получения сообщения от кредитора ФИО5 с требованием направить заявление о возбуждении уголовного дела в отношении ФИО1 (должника), финансовый управляющий направил заявление в правоохранительные органы. В дальнейшем при посредничестве ФИО3 финансовым управляющим было получено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, мотивированное тем, что возникшие правоотношения между кредитором и должником имеют гражданско-правовой характер, а значит, оснований для возбуждения уголовного дела не имеется. Финансовый управляющий направил запрос в адрес должника с просьбой предоставить ему информацию о том, из каких доходов он планировал погашать свою задолженность перед кредитором, причины непогашения задолженности, а также развернутую информацию о том, на что конкретно им были потрачены денежные средства. Ответа на запрос финансового управляющего не последовало.

Финансовый управляющий полагает, что должник при получении денежных средств от кредитора принял на себя заведомо невыполнимые обязательства, а значит, он не подлежит освобождению от дальнейшего исполнения принятых на себя обязательств.

Суд первой инстанции, проанализировав имеющиеся в деле доказательства, завершил процедуру реализации имущества должника, освободил должника от дальнейшего исполнения обязательств, за исключением обязательств перед ФИО3

Как было указано выше, судебный акт обжалуется только в части неприменения к должнику правил об освобождении гражданина от обязательств перед ФИО3

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, отзыва, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, арбитражный апелляционный суд пришел к следующим выводам.

В соответствии с п. 1 ст. 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд отчет о результатах реализации имущества гражданина с приложением копий документов, подтверждающих продажу имущества гражданина и погашение требований кредиторов, а также реестр требований кредиторов с указанием размера погашенных требований кредиторов.

Согласно п. 2 ст. 213.28 Закона о банкротстве по итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина.

Поскольку материалами дела и фактическими обстоятельствами по делу установлено отсутствие у должника иного имущества, а также отсутствие возможности пополнения конкурсной массы должника для последующей реализации данного имущества с целью проведения расчетов с кредиторами, суд апелляционной инстанции соглашается с позицией суда первой инстанции о необходимости завершения процедуры реализации имущества в отношении должника. В указанной связи суд первой инстанции законно и обоснованно завершил процедуру реализации имущества должника.

В п. 3 ст. 213.28 Закона о банкротстве указано, что после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина (далее - освобождение гражданина от обязательств).

Из разъяснений, данных в п.п. 45, 46 Постановления Пленума Верховного Суда от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее – Постановление № 45) следует, что согласно абз. 4 п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе совершил действия, указанные в этом абзаце. Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах.

По общему правилу вопрос о наличии либо отсутствии обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, разрешается судом при вынесении определения о завершении реализации имущества должника (абз. 5 п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве, п. 45 Постановления № 45).

Законом о банкротстве в п. 4 ст. 213.28 определен перечень обстоятельств, при установлении которых суд в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств. В частности, освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если:

вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина;

гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина;

доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

Освобождение должника от неисполненных им обязанностей зависит от добросовестности его поведения, сотрудничества с судом и финансовым управляющим при проведении процедуры банкротства.

Исходя из задач арбитражного судопроизводства (ст. 2 АПК РФ), целей реабилитационных процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина и последствий признания гражданина банкротом (абз. 17, 18 ст. 2 и ст. 213.30 Закона о банкротстве), возможности заключения мирового соглашения на любой стадии рассмотрения спора (ст. 139 АПК РФ, абз. 19 ст. 2, ст. 213.31 Закона о банкротстве), а также с учетом вышеприведенных разъяснений Постановления № 45, в процедуре банкротства граждан, с одной стороны, добросовестным должникам предоставляется возможность освободиться от чрезмерной задолженности, не возлагая на должника большего бремени, чем он реально может погасить, а с другой стороны, у кредиторов должна быть возможность удовлетворения их интересов, препятствуя стимулированию недобросовестного поведения граждан, направленного на получение излишних кредитов без цели их погашения в надежде на предоставление возможности полного освобождения от задолженности посредством банкротства.

В случаях, когда при рассмотрении дела о банкротстве будут установлены признаки преднамеренного или фиктивного банкротства либо иные обстоятельства, свидетельствующие о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам (принятие на себя заведомо неисполнимых обязательств, предоставление банку заведомо ложных сведений при получении кредита, сокрытие или умышленное уничтожение имущества, неисполнение указаний суда о предоставлении информации и тому подобное) суд, руководствуясь ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), вправе в определении о завершении реализации имущества должника указать на неприменение в отношении данного должника правила об освобождении от исполнения обязательств.

Следовательно, отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами.

Как следует из разъяснений, изложенных в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» при наличии обоснованного заявления участвующего в деле лица о недобросовестном поведении должника либо при очевидном для суда отклонении действий должника от добросовестного поведения суд при рассмотрении дела исследует указанные обстоятельства и ставит на обсуждение вопрос о неприменении в отношении должника правил об освобождении от обязательств.

При распределении бремени доказывания по вопросу об установлении наличия либо отсутствия обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, необходимо исходить из презумпции добросовестности и добропорядочности гражданина до тех пор, пока не установлено обратное (п. 5 ст. 10 ГК РФ). Эта презумпция, исходя из своего содержания, влияет на распределение обязанности по доказыванию, вследствие чего финансовый управляющий, кредиторы должны доказать наличие оснований для неосвобождения должника-гражданина от обязательств.

При этом, несмотря на действие указанной выше презумпции, должник вправе представлять свои доказательства, обосновывающие его добросовестное поведение при ведении процедуры банкротства. Кроме того, при определении добросовестности поведения должника суду следует принимать во внимание и причину, в результате которой возникла его неплатежеспособность.

Определением суда от 25.01.2024 требования ФИО3 в общем размере 395 960,27 руб., в том числе 350 000 руб. - долг, 30 960,27 руб. - проценты, 15 000 руб. - расходы по оплате услуг представителя, включены в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО1

Данные требования основаны на заочном решении Свердловского районного суда г. Перми от 04.04.2024 по делу № 2-2361/2022 и определении Свердловского районного суда г.Перми от 23.06.2023 по делу № 2-2361/2022.

Возражая против освобождения должника от исполнения обязательств, кредитор ФИО3 ссылалась на то, что должник создал задолженность исключительно с целью не возврата долга, не предпринимал действий по ее погашению, погасил требования уполномоченного органа, с целью непредоставления уполномоченным органом компрометирующих сведения в отношении должника.

Финансовый управляющий, ссылаясь на то, что размер получаемых должником выплат составляет 12 474,50 руб., то есть менее прожиточного минимума, полагает, что должник при получении денежных средств от кредитора принял на себя заведомо невыполнимые обязательства, соответственно не подлежит освобождению от дальнейшего исполнения принятых на себя обязательств.

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что должник действовал недобросовестно при исполнении обязательств, что влечет неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств (п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве).

Между тем, судом первой инстанции не было учтено следующее.

В Определении Верховного Суда Российской Федерации от 03.06.2019 № 305-ЭС18-26429 по делу № А41-20557/2016 приведена правовая позиция, согласно которой принятие на себя непосильных долговых обязательств из-за необъективной оценки собственных финансовых возможностей и жизненных обстоятельств не может являться основанием для неосвобождения от долгов. В отличие от недобросовестности, неразумность поведения физического лица таким препятствием не является.

Само по себе обстоятельство отсутствия достаточного дохода для погашения требований кредиторов не свидетельствует о недобросовестном поведении должника при принятии на себя обязательств.

Из представленных документов не следует, что у должника имелась реальная возможность погасить требования кредиторов, скрывалась какая-либо информация.

Так, из материалов дела следует, что должник является инвалидом, с июня 2013 год является получателем пенсии бессрочно. Размер пенсии не превышает прожиточного минимума и составляет 12 474,50 руб. Проживает вместе с бабушкой.

Таким образом, учитывая конкретные обстоятельства настоящего дела, отсутствуют какие-либо основания полагать возможным улучшение финансового состояния должника, в результате чего в будущем он сможет погасить требования кредитора.

При этом кредитор ФИО3, зная о состоянии здоровья должника, отсутствие у него дохода от трудовой деятельности, проявляя должную степень заботы и осмотрительности, должна была оценить соответствующие риски выдачи займа.

Погашение требований уполномоченного органа в размере 720,83 руб. не свидетельствует о злоупотреблении должником своими правами и злостном уклонении от погашения требований ФИО3 с учетом малозначительности погашенной в пользу уполномоченного органа суммы.

Кроме того, вопреки доводам финансового управляющего о непредставлении должником пояснений относительно расходования полученных от ФИО3 денежных средств, суд апелляционной инстанции отмечает, что в материалах дела имеются пояснения должника о расходовании денежных средств и обстоятельствах возникновения долга, поступившие в суд 26.09.2023 (л.д. 36 т. 1), а также отзыв должника, поступивший в суд 25.04.2024 (л.д. 10 т. 2).

Также в материалах дела имеется электронная переписка между должником и финансовым управляющим, согласно которой должник предоставлял финансовому управляющему имеющиеся у него документы (л.д. 165 т. 1, л.д. 51-55 т. 2).

Таким образом, должник сотрудничал с финансовым управляющим.

Должник утверждает, что задолженность перед кредитором ФИО3 фактически погашена, в обоснование чего приводит следующие пояснения. Так, должник указал, что в течение 2019 года занял у ФИО3 денежные средства в общей сумме 260 000 руб. В феврале 2020 года им и его бабушкой по давлением ФИО3 и ее родственников изготовлено две расписки: от имени бабушки – на сумму 260 000 руб., от имени должника – на 350 000 руб. (260 000 руб. долга + 90 000 руб. процентов).

ФИО6 (бабушка) должника производила погашение задолженности, решением Свердловского районного суда г. Перми от 01.06.2021 по делу № 2-1920/2021 с нее взыскана непогашенная задолженность в размере 170 650 руб. – долг, 11 791,89 руб. – проценты. После вынесения указанного судебного акта в соответствии с представленными в материалы дела копиями расписок задолженность погашена.

Между тем затем ФИО3 обратилась с иском о взыскании задолженности на основании расписки, составленной непосредственно должником.

Заочным решением Свердловского районного суда г. Перми от 04.02.2022 по делу № 2-2361 с должника в пользу ФИО3 взыскана задолженность в размере 350 000 руб. – долг, 30 960,27 руб. – проценты.

В ходе рассмотрения указанного спора должник приводил суду позицию, аналогичную изложенной в настоящем деле, о том, что фактически производимые ФИО7 выплаты производятся в счет погашения задолженности должника.

С учетом последовательности занимаемой должником позиции и нелогичности поведения кредитора, который будучи очевидно осведомленным о неудовлетворительном финансовом состоянии должника, выдает заем в размере 260 000 руб. по расписке от 28.06.2019 проживающей совместно с должником ФИО6, а затем, при непогашении указанного займа, по расписке от 21.03.2020 передает денежные средства в размере 350 000 руб. непосредственно должнику, апелляционная коллегия полагает соответствующие пояснения должника заслуживающими внимания.

С учетом имеющихся в материалах дела доказательств и изложенных обстоятельств, суд апелляционной инстанции не может согласиться с позицией суда первой инстанции о наличии признаков недобросовестного поведения на стороне должника.

Учитывая вышеизложенные обстоятельства в их взаимосвязи и совокупности, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для констатации факта того, что при возникновении обязательства перед ФИО3 должник действовал незаконно, предоставил кредитору заведомо ложные сведения, а впоследствии злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности.

В рассматриваемом случае анализ финансового состояния должника признаков преднамеренного и фиктивного банкротства не выявил, умышленное уменьшение имущества и увеличение обязательств управляющим не установлены, сокрытие или уничтожение имущества должника и сообщение им недостоверных сведений не установлено, в ходе процедуры банкротства должник действовал открыто и добросовестно, предоставлял все имеющиеся у него документы и информацию о кредиторах, о составе обязательств, своего имущества и месте его нахождения, иные имеющие отношение к делу о банкротстве сведения, не вводил в заблуждение о своем финансовом состояния, а само по себе неисполнение должником своих обязательств в силу объективных обстоятельств, а также отсутствие у него достаточного имущества не может служить основанием для отказа в освобождении должника от обязательств.

Основной задачей института потребительского банкротства является социальная реабилитации гражданина - предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, что в определенной степени ущемляет права кредиторов должника. Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности, подразумевающие помимо прочего честное сотрудничество с финансовым управляющим и кредиторами, открытое взаимодействие с судом.

Доказательств того, что должник действовал незаконно, был привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве в материалы дела также не представлено.

Таким образом, с учетом наличия исчерпывающих и непротиворечивых пояснений должника относительно обстоятельств возникновения кредиторской задолженности, презумпции добросовестности, отсутствии иных предусмотренных пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве обстоятельств, выявленных в ходе дела о несостоятельности (банкротстве) должника суд первой инстанции пришел к неверному выводу о недопустимости применения к должнице правил об освобождении от исполнения требований кредиторов.

Учитывая изложенное, определение суда в обжалуемой части подлежит изменению. Должник подлежит освобождению от дальнейшего исполнения требований кредиторов, том числе требований кредиторов, не заявленных в рамках соответствующей процедуры.

В силу подпункта 4 пункта 1 статьи 333.37 Налогового кодекса Российской Федерации должник освобожден от уплаты государственной пошлины по рассматриваемому требованию.

Руководствуясь статьями 104, 110, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Пермского края от 24 сентября 2025 года по делу № А50-16127/2023 изменить.

Изложить резолютивную часть определения Арбитражного суда Пермского края от 24 сентября 2025 года по делу № А50-16127/2023 в следующей редакции:

«Завершить процедуру реализации имущества в отношении ФИО1.

Применить в отношении ФИО1 правила об освобождении от обязательств».

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.

Председательствующий

М.С. Шаркевич

Судьи

Т.Ю. Плахова

О.Н. Чепурченко