СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, https://7aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Томск Дело № А45-31905/2022

Резолютивная часть постановления объявлена 29 апреля 2025 года

Постановление в полном объеме изготовлено 13 мая 2025 года

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего

Иващенко А.П.,

судей

Дубовика В.С.

ФИО1

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Ивановой Л.С. с использованием средств аудиозаписи рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО2 (№ 07АП-1428/2025(1)) на определение от 23.01.2025 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45- 31905/2022 (судья Стрункин А.Д.) о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Печать» (630007, <...>/А, ИНН <***>, ОГРН <***>), принятое по заявлению конкурсного управляющего ФИО2 о привлечении ФИО3, Талько-Гринцевича Тихона Павловича, ФИО4 к субсидиарной ответственности.

В судебном заседании приняли участие: согласно протокола.

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Новосибирской области от 05.06.2023 общество с ограниченной ответственностью «Печать» (далее – ООО «Печать», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2 (далее - ФИО2, конкурсный управляющий).

14.05.2024 в суд поступило заявление конкурсного управляющего ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3 (далее – ФИО3, ответчик).

Впоследствии, конкурсный управляющий заявил ходатайство о привлечении к участию в дело (обособленный спор) в качестве соответчиков Талько-Гринцевича Тихона Павловича и ФИО4 (далее – ФИО5 и ФИО4, соответчики). Суд первой инстанции привлек в качестве соответчиков указанных лиц.

Определением от 23.01.2025 суд отказал в удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, конкурсный управляющий ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда от 23.01.2025 отменить, направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что ООО «Интерг ГТЛ» не может являться причинителем вреда должнику, поскольку директор понес персональную, уголовную ответственность, должник получил товар, который планировал расходы на полную стоимость которого изначально закладывались, а задолженность, на основании которой возбуждено дело о банкротстве является реальной. Вывод суда о том, что вред причинен именно действиями ООО «Интерг ГТЛ» не состоятелен.

Суд, делая вывод о том, что контролирующим должника лицом являлся ФИО5, в то же время отказал в привлечении данного лица к субсидиарной ответственности.

Конкурсный управляющий не обладает доказательствами степени вовлеченности контролирующих должника лиц в управление деятельностью должником. Установить такую степень вовлеченности невозможно без бухгалтерской отчетности. Подробнее доводы изложены в апелляционной жалобе.

В порядке статьи 262 АПК РФ ФИО3, ФИО5 представили отзывы на апелляционную жалобу, в которых просят обжалуемый судебный акт оставить без изменений. Подробнее доводы изложены в отзывах.

01.04.2025 от ООО «Интер ГТЛ» поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором поддерживает требования апелляционной жалобы. Суд необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства конкурсного управляющего об истребовании доказательств. Ответчики не предоставили в материалы дела доказательства, опровергающие доводы конкурсного управляющего. Подробнее позиция изложена в отзыве.

02.04.2025 от апеллянта поступили дополнения к апелляционной жалобе, к которым приложен дополнительный документ: пояснения ФИО6, из которых видна взаимосвязь между контролирующими должника лицами.

Определением от 08.04.2025 апелляционный суд отложил судебное разбирательство по апелляционной жалобе и обязал конкурсного управляющего ФИО2 представить в материалы дела подробные письменные пояснения относительно оснований привлечения к субсидиарной ответственности применительно к каждому ответчику с обоснованием (с учетом фактических обстоятельств).

22.04.2025 от ФИО4 поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит обжалуемый судебный акт оставить без изменений. Конкурсным управляющим не раскрыты основания для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности, не доказаны соответствующие основания. Подробнее доводы изложены в отзыве.

28.04.2025 от ФИО3 поступили дополнения к отзыву, в которых указано, что доводы конкурсного управляющего основаны исключительно на предположениях, ничем не подтверждены; доказательств доведения должника до банкротства в связи с поведением ФИО3 не представлено. Подробнее позиция изложена в письменном виде.

28.04.2025 от конкурсного управляющего ФИО2 поступили пояснения, из которых следует, что управляющий полагает ошибочным вывод суда о том, что виновником доведения должника до банкротства является ООО «Интер ГТЛ», а не привлекаемые управляющим к субсидиарной ответственности лица. Управляющий выражает согласие с выводами суда о наличии у ФИО5 статуса контролирующего должника лица, указывает на солидарный характер его ответственности с ФИО3 на основании наличия у него статуса КДЛ. ФИО4 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, поскольку не раскрыла какой-либо информации о деятельности общества. Кроме того, ФИО7 использовал денежные средства должника в личных целях (покупал билеты), что свидетельствует о выводе имущества из конкурсной массы.

В судебном заседании конкурсный управляющий и представитель ООО «Интер ГТЛ» поддержали требования апеллянта. Представитель ФИО3, ФИО5 поддержали доводы отзывов на апелляционную жалобу, указав, что конкурсным управляющим не указаны конкретные основания со ссылкой на материалы дела для привлечения указанных лиц к субсидиарной ответственности.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом и своевременно извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы в судебное заседание, как до перерыва, так и после него, не явились, явку представителей не обеспечили.

На основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в их отсутствие.

Заслушав участников процесса, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта в порядке, установленном статьями 266, 268 АПК РФ, изучив доводы апелляционной жалобы, отзывов на нее, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены судебного акта.

Как следует из материалов дела, обращаясь в суд с настоящим заявлением, конкурсный управляющий ссылался на то, что в соответствии со сведениями, предоставленными Межрайонной ИФНС России № 16 по Новосибирской области, руководителем должника в период с 21.09.2020 по 11.01.2023 являлась ФИО3.

В указанный период должник осуществлял хозяйственную деятельность, в результате которой причинен вред имущественным правам кредиторов, выраженный в невозможности полного погашения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника.

На текущий момент:

- суммарный размер требований кредиторов третей очереди не обеспеченных залогом составляет 2 322 876,48 рублей;

- возбуждено исполнительное производство № ИсП 222320/23/54001-ИП от 12.09.2023 об обязании руководителя передать бухгалтерскую документацию;

- исполнительное производство не окончено. Документы бухгалтерского учета управляющему не переданы.

Конкурсный управляющий ссылается на то, что согласно отчетности, полученной от уполномоченного органа, по состоянию на 01.01.2021 за обществом числится:

- основные средства на сумму 161 000 руб.;

- запасы на сумму 13 096 000 руб.;

- финансовый и другие оборотный активы на сумму 16 972 000 руб.

Без документов первичного налогового учета невозможно провести работу по взысканию дебиторской задолженности.

Так же запасы и основные средства могли быть реализованы для удовлетворения требований кредиторов.

Полагая, что ФИО3 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением. В ходе судебного разбирательства в суде первой инстанции управляющим не представлены письменные обоснования для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО5 и ФИО4

Отказывая в удовлетворении требований конкурсного управляющего, суд первой инстанции исходил из того, что о причинителем ущерба должнику являлся именно ООО «Интер ГТЛ», бывшего руководителя которого признали виновным по ч.1 ст.194 Уголовного кодекса Российской Федерации за уклонение от уплаты таможенных платежей; ФИО3 являлась номинальным руководителем должника; конкурсный управляющий, несмотря на неоднократные требования суда, начиная с сентября 2024 г. не представил в суд пояснения с указанием требований к каждому ответчику отдельно (что кому вменяет, вменяет ли требования о привлечении к субсидиарной ответственности за не подачу заявления о признании должника банкротом), не раскрыл требования, в том числе, степень вовлеченности каждого ответчика, его влияние и причастность, а также в части созданной схемы по выводу денежных средств, анализ движения денежных средств по счету, куда были «выведены» денежные средства.

Апелляционный суд соглашается с выводами суда первой инстанции.

В соответствии с требованиями статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В силу пункта 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса РФ самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 Гражданского кодекса РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

При этом, судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника. Удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия ответчиков, исключив при этом иные (объективные, рыночные и т.д.) варианты ухудшения финансового положения должника (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079).

Нормы о субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц были определены законодателем в разное время следующими положениями: - статья 10 Закона о банкротстве в редакции от 28.04.2009 №73-ФЗ (действует по отношению к нарушениям, совершенным с 05.06.2009 по 29.06.2013); - статья 10 Закона о банкротстве в редакции от 28.06.2013 № 134-ФЗ (действует по отношению к нарушениям, совершенным с 30.06.2013 по 29.07.2017); - глава III.2 Закона о банкротстве в редакции от 29.07.2017 № 266-ФЗ (действует по отношению к нарушениям, совершенным с 30.07.2017).

Согласно пункту 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 ФЗ от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего ФЗ), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам ФЗ от 26.10.2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона).

Что касается процессуальной деятельности суда по распределению бремени доказывания по данной категории дел, то в соответствии с положениям части 3 статьи 9, части 2 статьи 65 АПК РФ она должна осуществляться с учетом необходимости выравнивания объективно предопределенного неравенства в возможностях доказывания, которыми обладают контролирующее должника лицо и конкурсный управляющий.

Предъявляя иск к контролирующему лицу, конкурсный управляющий должен представить доказательства, обосновывающие с разумной степенью достоверности наличие у должника убытков, недобросовестный или неразумный характер поведения контролирующего лица, а также то, что соответствующее поведение контролирующего лица стало необходимой и достаточной причиной невозможности погашения требований кредиторов. В случае предоставления таких доказательств, в том числе убедительной совокупности косвенных доказательств, бремя опровержения утверждений истца переходит на контролирующее лицо - ответчика, который должен, раскрыв свои документы, представить объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность (пункт 56 Постановления № 53).

Апелляционный суд принимает во внимание, что конкурсный управляющий ФИО2 ни в суде первой инстанции, ни в суде апелляционной инстанции не раскрыл перед судом основания для привлечения каждого из соответчиков к субсидиарной ответственности, не привел пояснений о том, какие действия (бездействия) соответчиков (по его мнению) привели к банкротству должника, не раскрыл степень вовлеченности каждого из соответчиков в процесс доведения должника до банкротства (учитывая, что доводы о доведении должника до банкротства не заявлены), не представил анализ движения денежных средств по счету должника, не пояснил, куда были «выведены» денежные средства.

В своих пояснениях в суд апелляционной инстанции (в электронном виде от 25.04.2025 в 16:28 МСК) конкурсный управляющий ФИО2 указывает буквально следующее:

- ФИО3 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, поскольку она, являясь руководителем должника и подписывая бухгалтерскую отчетность, приняла на себя ответственность за достоверность изложенных в ней сведений (при этом, какие сведения в бухгалтерской документации не соответствуют действительности, были искажены, конкурсный управляющий не указывает);

- ФИО3 и ФИО5 подлежат привлечению солидарно к субсидиарной ответственности в связи с наличием у них статуса контролирующих должника лиц; далее приведены ссылки положения пунктов 6, 16, 17, 19 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53 (однако, апеллянт не указывает, какие конкретно действия (бездействие) были совершены данными лицами, которые повлекли банкротство должника, не раскрыта какая-либо причинно-следственная связь между поведением ответчиков и невозможностью погашения требований кредиторов должника);

- ФИО4 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности наравне с ФИО3 и ФИО5 также в солидарном порядке, поскольку ухудшение бухгалтерских показателей должника пришлось на 2020 год, когда все указанные лица осуществляли руководство должником, но ФИО4 не раскрыла какой-либо информации о деятельности должника (пояснений о том, какие именно документы должны были быть раскрыты ФИО4 конкурсным управляющим не приведено);

- ФИО5 осуществлял вывод денежных средств должника, поскольку использовал их в личных целях (приобретал билеты), а также осуществлял выплату денежных средств третьим лицам якобы в счет выплаты заработной платы (конкурсным управляющим непроизведен анализ осуществленных операций, не сделан обоснованный вывод о том, что данные операции привели к наступлению объективного банкротства должника);

- соответчики подлежат привлечению к субсидиарной ответственности по основаниям пунктов 1 и 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, а также подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

По убеждению апелляционного суда, конкурсный управляющий ФИО2 не справился с бременем доказывания обстоятельств, свидетельствующих о наличии оснований для привлечения соответчиков к субсидиарной ответственности.

Заявление требований, ограниченных общими ссылками на нормы статьи 61.11 Закона о банкротстве, разъяснения Пленума № 53, а также ничем не подтвержденными доводами о наличии у соответчиков статуса контролирующих должника лиц, при отсутствии указаний на конкретные факты, действия (бездействия) соответчиков, причинно-следственной связи между такими действиями и невозможностью погашения требований кредиторов, без анализа причин наступления банкротства должника, - свидетельствует о формальном обращении конкурсного управляющего в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности и фактически направлено на переложение бремени доказывания обстоятельств, на которые ссылается управляющий, на арбитражный суд и на иных лиц, участвующих в деле.

Как указывал суд первой инстанции, кредитор ООО «Интер ГТЛ», заявлявший намерение присоединиться к заявлению конкурсного управляющего, с таким требованием не выступил, впоследствии вовсе занял пассивную процессуальную позицию по обособленному спору.

В силу части 2 статьи 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

При таких обстоятельствах, доводы апеллянта о неполном исследовании судом первой инстанции доводов управляющего, обстоятельств дела подлежат отклонению.

В судебном заседании суда первой инстанции конкурсный управляющий пояснил, что в качестве основания для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности вменяется факт непередачи документов и имущества должника.

Из подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве следует, что пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Обстоятельства, указанные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, в том числе отсутствие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности и прочих обязательных документов должника-банкрота, - это, по сути, лишь презумпция, облегчающая процесс доказывания состава правонарушения с целью выравнивания процессуальных возможностей сторон спора.

При этом обстоятельства, составляющие презумпцию, не могут подменять обстоятельства самого правонарушения.

Смысл этой презумпции в том, что если лицо, контролирующие должника-банкрота, привело его в состояние невозможности полного погашения требований кредиторов, то во избежание собственной ответственности оно заинтересовано в сокрытии следов содеянного.

Установить обстоятельства содеянного и виновность контролирующего лица возможно по документам должника-банкрота. В связи с этим, если контролирующее лицо, обязанное хранить документы должника-банкрота, скрывает их и не представляет арбитражному управляющему, то подразумевается, что его деяния привели к невозможности полного погашения требований кредиторов.

Как разъяснено в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности, невозможность определения и идентификации основных активов должника (определение Верховного Суда Российской Федерации от 07.05.2018 № 305-ЭС17-21627).

Искажение бухгалтерской документации должника, в силу норм закона о банкротстве, как таковое не является основанием для привлечения контролирующих лиц к субсидиарной ответственности. Квалифицирующим признаком является наличие последствий в виде существенного затруднения проведения процедуры банкротства.

Так, согласно пункта 24 Постановления № 53 под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

- невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

- невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

- невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

В нарушение требований статьи 65 АПК РФ конкурсным управляющим не раскрыто, какие именно документы относительно хозяйственной деятельности должника и материальные ценности не были переданы ФИО3 конкурсному управляющему; а также не приведено мотивированных доводов о том, каким образом отсутствие такой документации воспрепятствовало пополнению конкурсной массы должника и удовлетворению требований кредиторов должника.

Конкурсным управляющим также не опровергнуты доводы ФИО3 об отсутствии у нее возможности давать должнику обязательные для исполнения указания, о наличии у нее номинального статуса руководителя должника.

Так, ООО «Печать» было зарегистрировано 26.08.2014 с основным видом деятельности «Прочие виды полиграфической деятельности» (ОКВЭД 18.12).

Учредителем общества с 100% долей в уставном капитале является ФИО4. Она же до 21.09.2020 являлась руководителем ООО «Печать».

ФИО3 являлась номинальным руководителем общества в период с 21.09.2020 по 10.06.2023.

По предложению ФИО8 ФИО3 в 2019 г. трудоустроилась в ООО «СТК-Фермер» на должность менеджера по оптовым продажам.

Фактическим руководителем как ООО «Печать», ООО «СТК-Фермер», так и ряда других организаций являлся ФИО5, который в ноябре 2019 года предложил ФИО3 формально занять сначала должность директора ООО «СТКФермер» и стать его учредителем, а затем и должность директора ООО «Печать» с сохранением ее прежнего функционала с незначительным повышением заработной платы.

В силу отсутствия у ФИО3 высшего образования и необходимых знаний в области действующего законодательства, последняя согласилась на предложение ФИО5

В последующем, ФИО3 ссылается на то, что под угрозой лишения заработной платы и возбуждения уголовных дел она была вынуждена совершать действия, на которые ей указывал ФИО5: открывать счета в кредитных организациях, звонить в банки от имени Должника для решения возникающих вопросов, подписывать документы, которые передавались ФИО5, в том числе, через доверенных лиц и т.п.

ФИО3 документы и имущество ООО «Печать» ФИО4 (учредитель Должника) не передавала.

Таким образом, номинально числясь руководителем ООО «Печать», ФИО3 фактически была лишена какого-либо допуска к управлению обществом, к его имуществу (если таковое имелось) и документам.

Номинальный статус ФИО3 подтверждается следующими доказательствами:

- письменными пояснениями работников ООО «СТК-Фермер» (ФИО6, ФИО9, ФИО10, которые также являлись работниками ООО «Печать»), представленных в рамках дела № А45-31919/2022, которые указывают, что руководителем Должника являлся именно ФИО5, а не ФИО3;

- обстоятельствами совершения сделок ООО «Печать». Так, из книг покупок следует, что контрагентами Должника являлись исключительно аффилированные лица – общества, принадлежащие ФИО5, а именно ООО «Надежность» (ИНН <***>, учредитель и руководитель ФИО11 – работник ООО «Печать», ООО «СТКФермер»), ООО «Димитес» (ИНН <***>, учредитель ФИО9, директор ФИО5), ООО «Оборудование НСК» (ИНН <***>, учредитель и директор ФИО6 - работник ООО «Печать», ООО «СТК-Фермер»), ООО «Хэллоу ТУРС» (ИНН <***>, учредитель ФИО9, директор ФИО5), ООО «Фортуна» (ИНН <***>, учредитель и директор ФИО8, «правая рука» ФИО5);

- постановлением Ленинского районного суда г. Новосибирска от 02.07.2021 по делу № 1-500/2021, представленным в рамках дела № А45- 31919/2022, вынесенным в отношении директора ООО «Интер ГТЛ» ФИО12, протоколами допросов свидетелей (ФИО13) установлено, что все переговоры с директором ФИО12, переписка с менеджерами ООО «Интер ГТЛ» по поставкам товара – «кабеля нагревательного» из Республики Корея от Elekon Korea Co., Ltd. в РФ в адрес ООО «Печать» и ООО «СТК-Фермер» осуществлялись ФИО5

Доказательств наличия у ФИО3 возможности осуществлять руководство деятельностью должника, извлечения ею выгоды от деятельности должника конкурсным управляющим также в материалы дела не представлено.

Судом принято во внимание раскрытие ФИО3 информации относительно хозяйственной деятельности организации ООО «Печать».

В данном случае, основания для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности отсутствуют, так как на момент принятия ФИО3 «руководства» обществом и в период «осуществления» полномочий (номинальных) директора организационно-распорядительные и административно-хозяйственные функции ФИО3 не выполнялись, управленческие решения ФИО3 в отношении общества не принимались, реальной цели управления должником ФИО3 не имела (о чем свидетельствует, в том числе отсутствие соответствующего образования и опыта), а также показания лиц, которые вступали в правоотношения с ООО «Печать».

Доказательств обратного конкурсным управляющим не представлено, доводы ответчика не опровергнуты.

Конкурсный управляющий указывал, что на текущий момент возбуждено исполнительное производство № ИсП 222320/23/54001-ИП от 12.09.2023 об обязании ФИО3 передать бухгалтерскую документацию; исполнительное производство не окончено; документы бухгалтерского учета управляющему не переданы.

Между тем большая часть документов, истребованных управляющим, относится к периоду, когда руководителем общества являлась ФИО4

ФИО4 пояснила, что ей имущество и документация должника не предавалась, возможность передать у нее отсутствует. В споре об истребовании документации и имущества должника участие не принимала.

В ситуации раскрытия ФИО3 реальных руководителей общества (ФИО5), управляющим не раскрыты причины ненаправления соответствующих запросов о передаче запасов и первичной документации должника к ФИО4 и ФИО5

Кроме того, конкурсный управляющий ФИО2 указал, что на балансе должника по состоянию на 2020 год учтены активы в виде запасов на сумму 13 096 тыс. руб. и дебиторской задолженности в размере 16 972 тыс. руб., не выявленные впоследствии.

Между тем, как указывала ФИО3, в бухгалтерских балансах должника с 2016 года последовательно отражались активы (сведения о которых конкурсному управляющему не переданы), сформированные в период деятельности ФИО4

Предыдущий руководитель общества и его единственный участник на сегодняшний день ФИО4 ни указанные запасы, ни документы, подтверждающие наличие дебиторской задолженности, который возникли до назначения ФИО3 руководителем общества, ФИО3 не передавала. Доказательств обратного не представлено.

Из банковских выписок по расчетным счетам должника, представленным ФИО3 на ознакомление конкурсным управляющим, следует, что в период номинальной деятельности ФИО3 отсутствовали операции, которые бы могли привести к возникновению дебиторской задолженности в размере 16 972 тыс. руб. Доказательств обратного конкурсным управляющим не представлено.

При этом конкурсный управляющий не лишен возможности в результате анализа банковских выписок и книг покупок и продаж ООО «Печать», которыми он располагает, установить сделки, совершенные должником в пользу контрагентов, которые могли не исполнить своих обязательств (в результате чего на их стороне могла образоваться дебиторская задолженность) и сделать им соответствующие запросы о предоставлении подтверждающих документов.

Из книг покупок ООО «Печать» следует, что контрагентами Должника являлись исключительно аффилированные лица – общества, принадлежащие ФИО5, а именно ООО «Надежность» (ИНН <***>, учредитель и руководитель ФИО11 – работник ООО «Печать», ООО «СТКФермер»), ООО «Димитес» (ИНН <***>, учредитель ФИО9, директор ФИО5), ООО «Оборудование НСК» (ИНН <***>, учредитель и директор ФИО6 - работник ООО «Печать», ООО «СТК-Фермер»), ООО «Хэллоу ТУРС» (ИНН <***>, учредитель ФИО9, директор ФИО5), ООО «Фортуна» (ИНН <***>, учредитель и директор ФИО8, «правая рука» ФИО5).

В указанных обстоятельствах конкурсным управляющим не доказаны основания для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности.

При таких обстоятельствах, учитывая отсутствие у ФИО3 доступа к документации должника (являлась номинальным руководителем, документацию должника не получала), суд первой инстанции правомерно отказал в привлечении ее к субсидиарной ответственности по подпункту 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В отношении ФИО5 и ФИО4 суд первой инстанции также пришел к верному выводу о недоказанности оснований для привлечения их к субсидиарной ответственности.

В соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Не раскрыты конкурсным управляющим и обстоятельства, позволяющие утверждать, что погашение требований кредиторов в том или ином виде невозможно вследствие действий или бездействий лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности.

Основания для возложения субсидиарной ответственности на ФИО4, лишь входящую в состав (числящейся участником) отсутствуют, поскольку доказательств того, что данным лицом извлекалась выгода из своего положения, отсутствуют. Убедительных доводов для возложения ответственности на указанное лицо заявителем не приведено.

Само по себе учреждение ФИО4 общества не образует состава нарушения, влекущего субсидиарную ответственность в банкротстве.

Конкурсный управляющий, ссылаясь в заявлении на положение части 2 статьи 401 ГК РФ, фактически произвольно определил, что имеет место нарушение обязательства, видимо, наличие непогашенной задолженности перед ООО «Интер ГТЛ», по вине ответчиков.

Однако, данное утверждение со всей очевидностью не следует из материалов настоящего дела, а также дела о банкротстве ООО СТК «Фермер» (№ А45-31919/2022), которое является аналогичным по составу участников и тождественности хозяйственной деятельности.

В рамках указанного дела по запросу арбитражного суда были истребованы документы, рассмотренные Ленинским районным судом в рамках уголовного дела №12104009511000014 возбужденного 19.04.2021 по признакам преступления установленных частью 1 статьи 194 УК РФ.

По данному делу (№ 1-500/2021) вынесен приговор суда, вступивший в законную силу.

Согласно части 4 статьи 69 АПК РФ вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу обязательны для арбитражного суда по вопросам о том, имели ли место определенные действия и совершены ли они определенным лицом.

Из поступивших в материалы дела А45-31919/2022 документов со всей очевидностью усматривается и установлено Ленинским судом при вынесении приговора следующее:

- ФИО5 был принят на работу в ООО «Печать» в должности менеджера по продажам и осуществлял по поручению руководителя ведение переговоров с контрагентами должника, что исключает возможность оказания определяющего влияния на принятие решений Обществом, вследствие отсутствия полномочий. (Протокол допроса свидетеля ФИО3 от 20.04.2021 г.);

- ФИО5 не является «скрытым» бенефициаром результатов хозяйственной деятельности должника;

- обязательства должника в рамках исполнения агентского договора А-16-10-20 от 16.10.2020, требования по которым заявлены ООО «Интер ГТЛ» при подаче заявления о признании должника банкротом, возникли исключительно по вине директора ООО «Интер ГТЛ» ФИО12, которая свою вину признала полностью. (Протокол допроса подозреваемого ФИО12 от 28.04.2021 г. Лист 5).

Таким образом, негативные последствия для должника в виде возникновения задолженности по агентскому договору А-1-16-20 от 16.10.2020 возникли исключительно вследствие уголовных противоправных действий директора ООО «Интер ГТЛ».

Доводы конкурсного управляющего и ООО «Интер ГТЛ» об обратном направлены на переоценку вступившего в законную силу судебного акта, на искажение фактических обстоятельств дела.

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Новосибирской области от 13.01.2023 по настоящему делу по заявлению ООО «Интер ГТЛ» в отношении должника – ООО «Печать» введена процедура банкротства, в связи с наличием просроченной задолженности в сумме 2 322 876,48 рублей.

Указанная задолженность образовалась при следующих обстоятельствах.

16.01.2018 между ООО «Интер ГТЛ» (агент) и ООО «Печать» (принципал) был заключен Агентский договор № А-16-10-20 (далее по тексту - Договор), по которому агент обязуется по поручению принципала за агентское вознаграждение совершить от своего имени или от имени принципала за счет принципала определенные действия, предусмотренные Договором.

Принципал обязуется оплачивать услуги агента, а также возмещать агенту расходы, связанные с исполнением Договора.

Судебным актом установлено, что ООО «Интер ГТЛ» свою обязанность выполнил, что подтверждается актом приема-передачи товара от 09.02.2021, подписанным представителями сторон, а также Уведомлением о не уплаченных в установленный срок суммах таможенных платежей, специальных антидемпинговых, компенсационных пошлин, процентов, пеней № 106090000/У2021/0000346 от 28.05.2021 на сумму 888 316,31 рублей; Корректировкой ДТ № 10702070/080221/0030393; платежными поручениями № 916-921 от 01.06.2021; Уведомлением о не уплаченных в установленный срок суммах таможенных платежей, специальных антидемпинговых, компенсационных пошлин, процентов, пеней № 106090000/У2021/0000365 от 31 мая 2021 г. на сумму 954 124,70 рубля; Корректировкой ДТ № 10620010/231020/01309823; платежными поручениями № 910-915 от 01.06.2021.

Должник в нарушение условий Договора оплату расходов агента в размере 1 842 441,01 рубль не произвел.

Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 19.12.2023 по настоящему делу за реестр включена задолженность МИФНС России № 17 по Новосибирской области в размере 1 309 000,00 руб.

Из указанного судебного акта следует, что задолженность является финансовыми санкциями (штрафом), который образовался также в результате сделки, заключенной с ООО «Интер ГТЛ».

Иных кредиторов у должника нет.

Постановлением Ленинского районного суда г. Новосибирска от 02.07.2021 по делу № 1-500/2021 установлены обстоятельства совершения преступления бывшим директором ООО «Интер ГТЛ» ФИО12, которая спланировала и осуществила действия, направленные на недостоверное декларирование товаров путем занижения таможенной стоимости в коммерческих документах, в частности инвойсах и приложениях к контрактам, заключенных с «Elekon Korea Co., Ltd.» в интересах ООО «Печать» и ООО «СТК-Фермер».

В частности, Постановлением Ленинского районного суда г. Новосибирска от 02.07.2021 по делу № 1-500/2021 установлены следующие обстоятельства в отношении ФИО12: «С целью уменьшения конечной стоимости товара на территории Российской Федерации ей было принято решение о занижении стоимости товаров по данному инвойсу, так как стоимость товара напрямую влияет на размер таможенной пошлины при декларировании товара. Это было сделано для привлечения клиента и дальнейшего взаимодействия с ним по вопросам поставок товаров из-за границы, так как оплата всей суммы таможенных платежей ложится на конечного получателя. Путем уменьшения конечной стоимости товара она хотела добиться снижения таможенной пошлины.

Таким образом, с целью уменьшения таможенной пошлины и соответственно конечной стоимости товаров, привлечения клиентов и дальнейшего взаимодействия с ним по вопросам поставок товаров из-за границы, она как директор ООО «Интер ГТЛ» уклонилась от уплаты таможенных платежей путем внесения недостоверных сведений о стоимости товаров. Вину свою осознает полностью, раскаивается в совершенном деянии».

Указанные обстоятельства, свидетельствуют о том, что причинителем ущерба должнику являлся именно ООО «Интер ГТЛ», бывшего руководителя которого признали виновным по ч.1 ст.194 Уголовного кодекса Российской Федерации за уклонение от уплаты таможенных платежей, то есть вина в возникновении обязательств уже установлена судебным актом суда общей юрисдикции и эти обстоятельства являются преюдициальными для рассмотрения настоящего спора.

Каких-либо доказательств того, что должник, имея требование со стороны контрагента в период 2021 -2022 г. осуществил с противоправной целью вывод активов должника в целях исключения обращения на них взыскания конкурсным управляющим также не представлено.

Конкурсным управляющим не представлено доказательств вывода ФИО5 денежных средств из конкурсной массы, а при наличии таких обстоятельств – не представлен анализ с выводами о том, что данные действия ответчика привели к банкротству должника (а не являются, например, убытками, причиненными должнику).

Пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве гласит, что для привлечения к субсидиарной ответственности именно виновные действия контролирующих должника лиц должны привести организацию к несостоятельности.

В настоящем случае, исходя из фактической ситуации, таковых обстоятельств нет.

Согласно п.11. ст. 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

При этом не допустимо, чтобы в размер обязательств должника вошли обязательства, причиной возникновения которых явились преступные действия самого кредитора.

Указанные обстоятельства свидетельствуют об отсутствии оснований для удовлетворения заявления конкурсного управляющего о привлечении контролирующих лиц должника к субсидиарной ответственности.

На основании изложенного, апелляционный суд соглашается с выводами суда первой инстанции о недоказанности наличия оснований для привлечения ФИО3, ФИО4 и ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Иное из материалов дела не следует, а апеллянтами не доказано.

Учитывая, что предусмотренные Законом о банкротстве презумпции ответчиками опровергнуты, надлежащих доказательств конкурсным управляющим в материалы дела не представлено, у суда первой инстанции отсутствовали основания для удовлетворения заявления конкурсного управляющего.

По существу позиция апеллянта сводится лишь к несогласию с выводами суда первой инстанции, дублирует доводы первоначального заявления, не устраняя изложенные судом первой инстанции недостатки, доводы апелляционной жалобы направлены на переоценку установленных судом по делу обстоятельств в отсутствие надлежащих доказательств, их опровергающих, что не является основанием для отмены законного и обоснованного судебного акта.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь статьей 156, пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение от 23.01.2025 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-31905/2022 оставить без изменения, а апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО2 - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Новосибирской области.

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

Председательствующий А.П. Иващенко

Судьи В.С. Дубовик

ФИО1