Решение по делу № А10-1450/2023 от 26.10.2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ БУРЯТИЯ

ул. Коммунистическая, 52, г. Улан-Удэ, 670001

e-mail: info@buryatia.arbitr.ru, web-site: http://buryatia.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

г. Улан-Удэ

26 октября 2023 года Дело № А10-1450/2023

Резолютивная часть решения объявлена 19 октября 2023 года.

Арбитражный суд Республики Бурятия в составе судьи Коровкиной А.О. при ведении протокола судебного заседания секретарём Ванчиковой Д.Д., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРН <***>, ИНН <***>)

к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ОГРН <***>, ИНН <***>)

о взыскании убытков,

при участии в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, индивидуального предпринимателя ФИО3 (ОГРН <***>, ИНН <***>),

при участии в заседании представителей истца ФИО4 (доверенность от 10.03.2023), ответчика ФИО5 (доверенность от 03.04.2023), третьего лица ФИО6 (доверенность от 16.05.2023),

установил:

индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – предприниматель ФИО1) обратился в Арбитражный суд Республики Бурятия с иском, уточнённым в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее – предприниматель ФИО2) о взыскании 6 350 000 рублей –убытков.

Определением суда от 19 апреля 2023 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен индивидуальный предприниматель ФИО3.

В обоснование исковых требований указано на возникновение у предпринимателя ФИО1 убытков, причиненных вследствие пожара в здании истца, произошедшего вследствие нарушения правил пожарной безопасности со стороны ответчика, как арендатора.

Истец исковые требования поддержал в полном объеме, дал пояснения согласно заявленным требованиям и представленным доказательствам.

Ответчик исковые требования не признал по доводам, изложенным в отзыве.

По мнению предпринимателя ФИО2 фактически арендные отношения между истцом и ответчиком прекратились до возникновения пожара в связи с продажей бизнеса третьему лицу – предпринимателю ФИО3 по договору купли-продажи от 20.10.2022, который осуществлял предпринимательскую деятельность в помещении истца в момент пожара.

Третье лицо предприниматель ФИО3 в своем отзыве (Т. 2 л. д. 47-48) указал, что договор купли-продажи между предпринимателей ФИО2 и ФИО3 исполнен не был, в течение периода с 20.10.2022 по 08.11.2022 велись работы по оформлению документов, деятельность в помещении истца на момент пожара осуществлялась предпринимателем ФИО2

Исследовав материалы дела, суд установил следующие обстоятельства.

Между предпринимателем ФИО1 (арендодатель) и предпринимателем ФИО2 был заключен договор аренды здания от 22.08.2022, по условиям которого арендодатель сдаёт, а арендатор принимает во временное владение и пользование нежилое здание делового центра, общей площадью 166 кв. м, расположенное по адресу: <...> с кадастровым номером 03:24:011209:1970 (пункт 1.1).

В соответствии с пунктом 1.5 договор заключен на 3 года и вступает в силу с момента его подписания сторонами и передачи здания по акту приема-передачи.

В разделе 2 сторонами согласованы права и обязанности сторон.

Арендная плата, иные платежи и расчеты по договору предусмотрены в разделе 3.

Здание передано по акту приема-передачи от 22.08.2022.

Как указывает истец, 08 ноября 2022 года в 05 часов 30 минут в здании произошел пожар.

Их технического заключения № 139-2022 от 02.12.2022, составленного ФГБУ «Судебно-экспертное учреждение Федеральной противопожарной службы «Испытательная пожарная лаборатория» по Республики Бурятия» следует, что очаг пожара находится во внутреннем объеме помещения торгового зала магазина здания у восточной стены на полу в районе расположения окна № 3 и № 4. Наиболее вероятной причиной возникновения пожара является воспламенение горючих материалов в очаге пожара от воздействия на них источника зажигания в виде теплового проявления электрического тока, образовавшегося в результате аварийного режима работы электрооборудования. На фрагментах медных проводов имеются локальные шарообразные наплывы металла меди. Данные признаки характерны для аварийного режима работы электрооборудования. Подключение к электрооборудованию (электрическому удлинителю) одновременно нескольких энергопотребителей (холодильных шкафов) могло привести к возникновению аварийного режима работы.

На основании отчета об оценке № 068, составленного ООО «Баймис», рыночная стоимость делового центра по адресу: <...> по состоянию на 22.08.2022 составила 6 986 000 рублей.

Согласно отчету об оценки № 021, составленного ООО «Баймис», рыночная стоимость делового центра, поврежденного пожаром, по состоянию на 28.01.2023 составляет 593 000 рублей.

Полагая, что со стороны работников арендатора были допущены нарушения правил пожарной безопасности, которые привели к пожару в арендованном помещении, предприниматель ФИО1 обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

Оценив представленные доказательства каждое в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующим выводам.

Из положений части 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации следует, что заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном кодексом.

В соответствии со статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации одним из способов защиты гражданских прав является возмещение убытков.

По общему правилу лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (пункт 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если его право не было нарушено (упущенная выгода).

Применительно к обязательственным правоотношениям указанное правило конкретизировано в пункте 1 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации, в силу которого должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. При этом использование кредитором иных способов защиты нарушенных прав, предусмотренных законом или договором, не лишает кредитора, если иное не установлено законом, права требовать от должника возмещения убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства (абзац 2 пункта 1 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» указано, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков. Размер убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. В удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство (причинившем вред); вина такого лица предполагается, пока не доказано обратное.

По смыслу статей 15 и 393 Гражданского кодекса Российской Федерации кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 ГК РФ). При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается. Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков. Вина должника в нарушении обязательства предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства доказывается должником (пункт 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств»).

Таким образом, применение такой меры гражданско-правовой ответственности как возмещение убытков возможно, если доказаны в совокупности следующие условия: факт наступления вреда, его размер, противоправность поведения причинителя вреда, его вина, а также наличие причинно-следственной связи между действиями причинителя вреда и наступившими неблагоприятными последствиями. Недоказанность одного из указанных элементов исключает возможность удовлетворения требования о взыскании убытков (определения Верховного Суда Российской Федерации от 19 января 2016 года N 18-КГ15-237, от 30 мая 2016 года N 41-КГ16-7, постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 12 октября 2015 года N 25-П).

Бремя доказывания по такого рода делам распределяется следующим образом: истец должен доказать наличие убытков, их размер, а также противоправность действий ответчика и причинную связь между этими действиями и возникшими убытками; ответчик в свою очередь вправе представить доказательства в опровержение данных обстоятельств и в подтверждение отсутствия его вины в причинении истцу убытков.

В силу пункта 1 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности. Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства.

Таким образом, взыскание с предпринимателя ущерба в размере стоимости невозвращенного в натуре объекта аренды, утраченного в связи с пожаром, возможно только при совокупности указанных условий.

По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное (пункт 12 постановления Пленума № 25).

Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков (пункт 5 постановления Пленума №7).

Согласно статье 606 Гражданского кодекса Российской Федерации, по договору аренды (имущественного найма) арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование.

Как предусмотрено пунктом 1 статьи 611 Гражданского кодекса Российской Федерации, арендодатель обязан предоставить арендатору имущество в состоянии, соответствующем условиям договора аренды и назначению имущества.

Пунктом 2 статьи 616 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрена обязанность арендатора поддерживать имущество в исправном состоянии.

Из представленных в дело доказательств и пояснений лиц, участвующих в деле, следует, что на момент возникновения пожара в спорном здании по адресу: <...>, в части помещений осуществлялась деятельность круглосуточного продуктового магазина «Уряал», в другой части здания проводились ремонтные работы для открытия кафе.

Согласно схеме пожара (Т. 1 л. д. 94), место ввода электроэнергии в здание находится в северной стороне от окон № 3 и № 4.

В материалы дела представлены материалы об отказе в возбуждении уголовного дела № 75 по факту пожара, произошедшего 08.11.2022 по адресу <...>.

Как указано в постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела № 75 от 07.12.2022, наиболее вероятной причиной пожара явился аварийный режим работы электрооборудования, расположенного в помещении торгового зала магазина «Уряал» между окнами № 3 и № 4 у восточной стены.

Из объяснений продавца магазина «Уряал» ФИО7 от 08.11.2022, полученных старшим дознавателем отдела административной практики и дознания УНДПР ГУ МЧС России по РБ ФИО8 (Т. 1 л. д. 122) следует, что она работала в магазине «Уряал» с 05.11.2022, руководитель магазина – ИП ФИО3. В другой стороне здание располагалось кафе, в котором осуществлялся ремонт, кафе не функционировало. 07.11.2022 в 10.00 утра заступила на смену, около 01.00 08.11.2022 пошла спать и проснулась от звука пожарной сигнализации, выйдя в торговый зал, увидела между холодильниками на полу огонь. Помещение магазина было закрыто, поджог исключен.

Из объяснений предпринимателя ФИО1 от 08.11.2022, полученных старшим дознавателем отдела административной практики и дознания УНДПР ГУ МЧС России по РБ ФИО8 (Т. 1 л. д. 125) следует, что ответчик собиралась расторгнуть договор аренды и передать весь товар в магазине ИП ФИО3 Была проведена ревизия и подготовлен проект договора аренды на ИП ФИО3

Из объяснений предпринимателя ФИО1 от 09.11.2022, полученных старшим дознавателем ОНДПР УНДПР ГУ МЧС России по РБ ФИО9 (Т. 1 л. д. 126-127) следует, что предприниматель ФИО2 устно уведомила о том, что помещениями под кафе пользоваться не будет. В помещении под кафе начал ремонтные работы ИП ФИО10. 08.11.2022 предприниматель ФИО1 планировал заключить договор аренды магазина с ИП ФИО3

Из объяснений предпринимателя ФИО3 от 08.11.2022, полученных старшим дознавателем отдела административной практики и дознания УНДПР ГУ МЧС России по РБ ФИО8 (Т. 1 л. д. 147) следует, что магазин по адресу ул. Гоголя, д. 64/1 был в субаренде с октября 2022 года. С 20.10.2022 всё имущество предпринимателя ФИО2 находилось в распоряжении предпринимателя ФИО3, мебель и товары перешли в собственность. Холодильники с алкогольной продукцией находятся в собственности торговых представителей компаний. В ходе пожара бухгалтерия, документация, договоры поставки, товары, мебель, а также видеозаписи уничтожены. В момент пожара в магазине работала продавец ФИО11, режим работы с 10 часов 00 минут утра и до 10 часов 00 минут следующих суток.

Из объяснений предпринимателя ФИО3 от 14.11.2022, полученных старшим дознавателем ОНДПР УНДПР ГУ МЧС России по РБ ФИО9 (Т. 1 л. д. 148-149) следует, что 20.10.2022 предпринимателем ФИО3 был приобретён готовый бизнес, а ФИО2 после продажи бизнеса намеревалась расторгнуть договор аренды. ФИО3 указал, что договор субаренды не заключался, но фактически ФИО3 осуществлял деятельность в магазине после покупки бизнеса – с 20.10.2022.

В судебном заседании 23.06.2023 в качестве свидетеля допрошена ФИО7.

Свидетель пояснила, что работала продавцом в круглосуточном магазине с момента открытия магазина с 05 октября 2022 года. Заработная плата в виде аванса была выплачена предпринимателем ФИО2 в размере 10 000 рублей наличными средствами. Свидетель пояснила, что примерно за две недели до пожара была проведена ревизия в магазине и проведено собрание с участием продавцов, владельца здания, предпринимателя ФИО2 и новых владельцев магазина ФИО3 Арюны и её мужа, на котором ФИО3 пояснила, что теперь является новым владельцем магазина, заработная плата остаётся прежней как при ФИО2 Свидетель ФИО7 также пояснила, что поставки товаров от торговых представителей принимали Ш-вы сами, расчеты производили из кассы магазина.

В судебном заседании 20.07.2023 в качестве свидетеля допрошена ФИО12.

Свидетель пояснила, что работала продавцом в магазине у предпринимателя ФИО2 Рю, с конца октября начала работать у ФИО3 Арюны. Заработную плату получала в конце смены наличными. Свидетель также пояснила, что при смене владельцев магазина кассовые аппараты не менялись.

В материалах дела также представлен договор купли-продажи готового бизнеса от 20.10.2022 (Т. 1 л. д.153), заключенный между предпринимателем ФИО2 (продавец) и предпринимателем ФИО3 (покупатель), по условиям которого продавец обязуется продать и передать, а покупатель обязуется принять и оплатить, в соответствии с описью, являющейся неотъемлемой частью договора, которая является актом передачи имущества, следующее имущество:

- продовольственные и непродовольственные товары, вино-водочная продукция;

- компьютерная, офисная и бытовая техника, кассовое оборудование,

- кухонное оборудование, мебель, посуда,

- торговое оборудование: холодильные витрины 4 штуки, морозильные лари 4 штуки, вино-водочный стеллаж, торговые стеллажи, торговые прилавки, камеры видеонаблюдения, торговые весы 2 штуки, конфетницы, коробки под фрукты, хлебные лотки, вывеска.

Согласно пункту 2 стоимость имущества составляет 2 000 000 рублей.

Предприниматель ФИО2 в отзыве указывает, что фактически арендные правоотношения между истцом и ответчиком прекратились с 20.10.2022.

Возражая по данному доводу, истец указал, что договор аренды от 22.08.2022 расторгнут сторонами соглашением от 16.01.2023.

Рассмотрев доводы и возражения лиц, участвующих в деле, суд отмечает следующее.

Согласно пункту 1 статьи 655 Гражданского кодекса передача здания или сооружения арендодателем и принятие его арендатором осуществляются по передаточному акту или иному документу о передаче, подписываемому сторонами. Если иное не предусмотрено законом или договором аренды здания или сооружения, обязательство арендодателя передать здание или сооружение арендатору считается исполненным после предоставления его арендатору во владение или пользование и подписания сторонами соответствующего документа о передаче. Уклонение одной из сторон от подписания документа о передаче здания или сооружения на условиях, предусмотренных договором, рассматривается как отказ соответственно арендодателя от исполнения обязанности по передаче имущества, а арендатора от принятия имущества.

При прекращении договора аренды здания или сооружения арендованное здание или сооружение в силу пункта 2 статьи 655 Гражданского кодекса должно быть возвращено арендодателю с соблюдением правил, которые установлены пунктом 1 данной статьи.

Однако обязанность сторон составлять акт возврата арендуемого имущества, предусмотренная пунктом 2 статьи 655 Гражданского кодекса, не свидетельствует о невозможности арендатора иными доказательствами подтверждать фактическое освобождение арендуемого помещения.

Данный вывод изложен в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 04.09.2023 № 307-ЭС23-9843 по делу № А56-10933/2022.

Гражданское законодательство допускает квалификацию обоюдных конклюдентных действий сторон, в качестве выражающих волю на прекращение договора. Подобное понимание существа законодательного регулирования вытекает из установленной гражданским законодательством презумпции разумности и добросовестности участников имущественного оборота.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в частности объяснения по факту пожара, свидетельские показания, договор купли-продажи готового бизнеса от 20.10.2022, суд приходит к выводу о том, что по возникшим с взаимного согласия предпринимателей ФИО1, ФИО2, ФИО3 деловым отношениям письменные документы о прекращении арендных отношений с ФИО2 и возникновении арендных отношений с ФИО3 не составлялись, однако конклюдентные действия указанных лиц свидетельствуют о продаже магазина, как торговой точки, предпринимателю ФИО3 и осуществлении им предпринимательской деятельности в помещении истца (магазин «Уряал») с согласия предпринимателя ФИО1

Таким образом, фактическое осуществление с 20.10.2022 деятельности по продаже товаров в помещении истца ФИО3 (его супругой), как владельцами бизнеса, с согласия предпринимателя ФИО1 свидетельствуют о фактической передаче помещения новому арендатору.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в частности объяснения по факту пожара, свидетельские показания, суд приходит к выводу о том, что на момент пожара 08.11.2022 фактически торговую деятельность в здании, принадлежащем истцу, осуществлял предприниматель ФИО3

Обстоятельства смены арендатора в помещении магазина подтверждены самим истцом и ФИО3, что следует из объяснений, данных в ходе проверки по факту пожара.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что исковые требования о взыскании убытков, причиненных пожаром, удовлетворению не подлежат, ввиду недоказанности факта причинения вреда действиями ответчика.

Государственная пошлина по настоящему делу составляет 54 750 рублей.

Истцом при обращении в суд уплачена государственная пошлина за подачу иска в размере 2 000 рубля на основании платёжного поручения № 6 от 13 10 марта 2023 года, следовательно, суд возлагает на истца обязанность по уплате государственной пошлины в федеральный бюджет в размере 52 750 рублей.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

РЕШИЛ:

в удовлетворении иска отказать.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРН <***>, ИНН <***>) в доход федерального бюджета 52 750 рублей – государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано в Четвертый арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты принятия (изготовления его в полном объеме) через Арбитражный суд Республики Бурятия.

Судья А.О. Коровкина