ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-2990/2025

г. Москва Дело № А40-42575/22

28.03.2025

Резолютивная часть постановления объявлена 19.03.2025

Постановление изготовлено в полном объеме 28.03.2025

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Ж.Ц. Бальжинимаевой,

судей А.Г. Ахмедова, А.А. Комарова,

при ведении протокола секретарем судебного заседания А.В. Кирилловой,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда города Москвы от 11.12.2024 по спору о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, вынесенное в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Медит Профи»,

при участии представителей: согласно протоколу судебного заседания,

УСТАНОВИЛ

Решением Арбитражного суда города Москвы от 26.09.2023 ООО «Медит Профи» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2.

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного управляющего должника о привлечении бывшего руководителя должника ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Медит Профи».

Определением Арбитражного суда города Москвы от 11.12.2024 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Медит Профи» привлечен бывший генеральный директор должника ФИО1; приостановлено рассмотрение вопроса об установлении размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами.

Не согласившись с вынесенным судом первой инстанции определением, ФИО1 обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить, принять по делу новый судебный акт.

ФИО1 в своей апелляционной жалобе повторяет доводы, приводимые в суде первой инстанции, об отсутствии оснований для привлечения его к субсидарной ответственности по обязательствам должника, в том числе по причине того, что его действия не выходили за пределы обычного делового риска. Кроме того, апеллянт ссылается на то, что суд первой инстанции необоснованно привлек ответчика одновременно и к субсидиарной ответственности и взыскал с него убытки.

В судебном заседании ФИО1 апелляционную жалобу поддержал по доводам, изложенным в ней, просил определение суда первой инстанции от 11.12.2024 отменить, принять по настоящему обособленному спору новый судебный акт.

Представитель конкурсного управляющего должника на доводы апелляционной жалобы возражал по мотивам, изложенным в приобщенном к материалам дела отзыве, просил обжалуемое определение суда первой инстанции оставить без изменения.

Рассмотрев дело в порядке статей 156, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, выслушав объяснения явившихся в судебное заседание лиц, изучив материалы дела, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены или изменения определения арбитражного суда, принятого в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, заявление конкурсного управляющего о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности мотивировано не исполнением названным лицом обязанности по подаче заявления о банкротстве должника, а также тем, что в результате действий (бездействия) ответчика имущественным правам кредиторов причинен существенный вред.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявление конкурсного управляющего, исходил из представления надлежащих доказательств наличия обязательных условий, при которых возможно привлечение ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Суд апелляционной инстанции, изучив имеющиеся в материалах дела доказательства, а также выслушав явившихся в судебное заседание лиц, приходит к следующим выводам.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266) статья 10 Закона о банкротстве признана утратившей силу и Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

Согласно пункту 3 статьи 4 Закона № 266 рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

В то же время, основания для привлечения к субсидиарной ответственности, содержащиеся в главе III.2 Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ, не подлежат применению к действиям контролирующих должников лиц, совершенных до 01.07.2017, в силу общего правила действия закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации), поскольку Закон № 266-ФЗ не содержит норм о придании новой редакции Закона о банкротстве обратной силы.

Аналогичные разъяснения даны в пункте 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», согласно которым положения Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ (в частности, статьи 10) о субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ.

Нормы материального права, устанавливающие основания для привлечения к ответственности, должны определяться редакцией, действующей в период совершения лицом вменяемых ему деяний (деликта).

Такой подход согласуется со сложившейся судебной практикой, в частности, отражен в постановлении Арбитражного суда Московского округа от 30.05.2019 по делу № А40-151891/2014.

В рассматриваемом случае конкурсный управляющий связывает возникновение оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности с его действиями и бездействием в период после 01.07.2017.

Следовательно, при рассмотрении заявления подлежат применению положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

В соответствии с частью 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять деи?ствия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условии?.

Согласно части 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющеи? организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационнои? комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акции? акционерного общества, или более чем половинои? долеи? уставного капитала общества с ограниченнои? (дополнительнои?) ответственностью, или более чем половинои? голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, ЕГРЮЛ ответчик ФИО1 в период с 23.05.2013 по 18.09.2023 являлся генеральным директором ООО «Медит Профи», а также с 23.05.2013 является единственным участником ООО «Медит Профи», владеющим 100 % долей уставного капитала.

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

- удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

- органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

- органом, уполномоченным собственником имущества должника – унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

- обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

- должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

- настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи.

В силу пункта 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в указанных выше случаях в арбитражный суд в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве установлено, что неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 9 Постановления № 53, обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Датой объективного банкротства должника конкурсный управляющий указывает - 31.12.2019.

Однако при этом заявитель не указывает, какие обязательства возникли после указанной даты, в связи с чем суд лишен возможности проверить привело ли бездействие контролирующего должника лица к наращиванию кредиторской задолженности.

Таким образом, не имеется оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности за не исполнение обязанности по подаче заявления о банкротстве должника.

Что касается довода заявителя о привлечении ФИО1 к субсидиарнои? ответственности за невозможность полного погашения требовании? кредиторов, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Из разъяснений, изложенных в пункте 23 Постановления № 53, следует, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

Ответственность, предусмотренная статьей61.11 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой и при ее применении должно быть доказано наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

При установлении вины контролирующих должника лиц (органа управления и акционеров должника) необходимо подтверждение фактов их недобросовестности и неразумности при совершении спорных сделок, и наличия причинно-следственной связи между указанными действиями и негативными последствиями (ухудшение финансового состояния общества и последующее банкротство должника).

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточнои?, следует исходить из того, что таковои? может быть признана сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночнои? цене, в результате совершения которои? должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлении? хозяи?ственнои? деятельности, приносивших ему ранее весомыи? доход.

Согласно разъяснениям абзаца шестого пункта 23 Постановления № 53 по смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившеи? существенныи? вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недеи?ствительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве.

Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости даннои? сделки, так и ее существеннои? убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительнои? сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают. Судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарнои? ответственности по основанию невозможности погашения требовании? кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника.

В качестве доводов для привлечения к субсидиарной ответственности по указанному основанию конкурсный управляющий ссылается на то, что:

- с ФИО1 в пользу ООО «Медит Профи» взысканы убытки в размере 77 518 366 руб., поскольку в период с 24.03.2017 по 30.10.2017 в адрес ООО «Практикум» оплачены денежные средства в размере 77 518 366 руб. (определение Арбитражного суда города Москвы от 20.06.2024 по делу №А40-42575/22-160-76);

- признана недействительной сделка по перечислению с расчетного счета ООО «Медит Профи» в пользу ФИО1 за период с 25.04.2019 по 06.09.2021 денежных средств в размере 19 030 750 руб. (определение Арбитражного суда города Москвы от 24.04.2024 по делу № А40-42575/22-160-76).

Так, при рассмотрении спора о взыскании убытков с ответчика, судом было установлено, что ФИО1, являясь лицом, уполномоченным действовать от имени ООО «Медит Профи», действовал недобросовестно и неразумно, оплачивая в адрес ООО «Практикум» по нереальным сделкам денежные средства в размере 77 518 366 руб., причинив тем самым реальный ущерб должнику в указанном размере.

При рассмотрении заявления конкурсного управляющего о признании недействительной сделкой перечислений в пользу ФИО1, суд пришел к выводу, что оспариваемая сделка совершена должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов и в результате ее совершения уменьшилась стоимость активов должника на сумму – 19 030 750 руб.

Оспариваемые платежи привели к уменьшению возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества, заинтересованным лицом причинен вред имущественным правам кредиторов.

Таким образом, совершая указанные сделки бывший директор действовал в ущерб интересам должника, а также его кредиторов, фактически совершая действия по выводу активов.

Возражая против заявленных требований в указанной части, ответчик ссылался на невозможность одновременного взыскания убытков с бывшего руководителя и привлечение к субсидиарной ответственности. Так, поскольку в настоящем деле уже взысканы убытки за совершенную с ООО «Практикум» сделку и признана недействительной сделка с ФИО1, удовлетворение заявления в указанной части, по мнению ответчика, приведет к двойному взысканию за одно и то же правонарушение, что недопустимо в силу норм действующего законодательства.

Вместе с тем, в соответствии с пунктом 20 Постановления № 53 при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких 15 контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В том случае, когда причинённый контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Из материалов дела усматривается, что в реестр требований кредиторов должника включены требования кредиторов на сумму 19 843 942,91 руб. основного долга.

Таким образом, сумма переданных по вышеуказанной сделке с ФИО1 денежных средств составляет 95,9 % от размера основной задолженности перед реестровыми кредиторами третьей очереди.

В связи с этим суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что вред, нанесенный должнику ФИО1 совершением вышеуказанных сделок, оказало существенное негативное воздействие на должника.

Кроме того, согласно разъяснениям, изложенным в пункте 26 Постановления № 53, в соответствии с подпунктом 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, в частности, предполагается, что действия (бездействие) контролирующего лица стали необходимой причиной объективного банкротства при доказанности следующей совокупности обстоятельств:

- должник привлечен к налоговой ответственности за неуплату или неполную уплату сумм налога (сбора, страховых взносов) в результате занижения налоговой базы (базы для исчисления страховых взносов), иного неправильного исчисления налога (сбора, страховых взносов) или других неправомерных действий (бездействия);

- доначисленные по результатам мероприятий налогового контроля суммы налога (сбора, страховых взносов) составили более 50 процентов совокупного размера основной задолженности перед реестровыми кредиторами третьей очереди удовлетворения

Данная презумпция применяется при привлечении к субсидиарной ответственности как руководителя должника (фактического и номинального), так и иных лиц, признанных контролирующими на момент совершения налогового правонарушения (пункт 5 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Решением ИФНС России № 2 по г. Москве № 18 от 23.07.2021 должник привлечен к налоговой ответственности за неуплату сумм налога (сбора, страховых взносов) в результате занижения налоговой базы (базы для исчисления страховых взносов).

Требования уполномоченного органа (основной долг) составляют 19 843 942,91 руб. (включены в третью очередь реестра требований кредиторов).

Таким образом, доначисленные по результатам мероприятий налогового контроля суммы налога (сбора, страховых взносов) составили 100 % совокупного размера основной задолженности перед реестровыми кредиторами третьей очереди удовлетворения.

Соответственно, действия (бездействие) контролирующего должника лица стали необходимой причиной объективного банкротства.

Принимая во внимание изложенное, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о представлении конкурсным управляющим должника наличия обязательных условий, при которых возможно привлечение ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за совершение действий, повлекших несостоятельность ООО «Медит Профи».

Все довод апелляционной жалобы ФИО1 об отсутствии оснований для привлечения его к субсидарной ответственности по обязательствам должника, в том числе по причине того, что его действия не выходили за пределы обычного делового риска, были предметом рассмотрения суда первой инстанции, им дана надлежащая оценка, с которой соглашается суд апелляционной инстанции, в том числе по мотивам, изложенным выше.

Довод апелляционной жалобы о том, что суд первой инстанции необоснованно привлек ответчика одновременно и к субсидиарной ответственности и взыскал с него убытки отклоняется, как основанный на неверном понимании норм материального права.

Так, как указывалось ранее, если допущенные контролирующим лицом нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Следовательно, в рассматриваемом случае судом первой инстанции правомерно установлено, что в результате действий ФИО1, в том числе повлекших привлечение ООО «Медит Профи» к налоговой ответственности, был причинен имущественный вред правам кредиторов должника.

Такой правовой подход подтверждается судебной практикой, в том числе отражен в постановлении Арбитражного суда Московского округа от 09.12.2024 по делу № А40-9898/2022.

Судом апелляционной инстанции рассмотрены все доводы апелляционной жалобы, однако они не опровергают выводы суда, положенные в основу судебного акта первой инстанции, и не могут служить основанием для отмены определения Арбитражного суда города Москвы от 11.12.2024 и удовлетворения апелляционной жалобы.

При указанных обстоятельствах суд апелляционной инстанции считает определение суда первой инстанции обоснованным, соответствующим нормам материального права и фактическим обстоятельствам дела, в связи с чем не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы по изложенным в ней доводам.

Поскольку определением Девятого арбитражного апелляционного суда от 23.01.2025 ФИО1 была предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины, доказательств ее оплаты не предоставлено, то государственная пошлина в размере 10 000 руб. подлежит взысканию с ФИО1

Руководствуясь ст. ст. 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 11.12.2024 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета госпошлину в размере 10 000 руб.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.

Председательствующий судья: Ж.Ц. Бальжинимаева

Судьи: А.Г. Ахмедов

А.А. Комаров