Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

г. Ульяновск Дело № А72-12382/2024

07.02.2025

Резолютивная часть решения объявлена 30.01.2025

Полный текст решения изготовлен 07.02.2025

Арбитражный суд Ульяновской области в составе судьи Карсункина С.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Осиповой Е.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску

Компании «Дюрасэль ФИО1» (Duracell Batteries BV)

к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ИНН <***>; ОГРНИП: <***>)

о взыскании компенсации в размере 500 000 руб. 00 коп.

при участии:

от истца – ФИО3, представлены удостоверение адвоката, доверенность, посредством сервиса веб-конференции (онлайн-заседание);

от ответчика – ФИО4, представлены удостоверение адвоката, доверенность;

УСТАНОВИЛ:

Компания «Дюрасэль ФИО1» (Duracell Batteries BV) обратилась в Арбитражный суд Ульяновской области с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО2 о взыскании компенсации в размере 500 000 руб. 00 коп.

Определением от 18.09.2024, исковое заявление принято к производству с рассмотрение в порядке упрошенного производства.

От ответчика через канцелярию суда поступило ходатайство, в котором он указал, что не имеет возможности ознакомиться с материалами дела, соответственно не может представить свои возражения на исковое заявление.

18.11.2024 судом было вынесено определение об исправлении опечатки в указании имени и отчества ответчика.

Определением от 18.11.2024 суд перешел к рассмотрению дела по общим правилам искового производства.

В порядке ст.163 АПК РФ судом объявлен перерыв в судебном заседании 22.01.2025г. до 30.01.2025г. до 14 час. 00 мин.

30.01.2025 до начала судебного заседания посредством системы электронной подачи документов "Мой Арбитр" от истца поступило ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств; иных заявлений и ходатайств от лиц, участвующих в деле, не поступало.

В судебном заседании представитель истца просит приобщить к материалам дела направленные посредством системы "Мой Арбитр" дополнительные доказательства.

В отсутствие возражений ответчика представленные доказательства приобщены к материалам дела в порядке статей 65, 159 АПК РФ.

Представитель истца на удовлетворении исковых требований настаивает в полном объеме; дает пояснения по расчету размера взыскиваемой компенсации.

Представитель ответчика не оспаривает факта осуществления доверителем реализации спорного товара после обращения истца в суд и по состоянию на 22.01.2025; дает пояснения, поддерживает ранее изложенные доводы; просит снизить размер взыскиваемой компенсации до 10 000 руб.; отвечает на вопросы суда.

Исследовав и оценив имеющиеся в деле доказательства, суд установил следующие обстоятельства.

Из материалов дела следует, что Компания «Дюрасэль ФИО1» (Duracell Batteries BV) (далее - истец, "Правообладатель") является обладателем исключительных прав на товарные знаки «DURACELL» (по свидетельствам на товарный знак (знак обслуживания) №№ 503256 и 31689), «ДЮРАСЕЛЛ» (по свидетельству на товарный знак (знак обслуживания) № 194626), «ДЮРАСЭЛЬ» (по свидетельству на товарный знак (знак обслуживания) № 143019), «DURACELL ULTRA POWER» (по свидетельству на товарный знак (знак обслуживания) № 487966), «DURACELL TURBO» (по свидетельству на товарный знак (знак обслуживания) № 304850), изобразительный товарный знак «» (по свидетельству на товарный знак (знак обслуживания) № 250750), комбинированный товарный знак (по свидетельству на товарный знак (знак обслуживания) № 1433317) и др., надлежащим образом зарегистрированные и охраняемые на территории РФ.

В подтверждение представлены соответствующие свидетельства.

Как указывает истец, ему стало известно, что ИП ФИО2 хранит, предлагает к продаже, продает, в том числе через магазин «Sch MS Shop», на маркетплейсе www.ozon.ru, иным образом вводит в гражданский оборот контрафактную продукцию (батарейки), на которой незаконно используются указанные товарные знаки, а также обозначения, сходные до степени смешения с названным товарными знаками, для однородных товаров (09 класса МКТУ).

В подтверждение указанных обстоятельств истцом представлены скриншоты изображений с сайта www.ozon.ru, кассовый чек на покупку товаров.

Согласно п. 55 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление №10) при рассмотрении дел о защите нарушенных интеллектуальных прав судам следует учитывать, что законом не установлен перечень допустимых доказательств, на основании которых устанавливается факт нарушения (статья 55 ГПК РФ, статья 64 АПК РФ). Поэтому при разрешении вопроса о том, имел ли место такой факт, суд в силу статей 55 и 60 ГПК РФ, статей 64 и 68 АПК РФ вправе принять любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством, в том числе полученные с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в частности сети "Интернет".

Допустимыми доказательствами являются в том числе сделанные и заверенные лицами, участвующими в деле, распечатки материалов, размещенных в информационно-телекоммуникационной сети (скриншот), с указанием адреса интернет-страницы, с которой сделана распечатка, а также точного времени ее получения. Такие распечатки подлежат оценке судом при рассмотрении дела наравне с прочими доказательствами (статья 67 ГПК РФ, статья 71 АПК РФ).

Факт неправомерного распространения контрафактных материальных носителей в рамках договора розничной купли-продажи может быть установлен не только путем представления кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара, а также заслушивания свидетельских показаний (статья 493 ГК РФ), но и на основании иных доказательств, например аудио- или видеозаписи.

Ссылаясь на то, что разрешение на использование спорных товарных знаков ответчику не предоставлялось, истец посчитал действия ответчика нарушающими его исключительные права.

Истец направил в адрес ответчика претензию от 17.05.2024г. №1232 с требованием о прекращении нарушения исключительных прав на товарные знаки и выплате компенсации.

Так как претензия не была удовлетворена ответчиком, истец обратился в суд с настоящим исковым заявлением.

Согласно статье 1225 ГК РФ к результатам интеллектуальной деятельности и приравненным к ним средствам индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственности), отнесены, в том числе, фирменные наименования, товарные знаки и знаки обслуживания, а также коммерческие обозначения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающее исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Согласно пункту 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 ГК РФ любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак). Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

Согласно пункту 2 статьи 1484 ГК РФ исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; сети "Интернет", в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 Кодекса).

Для признания сходства товарных знаков достаточно уже самой опасности, а не реального смешения товарных знаков в глазах потребителя (Постановления президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.06.2013 N 2050/13, от 27.06.2017 N 307-ЭС16-881 по делу N А56-62226/2014).

Истец в договорных отношениях с ответчиком не состоит, согласия на введение в гражданский оборот на территории Российской Федерации товара (батареек), маркированных обозначением сходным до степени смешения с принадлежащими истцу товарными знаками ответчику не предоставлял.

Согласно правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, содержащейся в пункте 13 Информационного письма от 13.12.2007 N 122 "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности", вопрос о сходстве до степени смешения обозначений может быть разрешен самим судом без назначения экспертизы на основе Правил рассмотрения заявки.

В силу пункта 41 Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденных приказом Минэкономразвития России от 20.07.2015 N 482, обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением, если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

При этом, словесные обозначения сравниваются: со словесными обозначениями; с комбинированными обозначениями, в композиции которых входят словесные элементы.

Сходство словесных обозначений может быть звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) (пункт 42 Правил N 482).

Звуковое (фонетическое) сходство определяется на основании следующих признаков: наличие близких и совпадающих звуков, близость звуков, составляющих обозначение, расположение близких звуков и звукосочетаний по отношению друг к другу, наличие совпадающих слогов и их расположение, число слогов в обозначениях, место совпадающих звукосочетаний в составе обозначений, близость состава гласных, близость состава согласных, характер совпадающих частей обозначений, вхождение одного обозначения в другое, ударение. При этом одним из наиболее распространенных случаев звукового сходства является фонетическое вхождение одного обозначения в другое.

Смысловое сходство определяют на основании следующих признаков: подобие заложенных в обозначениях понятий, идей; в частности, совпадение значения обозначений в разных языках; совпадение одного из элементов обозначений, на который падает логическое ударение и который имеет самостоятельное значение; противоположность заложенных в обозначениях понятий, идей.

В п. 43 Правил N 482 отражено, что изобразительные и объемные обозначения сравниваются с изобразительными, объемными и комбинированными обозначениями, в композиции которых входят изобразительные или объемные элементы. Сходство изобразительных и объемных обозначений определяется на основании следующих признаков: 1) внешняя форма; 2) наличие или отсутствие симметрии; 3) смысловое значение; 4) вид и характер изображений (натуралистическое, стилизованное, карикатурное и тому подобное); 5) сочетание цветов и тонов.

Признаки, указанные в настоящем пункте, учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

Обозначения, размещенные ответчиком на реализуемых товарах, имеют полное звуковое (фонетическое) сходство, смысловое сходство, исходя из того, что слово Duracell произошло от слияния двух слов - durable cell, что можно приблизительно перевести как "элемент длительного использования", сходство внешней формы, вида и характера изображения, сочетания цветов, шрифта с товарными знаками истца.

Таким образом, ответчик незаконно используют обозначения, сходные до степени смешения с товарными знаками истца, а следовательно предъявление истцом исковых требований является обоснованным.

Возражая против исковых требований, ответчик ссылался на то, что приложенная к исковому заявлению выписка из торгового реестра страны истца составлена 24 мая 2022г., удостоверена нотариусом и переведена на русский язык 30 июня 2022г., т.е. истцом не приложена актуальная выписка из иностранного торгового реестра, подтверждающая юридический статус и право на осуществление предпринимательской и иной экономической деятельности иностранного лица в отношении истца.

В соответствии со статьей 255 АПК РФ документы, выданные, составленные или удостоверенные по установленной форме компетентными органами иностранных государств вне пределов Российской Федерации по нормам иностранного права в отношении российских организаций и граждан или иностранных лиц, принимаются арбитражными судами в Российской Федерации при наличии легализации указанных документов или проставлении апостиля, если иное не установлено международным договором Российской Федерации. Документы, составленные на иностранном языке, при представлении в арбитражный суд в Российской Федерации должны сопровождаться их надлежащим образом заверенным переводом на русский язык.

В пункте 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2017 N 23 "О рассмотрении арбитражными судами дел по экономическим спорам, возникающим из отношений, осложненных иностранным элементом" (далее - постановление N 23) указано, что из взаимосвязанных положений пункта 9 части 1 статьи 126, части 1 статьи 253, части 3 статьи 254 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации следует, что в случае, когда истцом или ответчиком является иностранное лицо, к исковому заявлению прилагается документ, подтверждающий нахождение лица под юрисдикцией иностранного государства, его организационно-правовую форму, правоспособность и содержащий сведения о том, кто от имени юридического лица обладает правомочиями на приобретение гражданских прав и принятие гражданских обязанностей. Такой документ определяется на основании личного закона иностранного лица (например, выписка из торгового реестра страны происхождения).

В пункте 25 Обзора судебной практики по некоторым вопросам, связанным с рассмотрением арбитражными судами дел с участием иностранных лиц, утвержденного информационным письмом Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.07.2013 N 158, разъяснено, что официальные документы, подтверждающие статус иностранного юридического лица, должны исходить от компетентного органа иностранного государства, содержать актуальную информацию на момент рассмотрения спора, должны быть надлежащим образом легализованы или апостилированы, а также должны сопровождаться надлежащим образом заверенным переводом на русский язык.

Согласно статье 3 Гаагской конвенции (1961) проставление апостиля компетентным органом государства, в котором этот документ был совершен, является единственной формальностью, которая может быть потребована для удостоверения подлинности подписи, качества, в котором выступало лицо, подписавшее документ, и, в надлежащем случае, подлинности печати и штампа, которыми скреплен этот документ. Проставление апостиля на сертификате о существовании/полномочиях подтверждает подлинность подписи, качество, в котором выступал секретарь штата, как должностное лицо государства, ответственное за регистрацию и учет юридических лиц.

Как указано в пункте 27 Обзора практики рассмотрения арбитражными судами дел с участием иностранных лиц, утвержденным информационным письмом Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.07.2013 N 158, доверенность от имени иностранного лица, выданная на территории иностранного государства, не является официальным документом и по общему правилу не требует обязательного удостоверения в виде консульской легализации или проставления апостиля. Вместе с тем, такая доверенность может признаваться официальным документом в отдельных случаях, в том числе при ее нотариальном удостоверении, и приниматься арбитражным судом при наличии легализации или соблюдения иных заменяющих ее процедур, а данном случае проставлении апостиля.

В материалы дела истцом 24.01.2025 представлены полная выписка данных о зарегистрированном лице (юридическом лице) в отношении истца с проставлением апостиля от 01.10.2024, то есть в период рассмотрения дела в суде, а также доверенность на представление интересов истца от 23.12.2022 г. со сроком действия до 31.12.2027 г. с проставлением апостиля от 18.01.2023.

Суд принимает во внимание, что указанные выписка, доверенность, апостиль сопровождаются надлежащим образом заверенным переводом на русский язык, что исключает необходимость доказывать соответствие содержания доверенности и их формы российскому праву, на момент проставления апостиля срок действия доверенности не истек.

Учитывая изложенное полномочия представителя действовать от имени истца подтверждены надлежащим образом.

Согласно подп. 2 п. 1 ст. 1252 ГК РФ защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления в порядке, предусмотренном настоящим Кодексом, требования о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, - к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним, а также к иным лицам, которые могут пресечь такие действия.

С учетом установленного нарушения ответчиком прав истца путем реализации контрафактного товара и предложения его к продаже на маркетплейсе www.ozon.ru требования истца обязать ответчика прекратить нарушение исключительных прав на товарные знаки истца путем незаконного использования данных товарных знаков и сходных до степени смешения с названными товарными знаками обозначений для однородных товаров (батареек), в том числе при хранении, предложении к продаже, продаже, в том числе на маркетплейсе www.ozon.ru подлежат удовлетворению.

В соответствии с п. 57 Постановления №10 в случае нарушения исключительного права правообладатель вправе осуществлять защиту нарушенного права любым из способов, перечисленных в статье 12 и пункте 1 статьи 1252 ГК РФ, в том числе путем предъявления требования о пресечении действий, нарушающих исключительное право, в частности о запрете конкретному исполнителю исполнять те или иные произведения.

Требование о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, в силу подпункта 2 пункта 1 статьи 1252 ГК РФ может быть предъявлено не только к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним, но и к иным лицам, которые могут пресечь такие действия.

Такое требование может быть удовлетворено только в том случае, если противоправное поведение конкретного лица еще не завершено или имеется угроза нарушения права. Так, не подлежит удовлетворению требование о запрете предложения к продаже или о запрете продажи контрафактного товара, если такой принадлежавший ответчику товар им уже продан. Требования об общем запрете конкретному лицу на будущее использовать результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации (например, о запрете размещения информации в информационно-телекоммуникационных сетях, в том числе сети "Интернет") также не подлежат удовлетворению. Такой запрет установлен непосредственно законом (абзац третий пункта 1 статьи 1229 ГК РФ).

Следовательно, требования в части обязать ответчика прекратить нарушение исключительных прав истца путем введения в гражданский оборот контрафактной (поддельной) продукции (батареек) иным образом не подлежат удовлетворению, так как имеют запрет общего характера и не конкретизированы должным образом.

В соответствии с пунктом 4 статьи 1515 ГК РФ правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации:

1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;

2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Как разъяснено в пункте 59 Пленум N 10, компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер. При заявлении требований о взыскании компенсации правообладатель вправе выбрать один из способов расчета суммы компенсации, указанных в подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1301, подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1311, подпунктах 1 и 2 статьи 1406.1, подпунктах 1 и 2 пункта 4 статьи 1515, подпунктах 1 и 2 пункта 2 статьи 1537 ГК РФ, а также до вынесения судом решения изменить выбранный им способ расчета суммы компенсации, поскольку предмет и основания заявленного иска не изменяются. Суд по своей инициативе не вправе изменять способ расчета суммы компенсации.

Истец заявил требование о взыскании компенсации на основании подп. 1 п. 5 ст. 1515 ГК РФ в размере 500 000 руб.

Ответчик просит отказать в удовлетворении исковых требований. В случае их удовлетворения просит при определении размера компенсации исходить из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения. Размер компенсации просит установить, исходя из 10 000 руб. 00 коп. за одно нарушение.

Из пункта 61 Постановления N 10 следует, что заявляя требование о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, истец должен представить обоснование размера взыскиваемой суммы (пункт 6 части 2 статьи 131, абзац восьмой статьи 132 ГПК РФ, пункт 7 части 2 статьи 125 АПК РФ), подтверждающее, по его мнению, соразмерность требуемой им суммы компенсации допущенному нарушению, за исключением требования о взыскании компенсации в минимальном размере.

Разрешая дела о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, суд определяет сумму компенсации в указанных законом пределах по своему усмотрению, но не выше заявленного истцом требования. При этом суд не лишен права взыскать сумму компенсации в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием, но не ниже низшего предела, установленного абзацем вторым статьи 1301, абзацем вторым статьи 1311, подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 или подпунктом 1 пункта 2 статьи 1537 ГК РФ.

Исходя из правовой позиции, изложенной в абзаце четвертом пункта 62 постановления N 10, размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Согласно части 1 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Следовательно, определение размера компенсации относится к компетенции судов, рассматривающих спор по существу.

Из материалов дела следует, что истец, заявляя требования о взыскании с ответчика компенсации, сослался на то, что ответчиком всего было реализовано товаров, как минимум, на общую сумму 18 746 837 руб., что более чем в 37 раз превышает размер заявленной истцом компенсации.

При этом количество и сумму реализованного товара истец определил, исходя из отзывов оставленных на сайте покупателями, а также, исходя из расчета ущерба согласно методике, содержащейся в п. 25 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 26 апреля 2007 г. № 14 «О практике рассмотрения судами уголовных дел о нарушении авторских, смежных, изобретательных и патентных прав, а также незаконном использовании товарного знака». Истцом произведен расчет ущерба на сумму 37 628 290 руб. 00 коп.

Факт реализации спорного товара ответчиком не оспорен, осуществление реализации товаров маркированных изображениями, сходными с товарными знаками истца, ответчиком также не оспаривается.

Суд отмечает, что размер компенсации определяется судом в пределах, установленных ГК РФ, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Отступление от требований справедливости, равенства и соразмерности при взыскании с индивидуального предпринимателя компенсации в пределах, установленных подпунктом 1 статьи 1301, подпунктом 1 статьи 1311 и подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ во взаимосвязи с абзацем третьим пункта 3 статьи 1252 данного Кодекса, за нарушение одним действием прав на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации может иметь место, если размер подлежащей выплате компенсации, исчисленной по установленным данными законоположениями правилам даже с учетом возможности ее снижения, многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков (при том, что эти убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком) и если обстоятельства конкретного дела свидетельствуют, в частности, о том, что правонарушение совершено индивидуальным предпринимателем впервые и что использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности и не носило грубый характер (например, если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции).

Как указано в Постановлении Конституционного Суда РФ от 24.07.2020 N 40-П, нельзя исключать, что при некоторых обстоятельствах размер ответственности, к которой привлекается нарушитель прав на объекты интеллектуальной собственности, в сопоставлении с совершенным им деянием может превысить допустимый с точки зрения принципов равенства и справедливости предел и тем самым привести к нарушению статей 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации.

Истец, заявив требование из расчета 500 000 руб. 00 коп., расчет размера убытка произвел из предположения о количестве реализованных ответчиком товаров, основанного на количестве отзывов и предположении, что количество отзывов соответствует количеству реализованных товаров.

То есть, расчет носит предположительный характер и не является в достаточной степени достоверным.

При этом в настоящем деле суд рассматривает не вопрос снижения размера компенсации, а установления судом разумного и обоснованного размера компенсации

Применительно к настоящему делу суд учитывает, что компенсация, будучи мерой гражданско-правовой ответственности, имеет целью восстановить имущественное положение правообладателя, но при этом, отражая специфику объектов интеллектуальной собственности и особенности их воспроизведения, носит и штрафной характер.

Компенсация может быть больше (в умеренных пределах), чем цена, на которую правообладатель мог бы рассчитывать по договору о передаче права на использование объекта исключительных прав. Штрафной ее характер - наряду с возможными судебными расходами и репутационными издержками нарушителя - должен стимулировать к правомерному (договорному) использованию объектов интеллектуальной собственности и вместе с тем способствовать, как следует из Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 10 октября 2017 года N 2256-О, восстановлению нарушенных прав, а не обогащению правообладателя (Постановление Конституционного Суда РФ от 24.07.2020 N 40-П).

Однако по настоящему делу, заявляя требование о взыскании компенсации в размере 500 000 руб. 00 коп., истец не представил суду обоснование суммы компенсации, доказательства того, что указанный размер компенсации направлен на восстановление имущественного положения истца в связи с допущенным нарушением ответчика.

Истец не сослался на иные кроме расчета обстоятельства, способные повлиять на размер взыскиваемой судом компенсации и подтвержденные доказательствами, в связи с чем, суд лишен возможности убедиться в соразмерности требуемого истцом размера компенсации последствиям реализации (предложения к продаже) ответчиком спорного товара.

Взыскание компенсации при таких условиях в заявленной сумме в полном объеме превращается в меру ответственности карательного характера.

Установление разумного и обоснованного размера компенсации - прерогатива суда (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2021), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 30.06.2021).

При определении размера компенсации суд исходит из того, что ответчиком нарушены права истца на 7 товарных знаков.

Предложение товаров ответчиком зафиксировано истцом, исходя из скриншотов за период с 19.04.2024 по 05.09.2024.

Кроме того, в судебном заседании 22.01.2025 представитель истца пояснил, что реализация контрафактных товаров не была прекращена ответчиком ни после подачи истцом искового заявления, ни по состоянию на дату судебного заседания.

В подтверждение указанных обстоятельств истцом представлены скриншоты по состоянию на 16.12.2024 и на 22.01.2025.

В судебном заседании 30.01.2024 представитель ответчика подтвердил, что реализация батареек не прекращена и продолжается, т.к. не установлено отсутствие права ответчика реализовывать спорный товар.

Таким образом, ответчик продолжает нарушать права истца даже после предъявления к нему исковых требований в условиях отсутствия оснований для использования товарных знаков истца. То есть нарушение, совершаемое ответчиком, является длящимся и носит грубый характер.

Суд, учитывая выше изложенное, а также руководствуясь принципами разумности и соразмерности, считает в данном случае обоснованным размер компенсации из расчета 40 000 руб. за одно нарушение исключительных прав на товарный знак.

При этом в настоящем деле, определив размер компенсации в сумме 40 000 руб. 00 коп. за одно нарушение (40 000*7), суд рассматривает не вопрос снижения размера компенсации, а установления судом разумного и обоснованного размера компенсации.

В связи с чем, исковые требования следует удовлетворить частично в сумме 280 000 руб.; в остальной части - оставить без удовлетворения.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по оплате государственной пошлины относятся на стороны пропорционально удовлетворенным требованиям, с учетом заявления исковых требований как неимущественного, так и имущественного характера.

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса РФ, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Обязать индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН <***>; ОГРНИП: <***>) прекратить нарушение исключительных прав на товарные знаки "DURACELL" (по свидетельствам на товарный знак (знак обслуживания) №№ 503256 и 31689), «ДЮРАСЕЛЛ» (по свидетельству на товарный знак (знак обслуживания) № 194626), «ДЮРАСЭЛЬ» (по свидетельству на товарный знак (знак обслуживания) № 143019), «DURACELL ULTRA POWER» (по свидетельству на товарный знак (знак обслуживания) № 487966), «DURACELL TURBO» (по свидетельству на товарный знак (знак обслуживания) № 304850), изобразительный товарный знак (по свидетельству на товарный знак (знак обслуживания) № 250750), комбинированный товарный знак (по свидетельству на товарный знак (знак обслуживания) № 1433317), принадлежащие Компании «Дюрасэль ФИО1» (Duracell Batteries BV), путем незаконного использования данных товарных знаков и сходных до степени смешения с названными товарными знаками обозначений для однородных товаров (батареек), в том числе при хранении, предложении к продаже, продаже, в том числе на маркетплейсе www.ozon.ru.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН <***>; ОГРНИП: <***>) в пользу Компании «Дюрасэль ФИО1» (Duracell Batteries BV) компенсацию за нарушение исключительных прав на товарные знаки «DURACELL» (по свидетельствам на товарный знак (знак обслуживания) №№ 503256 и 31689), «ДЮРАСЕЛЛ» (по свидетельству на товарный знак (знак обслуживания) № 194626), «ДЮРАСЭЛЬ» (по свидетельству на товарный знак (знак обслуживания) № 143019), «DURACELL ULTRA POWER» (по свидетельству на товарный знак (знак обслуживания) № 487966), «DURACELL TURBO» (по свидетельству на товарный знак (знак обслуживания) № 304850), изобразительный товарный знак (по свидетельству на товарный знак (знак обслуживания) № 250750), комбинированный товарный знак (по свидетельству на товарный знак (знак обслуживания) № 1433317) в размере 280 000 руб. 00 коп.; 13 280 руб. 00 коп. – расходы по оплате государственной пошлины.

В остальной части исковые требования оставить без удовлетворения.

Решение вступает в законную силу по истечении месячного срока с момента его принятия.

Решение может быть обжаловано в месячный срок со дня принятия в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд.

Судья С.А. Карсункин