РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Москва Дело № А40-273667/24-18-584

05 мая 2025 года

Резолютивная часть решения суда оглашена 24 апреля 2025 года

Решение суда в полном объеме изготовлено 05 мая 2025 года

Арбитражный суд города Москвы в составе судьи Кузнецовой Д.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Вигнан С.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании исковое заявление ФИО1 о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Актив» (ИНН: <***>),

из вызванных в судебное заседание явились: согласно протоколу,

УСТАНОВИЛ:

В Арбитражный суд города Москвы 14.11.2024 (в электронном виде) поступило исковое заявление ФИО1 о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Актив» (ИНН: <***>).

Определением Арбитражного суда города Москвы от 21.01.2025 принято к производству исковое заявление ФИО1 о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Актив» (ИНН: <***>), поступившее в суд 14.11.2024.

В настоящем судебном заседании подлежало рассмотрению указанное исковое заявление.

В судебное заседание не явился ФИО1, извещен о дате и времени судебного заседания в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ). Суд, в порядке статьи 156 АПК РФ, считает возможным рассмотреть дело в его отсутствие.

В материалы дела от ФИО1 поступили письменные уточнения исковых требований.

Протокольным определением, в порядке ст. 49 АПК РФ, судом приняты уточнения ФИО1

Представитель ФИО2 возражал по доводам истца, в удовлетворении иска просил отказать.

Исследовав материалы дела, заслушав позицию представителя ответчика, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, решением Левобережного районного суда г. Воронежа от 28.03.2019 по делу № 2-573/2019 с ООО «Актив» в пользу ФИО1 взысканы денежные средства в размере 2 800 000 руб. Апелляционным определением Воронежского областного суда от 27.06.2019 решение Левобережного районного суда г. Воронежа от 28.03.2019 оставлено без изменения.

Ввиду неисполнения ООО «Актив» решения суда общей юрисдикции, ФИО1 обратился в Арбитражный суд города Москвы с заявлением о признании ООО «Актив» несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 27.08.2019 принято к производству заявление ФИО1 о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Актив» (ОГРН <***>, ИНН <***>), поступившее в суд 23.08.2019, возбуждено производство по делу №А40-223299/19- 187-251 «Б».

Определением Арбитражного суда города Москвы от 11.02.2019 введено наблюдение в отношении должника ООО «Актив» (ОГРН <***>, ИНН <***>). Временным управляющим утвержден ФИО3.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 05.02.2021 должник ООО «Актив» (ОГРН <***>, ИНН <***>) признан несостоятельным (банкротом), введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО4. Сообщение опубликовано в газете «Коммерсантъ» №31 от 20.02.2021.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 05.04.2023 года прекращено производство по делу № А40-223299/19-187-251 о несостоятельности (банкротстве) ООО «Актив» (ИНН <***>, ОГРН <***>) на основании абзаца 8 пункта 1 статьи 57 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 31 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 декабря 2017 г. N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" по смыслу пунктов 3 и 4 статьи 61.14 Закона о банкротстве при прекращении производства по делу о банкротстве на основании абзаца восьмого пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве на стадии проверки обоснованности заявления о признании должника банкротом (до введения первой процедуры банкротства) заявитель по делу о банкротстве вправе предъявить вне рамок дела о банкротстве требование о привлечении к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, если задолженность перед ним подтверждена вступившим в законную силу судебным актом или иным документом, подлежащим принудительному исполнению в силу закона.

Являясь заявителем по делу о банкротстве ООО «Актив», ФИО1 обратился в суд с настоящим исковым заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 по обязательствам ООО «Актив».

Истцом заявлены следующие доводы:

- Дебиторская задолженность должника не установлена в полном объёме, поскольку ответчик не предоставил документы, подтверждающие ее;

- Ответчик совершил действия, направленные на преднамеренное банкротство должника;

- Ответчик создал фиктивную задолженность и нарушил очередность погашения требований кредиторов.

Истец также полагает, что имеются основания для взыскания убытков с ФИО2 на основании ст. 15 ГК РФ.

Как указано в п. 33 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 декабря 2017 года № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление Пленума ВС РФ № 53), в заявлении о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, в том числе должны быть указаны обстоятельства, на которых основаны утверждения заявителя о наличии у ответчика статуса контролирующего лица, и подтверждающие их доказательства.

В соответствии с п. 1 ст. 61.10 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» если иное не предусмотрено данным федеральным законом, в целях данного федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Из содержания статьи 53 ГК РФ и статьи 40 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", следует, что на директора возлагается обязанность выполнять функции единоличного исполнительного органа до момента избрания нового руководителя.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.06.1996 N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая пункта 3 статьи 56), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Из смысла приведенных правовых норм и разъяснений высших судов следует, что необходимыми условиями для возложения субсидиарной ответственности по обязательствам должника на учредителя, участника или иных лиц, которые имеют право давать обязательные для должника указания либо имеют возможность иным образом определять его действия, являются наличие причинно-следственной связи между использованием данными лицами своих прав и (или) возможностей в отношении должника и действиями (бездействием) должника, повлекшими его несостоятельность (банкротство), при обязательном наличии вины этих лиц в банкротстве должника.

Из материалов дела следует, что ответчик являлся единственным участником и генеральным директором ООО «Актив», ввиду чего его статус как контролирующего должника лица презюмируется.

Суд, изучив материалы дела, считает, что исковое заявление ФИО5 не подлежит удовлетворению ввиду следующего.

Ответственность руководителя должника возникает при неисполнении им обязанности по организации хранения бухгалтерской документации и отражения в бухгалтерской отчетности достоверной информации, наступления в результате названного бездействия, в том числе, выразившегося в непередаче документации конкурсному управляющему, последствия в виде невозможности формирования конкурсной массы или ее формирование в объеме, недостаточном для удовлетворения требований кредиторов.

Субсидиарная ответственность по обязательствам должника, возлагаемая Законом о банкротстве на руководителя, является следствием неисполнения обязанности предоставить в установленных случаях и в определенный срок бухгалтерскую документацию.

Неисполнение названной обязанности препятствует исполнению арбитражным управляющим возложенных на него полномочий по проведению мероприятий процедур, применяемых в деле о банкротстве, направленных, прежде всего на формирование конкурсной массы, за счет которой удовлетворяются требования кредиторов несостоятельного должника.

Ответственность, предусмотренная подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, соотносится с нормами об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности (пункт 1 статьи 6, пункт 3 статьи 17 Федерального закона от 21.11.1996 N 129-ФЗ "О бухгалтерском учете", пункт 1 статьи 6, пункт 3 статьи 29 Федерального закона от 06.12.2011 N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете") и обязанностью руководителя должника в установленных случаях предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию (пункт 3.2 статьи 64, пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве).

Данная ответственность направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей с целью защиты прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, об исполнении обязательств, о возврате имущества из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника.

Поскольку наличие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности у руководителя должника презюмируется и является обязательным требованием закона, поэтому пункт 3.2 статьи 64 и пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве обязывают именно единоличный исполнительный орган передавать названные документы арбитражному управляющему, а при неисполнении названной обязанности - представлять доказательства причин, объективно препятствовавших передаче документации.

Невыполнение требования закона о предоставлении арбитражному управляющему первичных бухгалтерских документов или отчетности означает их отсутствие.

Ответственность, установленная федеральным законодателем за неисполнение обязанности по передаче документации должника конкурсному управляющему, является гражданско-правовой, при ее применении учитываются общие положения глав 25 и 59 ГК РФ об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда.

Вопреки доводу истца о том, что ответчик не предоставил документы, в порядке п. 3.2. ст. 64 Закона о банкротстве, материалами дела о банкротстве подтверждается, что ответчик передал всю документацию общества по акту приема-передачи временному управляющему.

Отчет временного управляющего ООО «Актив» ФИО3 был составлен 31.05.2020 года, ходатайство о признании должника банкротом и введении в отношении него процедуры конкурсного производства подано в Арбитражный суд города Москвы 24.07.2020 года.

Таким образом, переданных временному управляющему документов было достаточно для подготовки заключения о финансовом состоянии должника и заключения о наличии или об отсутствии оснований для оспаривания сделок должника.

Ни временный управляющий ООО «Актив», ни конкурсный управляющий обществом в ходе процедуры банкротства не обращались в арбитражный суд с соответствующих ходатайством об обязании ФИО2 передать управляющему бухгалтерскую и иную документацию должника.

В абзацах 3 - 5 пункта 24 постановления N 53 указано, что применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее. Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Таким образом, инициатор спора о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица в порядке статьи 65 АПК РФ должен доказать обстоятельства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, которые, в свою очередь, являются опровержимыми презумпциями признания должника банкротом вследствие действий (бездействия) контролирующего лица и вины последнего в несостоятельности должника.

В предмет доказывания о непередаче документации должника входит установление факта отсутствия либо искажения бухгалтерской документации должника, невозможность либо затруднительность формирования конкурсной массы и наличие правовой связи между названными фактами.

Из заявления ФИО1 усматривается, что им не представлено сведений о том, какая конкретно документация и какое имущество должны быть переданы ответчиком и как отсутствие этой документации и имущества повлияло на процедуру банкротства должника.

При этом, вопреки доводам истца, решение Таганского районного суда г. Москвы от 07.07.2020 по делу № 2-1183/2020 было направлено временному управляющему, который направил его в материалы дела о банкротстве ООО «Актив» с ходатайством от 27.07.2020.

По смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве. Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.

Таким образом, при обращении с требованием о привлечении руководителя должника, его учредителя к субсидиарной ответственности заявитель должен доказать, что своими действиями (указаниями) ответчик довел должника до банкротства, то есть до состояния, не позволяющего ему удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам.

Ответственность контролирующих лиц должника является гражданско-правовой, в связи с чем, возложение на этих лиц обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 ГК РФ, следовательно, для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда (статьи 65 АПК РФ).

В пункте 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая пункта 3 статьи 56 Кодекса), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Согласно пункту 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует. Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов.

В силу норм пункта 2 статьи 401, пункта 2 статьи 1064 ГК РФ отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

Таким образом, бремя доказывания добросовестности и разумности действий контролирующих должника лиц возлагается на этих лиц, поскольку причинение ими вреда должнику и его кредиторам презюмируется.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

Договоры займа, заключенные ответчиком с должником, не привели к преднамеренному банкротству, и не были направлены на создание фиктивной задолженности.

В период с 30.06.2020 года по 08.02.2021 года ответчик заключил с должником договоры беспроцентного займа.

Истец полагает, что указанные договоры являются фиктивными, то есть создают видимость долга, направлены на усугубление финансового положения должника, а целью их создания является преднамеренное банкротство должника ответчиком для невозврата долга кредитору.

Действительно, ответчик заключил с ООО «Актив» девятнадцать договоров займа, направленных на предоставление обществу средств. Однако, ответчик не создавал фиктивную задолженность, денежные средства в размере 580 133,78 рублей были направлены исключительно на оплату налогов и заработной платы сотрудникам ООО «Актив».

Более того, все налоги были уплачены лично ответчиком, что подтверждается чеками об оплате, только после этого ответчик заключал договоры займа с должником. Дата уплаты налогов и заработной платы совпадает с заключением каждого договора займа.

Требования кредиторов по текущим платежам не подлежат включению в реестр требований кредиторов и выплачиваются вне очереди за счет имущества должника. Очередность удовлетворения требований кредиторов по текущим денежным обязательствам должника определяется в соответствии с п. 2 ст. 134 Закона о банкротстве.

Факт обращения ответчика о включении в реестр требований кредиторов на сумму 580 133,78 рублей по договорам займа сам по себе не свидетельствует о его злонамеренных действиях по созданию фиктивной задолженности.

Вопреки доводам истца платежи по договору аренды № 6К от 01.07.2019 года с ИП ФИО6 не нарушили очередность погашения требований кредитора и не привели к невозможности удовлетворения требований кредитора.

В рамках дела о банкротстве ООО «Актив» рассматривалось заявление конкурсного управляющего об оспаривании указанных выше перечислений ИП ФИО6

Определением Арбитражного суда города Москвы от 03.03.2023 года по делу № А40-223299/19-187-251 в удовлетворении требований конкурсного управляющего было отказано.

По сути доводы истца сводятся к тому, что неисполнение решения суда о взыскании задолженности с ООО «Актив» в пользу истца презюмирует вину контролирующего должника лица и является достаточным основанием для привлечения такого лица к субсидиарной ответственности по обязательствам общества.

Вместе с тем, необходимо учитывать, что в гражданском законодательстве закреплена презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений (пункт 3 статьи 10 ГК РФ). Данное правило распространяется и на руководителей хозяйственных обществ, членов органов его управления, то есть предполагается, что они при принятии деловых решений, в том числе рискованных, действуют в интересах общества и его акционеров (участников).

Таким образом, физическое лицо, осуществляющее функции руководителя, подвержено не только риску взыскания корпоративных убытков (внутренняя ответственность управляющего перед своими корпорациями в лице участников корпорации), но и риску привлечения к ответственности перед контрагентами управляемого им юридического лица (внешняя ответственность перед кредиторами общества).

Кредиторская задолженность, установленная в рамках дела о банкротстве ООО «Актив», возникла в результате заключенных 01 декабря 2018 года должником договоров комиссии с ФИО7 и с кредитором ФИО1:

- Договор комиссии АМТС (НОМЕРНОГО АГРЕГАТА) №2171 от 01 декабря 2018 года между ООО «Актив» и ФИО7, согласно которому Комитент (ФИО7) поручает Комиссионеру (ООО «Актив») оформить продажу автомобиля и выдать покупателю документы на автомобиль LAND ROVER DISCOVERY 4;

- Договор купли-продажи АМТС (НОМЕРНОГО АГРЕГАТА) №2171 от 01 декабря 2018 года между ООО «Актив» и ФИО1.

Не признавая кредиторскую задолженность перед ФИО1, ООО «Актив» обращалось с исковым заявлением в Таганский районный суд г. Москвы дважды:

- Решением Таганского районного суда г. Москвы от 27.02.2020 года по делу № 2-295/2020 ООО «Актив» было отказано в удовлетворении требований о признании недействительным договора комиссии АМТС (НОМЕРНОГО АГРЕГАТА) №2171 от 01 декабря 2018 года между ООО «Актив» и ФИО7 (которому кредитор ФИО1 передал денежные средства в размере 2 800 000 рублей).

- Решением Таганского районного суда г. Москвы от 07.07.2020 года по делу № 2-1183/2020 были удовлетворены требования ООО «Актив» о расторжении договора комиссии АМТС (НОМЕРНОГО АГРЕГАТА) №2171 от 01 декабря 2018 года между ООО «Актив» и ФИО7 и взыскании с ФИО7 денежных средств в размере 2 800 000 рублей. Материалами дела установлено, что лицом причинивший имущественный вред Кредитору ФИО1 является не ООО «Актив», а ФИО7

Позднее ФИО7 была подана апелляционная жалоба, рассмотрение которой затянулось больше чем на год. Это было связано с проведением судебной экспертизы, в результате которой было установлено, что человек, продавший кредитору ФИО1 автомобиль использовал поддельные документы на имя ФИО7

Соответственно, апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда по делу № 33-17481/2021 от 22.11.2021 года было отменено Решение Таганского районного суда г. Москвы от 07.07.2020 года по делу № 2-1183/2020 на основании того, что договор комиссии и купли-продажи заключены иным неустановленным лицом от имени ФИО7

При этом факт причинения иным лицом вреда кредитору ФИО1 не подвергся сомнению суда апелляционной инстанции.

Поскольку в материалы дела не представлены доказательства недобросовестности и противоправности действий (бездействий) ответчика, вины, а также наличия причинно-следственной связи между действиями ответчика и наступившими последствиями, суд приходит к выводу о том, что заявленные требования удовлетворению не подлежат.

Согласно положениям пункта 1 статьи 61.20 Закона о банкротстве, в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещение должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным настоящей главой.

Согласно подпункту 2 пункта 3 статьи 61.20 указанного Закона требования о взыскании убытков могут быть предъявлены конкурсными кредиторами или уполномоченными органами в деле о банкротстве, производство по которому прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве.

В силу положений пункта 4 статьи 61.20 Закона о банкротстве в случае, предусмотренном пунктом 3 настоящей статьи, лицо, заявление которого о банкротстве должника было возвращено, кредиторы в деле о банкротстве, производство по которому было прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, вправе обратиться с исковым заявлением о взыскании в свою пользу с указанных в пункте 1 настоящей статьи лиц убытков, причиненных по их вине должнику, в сумме, не превышающей размера требований такого кредитора к должнику.

В соответствии со статьей 44 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

Согласно пункту 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Оно обязано по требованию учредителей (участников) юридического лица, если иное не предусмотрено законом или договором, возместить убытки, причиненные им юридическому лицу.

Ответственность руководителя должника является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Для применения гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков на основании статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо доказать наличие противоправных действий ответчика, факт понесения убытков и их размер, причинно-следственную связь между действиями ответчика и наступившими у истца неблагоприятными последствиями.

Недоказанность хотя бы одного из элементов состава правонарушения является достаточным основанием для отказа в удовлетворении требований о возмещении убытков.

В рассматриваемом случае доказательства того, что именно виновные действия ответчика привели к тому, что у заявителя возникли убытки, не представлены.

При этом заявителем были приведены доводы о действиях ответчика, которые фактически за пределы понятия предпринимательской деятельности не выходят.

Одним из ключевых критериев предпринимательской деятельности является самостоятельность, в том числе в части принятия ключевых решений исполнительным органом юридического лица. При этом данная деятельность осуществляется на свой риск и направлена на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг.

Применительно к правовому характеру настоящего спора, в соответствии со ст. 65 АПК РФ, заявитель должен доказать наличие четырех квалифицирующих признаков: противоправность действий (бездействия) причинителя убытков, причинную связь между противоправными действиями (бездействием) и убытками, факт причинения убытков и их размер.

Однако таких доказательств истец не представил, а сам по себе факт наличия долга перед истцом не свидетельствует о том, что конкретно ответчиком были причинены убытки, допущено противоправное поведение.

Учитывая изложенное, суд не усматривает оснований для взыскания убытков с ФИО2

В порядке п. 1 ст. 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Поскольку определением Арбитражного суда города Москвы от 21.01.2025 ФИО1 была предоставлена отсрочка уплаты госпошлины, судебный акт принят не в его пользу, госпошлина в размере 301 453,00 руб. подлежит взысканию с ФИО1 в доход бюджета Российской Федерации.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 9, 32, 61.11-61.12 ФЗ от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», ст.ст. 71, 75, 167-170, 176, 180-181 АПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении заявления ФИО1 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Актив» ФИО2 – отказать.

Взыскать с ФИО1 госпошлину в размере 301 453,00 руб. в бюджет Российской Федерации.

Решение может быть обжаловано в течение месяца в Девятый арбитражный апелляционный суд в со дня изготовления в полном объеме.

Судья Д.А. Кузнецова