Постановление по делу № 07АП-3274/2022 от 07.05.2025

СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, https://7aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Томск Дело № А27-3035/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 23 апреля 2025 года

Постановление в полном объеме изготовлено 07 мая 2025 года

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего

Иващенко А.П.,

судей

Иванова О.А.

ФИО1

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО2 с использованием средств аудиозаписи рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу апелляционные жалобы ФИО3 (№07АП-3274/2022(10)), ФИО4 (№ 07АП-3274/2022(11)), ФИО5 (№ 07АП-3274/2022(12)) на определение Арбитражного суда Кемеровской области от 06.01.2024 по делу № А27-3035/2021 (судья Матыскина В.В.) о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Научно-производственное объединение «Электросила 42» (ОГРН <***>, ИНН <***>), принятое по заявлению конкурсного управляющего о признании недействительными цепочки сделок, применении последствий их недействительности.

В судебном заседании приняли участие: согласно протокола.

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Кемеровской области от 21.05.2022 (резолютивная часть определения от 17.05.2022) ООО «НПО «Электросила 42» признано банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утверждена ФИО6 (далее – ФИО6, конкурсный управляющий).

Сообщение об открытии в отношении должника конкурсного производства опубликовано в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве 18.05.2022, в газете «Коммерсантъ» 28.05.2022.

16.05.2023 конкурсный управляющий ФИО6 обратилась с заявлением об оспаривании цепочки сделок, оформленных Договорами купли-продажи, по выводу имущества ООО «НПО «Электросила 42», а именно автомобиля AUDI Q7, 2017 года выпуска (государственный регистрационный знак <***>, К 300 МР 54, <***>), VIN <***>, цвет кузова: черный, и, применении последствий недействительности сделок в виде возврата последним покупателем транспортного средства в конкурсную массу должника. Определением от 06.01.2024 суд удовлетворил заявление конкурсного управляющего. Признана недействительной цепочка взаимосвязанных сделок, направленных на отчуждение автомобиля AUDI Q7, 2017 года выпуска (государственный регистрационный знак <***>, К 300 МР 54, <***>), VIN <***>, цвет кузова: черный, оформленную:

- договором купли-продажи №14ТС от 01.06.2020, заключенным между ООО НПО «Электросила 42» и ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ г.р.

- договором купли-продажи от 25.08.2020, заключенным между ФИО7 и ФИО5;

- договором купли-продажи от 6.09.2020, заключенным между ФИО5 (ДД.ММ.ГГГГ г.р.) и ФИО3 (ДД.ММ.ГГГГ г. р.);

- договором купли-продажи от 22.04.2021, заключенным между ФИО3 (ДД.ММ.ГГГГ г.р.) и ФИО8 (ДД.ММ.ГГГГ г.р.).

Применены последствия недействительности сделки. Суд обязать ФИО8 возвратить в конкурсную массу ООО НПО «Электросила 42» транспортное средство автомобиль AUDI Q7, 2017 года выпуска, государственный регистрационный знак: <***>, VIN <***>, цвет кузова: черный.

Распределены судебные расходы по настоящему обособленному спору в размере 9 000 руб. (6 000 руб. – за подачу заявления об оспаривании цепочки сделок, 3 000 руб. – за обращение с заявлением о принятии обеспечительных мер) следующим образом:

с ФИО7 взыскано 2 250 руб. в доход федерального бюджета; с ФИО5 - 2 250 руб. в доход федерального бюджета; с ФИО3 - 2 250 руб. в доход федерального бюджета; с ФИО8 - 2 250 руб. в доход федерального бюджета.

Постановлением от 31.05.2024 Седьмого арбитражного апелляционного суда определение Арбитражного суда Кемеровской области от 06.01.2024 по делу №А27- 3035/2021 отменено в части признания недействительной сделкой договора купли-продажи от 22.04.2021, заключенного между ФИО3 и ФИО8, применения последствий недействительности сделки, распределения судебных расходов.

В отмененной части принят новый судебный акт. В удовлетворении заявления конкурсного управляющего в части признания недействительной сделкой договора купли-продажи от 22.04.2021, заключенного между ФИО3 и ФИО8, отказано. В порядке применения последствий недействительности сделок с ФИО7 солидарно с ФИО5, ФИО3 взыскано в конкурсную массу ООО «НПО «Электросила 42» 4 730 833 рублей.

С ФИО7 в доход федерального бюджета взыскано 3 000 рублей государственной пошлины; с ФИО5 - в доход федерального бюджета 3 000 рублей государственной пошлины; с ФИО3 - в доход федерального бюджета 3 000 рублей государственной пошлины. В остальной части определение Арбитражного суда Кемеровской области от 06.01.2024 по делу №А27-3035/2021 оставлено без изменения, апелляционная жалоба ФИО8 – без удовлетворения.

Постановлением от 04.10.2024 Седьмой арбитражный апелляционный суд восстановил ФИО3 пропущенный срок на подачу апелляционной жалобы на определение Арбитражного суда Кемеровской области от 06.01.2024 по делу №А27-3035/2021. Постановление от 31.05.2024 Седьмого арбитражного апелляционного суда от 31.05.2024 по делу № А27-3035/2021 в обжалуемой части отменено по вновь открывшимся обстоятельствам. Судебное заседание арбитражного суда апелляционной инстанции по заявлению конкурсного управляющего о признании недействительными цепочки сделок, применении последствий их недействительности назначено на 24.10.2024.

Постановлением от 19.12.2024 Седьмой арбитражный апелляционный суд по заявлению ФИО5 отменил постановление от 31.05.2024 Седьмого арбитражного апелляционного суда от 31.05.2024 по делу № А27-3035/2021 в обжалуемой части по вновь открывшимся обстоятельствам.

Апелляционные жалобы ФИО3, ФИО4, ФИО5 (далее – ФИО3, ФИО4, ФИО5, апеллянты) приняты к совместному рассмотрению.

ФИО3 и ФИО4 в апелляционных жалобах просят отменить определение суда от 06.01.2024 в части признания недействительной сделкой договора купли-продажи от 06.09.2020, заключенного между ФИО3 и ФИО5

Апелляционные жалобы мотивированы тем, что приобретенный у ФИО5 автомобиль был оценен сторонами на сумму 3 500 000 руб. Указание в договоре цены договора в размере 300 000 руб. связано с целью снижения налоговой нагрузки.

Оплата по договору осуществлена ФИО3 в полном объеме: 3 300 000 руб. были получены ответчиком за два месяца до заключения договора от продажи своего автомобиля (договор № 459 от 29.07.2020), оставшаяся часть денежных средств (200 000 руб.) была взята их личных накоплений ответчика.

На момент заключения сделки в сентябре 2020 года в публичном доступе отсутствовали сведения об арестах и иных ограничениях, наложенных на спорный автомобиль. Договор купли-продажи с ФИО5 был заключен на основании размещенного объявления о продаже автомобиля на сайте Дром.ру.

Продавцом автомобиля выступал ФИО7, который пояснил ФИО9, что фактическим собственником является ФИО7, но автомобиль зарегистрирован на его родственника ФИО5

ФИО4 занимается деятельностью по перепродаже автомобилей с пробегом на профессиональной основе, в связи с чем условия заключения сделки не вызвали обоснованных сомнений. Текст договора купли-продажи от 06.09.2020 был полностью подготовлен продавцом автомобиля.

После покупки автомобиля ФИО4 заключил договор страхования с АО «Тинькофф». Доказательств аффилированности ФИО3 с должником и кем-либо из участников цепочки сделок материалы дела не содержат. Подробнее доводы изложены в апелляционных жалобах.

К апелляционной жалобе ФИО4 приложены дополнительные документы: скриншоты объявления о продаже спорного автомобиля с сайта Дром.ру, копия агентского договора № 459 от 29.07.2020 с приложением поручения, акта приема-передачи от 29.07.2020, отчета агента (подтверждающие факт продажи в преддверие заключения оспариваемой сделки имущества С-вых), копия договора от 13.08.2020 купли-продажи автомобиля С-вых, копия договора от 06.09.2020 купли-продажи, расписка от 06.09.2020 о получении ФИО5 денежных средств в размере 3 500 000 руб., скриншоты, подтверждающие нахождение у ФИО4 автомобилей (снятых с учета), детализация телефонных звонков от 18.04.2024, копия справки председателя СНТ «Электрон» о месте постоянного проживания С-вых с 2022 года.

Апелляционный суд в целях полного и всестороннего исследования обстоятельств дела на основании статьи 268 АПК РФ приобщил дополнительные документы от апеллянтов к материалам дела.

ФИО5 в апелляционной жалобе просит определение от 06.01.2024 Арбитражного суда Кемеровской области в части признания недействительными договоров купли-продажи автотранспортного средства № б/н от 25.08.2020 и № б/н от 06.09.2020, заключенных между ФИО5 и ФИО7, а также ФИО3 соответственно, отменить, принять в указанной части новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что ФИО5 не является заинтересованным либо аффилированным с должником лицом. Само по себе родство бывшей супруги ФИО5 с супругой ФИО7 не позволяет заключить наличие аффилированности сторон сделки.

Условие о продажной цене в 100 000 руб. было включено в первоначальную редакцию договора от 25.08.2020 по настоянию продавца, поскольку автомобиль приобреталось им в лизинг по остаточной стоимости. Впоследствии цена отчуждения была пересмотрена сторонами в соответствии с дополнительным соглашением от 25.08.2020 – ответчик уплатил за автомобиль 3 300 000 руб., что подтверждается распиской. Автомобиль был приобретен ФИО5 с использованием общих средств семейного бюджета. Супруга ФИО5 в 2019 году имела доход 3 178 000 руб., в 2020 году – 7 807 000 руб.

Приобретая автомобиль у ФИО7 ФИО5 действовал разумно и добросовестно, является добросовестным приобретателем имущества. Подробнее доводы изложены в апелляционной жалобе.

23.09.2024 от конкурсного управляющего ФИО10 поступила правовая позиция на возражение ФИО3, в которой дополнительно указано, что договор купли-продажи между ФИО5 и ФИО3 заключен на явно невыгодных условиях, цена по договору существенно ниже рыночной, финансовая возможность ФИО3 приобрести спорный автомобиль 19.09.2020 не подтверждена.

Определением от 11.02.2025 апелляционный суд удовлетворил ходатайство ФИО5 о назначении по делу судебной оценочной экспертизы. Проведение экспертизы поручено ООО НПФ «Инком Прайс» (ОГРН <***>, ИНН <***>, юридический адрес: <...>), эксперту ФИО11. На разрешение эксперта поставлен следующий вопрос:

- какова рыночная стоимость автомобиля Audi Q7 (2017 года выпуска, государственный регистрационный знак <***>, VIN <***>) на дату его отчуждения – 25.08.2020 г.?

Этим же определением производство по делу №А27-3035/2021 приостановлено до получения результатов судебной экспертизы.

05.03.2025 от ООО НПФ «Инком Прайс» поступило ходатайство о продлении сроков проведения судебной экспертизы, мотивированное тем, что материалы для проведения судебной экспертизы были получены экспертом 05.03.2025.

Определением от 06.03.2025 апелляционным судом назначено судебное заседание по рассмотрению ходатайства эксперта о продлении срока проведения судебной экспертизы на 25.03.2025.

17.03.2025 от ООО НПФ «Инком Прайс» поступило ходатайство о приобщении к материалам дела заключения эксперта.

Определением от 31.03.2025 суд возобновил производство по апелляционным жалобам ФИО3, ФИО4, ФИО5 А.В. на определение Арбитражного суда Кемеровской области от 06.01.2024 по делу № А27-3035/2021 и отложил судебное заседание на 16.04.2025.

Этим же определением суд отложил судебное заседание по рассмотрению ходатайства эксперта о продлении срока проведения судебной экспертизы на 16.04.2025.

Рассмотрев в судебном заседании 16.04.2025 ходатайство эксперта о продлении срока проведения судебной экспертизы, апелляционный суд не усматривает оснований для его удовлетворения, учитывая, что от экспертной организации в материалы дела поступило заключение эксперта, производство по обособленному спору возобновлено.

15.04.2025 от ФИО5 в материалы дела поступила обобщенная правовая позиция по спору, в которой указывает, что сделка с ФИО7 совершена ФИО5 при наличии равноценного встречного предоставления, стороны не являются аффилированными лицами, у ФИО5 и его супруги имелась финансовая возможности оплаты цены автомобиля. ФИО7 при продаже автомобиля ФИО3 осуществлял лишь посредническую функцию. Требования конкурсного управляющего о признании сделок недействительными одновременно по общегражданским и специальным основаниям противоречит сформированной судебной практике. Оснований для признания недействительной сделки между ФИО7 и ФИО5 по правилам статьи 61.2 Закона о банкротстве не имеется, поскольку сделка совершена по рыночной цене. Подробнее позиция изложена в письменном виде.

В судебном заседании 16.04.2025 был объявлен перерыв для ознакомления лицами, участвующими в деле, с письменной позицией ФИО5

В судебном заседании до перерыва представитель ФИО3, ФИО5 и его представитель поддержали доводы своих апелляционных жалоб в полном объеме. Представители конкурсного управляющего просили в удовлетворении требований ФИО5 и С-вых отказать.

Иные лица, участвующие в деле, будучи надлежащим образом извещены, в судебном заседании участия не принимали, явку представителей не обеспечили.

На основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в их отсутствие.

Заслушав участников процесса, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта в порядке, установленном статьями 266, 268 АПК РФ, изучив доводы апелляционных жалоб, отзывов на них, дополнительных пояснений, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В настоящем обособленном споре рассматриваются по существу апелляционные жалобы на часть определения суда от 06.01.2024 Арбитражного суда Кемеровской области, с учетом вступления его в законную силу на основании постановления от 31.05.2024 Седьмого арбитражного апелляционного суда, а также с учетом отмены постановления от 31.05.2024 Седьмого арбитражного апелляционного суда от 31.05.2024 по делу № А27-3035/2021 в части признания недействительными сделок, заключенных между ФИО7 и ФИО5 и между ФИО5 и ФИО3 по вновь открывшимся обстоятельствам.

Из материалов дела следует, что в ходе мероприятий конкурсного производства конкурсным управляющим выявлена цепочка сделок направленных на отчуждение принадлежащего должнику транспортного средства AUDI Q7, 2017 года выпуска, государственный регистрационный знак <***>, VIN <***>.

Так, 01.06.2020 между ООО «Научно-производственное объединение «Электросила 42» (продавец) в лице его генерального директора ФИО7 и ФИО7 (покупатель) заключен договор купли-продажи указанного транспортного средства, на основании которого автомобиль AUDI Q7, 2017 года выпуска передан продавцом в собственность покупателя по цене 100 000 рублей.

В пункте 3.2. договора предусмотрен порядок расчетов, согласно которому покупатель оплачивает цену транспортного средства путем внесения наличных денежных средств в кассу продавца.

25.08.2020 между ФИО7 (продавец) и ФИО5 (покупатель) заключен договор купли-продажи транспортного средства, на основании которого автомобиль AUDI Q7, 2017 года выпуска передан продавцом в собственность покупателя по цене 100 000 рублей.

В пункте 5 договора от 25.08.2020 стороны согласовали, что денежные средства переданы продавцу.

06.09.2020 между ФИО5 (продавец) и ФИО3 (покупатель) заключен договор купли-продажи транспортного средства, на основании которого автомобиль AUDI Q7, 2017 года выпуска передан продавцом в собственность покупателя по цене 300 000 рублей.

В пункте 5 договора от 06.09.2020 стороны согласовали, что денежные средства переданы продавцу. 22.04.2021 между ФИО3 (продавец) и ФИО8 (покупатель) заключен договор купли-продажи, на основании которого автомобиль AUDI Q7, 2017 года выпуска передан продавцом в собственность покупателя по цене 300 000 рублей.

По условиям договора от 22.04.2021 расчет производится наличными денежными средствами при оформлении сделки (п. 2.2. договора).

Полагая, что указанные последовательно заключённые договоры купли продажи представляют собой цепочку сделок, прикрывающих вывод активов должника с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, заключенных при злоупотреблении сторонами сделок своими правами, конкурсный управляющий со ссылкой на положения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статьи 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации обратился в арбитражный суд с заявлением о признании сделок недействительными.

Вступившим в законную силу определением от 06.01.2024 признана недействительной сделка между ООО «НПО «Электросила 42» и ФИО7; в признании недействительной сделки между ФИО3 и ФИО8 отказано (постановление 7ААС от 31.05.2024).

В данной части определение суда от 06.01.2024 не пересматривается.

Определение в полном объеме подлежит пересмотру только в части применения последствий недействительности сделок.

Признавая недействительными оспариваемые в рамках настоящего обособленного спора сделки: договор купли продажи между ФИО7 и ФИО5, договор купли-продажи между ФИО5 и ФИО3, суд первой инстанции исходил из доказанности совокупности оснований пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации и пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Апелляционный суд соглашается с выводами суда первой инстанции о недействительности сделки между ФИО7 и ФИО5

В соответствии с пунктом 1 статьи 32 Закона о банкротстве, дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

1. Оспаривание договора купли-продажи от 25.08.2020 между ФИО7 и ФИО5

Оспариваемый договор от 25.08.2020 заключен должником в течение трех лет до принятия заявления о признании банкротом (01.04.2021), т.е. в пределах срока подозрительности, установленных пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

По общему правилу, основанному на разъяснениях, изложенных в пункте 9 Постановления № 63, для признания такой сделки недействительной достаточно установления обстоятельств отсутствия равноценного встречного предоставления.

Применительно к пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательства существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательства, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Согласно заключения эксперта ООО НПФ «Инком Прайс» ФИО11 от 05.03.2025 рыночная стоимость спорного автомобиля на дату заключения сделки 25.08.2020 составила 3 220 000 руб.

Выводы судебной экспертизы лицами, участвующими в деле, не оспорены, какие-либо возражения на выводы эксперта в материалы дела от лиц, участвующих в деле не поступили.

Оценив представленное в материалы дела заключение эксперта ФИО11 на предмет его соответствия требованиям закона, апелляционный суд приходит к выводу об отсутствии оснований для непринятия данного заключения эксперта в качестве надлежащего доказательства.

Апелляционный суд принимает во внимание, что договором купли-продажи от 25.08.2020 ФИО7 и ФИО5 согласовано условие, что стоимость транспортного средства составляет 100 000 руб.

Каких-либо доказательств нахождения спорного транспортного средства в неудовлетворительном техническом состоянии на дату совершения сделки ФИО5 в материалы дела не представлено.

В п.5 Договора от 25.08.2020 стороны согласовали, что денежные средства переданы продавцу.

В апелляционной жалобе ФИО5 ссылается на тот факт, что условие о продажной цене в 100 000 руб. было включено в первоначальную редакцию договора от 25.08.2020 по настоянию продавца, поскольку автомобиль приобретался им в лизинг по остаточной стоимости. Впоследствии цена отчуждения была пересмотрена сторонами в соответствии с дополнительным соглашением от 25.08.2020 – ответчик уплатил за автомобиль 3 300 000 руб., что подтверждается распиской.

Оценивая данные доводы и представленные ответчиком доказательства, апелляционный суд принимает во внимание факт аффилированности ФИО5 с ФИО7, являвшегося генеральным директором должника на дату совершения сделки.

По смыслу положений статьи 19 Закона о банкротстве ФИО7 (директор и учредитель должника) и ФИО5 (родственник ФИО7) являются заинтересованными по отношению к должнику лицами.

ФИО5 является заинтересованным по отношению к ФИО7 и ООО «НПО «Электросила 42» через родство супруги ФИО5 – ФИО12 и супруги участника и руководителя ООО НПО «Электросила 42» ФИО7 – ФИО13 (родные сестры).

Сформированная практика Верховного суда последовательно рассматривает родство, свойство, иные семейные связи как проводник совместного интереса и, соответственно, заинтересованности.

Судебная коллегия также обращает внимание на пояснения ФИО3, которая указывает, что фактическим продавцом автомобиля при его отчуждении ФИО5 в пользу ФИО3 выступал ФИО7 – именно от его имени было опубликовано объявление о продаже, он рассказывал об автомобиле по телефону, он же показывал автомобиль при очном осмотре. Со слов ФИО3, ФИО5 появился непосредственно при заключении договора купли-продажи в целях надлежащего оформления соответствующих документов.

В письменных пояснениях от 15.04.2025 ФИО5 также указывает, что ФИО7 выступал в качестве посредника при продаже ФИО14 автомобиля в пользу ФИО3, что также свидетельствует о наличии между ФИО7 и ФИО5 отношений, выходящих за рамки отношений независимых участников сделки.

Ответчиком не раскрыта целесообразность привлечения в качестве посредника для продажи автомобиля ФИО5 бывшего владельца автомобиля ФИО7, не представлено доказательств заключения с ФИО7 агентского договора, оплаты за оказанные ФИО7 услуги.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о заинтересованности ФИО7 и ФИО5 как через наличие родственных отношений, так и в связи с фактическим поведением указанных лиц, выходящих за рамки обычных отношений незаинтересованных лиц.

Доводы апеллянта об обратном опровергаются материалами дела и подлежат отклонению за необоснованностью.

Установив факт аффилированности ФИО5 и ФИО7 (являющегося учредителем и руководителем должника), апелляционный суд приходит к выводу о необходимости предъявления к доводам ФИО5 об оплате по сделке 3 300 000 руб. повышенного стандарта доказывания, предполагающего предоставление стороной безусловных доказательств своей позиции.

В нарушение статьи 65 АПК РФ таких доказательств ФИО5 в материалы дела не представлено.

Довод ФИО5 о подписании договора от 25.08.2020 с условием об отчуждении автомобиля за 100 000 руб. по просьбе ФИО7 ввиду первоначального его приобретения в лизинг не принимается судом апелляционной инстанции. Лизинговые платежи за автомобиль были полностью выплачены еще до его отчуждения от ООО «НПО «Электросила 42» в пользу ФИО7, соответственно для сделки между ФИО7 и ФИО5 это обстоятельство правового значения не имеет.

При этом, приводя такой довод, ФИО5 признает согласованность своих действий с действиями ФИО7, что является дополнительным доказательством их заинтересованности.

Представленные в материалы дела дополнительное соглашение от 25.08.2020 к договору от 25.08.2020 и расписка о получении ФИО7 3 300 000 руб. оцениваются судом критически ввиду обоснованных сомнений относительно реальности обстоятельств, которые они призваны подтверждать и относительно сроков их составления.

Учитывая факт заинтересованности ФИО7 и ФИО5, следует вывод, что заинтересованные лица могут надлежащим образом оформить необходимые документы, но не создать реальных экономических и юридических последствий своих действий.

Ответчиком перед судом не раскрыта целесообразность подписания дополнительного соглашения к договору купли-продажи непосредственно в день заключения самого договора. Данное поведение сторон не соответствует обычно складывающейся практике правоотношений сторон при купле-продаже автомобиля.

Составляя несколько документов, содержащих различную цену продаваемого имущества, предъявление в органы ГИБДД договора, содержащего условия о цене сделки в размере 100 000 руб., стороны сделки принимают на себя риски по возложению на них в будущем обязанности доказывания несоответствия представленных в ГИБДД документов действительности.

Более того, ФИО5 не доказано наличие у него финансовой возможности осуществить оплату по сделке в размере 3 300 000 руб. по состоянию на 25.08.2020.

Как пояснил ФИО5, денежные средства в размере 3 300 000 руб. были переданы ФИО7 в наличной форме, что подтверждается распиской от 25.08.2020.

Из содержания приведенной нормы и разъяснений, данных в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», подлежащих применению в данном случае по аналогии, следует, что предметом доказывания по настоящему спору является факт реальной передачи должнику денежных средств.

Так, от заимодавца суд вправе истребовать документы, подтверждающие фактическое наличие у него денежных средств в размере суммы займа к моменту их передачи должнику (в частности, о размере его дохода за период, предшествующий заключению сделки); сведения об отражении в налоговой декларации, подаваемой в соответствующем периоде, сумм, равных размеру займа или превышающих его; о снятии такой суммы со своего расчетного счета (при его наличии), а также иные (помимо расписки) доказательства передачи денег должнику.

Представленные в материалы дела декларации о доходах супруги ФИО5 – ФИО15 (2019 год – 3 178 000,00 руб., 2020 год – 7 807 000,00 руб.) не являются надлежащим доказательством наличия финансовой возможности приобрести спорный автомобиль, поскольку сведения о доходах не подтверждают факт аккумулирования достаточной суммы денежных средств для их последующего снятия со счета и передачи продавцу.

В отсутствие исчерпывающих сведений о расходах, сведения о доходах не информативны.

Из пояснений самого ФИО5 следует, что в скором времени после совершения оспариваемой сделки с автомобилем, супруги ФИО16 приобрели квартиру в г. Санкт-Петербург и переехали. Указанное обстоятельство также вызывает обоснованные сомнения в том, что полученные семьей Ягнетинских денежные средства были аккумулированы именно на приобретение спорного автомобиля, а не израсходованы на иные нужды.

Банковские выписки, подтверждающие наличие необходимой суммы у семьи Ягнетинских на дату совершения сделки, не предоставлены. Препятствия к предоставлению таких доказательств не раскрыты, суду ходатайства не заявлены.

Таким образом, апелляционный суд приходит к выводу, что ФИО5 не справился с бременем доказывания факта оплаты по оспариваемой сделке ФИО7 3 300 000 руб.

Фактически, сделка совершена по цене 100 000 руб., что указано в договоре (при этом, доказательств снятия ФИО5 денежных средств в указанном размере в преддверии заключения сделки материалы дела не содержат), что в 32,2 раза ниже рыночной стоимости спорного автомобиля, установленной по результатам судебной экспертизы.

Изложенное свидетельствует о совершении сделки при неравноценном встречном предоставлении.

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (Постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

Квалифицирующими признаками подозрительной сделки, указанной в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, являются ее направленность на причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны сделки об указанной противоправной цели, фактическое причинение вреда в результате совершения сделки.

Апелляционный суд соглашается с выводами суда первой инстанции о доказанности совокупности оснований для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

На дату совершения сделки от 25.08.2020 должник обладал признаками неплатежеспособности, что подтверждается фактом наличия у должника неисполненных обязательств перед кредиторами, требования которых впоследствии были включены в реестр требований кредиторов должника.

Так, в реестр требований кредиторов включены следующие требования:

1. требования ООО «Алекстрейд» в размере 768 115 рублей основного долга, 107 726,40 рублей пени, основанные на факте неисполнения должником обязательств по договору от 20.05.2019 №56-У, возникших в период с 30.12.2019 по 15.01.2020 (требования включены в реестр определением от 30.07.2021, задолженность взыскана решением Арбитражного суда Кемеровской области от 12.10.2020 по делу №А27-16803/2020);

2. требования АО «РУСАЛ Ачинский Глиноземный Комбинат» в размере 1 772 274,24 рублей основного долга, 362 456,09 рублей неустойки, основанные на факте неисполнения должником обязательств по договору поставки от 21.04.2020 №ИсоА-Дог2020/0259-АГН, возникших в с июня 2020 года (требования включены в определением от 30.07.2021, задолженность взыскана решение Арбитражного суда Красноярского края по делу №А33- 3564/2021);

3. требования ФНС России в размере 3 622 789,55 рублей основного долга в составе третьей очереди удовлетворения, 4 792 263,51 рублей основного долга в составе второй очереди удовлетворения, 706 539,10 рублей пеней, задолженности по которым возникли в связи с неисполнением должником обязанности по уплате обязательных платежей (страховых взносов на обязательное пенсионное и медицинское страхование, НДФЛ) за 1 квартал 2019 года, 1, 2, 3, 4 кварталы 2020 года, 1 квартал 2021 года (требования включены в реестр определением от 15.07.2021);

4. требования ООО «Металлоторговая компания «Сибметсклад» в размере 214 912,54 рублей основного долга, основанные на факте неисполнения должником обязательств по договору купли-продажи № 34 от 10.01.2018 (требования включены в реестр определением от 09.06.2022);

5. требования ООО «Снабсибэлектро» в размере 20 043 368,24 рублей основного долга, 3 256 365,32 рублей неустойки, основанные на факте неисполнения должником обязательств по договору поставки товаров от 08.02.2017 №014/529, возникших в период с 22.10.2019 по 13.01.2020 (требования включены в реестр определением от 01.06.2022, задолженность взыскана решением Арбитражного суда Новосибирской области от 27.10.2020 по делу №А45- 22574/2020);

6. требования ООО Научно-производственное предприятие «Микропроцессорные технологии» в размере 922 765,9 рублей основного долга, основанные на факте неисполнения должником обязательств по договору поставки от 29.04.2019 №Ф-15-04-16, возникших с октября 2019 года (требования включены в реестр определением от 23.06.2022, задолженность взыскана решением Арбитражного суда Новосибирской области от 29.05.2020 по делу №А45-8775/2020).

Согласно правовой позиции Верховного Суда РФ, изложенной в Определении от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710(4), наличие у должника на момент совершения сделок сформированной крупной задолженности перед третьими лицами, которая на сегодняшний день включена в реестр требований кредиторов, свидетельствует о наличии у должника признаков неплатежеспособности.

Как установлено выше, ФИО5 является аффилированным с должником лицом через ФИО7 (родственник ответчика и руководитель, учредитель должника), в связи с чем презюмируется его осведомленность о нахождении должника в тяжелом финансовом состоянии.

В результате оспариваемой сделки от 25.08.2020 конкурсной массе был причинен вред, выразившийся в утрате должником ликвидного имущества (учитывая признание недействительной сделки между должником и ФИО7 определением суда от 06.01.2024, вступившим в данной части в законную силу) путем вывода имущества по цепочке сделок: должник – ФИО7 – ФИО5, при отсутствии равноценного встречного предоставления.

Доводы ФИО5 о том, что он не был осведомлен о неплатежеспособности должника, о наличии у ФИО7 цели причинения вреда имущественным интересам кредиторов, опровергаются фактическими материалами дела; совершение сделки по кратно заниженной (в 32,2 раза) в сравнении с рыночной цене свидетельствует о недобросовестности самого ФИО5

Изложенные обстоятельства позволяют суду прийти к выводу о доказанности совокупности оснований для признания договора купли-продажи от 25.08.2020 между ФИО7 и ФИО5 недействительной сделкой по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Доводы апеллянта о недопустимости признания сделки недействительной одновременно по общегражданским (статьи 10, 168, 170 Гражданского кодекса РФ) и специальным (статьи 61.2, 61.2 Закона о банкротстве) основаниям заслуживают внимания.

Признание сделки недействительной как на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и на основании пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, то есть считая ее одновременно и оспоримой, и ничтожной, исключено.

Вместе с тем, выводы суда первой инстанции в указанной части не повлекли ошибочность выводов суда по существу спора, а именно о признании сделки недействительной.

2. Оспаривание договора купли-продажи от 06.09.2020 между ФИО5 и ФИО3

Апелляционный суд не может согласиться с выводами суда первой инстанции о наличии оснований для признания недействительной сделки, совершенной между ФИО5 и ФИО3 на основании следующего.

Оспариваемый договор от 06.09.2020 заключен должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом (01.04.2021), т.е. в пределах срока подозрительности, установленных пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

По условиям договора от 06.09.2020 цена спорного автомобиля составляет 300 000 руб. В пункте 5 договора от 06.09.2020 стороны согласовали, что денежные средства переданы продавцу.

В апелляционных жалобах ФИО3 и ее супруг указывают, что цена в договоре была указана в размере 300 000 руб. в целях снижения налоговой нагрузки, текст договора был составлен полностью продавцом, фактически продавцу были переданы денежные средства в счет оплаты стоимости автомобиля в размере 3 500 000 руб.

Как указывалось ранее, занижение сторонами в договоре купли-продажи цены продаваемого автомобиля влечет для таких сторон риск возникновения негативных последствий и необходимости доказывания факта продажи автомобиля по цене, выше указанной в договоре, предоставленном в органы ГИБДД.

Ссылка конкурсного управляющего на вступление С-вых в сговор с ФИО7 и ФИО5 по выводу имущества должника, выразившееся в применении схемы занижения налоговой базы, подлежит отклонению.

Апелляционный суд учитывает, что при продаже автомобиля физическими лицами формальное указание в договоре цены в меньшем размере в целях ухода от налогообложения является обычной практикой, сложившейся в Западно-Сибирском регионе, что является общеизвестным фактом (часть 1 статьи 69 АПК РФ).

Действительно, такое поведение сторон не может служить основанием для освобождения ответчика от бремени доказывания факта покупки автомобиля по более высокой цене, чем предусмотрено договором.

Таким образом, представление в органы Государственной инспекции безопасности дорожного движения договора купли-продажи автомобиля с указанием цены его продажи в размере 300 000 руб., согласно сложившимся обычаям гражданского оборота в сфере купли-продажи бывших в употреблении транспортных средств между гражданами, само по себе не подтверждает отсутствие между участниками сделки иных расчетов.

В подтверждение факта оплаты спорного имущества в размере 3 500 000 руб. С-вы представили в материалы дела: расписку от 06.09.2020, подписанную ФИО5 о получении им денежных средств в наличной форме в размере 3 500 000 руб.

О фальсификации данной расписки лицами, участвующими в деле, не заявлено.

ФИО3 представила пояснения, что спорный автомобиль приобретался по цене 3 500 000 миллиона рублей, из которых 3 300 000 рублей были получены ФИО3 за два месяца до заключения договора купли-продажи от продажи автомобиля марки Мерседес Бенц (договор 459 от 29.07.2020), оставшуюся часть суммы составляли накопления за предшествующие периоды.

О получении денежных средств в размере 3 300 000 руб. свидетельствуют представленные апеллянтами в материалы дела:

- копия агентского договора от 29.07.2020 между ФИО3 (принципал) и ООО «100 Коней» (агент), по условиям которого принципал поручает, а агент принимает на себя обязанность от имени и за счет принципала осуществить продажу транспортного средства Мерседес Бенц ГЛЕ 350 (вознаграждение агента – 100 000 руб.);

- копия акта от 29.07.2020 приема-передачи транспортного средства Мерседес Бенц ГЛЕ 350 от ФИО3 агенту ООО «100 Коней» для последующей его продажи;

- копия отчета агента от 29.07.2020 о реализации автомобиля покупателю по цене 3 300 000 руб., агент передал принципалу денежную сумму в размере 3 300 000 руб.

Указанные документы лицами, участвующими в деле, не оспорены.

Апелляционный суд также принимает во внимание доводы апеллянтов об осуществлении С-выми деятельности по перепродаже автомобилей, что подтверждается скриншотами с сайта ГИБДД о зарегистрированных за ответчиками автомобилях, из которых следует, что за период 2021-2023 гг. ответчиками было приобретено и продано 6 автомобилей.

В материалы электронного дела 17.09.2024 10:59 МСК представителем С-вых приобщены документы: выписки по банковским счетам ФИО3 и ФИО4 за 2020 год, из которых следует:

- 02.09.2020 со счета ФИО3 сняты наличные в размере 1 000 000 руб.;

- 03.09.2020 со счета ФИО3 сняты наличные в совокупном размере 2 000 000 руб.;

- 04.09.2020 со счета ФИО3 сняты денежные средства в размере 500 000 руб.;

Итого до даты оспариваемой сделки ФИО3 со своего счета были сняты денежные средства в общем размере 3 500 000 руб.

Всего за 2020 год счет ответчика пополнился на сумму 5 047 285,51 руб., а списано денежных средств на сумму 6 429 083,40 руб.

Из выписки по счету ФИО4 следует, что его счет был пополнен на сумму 8 835 586,43 руб., расходы составили 8 885 586,43 руб.

Совокупность предоставленных ответчиками доказательств позволяет сделать вывод о действительном осуществлении С-выми деятельности по перепродаже автомобилей, о наличии у них оборотов денежных средств на крупную сумму, об аккумулировании денежных средств в преддверии совершения оспариваемой сделки (учитывая факт снятия денежных средств в пределах 4 дней со счета ФИО3 в размере 3 500 000 руб., поступления денежных средств от продажи автомобиля марки Мерседес менее, чем за два месяца до совершения оспариваемой сделки).

Таким образом, материалами дела подтверждается наличие у ФИО3 финансовой возможности осуществить оплату по оспариваемой сделке в размере 3 500 000 руб.

Указанные обстоятельства не были исследованы судом первой инстанции при принятии обжалуемого судебного акта.

Апелляционный суд также не усматривает наличия оснований для признания ФИО3 аффилированной с ФИО5 либо с должником и ФИО7

На момент заключения сделки в сентябре 2020 г. сведений об арестах и иных ограничениях в отношении автомобиля в публичном доступе не имелось. Указанный автомобиль был найден супругом ФИО3 – ФИО4 на сайте Дром.ру.

На сайте Дром.ру супругом ФИО3 было найдено объявление № 37812779 от 05.08.2020 о продаже АUDI Q7 2017 года выпуска, (VIN) <***>.

Продавцом данного автомобиля выступал ФИО7, который выступал как фактический собственник автомобиля, т.е. все разговоры о состоянии, комплектации, юридической чистоте и о продаже вел он. Автомобиль находился в г. Кемерово.

По приезду в г. Кемерово супруги осмотрели автомобиль, он им понравился, и они приняли решение о покупке автомобиля. При заключении договора ФИО7 пояснил, что фактическим собственником автомобиля является он, но автомобиль зарегистрирован на его родственника ФИО5

Поскольку супруг ФИО3 осуществляет перепродажу автомобилей с пробегом на профессиональной основе, то такая ситуация встречалась не впервые, они согласились на приобретение автомобиля.

При проверке автомобиля перед заключением договора автомобиль был без запретов на регистрацию, в залоге и розыске не числился.

06.09.2020 между ФИО5 (продавец) и ФИО3 (покупатель) заключен договор купли-продажи транспортного средства, на основании которого автомобиль АUDI Q7 2017 года выпуска, (VIN) <***> передан продавцом в собственность покупателя.

Договор купли-продажи транспортного средства от 06.09.2020 был полностью подготовлен продавцом, в том числе и документы о получении денежных средств, что объясняет то обстоятельство, что сама форма Договора, за исключением сведений о Продавце и Покупателе, и цены предмета сделки, дублирует Договор, ранее составленный ФИО7 и ФИО5

Договор подписывался в присутствии ФИО7 ФИО5 и ФИО3

Далее, после покупки автомобиля, ФИО4, супруг ФИО3 через мобильное приложение заключил договор страхования в АО «Тинькофф Страхование» (полис XXX 0136324137, оформленный на период с 09.09.2020 по 08.09.2021), указал себя именно как собственника ТС, представив соответствующие документы, в связи с чем в полисе XXX 0136324137 именно ФИО4 указан собственником, страхователем и единственным лицом, допущенным к управлению ТС.

Принимая во внимание изложенное, учитывая доказанность осуществления ФИО3 оплаты по сделке в размере 3 500 000 руб. (что почти соответствует рыночной цене автомобиля), отсутствие доказательств аффилированности сторон, апелляционный суд приходит к выводу о недоказанности осведомленности ФИО3 о наличии у ФИО5 и ФИО7 цели причинения вреда имущественным интересам кредиторов должника.

Доводы конкурсного управляющего о том, что ФИО3 должна была осуществить проверку действительности сделки по приобретению ФИО5 спорного автомобиля, подлежат отклонению, поскольку сводятся к возложению на гражданина чрезмерно высокого бремени, а также не учитывают тот факт, что ФИО7 и ФИО5 была придана видимость добросовестного поведения путем совершения цепочки сделок по выводу имущества должника из конкурсной массы, о чем ФИО3 не знала и не могла знать в силу своей незаинтересованности с указанными лицами.

При таких обстоятельствах, договор купли-продажи от 06.09.2020. заключенный между ФИО5 и ФИО3 не подлежит признанию в качестве недействительной сделки по специальным основаниям Закона о банкротстве.

Оснований для оспаривания сделки по общегражданским основаниям судебная коллегия не усматривает, учитывая наличие доказательств реальности приобретения ФИО3 спорного автомобиля, осуществления оплаты по сделке, осуществления мероприятий по оформлению полиса ОСАГО на супруга ФИО3

Выводы суда первой инстанции в данной части основаны на неполном исследовании обстоятельств дела, в связи с чем судебный акт подлежит отмене в части признания недействительной сделкой договора от 06.09.2020 купли-продажи по основаниям пункта 1 части 1 статьи 270 АПК РФ.

Рассматривая вопрос о применении последствий недействительности сделки от 25.08.2020, заключенной между ФИО7 и ФИО5, апелляционный суд принимает во внимание следующее.

Согласно пункту 1 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке (пункту 1 статьи 167 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статья 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 указанного закона, подлежит возврату в конкурсную массу.

В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Поскольку спорное имущество было отчуждено в пользу добросовестного приобретателя – ФИО3, возврат такого имущества в конкурсную массу невозможен.

При таких обстоятельствах, с ФИО5 и ФИО7 солидарно подлежат взысканию в конкурсную массу должника денежные средства в размере рыночной стоимости отчужденного автомобиля – 3 200 000 руб., определенной по результатам судебной экспертизы.

Распределение судебных расходов производится судом в соответствии с положениями ст. 110 АПК РФ.

Согласно статье 109 АПК РФ денежные суммы, подлежащие выплате экспертам и свидетелям, вносятся на депозитный счет арбитр денежные суммы, причитающиеся экспертам, специалистам, свидетелям и переводчикам, выплачиваются по выполнении ими своих обязанностей.

Денежные суммы, причитающиеся экспертам и свидетелям, выплачиваются с депозитного счета арбитражного суда.

Заявляя ходатайство о назначении судебной экспертизы, ФИО5 на депозитный счет Седьмого арбитражного апелляционного суда были внесены денежные средства в размере 10 000 руб., подлежащие перечислению ООО «НПФ «Инком Прайс» за проведение судебной экспертизы.

Руководствуясь статьей 156, пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение от 06.01.2024 по делу № А27-3035/2021 Арбитражного суда Кемеровской области отменить в части признания недействительной сделкой договора купли-продажи от 06.09.2020, заключенного между ФИО5 и ФИО3, применения последствий недействительности сделки, распределения судебных расходов в части ФИО3, изложив в отмененной части резолютивную часть в следующей редакции:

«В удовлетворении заявления конкурсного управляющего в части признания недействительной сделкой договора купли-продажи от 06.09.2020, заключенного между ФИО5 и ФИО3, отказать.

В порядке применения последствий недействительности сделок взыскать с ФИО7 солидарно с ФИО5 в конкурсную массу общества с ограниченной ответственностью «Научно-производственное объединение «Электросила 42» 3 220 000 (три миллиона двести двадцать тысяч) рублей».

В удовлетворении апелляционной жалобы ФИО5 отказать.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Кемеровской области.

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

Председательствующий А.П. Иващенко

Судьи О.А. Иванов

ФИО1