АРБИТРАЖНЫЙ СУД ГОРОДА МОСКВЫ

115225, <...> http://www.msk.arbitr.ru

Именем Российской Федерации РЕШЕНИЕ

г. Москва Дело № А40-172426/25-14-1339 30 октября 2025 года

Резолютивная часть объявлена 13 октября 2025 г. Дата изготовления решения в полном объеме 30 октября 2025 г.

Арбитражный суд города Москвы в составе:

председательствующего - судьи Лихачевой О.В. Судьей единолично

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Ушакова Ю.Ю., с использованием средств аудиозаписи

рассмотрев дело по исковому заявлению ООО СТРАХОВАЯ КОМПАНИЯ "ГЕЛИОС" (ИНН <***>)

к ответчику ИП ФИО1 (ИНН <***>)

при участии третьего лица финансового управляющего Асланов Шамиль-Имам Махачевич (ИНН <***>), ООО «КОМПЛЕКСНОЕ СОПРОВОЖДЕНИЕ ПРОЦЕДУР БАНКРОСТВА» Союз арбитражных управляющих «Возраждение» НП СРО АУ «РАЗВИТИЕ»

о признании недействительными договоров страхования № 930-0002071-02395 от 26.06.2019 г. и № 930-0005714-02395 от 22 июня 2020 г.

при участии представителей:

от истца – ФИО2 по доверенности от 01.01.2025г. от ответчика – ФИО3 по доверенности от 18.04.2025г.

от третьего лица ООО «КОМПЛЕКСНОЕ СОПРОВОЖДЕНИЕ ПРОЦЕДУР БАНКРОСТВА» - ФИО4 по доверенности от 26.09.2025г.

от третьего лица Союз арбитражных управляющих «Возраждение» НП СРО АУ «РАЗВИТИЕ» - ФИО5 по доверенности от 03.03.2025г.

в судебное заседание не явились: от третьего лица- извещено

УСТАНОВИЛ:

ООО Страховая Компания «Гелиос» обратилось в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением к ФИО1 о признании договоров страхования ответственности арбитражного управляющего № 930-0002071-02395 от 26.06.2019 г., № 930-0005714-02395 от 22.06.2020 г.

недействительными с момента их заключения, применения последствий недействительности, выраженные в отсутствии оказания услуг по страхованию, в том числе, в отсутствии акцессорных обязательств, вытекающих их услуг по страхованию, по договорам страхования ответственности арбитражного управляющего № 930-0002071-02395 от 26.06.2019 г., № 930-0005714-02395 от 22.06.2020 г.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 19 сентября 2025 года по делу № А40-172426/25-14-1339 привлечены ООО «КОМПЛЕКСНОЕ СОПРОВОЖДЕНИЕ ПРОЦЕДУР БАНКРОСТВА» (ИНН: <***>, 141407, МО, г. Химки, р-н. Химки, пр-кт. Юбилейный, корп./ст. 6А), Союз арбитражных управляющих «Возрождение» (ИНН: <***>, 107078, <...>- Черногрязская, д. 8, стр. 1, оф. 304), НП СРО АУ «РАЗВИТИЕ» (ОГРН: <***>, 117105, <...>, ком. 36) к участию в деле, в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора.

В судебном заседании представитель истца огласил пояснения по иску, поддержал заявленные требования в полном объёме.

Представитель ответчика возражал по доводам представителя истца, огласил отзыв на иск, заявил о пропуске срока исковой давности.

Исследовав материалы дела, суд считает, что исковые требования не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В обоснование заявленных требований истец указал, что между ООО Страховая Компания «Гелиос» и ФИО1 были заключены договоры страхования ответственности арбитражного управляющего:

- № 930-0002071-02395 от 26.06.2019 г. за период действия 26.06.2019 – 25.06.2020, страховая сумму 10 000 000 руб.;

- № 930-0005714-02395 от 22.06.2020 г. за период действия 26.06.2020 – 25.06.2021, страховая сумму 10 000 000 руб.

В соответствии с положениями Закона Российской Федерации от 27.11.1992 г. № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» добровольное страхование осуществляется на основании договора страхования и правил страхования, определяющих общие условия и порядок его осуществления. Правила страхования принимаются и утверждаются страховщиком или объединением страховщиков самостоятельно в соответствии с ГК РФ и Законом о страховом деле.

При заключении договора страхования страхователь обязан сообщить страховщику известные страхователю обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления (страхового риска), если эти обстоятельства не известны и не должны быть известны страховщику (п. 1 ст. 944 ГК РФ).

Истец ссылается, что при заключении договоров страхования, ответчиком заполнено заявление на страхование гражданской ответственности, в котором страхователь указал заведомо ложные сведения и ввел в заблуждение страховщика.

Так, ответчиком указано что ему не известно о каких-либо обстоятельствах, которые могут привести к предъявлению претензии.

Как следует из материалов дела, ответчик исполнял обязанности финансового управляющего ФИО6 в период с 14.05.2019 г. по 07.06.2021 г. в рамках дела № А40-34840/2019.

В соответствии с положениями статей 16, 69 АПК РФ вступившие в законную силу судебные акты являются обязательными, подлежат исполнению на всей территории Российской Федерации; обстоятельства, установленные ими, имеют преюдициальное значение, т.е. не доказываются вновь при рассмотрении судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Преюдициальная связь судебных актов обусловлена указанным свойством обязательности как элемента законной силы судебного акта, в силу которой в процессе судебного доказывания суд не должен дважды устанавливать один и тот же факт в отношениях между теми же сторонами. Иной подход означает возможность опровержения опосредованного вступившим в законную силу судебным актом вывода суда о фактических обстоятельствах другим судебным актом, что противоречит общеправовому принципу определенности, а также принципам процессуальной экономии и стабильности судебных решений (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 05.02.2007 № 2-П).

В рамках дела о банкротстве ФИО6 был рассмотрен обособленный спор № А40-34840/19-103-29 по заявлению ФИО7 о взыскании убытков с ФИО1

Определением Арбитражного суда города Москвы от 29.07.2022 г. по делу А40-34840/19, оставленным без изменений постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 31.10.2022 г., постановлением АС Московского округа от 23.03.2023 г. с ФИО1 в пользу ФИО7 взысканы убытки в размере 6 105 341,49 рублей.

Как следует из указанного Определения АС г. Москвы от 29.07.2022 г.

«Судом отмечается, что аффилированность ФИО1, ФИО6, ФИО8 установлена судебными актами – Определениями Арбитражного суда города Москвы от 04.08.2021 и Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда № 09АП-61779/21 по делу № А40-34840/2019, а также Определением Арбитражного суда г. Москвы 06 августа 2021 г. по делу № А40- 34840/19-103-29 ИП. Аффилированность ФИО1 и ФИО6 установлена также Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 16.06.2021, определением Арбитражного суда г. Москвы от 11 августа по делу № А40-34840/19-103-29 ИП, Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 03 сентября 2021 г. по делу № А40-34840/19-103-29 ИП. Намеренное непринятие мер ФИО1, направленных на пополнение конкурсной массы, в условиях осведомленности о денежных обязательствах должника и поступления денежных средств на счета ФИО8, установлено Определением Арбитражного суда города Москвы от 04.08.2021 и Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда № 09АП-61779/21 от 18.11.2021 по делу № А40-34840/2019.» стр.7 определения.

По мнению истца, исходя из обстоятельств, ранее установленных судом по делу А40-34840/2019 следует, что ответчик ввел страховщика в заблуждение при заключении договоров страхования № 930-0002071-02395 от 26.06.2019 г. и № 930-0005714-02395 от 22.06.2020 г. и указал заведомо ложные сведения, поскольку, указал что ему не известно об обстоятельствах, которые могут привести к предъявлению претензии, при этом судом установлено, что в период процедуры конкурсного производства ФИО6 (должника) ответчик при исполнении обязанностей конкурсного управляющего целенаправленно бездействовал, т.к. являлся аффилированным по отношению к должнику и кредитору (заемщику) ФИО8, что является незаконным и противоречит требованиям п. 4 ст. 20.3 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", что в последующем привело к причинению убытка должнику, из чего следует, что ответчику были известны обстоятельства до заключения оспариваемых договоров страхования, которые могли привести к предъявлению претензий, однако ответчик страховщику о них не сообщил, указав ложные сведения.

Таким образом, ссылается, что ФИО1, при заключении договоров страхования № 930-0002071-02395 от 26.06.2019 г. и № 930-0005714-02395 от 22.06.2020 г. сообщил страховщику заведомо ложные сведения, относительно отсутствия сведений, которые могли привести к предъявлению претензий, что

подтверждается ответами ФИО1 на вопросы в заявлениях на страхование ответственности арбитражного управляющего, тем самым введя страховщика в заблуждение при заключении договоров страхования лишив страховщика возможности на объективную оценку профессиональной компетенции ФИО1 как арбитражного управляющего, оценку предмета страхования и страхового риска, формирование надлежащего страхового тарифа с учетом поправочных коэффициентов, при этом страховщик, учитывая сообщение заведомо ложных сведений, существенно влияющих на страховой риск, мог и отказаться от заключения такого договора страхования с таким страхователем.

Отмечает, что добросовестный арбитражный управляющий при заключении договора страхования, предметом которого является ответственность профессиональной деятельности арбитражного управляющего, с учетом того, что при страховании оценивается профессиональная компетенция страхователя в качестве арбитражного управляющего, явным образом указал бы сведения о том, что он получил от своих аффилированных лиц указания действовать не в интересах Должника при исполнении им обязанностей конкурсного управляющего (14.05.19-07.06.21), что причинило потерпевшему убытки, что в силу ст. 179 ГК РФ по смыслу разъяснений п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 7 от 24.03.2016 г. «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» и п. 7 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 10.12.2013 № 162 «Обзор практики применения арбитражными судами статей 178 и 179 Гражданского кодекса Российской Федерации» является обстоятельством, о котором ФИО1, должен был сообщить страховщику при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Верховный суд РФ не раз указывал, что обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (п. 99 постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Обращает внимание, что вышеуказанные сведения, о которых не сообщил страховщику ответчик, не являлись доступными для страховщика на момент заключения договоров страхования, поскольку страховщик не являлся лицом, участвующим в делах о банкротстве, где ФИО1 исполнял обязанности арбитражного управляющего, в связи с чем страховщик был лишен возможности получить и проверить данные сведения самостоятельно, что повлияло на возможность страховщика определить вероятность наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления (страхового риска).

В соответствии с п. 1 ст. 944 ГК РФ при заключении договора страхования страхователь обязан сообщить страховщику известные страхователю обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления (страхового риска), если эти обстоятельства не известны и не должны быть известны страховщику.

Существенными признаются во всяком случае обстоятельства, определенно оговоренные страховщиком в стандартной форме договора страхования (страхового полиса) или в его письменном запросе.

В порядке п. 3 ст. 944 ГК РФ, если после заключения договора страхования будет установлено, что страхователь сообщил страховщику заведомо ложные сведения об обстоятельствах, указанных в пункте 1 указанной статьи, страховщик вправе потребовать признания договора недействительным и применения последствий, предусмотренных п. 2 ст. 179 ГК РФ.

Обстоятельства, изложенные ответчиком в заявлении о страховании по запросу истца, в силу ст. 944 ГК РФ, безусловно, являлись существенными для определения степени риска наступления страхового случая и повлияли на решение истца о заключении договора страхования.

Договоры страхования между истцом и ответчиком был заключены на основании не соответствующих действительности сведений о намерении ответчика, с учетом аффилированности по отношению должнику и кредитору (заемщику ), действовать в интересах должника, что в последующем привело к причинению убытков должнику, что нарушает права страховщика, так как существенно увеличивает вероятность наступления страхования, то есть вероятность наступления неблагоприятных последствий, чем те, на которые страховщик рассчитывал при заключении договора страхования.

Если при наступлении страхового случая будет установлено, что эти сведения не соответствуют действительности в целом или частично, страховщик имеет право требовать признания полиса (договора страхования) недействительным.

Таким образом, на момент заключения договоров страхования ответчик преднамеренно сообщил истцу заведомо не соответствующие действительности сведения поскольку, указал что ему не известно об обстоятельствах, которые могут привести к предъявлению претензии, что существенно повлияло на возможность страховщика определить вероятность наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления (страхового риска).

В соответствии с п. 1 ст. 166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствиям (п. 2 ст. 166 ГК РФ).

Согласно п.1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Согласно п. 1 ст. 929 ГК РФ по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

Согласно п. 3 ст. 944 ГК РФ, если после заключения договора страхования будет установлено, что страхователь сообщил страховщику заведомо ложные сведения об обстоятельствах, указанных в п. 1 ст. 944 ГК РФ, страховщик вправе потребовать признания договора недействительным.

Согласно п. 1 ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

Заблуждение предполагается существенным, в частности, если сторона заблуждается в отношении обстоятельств, которые она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия, которых она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку (п. 2 ст. 178 ГК РФ).

Как разъяснено в п. 13 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.11.2003г. № 75 «Обзор практики рассмотрения споров, связанных с исполнением договоров страхования», обстоятельства, оговоренные в стандартном заявлении на страхование, разработанном страховщиком, признаются существенными для целей применения ст. 944 ГК РФ.

Разработанный страховщиком стандартный бланк заявления на страхование применительно к правилам ст. 944 ГК РФ имеет такое же значение, как и письменный запрос.

Из представленных доказательств следует, что страхователь сообщил страховщику заведомо ложные сведения об обстоятельствах, которые имели существенное значение для определения вероятности наступления рассматриваемого события и последствий от его наступления.

Таким образом, истец считает, что договоры страхования № 930-0002071-02395 от 26.06.2019 г. и № 930-0005714-02395 от 22.06.2020 г. являются недействительными.

В силу п. 2 ст. 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу п. 4 ст. 167 ГК РФ суд вправе не применять последствия недействительности сделки (пункт 2 настоящей статьи), если их применение будет противоречить основам правопорядка или нравственности.

Ответчиком заявлено о применении срока исковой давности.

Суд соглашается с доводом ответчика о том, что истцом пропущен срок исковой давности при обращении с настоящим иском, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении требований.

В силу статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Согласно пункту 26 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 12.11.2001 № 15 и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.11.2001 № 18 «О некоторых вопросах, связанных с применением ГК РФ об исковой давности» также указано, что если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования именно по этим мотивам, поскольку в соответствии с абзацем вторым пункта 2 статьи 199 ГК РФ истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске.

В соответствии со ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения.

Истец указал, что аффилированность ФИО1, ФИО6, ФИО8 установлена определением Арбитражного суда г. Москвы от 04.08.2021 г. по делу № А40-34840/19 и постановлением Девятого Арбитражного апелляционного суда от 16.06.2021 г.

Истец обратился в суд с настоящим иском 14.03.2025 (согласно штампу Первомайского районного суда г. Краснодара) (до передачи дела по подсудности).

Таким образом, срок исковой давности по основаниям ничтожности истек.

Истечение срока исковой давности подтверждается также тем обстоятельством, что страховая организация являлась участником в обособленных спорах по жалобам в отношении ФИО1, удовлетворение которых явилось основанием для взыскания с него убытков.

ООО «СК «Гелиос» знало о предъявленных управляющему ФИО1 жалобах требованиях, об основаниях своего привлечения к участию в спорах - в связи с договором страхования и о возможности последующего предъявления к страховщику требований о взыскании страхового возмещения на основании договоров и в силу п.6 ст. 121 АПК РФ самостоятельного должно было получать информацию о движении дела, в том числе о рассмотрении обособленных споров.

На основании изложенного, суд отказывает ООО Страховая компания «Гелиос» к ФИО1 о признании договоров страхования ответственности арбитражного управляющего недействительными, применении последствий недействительности сделки в полном объеме.

В соответствии со ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно ч. 3 ст. 123 Конституции РФ судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

По делам искового производства суд не обязан собирать доказательства по собственной инициативе. Риск наступления последствий несовершения процессуальных действий по представлению в суд доказательств, подтверждающих обстоятельства, на которые ссылается сторона как на основание своих требований и возражений, лежит на этой стороне. Последствием непредставления в суд доказательств, отвечающих требованиям процессуального закона, является принятие судебного решения не в пользу этой стороны (ч. 2 ст. 9, ст. 65, ст. 168 АПК РФ).

С учетом изложенного, суд полагает необходимым отказать в удовлетворении требований в полном объеме.

В соответствии со ст. 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины относятся на истца.

Руководствуясь ст. ст. 4, 8, 9, 65, 75, 110, 167, 170, 171, 180, 181, 259 АПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении иска отказать.

Взыскать с ООО СТРАХОВАЯ КОМПАНИЯ "ГЕЛИОС" (ИНН <***>) в доход федерального бюджета РФ 80 000руб. – государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) в Девятый арбитражный апелляционный суд и в течение двух месяцев со дня вступления в законную силу в Арбитражный суд Московского округа путем подачи жалобы, через арбитражный суд, принявший решение.

Исполнительный лист на взыскание денежных средств в доход бюджета направляется арбитражным судом в налоговый орган, иной уполномоченный государственный орган по адресу должника.

Судья: О.В. Лихачева