ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД Газетный пер., 34, <...>, тел.: <***>, факс: <***>

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/ ПОСТАНОВЛЕНИЕ арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

город Ростов-на-Дону дело № А32-52667/2018 20 мая 2025 года 15АП-3733/2025

Резолютивная часть постановления объявлена 07 мая 2025 года

Полный текст постановления изготовлен 20 мая 2025 года Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Пипченко Т.А. судей Димитриева М.А., Сулименко Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Делибоженковым С.А.,

при участии:

от публичного акционерного общества Коммерческий Банк «Первомайский» в лице ГК «Агентство по страхованию вкладов» - представитель ФИО1 по доверенности от 05.12.2023,

от вкладчиков - представитель ФИО2 по доверенностям от 16.01.2024, 14.03.2024, 14.02.2024, 15.02.2024, 25.04.2025, 26.04.2025,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу публичного акционерного общества Коммерческий Банк «Первомайский» в лице конкурсного управляющего ГК «Агентство по страхованию вкладов» на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 28.01.2025 по делу № А32-52667/2018 по заявлениям ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13 об установлении размера требований кредиторов в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) Банка «Первомайский» (ПАО),

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) Банка «Первомайский» (ПАО) (далее - должник) в Арбитражный суд Краснодарского края обратился ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13 (далее - ФИО3, ФИО4, ФИО14 (ФИО15) А.Ю., ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13) с заявлением о разрешении разногласий относительно

установления размера требований кредиторов и признании их подлежащими удовлетворению после завершения расчетов с кредиторами должника первой очереди, предъявившими свои требования в установленный срок: ФИО3 в размере 989 956,86 руб.; ФИО4 в размере 665 913,08 руб.; ФИО5 в размере 376 582,88 руб.; ФИО11 в размере 1 474 767,20 руб.; ФИО6 в размере 572 838,81 руб.; ФИО12 в размере 1 412 105,76 руб.; ФИО7 в размере 1 412 105,76 руб.; ФИО8 в размере 924 240,81 руб.; ФИО9 в размере 836 688,90 руб.; ФИО13 в размере 1 689 953,97 руб.; ФИО10 в размере 966 411,24 руб.

28.01.2025 в судебном заседании представитель заявителей устно уточнил заявленные требования в порядке ст. 49 АПК РФ в части задолженности ФИО7 Указал, что размер задолженности составляет 656 985,80 руб.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 28.01.2025 принято уточнение требований. Отказано в удовлетворении ходатайства конкурсного управляющего о передаче заявлений ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10 в Краснодарский краевой суд для направления их в соответствующий суд общей юрисдикции. Разрешены разногласия. Отказано в удовлетворении требований ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10. Суд определил производство по заявлениям ФИО11, ФИО12, ФИО13 выделить в отдельное производство, судебное разбирательство начать с самого начала, назначить судебное разбирательство на 03.04.2025.

Не согласившись с принятым судебным актом, жалобу публичного акционерного общества Коммерческий Банк «Первомайский» в лице конкурсного управляющего ГК «Агентство по страхованию вкладов» (далее – ПАО КБ «Первомайский» в лице конкурсного управляющего ГК «Агентство по страхованию вкладов») обратился в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда изменить, исключив из мотивировочной части размер задолженности Банка перед ФИО7, укать размер задолженности ФИО8 - 771 480,17 руб.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что суд первой инстанции неправильно применил нормы материального и процессуального права, неполно выяснил обстоятельства, имеющие значение для дела, выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела. Суд первой инстанции, установив размер задолженности Банка перед вкладчиками в мотивировочной части судебного акта, осуществил тем самым установление размера страхового возмещения в нарушение требований, предусмотренных частей 1, 2 и 3 статьи 27 АПК РФ, статьи 12 Федерального закона от 23.12.2003 № 177-ФЗ «О страховании вкладов в банках Российской Федерации», без привлечения к участию в деле государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов». Расчеты по требованиям ФИО8 и ФИО7 выполнены заявителями неверно и судом первой инстанции не проверены. Поскольку ФИО7 не признана потерпевшей в рамках уголовных дел, размер причиненного ущерба ФИО7 не установлен и не подтвержден, следовательно, ФИО7 не может быть освобождена от доказывания обстоятельств внесения денежных средств в кассу Банка по договору банковского вклада. По мнению апеллянта, ФИО8 расчет процентов на сумму 121 069 руб. произведен неверно, так как не представлен документ, подтверждающий обращение в Банк с заявлением о выдаче вклада до истечения срока вклада. Представленный

ФИО8 ответ Банка на заявление о предоставлении выписок по счетам от 27.03.2013 не подтверждает обращение к Банку в пределах срока действия вклада, так как согласно договорам его срок - с 05.08.2009 по 05.11.2009.

ФИО3 представил отзыв на апелляционную жалобу, указывает, что суд первой инстанции, установив размер задолженности перед каждым из вкладчиков в мотивировочной части судебного акта без привлечения к участию в деле ГК «АСВ», действовал законно и обоснованно. Суд первой инстанции верно установил размер задолженности перед вкладчиками ФИО7 и ФИО8 ФИО7 не признана потерпевшей по уголовному делу. При этом суды, рассматривая обособленные споры в настоящем деле о банкротстве, обоснованно не проводили никаких различий по данному критерию между гражданами, относя их к единой «геленджикской группе» вкладчиков, пострадавших от преступных действий должностных лиц Банка. В большинстве случаев, учитывая значительный период времени, прошедший с момента заключения договоров банковского вклада расчет задолженности основывался на данных последних дополнительных соглашений к договорам. Таким же образом был произведен расчет задолженности по вкладу ФИО7, результаты которого конкурсным управляющим в суде первой инстанции не оспаривались. Конкурсный управляющий не заявлял о фальсификации дополнительного соглашения, заключенного между ФИО7 и Банком 18.02.2013. По вкладу ФИО8 конкурсный управляющий, соглашаясь с расчетом задолженности в основной части, полагает, что расчет процентов на сумму 121 069 руб. произведен неверно, так как заявителем не представлен документ, подтверждающий обращение в Банк с заявлением о выдаче вклада до истечения срока вклада. Приведенный довод конкурсного управляющего противоречит судебной практике, сложившейся по данному делу. К материалам дела приобщена распечатка договора о банковском вкладе «Индивидуальный» от 01.03.2013 № 00891-0002659/17 на сумму вклада 121 069 руб. со сроком по 01.09.2013. Доказательство указано в приговоре Геленджикского городского суда от 30.05.2018 по делу № 1-1/18 в отношении должностного лица Банка ФИО16 Аналогичные доказательства (распечатки документов с флэш-накопителя, изъятого в ходе расследования уголовного дела) неоднократно принимались во внимание судами как достоверные доказательства при рассмотрении обособленных споров в рамках настоящего дела о банкротстве Банка. Также в материалах дела имеется ответ Банка от 27.03.2013 на заявление вкладчика от 21.03.2013 и заявление о преступлении, принятое от ФИО8 27.06.2013. Таким образом, до истечения срока вклада, то есть до 01.09.2013, вкладчик не только обратился в Банк, но и заявил о совершении в отношении него преступления. Суды по данному делу неоднократно делали вывод о том, что при таких обстоятельствах воля гражданина-вкладчика была направлена на прекращение отношений по банковскому вкладу и возврат денежных средств.

Иные представители лиц, участвующих в деле, не явились, о времени и месте проведения судебного разбирательства извещены надлежащим образом.

Судебная коллегия на основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотрела апелляционную жалобу без участия не явившихся лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в том числе путем размещения информации на официальном сайте Арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет.

Законность и обоснованность определения Арбитражного суда Краснодарского края от 28.01.2025 проверяется Пятнадцатым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, только в обжалуемой части.

Как следует из материалов дела, Банк России на основании статьи 189.61 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности

(банкротстве)» обратился в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о признании несостоятельной (банкротом) кредитной организации Банк «Первомайский» (ПАО).

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 24.12.2018 заявление принято к рассмотрению.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 31.01.2019 (резолютивная часть от 28.01.2019) должник признан банкротом, конкурсным управляющим утверждена Государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов» (далее – управляющий).

Сообщение о введении процедуры опубликовано на официальном источнике (газета «КоммерсантЪ») от 09.02.2019 № 24, в ЕФРСБ - 09.02.2019.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии со статьей 60 Закона о банкротстве в рамках дела о банкротстве рассматриваются заявления и ходатайства арбитражного управляющего, в том числе о разногласиях, возникших между ним и кредиторами.

Согласно пункту 1 статьи 189.85 Закона о банкротстве кредиторы вправе предъявлять свои требования к кредитной организации в любой момент в ходе конкурсного производства, а также в порядке, установленном статьей 189.32 названного Федерального закона, в период деятельности в кредитной организации временной администрации по управлению кредитной организацией. Указанные требования предъявляются конкурсному управляющему наряду с приложением вступивших в силу решений суда, арбитражного суда, определений о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решений третейского суда или иных судебных актов, а также подлинных документов либо их надлежащим образом заверенных копий, подтверждающих обоснованность этих требований.

В пункте 5 статьи 189.85 Закона о банкротстве указано, что возражения по результатам рассмотрения конкурсным управляющим требования кредитора могут быть заявлены в арбитражный суд кредитором не позднее чем в течение пятнадцати календарных дней со дня получения кредитором уведомления конкурсного управляющего о результатах рассмотрения этого требования. К указанным возражениям должны быть приложены уведомление о вручении конкурсному управляющему копии таких возражений или иные документы, подтверждающие направление конкурсному управляющему копии возражений и приложенных к возражениям документов.

Согласно пункту 7 статьи 189.85 Закона о банкротстве требования кредиторов, по которым заявлены возражения, рассматриваются арбитражным судом в порядке, установленном статьей 60 названного Федерального закона. По результатам такого рассмотрения выносится определение арбитражного суда о включении или об отказе во включении указанных требований в реестр требований кредиторов. В определении арбитражного суда о включении таких требований в реестр требований кредиторов указываются размер и очередность удовлетворения этих требований. Определение арбитражного суда о включении или об отказе во включении требований кредиторов в реестр требований кредиторов подлежит немедленному исполнению и может быть обжаловано.

Требование кредитора, установленное соответствующим определением арбитражного суда, включается конкурсным управляющим в реестр требований кредиторов не позднее дня, следующего за днем получения копии указанного определения конкурсным управляющим, о чем кредитор уведомляется конкурсным управляющим в

течение трех дней со дня внесения соответствующей записи в реестр требований кредиторов.

Согласно пункту 10 статьи 189.85 Закона о банкротстве требование кредитора, предъявленное кредитной организации в период деятельности в ней временной администрации по управлению кредитной организацией и внесенное в реестр требований кредиторов в порядке, установленном статьей 189.32 названного Федерального закона, считается установленным в размере, составе и очередности удовлетворения, которые определены временной администрацией по управлению кредитной организацией, если в течение шестидесяти рабочих дней со дня опубликования сообщения о признании кредитной организации банкротом и об открытии конкурсного производства конкурсный управляющий с учетом положений подпункта 1 пункта 3 настоящей статьи не направит кредитору уведомление о полном или частичном исключении указанного требования из реестра требований кредиторов.

Возражения по содержанию уведомления, указанного в пункте 10 настоящей статьи, могут быть заявлены кредиторами, а также рассмотрены арбитражным судом в порядке, установленном настоящей статьей. Требования кредиторов, по которым не заявлены указанные возражения в срок, предусмотренный пунктом 5 настоящей статьи, считаются установленными в размере, составе и очередности удовлетворения, которые определены конкурсным управляющим.

Согласно пункту 11 статьи 189.96 Закона о банкротстве требования кредиторов, предъявленные после закрытия реестра требований кредиторов, удовлетворяются за счет имущества кредитной организации, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, предъявленных в установленный срок и включенных в реестр требований кредиторов.

Расчеты с кредиторами по указанным требованиям производятся конкурсным управляющим в порядке, установленном настоящей статьей.

Согласно пункту 12 статьи 189.96 Закона о банкротстве требования кредиторов первой очереди, предъявленные после закрытия реестра требований кредиторов, но до завершения расчетов со всеми кредиторами, после завершения расчетов с кредиторами первой очереди, предъявившими свои требования в установленный срок, подлежат удовлетворению до удовлетворения требований кредиторов последующей очереди. До полного удовлетворения указанных требований кредиторов первой очереди удовлетворение требований кредиторов последующей очереди приостанавливается.

В случае если указанные требования были предъявлены до завершения расчетов с кредиторами первой очереди, они подлежат удовлетворению после завершения расчетов с кредиторами первой очереди, предъявившими свои требования в установленный срок, при наличии денежных средств на их удовлетворение.

Из материалов дела следует, что разногласия между конкурсным управляющим и заявителями заключаются в том, что требования заявителей не включены в реестр требований кредиторов должника.

Управляющий возражал против удовлетворения требований заявителей.

В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 27.10.2015 № 28-П "По делу о проверке конституционности пункта 1 статьи 836 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан ФИО17, ФИО18, ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО21 и ФИО22" указано следующее.

Исходя из того, что пункт 1 статьи 836 Гражданского кодекса Российской Федерации допускает подтверждение соблюдения письменной формы договора банковского вклада выданным банком вкладчику документом, отвечающим требованиям, установленным банковскими правилами и применяемыми в банковской практике обычаями делового оборота, т.е. перечень документов, которые могут удостоверять факт заключения договора банковского вклада, не является исчерпывающим, внесение

денежных средств на счет банка гражданином-вкладчиком, действующим при заключении договора банковского вклада разумно и добросовестно, может доказываться любыми выданными ему банком документами.

Что касается неблагоприятных последствий несоблюдения требований к форме договора банковского вклада и процедуры его заключения, то их несение возлагается на банк, поскольку как составление проекта такого договора, так и оформление принятия денежных средств от гражданина во вклад осуществляются именно банком, который, будучи коммерческой организацией, самостоятельно, на свой риск занимается предпринимательской деятельностью, направленной на систематическое получение прибыли (абзац третий пункта 1 статьи 2 и статья 50 Гражданского кодекса Российской Федерации), обладает специальной правоспособностью и является - в отличие от гражданина-вкладчика, не знакомого с банковскими правилами и обычаями делового оборота, профессионалом в банковской сфере, требующей специальных познаний.

В частности, если из обстоятельств дела следует, что договор банковского вклада, одной из сторон которого является гражданин, был заключен от имени банка неуполномоченным лицом, необходимо учитывать, что для гражданина, проявляющего при заключении договора необходимые разумность и добросовестность, соответствующее полномочие представителя может явствовать из обстановки, в которой он действует (абзац второй пункта 1 статьи 182 Гражданского кодекса Российской Федерации). Например, когда договор оформляется в кабинете руководителя подразделения банка, то у гражданина имеются основания полагать, что лицо, заключающее этот договор от имени банка, наделено соответствующими полномочиями. Подобная ситуация имеет место и в случае, когда договор банковского вклада заключается уполномоченным работником банка, но вопреки интересам своего работодателя, т.е. без зачисления на счет по вкладу поступившей от гражданина-вкладчика денежной суммы, притом что для самого гражданина из сложившейся обстановки определенно явствует, что этот работник действует от имени и в интересах банка.

Соответственно, суды, которые при рассмотрении споров между гражданами и кредитными организациями по поводу банковских вкладов самостоятельно осуществляют гражданско-правовую квалификацию отношений сторон, в том числе определяют, могут ли эти правоотношения считаться установленными, какова их природа, юридические факты, их порождающие, должны учитывать различный уровень профессионализма сторон в данной сфере правоотношений, отсутствие у присоединившейся стороны - гражданина реальной возможности настаивать на изменении формы договора и на проверке полномочий лица, действующего от имени банка, и т.д.

Определяя пределы осуществления гражданских прав, статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливает, что добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5). Разъясняя это законоположение, Верховный Суд Российской Федерации указал, что при оценке действий сторон как добросовестных или недобросовестных судам следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

С учетом неоднократно выраженной Конституционным Судом Российской Федерации позиции, согласно которой суды при рассмотрении дел обязаны исследовать по существу фактические обстоятельства и не вправе ограничиваться установлением формальных условий применения нормы, поскольку иное приводило бы к тому, что право на судебную защиту, закрепленное статьей 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации, оказывалось бы существенно ущемленным, это означает, что суд не вправе

квалифицировать, руководствуясь пунктом 2 статьи 836 Гражданского кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с его статьей 166, как ничтожный или незаключенный договор банковского вклада с гражданином на том лишь основании, что он заключен неуполномоченным работником банка и в банке отсутствуют сведения о вкладе (об открытии вкладчику счета для принятия вклада и начисления на него процентов, а также о зачислении на данный счет денежных средств), в тех случаях, когда - принимая во внимание особенности договора банковского вклада с гражданином как публичного договора и договора присоединения - разумность и добросовестность действий вкладчика (в том числе применительно к оценке предлагаемых условий банковского вклада) при заключении договора и передаче денег неуполномоченному работнику банка не опровергнуты. В таких случаях бремя негативных последствий должен нести банк, в частности создавший условия для неправомерного поведения своего работника или предоставивший неуправомоченному лицу, несмотря на повышенные требования к экономической безопасности банковской деятельности, доступ в служебные помещения банка, не осуществивший должный контроль за действиями своих работников или наделивший полномочиями лицо, которое воспользовалось положением работника банка в личных целях, без надлежащей проверки.

Действия банков, работники которых принимали у вкладчиков дополнительные денежные суммы для внесения во вклад (со ссылкой на подписанный договор) и выдавали денежные суммы в качестве процентов по вкладу, в силу статьи 402 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой действия работников должника по исполнению его обязательства считаются действиями должника, должны расцениваться с учетом предписаний пункта 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливающего, что заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действовало недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки. Приведенное правило, по сути, лишь нормативно подтверждает необходимость добросовестного поведения участников регулируемых гражданским правом отношений (в том числе возникших до его формальной имплементации в текст Гражданского кодекса Российской Федерации), которое должно отвечать критерию определенности, однозначности и точности.

При этом на гражданина-вкладчика, не обладающего профессиональными знаниями в сфере банковской деятельности и не имеющего реальной возможности изменить содержание предлагаемого от имени банка набора документов, необходимых для заключения данного договора, возлагается лишь обязанность проявить обычную в таких условиях осмотрительность при совершении соответствующих действий (заключить договор в здании банка, передать денежные суммы работникам банка, получить в подтверждение совершения операции, опосредующей их передачу, удостоверяющий этот факт документ). Поэтому с точки зрения конституционных гарантий равенства, справедливости и обеспечения эффективной судебной защиты необходимо исходить из того, что гражданин-вкладчик, учитывая обстановку, в которой действовали работники банка, имел все основания считать, что полученные им в банке документы, в которых указывается на факт внесения им денежных сумм, подтверждают заключение договора банковского вклада и одновременно удостоверяют факт внесения им вклада. Иное означало бы существенное нарушение прав граждан-вкладчиков как добросовестных и разумных участников гражданского оборота.

Таким образом, пункт 1 статьи 836 Гражданского кодекса Российской Федерации в части, позволяющей подтверждать соблюдение письменной формы договора "иным выданным банком вкладчику документом, отвечающим требованиям, предусмотренным для таких документов законом, установленными в соответствии с ним банковскими правилами и применяемыми в банковской практике обычаями делового оборота", не противоречит Конституции Российской Федерации, поскольку в этой части его

положения, закрепляющие требования к форме договора банковского вклада, по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования не препятствуют суду на основании анализа фактических обстоятельств конкретного дела признать требования к форме договора банковского вклада соблюденными, а договор - заключенным, если будет установлено, что прием от гражданина денежных средств для внесения во вклад подтверждается документами, которые были выданы ему банком (лицом, которое, исходя из обстановки заключения договора, воспринималось гражданином как действующее от имени банка) и в тексте которых отражен факт внесения соответствующих денежных средств, и что поведение гражданина являлось разумным и добросовестным.

Правовая оценка обстоятельств судом общей юрисдикции не может рассматриваться в качестве обстоятельства, имеющего преюдициальное значение для арбитражного суда, рассматривающего дело (определение Верховного Суда Российской Федерации от 14.06.2016 N 309-ЭС16-1553, постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.06.2019 по делу N А32-29118/2017).

Конкурсный управляющий не учитывает, что в отличие от случая с КБ "Мастер- Банк" (определение Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 N 305-ЭС14-5119) заявитель являлся обычным гражданином, особенностей обслуживания VIP-клиентов не знал (недобросовестности и неразумности в действиях гражданина не усматривается), размер вклада значителен только для гражданина, но является обычным и не значительным при сравнении с вкладами VIP-клиентов (например, случай с КБ "Мастер-Банк").

Конкурсный управляющий не учитывает, что гражданско-правовые отношения (заявитель - банк) не прекращаются.

Неправомерные действия Банка по отказу в компенсации вкладчикам денежных средств привели к существенному нарушению их прав, длящемуся более шести лет (ссылки на пункт 5 статьи 189.85 Закона о банкротстве подлежат отклонению).

Данное нарушение также имело место и со стороны конкурсного управляющего банком, так как отказ во включении требования заявителя в реестр со ссылкой его неосторожности и неосмотрительность при заключении договора о банковском вкладе, не может быть признан правомерным. Учитывая, что вопрос о законности требований вкладчика к банку был предметом продолжительных судебных разбирательств в суде общей юрисдикции, конкурсный управляющий банком не мог не знать об обязанности компенсировать вкладчикам денежные средства.

Суд также учитывает, что заявитель не является профессиональным участником в спорных правоотношениях, в свою очередь, банком допущены существенные нарушения прав и интересов потребителя.

На основании изложенного, срок для подачи возражений на отказ Агентства по страхованию вкладов во включении требований в реестр подлежит восстановлению.

Аналогичная позиция изложена в постановлении Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.03.2020 по делу № А32-52667/2018.

В указанной части возражений не заявлено.

В соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основании своих требований и возражений. На основании статьи 9 названного Кодекса лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий.

В соответствии с пунктом 5 статьи 859 Гражданского кодекса Российской Федерации, остаток денежных средств на счете выдается клиенту либо по его указанию перечисляется на другой счет не позднее семи дней после получения соответствующего письменного заявления клиента, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 3 статьи 858 названного Кодекса.

Приказом Банка России от 23.11.2018 № ОД-3035 года у Банка "Первомайский" (ПАО) отозвана лицензия на осуществление банковских операций.

Апеллянтом приведен довод о том, что расчет по требованию ФИО8 произведен заявителем неверно и судом первой инстанции не проверен.

При обращении с рассматриваемым требованием, ФИО8 указывает следующее.

Между ФИО8 и должником в лице дополнительного офиса «Геленджикский» заключены следующие договоры банковского вклада:

- № 00891-00010374\17 от 05.08.2009 на сумму 10 000 000 руб. с уплатой процентов на сумму вклада в размере под 17,2% годовых на срок с 05.08.2009 по 05.11.2009;

- № 00891-00010375\17 от 05.08.2009 на сумму 3 000 000 руб. с уплатой процентов на сумму вклада в размере под 17,2% годовых на срок с 05.08.2009 по 05.11.2009;

- № 00891-00010376\17 от 05.08.2009 на сумму 1 000 000 руб. с уплатой процентов на сумму вклада в размере под 17,2% годовых на срок с 05.08.2009 по 05.11.2009;

- № 00891-00010377\17 от 05.08.2009 на сумму 1 000 000 руб. с уплатой процентов на сумму вклада в размере под 17,2% годовых на срок с 05.08.2009 по 05.11.2009;

- № 00891-0002659\17 от 01.03.2013 на сумму 121 069 руб. с уплатой процентов на сумму вклада в размере под 14,5% годовых на срок с 01.03.2013 по 01.09.2013.

В материалы дела представлены приходные кассовые ордеры.

ФИО8 представлен расчет процентов, в соответствии с которым проценты на сумму вклада 15 000 000 руб., рассчитанные за период с 05.08.2009 по 05.11.2009 составляют 650 301,37 руб.

Проценты на невозвращенный остаток вклада в размере 121 069 руб., рассчитанные по ставке банка «до востребования» 0,01% за период с 06.11.2009 по 28.02.2013 составляют 40,09 руб.

Проценты на невозвращенный остаток в размере 121 069 руб., 14,50 % за период с 01.03.2013 по 23.11.2018 составляют 152 830,35 руб.

Общая сумма задолженности банка перед вкладчиком составляет 924 240,81 руб., что не превышает 1 400 000 руб. (размер страхового возмещения).

Согласно пункту 3.1 договора банковского вклада, заключенного между заявителем и банком, проценты на сумму вклада начисляются со дня, следующего за днем его поступления в банк, по день исполнения обязательств по договору.

Согласно пункту 3.4. договора о банковском вкладе, в случае если вкладчик не требует возврата суммы вклада и процентов по нему по истечении срока договора, договор считается продленным на условиях вклада до востребования с уплатой процентов по ставке до востребования.

Таким образом, условия вклада до востребования с уплатой процентов по ставке до востребования применяются лишь тогда, когда вкладчик не требует возврата суммы вклада и процентов по нему по истечении срока договора.

Из материалов дела следует, что обязательства по договору банком не исполнены по настоящее время.

Однако заявителем не представлено надлежащих доказательств обращения в банк с заявлением о возврате денежных средств в период действия договора.

Представленный в материалы дела ответ Банка от 27.03.2013 об обращении 21.03.2013 с заявлением о выдаче справки по счетам договоров банковских вкладов не является надлежащим доказательством обращения в Банк с требованием о возврате денежных средств.

Таким образом, подлежит применению процентная ставка «до востребования» (0,01%).

Судебной коллегией произведен расчет суммы процентов, использован депозитный калькулятор http://fincalculator.ru, согласно которому за период действия договора на

сумму 121 069 руб. за период с 01.03.2013 по 23.11.2018 начислены проценты по ставке 0,01% в размере 69,38 руб.

Таким образом, общий размер задолженности составляет 650 410,84 руб.

Общая сумма задолженности банка перед вкладчиком не превышает 1 400 000 руб.

При этом пунктом 1 части 1 статьи 8 Федерального закона от 23.12.2003 N 177-ФЗ "О страховании вкладов физических лиц в банках Российской Федерации" (далее - Закон N 177-ФЗ) предусмотрено, что страховым случаем является отзыв у банка лицензии на осуществление банковских операций.

В соответствии со статьей 10 Закона N 177-ФЗ право требования вкладчика на возмещение по вкладам возникает со дня наступления страхового случая.

Согласно пункту 2 статьи 11 Закона N 177-ФЗ возмещение по вкладу в банке, в отношении которого наступил страховой случай, выплачивается вкладчику в размере 100 процентов суммы вкладов в банке, но не более 1 400 000 руб., если иное не установлено настоящим Федеральным законом.

С учетом изложенного, суд правомерно отказал заявителю в удовлетворении требования, однако размер требований подлежит установлению в размере 650 410,84 руб.

Доводы заявителя жалобы со ссылкой на то, что ФИО7 не признана потерпевшей в рамках уголовных дел, размер причиненного ущерба ФИО7 не установлен и не подтвержден, следовательно ФИО7 не может быть освобождена от доказывания обстоятельств внесения денежных средств в кассу Банка по договору банковского вклада, подлежит отклонению.

Тот факт, что ФИО7 не обращалась в правоохранительные органы для признания ее потерпевшей, не может являться основанием для отказа в удовлетворении заявленных кредитором требований. Факт внесения денежных средств вкладчиком подтверждается имеющимся в материалах дела договором о банковском вкладе, приходным кассовым ордером о внесении денежных средств в кассу банка.

Банк, заявляя довод о том, что судом первой инстанции не проверен расчет предъявленных требований, не представляет собственный контррасчет. Довод в указанной части является голословным.

Доводы апелляционной жалобы, сводящиеся к иной, чем у суда, оценке доказательств, не могут служить основаниями для отмены обжалуемого судебного акта, так как они не опровергают правомерность выводов арбитражного суда и не свидетельствуют о неправильном применении норм материального и процессуального права.

Довод агентства (как конкурсного управляющего должника и как самостоятельного юридического лица) на то, что суд первой инстанции неправомерно не привлек его к участию в данном обособленном споре в качестве отдельного участника процесса, основаны на неверной интерпретации разрешенных судом требований (разногласий). Судебный акт не содержит ни выводов о правах (обязанностях) агентства (как самостоятельного юридического лица), ни ссылок на то, какая задолженность подлежит обязательному возмещению вкладчику со стороны агентства: заявленная вкладчиком сумма не проверялась судом на критерий обоснованности. То есть в случае обращения вкладчика в суд общей юрисдикции с требованием о взыскании страхового возмещения в пределах 1400 тыс. рублей ему придется обосновывать свои требования в общем порядке с представлением соответствующих доказательств.

Аналогичная правовая позиция изложена в постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 24.10.2023 № Ф08-9891/2023 по делу № А32-52667/2018.

Кроме того, Государственная корпорация "Агентство по страхованию вкладов" является конкурсным управляющим должника, поэтому является участником дела № А32-52667/2018 о банкротстве должника.

В соответствии с абзацем вторым пункта 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 N 12 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции", в случае несогласия суда только с мотивировочной частью обжалуемого судебного акта, которая, однако, не повлекла принятия неправильного решения или определения, арбитражный суд апелляционной инстанции, не отменяя обжалуемый судебный акт, приводит иную мотивировочную часть.

С учетом изложенного, основания для отмены обжалованного судебного акта по доводам, приведенным в апелляционной жалобе, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Нарушений или неправильного применения норм материального или процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием к отмене или изменению обжалуемого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 28.01.2025 по делу № А32-52667/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий Т.А. Пипченко

Судьи М.А. Димитриев

Н.В. Сулименко