ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД
191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А
http://13aas.arbitr.ru
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
г. Санкт-Петербург
20 мая 2025 года
Дело №А21-13/2024
Резолютивная часть постановления объявлена 13 мая 2025 года
Постановление изготовлено в полном объеме 20 мая 2025 года
Тринадцатый арбитражный апелляционный суд
в составе:
председательствующего Аносовой Н.В.
судей Бурденкова Д.В., Серебровой А.Ю.
при ведении протокола судебного заседания: секретарем судебного заседания Вороной Б.И.
при участии: согласно протоколу судебного заседания от 13.05.2025
рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационный номер 13АП-7045/2025, 13АП-5707/2025) ФИО1 и ФИО2 на определение Арбитражного суда Калининградской области от 10.02.2025 по обособленному спору № А21-13/2024/-1 (судья Павлюченкова В.А.), принятое по заявлению ФИО3 о включении требования в реестр требований кредиторов должника
в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО4,
установил:
Решением Арбитражного суда Калининградской области от 29.02.2024 в отношении ФИО4 (дата рождения: 27.10.1960, место рождения: с. З-Речка, Хабаровского района, Алтайского края, дата смерти: 10.06.2023, ИНН <***>) введена процедура банкротства -реализация имущества гражданина, финансовым управляющим должника утвержден ФИО5. Соответствующая информация опубликована в газете «Коммерсантъ» №46 от 16.03.2024.
18.03.2024 в арбитражный суд поступило требование ФИО3 о включении в реестр требований кредиторов с суммой 58 116 123,20 руб., из указанной суммы основной долг 55 614 272,00 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами 2 501 851,19 руб.
Определением от 10.02.2025 суд заявление удовлетворил.
ФИО1 и ФИО2 не согласились с вынесенным определением и обратились с апелляционными жалобами, в которых просили определение суда отменить и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления.
По мнению ФИО1, судом первой инстанции не учтено, что в материалы дела не представлено достоверных доказательств наличия у ФИО6 финансовой возможности для предоставления займа. При этом, ФИО1 полагал, что к доводам и доказательствам ФИО6 подлежит применению судом повышенный стандарт доказывания - "вне всяких разумных сомнений" (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 15.09.2020 N 308- ЭС19-9133(10)). Также ФИО1 ссылался на то, что ФИО6 не даны пояснения относительно экономической выгоды от заключения беспроцентного договора займа. Помимо прочего, податель жалобы указал на неверный расчет процентов по статье 395 ГК РФ, ввиду того, что начисление процентов за пользование чужими денежными средствами за период действия моратория (с 01.04.2022 по 30.09.2022) является необоснованным.
ФИО2 также полагал, что материалы дела не содержат доказательств взятия ФИО6 денежных средств у ФИО7 для последующей передачи их должнику. При этом, в материалы дела не представлено доказательств и возврата ФИО7 денежных средств по займам.
В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ФИО1 доводы жалоб поддержал.
Представитель ФИО3 возражал против удовлетворения жалобы по основаниям, изложенным в отзыве. Не возражал против уменьшения суммы процентов в связи с действием моратория.
Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в суд не направили, в связи с чем дело рассмотрено в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 N 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов».
Законность и обоснованность определения суда проверены в апелляционном порядке.
Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, задолженность, заявленная ФИО3, возникла из договора займа от 24.06.2017, в соответствии с которым заимодавец передает в собственность заемщику денежные средства в размере 535 ООО долларов США и 65 000 Евро (сумма займа представлена в иностранной валюте), а заемщик обязуется вернуть заимодавцу сумму займа в размере и сроки, предусмотренные договором (п. 1.5 договора).
Согласно пункту 1.4. заем предоставляется частями, первая часть суммы предоставляется после подписания договора, остальные денежные средства предоставляются по соглашению сторон, и оформляются расписками, составленными в простой письменной форме.
В соответствии с пунктом 1.5. договора заемщик возвращает заимодавцу сумму займа не позднее 24.06.2020.
Должником обязательства не исполнены в полном объеме и составляют 58 116 123,20 руб., из указанной суммы основной долг 55 614 272,00 руб., 2 501 851,19 руб. проценты за пользование чужими денежными средствами.
Право требования по договору займа уступлено в пользу ФИО3 (договор цессии от 18.03.2022).
В связи с введением в отношении должника процедуры банкротства и отсутствием добровольного погашения должником задолженности, заявитель обратился в суд с настоящими требованиями.
Применив нормы материального и процессуального законодательства, а также законодательства о банкротстве, исследовав представленные доказательства, суд первой инстанции счел заявление обоснованным, установив реальность договора займа.
Проверив законность и обоснованность определения арбитражного суда первой инстанции, апелляционный суд полагает необходимым его изменить в связи со следующим.
В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).
Пунктом 6 статьи 16 Закона о банкротстве установлено, что требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено указанным пунктом.
В соответствии с пунктом 27 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.12.2024 N 40 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Федерального закона от 29 мая 2024 года N 107-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и статью 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации" при применении положений статей 71 и 100 Закона о банкротстве арбитражному суду следует исходить из того, что в реестр подлежат включению только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.
Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлениях от 22.07.2002 N 14-П и от 19.12.2005 N 12-П, процедуры банкротства носят публично-правовой характер; разрешаемые в ходе процедур банкротства вопросы влекут правовые последствия для широкого круга лиц (должника, текущих и реестровых кредиторов, работников должника, его учредителей и так далее). С учетом специфики дел о банкротстве, при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).
Проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом с учетом возражений против указанных требований, заявленных арбитражным управляющим, другими кредиторами или другими лицами, участвующими в деле о банкротстве. Признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 АПК РФ), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.
При рассмотрении обоснованности требований кредиторов подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником.
Судом установлено, что в данном случае заявленные требования основаны на неисполнении должником обязательства по возврату заемных средств.
В силу пункта 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации, по договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.
Статьей 808 ГК РФ установлены требования к форме договора займа: договор займа между гражданами должен быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает не менее чем в десять раз установленный законом минимальный размер оплаты труда, а в случае, когда заимодавцем является юридическое лицо, - независимо от суммы.
В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему заимодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей.
При этом договор займа является реальным и в соответствии с пунктом 1 статьи 807 ГК РФ считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.
Статьей 812 ГК РФ предусмотрено, что заемщик вправе оспаривать договор займа по его безденежности, доказывая, что деньги или другие вещи в действительности не получены им от заимодавца или получены в меньшем количестве, чем указано в договоре.
Поскольку для возникновения обязательства по договору займа требуется фактическая передача кредитором должнику денежных средств (или других вещей, определенных родовыми признаками) именно на условиях договора займа, то в случае спора на кредиторе лежит обязанность доказать факт передачи должнику предмета займа и то, что между сторонами возникли отношения, регулируемые главой 42 ГК РФ, а на заемщике - факт надлежащего исполнения обязательств по возврату займа либо безденежность займа.
ФИО1 не отрицал факт невозврата денежных средств по договору займа, указывая на то, что фактически денежные средства по договору займа ФИО6 переданы должнику не были.
Таким образом, предметом доказывания по настоящему требованию является установление факта предоставления заемщику денежных средств в соответствии с условиями заключенного договора.
По смыслу перечисленных норм права, заявитель, позиционирующий себя в качестве кредитора, обязан подтвердить не только возможность предоставления денежных средств с учетом его финансового положения на момент, когда договор займа считается заключенным, но и фактическую передачу денежных средств, указанных в оправдательных документах.
В соответствии с частями 1 и 2 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.
Под достаточностью доказательств понимается такая их совокупность, которая позволяет сделать однозначный вывод о доказанности или о недоказанности определенных обстоятельств.
Императивно не следует, что кредитор должен представить сведения об источнике возникновения дохода, он обязан лишь подтвердить возможность предоставления денежных средств с учетом его финансового положения.
При рассмотрении требования кредитора возможность проверки всей цепочки движения денежных средств, составляющих доход физического лица, является ограниченной, при этом для подтверждения реальности хозяйственной операции достаточно сведений о наличии фактической возможности передачи денежных средств, что подтверждается фактом наличия денежных средств у кредитора.
В рассматриваемом случае в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции ФИО6 пояснил, что в 2016 г. им был продан автомобиль, после чего он решил приобрести новое транспортное средство, в связи с чем занял у своего друга ФИО7 200 000 долларов США, о чем был составлен договор беспроцентного займа от 26.05.2016. Так как автомобиль им приобретен не был, денежные средства хранились у него дома, о чем было известно ФИО4, с которым они находились в дружеских отношениях. ФИО4 попросил занять ему 100 000 долларов США, мотивирую это тем, что у него возникла задолженность перед кредиторами. Данная сумма была передана ФИО4, о чем был составлен договор займа. Через несколько дней должник попросил еще 35 000 долларов США и 65 000 Евро, после передачи данных денежных средств был составлен новый договор займа. В последующем ФИО4 попросил в долг еще денежные средства в размере 400 00 долларов США. Данная сумма была Кредитором была занята у ФИО7, о чем между ними 03.06.2017 заключен договор займа. В связи с невозможностью самостоятельно забрать деньги у ФИО7, он направил ФИО4 в г. Ставрополь, где ему ФИО7 были переданы денежные средства в сумме 400 ООО долларов США в отделении Россельхозбанка в г. Ставрополе. После чего между ФИО6 и ФИО4 26.06.2017 года был составлен новый договор займа и две расписки о получении должником денежных средств в размере 535 000 долларов США и 65 ООО Евро. Никаких бизнес проектов или совместной бизнес деятельности с ФИО4 у него не было.
Аналогичные пояснения были представлены 20.08.2024 в арбитражный суд ФИО7, который также указал, что долг ФИО6 перед ним погашен, поскольку 24.01.2022 им у ФИО6 за меньшую стоимость были приобретены за сумму 38 500 000 руб. дом и три земельных участка в пригороде г. Ставрополя.
При этом, возможность предоставления ФИО7 займа ФИО6 на вышеназванные суммы, подтверждается выписками с банковских счетов ФИО7 о снятии денежных средств 11.05.2016, 17.05.2016, 18.05.2016, 06.06.2017, согласно которым у ФИО7 находилось на счетах более 2 500 000 долларов США.
Таким образом, ФИО6 подтвердил финансовую возможность предоставления должнику займа в указанном размере на конкретную дату, как следствие, следует вывод о реальности заемных отношений и о заключенности договора займа.
Соответственно, оснований считать договор займа, положенный в основание заявленных требований, мнимой сделкой при наличии в материалах дела документов, подтверждающих выдачу кредитором заемных денежных средств, апелляционным судом не установлено.
При этом, апелляционный суд отмечает, что в день заключения договора займа - 24.06.2017 должник заключил договор дарения денежных средств в размере 528 300 долларов США, 20 500 евро со своим сыном - ФИО1 (лист дела 115). В свою очередь ФИО1, оспаривая получение его отцом денежных средств от ФИО6, не раскрывает перед судом природу денежных средств полученных им в дар от отца. То есть указанные последующие действия должника подтверждают наличие у него денежных средств, полученных у ФИО6 Доказательств возможности получения должником денежных средств от иных лиц материалы дела не содержат.
Исходя из того, что представленные судам документы подтверждают заявленные требования, указанная сумма должником в добровольном порядке не уплачена, и доказательств обратного судам не представлено, суды первой и апелляционной инстанций правомерно включили в реестр требований кредиторов должника требование ФИО3
По доводу о невозможности начисления процентов за пользование чужими денежными средствами за период действия моратория (с 01.04.2022 по 30.09.2022), апелляционный суд полагает его обоснованным, ввиду следующего.
Законом установлена гражданско-правовая ответственность за неисполнение денежного обязательства: в случае неправомерной просрочки в исполнении денежного обязательства должник обязан уплатить проценты на сумму долга (пункт 1 статьи 395 ГК РФ).
Разъяснения, касающиеся цели и направленности моратория, вводимого в определенных случаях, даны в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 N 44 "О некоторых вопросах применения положений статьи 9.1 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - постановление Пленума ВС РФ N 44).
В силу пункта 7 указанного постановления, в период действия моратория проценты за пользование чужими денежными средствами (статья 395 Гражданского кодекса), неустойка (статья 330 Гражданского кодекса), пени за просрочку уплаты налога или сбора (статья 75 Налогового кодекса Российской Федерации), а также иные финансовые санкции не начисляются на требования, возникшие до введения моратория, к лицу, подпадающему под его действие (подпункт 2 пункта 3 статьи 9.1, абзац десятый пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве).
При этом, возникновение долга по причинам, не связанным с теми, в связи с которыми введен мораторий, не имеет значения.
Освобождение от ответственности направлено на уменьшение финансового бремени на должника в тот период его просрочки, когда она усугубляется объективными, непредвиденными и экстраординарными обстоятельствами.
Данный вывод изложен в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 19.04.2021 N 305-ЭС20-23028. Мораторием предусмотрен запрет на начисление неустоек, иных финансовых санкций за неисполнение или ненадлежащее исполнение денежных обязательств и обязательных платежей в период с 01.04.2022 по 01.10.2022.
Поскольку в период действия моратория прекращается начисление процентов (по смыслу пункта 4 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации), то судебный акт в части установления суммы процентов в размере 2 501 851,19 руб. подлежит изменению. Правильным следует считать сумму процентов в размере 2 161 276,93 руб., то есть за вычетом суммы, которую в том числе признал необоснованной в судебном заседании кредитор – 340 574,26 руб.
На основании части 2 статьи 269 АПК РФ по результатам рассмотрения апелляционной жалобы арбитражный суд апелляционной инстанции вправе отменить или изменить решение суда первой инстанции полностью или в части и принять по делу новый судебный акт.
При данных обстоятельствах решение суда первой инстанции подлежит изменению на основании пункта 3 части 1 статьи 270 АПК РФ.
На основании изложенного и руководствуясь статьями 269 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд
ПОСТАНОВИЛ:
Определение Арбитражного суда Калининградской области от 10.02.2025 по делу № А21-13/2024 изменить, изложив резолютивную часть определения в следующей редакции:
Включить требование ФИО3 в реестр требований кредиторов ФИО4 в размере 57 775 548,90 руб., из указанной суммы 55 614 272,00 руб. основного долга, 2 161 276,93 руб. проценты за пользование денежными средствами, с очередностью удовлетворения в третью очередь в порядке, установленном статьями 137 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве).
В удовлетворении остальной части заявления отказать.
Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.
Председательствующий
Н.В. Аносова
Судьи
Д.В. Бурденков
А.Ю. Сереброва