ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД
ПОСТАНОВЛЕНИЕ № 18АП-2441/2025
г. Челябинск
21 июля 2025 года Дело № А07-15325/2023
Резолютивная часть постановления объявлена 10 июля 2025 года Постановление изготовлено в полном объеме 21 июля 2025 года
Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Курносовой Т.В.,
судей Жернакова А.С., Колясниковой Ю.С.,
при ведении протокола секретарем судебного заседания Кобыльченко Д.С., рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1, ФИО2 на определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 31.01.2025 по делу № А07-15325/2023 о признании сделки должника недействительной.
В заседании путем использования системы веб-конференции принял участие:
представитель ФИО1 и ФИО2 - ФИО3 (паспорт; доверенности от 25.02.2025 сроком на 3 года и от 23.01.2025).
Иные лица, участвующие в деле, не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда,
Установил:
определением от 12.07.2023 к производству Арбитражного суда Республики Башкортостан принято заявление ФИО4 о признании гражданина ФИО2 несостоятельным (банкротом).
Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 18.09.2023 ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим имуществом должника утверждена арбитражный управляющий ФИО5, член Ассоциации «Евросибирская саморегулируемая организация арбитражных управляющих».
На рассмотрение Арбитражного суда Республики Башкортостан поступило заявление финансового управляющего о признании недействительным договора дарения от 04.07.2022, заключенного ФИО2 и ФИО6, действующей в интересах несовершеннолетнего ребенка ФИО7, и применении последствий недействительности данной сделки в виде возврата в конкурсную массу должника земельного участка с кадастровым номером 02:26:082002:163, расположенного по адресу: Республика Башкортостан, р-н Иглинский, с/с Ивано-Казанский, СНТ № 47 «Туляки», участок 335.
Определением от 08.08.2024 суд на основании статьи 130 АПК РФ объединил в одно производство для совместного рассмотрения указанное заявление с заявлением финансового управляющего о признании жилого здания с кадастровым номером 02:26:082002:310, расположенного по названному адресу, собственностью ФИО2 и обязании ППК «РОСКАДАСТР» произвести оформление данного здания на должника.
Указанным определением суд привлек к участию в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, Отдел опеки и попечительства Администрации муниципального района Иглинский район Республики Башкортостан, ФИО1
Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 31.01.2025 заявленные требования финансового управляющего удовлетворены.
Не согласившись с данным определением суда, ФИО1 и ФИО2 обратились с апелляционной жалобой, в которой просят отменить определение в части удовлетворения требований финансового управляющего о признании за должником права собственности на жилое здание с кадастровым номером 02:26:082002:310 и принять в данной части новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований, либо об оставлении их без рассмотрения.
По мнению апеллянтов, в данном случае заявителем выбран неверный способ защиты права, поскольку, если лицо, считающее себя собственником недвижимого имущества, не обладает на него зарегистрированным правом и фактически им не владеет, то вопрос о праве собственности на такое имущество может быть разрешен только при рассмотрении виндикационного иска с соблюдением правил, предусмотренных статьями 223 и 302 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).
При этом податели жалобы отмечают, что ФИО7 получила право собственности на спорный дом в результате первичной регистрации, а не в следствие заключения сделки, и финансовым управляющим соответствующее зарегистрированное право собственности ответчика не оспорено и доказательств того, что данный дом находится во владении должника также не представлено.
Как считают податели жалобы, ссылаясь на пункт 34 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел
о банкротстве» (далее – постановление Пленума ВАС РФ № 35) и на пункт 33 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.10.2021, заявленные финансовым управляющим требования о признании права собственности на дом не могли быть рассмотрены в рамках дела о банкротстве должника и подлежали оставлению без рассмотрения.
Кроме того, заявителя апелляционной жалобы отмечают отсутствие в материалах дела доказательств финансирования должником строительства спорного дома, наряду с чем со стороны ФИО1 представлены договор подряда от 01.02.2019 № 01/02-2019, заключенный обществом с ограниченной ответственностью «Техресурс» (ОГРН <***>, далее – общество «Техресурс») (заказчик) с индивидуальным предпринимателем ФИО8 (ОГРНИП <***>, далее - предприниматель ФИО8) (подрядчик), подписанные между ними акты и локальные сметные расчеты за период с февраля по декабрь 2019 года, а также платежные поручения, датированные периодом с марта по декабрь 2019 года, из которых следует, что строительство жилого дома по адресу: РБ, Иглинский район, с\с Ивано-Казанский, СНТ № 47 «Туляки», участок 335, произведено за счет денежных средств общества «Техресурс», единственным участником и директором которого в период с января 2019 года по июль 2020 года являлся ФИО1
Согласно доводам ФИО1 данный жилой дом он строил для себя, для чего привлекал денежные средства принадлежащей ему организации «Техресурс», в дальнейшем ФИО1 проживал в построенном доме и в настоящее время периодически проживает в нем, а в 2022 году ФИО1 в возрасте 66 лет оформил дом на свою внучку ФИО7 фактически передав ей его в качестве наследства; намерений распорядиться данным имуществом в пользу ФИО1 не имел.
Учитывая представленные доказательства того, что спорный дом построен в 2019 году, апеллянты считают вывод суда о том, что ФИО2 мог построить данный объект за счет личных средств, полученных в период с января по июнь 2020 года, когда работал в обществе «Техресурс», и в период с 02.07.2020 по 03.11.2023, когда являлся директором и единственным участником общества с ограниченной ответственностью «Строймеханика» (ОГРН <***>), безосновательным.
При этом заявители жалобы отмечают, что должник проживает с супругой и двумя несовершеннолетними детьми и осуществляет соответствующие траты, связанные с питанием и содержанием семьи, а признаки неплатежеспособности у должника возникли лишь в 2022 году.
Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.04.2025 апелляционная жалоба принята к производству и назначена к рассмотрению на 19.06.2025.
До начала судебного заседания от ФИО1 поступило ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств, а именно: выписки из ЕГРН от 17.04.2025 в отношении дома, расположенного на
земельном участке, являвшимся предметом оспариваемой сделки, а также справки из СНТ № 47 «Туляки» от 25.02.20225 об отсутствии задолженности ФИО1 по внесению членских взносов и о наличии задолженности по оплате стоимости электроэнергии.
В судебном заседании 19.06.2025 суд приобщил к материалам дела выписку из ЕГРН от 17.04.2025; в приобщении справки из СНТ № 47 «Туляки» от 25.02.2025 отказано на основании положений статьи 268 АПК РФ.
Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.06.2025 судебное разбирательство по апелляционной жалобе отложено на 10.07.2025.
Определением заместителя председателя Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.07.2025 в составе суда произведена замена судьи Камаева А.Х., находящегося в отпуске, на судью Жернакова А.С.
После изменения состава суда рассмотрение апелляционной жалобы начато с самого начала (часть 5 статьи 18 АПК РФ).
К дате заседания от финансового управляющего поступил отзыв на апелляционную жалобу с возражениями, с приложением выписок из ЕРГН в отношении должника и его супруги и детей.
В заседании поступивший отзыв с приложениями приобщен судом к материалам дела в порядке статьи 262 АПК РФ.
Представитель апеллянтов доводы жалобы поддержал.
Иные лица, участвующие в деле, судом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, в судебное заседание не явились. Апелляционная жалоба рассмотрена судом в их отсутствие в порядке статей 123, 156 АПК РФ.
Законность и обоснованность судебного акта проверены в порядке статьями 266, 268 АПК РФ.
Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, 04.07.2022 ФИО2 и ФИО6, действующей в интересах несовершеннолетнего ребенка - ФИО7 ДД.ММ.ГГГГ г.р., заключен договор дарения, по условиям которого должник безвозмездно передает в собственность, а одаряемая ФИО7 принимает в качестве дара следующее недвижимое имущество: земельный участок, категория земель: земли сельскохозяйственного назначения, разрешенное использование: ведение садоводства, для ведения гражданами садоводства и огородничества, ведение садоводства, площадь 1431+/-26 кв.м, адрес объекта: Республика Башкортостан, р-н Иглинский, с/с Ивано-Казанский, СНТ № 47 «Туляки», участок 335, кадастровый номер 02:26:082002:163.
Данный земельный участок принадлежал должнику на праве собственности с 15.12.2020, регистрация перехода права на него к ФИО7 на основании договора дарения от 04.07.2022 произведена 07.07.2022.
На отчужденном ФИО2 земельном участке находится жилой дом площадью 88.2 м.кв с кадастровым номером 02:26:082002:310, зарегистрированный на праве собственности за ФИО7 с 19.07.2022.
На момент совершения указанной сделки по дарению имущества у ФИО2 имелись неисполненные обязательства перед ФИО4 по договору займа, по которому срок возврата предоставленной суммы в размере 3 440 000 руб. истек 01.05.2022.
Соответствующие обязательства, подтвержденные решением Кировского районного суда г. Уфы от 31.08.2022 по делу № 2-6055/2022, впоследствии включены 18.09.2023 в третью очередь реестра требований кредиторов должника в размере 3 462 446,01 руб.
Ссылаясь на то, что договор дарения от 04.07.2022, заключенный безвозмездно между заинтересованными лицами, имел цель причинения вреда имущественным правам кредиторов должника и на то, что действия по оформлению на ФИО7 права собственности на жилой дом, находившийся на отчуждаемом по указанной сделке земельном участке, являются злоупотреблением правом и также направлены на вывод имущества должника из конкурсной массы, финансовый управляющий обратился в суд с рассматриваемыми требованиями.
Удовлетворяя требования финансового управляющего, суд первой инстанции исходил из доказанности в рассматриваемом случае того, что, осознавая возможную реализацию имущества в счет погашения имеющихся долговых обязательств, должник совершил действия, направленные на вывод имущества путем совершения спорной недействительной сделки, тем самым, обеспечив его сохранение в своем ведении через несовершеннолетнего ребенка.
Суд апелляционной инстанции, повторно исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства и рассмотрев доводы апелляционной жалобы, приходит к следующим выводам.
В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ и статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства), в том числе указанным Законом.
Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закон о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные соответствующей главой (т.е. главой X «Банкротство граждан»), регулируются главами I-III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона о банкротстве.
Процедура реализации имущества гражданина является реабилитационной процедурой, применяемой в деле о банкротстве к признанному банкротом гражданину в целях соразмерного удовлетворения требований кредиторов (статья 2 Закона о банкротстве).
В соответствии с пунктом 1 статьи 213.25 Закона о банкротстве, по общему правилу, все имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения арбитражного суда о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина и выявленное или приобретенное после даты принятия указанного решения, составляет конкурсную массу.
В пункте 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве установлено право финансового управляющего подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок.
Оспаривание сделок, совершенных должником-банкротом или за его счет, имеет цель ликвидации последствий недобросовестного вывода активов перед банкротством и пополнения конкурсной массы должника ликвидным имуществом для его последующей реализации и погашения требований кредиторов.
Как следует из пункта 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по специальным основаниям, предусмотренным данным Законом, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.
В силу пункта 3 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве гражданина, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве гражданина независимо от состава лиц, участвующих в данной сделке.
В соответствии с пунктом 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
Сделки должника или иных лиц за счет должника могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве (пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве, пункт 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума ВАС РФ № 63)).
В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.
В силу пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.
В случае доказанности обстоятельств, составляющих основания презумпций, закрепленных в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2
Закона о банкротстве, предполагается, что сделка была совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов. В свою очередь, в абзаце первом пункта 2 статьи 61.2 Закона названы обстоятельства, при доказанности которых предполагается, что контрагент должника знал о противоправной цели совершения сделки.
Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки (пункты 6 и 7 постановления Пленума ВАС РФ № 63).
При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним, в частности, понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника, приведшее или могущее привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.
В соответствии с абзацем 32 статьи 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества подразумевается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.
Согласно пункту 3 статьи 213.6 Закона о банкротстве под неплатежеспособностью гражданина понимается его неспособность удовлетворить в полном объеме требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей.
Если не доказано иное, гражданин предполагается неплатежеспособным при условии, что имеет место хотя бы одно из следующих обстоятельств: гражданин прекратил расчеты с кредиторами, то есть перестал исполнять денежные обязательства и (или) обязанность по уплате обязательных платежей, срок исполнения которых наступил; более чем десять процентов совокупного размера денежных обязательств и (или) обязанности по уплате обязательных платежей, которые имеются у гражданина и срок исполнения которых наступил, не исполнены им в течение более чем одного месяца со дня, когда такие обязательства и (или) обязанность должны быть исполнены; размер задолженности гражданина превышает стоимость его имущества, в том числе права требования; наличие постановления об окончании исполнительного производства в связи с тем, что у гражданина отсутствует имущество, на которое может быть обращено взыскание.
Наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную по статьям 10 и 168 ГК РФ (пункт 4 постановления Пленума ВАС РФ № 63).
В силу пункта 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.
Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение
управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.
При решении вопроса о наличии в поведении того или иного лица признаков злоупотребления правом суд должен установить, в чем заключалась недобросовестность его поведения, имела ли место направленность поведения лица на причинение вреда другим участникам гражданского оборота, их правам и законным интересам (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 12.08.2014 № 67-КГ14-5).
Согласно пункту 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.
Для квалификации сделки как недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о злоупотреблении правом контрагентом путем заключения спорной сделки (пункт 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).
Квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ, по общему правилу, возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.
Наряду с этим необходимо учитывать, что при наличии в законе специального основания недействительности сделки она признается недействительной по этому основанию, например, по правилам статьи 170 ГК РФ (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», далее - постановление Пленума ВС РФ № 25).
Из пункта 1 статьи 170 ГК РФ следует, что мнимой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. Диспозиция данной нормы содержит следующие характеристики мнимой сделки: отсутствие намерений сторон создать соответствующие сделке правовые последствия, совершение сделки для вида (что не исключает совершение сторонами некоторых фактических действий, создающих видимость исполнения, в том числе составление необходимых документов). Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и,
совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.
Согласно пункту 86 постановления Пленума ВС РФ № 25 мнимая сделка является ничтожной (пункт 1 статьи 170 ГК РФ).
Закон объявляет ее ничтожной в силу отсутствия такого существенного признака сделки, определенного статьей 153 ГК РФ, как специальная направленность волевого акта на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.
При оценке доводов о мнимости сделки суду надлежит дать оценку обстоятельствам фактического исполнения сделки, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно (тем более, если решение суда по спорной сделке влияет на принятие решений в деле о банкротстве) (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.10.2012 № 7204/12, определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411).
В частности, осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.
Как указано в определении СКЭС Верховного суда РФ от 15.11.2021 № 307-ЭС19-23103, поиск активов должника становится затруднительным, когда имущество для вида оформляется гражданином на иное лицо, с которым у должника имеются доверительные отношения. В такой ситуации лицо, которому формально принадлежит имущество, является его мнимым собственником (пункт 1 статьи 170 ГК РФ), в то время как действительный собственник - должник - получает возможность владения, пользования и распоряжения имуществом без угрозы обращения на него взыскания по долгам со стороны кредиторов. Чем выше степень доверия между должником и третьим лицом, тем больше вероятность осуществления последним функций мнимого собственника.
На основании части 1 статьи 133 и части 1 статьи 168 АПК РФ суд должен самостоятельно определить характер спорного правоотношения, возникшего между сторонами, а также нормы права, подлежащие применению (дать правовую квалификацию), и при установлении наличия оснований признать сделку недействительной в соответствии с надлежащей нормой права (пункт 9.1 постановления Пленума ВАС РФ № 63).
Именно на суд, рассматривающий конкретное дело, возлагается обязанность, не ограничиваясь установлением одних лишь формальных условий применения нормы, исследовать по существу все фактические обстоятельства (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 06.06.1995 № 7-П, от 13.06.1996 № 14-П, от 28.10.1999 № 14-П, от 22.11.2000 № 14-П, от 14.07.2003 № 12-П, от 12.07.2007 № 10-П и др.).
Согласно правовой позиции, сформулированной Конституционным Судом Российской Федерации в постановлениях от 22.07.2002 № 14-П,
от 19.12.2005 № 12-П, процедуры банкротства носят публично-правовой характер; разрешаемые в ходе процедур банкротства вопросы влекут правовые последствия для широкого круга лиц, в том числе текущих и реестровых кредиторов должника. Этим объясняется установление в делах о банкротстве повышенного стандарта доказывания и установление обязанности суда проводить более тщательную проверку, в частности действительности сделок должника, по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом.
В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основании своих требований и возражений.
Арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств (часть 1 статьи 64 и статей 71, 168 АПК РФ).
Согласно требованиям статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.
Под достаточностью доказательств понимается такая их совокупность, которая позволяет сделать однозначный вывод о доказанности или о недоказанности определенных обстоятельств.
В рассматриваемом случае судом установлено и следует из материалов дела, что финансовым управляющим оспаривался договор дарения недвижимого имущества, по своей природе представляющий собой безвозмездную сделку (пункт 1 статьи 572 ГК РФ), которая при этом совершена в пользу заинтересованного лица и это имело место при наличии у должника не исполненных обязательств, послуживших впоследствии основанием для возбуждения дела о его банкротстве.
Более того, по спорной сделке имущество отчуждено накануне вынесения решения Кировского районного суда г. Уфы от 31.08.2022 по делу № 2-6055/2022, то есть при очевидности для должника притязаний со стороны кредитора, долг перед которым сформировался мае в мае 2022 года, и, как следствие, риска обращения взыскания на свое имущество.
На настоящее время соответствующие обязательства, как неисполненные, включены в реестр требований кредиторов должника.
Данные обстоятельства в своей совокупности указывают на противоправную цель совершения оспариваемой сделки.
В ситуации, когда лицо, оспаривающее совершенную со злоупотреблением правом сделку, представило достаточно серьезные доказательства и привело убедительные аргументы в пользу того, что при ее заключении действовали недобросовестно, на ответчиков переходит бремя доказывания того, что сделка совершена (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 15.12.2014 № 309-ЭС14-923).
Многочисленная судебная практика позволяет сделать вывод о том, что на стороны подвергаемой сомнению сделки, находящиеся в конфликте интересов, не распространяется презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений, предусмотренная пунктом 5 статьи 10 ГК РФ, и именно они должны в ходе судебного разбирательства подтвердить наличие разумных экономических мотивов сделки и реальность соответствующих хозяйственных операций, направленных на достижение не противоречащей закону цели (определения Верховного Суда Российской Федерации от 15.12.2014 № 309-ЭС14-923, от 30.03.2017 № 306-ЭС16-17647(1), № 306-ЭС16-17647(7), от 25.05.2017 № 306-ЭС16-19749, от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6), от 28.04.2017 № 305-ЭС16-19572, от 26.04.2017 № 306-КГ16-13687, № 306-КГ16-13672, № 306-КГ16-13671, № 306-КГ16-13668, № 306-КГ16-13666).
Бремя опровержения доводов о фиктивности сделки лежит на лицах, ее заключивших, поскольку в рамках спорного правоотношения они объективно обладают большим объемом информации и доказательств, нежели оспаривающий сделку арбитражный управляющий или кредитор (определение Верховного Суда Российской Федерации от 23.07.2018 № 305-ЭС18-3009).
Между тем, в ходе рассмотрения настоящего спора, какой-либо целесообразности в силу конкретных объективных причин для заключения договора дарения от 04.07.2022 и переоформления имущества с должника на его несовершеннолетнюю дочь именно в этот период времени перед судом не раскрыто.
При данных обстоятельствах суд первой инстанции обоснованно и правомерно признал оспариваемый финансовым управляющим договор дарения недействительной сделкой должника.
Очевидно, что смена титульного собственника имущества в рассматриваемом случае являлась формальной (статья 170 ГК РФ).
Апеллянтами, по сути, данный вывод суда первой инстанции, исходя из содержания доводов поданной жалобы и ее просительной части, не оспаривается.
Доводы жалобы сводятся к несогласию ее подателей с рассмотрением в рамках настоящего дела о банкротстве требований финансового управляющего о признании права собственности должника на жилой дом с кадастровым номером 02:26:082002:310 и с удовлетворением таких требований.
Вместе с тем данные доводы отклоняются судебной коллегией, исходя из следующего.
Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (пункт 1 статьи 167 ГК РФ).
Согласно пункт 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу.
В данном случае судом установлено, что на момент отчуждения должником земельного участка по оспариваемому договору дарения на участке уже находился жилой дом площадью 88.2 м.кв, возведенный согласно представленным документам, в частности согласно договору подряда от 01.02.2019 № 01/02-2019, заключенному между обществом «Техресурс» и предпринимателем ФИО8, и подписанным к данному договору актам и локальным сметным расчетам, еще в 2019 году.
Строительство жилого дома производилось за счет средств общества «Техресурс», руководителем и учредителем которого в 2019 году являлся ФИО1; должник также осуществлял трудовую деятельность в этом обществе в период с января по июнь 2020 года, что подтверждается сведениями из региональной базы Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации от 23.11.2023.
При этом земельный участок зарегистрирован за должником на праве собственности с 15.12.2020, то есть уже после того, как строительство названного дома было завершено в декабре 2019 года.
Очевидно, что по договоренности между членами семьи именно в собственность должника поступили, как земельный участок, так и находящееся на нем жилое строение.
Тот факт, что регистрация права собственности на возведенный на земельном участке жилой дом длительное время не производилась и ФИО2 не значился собственником дома по данным публичного реестра, об обратном не свидетельствует.
Согласно закрепленному в подпункте 5 пункта 1 статьи 1 Земельного кодекса Российской Федерации (далее – ЗК РФ) принципу единства судьбы земельного участка и прочно связанных с ним объектов недвижимости все прочно связанные с земельными участками объекты следуют судьбе земельных участков, за исключением случаев, установленных федеральными законами.
В силу пункта 4 статьи 35 ЗК РФ отчуждение здания, сооружения, находящихся на земельном участке и принадлежащих одному лицу, проводится вместе с земельным участком, за исключением случаев, прямо указанных в данной норме.
В пункте 11 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.03.2005 № 11 «О некоторых вопросах, связанных с применением земельного законодательства» разъяснено, что сделка, воля сторон по которой направлена на отчуждение здания или сооружения без соответствующего земельного участка, или отчуждение земельного участка без находящихся на нем объектов недвижимости, если земельный участок и расположенные на нем объекты недвижимости принадлежат одному лицу, является ничтожной.
Момент постановки жилого дома на кадастровый учет зависел от волеизъявления его собственника и в данном случае это состоялось только 19.07.2022 с одновременной регистрацией права собственности на данный объект за ФИО7, после того, как к ней перешло право собственности на
земельный участок под домом в результате совершения оспариваемого договора дарения.
Данные действия объединены единой противоправной целью - устранить возможность исполнения обязательств перед кредиторами должника за счет соответствующего имущества – жилого дома и земельного участка под ним, которые исполнительским иммунитетом по статье 446 Гражданского кодекса Российской Федерации не обладают.
ФИО2 по настоящее время зарегистрирован по адресу: <...>, данная квартира по сведениям, содержащимся в ЕГРН, находится в общей долевой собственности должника, его супруги и детей.
Таким образом, признавая договор дарения от 04.07.2022 недействительным, суд первой инстанции в качестве применения последствий недействительности данной сделки верно указал, как на возврат в конкурсную массу земельного участка, непосредственно выступавшего предметом ничтожного договора по его условиям, так и на необходимость признания за должником права собственности на находящийся на таком участке жилой дом, который фактически отчуждался единовременно с соответствующим земельным участком.
Непосредственно в представленной финансовым управляющим выписке из ЕГРН в качестве основания для регистрации за дочерью должника права собственности на жилое здание с кадастровым номером 02:26:082002:310 указан договор дарения от 04.07.2022.
В этой связи отклоняется судебной коллегией ссылка апеллянтов на разъяснения, содержащиеся в пункте 34 постановления Пленума ВАС РФ № 35, указывающие на необходимость подачи виндикационного иска вне рамок дела о банкротстве по правилам статей 301 и 302 ГК РФ, учитывая, что такие разъяснения к рассматриваемой ситуации применению не подлежат.
Довод ФИО1 о том, что он лично проживает в спорном доме, документально не подтвержден. При этом пояснено, что данный дом не является единственным для ФИО1 жилым помещением, принадлежащим ему на праве собственности.
Таким образом, оспариваемые апеллянтами выводы суда соответствуют установленным фактическим обстоятельствам и подлежащим применению нормам материального права.
Апелляционная жалоба по приведенным в ней доводам удовлетворению не подлежит.
Между тем суд полагает необходимым изменить обжалуемое определение суда путем исключения из содержания судебного акта абзаца пятого, обязывающего ППК «РОСКАДАСТР» произвести оформление жилого здания с кадастровым номером 02:26:082002:310 на ФИО2 (часть 2 статьи 270 АПК РФ).
Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, исполнение судебного решения по смыслу части 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации следует рассматривать как элемент
судебной защиты; соответственно, защита нарушенных прав не может быть признана действенной, если судебный акт не исполняется (постановления от 30.07.2001 № 13-П, от 15.01.2002 № 1-П, от 14.05.2003 № 8-П, от 14.07.2005 № 8-П, от 12.07.2007 № 10-П, от 26.02.2010 № 4-П и от 14.05.2012 № 11-П).
При этом уполномоченным федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим публично-правовые функции по государственному кадастровому учету, государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним, ведению Единого государственного реестра недвижимости и предоставлению сведений, содержащихся в нем, является, не ППК «РОСКАДАСТР», а Федеральная служба государственной регистрации, кадастра и картографии (Росреестр) (часть 1 статьи 3 Федерального закона от 13.07.2015 № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости», постановление Правительства РФ от 01.06.2009 № 457 «О Федеральной службе государственной регистрации, кадастра и картографии»).
Наряду с этим Росреестр не подлежит в обязательном порядке привлечению к участию в делах, к категории которого относится рассматриваемый обособленный спор.
Государственный регистратор независимо от его участия в настоящем обособленном споре обязан внести в ЕРГН запись о регистрации права собственности ФИО2 на земельный участок с кадастровым номером 02:26:082002:163 и на жилое здание с кадастровым номером 02:26:082002:310 на основании принятого по итогам рассмотрения спора судебного акта в силу части 1 статьи 16 АПК РФ и разъяснений, содержащихся в пункте 52 совместного постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав».
В остальной части обжалуемое определение следует оставить без изменения.
Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно части 4 статьи 270 АПК РФ безусловными основаниями для отмены вынесенного судебного акта, не установлено.
С учетом результата рассмотрения апелляционной жалобы расходы ФИО1 по уплате государственной пошлины относятся на данного апеллянта (статьи 110 АПК РФ).
Должник в силу подпункта 4 пункта 1 статьи 333.37 Налогового кодекса Российской Федерации освобожден от уплаты государственной пошлины по обособленным спорам, связанным с формированием конкурсной массы.
Руководствуясь статьями 176, 268 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд
постановил:
определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 31.01.2025 по делу № А07-15325/2023 изменить.
Исключить из резолютивной части определения Арбитражного суда Республики Башкортостан от 31.01.2025 по делу № А07-15325/2023 абзац пятый.
В остальной части определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 31.01.2025 по делу № А07-15325/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1, ФИО2 – без удовлетворения.
Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.
Председательствующий судья Т.В. Курносова
Судьи: А.С. Жернаков
Ю.С. Колясникова