ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД
644024, <...> Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
город Омск
28 мая 2025 года
Дело № А46-20761/2021
Резолютивная часть постановления объявлена 20 мая 2025 года
Постановление изготовлено в полном объеме 28 мая 2025 года
Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:
председательствующего судьи Целых М.П.,
судей Горбуновой Е.А., Дубок О.В.,
при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Титовой А.А., рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-1576/2025) Большакова Андрея Сергеевича на определение Арбитражного суда Омской области отА46-20761/2021 (судья Губина М.А.), вынесенное по результатам рассмотрения заявления конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Северная строительная компания» (ИНН 7813218662, ОГРН 1157847122180; 644076, г. Омск, ул.75 Гвардейской бригады, д.10А, кв.48) Родиной Елены Александровны к Веснину Вадиму Ивановичу (г. Омск), Гурджи Михаилу Валерьевичу (г. Омск), Сивкову Сергею Николаевичу (Ленинградская обл. Всеволжский р-н г. Кудрово), Большакову Андрею Сергеевичу (Вологодская обл. г. Вологда) о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника - общества с ограниченной ответственностью «Северная строительная компания»,
при участии в судебном заседании посредством системы веб-конференции:
от ФИО2 – представителя ФИО7 (по доверенности № 77АД6540961 от 20.05.2024, сроком действия три года),
установил:
общество с ограниченной ответственностью «Алюстек Фасад» (далее - ООО «Алюстек Фасад») 15.11.2021 обратилось в Арбитражный суд Омской области с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Северная строительная компания» (далее - ООО «ССК», должник) несостоятельным (банкротом).
Определением Арбитражного суда Омской области от 23.11.2021 указанное заявление оставлено без движения до 17.12.2021.
Общество с ограниченной ответственностью «ИнвестСтрой» (далее - ООО «ИнвестСтрой») обратилось 02.12.2021 - почтовый штемпель (вх. № 246300 от 09.12.2021) в Арбитражный суд Омской области с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) ООО «ССК».
Определением Арбитражного суда Омской области от 16.12.2021 заявление ООО «ИнвестСтрой» принято, определено, что дата рассмотрения обоснованности заявления ООО «ИнвестСтрой» о признании несостоятельным (банкротом) ООО «ССК» будет определена после решения вопроса о принятии заявления ООО «Алюстек Фасад», поступившего в арбитражный суд первым.
Определением Арбитражного суда Омской области от 22.12.2021 заявление ООО «Алюстек Фасад» о признании несостоятельным (банкротом) ООО «ССК» возвращено заявителю.
Определением Арбитражного суда Омской области от 27.12.2021 назначено судебное по проверке обоснованности требований ООО «ИнвестСтрой» к должнику.
Определением Арбитражного суда Омской области от 07.04.2022 (резолютивная часть от 31.03.2022) заявление ООО «ИнвестСтрой» признано обоснованным, в отношении ООО «ССК» введена процедура наблюдения сроком на три месяца до 30.06.2022, временным управляющим утверждена ФИО3 (далее – ФИО3).
Публикация сообщения о введении в отношении должника процедуры наблюдения состоялась в газете «Коммерсантъ» № 62 от 09.04.2022.
Решением Арбитражного суда Омской области от 07.04.2022 ООО «ССК» признано несостоятельным (банкротом) с открытием в отношении него конкурсного производства сроком на пять месяцев до 03.01.2022, конкурсным управляющим утверждена ФИО3 (далее – конкурсный управляющий).
23.11.2022 конкурсный управляющий ООО «ССК» ФИО3 обратилась в арбитражный суд с заявлением к ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО2 (далее – ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО2, ответчики, заинтересованные лица) о привлечении к субсидиарной ответственности по неисполненным обязательствам должника солидарно в сумме реестра требований кредиторов общества (вх. № 286527 от 23.11.2022).
16.06.2023 конкурсный управляющий ООО «ССК» ФИО3 обратилась в арбитражный суд с заявлением к ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО2, ответчики, заинтересованные лица) о привлечении к субсидиарной ответственности по неисполненным обязательствам должника солидарно в размере 26 028 251 руб. 19 коп.
Определением Арбитражного суда Омской области от 31.07.2023 объединены для совместного рассмотрения заявления конкурсного управляющего ФИО3 к ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника - ООО «ССК» (вх.№ 169762 от 19.06.2023 и вх. № 286527 от 23.11.2022).
10.04.2024 в материалы дела от конкурсного управляющего поступило уточнение к заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий просит привлечь ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО2 солидарно к субсидиарной ответственности по неисполненным обязательствам должника в размере реестра требований кредиторов ООО «ССК» 26 028 251 руб. 19 коп., а также требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.
Определением Арбитражного суда Омской области от 31.01.2025 заявление конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц удовлетворено частично. Признано доказанным наличие оснований, предусмотренных статьей 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), для привлечения ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ССК». В удовлетворении заявления конкурсного управляющего в остальной части отказано. Определено приостановить рассмотрение заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц до окончания расчетов с кредиторами.
Не согласившись с указанным судебным актом, ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемое определение суда первой инстанции в части признания доказанным наличие оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника отменить и принять в указанной части новый судебный акт, которым в удовлетворении заявленных конкурсным управляющим требований к ФИО2 отказать.
В обоснование жалобы указывает, что в материалы дела не представлено доказательств совершения ФИО2 в период его деятельности действий, повлекших банкротство ООО «ССК»; на 2018 года должник обладал устойчивым финансовым состоянием, ФИО2 проводилась работа по взысканию дебиторской задолженности и погашению имеющейся на тот период кредиторской задолженности, должник вел активную экономическую деятельность, обладал значительными денежными средствами и активами, то есть в период руководства ФИО2 признаков неплатёжеспособности общества не наблюдалось. Отмечает, что для предприятий из сферы строительства характерны пониженные значения коэффициента абсолютной ликвидности, напрямую связанные с высоким уровнем задолженности за выполненные работы, за счет не поступления денежных средств на счет организации. Также выражает несогласие с выводами суда относительно причин смены адреса регистрации общества и его руководителей, относительно ненадлежащей передачи документов от предыдущего директора следующему, поскольку взаимосвязь ФИО2 с иными ответчиками судом первой инстанции не установлена.
Определением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 20.03.2025 апелляционная жалоба принята к производству и назначена к рассмотрению в судебном заседании на 13.05.2025.
Возражая против доводов, изложенных в апелляционной жалобе, конкурсный управляющий ФИО3 представила отзыв, в котором просит определение суда первой инстанции оставить без изменения, жалобу – без удовлетворения.
В заседании суда апелляционной инстанции, открытом 13.05.2025, в соответствии со статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) объявлен перерыв 20.05.2025, после окончания, которого судебное заседание продолжено. Информация о перерыве в судебном заседании размещена в информационном ресурсе http://kad.arbitr.ru/.
После перерыва в судебном заседании в соответствии со статьей 18 АПК РФ произведена замена в составе суда, вместо судьи Самович Е.А. в рассмотрении жалобы принимает участие судья Дубок О.В. В связи с заменой состава суда рассмотрение жалобы начато с самого начала.
В судебном заседании, продолженном после перерыва 20.05.2025, представитель ФИО2 поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе. Считает определение суда первой инстанции в обжалуемой части незаконным и необоснованным, просил его отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.
Иные лица, надлежащим образом извещенные о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы в соответствии с пунктом 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов», явку своих представителей в заседание суда апелляционной инстанции не обеспечили. На основании части 1 статьи 266, части 3 статьи 156 АПК РФ апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие неявившихся лиц.
С учетом положений, изложенных в части 5 статьи 268 АПК РФ, пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» (далее - Постановление № 12), принимая во внимание, что от лиц, участвующих в деле, возражений относительно проверки обжалуемого определения в части не поступило, данное определение суда первой инстанции проверено в пределах доводов апелляционной жалобы относительно наличия основания для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.
Изучив материалы дела, апелляционную жалобу, отзыв на нее, заслушав представителя подателя жалобы, проверив законность и обоснованность судебного акта в порядке статей 266, 270 АПК РФ, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения определения Арбитражного суда Омской области от 31.01.2025 по настоящему делу в обжалуемой части.
Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и статьи 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).
Правом на подачу заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.13 Закона о банкротстве, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, от имени должника обладают арбитражный управляющий по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники или бывшие работники должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченные органы (пункт 1 статьи 61.14 Закона о банкротстве).
Пунктом 3 статьи 1 Федерального закона Российской Федерации от 29.07.2017 года № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-ФЗ) статья 10 Закона о банкротстве признана утратившей силу. Закон о банкротстве дополнен главой III.2, регулирующей ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве. Закон № 266-ФЗ вступил в силу со дня его официального опубликования - 30.07.2017.
Согласно пункту 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.
В то же время применение той или иной редакции статьи 10 Закона о банкротстве (в настоящее время статьи 61.11, 61.12 Закона о банкротстве) в части норм материального права зависит от того, когда имели место обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения контролирующего лица должника к субсидиарной ответственности, а не от того, когда было подано заявление о привлечении к субсидиарной ответственности. А нормы процессуального права подлежат применению в редакции, действующей на дату обращения с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности.
Аналогичный подход к выбору применяемых норм и действию закона во времени в отношении субсидиарной ответственности закреплен в определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757 (2,3) по делу № А22-941/2006.
В рассматриваемом случае конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением 21.11.2022, соответственно, подлежат применению нормы процессуального права, предусмотренные положениями главы III.2 Закона о банкротстве, введенной Законом № 266-ФЗ.
Как следует из материалов дела, согласно сведениям, полученным управляющим из Единого государственного реестра юридических лиц, ООО «ССК» создано 06.04.2015, основным видом деятельности общества указано строительство жилых и нежилых зданий (код 41.20 по ОКВЭД).
Руководителями общества в разные периоды времени являлись:
ФИО2 – в период с даты регистрации юридического лица (06.04.2015) по 16.08.2018,
ФИО6 - в период с 16.08.2018 по 24.09.2018,
ФИО5 – в период с 24.09.2018 по 03.04.2019,
ФИО4 – в период с 03.04.2019 по 07.08.2022.
ФИО2 и ФИО6 в те же периоды являлись также участниками общества, ФИО5 является участником с 14.09.2018 по настоящее время.
Как верно заключил суд первой инстанции, ФИО2 в силу положений пункта 1, подпункта 1 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, признается контролирующими должника лицом, что участвующими в деле лицами не оспаривается.
Конкурсный управляющий в обоснование требований о наличии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на непредставление документов и непередачу имущества должника, что привело к существенному затруднению проведения процедуры банкротства.
Таким образом, правовым обоснованием привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности указаны положения подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.
Суд первой инстанции верно отметил, что при разрешении вопроса о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в связи с непередачей документации подлежат применению положения главы III.2 Закона о банкротстве.
В силу пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.
Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).
Согласно пункту 24 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53) в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему.
Арбитражный управляющий вправе требовать от руководителя (а также от других лиц, у которых фактически находятся соответствующие документы) по суду исполнения данной обязанности в натуре применительно к правилам статьи 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации далее – (ГК РФ). По результатам рассмотрения соответствующего обособленного спора выносится судебный акт, который может быть обжалован в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 223 АПК РФ.
Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.
Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.
Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.
Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:
- невозможность определения основных активов должника и их идентификации;
- невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;
- невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.
К руководителю должника не могут быть применены презумпции, установленные подпунктами 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если необходимая документация (информация) передана им арбитражному управляющему в ходе рассмотрения судом заявления о привлечении к субсидиарной ответственности. Такая передача документации (информации) не исключает возможность привлечения руководителя к ответственности в виде возмещения убытков, вызванных просрочкой исполнения обязанности, или к субсидиарной ответственности по иным основаниям.
Сама по себе непередача предыдущим руководителем новому необходимых документов не освобождает последнего от ответственности и не свидетельствует об отсутствии вины. Добросовестный и разумный руководитель обязан совершить действия по истребованию документации у предыдущего руководителя (применительно к статье 308.3 ГК РФ) либо по восстановлению документации иным образом (в частности, путем направления запросов о получении дубликатов документов в компетентные органы, взаимодействия с контрагентами для восстановления первичной документации и т.д.).
В случае противоправных действий нескольких руководителей, последовательно сменявших друг друга, связанных с ведением, хранением и восстановлением ими документации, презюмируется, что действий каждого из них было достаточно для доведения должника до объективного банкротства (пункт 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве).
Указанная выше ответственность является гражданско-правовой, и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 ГК РФ об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве. Помимо объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения обязательства по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации, необходимо установить вину субъекта ответственности, исходя из того, приняло ли это лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 ГК РФ).
Исходя из общих положений о гражданско-правовой ответственности, также имеет значение и причинно-следственная связь между отсутствием документации (отсутствием в ней информации или ее искажением) и невозможностью удовлетворения требований кредиторов должника.
С учетом приведенных выше положений Закона о банкротстве и ГК РФ, в силу статьи 65 АПК РФ доказывание наличия объективной стороны правонарушения (установление факта неисполнения обязанности по передаче документов, либо отсутствие в ней соответствующей информации, либо искажение указанной информации; размер причиненного вреда) является обязанностью лица, обратившегося с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности (в данном случае - конкурсного управляющего). Для установления причинно-следственной связи и вины привлекаемых к ответственности лиц следует учитывать содержащиеся в пункте 4 статьи 10, пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпции (в частности, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие бездействия руководителя должника при непередаче документации должника и вины контролирующих должника лиц).
Следовательно, при обращении в суд конкурсного управляющего о привлечении руководителя должника к субсидиарной ответственности указанные обстоятельства не должны доказываться конкурсным управляющим (они предполагаются), но они могут быть опровергнуты соответствующими доказательствами и обоснованиями лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.
Конкурсный управляющий в обоснование заявленных требований указал, что непредставление документов и непередача имущества должника привели к существенному затруднению проведения процедуры банкротства.
В частности, полученные в налоговом органе документы бухгалтерского учета и (или) отчетности должника не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.
Так, из сведений о должнике, полученных из налогового органа, следует, что до 2019 года должником сдавалась бухгалтерская отчетность, при этом, в бухгалтерском балансе ООО «ССК» за 2019 год отражено следующее:
материальные внеоборотные активы 10 000 руб.,
капитал и резервы 10 000 руб.,
другие краткосрочные обязательства 10 000 руб.,
выручка 239 998 000 руб.
Однако отсутствуют статьи баланса, показатели бухгалтерского баланса неполные и не соответствуют действительности, отсутствует себестоимость продаж, прочие расходы, операционные и прочие расходы, финансовый результат, остальные статьи бухгалтерской отчетности. Провести мероприятия конкурсного производства надлежащим образом конкурсному управляющему ООО «ССК» не представляется возможным ввиду отсутствия документов, на основании которых формировалась сданная в налоговый орган бухгалтерская отчетность должника.
Заявитель обращает внимание, что согласно полученным конкурсным управляющим из налогового органа сведениям:
у должника имелись основные средства: в 2016 году на сумму 718 000 руб., в 2017 году на сумму 146 000 руб., в 2018 году на сумму 332 000 руб.;
у должника имелись запасы: в 2016 году на сумму 205 000 руб., в 2017 году на сумму 279 853 000 руб., в 2018 году на сумму 21 805 000 руб.;
у должника имелась дебиторская задолженность: в 2016 году на сумму 537 246 000 руб., в 2017 году на сумму 1 209 277 000 руб., в 2018 году на сумму 3 474 302 000 руб.;
у должника имелись финансовые вложения: в 2016 году на сумму 128 250 000 руб., в 2017 году на сумму 135 455 000 руб., в 2018 году на сумму 173 114 000 руб.;
у должника имелась кредиторская задолженность: в 2016 году на сумму 678 878 000 руб., в 2017 году на сумму 1 622 584 000 руб., в 2018 году на сумму 3 703 714 000 руб.
По мнению конкурсного управляющего, отражение недостоверных данных бухгалтерского баланса осуществление контролирующими лицами намеренно, в целях введения кредиторов в заблуждение относительно финансовой устойчивости ООО «ССК», способности исполнить взятые на себя обязательства. Учитывая неполноту и недостоверность данных бухгалтерского баланса, непередача документации должника повлекла невозможность определить реальные активы должника, установить возможность оспаривания сделок и произвести взыскание дебиторской задолженности, что находится в причинно-следственной связи между действиями указанных ответчиков и невозможность погашения требований кредиторов.
При рассмотрении настоящего спора в суде первой инстанции ответчиком не оспорены доводы заявителя о том, что ни в процедуре наблюдения, ни в процедуре конкурсного производства, введенных в отношении должника, арбитражному управляющему не переданы бухгалтерские и иные документы, а также какое-либо имущество должника. В апелляционной жалобе ответчик на передачу документов и имущества арбитражному управляющему не сослался.
На момент введения процедур банкротства в отношении должника его руководителем являлся ФИО4 (согласно сведениям ЕГРЮЛ названные полномочия осуществлялись с 03.04.2019).
По общему правилу лицом, обязанным передать соответствующие сведения и документацию арбитражному управляющему, является руководитель должника, осуществлявший данные полномочия на момент введения процедур банкротства в отношении должника, в данном случае - ФИО4
Вместе с тем, конкурсный управляющий в заявлении, представленном в суд первой инстанции, указал на необходимость привлечения к субсидиарной ответственности за непередачу документов должника, помимо ФИО4, прежних руководителей, в числе которых указан и ФИО2, сославшись на то, что недостоверность данных бухгалтерского баланса прослеживается в период руководства всех ответчиков, которые не предпринимали мер по приведению бухгалтерского баланса к соответствию, не представили доказательств передачи документации общества последующему руководителю, а учитывая наличие в реестре требований кредиторов задолженности перед аффилированными лицами, характер такой задолженности, не исключена вероятность того, что бывшими руководителям должника искусственно создана ситуация, при которой допущена «утрата» документации должника, лишившая впоследствии конкурсного управляющего возможности проверить и оценить, куда исчезли основные средств, запасы компании и дебиторская задолженность в период руководства каждого из контролирующих должника лиц.
В представленных при рассмотрении дела в суде первой инстанции отзывах и дополнениях к нему ФИО2 указывал, что осуществлял руководство должником на протяжении трех лет, при этом финансовое состояние общества в период его деятельность оценивалось как финансово устойчивое, признаков неплатёжеспособности не наблюдалось. Все имевшиеся в его распоряжении на момент прекращения полномочий документы и материальные ценности были переданы следующему руководителю, то есть ФИО6 по акту приема-передачи документации и печати должника от 16.08.2018.
Вместе с тем, как обоснованно указано судом первой инстанции, представленный акт приема-передачи от 16.08.2018 не может быть принят в качестве достоверного и достаточного доказательства в обоснование доводов ФИО2 об исполнении им обязанности по передаче всех документации имущества общества после прекращения осуществления полномочий руководителя, учитывая характер деятельности общества и отраженные в бухгалтерских балансах данные, свидетельствующие об осуществлении обществом значительных по объему и размеру хозяйственных операций, которые так или иначе должны быть опосредованы не только первичной, но и бухгалтерской документацией.
Из спорного акта усматривается, что перечень переданной документации обозначен общими фразами без указания конкретных видов документов с их реквизитами и в систематизированном виде.
ФИО2 также не представил суду доказательств того, что у него отсутствовала объективная возможность надлежащим образом вести бухгалтерский учет на предприятии и хранить бухгалтерскую отчетность, что предусмотрено Законом о бухгалтерском учете.
Отсутствие у ответчика необходимой документации не освобождает его от иных негативных последствий за ее непредоставление, в частности, в виде привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по правилам главы III.2 Закона о банкротстве, или возмещения убытков (пункт 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации), однако при этом необходимо доказать, что истребуемая документация была утеряна в результате противоправных действий (бездействия) руководителя, не обеспечившего её сохранность.
В данном случае ФИО2 не представил каких-либо доказательств, в том числе косвенных в обоснование довода о том, что в период его руководства все хозяйственные операции общества сопровождались составлением обосновывающей документации с последующим отражением таких данных в бухгалтерском баланса, а после прекращения его полномочий – были в полном объеме переданы вновь назначенному директору общества, то есть не были сокрыты или уничтожены для целей недопущения установления фактов осуществления им незаконных действий, в том числе по выводу имущества в пользу подконтрольных или аффилированных лиц, учитывая указанные конкурсным управляющим и установленные судом первой инстанции обстоятельства аффилированности ФИО2 с ООО «Базис», ООО «Севен Санс Девелопмент», ООО «СЗ «Среднерогатская», возникновения в период его руководства задолженности должника перед ООО «ЭВЕРЕСТ», ООО «Лидерстрой» и ООО «Алюстек Фасад».
При этом презумпция, согласно которой отсутствие (непередача руководителем арбитражному управляющему) финансовой и иной документации должника, существенно затрудняющее проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, указывает на вину руководителя (определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079).
Смысл этой презумпции состоит в том, что руководитель, уничтожая, искажая или производя иные манипуляции с названной документацией, скрывает данные о хозяйственной деятельности должника. Предполагается, что целью такого сокрытия, скорее всего, является лишение арбитражного управляющего и конкурсных кредиторов возможности установить факты недобросовестного осуществления руководителем или иными контролирующими лицами своих обязанностей по отношению к должнику. К таковым, в частности, могут относиться сведения о заключении заведомо невыгодных сделок, о выводе активов и тому подобное, что само по себе позволяет применить иную презумпцию субсидиарной ответственности (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве). Кроме того, отсутствие определенного вида документации затрудняет наполнение конкурсной массы, например, посредством взыскания дебиторской задолженности, возврата незаконно отчужденного имущества.
В рассматриваемом случае, в отсутствии доказательств обратного, коллегия находит достоверным доводы о том, что подписание акта приема-передачи документов от 16.08.2018 между ФИО2 и ФИО6 не сопровождалось фактической передачей последнему документации общества, в связи с чем ссылка ФИО2 на данный акт как на доказательство отсутствия у него документов, а также материальных ценностей должника, на передачу которых в акте не указано, апелляционным судом отклоняется.
Как правильно отметил суд первой инстанции, обстоятельства настоящего дела, в том числе подписание акта приема-передачи документов от 16.08.2018, свидетельствуют о совершении контролирующим должника лицом попытки избежать предусмотренной законом ответственности на случай банкротства общества, учитывая, что значительная часть кредиторской задолженности, в том числе перед аффилированными лицами, образовалась именно в период руководства ФИО2
Изложенное, с учетом представленных в дело письменных доказательств, позволило апелляционному суду прийти к выводу о том, что именно ФИО2, наряду с иными ответчиками, осуществляя полномочия директора ООО «ССК», обладал всей документацией и имуществом должника, следовательно, будучи первым руководителем должника, в период активной деятельности общества, ФИО2, проявляя необходимую заботливость и добросовестность, должен был принять меры по обеспечению сохранности имущества и документации должника и по передаче их в дальнейшем последующему руководителю должника, либо иным лицам, осуществлявшим фактический контроль общества, а в рамках введённой в отношении ООО «ССК» процедуры банкротства - арбитражному управляющему.
Между тем доказательств надлежащего исполнения ФИО2 соответствующих обязанностей, отсутствие вины в не передаче, ненадлежащем хранении документации, а также то, что контролирующим должника лицом были приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от них требовалась, ответчиком в дело не представлено.
Не представлено ФИО2 и мотивированного обоснования отсутствия обосновывающих правоотношения должника с контрагентами документов, сложившихся в период его руководства, ни в ходе рассмотрения спора в суде первой инстанции, ни в суде апелляционной инстанции.
Также при рассмотрении настоящего обособленного спора ФИО2 не раскрыта информация об обстоятельствах, объективно препятствующих выполнению им своих обязанностей надлежащим образом, как не раскрыта какая-либо недоступная независимым участникам оборота информация о должнике, в том числе о его активах, их месте нахождения, либо о лицах, у которых фактически находятся документы и имущество должника.
При изложенных обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции правильно отметил, что с учетом пассивности ответчика в вопросе доказывания своей добросовестности (именно в части передачи всей документации общества последующему руководителю общества, а не в вопросе образования у общества признаков объективного банкротства), возникшие при рассмотрении настоящего обособленного спора непреодолимые сомнения не могут быть истолкованы в пользу ФИО2, объективно имеющего возможность предоставить информацию, устраняющую такие сомнения, но не реализовавшего соответствующую возможность.
Ответственность руководителя должника возникает при неисполнении им обязанностей по организации хранения бухгалтерской документации и отражения в бухгалтерской отчетности достоверной информации, что влечет за собой невозможность формирования конкурсным управляющим конкурсной массы или ее формирование не в полном объеме, и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.
В свою очередь, отсутствие документации является объективным препятствием к надлежащему осуществлению конкурсным управляющим возложенных на него обязанностей по проведению мероприятий процедур банкротства.
Таким образом, названные выше действия (бездействие) ФИО2, в результате которых конкурсному управляющему не были переданы документы и материальные ценности общества, затруднили формирование конкурсной массы, поскольку не позволили конкурсному управляющему определить основные активы должника и их идентификацию с включением в конкурсную массу, установить дебиторскую задолженность и принять меры по ее взысканию, произвести анализ действий (сделок) с активами общества, выявить подлежащие оспариванию сделки должника, реализовать имущество должника.
В соответствии с положениями статей 67, 68, 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.
Учитывая, что ФИО2, заявившим лишь о несогласии с выводами суда первой инстанции, не представлено достаточных и достоверных доказательств в обоснование своей позиции, апелляционная коллегия судей приходит к выводу о том, что материалами дела подтверждены неправомерные действия (бездействие) ФИО2, повлекшие невозможность погашения требований кредиторов должника в связи с непередачей бухгалтерских и иных документов должника и причинением вреда имущественным правам кредиторов, в связи с чем у суда первой инстанции имелись основания для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании подпункта 2 части 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.
Обратного из материалов дела не следует.
С учетом требований пункта 11 статьи 61.11, пункта 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве суд первой инстанции правомерно приостановил производство по делу в части определения размера субсидиарной ответственности ФИО2 до окончания расчетов с кредиторами.
Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не нашли своего подтверждения при ее рассмотрении, по существу сводятся к переоценке законных и обоснованных, по мнению суда апелляционной инстанции, выводов суда первой инстанции, не содержат фактов, которые имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не влекущими отмену либо изменение обжалуемого судебного акта.
Нормы материального права применены арбитражным судом первой инстанции правильно. Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ в любом случае основаниями для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.
С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены определения Арбитражного суда Омской области от 31.01.2025 по настоящему делу в обжалуемой части.
Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.
Расходы по оплате государственной пошлины в связи с рассмотрением апелляционной жалобы в порядке статьи 110 АПК РФ относятся на подателя жалобы.
На основании изложенного и руководствуясь статьями 269 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд
ПОСТАНОВИЛ:
определение Арбитражного суда Омской области от 31 января 2025 года по делу № А46-20761/2021 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.
Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.
Председательствующий
М.П. Целых
Судьи
Е.А. Горбунова
О.В. Дубок