Решение по делу № А42-8155/2021 от 25.12.2023

Арбитражный суд Мурманской области

улица Академика Книповича, дом 20, город Мурманск, 183038

http://www.murmansk.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

город Мурманск Дело № А42-8155/2021 «25» декабря 2023 года

Судья Арбитражного суда Мурманской области Евтушенко О.А.

при ведении протокола секретарем судебного заседания Якимишиной А.Е.,

рассмотрев в судебном заседании арбитражного суда первой инстанции дело по исковому заявлению акционерного общества «Мурманская ТЭЦ», ИНН <***>, ОГРН <***>, адрес регистрации: улица Шмидта, соор. 14, город Мурманск, Мурманская область, 183038

к обществу с ограниченной ответственностью «Наш общий дом», ИНН <***>, ОГРН <***>, адрес регистрации: проспект Ленина, дом 43, офис 56, город Мурманск, Мурманская область, 183038

о взыскании 237 461 руб. 22 коп.

при участии в судебном заседании представителей:

от истца – ФИО1, дов. № МТ-07/2023 от 01.01.2023,

от ответчика – ФИО2, дов. б/н от 01.03.2021, ФИО3, ген. директор, приказ № 01-у от 11.09.2017

Резолютивная часть решения вынесена и оглашена 18.12.2023

Мотивированное решение изготовлено в полном объеме 25.12.2023

установил:

Акционерное общество «Мурманская ТЭЦ» (далее – истец, АО «Мурманская ТЭЦ») обратилось в Арбитражный суд Мурманской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Наш общий дом» (далее – ответчик, Общество) о взыскании 237 461 руб. 22 коп. неосновательного обогащения в виде потерь тепловой энергии через изоляцию и вследствие нормативной утечки за период с 01.01.2019 по 31.12.2020, возникших в тепловых сетях многоквартирных жилых домов (далее - МКД) от границы раздела балансовой принадлежности до места установки прибора учета тепловой энергии, расположенных в городе Мурманске по адресам: ул. Воровского, <...>, и за период с 01.01.2019 по 30.11.2020 - по пер. Русанова, д. 2, находящихся в управлении ответчика, а также потерь тепловой энергии, обусловленной потерями теплоносителя во внутридомовой системе теплопотребления и трубопроводах тепловой сети.

Определением суда исковое заявление было принято к производству с рассмотрением в порядке упрощенного производства без вызова сторон в соответствии со статьей 228 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Определением от 10.11.2021 суд по ходатайству ответчика перешел к рассмотрению дела по общим правилам искового производства.

Истец в порядке статьи 49 АПК РФ уточнял исковые требования, в ходатайстве от 22.09.2022 просил взыскать с ответчика неосновательное обогащение в сумме 293 583 руб. 22 коп.; в ходатайстве от 22.03.2023 просил взыскать с ответчика неосновательное обогащение в виде потерь тепловой энергии, возникших на сетях МКД, находящихся в управлении ответчика и расположенных по адресам: ул. Воровского, д. 20 и ул. Гвардейская, д. 7, - до 31.12.2020; по пер. Русанова, д. 7 - до 30.11.2020, от границы раздела балансовой принадлежности до места установки прибора учета тепловой энергии, а также потерь тепловой энергии в связи с утечкой во внутридомовых тепловых сетях, что составило 292 968 руб. 17 коп.

Уточнение исковых требований судом принято.

В письменном отзыве и дополнениях к нему ответчик просил отказать в иске, представил альтернативные расчеты, ссылаясь на неверное определение объема тепловой энергии при расчете нормативных технологических потерь на участке тепловой сети от стены МКД до места установления общедомового прибора учета (далее - ОДПУ) тепловой энергии в сетях МКД.

Также ответчик указал, что не является исполнителем коммунальных услуг по отоплению и подогреву воды для граждан-потребителей, а приобретает тепловую энергию в целях содержания общедомового имущества (далее - ОДИ) в МКД. Исполнителем коммунальных услуг по отоплению и горячему водоснабжению в указанных МКД является истец.

В договоре теплоснабжения отсутствуют требования об оплате нормативных технологических потерь тепловой энергии, а точка поставки, согласно договору, находится за пределами точки эксплуатационной ответственности. Ежемесячные счета на оплату нормативных технологических потерь тепловой энергии от стены МКД до места установки ОДПУ истцом не выставлялись.

Ответчик также указал, что истец добавляет к показаниям ОДПУ сумму утечек, которые не подтверждены документально, в то время как из месячных отчетов о потреблении теплоносителя и тепловой энергии из водяной системы следует, что утечки отсутствуют.

Кроме того, по мнению ответчика, объем оказанных услуг по договору теплоснабжения, в целях содержания ОДИ в МКД, определяется исходя из нормативов потребления коммунальных услуг. В соответствии с заключенным договором теплоснабжения ответчик не имеет задолженности перед истцом.

В возражениях на отзыв истец указал, что в договоре не содержится положений об оплате ответчиком нормативных технологических потерь тепловой энергии, в связи с чем ежемесячные счета ответчику не выставлялись.

Представленные ответчиком альтернативные расчеты выполнены с нарушением действующего законодательства, и не соответствуют нормативным документам, регулирующим порядок определения объема.

Истец считает ошибочными доводы ответчика об отсутствии доказательств (актов) наличия утечек на общедомовых сетях за спорный период, поскольку ответчику предъявлялись только нормативные потери с утечкой в тепловых сетях, которые технически неизбежны в процессе передачи и распределения тепловой энергии, при этом объем нормативных потерь тепловой энергии установлен императивно и определяется расчетным путем.

В судебном заседании представитель истца поддержал заявленные требования по основаниям, изложенным в исковом заявлении, дополнениях к иску, и письменных пояснениях.

Представители ответчика возражали против удовлетворения иска, приводя доводы, изложенные в отзыве на иск, дополнениях к отзыву, и письменных пояснениях.

В судебном заседании в порядке статьи 163 АПК РФ объявлялся перерыв.

Из материалов дела следует, что ООО «Наш общий дом», являясь управляющей организацией, осуществляло управление и обслуживание в части содержания и ремонта многоквартирных домов в городе Мурманске, расположенных по адресам: ул. Воровского <...>, в период с 01.01.2019 до 31.12.2020, и по пер.. Русанова, д. 2 - в период с 01.01.2019 до 01.11.2020.

АО «Мурманская ТЭЦ» являлось ресурсоснабжающей организацией и исполнителем коммунальных услуг в части отопления и подогрева горячей воды в указанных МКД.

24.08.2018 между АО «Мурманская ТЭЦ» (далее - РСО) и ООО «Наш общий дом» (далее - Абонент) был заключен договор теплоснабжения № 4026 в целях содержания ответчиком общего имущества многоквартирных домов (далее - Договор), в соответствии с условиями которого РСО приняла на себя обязательства поставлять Абоненту коммунальный ресурс надлежащего качества (тепловую энергию) в целях содержания Абонентом общего имущества МКД, находящихся управлении Абонента, в объеме, определяемом в соответствии с действующими нормативно-правовыми актами, а Абонент обязан оплатить поставленную тепловую энергию (пункт 1.1 Договора).

При этом Договор не содержит условий по компенсации нормативных потерь тепловой энергии в тепловых сетях многоквартирных домов, в связи с чем истцом в адрес ответчика было направлено Дополнительное соглашение от 24.02.2021 к Договору теплоснабжения № 4026 от 24.08.2018 с целью включения в Договор объема тепловой энергии, израсходованной на компенсацию потерь через изоляцию и с учетом утечки теплоносителя на участке от границы раздела балансовой принадлежности до места установки узла учета тепловой энергии (далее - УУТЭ), содержащее порядок определения объема нормативных потерь в тепловых сетях объектов теплоснабжения многоквартирного дома, оборудованных УУТЭ.

Ответчик экземпляр Дополнительного соглашения к Договору не подписал, и в адрес истца не возвратил.

Истец посчитал, что в отсутствие подписанного договора в части объема тепловой энергии, израсходованной на компенсацию потерь через изоляцию и с учетом утечки теплоносителя на участке от границы раздела балансовой принадлежности до места установки УУТЭ, которым устанавливается порядок определения объема нормативных потерь в тепловых сетях объектов теплоснабжения МКД, оборудованных УУТЭ, у ответчика возникло неосновательное обогащение.

Истцом в адрес ответчика 09.06.2021 была направлена претензия с предложением в срок до 23.06.2021 оплатить задолженность в виде нормативных тепловых потерь, объем которых подлежал включению в условия договора.

В ответе на претензию от 13.07.2021 ответчик указал, что поскольку ООО «Наш общий дом» не является исполнителем коммунальной услуги для граждан-потребителей, обязанность по оплате Обществом тепловых потерь действующим законодательством не предусмотрена.

Поскольку оплата ответчиком произведена не была, истец обратился в суд с иском о взыскании неосновательного обогащения.

Представитель истца указал в судебном заседании, что основанием для обращения с иском о взыскании с ответчика неосновательного обогащении явилось отсутствие в Договоре теплоснабжения от 24.08.2018 объема тепловой энергии, израсходованной на компенсацию потерь через изоляцию и с учетом утечки теплоносителя на участке от границы раздела балансовой принадлежности до места установки узла учета тепловой энергии, а также потерь тепловой энергии, обусловленной потерями теплоносителя во внутридомовой системе теплопотребления и трубопроводах тепловой сети, и отказ ответчика от заключения дополнительного соглашения, определяющего порядок такой компенсации.

Выслушав пояснения представителей сторон, исследовав материалы дела, суд находит заявленные требования подлежащими удовлетворению в связи со следующим.

Согласно положениям статьи 1102 Гражданского кодекса РФ (далее - ГК РФ) лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение).

Правила, предусмотренные настоящей главой, применяются независимо от того, явились ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

В силу пункта 1 статьи 1107 ГК РФ лицо, которое неосновательно получило или сберегло имущество, обязано возвратить или возместить потерпевшему все доходы, которые оно извлекло или должно было извлечь из этого имущества с того времени, когда узнало или должно было узнать о неосновательности обогащения.

В соответствии со статьей 210 ГК РФ собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

Таким образом, собственник обязан оплачивать возникающие в его сетях при транспортировке тепловой энергии потери в виде разницы между переданной и оплаченной энергией.

Пунктом 1 статьи 548 ГК РФ определено, что правила, предусмотренные статьями 539 - 547 Кодекса, применяются к отношениям, связанным со снабжением тепловой энергией через присоединенную сеть, если иное не установлено законом или иными правовыми актами.

В соответствии с пунктом 1 статьи 539 ГК РФ по договору энергоснабжения энергоснабжающая организация обязуется подавать абоненту (потребителю) через присоединенную сеть энергию, а абонент обязуется оплачивать принятую энергию, а также соблюдать предусмотренный договором режим ее потребления, обеспечивать безопасность эксплуатации находящихся в его ведении энергетических сетей и исправность используемых им приборов и оборудования, связанных с потреблением энергии.

Согласно статье 544 ГК РФ оплата энергии производится за фактически принятое абонентом количество энергии в соответствии с данными учета энергии, если иное не предусмотрено законом и иными правовыми актами или соглашением сторон.

Пунктом 5 статьи 15 Федерального закона от 27.07.2010 № 190-ФЗ «О теплоснабжении» (далее - Закон № 190-ФЗ) установлено, что местом исполнения обязательств теплоснабжающей организации является точка поставки, которая располагается на границе балансовой принадлежности теплопотребляющей установки иди тепловой сети потребителя и тепловой сети теплоснабжающей организации либо в точке подключения к бесхозяйной тепловой сети.

Ответственность теплосетевой и теплоснабжающей организаций за состояние и обслуживание объектов тепловой сети определяется границей балансовой принадлежности, фиксируемой в акте о разграничении балансовой принадлежности тепловых сетей и акте о разграничении эксплуатационной ответственности сторон (подпункт 3 пункта 4 статьи 17 Закона № 190-ФЗ).

Согласно пункту 2 Правил организации теплоснабжения в Российской Федерации, утвержденных постановлением Правительства РФ от 08.08.2012 № 808 (далее - Правила № 808), граница балансовой принадлежности - линия раздела тепловых сетей, источников тепловой энергии и теплопотребляющих установок между владельцами по признаку собственности или владения на ином предусмотренном федеральным законом основании.

В соответствии с пунктом 21 Правил № 808 Акт разграничения балансовой принадлежности тепловых сетей и акт разграничения эксплуатационной ответственности сторон является приложением к договору теплоснабжения и относится к категории существенных условий. Данный акт фиксирует зону ответственности за состояние и обслуживание объектов сети.

Как следует из актов разграничения балансовой принадлежности сетей и эксплуатационной ответственности сторон от 02.07.2018, на балансе ответчика в спорный период находились внутридомовые тепловые сети МКД по адресу: пер. Русанова, <...>, и ул. Гвардейская, д. 7.

В актах повторного допуска в эксплуатацию узлов учета тепловой энергии, составленных истцом по результатам технического осмотра приборов учета тепловой энергии (ОДПУ) и утвержденных 09.06.2018 (по пер. Русанова, д. 2 акт утвержден 24.10.2016), помимо показаний приборов учета содержатся также размеры трубопровода с указанием точек раздела и места установки узла учета тепловой энергии (УУТЭ).

Таким образом, согласно указанным документам, местами установки ОДПУ являются тепловые пункты МКД, протяженность тепловых сетей до места установки приборов учета отражена в актах допуска в эксплуатацию узлов учета тепловой энергии.

Поскольку приборы учета тепловой энергии размещены не на границе балансовой принадлежности тепловых сетей, соответственно, оплата потерь тепловой энергии на спорных участках тепловых сетей должна производиться ответчиком.

В судебном заседании представители ответчика, не соглашаясь с позицией истца об обязанности управляющей компании производить оплату тепловых потерь на указанных выше участках тепловых сетей, ссылались на то, что исполнителем услуг по отоплению и горячему водоснабжению является АО «Мурманская ТЭЦ», в то время как ответчик самостоятельным потребителем коммунального ресурса не является и объем его обязательств не может превышать объем обязательств потребителей коммунальных услуг за исключением сверхнормативного потребления ресурса на ОДН.

Представители ответчика пояснили, что в соответствии с заключенным с истцом договором, объем поставленной на ОДН тепловой энергии определялся на основании нормативов потребления для оказания коммунальной услуги по горячему водоснабжению на ОДН. Ответчик также указал, что условиями договора установлено понятие «сверхнормативные потери», то есть потери теплоносителя из трубопроводов тепловых сетей (наружных и внутридомовых), которые оформляются двухсторонним актом, при этом такие акты (об авариях, непредвиденных сливах и прочее), свидетельствующие о наличии в спорный период сверхнормативных потерь, не составлялись, и в материалы дела не представлены.

Также представители ответчика указали, что в соответствии с договором об оказании услуг по передаче теплоэнергии, заключенным между теплосетевой и теплоснабжающей организациями, оплачиваемой услугой является передача тепловой энергии до объекта абонента, а не тепловая энергия, переданная в сеть транспортировщика от теплоисточника. При этом местом исполнения обязательств теплоснабжающей организации является точка поставки, располагающаяся на границе балансовой принадлежности теплопотребляющей установки или тепловой сети потребителя. Ответчик потребляет тепловую энергию не в точке эксплуатационной принадлежности, а после приготовления горячего водоснабжения теплообменным аппаратом горячего водоснабжения.

По мнению представителей ответчика, акты разграничения балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности сторон не могут быть использованы в качестве правоустанавливающих документов, поскольку их составление необходимо только в технических целях.

Ответчик также указал, что обслуживаемые ответчиком ОДПУ, установленные в МКД, размещены не на границе балансовой принадлежности тепловых сетей (внешняя стена дома), а на сетях сетевой организации, то есть, на сетях эксплуатационной ответственности истца.

Объем поступающей в МКД тепловой энергии учитывается приборами учета, расположенными на вводе в дом, однако показания данных приборов не могут быть использованы в расчетах по договору с истцом, поскольку ОДПУ ведут учет потребленной тепловой энергии на отопление и на горячее водоснабжение, то есть, на две услуги. Договор с истцом от 24.08.2018 заключен только на горячее водоснабжение в целях содержания ОДИ. Норматив потребления коммунальной услуги по отоплению на ОДН действующим законодательством не установлен. Таким образом, в связи с отсутствием нормативного обоснования указанных потерь, они должны быть отнесены, по мнению ответчика, к сверхнормативным потерям и, соответственно, должны фиксироваться актом. Кроме того, данные потери учитываются установленным в МКД прибором учета, и предъявляются истцом потребителям-гражданам.

Ответчик также представил контррасчет нормативных технологических потерь, указав на неверное применение истцом сроков начала и окончания отопительного сезона, в связи с чем истцом было неверно определено время работы сети.

Ответчик указал, что в представленных истцом расчетах объема нормативных тепловых потерь отсутствует место нахождения участка теплосети, диаметр труб и их протяженность, используемая истцом температура теплоносителя в подающем и обратном трубопроводах не соответствует утвержденному в приложении к Договору температурному графику. Примененные истцом в расчетах параметры теплоносителя не соответствуют, по мнению ответчика, Постановлению Правительства РФ от 23.05.2006 № 306 «Об утверждении правил установления и определения нормативов потребления коммунальных услуг и нормативов потребления коммунальных ресурсов в целях содержание общего имущества в многоквартирном доме» (далее - Правила № 306), что повлекло неверное указание плотности теплоносителя и теплового потока, где расчет последнего должен быть произведен раздельно по подающему и обратному трубопроводу.

По мнению ответчика, норматив потребления коммунальных ресурсов в целях содержания ОДИ в МКД по каждому виду коммунальных ресурсов уже включает в себя нормативные технологические потери коммунального ресурса, которые истец заявил к взысканию. Содержащиеся в расчетах объемы не относятся к нормативным технологическим потерям, они учитываются в показаниях ОДПУ и, соответственно, заявленные истцом требования направлены на получение повторной оплаты.

Доводы ответчика, в том числе, о неверном расчете истцом объема нормативных тепловых потерь, судом не принимаются.

Представитель истца в судебном заседании пояснил, что в силу положений статьи 36 Жилищного кодекса РФ (далее - ЖК РФ), пунктов 2, 6 Правил содержания общего имущества в многоквартирном доме и правил изменения размера платы за содержание жилого помещения в случае оказания услуг и выполнения работ по управлению, содержанию и ремонту общего имущества в многоквартирном доме ненадлежащего качества и (или) с перерывами, превышающими установленную продолжительность, утвержденных Подновлением Правительства РФ от 13.08.2006 № 491 (далее - Правила № 491), собственникам помещений МКД принадлежит общедомовое имущество, включая помещения и инженерное оборудование, обслуживающее более одного помещения.

Законодательством о теплоснабжении установлена обязанность лица, владеющего на каком-либо праве объектами теплоснабжения, оплачивать фактически принятое количество тепловой энергии, объем которой определяется в точке поставки, расположенной на границе балансовой принадлежности теплопотребляющей установки или тепловой сети такого лица и тепловой сети теплоснабжающей или теплосетевой организации. Данная граница находится на линии раздела сетей по признаку собственности или владения на ином законном основании.

Эксплуатационная ответственность определяет лицо, ответственное за содержание централизованных сетей (капитальный, текущий ремонт и пр.), и не влияет на его обязанность по оплате потерь.

Балансовая ответственность определяет лицо по признаку собственности или владения на ином законном основании.

То есть, тепловые сети, принадлежащие собственникам помещений в указанных выше МКД, переданы в управление ответчику - управляющей организации ООО «Наш общий дом».

При этом предприятие, осуществляющее теплоснабжение потребителей, вправе получать плату за весь объем тепловой энергии, переданной в тепловые сети сторонних организаций.

Собственник и владелец тепловых сетей обязан возместить потери, возникшие в его сетях при транспортировке тепловой энергии, в размере разницы стоимости между переданной и оплаченной тепловой энергией.

При установлении принадлежности тепловых сетей (владения тепловой сетью), в которых возникают потери, подлежащие оплате предприятию, осуществляющему теплоснабжение, необходимо учитывать следующее.

Внешней границей сетей теплоснабжения является внешняя граница стены МКД, а границей эксплуатационной ответственности при наличии коллективного ОДПУ соответствующего коммунального ресурса, если иное не установлено соглашением собственников помещений с исполнителем коммунальных услуг или ресурсоснабжающей организацией, является место соединения коллективного ОДПУ с соответствующей инженерной сетью, входящей в МКД (пункт 8 Правил № 491).

Установление такой границы раздела элементов тепловых сетей необходимо для определения места исполнения обязательств по поставке тепловой энергии, а также зоны ответственности между истцом и ответчиком.

В соответствии с актами разграничения балансовой принадлежности сетей и эксплуатационной ответственности сторон, непосредственно на балансе ответчика в спорный период находились внутридомовые тепловые сети многоквартирных домов № 2 по пер. Русанова, № 20 по ул. Воровского, и № 7 по ул. Гвардейской от границы раздела балансовой принадлежности до места установки прибора учета.

Представители истца в ходе рассмотрения дела указали место расположения спорных тепловых сетей и установки ОДПУ на схеме.

В материалы дела истцом представлены акты допуска (повторного) в эксплуатацию узлов учета тепловой энергии многоквартирных домов № 2 по пер. Русанова (акт от 24.12.2016), № 20 по ул. Воровского (акт от 09.06.2018), и № 7 по ул. Гвардейская (акт от 09.06.2018), которые допущены к коммерческому учету.

Указанные приборы размещены не на границе балансовой принадлежности тепловых сетей, а потому потери тепловой энергии через изоляцию и вследствие нормативной утечки, возникшие на сетях МКД от границы балансовой принадлежности (внешней стены многоквартирного дома) до места установки прибора учета тепловой энергии, подлежат оплате ответчиком.

Изложенное согласуется с судебной практикой, приведенной в пункте 8 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ № 4 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ, где, со ссылкой на положения статей 539, 544 ГК РФ, пункт 5 статьи 15, пункт 2 статьи 19 Закона № 190-ФЗ, пункт 2 Правил №808, указано, что обязанность по оплате тепловых потерь в тепловых сетях предопределяется принадлежностью этих сетей, то есть, сформулирована правовая позиция об обязанности управляющей компании возместить ресурсоснабжающей организации потери тепловой энергии в сетях, относящихся к общедомовому имуществу в МКД.

Представители истца, в обоснование своей позиции, ссылались также на положения части 2 статьи 154, частей 9.1, 9.2 и 6.3 статьи 156 ЖК РФ.

В соответствии с положениями пункта 1 части 2 статьи 154 ЖК РФ плата за содержание жилого помещения для собственника помещения в многоквартирном доме включает в себя плату за услуги, работы по управлению многоквартирным домом, за содержание и текущий ремонт общего имущества в многоквартирном доме, за коммунальные услуги, потребляемые при использовании и содержании общего имущества в многоквартирном доме.

Положениями статьи 156 ЖК РФ определено, что в состав платы за содержание жилого помещения включена плата за коммунальные ресурсы, потребляемые при использовании и содержании ОДИ в МКД, при условии, что конструктивные особенности МКД предусматривают возможность потребления соответствующих коммунальных ресурсов при содержании ОДИ. Названной статьей также установлен порядок определения размера расходов граждан и организаций в составе платы за содержание жилого помещения в МКД на оплату коммунальных ресурсов, потребляемых при использовании и содержании ОДИ, как при наличии ОДПУ, так и при их отсутствии.

Таким образом, на ответчика, как управляющую организацию, обеспечивающую надлежащее состояние внутридомовых сетей МКД, и получающую за их содержание и техническое обслуживание соответствующую плату, возлагается обязанность по оплате ресурсоснабжающей организации стоимости невозвращенного теплоносителя и потраченной тепловой энергии. Аналогичная позиция также содержится в Определении Верховного Суда РФ от 21.04.2022 № 305-ЭС22-4283 по делу №А41-23146/2022.

Теплоснабжение потребителей, в силу части 10 статьи 15 Федерального закона от 27.07.2010 № 190-ФЗ «О теплоснабжении», осуществляется в соответствии с правилами организации теплоснабжения, которые утверждаются Правительством Российской Федерации.

Согласно пункту 55 Правил № 808, потери тепловой энергии и теплоносителя в тепловых сетях компенсируются теплосетевыми организациями (покупателями) путем производства на собственных источниках тепловой энергии или путем приобретения тепловой энергии и теплоносителя у единой теплоснабжающей организации по регулируемым ценам (тарифам).

В силу пункта 114 Правил коммерческого учета тепловой энергии, теплоносителя, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 18.11.2013 № 1034 (далее - Правила № 1034), определение количества поставленной (полученной) тепловой энергии, теплоносителя в целях коммерческого учета тепловой энергии, теплоносителя (в том числе расчетным путем) производится в соответствии с Методикой осуществления коммерческого учета тепловой энергии, теплоносителя, утвержденной Министерством строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации, утвержденной Приказом Минстроя России от 17.03.2014 № 99/пр (далее - Методика № 99/пр).

Пункт 76 названной Методики предусматривает для потребителей учет потерь тепловой энергии в случае передачи тепловой энергии по участку тепловой сети, принадлежащему потребителю.

То есть, независимо от наличия либо отсутствия заключенного с теплоснабжающей организацией договора, владелец тепловых сетей обязан компенсировать потери тепловой энергии в принадлежащих ему сетях.

Из материалов дела следует, что в период с 01.01.2019 по 31.12.2020 ответчик обслуживал и содержал спорные тепловые сети.

Принадлежность сетей ответчику подтверждается актами разграничения балансовой принадлежности сетей и эксплуатационной ответственности сторон, которые суд считает надлежащими доказательствами по делу.

Расчет потерь произведен истцом в соответствии с Методикой осуществления коммерческого учета тепловой энергии (Методика № 99/пр), Правилами №1034, Порядком определения нормативов технологических потерь при передаче тепловой энергии, теплоносителя, утвержденным Приказом Минэнерго России от 30.12.2008 № 325 «Об утверждении порядка определения нормативов технологических потерь при передаче тепловой энергии, теплоносителя» (далее - Порядок №325).

При этом истец в расчете потерь, и ответчик в своем контррасчете используют одни и те же формулы при различных используемых параметрах (фактических, исходных, нормативных).

Ссылки ответчика на неверный учет истцом времени работы теплосети при расчете потерь также судом не принимаются.

Спорные МКД оборудованы коллективными (общедомовыми) приборами учета тепловой энергии, которые позволяют определить время начала работы теплосети с учетом фактического времени поставки ресурса.

Представитель истца указал, что МКД по ул. Гвардейской, 7 в течение суток 12.09.2019 дважды отключался от теплоснабжения, в связи с чем время фактической работы теплосети составило 444 часа, а не 456 часов как заявил ответчик. Также ответчик ошибся в расчете времени работы теплосети в спорных МКД в сентябре 2020 года, неверно указав 632 часа вместо 640.

Ответчик обоснования своего расчета не привел.

Также ответчик, ссылаясь на неверное использование истцом нормативов технологических потерь при передаче тепловой энергии, определение среднемесячной температуры теплоносителя в подающем и обратном трубопроводах, температуры холодной воды при отсутствии достоверных данных температуры наружного воздуха и плотности теплоносителя, не представил свой контррасчет, содержащий иные параметры, отличные от указанных истцом, для проверки правильности его расчета.

Представитель истца пояснил, что среднемесячные температуры теплоносителя в подающем и обратом трубопроводах тепловой сети от источников теплоснабжения рассчитываются исходя из соответствующих суточных значений температур сетевой воды, определенных на основании показаний измерительных приборов узла учета тепловой энергии, установленных на источниках теплоснабжения. Среднегодовая температура теплоносителя подающем и обратом трубопроводах тепловой сети определяется исходя из среднемесячных температур теплоносителя, определенных по графику температур тепловых сетей источников АО «Мурманская ТЭЦ» в зависимости от среднемесячных температур наружного воздуха для города Мурманска по данным СНиП 23.-01-99.

Среднемесячная температура холодной воды определяется на основании среднесуточной температуры воздуха. Фактическая среднесуточная температура наружного воздуха за отчетный период принимается равной температуре по данным метеонаблюдений ближайшей к объекту теплопотребления метеостанции территориального органа исполнительной власти, осуществляющего функции оказания госуслуг в области гидрометеорологии, при этом среднемесячная температура равна среднеарифметическому значению среднесуточных значений данного показателя.

Истцом были использованы показатели температуры холодной воды на источнике на основании данных приборов учета, расположенного на котельной (КТЦ), подтвержденных представленными в материалы дела актами.

Ответчик в расчетах, при наличии фактических данных, использовал расчетные значения в соответствии с Порядком № 325.

Также истцом при расчете потерь был использован температурный график на источнике на основании данных приборов учета, расположенных на котельной (КТЦ), и подтвержденных актами, в то время как ответчик применил данные, установленные в Договоре теплоснабжения как критерий качества тепловой энергии, необходимой для оказания коммунальных услуг надлежащего качества, не подлежащий снижению.

Вместе с тем, количество тепловой энергии, использованной на подогрев воды, определяется по установленным в предусмотренном законодательством порядке нормативам расхода тепловой энергии на подогрев воды для целей горячего водоснабжения. Соответственно, при расчете стоимости коммунального ресурса применяется не фактический объем тепловой энергии, использованный на подогрев по показаниям ОДПУ в МКД, а норматив расхода тепловой энергии на подогрев воды (Определение Верховного Суда РФ от 29.07.2019 № 309-ЭС19-2341).

Истец принял представленные ответчиком исходные данные о температуре наружного воздуха, в связи с чем был произведен перерасчет.

Представитель истца пояснил, что АО «Мурманская ТЭЦ» были приняты представленные ответчиком данные о среднемесячной (годовой) температуре воздуха в соответствии со справкой Росгидромета от 16.02.2023 № 305-60-23/911, в связи с чем 22.03.2023 исковые требования были уточнены.

Суд находит уточненный расчет истца обоснованным, соответствующим нормативному законодательству, регулирующему правоотношения, связанные с исчислением и взысканием нормативных потерь тепловой энергии.

При таких обстоятельствах иные доводы ответчика, приведенные в обоснование позиции об отсутствии у истца оснований для взыскания неосновательного обогащения, в том числе о сверхнормативном характере потерь, не подтвержденных документально утечках тепловой энергии, отсутствии в договоре теплоснабжения требования об оплате нормативных технологических потерь тепловой энергии судом не принимаются по изложенным выше основаниям.

С учетом изложенного, суд, оценив в порядке статьи 71 АПК РФ представленные сторонами в материалы дела доказательства, считает обоснованными и подлежащими удовлетворению уточненные требования истца о взыскании с ответчика неосновательного обогащения в сумме 292 968 руб. 17 коп.

Истцом при подаче искового заявления платежным поручением № 9367 от 09.09.2021 уплачена государственная пошлина в сумме 7 749 руб.

Государственная пошлина по уточненному иску составляет 8 859 руб.

В соответствии со статьями 103, 110, 112 АПК РФ с ответчика в пользу истца подлежат взысканию судебные расходы в сумме 7 749 руб., и в доход федерального бюджета - государственная пошлина в сумме 1 110 руб. за рассмотрение дела в суде первой инстанции.

Руководствуясь статьями 167 - 171, 176, 110, 112, Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Мурманской области

решил:

Исковые требования удовлетворить.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Наш общий дом», ИНН <***>, ОГРН <***>, адрес регистрации: проспект Ленина, дом 43, офис 26, город Мурманск, Мурманская область, 183038, в пользу акционерного общества «Мурманская ТЭЦ», ИНН <***>, ОГРН <***>, адрес регистрации: улица Шмидта, сооружение 14, город Мурманск, Мурманская область, 183038, неосновательное обогащение в сумме 292 968 руб. 17 коп., а также судебные расходы по уплате государственной пошлины в сумме 7749 руб. за рассмотрение дела в суде первой инстанции.

Решение может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок со дня принятия.

Судья О.А. Евтушенко