ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Староникитская ул., 1, <...>, тел.: <***>, факс <***>

e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тула

Дело № А68-1973/2023

20АП-3630/2025

Резолютивная часть постановления объявлена 30.09.2025

Постановление в полном объеме изготовлено 10.10.2025

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Волковой Ю.А. судей Волошиной Н.А. и Мордасова Е.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Пантелеевой А.А., при участии в судебном заседании представителя ФИО1 – ФИО2 (паспорт, доверенность от 01.03.2024), при участии в судебном заседании с использованием информационной системы «Картотека арбитражных дел»: представителя конкурсного управляющего ПАО «М2М ПрайвестБанк» в лице государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» - ФИО3 (доверенность от 26.03.2025), в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу публичного акционерного общества «М2М Прайвет Банк» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в лице конкурсного управляющего государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» на определение Арбитражного суда Тульской области от 24.06.2025 по делу № А68-1973/2023, вынесенное по заявлению финансового управляющего имуществом ФИО1 ФИО4 к ФИО5 о признании недействительным договора от 24.06.2014 купли-продажи квартиры с кадастровым номером 71:20:011105:307, общей площадью 44,6 кв.м, расположенной по адресу: <...>, и применении последствий недействительности сделки, в рамках дела о банкротстве ФИО1 ( ИНН <***>, СНИЛС <***>), возбужденного по заявлению ГК «АСВ»,

УСТАНОВИЛ:

20.02.2023 в Арбитражный суд Тульской области поступило заявление Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов (далее – ГК «АСВ», заявитель) к гражданину ФИО1 (далее ФИО1, должник) о признании несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 28.02.2023 заявление кредитора принято к производству, возбуждено производство по делу о банкротстве.

Определением суда от 15.05.2023 заявление Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» (ИНН <***>, ОГРН <***>) к гражданину ФИО1 (<***>, СНИЛС <***>) признано обоснованным в отношении должника судом введена процедура реструктуризации долгов сроком на четыре месяца до 15.09.2023. Финансовым управляющим утвержден ФИО4.

Сообщение о введении процедуры реструктуризации долгов в отношении должника опубликовано в газете «Коммерсантъ» №88(7533) от 20.05.2023.

Решением Арбитражного суда Тульской области от 18.09.2023 ФИО1 (ИНН <***>, СНИЛС <***>) признана несостоятельным (банкротом), в отношении нее введена процедура реализации имущества гражданина сроком на шесть месяцев. Финансовым управляющим утвержден ФИО4.

Сообщение о признании должника банкротом и введении процедуры реализации имущества опубликовано в газете «Коммерсантъ» №182(7627) от 30.09.2023.

03.07.2024 от финансового управляющего должника поступило заявление о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки, в котором он просил:

1. Признать недействительной сделку от 09.07.2014 по отчуждению ФИО1 недвижимого имущества – квартиры, кадастровый номер 71:20:011105:307, общей площадью 44.6 кв.м., расположенная по адресу: Тульская область, <...>.

2. Применить последствия недействительности сделки в виде возврата квартиры, кадастровый номер 71:20:011105:307, общей площадью 44.6 кв.м., расположенная по адресу: Тульская область, <...> в собственность ФИО1.

Определением Арбитражного суда Тульской области от 24.06.2025 по делу № А68-1973/2023 заявление финансового управляющего ФИО1 (ИНН <***>) ФИО4 о признании недействительной сделки должника и применении последствий недействительности оставлено без удовлетворения.

Не согласившись с принятым судебным актом, ПАО «М2М Прайвет Банк» в лице конкурсного управляющего государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» обратилось с апелляционной жалобой в Двадцатый арбитражный апелляционный суд, в которой просило отменить определение, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.

В апелляционной жалобе заявитель указал, что в материалах дела отсутствуют доказательства оплаты квартиры, финансовая возможность покупки квартиры ФИО5 у ФИО1 не подтверждена, доказательства дальнейшего расходования денежных средств, полученных по сделке, не представлено.

Заявитель жалобы обратил внимание на то, что в результате совершения оспариваемой сделки у ФИО1 не осталось ликвидного имущества, стоимость которого достаточна для погашения всех требований кредиторов.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего ПАО «М2М ПрайвестБанк» в лице государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» поддержал апелляционную жалобу, определение суда первой инстанции просил отменить.

Представитель ФИО1 просил апелляционную жалобу оставить без удовлетворения, определение суда первой инстанции – без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, представителей в судебное заседание не направили.

В соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) жалоба рассмотрена в отсутствие иных неявившихся участников арбитражного процесса, их представителей, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания.

Обжалуемый судебный акт проверен судом апелляционной инстанции в порядке статей 266, 268 АПК РФ в пределах доводов жалобы.

Изучив материалы дела и доводы жалобы, Двадцатый арбитражный апелляционный суд считает, что определение суда первой инстанции не подлежит отмене по следующим основаниям.

В силу части 1 статьи 223 АПК РФ и пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее по тексту - Закон о банкротстве) дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Федеральным законом.

По пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве, отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I-VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

В соответствии со статьей 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина.

Заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона основаниям подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве гражданина, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве гражданина независимо от состава лиц, участвующих в данной сделке.

Согласно статье 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Согласно разъяснениям, изложенным в подпункте 1 пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением Главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление № 63), по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут быть оспорены действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, в обоснование заявленных требований финансовый управляющий указывал, что 24.06.2014 между должником ФИО1 и ФИО5 заключен договор купли-продажи квартиры, кадастровый номер 71:20:011105:307, общей площадью 44.6 кв.м., расположенной по адресу: Тульская область, <...>. Стоимость имущества определена в размере 450 000 руб.

Государственная регистрация перехода права собственности осуществлена 09.07.2014.

Вместе с тем, с учетом представленных финансовым управляющим выписок из ЕГРН, а также запрошенной судом первой инстанции копии регистрационного дела в отношении квартиры с кадастровым номером 71:20:011105:307, судом области установлено, что фактически финансовым управляющим оспаривается сделка в отношении квартиры, кадастровый номер 71:20:011105:307, общей площадью 44.6 кв.м., расположенной по адресу: Тульская область, <...>.

В качестве нормативно-правового обоснования заявленных требований финансовый управляющий ссылался на общегражданские нормы, регламентированные статьями 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) о признании недействительной сделки, при которой допущено злоупотребление правом. Указывает, на фиктивный характер сделки по отчуждению квартиры и противоправные цели должника, заключающиеся в стремлении вывода своего имущества из-под взыскания в целях причинения вреда кредиторам, а также в наличии признаков неплатежеспособности должника начиная с 2012 года.

Проверка соответствия правоотношений, складывающихся между должником и третьими лицами, требованиям гражданского оборота с точки зрения статьи 61.2 Закона о банкротстве и разъяснений, данных в постановлении Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», предполагает, что на объем подлежащих установлению обстоятельств значительное влияние оказывает период, в котором совершена спорная сделка.

В данном случае, как установлено судом первой инстанции, государственная регистрация прекращения права собственности на спорное недвижимое имущество произведена 09.07.2014, более чем за три года до возбуждения дела о банкротстве (28.02.2023), т.е. за периодом подозрительности, установленным статьей 61.2 Закона о банкротстве.

Наличие специальных оснований оспаривания сделок по правилам статьи 61.2 Закона о банкротстве само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как недействительную на основании статей 10 и 168 ГК РФ (пункт 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», пункт 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»).

В названных разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок и сделок с предпочтением (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11, определения Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034, от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061, от 17.12.2018 № 309-ЭС18-14765, от 24.10.2017 № 305-ЭС17-4886 (1), от 29.01.2020 № 308-ЭС19-18779 (1,2)), от 09.03.2021 № 307-ЭС19-20020(8,10), от 21.10.2021 № 305-ЭС18-18386(3)).

Закрепленные в статье 61.2 Закона о банкротстве положения о недействительности сделок, направленные на пресечение возможности извлечения преимуществ из недобросовестного поведения, причиняющего вред кредиторам должника, обладают приоритетом над нормами статьи 10 ГК РФ исходя из общеправового принципа «специальный закон вытесняет общий закон», определяющего критерий выбора в случае конкуренции общей и специальной норм, регулирующих одни и те же общественные отношения (определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2022 № 304-ЭС17-18149(10-14)).

Для квалификации сделки как ничтожной необходимо выявление нарушений, выходящих за пределы диспозиции части 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В обоснование таких нарушений, финансовый управляющий указывал на следующие обстоятельства.

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда города Москвы от 22.04.2022 по делу № А40-185113/16-124-313Б установлено, что ФИО1 исполняла обязанности руководителя ЗАО «ПАССИМ» в период с 20.01.2010 по 14.05.2013.

В период руководства ФИО1 совершено заключение от имени ЗАО «ПАССИМ» 24.12.2012 сделки по отчуждению в пользу ООО «ИСК «ЭЕБИЭМ»-Мособлстрой» принадлежавших ЗАО «ПАССИМ» 12 объектов недвижимости кадастровой стоимостью более 52 млн. руб., которая впоследствии вступившим в законную силу определением Арбитражного суда г. Москвы от 13.04.2021 была признана недействительной на основании статей 10, 168 ГК РФ.

Судом признаны обоснованными доводы о наличии у спорной сделки признаков злоупотребления правом со стороны как ЗАО «ПАССИМ», так и ООО «ИСК «ЭНБИЭММособлстрой», в связи с отсутствием намерения у сторон по возмездному исполнению сделки, а равно доводы заявителя о том, что акт приема-передачи векселей фактически является ничтожной сделкой, прикрывающей оплату имущества.

В свою очередь совершение указанных сделок по выводу имущества ЗАО «ПАССИМ» явилось причиной привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности. Следовательно, начиная с 24.12.2012, у ФИО1 возникли обязательства перед ЗАО «ПАССИМ» по возмещению вреда, причиненного совершением сделки по отчуждению имущества.

Таким образом, на момент совершения спорной сделки (09.07.2014) должник не мог не осознавать значительную вероятность того, что к нему будут применены санкции в виде взыскания убытков в пользу ЗАО «ПАССИМ» либо привлечения к субсидиарной ответственности по долгам организации

Финансовый управляющий также указывал, расчеты за отчуждение квартиры, принадлежавшей должнику, не подтверждены документально. Движение денежных средств не прослеживается по банковским выпискам должника, каких-либо крупных покупок после отчуждения квартиры должником не совершалось. Финансовый управляющий также отметил, что вырученные от спорной сделки денежные средства не были направлены на погашение обязательств перед ЗАО «ПАССИМ» и до настоящего времени такие обязательства не погашены. Перечисленные обстоятельства указывают на фиктивный характер сделки по отчуждению квартиры и противоправные цели должника, заключающиеся в стремлении вывода своего имущества из-под взыскания в целях причинения вреда кредиторам, а также в наличии признаков неплатежеспособности должника начиная с 2012 года.

В обстоятельствах данного спора вопрос правильности квалификации оспариваемых пороков связан с существенным различием в ретроспективном периоде глубины проверки сделки, не имеющем ограничений в общих положениях гражданского законодательства (речь идет не об исковой давности, а о периоде, за который могут быть оспорены сделки лица) и существенно ограниченным Законом о банкротстве.

Так, с целью обеспечения важных практических задач: правовой определенности и стабильности гражданского оборота, выработка механизмов оспаривания сделок должника определила необходимость обязательного установления максимального периода (глубина проверки), за который у суда имеется объективная возможность установить и проверить обстоятельства, по которым оспаривается совершенная должником сделка, а также в который у сторон сделки имеется реально просматриваемая картина экономического состояния должника для формирования целей заключения сделок с ним. Максимальный период, за который могут подвергаться проверке оспариваемые в делах о банкротстве сделки, составляет три года до возбуждения в отношении должника дела о банкротстве.

Отсутствие разумного периода подозрительности для сделок в делах о банкротстве означало бы возможность оспаривания любой сделки должника когда-либо совершенной (как то позволяют общие нормы о недействительности сделок), без учета отдаленности наступления последствий неплатежеспособности и причинно-следственной связи между фактом совершения сделки и причиненного ей вреда кредиторам должника впоследствии. Оспаривание сделки должника, совершенной более чем за три года до возбуждения дела о банкротстве, минимизирует возможности проверки реальности взаиморасчетов по ним с учетом ограниченности сроков хранения документов, устаревания обстоятельств и последствий, наступивших от оспариваемой сделки, а также затруднительности возвращения сторон сделки в первоначальное положение (что само по себе нивелирует смысл оспаривание сделки).

Как установлено судом первой инстанции, согласно материалам регистрационного дела в отношении спорной квартиры, 25.02.2014 ФИО1 выдана доверенность на имя ФИО6 на продажу за цену и на условиях по своему усмотрению принадлежащей ей 2-комнатной квартиры, назначение: объекты жилого комплекса, общая площадь 44,6 кв.м, этаж 1, адрес объекта: <...> с правом подписывать договор купли-продажи указанного имущества.

24.06.2014 между ФИО6, действующим от имени ФИО1 на основании доверенности от 25.02.2014 (продавец) и ФИО5(покупатель) заключен оспариваемый договор купли-продажи.

Согласно пункту 3 договора квартира продана за 450 000 руб., которые продавец получил от покупателя для передачи ФИО1 полностью наличными до подписания настоящего договора.

Согласно пояснениям представителя должника, а также сына должника ФИО7, ФИО1 в спорной квартире не проживала, целью ее реализации была помощь сыну в погашении его задолженности, денежные средства по сделке были переданы ФИО8, каких-либо документов с учетом даты сделки в настоящее время не сохранилось.

С учетом даты оспариваемой сделки, 09.07.2014, суд первой инстанции верно указал на нецелесообразность направления запросов в регистрирующие органы для подтверждения финансовой возможности ответчика, поскольку сроки хранения документов к настоящему времени истекли.

Однако судом области верно принято во внимание, что сторонами оспариваемой сделки являются физические лица, для которых проведение расчетов с использованием наличных денежных средств является обычной практикой.

Кроме того, судом области также учтено, что на момент совершения оспариваемой сделки у должника отсутствовали кредиторы, а предполагать, что спустя 7 лет будет оспорена сделка юридического лица, в котором должник была руководителем и последующее привлечение ее к субсидиарной ответственности, как руководителя общества, не было оснований ни у должника ФИО1, ни у покупателя ФИО5

Доказательства, свидетельствующие о том, что ФИО5 является заинтересованным лицом по отношению к должнику, применительно к положениям статьи 19 Закона о банкротстве, в материалах дела также отсутствуют.

Кроме того, не доказан мнимый характер сделки: сведения о том, что должник продолжал пользоваться спорным имуществом и нести бремя его содержания после заключения оспариваемой сделки, а также иные доказательства, свидетельствующие о том, что сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, в материалах дела отсутствуют; судом также установлен реальный характер оспариваемой сделки, принимая во внимание факт передачи имущества покупателю и регистрацию за последним права собственности.

Совокупность установленных по результатам рассмотрения обособленного спора обстоятельств обусловила вывод суда об отсутствии оснований для применения к спорным правоотношениям положений статьи 10 ГК РФ, поскольку заявителем не доказано наличие у сделок пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительных сделок, как не представлены доказательства совершения сделки с целью прикрыть другую сделку, а также умысел на совершение сделки для вида, без придания ей правовых последствий.

Правовая позиция финансового управляющего по существу сводится к тому, что целью совершения оспариваемой сделки являлся вывод активов в целях причинения вреда кредиторам. Направленность сделки на причинение вреда имущественным правам кредиторов должника является основанием для признания соответствующей сделки недействительной по специальным правилам, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у всех участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

В рассматриваемом случае заявитель не указал, чем в условиях конкуренции норм о недействительности сделок, выявленные нарушения выходили за пределы диспозиции части 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Следовательно, даже при доказанности всех признаков, на которых настаивал финансовый управляющий, суд первой инстанции верно указал, что отсутствуют основания для выхода за пределы пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а для квалификации правонарушения по данной норме отсутствует как минимум один из обязательных признаков - трехлетний период подозрительности.

Принимая во внимание ограничение в действующем законодательстве периода, за который совершенные должником сделки могут быть оспорены по специальным основаниям (период подозрительности), признание недействительной сделки, совершенной ранее трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом не соответствует общему смыслу положений гражданского законодательства о давности оспаривания сделок, что согласуется с позицией, изложенной в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 13.05.2016 № 301-ЭС15-8532 и от 14.10.2020 № 303-ЭС20-14742.

Поскольку основания для признания сделок недействительными отсутствуют, суд первой инстанции правомерно отказал в применении последствий недействительности.

Согласно доводам апелляционной жалобы, в обоснование недействительности договора от 09.07.2014 как совершенного со злоупотреблением правом финансовый управляющий указал на его заключение с заинтересованным лицом, на направленность сделки на вывод ликвидного имущества, за счет которого могли быть удовлетворены требования кредиторов, то есть на причинение вреда кредиторам.

Вопреки доводам подателя жалобы, обстоятельства, положенные в обоснование заявления о признании сделки недействительной, в частности, цель причинения вреда кредиторам (кредитору) и реализация этой цели посредством совершения убыточной для должника сделки в пользу заинтересованного лица, полностью охватываются диспозицией специальной нормы пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, при этом какие-либо обстоятельства совершения сделки, выходящие за рамки признаков подозрительной сделки, финансовым управляющим и кредитором не указаны.

Суд не усмотрел оснований для признания сделки недействительной по признакам статей 10, 168 ГК РФ.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные в рамках статьи 10 ГК РФ, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Суд первой инстанции, исследовав представленные в материалы дела документы, пришел к выводу, что доказательств, подтверждающих, что при совершении сделки стороны действовали исключительно с намерением причинить вред кредиторам либо злоупотребили правом в иных формах, в материалы дела не представлено.

Суд также принял во внимание отсутствие в материалах дела доказательств родственных связей ответчика и должника, при этом факты родства стороны оспариваемой сделки не подтверждают.

Таким образом, исследовав представленные сторонами доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ в совокупности и взаимной связи, суд пришел к верному выводу об отсутствии оснований для признания оспариваемого договора недействительным.

Судом апелляционной инстанции принято во внимание, что в материалах обособленного спора отсутствуют какие-либо доказательства, подтверждающие, что стороны сделки действовали исключительно с намерением причинить вред кредиторам либо злоупотребили правами в иных формах, при этом доказательств, безусловно свидетельствующих о наличии признаков заинтересованности должника и ответчика, необходимости в связи с этим применять к ответчику повышенный стандарт доказывания, не представлено.

Доводы апелляционной жалобы о том, что представленные доказательства не являются достаточными, подтверждающими фактическую передачу денежных средств и финансовую возможность произвести оплату по договору, отклоняются судом апелляционной инстанции как противоречащие обстоятельствам, установленным судом первой инстанции на основании оценки совокупности представленных в дело доказательств.

По мнению суда апелляционной инстанции, выводы суда первой инстанции соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в материалах обособленного спора доказательствам.

В целом доводы, изложенные в апелляционной жалобе направлены на переоценку исследованных доказательств и выводов суда при отсутствии к тому правовых оснований, в связи с чем, признаются апелляционной коллегией несостоятельными и не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта, т.к. не свидетельствуют о неправильном применении арбитражным судом области норм материального или процессуального права.

Иных убедительных доводов, основанных на доказательствах и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, апелляционная жалоба не содержит.

Поскольку суд первой инстанции правильно применил нормы материального права и не допустил нарушения норм процессуального права, в том числе влекущих по правилам части 4 статьи 270 Кодекса отмену судебного акта, у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены определения суда первой инстанции.

Руководствуясь статьями 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Тульской области от 24.06.2025 по делу № А68-1973/2023 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме. В соответствии с частью 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба подается через суд первой инстанции.

Председательствующий судья

Судьи

Ю.А. Волкова

Н.А. Волошина

Е.В. Мордасов