АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф09-5042/25

Екатеринбург

11 декабря 2025 г.

Дело № А76-131/2025

Резолютивная часть постановления объявлена 09 декабря 2025 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 11 декабря 2025 г.

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Гавриленко О.Л.,

судей Жаворонкова Д.В., Сухановой Н.Н.,

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «МКС-Шина» (далее – заявитель, общество «МКС-Шина», Общество, налогоплательщик) на решение Арбитражного суда Челябинской области от 27.05.2025 по делу № А76-131/2025 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда

от 25.09.2025 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие представители Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №25 по Челябинской области - ФИО1 (доверенность от 11.12.2024, служебное удостоверение),

ФИО2 (доверенность от 16.12.2024, служебное удостоверение, диплом).

Общество «МКС-Шина» обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с заявлением к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 25 по Челябинской области (далее – инспекция, налоговый орган, МИФНС России № 25 по Челябинской области инспекция) о признании недействительным решения от 21.08.2024 № 4 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Управление Федеральной налоговой службы по Челябинской области (далее – третье лицо, УФНС России по Челябинской области, Управление).

Решением суда от 27.05.2025 в удовлетворении заявления отказано.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда

от 25.09.2025 решение суда оставлено без изменения.

В кассационной жалобе общество «МКС-Шина» просит состоявшиеся по делу судебные акты отменить, ссылаясь на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся доказательствам, и принять новое решение об удовлетворении требований.

Налогоплательщик не согласен с выводами судов о доказанности материалами налоговой проверки факта создания формального документооборота со спорными контрагентами. Наличие у спорных контрагентов признаков технической организации само по себе не влечет вывода о формальном документообороте или о неисполнении ими обязательств по сделкам с налогоплательщиком.

Заявитель утверждает, что в проверяемом периоде общество «МКС-Шина» проявило должный уровень осмотрительности при выборе контрагентов. Налогоплательщиком подчеркивается, что отражение организациями-контрагентами существенных доходов от реализации при сравнительно небольших размерах уплаченных налогов не может служить безусловным свидетельством отсутствия у них реальной хозяйственной деятельности.

Кроме того, общество настаивает на том, что в случаях, когда договором предусмотрена оплата товара по мере его реализации, налогоплательщик вправе был не оплачивать не реализованный товар.

Заявитель также обращает внимание на то, что заключение между обществом и ИП ФИО3 договора беспроцентного займа не может рассматриваться как заключение сделки на заранее невыгодных условиях, исключающих получение дохода от передачи денежных средств другому лицу.

В числе доводов заявителя отмечается и то, что инспекцией не были учтены положения Постановления Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 № 497, касающегося введения моратория на начисление пеней.

В отзыве на кассационную жалобу налоговый орган просит оставить обжалуемые судебные акты без изменения, считая их законными и обоснованными, а доводы заявителя жалобы несостоятельными.

Как следует из материалов дела, инспекцией проведена выездная налоговая проверка налогоплательщика по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты налогов за период с 01.01.2021 по 31.12.2023, по результатам которой составлен акт от 15.07.2024 № 5, проведены дополнительные мероприятия налогового контроля и, с учетом письменных возражений, вынесено решение от 21.08.2024 № 4 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, согласно которому налогоплательщику доначислен НДС в сумме

31 778 804 руб., штраф по пункту 3 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ) в размере 2 912 073 руб. 40 коп.

Решением УФНС России по Челябинской области от 20.11.2024

№ 16-07/004139@ решение инспекции от 21.08.2024 № 4 утверждено.

Не согласившись с решением инспекции, налогоплательщик обратился с заявлением в арбитражный суд.

Суды отказали в удовлетворении заявленных требований, правомерно руководствуясь следующим.

Из системного толкования части 1 статьи 198, части 2 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации следует, что для признания недействительным ненормативного правового акта необходимо наличие одновременно двух условий: несоответствие оспариваемого акта закону или иному нормативному правовому акту и нарушение данным актом прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской деятельности и иной экономической деятельности.

Согласно пункту 1 статьи 54.1 НК РФ не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.

В соответствии с пунктом 2 статьи 54.1 НК РФ при отсутствии обстоятельств, предусмотренных пунктом 1 статьи 54.1 НК РФ, по имевшим место сделкам (операциям) налогоплательщик вправе уменьшить налоговую базу и (или) сумму подлежащего уплате налога в соответствии с правилами соответствующей главы части второй НК РФ при соблюдении одновременно следующих двух условий: 1) основной целью совершения сделки (операции) не являются неуплата (неполная уплата) и (или) зачет (возврат) суммы налога; 2) обязательство по сделке (операции) исполнено лицом, являющимся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) лицом, которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону.

Из системного анализа статей 169, 171, 172 НК РФ следует, что налогоплательщик имеет право на осуществление налогового вычета НДС при одновременном выполнении следующих условий: наличие счета-фактуры, оформленного в соответствии с требованиями статьи 169 НК РФ; принятие товара (работ, услуг) к своему учету на основании первичных учетных документов, оформленных в соответствии с требованиями действующего законодательства; использование приобретенных товаров (работ, услуг) в предпринимательской деятельности.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 1 постановления от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиками налоговой выгоды» (далее - Постановление № 53) разъяснил, что представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

В соответствии с пунктом 9 Постановления № 53 установление судом наличия разумных экономических или иных причин (деловой цели) в действиях налогоплательщика осуществляется с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

Налоговая выгода не может рассматриваться в качестве самостоятельной деловой цели, если главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность, в признании обоснованности ее получения может быть отказано.

Налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или экономической деятельности.

Из материалов дела усматривается, что в проверяемом периоде общество «МКС-Шина» осуществляло деятельность по техническому обслуживанию и ремонту легковых автомобилей и легких грузовых автотранспортных средств (ОКВЭД 45.20.1). Согласно сведениям официального сайта общества, ООО «МКС-Шина» и индивидуальный предприниматель ФИО3 образуют единый торговый комплекс, ориентированный на реализацию автомобильных шин и дисков, а также предоставление сопутствующих услуг.

При этом общество «МКС-Шина» специализируется преимущественно на оптовой торговле, в то время как ИП ФИО3, являющийся одновременно директором общества, осуществляет розничную продажу и шиномонтаж.

В проверяемом периоде общество документально оформляло приобретение товара (шлифовальные круги, диски, трубы, клапаны, отводы, насосы, задвижки, фланцы, фильтры, насосы, гусеницы, муфты, пресс кривошипный, станок токарный и др.), в том числе от 17 спорных контрагентов (ООО «Митрил», ООО «СимГрупп», ООО «ПК ЗЕТ», ООО «Альпина», ООО «ПРО-ТЕХНО СПБ», ООО «ТРАНС-ЛАЙН», ООО «НЕОТИОКС», ООО «Агроспецмонтаж», ООО «Комплексные системы телекоммуникаций», ООО «Фокси строй», ООО «Стройоптторг», ООО «М-Строй», ООО «Цефра Интермодал», ООО «Интерлайн», ООО «Ленремонт», ООО «Элитстрой», ООО «Инфратек»).

Инспекцией в ходе налоговой проверки установлены обстоятельства, свидетельствующие о техническом характере данных юридических лиц и отсутствии у них реальной возможности осуществлять заявленную хозяйственную деятельность.

В частности, выявлено отсутствие у спорных организаций имущества, персонала, производственных или складских мощностей, транспортных средств, контрольно-кассовой техники.

Согласно сведениям ЕГРЮЛ: 8 спорных контрагентов исключены из реестра по причине недостоверности сведений о юридическом адресе, руководителе; 1 спорный контрагент ликвидирован по решению учредителя; 3 находятся в стадии ликвидации; в отношении 4 спорных контрагентов внесены записи о недостоверности сведений о юридическом адресе, руководителе.

Руководители ряда организаций, вызванные для дачи объяснений, не явились либо отрицали свое фактическое участие в деятельности юридических лиц, что подтверждается протоколами допросов. Так, ФИО4, значащийся руководителем ООО «ПК ЗЕТ», в протоколе допроса от 27.10.2021 № 483 сообщил об отсутствии какого-либо участия в создании или деятельности организации. Аналогичные показания даны ФИО5 в отношении ООО «Альпина» (протокол допроса от 01.10.2021 № 1), ФИО6 в отношении ООО «НЕОТИОКС» (протоколы от 29.03.2023 № К/378 и от 13.06.2023 № б/н), а также ФИО7 в отношении ООО «Интерлайн» (протоколы от 20.07.2023 № б/н и от 04.12.2023 № 555). Эти лица прямо отрицали факт своего руководства соответствующими юридическими лицами, что подтверждает фиктивность их назначения и отсутствие реального управленческого контроля.

Дополнительно инспекцией установлена значительная территориальная удаленность мест регистрации спорных контрагентов — преимущественно г. Москвы и г. Санкт-Петербурга — от места деятельности общества в г. Челябинске. При этом обществом не представлены какие-либо документы, подтверждающие транспортировку товара из данных регионов. Отсутствие товарно-транспортных накладных, путевых листов, транспортных заказов либо иных подтверждений фактического перемещения товара свидетельствует об отсутствии логистических операций и, как следствие, об отсутствии реальных хозяйственных поставок.

Кроме того, Налоговая отчетность контрагентов характеризуется минимальными либо нулевыми показателями, отсутствием налоговой нагрузки и предельным уровнем вычетов по НДС (98–100 %), что подтверждает отсутствие реальных операций, формирующих источник НДС, подлежащего уплате в бюджет. Инспекцией выявлены налоговые разрывы по цепочке приобретения товара, отсутствие платежей на приобретение соответствующих товарно-материальных ценностей и отсутствие операций, характерных для реальной коммерческой деятельности.

Информация о данных организациях в открытых источниках представлена исключительно в виде базовых регистрационных сведений, отсутствуют признаки ведения ими реальной коммерческой деятельности.

Деловые отношения общества «МКС-Шина» с указанными организациями носили кратковременный эпизодический характер, ограничиваясь одним–двумя кварталами, после чего контрагенты систематически сменялись на других субъектов с аналогичными признаками номинальности.

Заключенные договоры обладали однотипными условиями и предполагали отсрочку платежа, что позволяло обществу отражать значительные объемы приобретений без осуществления фактических расчетов. Фактическая сменяемость контрагентов и отсутствие оплаты по заключенным договорам указывает на отсутствие предпринимательской направленности сделок и на их формальное оформление исключительно для налоговых целей.

Дополнительно инспекцией выявлены обстоятельства, свидетельствующие о том, что фактического исполнения сделок по поставке товара от заявленных контрагентов не происходило. Представленные обществом документы ограничивались универсальными передаточными документами, причем лишь в отдельных случаях — договорами поставки и актами сверки. Иных обязательных документов, сопровождающих движение товара, в том числе товарно-транспортных накладных, транспортных накладных, сертификатов качества, актов приемки, актов о выявленных расхождениях, журналов учета поступающих грузов, общество не представило, равно как и спорные контрагенты, несмотря на запросы налогового органа.

Поставщики, фигурирующие в книгах покупок спорных контрагентов, также не представили инспекции каких-либо документов либо пояснений, подтверждающих приобретение, наличие и транспортировку товаров, которые впоследствии должны были быть реализованы обществу «МКС-Шина».

Анализ банковских выписок общества и его контрагентов, сопоставление товарных и денежных потоков показали, что спорные организации не осуществляли закуп товарно-материальных ценностей, которые впоследствии отражались в учете общества как поставленные ими.

Установлено также, что разделы УПД, содержащие сведения о транспортировке и грузе, обществом систематически не заполнялись, что исключает возможность идентификации фактического перемещения товара.

Показания директора общества ФИО3 (протокол допроса

от 19.04.2024) дополнительно подтвердили отсутствие реальной логистики со стороны спорных контрагентов: он сообщил, что поставки осуществлялись якобы напрямую в адрес покупателей общества «МКС-Шина». Между тем документы, представленные покупателями общества, свидетельствуют об обратном — товар отгружался со складов общества по адресам: <...>, и ул. 1-я Потребительская, 17.

Последний адрес является местом регистрации ООО «Станкопресмаш», руководитель которого ФИО8 при допросе пояснил, что лишь присутствовал по просьбе ФИО3 при отгрузках со склада, фактически не имея отношения к поставкам (протокол допроса

от 28.05.2024).

Таким образом, сведения ФИО3 о доставке товара непосредственно от спорных контрагентов опровергаются документами покупателей и показаниями иных лиц.

Отсутствие каких-либо расчетов общества со спорными контрагентами, равно как отсутствие с их стороны претензионной работы по взысканию задолженности, также не согласуется с наличием реальных поставок товаров на значительные суммы. Инспекцией установлено, что суммы предполагаемой кредиторской задолженности по ликвидированным контрагентам обществом не отражались в составе внереализационных доходов при исчислении налога на прибыль.

Анализ выписок по расчетным счетам, книг покупок и продаж выявил замкнутый характер движения денежных средств и формального документооборота между спорными контрагентами. Денежные и товарные потоки общества и поставщиков не корреспондируют друг другу; отсутствуют перечисления в адрес поставщиков, отраженных в книгах покупок контрагентов, что указывает на фиктивность заявленных операций. Часть организаций (ООО «Митрил», ООО «СимГрупп», ООО «ПК ЗЕТ», ООО «ПРО-ТЕХНО СПБ) не осуществляла движения по расчетным счетам вовсе, остальные демонстрировали транзитный характер операций с последующим обналичиванием денежных средств.

Особое значение имеет установленная инспекцией схема вывода денежных средств: более 190 млн. руб., перечисленных обществом «МКС-Шина» на счета директора общества ФИО3 (также имеющего статус индивидуального предпринимателя), были впоследствии сняты наличными самим ФИО3 либо переведены на банковские карты сотрудников его ИП с последующим снятием наличных.

При этом размеры полученных денежных средств на лицевые счета физических лиц в несколько раз превышают размеры доходов, отраженные в справках 2-НДФЛ за 2021-2023 годы, представленных в налоговый орган работодателем ИП ФИО3

Также налоговым органом установлено расхождение между сведениями инвентаризационных актов и данными бухгалтерского учета общества. Согласно актам инвентаризации № 1 на 31.12.2023 и № 1 на 01.05.2024 задолженность общества перед спорными контрагентами составляла 190 672 822 руб. 94 коп. Однако в регистрах бухгалтерского учета («Анализ счета 60.1») задолженность отсутствовала.

Задолженность перед спорными контрагентами закрывалась обществом задолженностью с ИП ФИО3 (179 954 974 руб. 90 коп.), которая, в свою очередь, закрывалась задолженностью по договорам беспроцентных займов между обществом «МКС-Шина» и ИП ФИО3

(194 502 082 руб. 66 коп.).

Установленные несоответствия объясняются налогоплательщиком утратой бухгалтерского учета в программе 1С (сгорел системный блок) на момент запросов налогового органа и восстановлением бухгалтерского учета на момент проведения инвентаризации.

Оценивая представленные доказательства в их взаимной связи, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу, что совокупность установленных инспекцией обстоятельств подтверждает получение налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды, при этом действия налогоплательщика, повлекшие неполную уплату НДС, носили умышленный характер.

Судами установлено, что заявленные обществом поставщики формально фигурировали в документах, однако не имели ресурсов, организационных предпосылок и имущественных условий, необходимых для осуществления поставок в заявленных объемах. Отсутствие материально-технической базы, персонала, расходов на приобретение и хранение товара, отсутствие закупочной деятельности у предшествующих звеньев, транзитный характер движения денежных средств и фактическая неработоспособность расчетных счетов контрагентов в совокупности свидетельствуют об отсутствии у них возможности исполнить обязательства по поставке товара. Суды справедливо отметили, что такие обстоятельства опровергают саму возможность возникновения реальных хозяйственных операций, поскольку экономическая природа поставки предполагает товарное наличие, движение, учет и расчеты.

Исследуя данные бухгалтерского и налогового учета, суды установили противоречия, исключающие достоверность представленных обществом документов. Задолженность, отраженная в инвентаризационных актах, не подтверждалась регистрами бухгалтерского учета, что указывает на искусственное формирование показателей отчетности в зависимости от задач налогоплательщика, а не фактических хозяйственных процессов. Суды учли, что закрытие обязательств общества перед контрагентами через взаимозачеты с ИП ФИО3, являющимся директором общества, и через договоры беспроцентных займов, свидетельствует о наличии единого центра управленческих решений и контролируемого распределения финансовых потоков, не связанного с реальными поставками. Суды обоснованно квалифицировали эти обстоятельства как финансовую схему, направленную на вывод средств и создание видимости расчетов с контрагентами при фактическом отсутствии таких расчетов.

Существенное отличие взаимоотношений общества со спорными организациями от работы с его добросовестными контрагентами суды признали значимым доказательством фиктивного характера спорных операций. По договорам с реальными поставщиками обществом приобретался товар, относящийся к его обычной деятельности, оформлялся полный комплект первичных документов, осуществлялась своевременная оплата. Взаимодействие же со спорными организациями характеризовалось отсутствием расчетов, непрофильной номенклатурой, несопоставимой с бизнес-моделью налогоплательщика, а также кратковременностью и последовательной сменяемостью контрагентов, прекращавших существование вскоре после отражения операций. Такое поведение общества не имеет разумного экономического объяснения.

Суды нижестоящих инстанции также учли, что налогоплательщик не смог привести убедительных причин, по которым он заключал сделки с организациями, не обладающими признаками реального хозяйственного субъекта. Отсутствие деловой цели в сочетании с выявленными нарушениями свидетельствует о том, что налоговая выгода стала единственным мотивом оформления указанных взаимоотношений.

Инспекцией и судами установлена недобросовестность самого налогоплательщика, поскольку именно он на основании документов с контрагентами, фактически взаимоотношения с которыми отсутствовали, уменьшил свои налоговые обязательства.

Учитывая, что установленные по делу обстоятельства свидетельствуют о наличии в действиях общества умысла, направленного на получение необоснованной налоговой выгоды и уклонение от уплаты налогов, при отсутствии реальных хозяйственных операций с контрагентами, суды нижестоящих инстанций заключили справедливый вывод о правомерном привлечении общества к ответственности по пункту 3 статьи 122 НК РФ.

Обстоятельств, исключающих вину налогоплательщика в соответствии со статьей 111 НК РФ, судами не выявлено.

Довод налогоплательщика о том, что инспекцией не учтены положения Постановления Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 № 497 о введении моратория на начисление пеней и штрафов, правомерно не приняты судами.

Судами установлено, что пени в оспоренном решении инспекции налогоплательщику не начислялись. В отношении же штрафа по пункту 3 статьи 122 НК РФ суды обоснованно указали, что положения указанного моратория не распространяются на право налогового органа привлекать налогоплательщика к налоговой ответственности в виде штрафа.

В целом изложенные в кассационной жалобе доводы (в том числе о реальности сделок, о добросовестности налогоплательщика и проявлении им должной степени осмотрительности при выборе контрагентов, недоказанности умысла на совершение правонарушения) либо получили правовую оценку судов, либо не опровергают их выводы о направленности действий общества на создание формального документооборота со спорными контрагентами, доказанности налоговым органом обстоятельств, свидетельствующих о получении обществом необоснованной налоговой выгоды в виде неправомерного заявления вычетов по НДС и уменьшения налогооблагаемой прибыли. Указанные выводы судов сделаны в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не на основании отдельно установленных фактов, а по результатам исследования относимых доказательств в их совокупности и взаимосвязи.

Нормы материального права судами применены правильно, нарушения норм процессуального права, влекущие отмену обжалуемых судебных актов в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, отсутствуют.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Челябинской области от 27.05.2025 по делу

№ А76-131/2025 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.09.2025 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «МКС-Шина» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий О.Л. Гавриленко

Судьи Д.В. Жаворонков

Н.Н. Суханова