Постановление по делу № 09АП-74224/2023 от 30.11.2023

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-74224/2023

г. Москва Дело № А40-51996/23

30 ноября 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 22 ноября 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме 30 ноября 2023 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи: Титовой И.А.,

судей: Порывкина П.А., Фриева А.Л.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Саидмурадовым А.Ф.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу

ФГУП "РОСМОРПОРТ",

на Решение Арбитражного суда г. Москвы от 08.09.2023 по делу № А40-51996/23,

иску ФГУП "РОСМОРПОРТ" (ОГРН: <***>, ИНН: <***>)

к АО "СТРОЙТРАНСГАЗ" (ОГРН: <***>, ИНН: <***>)

о взыскании 60 155 931,78 руб.

при участии в судебном заседании:

от истца: ФИО1 по доверенности от 18.10.2023,

от ответчика: ФИО2 по доверенности от 18.01.2023, ФИО3 по доверенности от 02.12.2022,

УСТАНОВИЛ:

Иск заявлен о взыскании неустойки в размере 51 670 745, 27 руб. (с учетом принятых уточнений в порядке ст. 49 АПК РФ).

Решением Арбитражного суда города Москвы от 08.09.2023 г. в удовлетворении исковых требований отказано.

Не согласившись с вынесенным решением ФГУП «Росморпорт» обратилось в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой и просит отменить решение суда первой инстанции.

В судебном заседании стороны поддержали свои правовые позиции по спору.

Рассмотрев апелляционную жалобу, материалы дела, выслушав доводы сторон, Девятый арбитражный апелляционный суд пришел к выводу о необходимости отмены обжалуемого судебного акта на основании ч. 1 ст. 270 АПК РФ по следующим основаниям.

Как усматривается из материалов дела, между ФГУП «Росморпорт» (Застройщик, Истец) и АО «Стройтрансгаз» (Генподрядчик, Ответчик) 14.09.2018 заключен государственный контракт № 505/ДО-18 на разработку рабочей документации и выполнение работ по строительству объекта «Комплекс береговой и морской инфраструктуры в морском порту Геленджик» (далее - Объект).

В соответствии пунктом 2.1 контракта Генподрядчик обязался осуществлять строительство Объекта в соответствии с Графиком выполнения работ, условиями контракта, проектной документацией и рабочей документацией, требованиями технических регламентов, строительных норм и правил и сдать законченный строительством Объект Приемочной комиссии.

Ответчик обязался выполнять надлежащим образом все свои обязательства, предусмотренные контрактом и законодательством Российской Федерации (п. 12.1.35 и п. 12.1.43 контракта).

В силу пункта 10.4 контракта Ответчик обязан своевременно приступать к выполнению работ и выполнять работы без задержек в соответствии с Графиком выполнения работ вплоть до их завершения.

В соответствии с пунктом 10.3 контракта (в редакции дополнительного соглашения № 21 к контракту от 16.11.2022) ответчик обязался выполнить работы по контракту в срок до 20.12.2022, сдать истцу Объект в соответствии с порядком, определенным в статье 17 контракта.

По доводам истца, до настоящего времени принятые на себя обязательства ответчик не выполнил, Объект истцу не сдан, акт приемки законченного строительством Объекта Приемочной комиссией сторонами не подписан.

В соответствии с пунктом 20.1. контракта за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств, предусмотренных контрактом, стороны несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации и условиями контракта.

Согласно пункту 20.4 контракта в случае просрочки исполнения Генподрядчиком обязательств, предусмотренных контрактом, Застройщик направляет Ответчику требование об уплате неустоек (штрафов, пеней).

Согласно пунктам 20.5 и 20.10 контракта за неисполнение Генподрядчиком обязательств, предусмотренных контрактом начисляется пеня за каждый день просрочки исполнения обязательства, начиная со дня следующего после дня истечения установленного контрактом срока исполнения обязательства, в размере одной трехсотой действующей на дату уплаты пени рефинансирования (ключевой) ставки Центрального банка Российской Федерации от цены контракта, уменьшенной на сумму, пропорциональную объему обязательств, предусмотренных контрактом и фактически исполненных Генподрядчиком.

Цена контракта составляет 3 890 521 576,55 руб. (в редакции Приложения № 1 дополнительного соглашения к контракту от 23.12.2021 № 19).

Объем обязательств, предусмотренных контрактом и фактически исполненных Генподрядчиком на 09.03.2023 составляет 2 920 785 975, 57 руб., исходя из суммы подписанных сторонами справок КС-3 о стоимости выполненных работ и затрат.

Согласно представленному истцом расчету общий размер штрафных санкций составил 51 670 745, 27 руб.

Истцом в адрес ответчика направлена претензия с требованием по оплате неустойки, которая оставлена без удовлетворения, что послужило основанием для подачи настоящего иска в суд.

Отказывая в удовлетворении исковых требований суд первой инстанции, исходил из следующего, что на исполнение обязательств по Контракту в срок повлияла невозможность поставки оборудования.

Согласно п. 3 ст. 401 ГК РФ, ч. 9 ст. 34 Закона о контрактной системе сторона освобождается от уплаты неустойки (штрафа, пени), если докажет, что неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства, предусмотренного контрактом, произошло вследствие непреодолимой силы.

Аналогичные условия установлены п. 16. Контракта, согласно которому Стороны освобождаются от ответственности за частичное или полное неисполнение обязательств по Контракту в случае, если оно явилось следствием действия обстоятельств непреодолимой силы.

Между тем, апелляционная коллегия не может согласиться с выводами суда первой инстанции в связи со следующим.

Отказывая в удовлетворении требований Истца, суд применил ст. 401 ГК РФ, сделав вывод, что неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств Ответчика по Контракту явилось следствием действия обстоятельств непреодолимой силы.

Так, по мнению суда, Ответчик не мог завершить работы по Контракту вследствие невозможности поставки оборудования, указав в решении, что немецкий производитель Wilo с 23.02.2022 прекратил поставки продукции в Российскую Федерацию.

Однако, судом не приняты во внимание следующие обстоятельства дела.

О необходимости приобретения оборудования Wilo Ответчику было известно еще в 2019 году задолго до прекращения поставок.

Пунктом 3 дополнительного соглашения № 10 от 18.12.2019 к Контракту стороны установили, что Генподрядчик обязался выполнять работы по Контракту в строгом соответствии с откорректированной Проектной документацией, на листе которой № 1009-4763-00-000-00-ИОС.НВ, указано, что оборудование компании Wilo используется при устройстве инженерных сетей.

Эти работы стороны включили в п. 7 Графика выполнения работ (Приложение № 2 к дополнительному соглашению № 10), установив срок их завершения к 21.01.2021.

Получив от Истца в 2018 - 2020 годах авансовые платежи на общую сумму 1 360 041 269,53 руб., в том числе на закупку необходимого оборудования, Ответчик имел возможность закупить оборудование Wilo с 18.12.2019, соответственно при надлежащем исполнении Контракта, оборудование могло было быть приобретено Ответчиком ранее прекращения его поставок в феврале 2022 года.

Однако, договор с ООО «Профмонтажэлектро» № 17707516988180000560/30-3000/ГП-36/113 на поставку и монтаж оборудования канализационных насосных станций Ответчик заключил только 29.10.2021.

Ответчиком не были приняты все зависящие от него меры по надлежащему исполнению своих обязательств.

Лицо может быть признано невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства.

Пунктом 16.1. Контракта Ответчик по делу должен был представить Истцу документ, выдаваемый уполномоченным органом в соответствии с требованиями действующего законодательства РФ, однако такого документа представлено не было, в связи с чем суд неправомерно применил статью 401 ГК РФ при рассмотрении дела.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (п. 2 ст. 401 ГК РФ). Сторона освобождается от ответственности, если докажет, что - надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельствах (пункт 3 статьи 401 ГК РФ).

Таким образом, статья 401 ГК РФ устанавливает критерии, при которых то или иное обстоятельство может быть признано обстоятельством непреодолимой силы.

При вынесении обжалуемого решения суд неправомерно не применил постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 г. № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», в котором дано толкование содержащемуся в ГК РФ понятию обстоятельств непреодолимой силы.

Так, в пункте 8 названного Постановления разъяснено, что в силу пункта 3 статьи 401 ГК РФ для признания обстоятельства непреодолимой силой необходимо, чтобы оно носило чрезвычайный, непредотвратимый при данных условиях и внешний по отношению к деятельности должника характер.

Требование чрезвычайности подразумевает исключительность рассматриваемого обстоятельства, наступление которого не является обычным в конкретных условиях.

Если иное не предусмотрено законом, обстоятельство признается непредотвратимым, если любой участник гражданского оборота, осуществляющий аналогичную с должником деятельность, не мог бы избежать наступления этого обстоятельства или его последствий, т.е. одной из характеристик обстоятельств непреодолимой силы (наряду с чрезвычайностью и непредотвратимостью) является ее относительный характер.

Не могут быть признаны непреодолимой силой обстоятельства, наступление которых зависело от воли или действий стороны обязательства, например, отсутствие у должника необходимых денежных средств, нарушение обязательств его контрагентами, неправомерные действия его представителей.

Таким образом, суд первой инстанции неправомерно признал непоставку в срок оборудования компании Wilo субподрядчиком Ответчика обстоятельством непреодолимой силы, сославшись на ограничение введенные ЕС.

Задержку поставки оборудования по Контракту нельзя рассматривать как непредотвратимое обстоятельство для Ответчика, так как при должной добросовестности и своевременности исполнения Ответчик мог закупить оборудование Wilo без задержек в его поставке.

Для освобождения от ответственности за неисполнение обязательств Ответчик должен доказать наличие и продолжительность действия обстоятельств непреодолимой силы; наличие причинно-следственной связи между обстоятельствами непреодолимой силы и невозможностью или задержкой исполнения обязательств; свою непричастность к появлению обстоятельств непреодолимой силы; добросовестное принятие разумно ожидаемых мер для предотвращения или минимизации возможных рисков.

На дату подачи настоящей жалобы оборудование Wilo поставлено по Контракту, которое представляет собой насосы для ливневых стоков и насосы для системы пожаротушения. Однако Ответчик не может завершить работы по его пуско-наладке, так как не завершены подготовительные строительно-монтажные работы, не зависящие от поставки оборудования. Это работы по строительству противопожарной насосной станции с морским водозабором, для которой это оборудование будет использоваться, а именно: не проложены трубопроводы системы пожаротушения, не завершена прокладка лотков для монтажа кабелей электроснабжения, не смонтированы сети электроснабжения, не произведен монтаж ливневых лотков и трубопроводов, собирающих стоки для транспортировки их в приямки; не проложены сети электроснабжения для подключения канализационных насосов; не смонтированы трубопроводы для транспортировки стоков на очистные сооружения, что подтверждено письмом Ответчика от 14.06.2023 № СТГ-25.7/4/9015 (приложение № 6 к возражениям Истца от 28.06.2023). Неисполнение указанных работ Ответчик не отрицал в суде первой инстанции, однако суд не принял во внимание указанные обстоятельства.

До завершения указанных работ поставленное оборудование не может быть включено в работу, поэтому задержка поставки оборудования Wilo не влечет причинно-следственную связь к просрочке завершения работ по Контракту в заявленный Истцом период (с 25.02.2022 по 09.03.2023).

При рассмотрении дела судом первой инстанции в полной мере вышеуказанные обстоятельства не исследованы.

В числе обстоятельств непреодолимой силы, которые повлияли на исполнение обязательств Ответчиком, суд указал на неблагоприятные погодные условия, которые привели к невозможности проведения строительно-монтажных работ, указав «В спорный период январь-май 2022 года было зафиксировано порядка 24 календарных дней, в период которых наблюдались неблагоприятные погодные условий (ветер до 28 м/с), которые привели к невозможности проведения строительно-монтажных работ». Следствие действия таких обстоятельств Ответчик подтвердил справками гидрометеорологического бюро Краснодарского ЦГСМ.

Необходимо отметить, что Истец заявил требование о взыскании неустойки за период с 25.02.2022 по 09.03.2023, т.е. за 159 дней.

Между тем просрочка на 24 дня меньше заявленной, таким образом, то это не является основанием для освобождения Ответчика от уплаты неустойки, а только для ее снижения.

Одновременно с этим, в соответствии с условиями п. 16.1, 16.2 и 16.3 Контракта Ответчик обязан уведомить Истца в течение двух календарных дней о наступлении обстоятельств непреодолимой силы - иначе он лишается права ссылаться на эти обстоятельства в дальнейшем, а также удостоверить факт возникновения таких обстоятельств документом, выданным соответствующим компетентным органом Российской Федерации.

Ответчик не представлял соответствующие уведомления Истцу в соответствии с п. 16.2 Контракта.

Представленные Ответчиком справки о состоянии погоды не могут являться надлежащим удостоверением факта действия обстоятельств непреодолимой силы, так как в них отражен лишь прогноз погоды, но отсутствует оценка его влияния на исполнение Ответчиком обязательств по Контракту. Орган, выдавший справки о состоянии погоды, не компетентен в выдаче заключений о влиянии обстоятельств непреодолимой силы на исполнение обязательств сторон.

Такие заключения выдаются уполномоченными торгово-промышленными палатами согласно п. 1.4. Положения о свидетельствовании уполномоченными торгово-промышленными палатами обстоятельств непреодолимой силы по договорам (контрактам), заключенным в рамках внутрироссийской экономической деятельности, утвержденному Постановлением Торгово-промышленной палаты РФ от 24.06.2021 № 7-2.

ТПП России вправе свидетельствовать обстоятельства непреодолимой силы (форс-мажор) в случае введения иностранным государством запретов и ограничений в области предпринимательской деятельности, осуществления валютных операций, а также иных ограничительных и запретительных мер, действующих в отношении Российской Федерации или российских хозяйствующих субъектов, если такие меры повлияли на выполнение указанными лицами обязательств по внешнеторговым сделкам.

Любые письма, правовые заключения о форс-мажоре не могут быть признаны относимым и допустимым доказательством подтверждения наличия обстоятельств непреодолимой силы при исполнении договора, если они не удостоверены надлежащим образом.

Согласно ст. 68 АПК РФ обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

Ответчиком не представлены в дело соответствующие требованиям законодательства документы о форс-мажоре, подтверждающие задержку поставки оборудования и неблагоприятные погодные условия как обстоятельства непреодолимой силы, явившиеся причиной невозможности исполнения Ответчиком своих обязательств по Контракту.

Таким образом, суд первой инстанции необоснованно применил при вынесении решения статью 401 ГК РФ, обосновывая отсутствие вины Ответчика вследствие действия обстоятельств непреодолимой силы.

Отказывая в удовлетворении исковых требований суд первой инстанции применил п. 3 ст. 405 ГК РФ, согласно которому должник не считается просрочившим, пока обязательство не может быть исполнено вследствие просрочки кредитора (лист 7 решения).

Суд первой инстанции указал, что Истец не предоставлял Ответчику дноуглубительную технику, предусмотренную проектной документацией, а также не вносил корректировки в проектную документацию по наименованиям дноуглубительной техники, что повлекло затягивание дноуглубительных работ по п. 6 Графика производства работ.

Однако, согласно проектной документации, получившей положительное заключение ФАУ «Главгосэкспертиза» от 26.11.2021 № 23-1-1-2-070963-2021, в рамках которой Ответчик выполнял работы по Контракту в рассматриваемый период с 25.02.2022 по 09.03.2023, для рыхления и извлечения флиша (т.е. скального грунта), имеющего VII группу сложности разработки, кроме несамоходного одноковшового штангового земснаряда типа «Редут», Ответчик вправе был привлекать любую иную технику, с аналогичными техническими характеристиками (т.е. с возможностью разработки флиша такой же группы сложности), уточняя ее применение в проекте производства работ.

Об этом указано в проектной документации (лист 1009-4763-00-ПОС2-6.2).

Заключенные между Истцом и Ответчиком договоры оказания услуг, по которым Истец предоставлял имеющуюся у него в наличии дноуглубительную технику для производства работ по Контракту, причем не только ту, которая была указана в проектной документации, но и другие суда с аналогичными техническими характеристиками (шаланды «Морская», «Трудовая», «Смелая», «Рабочая», земснаряд «Северная»), позволяли выполнять дноуглубительных работ, что подтверждено судебными решениями по делам о взыскании с Ответчика стоимости выполненных работ (№№ А32-50527/22, А32-51683/22, А32-58411/22, А32-58382/22, А32-58409/22, А32-50365/22, А32-51737/22, А32-51738/22, № А32-14004/2023, А32-14005/2023, А32-14006/2023).

Если Ответчик считал, что дноуглубительных судов Истца недостаточно для выполнения всего объема работ, Ответчик обязан был обеспечить привлечение иной техники. Необходимо отметить, что Истец прямо указывал Ответчику на необходимость организации мероприятий по применению скалодробильной техники в письме от 31.05.2023 № 80/23 (приложено к возражениям Ответчика от 30.05.2023 в составе приложения № 4 - «переписка касательно замены дноуглубительной техники» при рассмотрении дела).

Однако, Ответчиком данные мероприятия организованы не были.

При проектировании дноуглубительных работ предполагалась возможность использования дноуглубительной техники, имеющейся в наличии у Истца, но на Истца условиями Контракта не возложена обязанность по обеспечению техникой выполнение полного объема дноуглубительных работ.

Таким образом, вывод суда первой инстанци о том, что Истцом изначально предусмотрено оборудование, не предназначенное для работ по Контракту, что потребовало внесения корректировок в проектную документацию, и не осуществление своевременных мер по изменению проектной документации, не соответствует обстоятельствам дела и не может быть положен в обоснование применения п. 3 ст. 405 ГК РФ.

Согласно предмету Контракта (п. 2.1.) именно Генподрядчик обязался выполнить работы по Контракту собственными и/или привлеченными силами и средствами. При должной добросовестности, он мог и должен был найти дноуглубительную технику для выполнения полного объема дноуглубительных работ, привлекая не только суда Истца, но и любую иную дноуглубительную технику с аналогичными техническими характеристиками, способную выполнить работы, предусмотренные проектной документацией в случае, если техники Истца было недостаточно.

Предоставление Истцом дноуглубительной техники для производства части дноуглубительных работ не является основанием для освобождения Ответчика от выполнения в срок всего объема данных работ.

Следовательно, применение судом п. 3 ст. 405 ГК РФ, как основания для освобождения Ответчика от ответственности за просрочку выполнения работ, неправомерно.

Кроме того, Ответчиком до настоящего времени не выполнены и иные работы, входящие в предмет Контракта, которые не связаны с судоходством и использованием дноуглубительной техники, выполняемые на земельном участке (работы по строительству трансформаторной подстанции, канализационных насосных станций дождевых стоков, противопожарной насосной станции с морским водозабором, средств навигационного оборудования, объектов благоустройства (включая площадки, стоянки), устройству инженерных сетей, монтажу оборудования, пусконаладочным работы), археологические мероприятия; природоохранные мероприятия, что свидетельствует о ненадлежащем исполнении Ответчиком обязательств по Контракту, послужившем причиной просрочки завершения всех работ.

При рассмотрении дела судом сделан вывод об отсутствии преюдициальности решения Арбитражного суда г. Москвы по делу №А40-43788/22.

Перечень обстоятельств, действовавших в период просрочки, взятой для расчета неустойки в рамках дела № А40-43788/22, не имеют преюдициальной силы, однако согласно решению суда, доказана виновность Ответчика в просрочке завершения работ по Контракту в предыдущий период (с 24.12.2021 по 24.02.2022), в котором Ответчик также указывал на погодные условия и военные учения в зоне выполнения строительства, необходимость корректировки проектной документации.

Обязательства, принятые на себя Ответчиком по завершению работ по Контракту в срок, установленный п. 10.3 Контракта не исполнены, что свидетельствует о недобросовестном поведении Ответчика при исполнении своих обязательств по Контракту. Просрочка завершения работ происходит по вине Ответчика, что является основанием для применения к нему мер ответственности, установленных Контрактом и законодательством РФ.

ФГУП «Росморпорт» просило взыскать с АО «Стройтрансгаз» (далее - Ответчик, Генподрядчик неустойку (пени) в размере 60 155 931,78 рублей за просрочку завершения работ по государственному контракту № 505/ДО-18 от 14.09.2018 на разработку рабочей документации и выполнение работ по строительству объекта «Комплекс береговой и морской инфраструктуры в морском порту Геленджик» (далее - Контракт) за период с 25.02.2022 по 09.03.2023, а также о взыскании расходов по уплате государственной пошлины в размере 200 000 рублей.

Первоначально размер заявленной Истцом ко взысканию неустойки (пени) составляет 60 155 931,78 руб., из расчета:

921 248, 82 руб. = 969 735 600,98 руб. (3 890 521 576,55 руб. - 2 920 785 975,57 руб.) х 1/300 х 9,5 % х 3 дн. (с 25.02.2022 по 27.02.2022);

20 687 692,82 руб. = 969 735 600,98 руб. (3 890 521 576,55 руб. - 2 920 785 975,57 руб.) х 1/300 х 20 % х 32 дн. (с 28.02.2022 по 31.03.2022);

38 546 990,14 руб. = 969 735 600,98 руб. (3 890 521 576,55 руб. - 2 920 785 975,57 руб.) х 1/300 х 7,5% х 159 дн. (с 02.10.2022 по 09.03.2023).

Ответчиком в судебном заседании 30.05.2023 представлен отзыв на исковое заявление, из пункта 5 которого следует, что Ответчик просит не начислять пеню за период с 16.11.2022 по 20.12.2022, исходя из условий пункта 2.1 и пункта 9 дополнительного соглашения № 21 от 16.11.2022 к Контракту (далее - допсоглашение № 21).

Согласно пункту 9 доп.соглашения № 21 сторонами определено, что подписание доп.соглашения № 21 не освобождает Генподрядчика от уплаты неустойки, возникшей с 23.12.2021 до даты заключения соглашения, то есть до 16.11.2022.

Согласно пункту 2.1. доп.соглашения № 21 дата завершения работ по Контракту перенесена сторонами на 20.12.2022.

Таким образом, анализ условий доп.соглашения № 21 дает основания исключении периода просрочки с 16.11.2022 по 20.12.2022, на который неустойка не должна начисляться.

Таким образом, согласно расчету истца размер неустойки (пени) составил 51 670 745,27 руб.:

921 248, 82 руб. = 969 735 600,98 руб. (3 890 521 576,55 руб. - 2 920 785 975,57 руб.) х 1/300 х 9,5 % х 3 да. (с 25.02.2022 по 27.02.2022);

20 687 692,82 руб. = 969 735 600,98 руб. (3 890 521 576,55 руб. - 2 920 785 975,57 руб.) х 1/300 х 20 % х 32 дн. (с 28.02.2022 по 31.03.2022);

10 909 525,51 руб. = 969 735 600,98 руб. (3 890 521 576,55 руб. - 2 920 785 975,57 руб.) х 1/300 х 7,5% х 45 дн. (с 02.10.2022 по 15.11.2022);

19 152 278,12 руб. = 969 735 600,98 руб. (3 890 521 576,55 руб. - 2 920 785 975,57 руб.) х 1/300 х 7,5% х 79 дн. (с 21.12.2022 по 09.03.2023).

Согласно п. 1 ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации Истец вправе при рассмотрении дела в арбитражном суде первой инстанции до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, изменить основание или предмет иска, увеличить или уменьшить размер исковых требований.

Таким образом, с учетом отказа от части исковых требований размер подлежащий взысканию неустойки составляет 51 670 745,27 руб.

Согласно представленному истцом расчету общий размер штрафных санкций составил 51 670 745, 27 руб.

Между тем, ответчиком в отзыве на исковое заявление было заявлено о необходимости применения положений ст. 333 ГК РФ (т. 6 л.д.18), поскольку, по его мнению, размер взыскиваемых пени несоразмерно велик.

Согласно статье 333 ГК РФ, правовой позиции, изложенной в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке.

Согласно пункту 75 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" при оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 ГК РФ).

Пунктом 73 названного Постановления разъяснено, что бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 65 АПК РФ).

Постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.2011 N 81 "О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации" даны разъяснения о том, что разрешая вопрос о соразмерности неустойки последствиям нарушения денежного обязательства и с этой целью определяя величину, достаточную для компенсации потерь кредитора, суды могут исходить из двукратной учетной ставки (ставок) Банка России, существовавшей в период такого нарушения.

Вместе с тем для обоснования иной величины неустойки, соразмерной последствиям нарушения обязательства, каждая из сторон вправе представить доказательства того, что средний размер платы по краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями субъектам предпринимательской деятельности в месте нахождения должника в период нарушения обязательства, выше или ниже двукратной учетной ставки Банка России, существовавшей в тот же период.

Пунктом 77 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" определено, что снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды (пункты 1 и 2 статьи 333 ГК РФ).

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ конкретные обстоятельства настоящего спора, размер неустойки, предусмотренный договором, суд апелляционной инстанции считает возможным снизить размер взыскиваемой неустойки до 10 000 000 рублей.

На основании изложенного решение подлежит отмене, а исковые требования частичному удовлетворению.

Согласно ч. 6.1 ст. 268 АПК РФ на отмену решения арбитражного суда первой инстанции указывается в постановлении, принимаемом арбитражным судом апелляционной инстанции по результатам рассмотрения апелляционной жалобы.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 266, 268, 269, 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда города Москвы от 08.09.2023 по делу № А40-51996/2023 отменить.

Взыскать с АКЦИОНЕРНОГО ОБЩЕСТВА "СТРОЙТРАНСГАЗ" (123112, <...>, ПОМЕЩЕНИЕ I, ЭТАЖ 10, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 11.12.2002, ИНН: <***>, КПП: 770301001) в пользу ФЕДЕРАЛЬНОГО ГОСУДАРСТВЕННОГО УНИТАРНОГО ПРЕДПРИЯТИЯ "РОСМОРПОРТ" (127030, <...> ДОМ 19СТР7, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 15.05.2003, ИНН: <***>, КПП: 770701001) неустойку в размере 10 000 000 (десять миллионов) руб., государственную пошлину в размере 200 000 (двести тысяч) руб. за рассмотрение иска, 3 000 (три тысячи) руб. за рассмотрение апелляционной жалобы.

Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме в Арбитражном суде Московского округа.

Председательствующий судья: И.А. Титова

Судьи: П.А. Порывкин

А.Л. Фриев

Телефон справочной службы суда – 8 (495) 987-28-00.