52/2023-185197(1)

Д Е В Я Т Ы Й А Р Б И Т Р А Ж Н Ы Й А П Е Л Л Я Ц И О Н Н Ы Й С У Д

127994, г. Москва, ГСП -4, проезд Соломенной сторожки, д. 12

адрес электронной почты: info@mail.9aac.ru адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ № 09АП-41795/2023

город Москва

14 июля 2023 года Дело № А40-263169/2022

Резолютивная часть постановления объявлена 10 июля 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме 14 июля 2023 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи О.Н. Лаптевой, судей Д.В. Пирожкова, А.И. Трубицына,

при ведении протокола судебного заседания секретарем А.А. Елмановой, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу

индивидуального предпринимателя ФИО1 на решение Арбитражного суда города Москвы от 18 мая 2023 года

по делу № А40-263169/2022, принятое судьей Мищенко А.В.,

по иску индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП <***>)

к индидвидуальному предпринимателю ФИО2 (ОГРН <***>)

о защите исключительных прав на товарный знак

при участии в судебном заседании: от истца: не явился, извещен, от ответчика: не явился, извещен,

УСТАНОВИЛ:

Индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – истец, ФИО1) обратился с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее – ответчик, ФИО2) о взыскании 600.000 руб. компенсации за неправомерное использование обозначения, сходного до степени смешения с товарными знаками №№ 299509, 647502 (с учетом принятого судом первой инстанции в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации уточнения иска).

Решением Арбитражного суда города Москвы от 18 мая 2023 года исковые в удовлетворении исковых требований отказано.

При этом суд исходил из необоснованности исковых требований.

Не согласившись с принятым решением, истец обратился с апелляционной жалобой, в которой просит отменить решение суда первой инстанции, удовлетворить исковые требования в полном объеме.

В обоснование жалобы заявитель ссылается на нарушение или неправильное применение норм материального и процессуального права, на неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела.

Указывает, что использованное ответчиком обозначение включает словесный элемент «ПЛАНЕТА», являющийся тождественным с защищаемым словесным знаком по свидетельству № 647502 по всем признакам сходства, а также имеет высокую степень сходства с защищаемым знаком по свидетельству № 299509 за счет фонетического и семантического тождества и высокой степени сходства по графическому признаку сходства, поскольку они выполнены практически одинаковым видом шрифта, печатными заглавными буквами русского алфавита, а все буквы расположены в сравниваемых обозначениях одинаково (поскольку составляют идентичное слово «ПЛАНЕТА»); товарный знак истца зарегистрирован, в том числе в отношении услуг 35-го класса МКТУ «магазины; услуги оптовой и розничной торговли, торговозакупочная деятельность», то есть в отношении услуг, которые непосредственно оказываются ответчиком; как следует из материалов дела и не оспаривалось ответчиком, защищаемые товарные знаки используются лицензиатами, а использование товарного знака не самим правообладателем, а иным лицом, с которым правообладателем заключен лицензионный договор, на основании положений статьи 1486 Гражданского кодекса Российской Федерации является правомерным способом использования товарного знака; при установлении факта злоупотребления правом суду следует установить конкретные обстоятельства, достаточно очевидно свидетельствующие о наличии исключительной цели причинить вред другому лицу, при этом, в бремя доказывания наличия в действиях истца признаков злоупотребления правом лежит на ответчике, а сам факт злоупотребления правом устанавливается применительно конкретным обстоятельствам дела и не может быть основан на предположениях; суд первой инстанции неправомерно не рассмотрел ходатайство истца об истребовании доказательств у ответчика.

Ответчик не представил отзыв на апелляционную жалобу.

Стороны, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы (в том числе с учетом того, что жалоба подана с соблюдением установленного срока на апелляционное обжалование, стороны были извещены о начавшемся судебном процессе, апелляционным судом исполнена обязанность по размещению информации о времени и месте рассмотрения дела в Картотеке арбитражных дел в сети Интернет по веб-адресу: http://kad.arbitr.ru,), явку представителей в судебное заседание не обеспечили, дело рассмотрено в порядке статей 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие указанных лиц.

Девятый арбитражный апелляционный суд, повторно рассмотрев дело в порядке статей 268, 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства, проверив

доводы апелляционной жалобы, оценив объяснения лиц, участвующих в деле, не находит оснований для отмены обжалуемого решения, исходя из следующего.

Как следует из материалов и установлено судами первой и апелляционной инстанций, ФИО1 является правообладателем следующих средств индивидуализации:

знака обслуживания « » по свидетельству Российской Федерации № 299509, зарегистрированного 14.12.2005 г. с приоритетом от 05.03.2004 г. в отношении услуг 35-го класса «снабженческие услуги для третьих лиц (закупка и обеспечение предпринимателей товарами), продвижение оборудования: автосервисного, автомоечного, строительного, сантехнического, сварочного, насосного, отопительного, энергетического, электротехнического, компрессорного, дерево-, металлообрабатывающего; садовой техники; автоматических ворот и шлагбаумов; спецодежды; средств индивидуальной защиты; электродвигателей, электростанций; запорной арматуры; промышленной мебели; инструмента: электрического, пневмонического, слесарного; запасных частей автомобилей; автомобилей; автошин (для третьих лиц); коммерческие операции, связанные с оптовой и розничной торговлей; консультации по подбору оборудования; прокат оборудования и инструмента, продвижение товаров через всемирную компьютерную сеть, магазины; услуги оптовой и розничной торговли, торгово-закупочная деятельность» Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков (далее - МКТУ);

знака обслуживания « » по свидетельству Российской Федерации № 647502, зарегистрированного 13.03.2018 г. с приоритетом от 14.05.2015 г. в отношении услуг 35-го «розничная продажа непродовольственных товаров, розничная продажа продовольственных товаров, неспециализированная розничная продажа, оптовая продажа непродовольственных товаров, оптовая продажа продовольственных товаров, неспециализированная оптовая продажа; продвижение товаров (для третьих лиц); снабженческие услуги для третьих лиц (закупка и обеспечение предпринимателей товарами); организация выставок в коммерческих целях; организация торговых ярмарок в коммерческих целях; продажа аукционная; сбыт товаров через посредников; коммерческие операции, связанные с оптовой и розничной продажей; услуги по сбору и группированию (за исключением транспортировки) в торговых залах товаров для удобства приобретения и изучения потребителям; услуги оптовой и розничной продажи; услуги магазинов; оптовая и розничная продажа; дистанционная продажа товаров потребителям», 36-го «страхование; финансовая деятельность; кредитно-денежные операции; операции с недвижимостью, сдача помещений в аренду», 41-го «воспитание; обеспечение учебного процесса; развлечения; организация спортивных и культурно-просветительных мероприятий», 43-го класса «агентства по обеспечению мест [гостиницы, пансионы]; аренда временного жилья; аренда помещений для проведения встреч; базы отдыха; бронирование мест в гостиницах; бронирование мест в пансионах; бронирование мест для временного жилья; гостиницы; дома для престарелых; мотели; пансионы; пансионы для животных; прокат кухонного оборудования; прокат осветительной аппаратуры, за исключением используемой в театрах или телестудиях; прокат палаток; прокат передвижных строений; прокат раздаточных устройств [диспенсеров] для питьевой

воды; услуги баз отдыха [предоставление жилья]; услуги кемпингов; ясли детские» классов МКТУ.

В настоящее время решением Суда по интеллектуальным правам от 19.04.2023 г. по делу № СИП-51/2023 досрочно прекращена правовая охрана товарного знака по свидетельству Российской Федерации № 647502 в отношении услуг 35-го класса «продвижение товаров (для третьих лиц); организация выставок в коммерческих целях; сбыт товаров через посредников; услуги оптовой продажи; оптовая продажа» Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков вследствие его неиспользования.

Согласно доводам ФИО1, названные знаки обслуживания используются лицензиатами, с которыми ФИО1 заключил договоры о предоставлении права использования товарного знака, в частности:

- для индивидуализации услуг товарного центра «Планета», находящегося по адресу д. Николаевка, Уфимского района, Республики Башкортостан, лицензиатом, индивидуальным предпринимателем ФИО3;

- для индивидуализации услуг товарного центра «Планета», находящегося по адресу <...>, лицензиатом, индивидуальным предпринимателем ФИО4.

ФИО1 стало известно, что ФИО2 незаконно использует обозначение «Планета» для индивидуализации услуг магазина, находящегося по адресу: <...>, без заключения лицензионного договора на использование товарного знака, тогда как используемое ФИО2 обозначение является сходным до степени смешения с упомянутыми знаками обслуживания. В подтверждение использования ответчиком обозначения «Планета» для индивидуализации услуг магазина ФИО1 представил видеозапись, фотографии вывески магазина ответчика.

При определении размера подлежащей взысканию компенсации учитывая, что истцом заявлено о взыскании компенсации на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации на общую сумму 600.000 руб., которая с учетом сведений о прибыли ответчика снижена самостоятельно, принимая во внимание характер нарушения, вероятные убытки правообладателя, исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения, суд первой инстанции счел возможным взыскать компенсацию в заявленном размере.

Досудебная претензия ФИО1 о добровольной уплате компенсации за незаконное использование обозначения, сходного до степени смешения со знаками обслуживания, оставлена ФИО5 без удовлетворения, что послужило основанием для обращения первого в Арбитражный суд города Москвы с настоящим исковым заявлением.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации, гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации

(статья 1233 Гражданского кодекса Российской Федерации), если Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных Гражданским кодексом Российской Федерации. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную Гражданским кодексом Российской Федерации, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается Гражданским кодексом Российской Федерации.

Согласно пункту 1 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак). Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 1250 Гражданского кодекса Российской Федерации, интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными Кодексом, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права.

Статьей 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления требования о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, - к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним; о возмещении убытков - к лицу, неправомерно использовавшему результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без заключения соглашения с правообладателем (бездоговорное использование) либо иным образом нарушившему его исключительное право и причинившему ему ущерб.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случаях, предусмотренных Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения

убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Пунктом 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Размер компенсации по настоящему делу определен на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в двукратном размере стоимости оказанных услуг.

Исходя из приведенных норм права, а также положений части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в предмет доказывания по требованию о защите права на товарный знак входят следующие обстоятельства: факт принадлежности истцу указанного права; факт его нарушения ответчиком путем использования тождественного или сходного с товарным знаком обозначения, в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Установление указанных обстоятельств является существенным для дела и от их установления зависит правильное разрешение спора, при этом вопрос оценки представленных на разрешение спора доказательств на допустимость, относимость и достаточность является компетенцией суда, разрешающего спор.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, руководствуясь статьями 1229, 1252, 1477, 1479, 1484, 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, учитывая разъяснения, изложенные в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 г. № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 10), суд первой инстанции пришел к выводу о том, что имеющиеся визуальные (графические) отличия словесного элемента «Планета», используемого ответчиком изображении, а также характер изобразительных элементов, входящих в состав этого обозначения, прямо свидетельствуют об отличительном характере указанных изображений и не позволяют сделать вывод о наличии сходства до степени смешения с товарными знаками (знаками обслуживания) истца; сравниваемые обозначения производят разное общее зрительное впечатление, они не ассоциируются друг с другом в целом, что обусловливает вывод об отсутствии между ними сходства; истцом не представлено доказательств того, что кто-либо из потребителей был введен в заблуждение вывеской ответчика, полагая, что услуги оказываются истцом или лицом, заключившим с ним лицензионный договор на использование товарных знаков; класс 35 включает, в основном, услуги, связанные

с управлением бизнесом, эксплуатацией, организацией и администрированием коммерческих или промышленных предприятий, а также рекламу, услуги маркетинга и продвижения. В целях классификации продажа товаров не считается услугой; кроме того, суд сослался на положения статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также указал, что решением Суда по интеллектуальным правам от 19.04.2023 г. по делу № СИП-51/2023 правовая охрана товарного знака по свидетельству Российской Федерации № 647502 в отношении услуг 35-го класса досрочно прекращена.

Суд апелляционной инстанции отмечает следующее.

Согласно пункту 3 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

При наличии соответствующих доказательств суд, определяя вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения, оценивает и иные обстоятельства, в том числе:

используется ли товарный знак правообладателем в отношении конкретных товаров;

длительность и объем использования товарного знака правообладателем;

степень известности, узнаваемости товарного знака;

степень внимательности потребителей (зависящая в том числе от категории товаров и их цены);

наличие у правообладателя серии товарных знаков, объединенных общим со спорным обозначением элементом.

При определении вероятности смешения также могут учитываться представленные лицами, участвующими в деле, доказательства фактического смешения обозначения и товарного знака, в том числе опросы мнения обычных потребителей соответствующего товара.

Суд учитывает влияние степени сходства обозначений, степени однородности товаров, иных обстоятельств на вероятность смешения, а не каждого из соответствующих обстоятельств друг на друга.

Указанные разъяснения даны в пункте 162 Постановления № 10.

В пункте 37 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015 г., вывод о сходстве до степени смешения обозначений делается на основе восприятия не отдельных элементов, а общего впечатления, которое производят это обозначение и товарный знак в целом на среднего потребителя соответствующих товаров или услуг.

Аналогичная правовая позиция выражена в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 02.02.2017 г. № 309-ЭС16-15153.

При оценке сравниваемых обозначений на предмет тождества или сходства до степени смешения следует руководствоваться Правилами составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденными Приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от 20.07.2015 г. № 482 (далее - Правила № 482).

В соответствии с названными Правилами составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, обозначение считается тождественным с другим обозначением (товарным знаком), если оно совпадает с ним во всех элементах (звуковом (фонетическом), графическом (визуальном) и смысловом (семантическом)).

Обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением, если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия (пункт 41).

Пунктом 42 тех же Правил предусмотрено, что словесные обозначения сравниваются со словесными обозначениями и с комбинированными обозначениями, в композиции которых входят словесные элементы.

Сходство словесных обозначений оценивается по звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам, а именно:

1) звуковое сходство определяется на основании следующих признаков: наличие близких и совпадающих звуков в сравниваемых обозначениях; близость звуков, составляющих обозначения; расположение близких звуков и звукосочетаний по отношению друг к другу; наличие совпадающих слогов и их расположение; число слогов в обозначениях; место совпадающих звукосочетаний в

составе обозначений; близость состава гласных; близость состава согласных; характер совпадающих частей обозначений; вхождение одного обозначения в другое; ударение;

2) графическое сходство определяется на основании следующих признаков: общее зрительное впечатление; вид шрифта; графическое написание с учетом характера букв (например, печатные или письменные, заглавные или строчные); расположение букв по отношению друг к другу; алфавит, буквами которого написано слово; цвет или цветовое сочетание;

3) смысловое сходство определяется на основании следующих признаков: подобие заложенных в обозначениях понятий, идей (в частности, совпадение значения обозначений в разных языках); совпадение одного из элементов обозначений, на который падает логическое ударение и который имеет самостоятельное значение; противоположность заложенных в обозначениях понятий, идей.

Признаки, указанные в названном пункте, учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

В соответствии с пунктом 7.1.2.1 Руководства по осуществлению административных процедур и действий в рамках предоставления государственной услуги по государственной регистрации товарного знака, знака обслуживания, коллективного знака и выдаче свидетельств на товарный знак, знак обслуживания, коллективный знак, их дубликатов, утвержденного приказом ФГБУ ФИПС от 20.01.2020 г. № 12 (далее также - Руководство) сходство словесных обозначений может быть звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим).

При сравнении двух словесных обозначений следует установить наличие/отсутствие их сходства как по каждому из указанных признаков в отдельности, так и в совокупности.

Согласно указанным рекомендациям графическое сходство определяется на основании следующих признаков:

- общее зрительное впечатление; - вид шрифта;

- графическое написание с учетом характера букв (например, печатные или письменные, заглавные или строчные);

- расположение букв по отношению друг к другу; - алфавит, буквами которого написано слово; - цвет или цветовое сочетание.

Как указано в пункте 7.1.2.4 Руководства значимость элемента в комбинированном обозначении зависит также от того, в какой степени этот элемент способствует осуществлению обозначением его основной функции, то есть отличать товары и услуги одних производителей от товаров и услуг других производителей.

В силу части 1 статьи 64, статей 71 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств.

Статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что арбитражный суд оценивает доказательства по своему

внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Как следует из представленной истцом видеозаписи закупки товара в магазине, принадлежащем ответчику, была размещена следующая вывеска:

Суд первой инстанции счел, что имеющиеся визуальные (графические) отличия словесного элемента «Планета», используемого ответчиком изображении, а также характер изобразительных элементов, входящих в состав этого обозначения, прямо свидетельствуют об отличительном характере указанных изображений и не позволяют сделать вывод о наличии сходства до степени смешения между оцениваемыми элементам.

Между тем, суд первой инстанции не указал, какие графические отличия используемого ответчиком словесного элемента «Планета» он имеет ввиду, в то время как данный словесный элемент выполнен стандартным шрифтом, кроме того, суд не указал, о каких изобразительных элементах идет речь, при этом единственным изобразительным элементом вывески ответчика является изображение полумесяца, а единственным изобразительным элементом защищаемого товарного знака № 299509 - изображение полумесяца.

Суд первой инстанции также указав, что товарные знаки истца выполнены определенным шрифтом, не учел, что в обоих товарных знаках слово «ПЛАНЕТА» выполнено стандартным шрифтом, а товарный знак по свидетельству № 647502 является словесным, при этом в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.04.2012 г. № 16577/11 отмечено, что для словесных обозначений отличие шрифта не влияет на оценку обозначения, аналогичный подход отражен в постановлениях президиума Суда по интеллектуальным правам от 19.01.2018 г. по делу № СИП-314/2017 и от 09.02.2018 г. по делу № СИП-362/2017.

Вывод суда первой инстанции о том, что слово «ПЛАНЕТА» в используемом ответчиком обозначении выполнено стилизованным шрифтом, необоснован. Как в используемом ответчиком обозначении, также как и в защищаемом товарном знаке по свидетельству № 299509, имеется единственный изобразительный элемент в виде полумесяца. Товарные знаки истца зарегистрированы без указания цвета, а товарный знак по свидетельству № 647502 вовсе является словесным.

Кроме того, суд указал, что решающее значение при сравнении товарного знака с противопоставленными обозначениями имеет именно визуальный критерий сходства сравниваемых обозначений. Сославшись на то, что сравниваемые обозначения производят разное общее зрительное впечатление, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что они не ассоциируются друг с другом в целом, что обусловливает вывод об отсутствии между ними сходства.

Между тем, в постановлении президиума Суда по интеллектуальным правам от 25.01.2021 г. по делу № СИП-259/2020 отмечено, что в комбинированном обозначении, состоящем из изобразительного и словесного элементов, основным элементом, как правило, является словесный элемент, так как он запоминается легче изобразительного и именно на нем акцентируется внимание потребителя при восприятии обозначения. Степень важности изобразительного элемента в комбинированном обозначении зависит от того, насколько этот элемент оригинален, какова его роль в композиционном решении заявленного обозначения, а также степень связанности его с общей композицией всего обозначения.

В пункте 7.1.2.4 Руководства указано, что в комбинированном обозначении, состоящем из изобразительного и словесного элементов, основным элементом, как правило, является словесный элемент, так как он запоминается легче изобразительного и именно на нем акцентируется внимание потребителя при восприятии обозначения.

Использованное ответчиком обозначение включает словесный элемент «ПЛАНЕТА», являющийся тождественным с защищаемым словесным знаком по свидетельству № 647502 по всем признакам сходства, а также имеет высокую степень сходства с защищаемым знаком по свидетельству № 299509 за счет фонетического и семантического тождества и высокой степени сходства по графическому признаку сходства, поскольку они выполнены практически одинаковым видом шрифта, печатными заглавными буквами русского алфавита, а все буквы расположены в сравниваемых обозначениях одинаково (поскольку составляют идентичное слово «ПЛАНЕТА»).

В постановлении Суда по интеллектуальным правам от 23.09.2022 г. по аналогичному по делу № А45-44050/2019 в защиту этих же товарных знаков по свидетельствам №№ 299509, 647502 отмечено, что судами не учтено, что в используемом ответчиком для индивидуализации магазина обозначении со словесными элементами «ПЛАНЕТА ОДЕЖДА ОБУВЬ» использован сильный элемент «ПЛАНЕТА», так как словесные элементы «ОДЕЖДА ОБУВЬ» указывают на реализуемые в магазине товары, а следовательно, они не несут основную индивидуализирующую функцию, выполняя лишь информационную функцию (информируют потребителя о том какие товары предлагаются к продаже в данном магазине). Указанная правовая позиция также отражена в постановлении Суда по интеллектуальным правам от 19.01.2023 г. по делу № А40-219888/2021.

Также суд первой инстанции указал, что оригинальное графическое исполнение словесного обозначения может привести к восприятию его как изобразительного обозначения, а не словесного.

Между тем, суд первой инстанции не учел, что указанная правовая позиция изложена в пункте 4.2.2.3 Методических рекомендаций по проверке заявленных обозначений на тождество и сходство, утвержденных приказом Федеральной службы по интеллектуальной собственности, патентам и товарным знакам от 31.12.2009 г. № 197. При этом, в данном пункте речь идет о ситуации, когда словесное обозначение исполнено настолько оригинальным шрифтом, что это привело к том, что это обозначение не воспринимается как слово, а воспринимается как рисунок (изобразительное обозначение).

Размещенные на вывеске магазина ответчика слова выполнены стандартным шрифтом и легко прочитываются.

При этом в силу абзаца 2 пункта 162 Постановления № 10 для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров.

Суд первой инстанции отметил, что в соответствии с шестым официальным трехъязычным изданием одиннадцатой редакции МКТУ в Российской Федерации (МКТУ-11) к 35 классу МКТУ относятся услуги по рекламе; управлению бизнесом, организация бизнеса, бизнес-администрирование; служба офисная, класс 35 включает, в основном, услуги, связанные с управлением бизнесом, эксплуатацией, организацией и администрированием коммерческих или промышленных предприятий, а также рекламу, услуги маркетинга и продвижения, а в целях классификации продажа товаров не считается услугой, суд первой инстанции не учел, что в данном случае речь идет о том, что продажа своих товаров (т.е. товаров, произведенных самим продавцом) не считается услугой.

Суд по интеллектуальным правам в постановлении от 30.09.2022 г. по делу № А66-14095/2021 со схожими фактическими обстоятельствами указал, что выводы судов о низкой степени однородности услуг, в отношении которых зарегистрированы знаки обслуживания истца, товарам, реализуемым ответчиком в розницу с использованием спорного обозначения, и услугам, оказываемым ответчиком посредством осуществления деятельности магазина розничной продажи товаров, также не могут быть признаны основанными на правильном применении норм материального права, полном и всестороннем исследовании товаров и услуг, в отношении которых зарегистрированы знаки обслуживания истца, суды первой и апелляционной инстанций, ссылаясь на низкую степень однородности осуществляемой ответчиком деятельности и услуг 35-го класса МКТУ, в отношении которых зарегистрированы знаки обслуживания истца, не учли, что, несмотря на то, что деятельность ответчика направлена на реализацию одежды и обуви, данная деятельность представляют собой услугу «розничной торговли, магазинов», относящуюся к услугам 35-го класса МКТУ, суд кассационной инстанции считает возможным согласиться с доводом заявителя кассационной жалобы о том, что названные услуги соотносятся как род/вид, а именно: реализация (розничная и дистанционная) одежды и обуви является разновидностью таких услуг, как услуги оптовой и розничной продажи, услуги магазинов, оптовой и розничной продажи. Потребителем соответствующих услуг являются рядовые потребители (покупатели). Аналогичная правовая позиция отражена в постановлениях Суда по интеллектуальным правам от 12.08.2022 г. по делу № А65-28126/2021, от 17.08.2022 г. по делу № А65-16902/2021 со схожими фактическими обстоятельствами.

В постановлении Суда по интеллектуальным правам от 05.10.2022 г. по делу № А72-2491/2022 со схожими фактическими обстоятельствами также отмечено, что товарный знак истца по свидетельству Российской Федерации Российской Федерации № 647502 зарегистрирован, в том числе в отношении услуг 35-го класса МКТУ «розничная продажа непродовольственных товаров, услуги магазинов; розничная продажа», то есть в отношении услуг, которые непосредственно оказываются ответчиком.

Товарный знак по свидетельству № 299509 также зарегистрирован в отношении услуг 35-го класса МКТУ «магазины; услуги оптовой и розничной торговли, торговозакупочная деятельность».

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции исходит из доказанности принадлежности истцу исключительных прав на заявленные товарные знаки (знаки обслуживания) и нарушения этих прав ответчиком путем использования сходного обозначения для индивидуализации деятельности, однородной услугам, в отношении которых зарегистрированы знаки.

Помимо изложенного, суд апелляционной инстанции не может согласиться с выводами суда первой инстанции о злоупотреблении правом со стороны истца.

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 г. № 25 «О применении судами положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» отмечено, что положения Гражданского кодекса Российской Федерации, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статья 3 указанного Кодекса), подлежат истолкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, суд исходит из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

При осуществлении стороной права на одностороннее изменение условий обязательства или односторонний отказ от его исполнения она должна действовать разумно и добросовестно, учитывая права и законные интересы другой стороны (пункт 3 статьи 307, пункт 4 статьи 450.1 Гражданского кодекса Российской

Федерации). Нарушение этой обязанности может повлечь отказ в судебной защите названного права полностью или частично, в том числе признание ничтожным одностороннего изменения условий обязательства или одностороннего отказа от его исполнения (пункт 2 статьи 10, пункт 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу приведенных норм и их официальных разъяснений, для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей).

При этом злоупотребление правом должно носить достаточно очевидный характер, а вывод о нем не должен являться следствием предположений. В этом случае выяснению подлежат действительные намерения лица.

Из приведенных выше правовых норм также следует, что под злоупотреблением правом понимается и ситуация, когда лицо действует формально в пределах предоставленных ему прав, но недозволенным способом, и мотивом его действий является обход установленных в целях защиты прав другого лица обязательных требований и ограничений.

Само по себе обращение полномочного лица с иском о взыскании компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак (знак обслуживания) злоупотреблением правом не является.

Исходя из анализа имеющихся в деле доказательств, доводов и возражений участвующих в деле лиц, апелляционный суд также не установил недобросовестность поведения истца, его отклонение от разумно ожидаемого в обстоятельствах правоотношений сторон спора.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 154 Постановления № 10, лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак, не может быть отказано в защите права на товарный знак. Следовательно, довод ответчика о злоупотреблении истцом правом подлежит отклонению как не основанный на материалах дела.

На момент фиксации нарушения прав истца обращения в суд с иском по настоящему делу правовая охрана товарного знака по свидетельству Российской Федерации № 647502 в отношении услуг 35-го класса «продвижение товаров (для третьих лиц); организация выставок в коммерческих целях; сбыт товаров через посредников; услуги оптовой продажи; оптовая продажа» Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков вследствие его неиспользования прекращена не была.

Вместе с тем, выводы суда первой инстанции об обратном не привели к принятию неправильного решения с учетом следующего.

Суд апелляционной инстанции, повторно рассматривавший дело в соответствии с частью 1 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, приходит к выводу о необоснованности произведенного расчета компенсации с учетом следующего.

Обращаясь с иском по настоящему делу с учетом уточнения (л.д. 60-62), истец избрал вид компенсации, взыскиваемой на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в отношении нарушения исключительного права на товарные знаки.

Истец указал, что ответчиком оказаны услуги (реализованы товары) с использованием обозначения, сходного до степени смешения с товарными знаками (знаками обслуживания), принадлежащими истцу, полагает возможным начислять 600.000 руб. компенсации. При выборе компенсации истец расчет производит на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, с учетом самостоятельного снижения до 600.000 руб.

В заявлении об изменении предмета иска истец указал, что выручка ответчика от реализации товаров с использованием спорного обозначения за последние три года до дня направления досудебной претензии составила 5.000.000 руб., следовательно, на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации истец вправе требовать от ответчика выплаты компенсации в двукратном размере стоимости оказанных услуг, то есть в сумме 10.000.000 руб.

Как установлено пунктом 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случаях, предусмотренных Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения.

В положениях пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации законодатель предусмотрел три способа расчета компенсации, предоставив правообладателю выбор одного из них. Суд не вправе изменять по своей инициативе способ расчета компенсации, изложенный в исковом заявлении истца (пункт 59 Постановления № 10), пункт 35 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015 г).

В соответствии с подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак.

В постановлении от 02.04.2013 г. № 15187/12 Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации отметил, что согласно пункту 2 статьи 1477 Гражданского кодекса Российской Федерации правила о товарных знаках соответственно применяются к знакам обслуживания, т.е. к обозначениям, служащим для индивидуализации выполняемых юридическими лицами либо индивидуальными предпринимателями работ или оказываемых ими услуг, поэтому при применении нормы подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 названного Кодекса денежная компенсация в отношении знаков обслуживания может определяться исходя из двукратной стоимости выполняемых работ или оказываемых услуг.

С экономической точки зрения различают два вида услуг: одни вызывают изменения в состоянии товаров, в физическом или интеллектуальном состоянии отдельных лиц (например, бани общественные, услуги парикмахерских, ремонт одежды), другие связаны с операциями по обмену (Система национальных счетов 2008, Официальная статистическая методология формирования официальной статистической информации об объеме платных услуг населению, утвержденная приказом Федеральной службы государственной статистики от 17.12.2021 г. 3 927).

Под услугой, связанной с операциями по обмену, подразумевается содействие в передаче прав собственности на товары, продукты или финансовые активы.

В постановлениях от 13.12.2016 г. № 28-П, от 13.02.2018 г. № 8-П, от 24.07.2020 г. № 40-П Конституционный Суд Российской Федерации отметил, что в каждом конкретном случае меры гражданско-правовой ответственности, устанавливаемые в целях защиты конституционно значимых ценностей, должны определяться исходя из требования адекватности порождаемых ими последствий (в том числе для лица, в отношении которого они применяются) тому вреду, который причинен в результате противоправного деяния, с тем чтобы обеспечивалась их соразмерность правонарушению, соблюдался баланс основных прав индивида и общего интереса, состоящего в защите личности, общества и государства от противоправных посягательств.

Необходимым отметить, что, самостоятельную стоимость услуг оптовой и розничной торговли товаров для целей правоприменения не представляется возможным выделить из стоимости реализуемых товаров, доход торговой организации (выручка от продажи товаров за определенный промежуток времени) не отражает стоимость оказываемой услуги «реализация товаров» при применении подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации совместно с пунктом 2 статьи 1477 названного Кодекса.

Согласно абзацу второму пункта 61 Постановления № 10, заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы (пункт 6 части 2 статьи 131, абзац восьмой статьи 132 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пункт 7 части 2 статьи 125 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену. Если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), то при определении размера компенсации за основу следует принимать ту стоимость этих экземпляров (товаров), по которой они фактически продаются или предлагаются к продаже третьим лицам. Так, если контрафактные экземпляры (товары) проданы или предлагаются к продаже нарушителем на основании договоров оптовой купли-продажи, должна учитываться именно оптовая цена экземпляров (товаров).

При продаже товаров ответчик оказывает различные сопутствующие услуги (упаковка, доставка, расфасовка, выкладка, предоставление информации и т.п.), в отношении которых не заключаются самостоятельные договоры, их цена не указана на ценнике, в прейскуранте или на товарном чеке. Как следствие, самостоятельную стоимость этих услуг определить невозможно. Доход от деятельности магазина, основной функцией которого является продажа товаров, непосредственно связан с характеристиками и со стоимостью продаваемых товаров, при этом цена услуг, связанных с реализацией товаров, не равна цене реализуемых товаров. Для целей правоприменения не представляется возможным отделить в составе выручки ответчика стоимость услуг, связанных с реализацией товаров, от цены этих товаров.

Следовательно, выручка от деятельности по продаже товаров, т.е. доход от совокупности сделок купли-продажи, произведенных ответчиком, в частности в магазине, за определенный период, не может быть принята за основу для расчета компенсации в двукратной стоимости услуг, оказываемых при продаже товаров. В описываемой ситуации доход организации за определенный период не эквивалентен стоимости оказываемых в магазине услуг, не отражает сведения ни о количестве таких услуг, ни об их цене.

С учетом невозможности определения самостоятельной стоимости услуг, оказываемых при реализации товаров, а также неравнозначности стоимости реализованного товара и стоимости оказанных при продаже товаров услуг суд не может удовлетворить требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости услуг по реализации товаров исходя из представленных истцом сведений о выручке ответчика.

Таким образом, суд апелляционной инстанции отказывает в удовлетворении исковых требований ввиду отсутствия доказательств, подтверждающих заявленный размер компенсации, определенной на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Аналогичная правовая позиция изложена в постановление Суда по интеллектуальным правам от 16.06.2023 г. № С01-984/2023 по делу № А82-9502/2022.

При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что в суде первой инстанции ответчиком также были заявлены возражения по предложенному истцом порядку расчета компенсации.

В своей апелляционной жалобе указывает на то, что судом первой инстанции не рассмотрено ходатайство об истребовании доказательств.

Указанный довод подлежит отклонению как не соответствующий материалам дела. Из протокола судебного заседания Арбитражного суда города Москвы от 25 апреля 2023 года (л.д. 98) следует, что указанное ходатайство ответчика было рассмотрено судом и с учетом мнения ответчика отклонено.

В своей апелляционной жалобе истец повторно заявляет ходатайство об истребовании доказательств.

Согласно части 4 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лицо, участвующее в деле и не имеющее возможности самостоятельно получить необходимое доказательство от лица, у которого оно находится, вправе обратиться в арбитражный суд с ходатайством об истребовании данного доказательства.

При этом суд учитывает, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этим доказательством, и вправе отказать в удовлетворении такого ходатайства.

В ходатайстве должно быть обозначено доказательство, указано, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этим доказательством, указаны причины, препятствующие получению доказательства, и место его нахождения.

Между тем с учетом части 1 статьи 133 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации определение характера спорного правоотношения и подлежащего применению законодательства, а также обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, являются задачами подготовки дела к судебному разбирательству.

В рассматриваемом случае истец самостоятельно выбрал способ определения компенсации.

В пункте 61 Постановления № 10 разъяснено, что заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы (пункт 6 части 2 статьи 131, абзац восьмой статьи 132 ГПК РФ, пункт 7 части 2 статьи 125 АПК РФ), а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену. В случае невозможности представления доказательств истец вправе ходатайствовать об истребовании таких доказательств у ответчика или третьих лиц.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 62 Постановления № 10, истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации, а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации.

При этом суд апелляционной инстанции считает необходимым отметить, что согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.07.2011 г. № 5256/11, по делам, рассматриваемым в порядке искового производства, обязанность по собиранию доказательств на суд не возложена. Доказательства собирают стороны. Суд же оказывает участвующему в деле лицу по его ходатайству содействие в получении тех доказательств, которые им не могут быть представлены самостоятельно, и вправе предложить сторонам представить иные дополнительные доказательства, имеющие отношение к предмету спора.

В соответствии с принципом состязательности, закрепленным в статье 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд оказывает содействие лицам, участвующим в деле, в реализации их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении дела.

В развитие данного положения в пункте 4 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации указано, что лицо, участвующее в деле, и не имеющее возможности самостоятельно получить необходимое доказательство от лица, у которого оно находится, вправе обратиться в арбитражный суд с ходатайством об истребовании данного доказательства.

Из приведенных положений следует, что обязанность истребования доказательств в целях создания участникам процесса условий реализации своих прав лежит на суде только в том случае, если лица, участвующие в деле, не имеют возможности самостоятельно получить от других лиц необходимые доказательства.

Как указано выше, в силу пункта 61 Постановления № 10 именно истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы (пункт 6 части 2 статьи 131, абзац восьмой статьи 132 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пункт 7 части 2 статьи 125 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену.

В рассматриваемом случае истец в целях подтверждения стоимости права использования знака обслуживания ходатайствует об истребовании таких сведений как об объеме общей выручки, торговой наценке, размере прибыли ответчика, то есть фактически о полной ревизии финансово-хозяйственной деятельности процессуального оппонента, что не входит ни в предмет доказывания по настоящему делу, ни в полномочия арбитражного суда по рассмотрению конкретного гражданско-правового спора, то есть перекладывает тем самым на ответчика не только обязанность по опровержению размера компенсации, но фактически и обязанность по доказыванию исковых требований, что в рассматриваемом случае должен делать истец с учетом избранного им самостоятельно способа расчета компенсации.

В связи с чем, апелляционный суд отказывает в удовлетворении заявленного ходатайства.

При таких обстоятельствах, оснований для отмены принятого судебного акта по приведенным в апелляционной жалобе доводам не имеется.

Апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению.

Разрешая спор, суд правильно определил юридически значимые обстоятельства, дал правовую оценку установленным обстоятельствам и постановил законное и обоснованное решение. Выводы суда соответствуют обстоятельствам дела. Нарушений норм процессуального права, влекущих отмену решения, судом допущено не было.

Учитывая изложенное, у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания, предусмотренные статьей 270 Арбитражного процессуального

кодекса Российской Федерации, для отмены решения суда и удовлетворения апелляционной жалобы.

Судебные расходы между сторонами распределяются в соответствии со статей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, главой 25.3 Налогового кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 176, 266 - 268, пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда города Москвы от 18 мая 2023 года по делу № А40-263169/2022 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме в Суд по интеллектуальным правам.

Председательствующий судья О.Н. Лаптева

Судьи: Д.В. Пирожков

А.И. Трубицын