ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 18АП-4525/2025

г. Челябинск

28 мая 2025 года

Дело № А76-10334/2024

Резолютивная часть постановления объявлена 26 мая 2025 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 28 мая 2025 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Волковой И.В.,

судей Журавлева Ю.А., Матвеевой С.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Горевой Н.С., рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1, ФИО2 на определение Арбитражного суда Челябинской области от 19.03.2025 по делу №А76-10334/2024 о завершении процедуры реализации имущества.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 04.04.2024 возбуждено дело о признании несостоятельными (банкротами) должников - ФИО1 (ИНН <***>) и ФИО2 (ИНН <***>).

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 01.07.2024 (резолютивная часть от 19.06.2024) в отношении ФИО1, ФИО2 введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО3, член Некоммерческого партнерства «Саморегулируемая организация «Гильдия арбитражных управляющих».

Информационное сообщение о введении в отношении должника процедуры реализации имущества опубликовано в официальном издании газеты «Коммерсантъ» №113(7803) от 29.06.2024.

Финансовый управляющий ФИО3 обратился в арбитражный суд с ходатайством о завершении процедуры реализации имущества должников ФИО1, ФИО2.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 19.03.2025 завершена процедура реализации имущества, введенная в отношении должников ФИО1 и ФИО2. Применены к должнику ФИО1 положения пункта 3 ст. 213.28 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» об освобождении от обязательств за исключением обязательств - невнесенной суммы в конкурсную массу в размере 28 307,20 руб., пропорционально между кредиторами: АО «Россельхозбанк» - 7 674,08 руб.; МИФНС России № 32 по Челябинской области - 152,85 руб.; ПАО «Совкомбанк» - 20 480,25 руб. Применены к должнику ФИО2 положения пункта 3 ст. 213.28 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» об освобождении от обязательств.

Не согласившись с принятым судебным актом, должники обратились с апелляционной жалобой, в которой просят отменить определение суда от 19.03.2025 в части неприменения в отношении ФИО1 правил об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств.

В обоснование доводов апелляционной жалобы апеллянты указывают, что в соответствии с Федеральным законом от 28.12.2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» с 05.01.2012 г. ФИО1 бессрочно получает страховую пенсию в размере 9 872,98 руб., с фиксированной выплатой к страховой пенсии по старости в соответствии с частью 1 ст. 16 Федерального закона «О страховых пенсиях» в размере 8 134,88 руб. Суммарный размер страховой пенсии и фиксированной выплаты у ФИО1 составляет 18 007,86 руб. Согласно статье 101 Федерального закона от 02.10.2007 г. № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» данные выплаты не подлежат включению в конкурсную массу должника и обладают исполнительным иммунитетом. Вышеуказанная пенсия является единственным источником дохода ФИО1, сведения о размере и порядке получения пенсии должником не скрывались. С ходатайством об истребовании у должника денежных средств или с заявлением о разрешении разногласий по вопросу выдачи денежных средств финансовый управляющий в суд не обращался. Кроме того, следует отметить, что с учетом размера причитающегося должнику прожиточного минимума за весь период процедуры, разница от полученного должником дохода в виде пенсии существенно не повлияла бы на удовлетворение требований кредиторов. Невнесение ФИО1 в конкурсную массу разницы между размером пенсии и прожиточным минимумом обусловлено тяжелыми сложившимися у должника жизненными обстоятельствами, в связи с преклонным возрастом должника (74 года), в том числе перенесенным инфарктом, невозможностью трудоустроиться, потребностей в лекарственных препаратах, лечении, средств реабилитации. Указанные обстоятельства позволяют сделать вывод об отсутствии каких-либо веских обоснований тому, что при расходовании пенсии на личные нужды ФИО1 действовал исключительно с целью недобросовестного осуществления прав, причинения вреда кредиторам и злостного уклонения от погашения долгов. В данном случае в поведении должника отсутствует цель неправомерного освобождения от долгов.

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.04.2025 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 26.05.2025.

Судом на основании статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отказано в приобщении к материалам дела отзыва на апелляционную жалобу, поступившего от акционерного общества «Российский Сельскохозяйственный банк», так как не представлено доказательств заблаговременного направления в адрес лиц, участвующих в деле (вх.№26807 от 23.05.2025).

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте слушания дела на интернет-сайте суда, в судебное заседание представителей не направили.

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле.

Судебный акт в соответствии с частью 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации пересматривается в рамках доводов апелляционной части в части неприменения к должнику ФИО1 правил о дальнейшем освобождении от исполнения обязательств перед кредиторами на сумму 28 307 руб. 20 коп.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, решением Арбитражного суда Челябинской области от 01.07.2024 (резолютивная часть от 19.06.2024) в отношении ФИО1, ФИО2 введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО3.

В реестр требований кредиторов ФИО1 включены требования кредиторов АО «Россельхозбанк» в размере 177621,95 руб., МИФНС России № 32 по Челябинской области в размере 9303,61 руб., ПАО «Совкомбанк» в размере 483895,63 руб., 2000 руб. – государственная пошлина, в общей сумме 672821,19 руб. Реестр требований кредиторов закрыт – 29.08.2024

В реестр требований кредиторов ФИО2 включены требования в размере 0,00 руб. (заявлений о включении в реестр требований от кредиторов не поступало).

Из материалов дела следует, что финансовым управляющим проведена опись имущества должника, по итогам которой выявлено следующее имущество:

1. Земельный участок КН 74:23:1019001:23, адрес – Челябинская обл., Чебаркульский р-он, <...> земельный участок 7, площадь – 2000 кв.м., вид права – собственность (ФИО1);

2. Здание КН 74:23:1019001:45, адрес – Челябинская обл., Чебаркульский р-он, <...> земельный участок 7, площадь – 73,8 кв.м., вид права – собственность (ФИО1).

Вышеуказанное имущество зарегистрировано в собственности у ФИО1, не включалось в конкурсную массу на основании статьи 446 ГПК РФ, так как данное жилье для должника является единственным.

За ФИО2 какого-либо имущества не зарегистрировано. Иного имущества не выявлено.

Должники трудовую деятельность не осуществляют, являются пенсионерами.

Согласно ответу ПФР ФИО1 является получателем страховой пенсии по старости. Размер пенсии в июне 2024 года составил 18 007,86 руб. Согласно ответу ПФР ФИО2 является получателем страховой пенсии по старости. Размер пенсии в июне 2024 года составил 14 801,35 руб. Пенсию получают наличными.

Согласно расчету, проведенному финансовым управляющим, долг должников в конкурсную массу составил: ФИО1 - доход должника в процедуре: 108047,2 руб., сумма прожиточного минимума, исключенная из конкурсной массы - 79 740,00 руб., долг в конкурсную массу - 28 307,20 руб.; ФИО2 - доход должника в процедуре – 88 808,1 руб., сумма прожиточного минимума, исключенная из конкурсной массы - 79 740,00 руб., долг в конкурсную массу - 9 068,10 руб.

В адрес финансового управляющего поступил ответ должников о невозможности внесения денежных средств, в связи с тяжелой жизненной ситуацией.

Погашение требований кредиторов должника по итогам проведения процедуры банкротства не производилось.

Расходы на проведение процедуры банкротства составили 17 185,44 руб.

Судом первой инстанции установлено, что финансовый управляющий ФИО3 предпринимал действия, направленные на выявление имущества должников ФИО1, ФИО2, в том числе, обращался в регистрирующие органы с соответствующими заявлениями.

Доказательств, свидетельствующих о наличии или возможном выявлении другого имущества должников, пополнении конкурсной массы и дальнейшей реализации имущества в целях проведения расчетов с кредиторами в деле не имеется.

Из выводов анализа финансового состояния следует, что возможность восстановления платежеспособности должников отсутствует. Признаки фиктивного или преднамеренного банкротства финансовым управляющим не выявлены.

Финансовый управляющий в своем ходатайстве о завершении процедуры реализации имущества просил применить к должнику ФИО1 положения пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве об освобождении гражданина от обязательств, кроме невнесенной суммы в конкурсную массу в размере 28 307,20 руб., пропорционально между кредиторами: АО «Россельхозбанк» - 7 674,08 руб.; МИФНС России № 32 по Челябинской области - 152,85 руб.; ПАО «Совкомбанк» - 20 480,25 руб., просил применить к должнику ФИО2 положения пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве об освобождении гражданина от обязательств.

Суд первой инстанции, посчитав, что все мероприятия, необходимые для завершения процедуры реализации имущества гражданина в отношении должников финансовым управляющим выполнены, завершил процедуру реализации.

Оснований для освобождения должника – ФИО1 от обязательств перед кредиторами на сумму 28 307,20 руб. суд не усмотрел, поскольку данные денежные средства превышали сумму прожиточного минимума от получаемого дохода должника (пенсии по старости) и не внесены в конкурсную массу для погашения требований кредиторов.

Арбитражный суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев дело в порядке статей 268, 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исследовав имеющиеся в деле доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, усматривает основания для изменения судебного акта в обжалуемой части.

В соответствии с частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пунктом 1 статьи 32 Закона о банкротстве, дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В силу пункта 1 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд отчет о результатах реализации имущества гражданина с приложением копий документов, подтверждающих продажу имущества гражданина и погашение требований кредиторов, а также реестр требований кредиторов с указанием размера погашенных требований кредиторов.

По итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина (пункт 2 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

В соответствии с частью 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина (далее - освобождение гражданина от обязательств).

Освобождение гражданина от обязательств не распространяется на требования кредиторов, предусмотренные пунктами 4 и 5 настоящей статьи, а также на требования, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина.

Согласно пункту 9 статьи 142 Закона о банкротстве, требования кредиторов, не удовлетворенные по причине недостаточности имущества должника, считаются погашенными.

Согласно части 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если:

вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина;

гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина;

доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

В этих случаях арбитражный суд в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств либо выносит определение о неприменении в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств, если эти случаи выявлены после завершения реализации имущества гражданина.

В соответствии с частью 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве требования кредиторов по текущим платежам, о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, о выплате заработной платы и выходного пособия, о возмещении морального вреда, о взыскании алиментов, а также иные требования, неразрывно связанные с личностью кредитора, в том числе требования, не заявленные при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина, сохраняют силу и могут быть предъявлены после окончания производства по делу о банкротстве гражданина в непогашенной их части в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

После завершения реализации имущества гражданина на неудовлетворенные требования кредиторов, предусмотренные настоящим пунктом и включенные в реестр требований кредиторов, арбитражный суд в установленном законодательством Российской Федерации порядке выдает исполнительные листы.

Как разъяснено в пункте 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», согласно абзацу четвертому пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе совершил действия, указанные в этом абзаце. Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах.

Таким образом, основания для отказа в освобождении гражданина от долгов установлены законодательством.

Как следует из материалов дела, должник не трудоустроен, является получателем страховой пенсии по старости, размер которой составляет 18 007, 86 руб., выплата производится через организацию почтовой связи.

Финансовый управляющий указал на недобросовестное поведение должника, выразившееся в действиях (бездействии), которые отрицательно повлияли на возможность частичного удовлетворения требований кредиторов, погашение текущих расходов по делу, а именно должник не перечислял финансовому управляющему денежные средства, составляющие конкурсную массу должника в настоящем деле, а именно разницу с установленного размера пенсии и выплат должнику и положенного должнику прожиточного минимума, размер которых составил бы 28 307,20 руб.

Суд не установил оснований для освобождения должника ФИО1 от долгов в части суммы 28 307 руб. 20 коп., поскольку должник с 01.07.2024 по ноябрь 2024 года получал пенсию по старости (18 007 руб. 86 коп. – ежемесячно), а минимальный размер оплаты труда в данный период в Челябинской области составлял 13 290 руб. в месяц, в связи с чем, должник должен был каждый месяц перечислять в конкурсную массу разницу между пенсией и минимальным размером оплаты труда, но этого не делал, в результате чего, конкурсная масса недополучила 28 307 руб. 20 коп., из чего следует, что должник скрыл свой доход в процедуре банкротства.

Между тем, не освобождая должника от долгов, суд не учел следующее.

По общему правилу, ординарным способом прекращения гражданско-правовых обязательств является их надлежащее исполнение (пункт 1 статьи 408 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При применении процедуры банкротства завершение расчетов с кредиторами влечет освобождение гражданина-банкрота от дальнейшего исполнения требований кредиторов и, как следствие, от их последующих правопритязаний (пункт 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве), что позволяет такому гражданину выйти законным путем из создавшейся финансовой ситуации и вернуться к нормальной экономической жизни без долгов.

Такой подход к регулированию потребительского банкротства ставит основной его целью социальную реабилитацию гражданина.

Между тем, поскольку институт банкротства - это крайний, экстраординарный способ освобождения от долгов, так как в результате его применения могут в значительной степени ущемляться права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им, названная цель ориентирована исключительно на добросовестного гражданина, призвана к достижению компромисса между должником, обязанным и стремящимся исполнять свои обязательства, но испытывающим в этом объективные затруднения, и его кредиторами, а не способом необоснованного ухода от ответственности и прекращения долговых обязательств.

Реабилитационная цель института банкротства граждан должна защищаться механизмами, исключающими недобросовестное поведение граждан.

В пункте 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее – постановление Пленума № 45) разъяснено, что целью пункта 3 статьи 213.4, пункта 6 статьи 213.5, пункта 9 статьи 213.9, пункта 2 статьи 213.13, пункта 4 статьи 213.28, статьи 213.29 Закона о банкротстве в их системном толковании является обеспечение добросовестного сотрудничества должника с судом, управляющим и кредиторами; эти нормы направлены на недопущение сокрытия должником обстоятельств, которые могут отрицательно повлиять на максимально полное удовлетворение требований кредиторов, затруднить разрешение судом вопросов, возникающих в деле о банкротстве, или иначе воспрепятствовать рассмотрению дела, а, если должник обязан представить документы в суд (управляющему), суды при рассмотрении вопроса о добросовестности поведения должника должны учитывать наличие документов в распоряжении гражданина и возможность их получения (восстановления), а, если при рассмотрении дела о банкротстве будет установлено, что должник не представил необходимые сведения суду (управляющему) при имеющейся у него возможности (представил заведомо недостоверные сведения), это может повлечь неосвобождение должника от обязательств (абзац 3 пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

Названные в Законе о банкротстве обстоятельства, препятствующие освобождению гражданина от дальнейшего исполнения обязательств (пункты 4, 5 статьи 213.28 Закона о банкротстве), все без исключения связаны с наличием в поведении должника той или иной формы недобросовестности.

По смыслу пунктов 1 и 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом суд должен установить, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей).

Проверка добросовестности осуществляется как при наличии обоснованного заявления стороны спора, так и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если другие стороны на них не ссылались. При установлении недобросовестности одной из сторон суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения применяет меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (абзацы 4 - 5 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Согласно абзацу 4 пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, освобождение гражданина от исполнения обязательств не допускается, в частности, если он злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, что может быть установлено в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах (пункт 45 постановления Пленума № 45).

Злостное уклонение от погашения долга выражается в стойком умышленном нежелании должника исполнять обязательство при наличии возможности, которое обычно не ограничивается простым бездействием; как правило, поведение должника активно, он продолжительное время совершает намеренные действия для достижения своей противоправной цели. Злостное уклонение следует отграничивать от непогашения долга вследствие отсутствия возможности, нерационального ведения домашнего хозяйства или стечения жизненных обстоятельств. Признаки злостности уклонения обнаруживаются, помимо прочего, в том, что должник: умышленно скрывает действительные доходы или имущество, на которые может быть обращено взыскание; совершает в отношении этого имущества незаконные действия, в том числе мнимые сделки (статья 170 Гражданского кодекса Российской Федерации), с тем, чтобы не производить расчеты с кредитором; изменяет место жительства или имя, не извещая об этом кредитора; противодействует судебному приставу-исполнителю или финансовому управляющему в исполнении обязанностей по формированию имущественной массы, подлежащей описи, реализации и направлению на погашение задолженности по обязательству; несмотря на требования кредитора о погашении долга ведет явно роскошный образ жизни.

По смыслу абзаца 4 пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, неудовлетворение требования кредитора, даже длительное, не может квалифицироваться как злостное уклонение от погашения долгов.

Исходя из задач арбитражного судопроизводства (статья 2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), целей реабилитационных процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина и последствий признания гражданина банкротом (абзац 17, 18 статьи 2 и статья 213.30 Закона о банкротстве), а также с учетом вышеизложенных разъяснений постановления Пленума № 45, в процедуре банкротства граждан, с одной стороны, добросовестным должникам предоставляется возможность освободиться от чрезмерной задолженности, не возлагая на должника большего бремени, чем он реально может погасить, а с другой стороны, у кредиторов должна быть возможность удовлетворения их интересов, препятствуя стимулированию недобросовестного поведения граждан, направленного на получение излишних кредитов без цели их погашения в надежде на предоставление возможности полного освобождения от задолженности посредством банкротства.

Таким образом, отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения обязательств перед кредиторами.

При распределении бремени доказывания по вопросу об установлении наличия либо отсутствия обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, необходимо исходить из презумпции добросовестности и добропорядочности гражданина до тех пор, пока не установлено обратное (пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). Эта презумпция, исходя из своего содержания, влияет на распределение обязанности по доказыванию и управляющий, кредиторы должны доказать наличие оснований для неосвобождения должника от обязательств, и, несмотря на действие указанной выше презумпции, должник вправе представлять свои доказательства, обосновывающие его добросовестное поведение при ведении процедуры банкротства. Кроме того, при определении добросовестности поведения должника суду следует принимать во внимание и причину, в результате которой возникла его неплатежеспособность.

Как следует из материалов дела и установлено судом, основания для неосвобождения ФИО1 от исполнения всех обязательств перед кредиторами в данном случае отсутствуют, поскольку из материалов дела не усматриваются факты недобросовестного поведения должника, в том числе в части злоупотребления правом при заключении кредитных договоров и получения заемных средств, уклонения от сотрудничества с управляющим, при этом последним наличие подозрительных сделок должника не установлено.

Судом также установлено, что обязательства должника им погашались, а финансовое неблагополучие и прекращение исполнения обязательств наступило по независящим от должника обстоятельствам по причине ухудшения здоровья должника, и материалами дела подтверждено, что должнику 74 года, перенес инфаркт, денежные средства требовались для покупки дорогостоящих лекарственных препаратов, следовательно, ФИО1 не осуществлял трудовую деятельность ввиду существенного ухудшения состояния здоровья, а кредитные договоры заключались должником в 2020-2022 гг., то есть до ухудшения здоровья, никаких доказательств сокрытия информации должником или предоставления заведомо недостоверной информации в целях получения кредита, заведомо не имея цели его погасить, не имеется, а само по себе принятие должником обязательств в значительном размере, в том числе превышающем стоимость его имущества, не исключает применения к нему правил об освобождении от долгов.

На основании изложенного, суд первой инстанции установил, что длительное невыполнение должником обязательств перед кредиторами не связано с умышленным уклонением от погашения долгов, и доказательств иного, указывающих на неправомерность действий должника, не имеется, а само по себе отсутствие достаточного дохода для погашения кредита не говорит о недобросовестности должника, при том, что должник ни к какой ответственности не привлекался, недостоверных сведений управляющему (кредиторам) не сообщал, доказательства уклонения должника от представления в суд документов и сообщения суду недостоверных сведений отсутствуют, фактов недобросовестного поведения должника, в том числе в части злоупотребления правом при заключении кредитных договоров, не имеется, от сотрудничества с управляющим должник не уклонялся, подозрительных сделок не заключал, финансовое неблагополучие должника и прекращение исполнения обязательств наступили по независящим от должника причинам (болезнь должника).

В то же время, установив все вышеназванные обстоятельства, свидетельствующие об отсутствии недобросовестности в действиях должника и о том, что должник не представлял управляющему, кредиторам и суду недостоверную информацию, не скрывал никаких сведений, суд не освободил должника от исполнения обязательств в размере 28 307 руб. 20 коп., так как должник не перечислил в конкурсную массу разницу между размером его пенсии по старости и минимальным размером оплаты труда.

Между тем, как следует из материалов дела, должник свои доходы не скрывал, а все его доходы составляла пенсия по старости (должнику 74 года) в размере 18 007 руб. 86 коп. ежемесячно, и соответствующие сведения были предоставлены управляющему, кредиторам и суду, а разница между размером названной пенсии должника и величиной прожиточного минимума в Челябинской области в 2024 году составляла 4 717 руб. 86 коп., из чего следует, что речь в данном случае идет о незначительных суммах, при этом никакого сокрытия своих доходов должник не производил, никаких незаконных действий в отношении получаемой им пенсии по старости не производил, и, при расходовании на личные нужды ежемесячно своей пенсии в полном размере должник действовал не с целью недобросовестного осуществления прав, причинения вреда кредиторам и злостного уклонения от погашения долгов, при наличии у него такой возможности, а не производил перечисление соответствующих денежных средств в конкурсную массу, в связи с отсутствием у него соответствующей возможности, так как вся пенсия в полном размере (18 007 руб. 86 коп.) расходовалась должником на поддержание жизни и здоровья (питание, лечение и т.п.), поскольку, как установлено судом, в связи с неблагоприятным стечением жизненных обстоятельств (болезнь, отсутствие работы), должник для обеспечения своего нормального существования вынужден был всю пенсию в полном размере расходовать на личные нужды, и недобросовестность, злоупотребление правом в названных действиях должника отсутствуют, при этом управляющий не разъяснил должнику наличие у него права на исключение из конкурсной массы денежных средств, в частности, необходимых на оплату лечения, а сам должник, в силу возраста и отсутствия соответствующих знаний, данное право не реализовал, что не может свидетельствовать о злоупотреблении правом и недобросовестном поведении в ущерб конкурсной массе, и злостное уклонение от погашения задолженности при изложенных установленных судом обстоятельствах очевидно отсутствует.

Применительно к обстоятельствам настоящего дела о банкротстве установленные судом обстоятельства не свидетельствуют об очевидном и явном отклонении действий должника как участника гражданского оборота от добросовестного поведения, доказательства наличия предусмотренных законом обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, в том числе наличия в его действиях признаков злостного уклонения от погашения долгов, отсутствуют, и обратное не доказано.

Таким образом, в результате неправильного применения судом пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве и несоответствия выводов суда установленным им обстоятельствам дела, суд пришел к необоснованному выводу о наличии в данном случае оснований для неприменения в отношении ФИО1 правил пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве об освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов.

В связи с этим, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о возможности применения в отношении должника правила об освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов.

Доводы апелляционной жалобы в части неприменения правил об освобождении от исполнения обязательств судом апелляционной инстанции признаются обоснованными, обжалуемое определение в указанной части следует изменить, в связи с несоответствием выводов, изложенных в нем, обстоятельствам дела и неправильным применением норм материального права (пункты 3, 4 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 176, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 19.03.2025 по делу №А76-10334/2024 изменить в обжалуемой части, апелляционную жалобу ФИО1, ФИО2 удовлетворить.

Применить в отношении ФИО1 положения пункта 3 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» об освобождении от исполнения обязательств невнесенной суммы в конкурсную массу в размере 28 307,20 руб.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий судьяИ.В. Волкова

Судьи:Ю.А. Журавлев

С.В. Матвеева