Апелляционное определение по делу № 22-3972/2023 от 15.09.2023

Мотивированное апелляционное

определение изготовлено 15 сентября 2023 года

Председательствующий Кабанов А.А. Дело № 22-3972/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Екатеринбург 28 августа 2023 года

Судебная коллегия по уголовным делам Свердловского областного суда в составе: председательствующего Александровой В.В.,

судей Пугачева А.В., Хохловой М.С.

при ведении протокола помощником судьи Тимирьяновой О.В.,

с участием:

осужденного ФИО1 с использованием систем видеоконференц-связи,

защитника - адвоката Султангулова Р.К.,

осужденного ФИО2 с использованием систем видеоконференц-связи,

защитников - адвокатов Рамазанова Х.Ф., Баяновой О.С.,

осужденного ФИО3 с использованием систем видеоконференц-связи,

защитника - адвоката Харина Э.В.,

осужденного ФИО4 с использованием систем видеоконференц-связи,

защитника - адвоката Хасаншина Т.Т.,

осужденного ФИО5 с использованием систем видеоконференц-связи,

защитника - адвоката Семенюта О.А.,

прокурора Бажукова М.С.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Рыковой Е.Г., апелляционным жалобам и дополнениям к ней осужденных ФИО1, ФИО2, ФИО5, ФИО3, ФИО4, адвокатов Султангулова Р.К., Рамазанова Х.Ф., Баяновой О.С., Семенюта О.А., Харина Э.В. на приговор Чкаловского районного суда г. Екатеринбурга от 16 января 2023 года, которым

ФИО1,

<дата> года рождения,

ранее судимый:

- 02 июля 2012 года Красногорским районным судом г. Каменска-Уральского Свердловской области по п.п. «а, б» ч. 2 ст. 131, п.п. «а, б» ч. 2 ст. 132 УК РФ, с применением ч. 3 ст. 69 УК РФ к 6 годам 3 месяцам лишения свободы;

- 19 сентября 2012 года Красногорским районным судом г. Каменск-Уральский Свердловской области по ч. 3 ст. 162 УК РФ, с применением ч. 5 ст. 69 УК РФ к 7 годам 6 месяцам лишения свободы. 25 июня 2018 года освобожден по отбытию наказания;

осужден:

- по п.п. «а, з» ч. 2 ст. 126 УК РФ к 10 годам лишения свободы;

- по п.п. «а, в, г» ч. 2 ст. 163 УК РФ к 5 годам лишения свободы.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний назначено 12 лет лишения свободы.

На основании ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний, назначенных по настоящему приговору и приговору от 01 октября 2021 года, назначено 15 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима.

Избрана мера пресечения по настоящему делу в виде заключения под стражу, срок наказания постановлено исчислять с даты вступления приговора в законную силу.

В срок лишения свободы зачтено время содержания под стражей с 19 февраля 2020 года до 03 ноября 2022 года, а также с 16 января 2023 года до дня вступления настоящего приговора в законную силу на основании ч. 3.2 ст. 72 УК РФ из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии особого режима.

В срок лишения свободы зачтено время нахождения под домашним арестом с 11 июня 2020 года по 12 августа 2020 года на основании с ч. 3.4 ст. 72 УК РФ из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы. Кроме того, зачтено в срок наказания время фактического отбытия наказания с 03 ноября 2022 года до 16 января 2023 года.

Оправдан по предъявленному обвинению по п. «а, г» ч. 2 ст. 161 УК РФ на основании п. 2 ч. 2 ст. 302 УПК РФ в связи с непричастностью его к совершению преступления. В соответствии с ч. 1 ст. 134 УПК РФ признано в данной части за оправданным ФИО1 право на реабилитацию, разъяснено предусмотренное ст. 133 УПК РФ право на возмещение имущественного ущерба, устранение последствий морального вреда, восстановление трудовых, пенсионных и иных прав.

ФИО2,

<дата> года рождения,

ранее судимый:

- 21 ноября 2016 года Чкаловским районным судом г. Екатеринбурга за совершение двух преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 228 УК РФ к 1 году 9 месяцам 24 дням исправительных работ;

- 15 февраля 2017 года Чкаловским районным судом г. Екатеринбурга по ч. 2 ст. 228 УК РФ, с применением ч. 5 ст. 69 УК РФ к 4 годам лишения свободы;

осужден:

- по п.п. «а, з» ч. 2 ст. 126 УК РФ к 9 годам лишения свободы;

- по п.п. «а, в, г» ч. 2 ст. 163 УК РФ к 4 годам лишения свободы;

- по ч. 1 ст. 161 УК РФ к 2 годам лишения свободы;

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний назначено 13 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Мера пресечения в виде заключения под стражу оставлена без изменения, срок наказания постановлено исчислять с даты вступления приговора в законную силу.

В срок лишения свободы зачтено время содержания под стражей с 19 февраля 2020 до дня вступления настоящего приговора в законную силу на основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

ФИО5,

<дата> года рождения,

ранее судимый:

- 27 декабря 2017 года Верх-Исетским районным судом г. Екатеринбурга по ч. 3 ст. 30 - ч. 1 ст. 228 УК РФ к 10 месяцам лишения свободы;

- 07 февраля 2018 года Чкаловским районным судом г. Екатеринбурга по ст.314.1 УК РФ, с применением ч. 5 ст. 69 УК РФ к 11 месяцам лишения свободы. 02 ноября 2018 года освобожден по отбытию наказания,

осужденный:

- 01 октября 2021 года Сысертским районным судом Свердловской области по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ к 4 годам лишения свободы;

осужден:

- по п.п. «а, з» ч. 2 ст. 126 УК РФ к 8 годам лишения свободы;

- по п.п. «а, в, г» ч. 2 ст. 163 УК РФ к 3 годам лишения свободы.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний назначено 9 лет лишения свободы.

На основании ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний, назначенных по настоящему приговору и приговору от 01 октября 2021 года назначено 11 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

В срок лишения свободы зачтено время содержания под стражей с 19 февраля 2020 года до 03 ноября 2022 года, а также с 16 января 2023 года до дня вступления настоящего приговора в законную силу на основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

ФИО3,

<дата> года рождения,

ранее судимый:

- 02 июля 2012 года Красногорским районным судом г. Каменска -Уральского Свердловской области по п.п. «а», «б» ч. 2 ст. 131, п.п. «а», «б» ч. 2 ст. 132 УК РФ, к 5 годам 9 месяцам лишения свободы; 10 июня 2016 года освобожден условно-досрочно на 1 год 4 месяца 15 дней;

осужден:

- по п.п. «а, з» ч. 2 ст. 126 УК РФ к 8 годам лишения свободы;

- по п.п. «а, в, г» ч. 2 ст. 163 УК РФ к 3 годам лишения свободы.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний назначено 10 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Мера пресечения в виде заключения под стражу оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу, срок наказания постановлено исчислять с даты вступления приговора в законную силу.

В срок лишения свободы зачтено время содержания под стражей с 20 февраля 2020 года до дня вступления приговора в законную силу на основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

ФИО4,

<дата> года рождения,

ранее судимого:

- 24 августа 2017 года Чкаловским районным судом г. Екатеринбурга по ч. 1 ст. 228 УК РФ к штрафу в размере 5000 рублей;

- 07 июня 2017 года Центральным районным судом г. Челябинска по ч. 3 ст. 30 - п. «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ, к 2 годам 10 месяцам лишения свободы; на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ постановлением Чкаловского районного суда г. Екатеринбурга присоединен приговор от 24 августа 2017 года, окончательно назначено 2 года 10 месяцев лишения свободы со штрафом в размере 5000 рублей; освобожден 25 сентября 2019 года по отбытию наказания;

осужденный:

- 02 июля 2021 года Чкаловским районным судом г. Екатеринбурга по ч. 2 ст. 162 УК РФ к 5 годам лишения свободы;

осужден:

- по п.п. «а, з» ч. 2 ст. 126 УК РФ к 8 годам лишения свободы;

- по ч. 5 ст. 33 - п.п. «а, в, г» ч. 2 ст. 163 УК РФ к 4 годам лишения свободы.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний назначено наказание в виде лишения свободы на срок 10 лет.

На основании ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний, назначенных по настоящему приговору и приговору от 02 июля 2021 года окончательно к отбытию назначено 12 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима.

В срок лишения свободы зачтено время содержания под стражей с 02 июля 2021 года до 28 сентября 2021 года, а также с 16 января 2023 года до дня вступления настоящего приговора в законную силу на основании ч. 3.2 ст. 72 УК РФ из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии особого режима. Кроме того, зачесть в срок наказания время фактического отбытия наказания с 29 сентября 2021 года до 16 января 2023 года.

Приговором с каждого осужденного ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 взыскана в пользу потерпевшего п. компенсация морального вреда в сумме по 100000 рублей.

Приговором решена судьба вещественных доказательств и разрешен вопрос о процессуальных издержках.

Заслушав доклад судьи Пугачева А.В., судебная коллегия

установила:

приговором суда ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 признаны виновными в похищении человека, совершенном группой лиц по предварительному сговору, из корыстных побуждений.

Кроме того, ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО5 признаны виновными в вымогательстве, то есть требовании передачи чужого имущества под угрозой применения насилия, а равно под угрозой распространения сведений, позорящих потерпевшего, совершенное группой лиц по предварительному сговору, с применением насилия, в крупном размере.

ФИО4 признан виновным в пособничестве вымогательства, то есть требовании передачи чужого имущества под угрозой применения насилия, а равно под угрозой распространения сведений, позорящих потерпевшего, совершенное группой лиц по предварительному сговору, с применением насилия, в крупном размере.

ФИО2 признан виновным в грабеже, то есть открытом хищении чужого имущества.

Преступления совершены в период с 25 до 26 декабря 2020 года, 01 февраля 2021 года, 18 и 19 февраля 2021 года в г. Екатеринбурге при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Рыкова Е.Г. просит приговор в отношении ФИО1, ФИО2, ФИО3, и ФИО4 изменить. По настоящему уголовному делу ФИО1, ФИО4, ФИО2 и ФИО3 признаны виновными в совершении тяжкого и особо тяжкого преступлений, вину в ходе предварительного судебного следствия они не признали, ущерб, причиненный преступлением, не возместили. Санкция ч. 2 ст. 126 УК РФ и ч. 2 ст. 163 УК РФ предусматривает возможность назначения дополнительного вида наказания в виде ограничения свободы. Суд при выборе вида и размера назначаемого наказания ограничился лишь указанием о том, что ФИО1, ФИО4, ФИО2 и ФИО3 надлежит назначить наказание в виде лишения свободы без дополнительного наказания, однако в описательно-мотивировочной части приговора не приведены обстоятельства, по которым возможно достижение целей уголовного наказания без назначения дополнительного наказания в виде ограничения свободы. По мнению автора представления, назначение ФИО1, ФИО4, ФИО2 и ФИО3 дополнительного вида наказания в виде ограничения свободы будет способствовать последующему контролю за поведением осужденных после их освобождения и в полной мере соответствовать требованиям ст.ст. 6, 60 УК РФ. Кроме того, резолютивная часть приговора содержит указание на зачет в срок лишения свободы время содержания ФИО2 под стражей с 19 февраля 2020 года, в то время как ФИО2 задержан и фактически заклочен под стражу 15 апреля 2021 года. Также, в отношении ФИО6 постановлено зачесть в срок лишения свободы время содержания под стражей с 20 февраля 2020 года, в то время как ФИО3 содержится под стражей с 20 февраля 2021 года.

В апелляционных жалобах и дополнениях к ним:

- осужденный ФИО1 выражает несогласие с приговором суда, просит его отменить. В обоснование своих доводов указывает, что преступления он не совершал, так как в указанный период он болел, находился дома, у потерпевшего ничего не просил, на видеозаписях его нет.

- адвокат Султангулов Р.К. просит приговор отменить, ФИО1 оправдать. В обоснование своих доводов отмечает, что ФИО1, не признал свою вину ни в ходе предварительного следствия, ни в ходе судебного разбирательства, ссылаясь на показания ФИО1 отмечает, что потерпевший п. оговорил его. Кроме того, в ходе следственных действий при опознании потерпевшим ФИО1 и при проведении очной ставки между ними было допущено нарушение уголовно-процессуальные закона. В основу приговора суд положил протокол личного досмотра п. (т. 1 л.д. 133), который по мнению стороны защиты является недопустимым доказательством. Суд указав в приговоре, что а. присутствовал при совершении данного процессуального действия и удостоверил своей подписью законность выдачи денежных купюр п., однако в судебном заседании а. пояснил, что денежные средства при нем никому не передавалась, он не видел п., что при нем происходило, он не знал и не понимал, суду пояснить по данному обстоятельству ничего не смог. Полагает, что показания потерпевшего п. непоследовательны, противоречат другим исследованным доказательствам и опровергаются осужденными. Отмечает, что сведения о радиусе действия базовых станций сотовой связи не приобщены к материалам дела, достоверно не установлено, что один из номеров принадлежит ФИО1 Исходя из исследованного заключения фоноскопической экспертизы № 6069 невозможно установить, принадлежит ли голос ФИО1, указанным обстоятельствам в приговоре не дана оценка. Считает, что проверка показаний на месте была сфальсифицирована, поскольку потерпевший п. в суде пояснил, что следователь ему заранее направил фотографии гаража. Суд незаконно сделал ссылку на диск, содержащий видеозапись указанного следственного действия, поскольку данный диск в судебном заседании не осматривался, следуя из протокола проверки показаний на месте, видеозапись не осуществлялась. Обращает внимание, что суд незаконно при разрешении ходатайства о проведении дополнительной стационарной судебно - психиатрической экспертизы, сослался на заключение комиссии экспертов от 15 сентября 2022 года, поскольку данная экспертиза проведена по другому делу и исследовала иные обстоятельства. Кроме того, несмотря на отказ ФИО7 от госпитализации, судебное заседание 09 января 2023 года должно было быть отложено в связи с его невменяемым состоянием. По данному факту проводилась проверка в ходе которой было установлено, что в период с 08 января 2023 года по 09 января 2023 года ФИО1 был переведен в психиатрическое отделение, что подтверждает необходимость проведения стационарной судебно-психиатрической экспертизы. Выражая несогласие с приговором суда полагает, что вина ФИО1 не доказана, сомнения в его виновности не устранены в связи с чем, должны толковаться в его пользу.

- осужденный ФИО2 выражая несогласие с приговором суда, приводит аналогичные доводы в части показаний а., отмечает, что ни он, никто-либо из осужденных, в том числе свидетель н. не совершали инкриминируемых преступлений, умысла на вымогательство и похищение не было. Признает вину лишь в тайном от всех хищении денежных средств потерпевшего путем их перевода, сговора ни с кем не имел. Потерпевший сам указал, что лишь дома увидел перевод денежных средств, что подтверждает его показания. Обращает внимание, что все следственные действия проведены с нарушением уголовно-процессуального законодательства. Переписка, содержащаяся в т. 2 на л.д. 102-144, не имеет отношения к делу, полагает, что ее приобщение к уголовному делу нарушает его конституционные права, в т. 2 на л.д. 81-88 видно, что телефон изымался с нарушением уголовно-процессуального закона в отсутствие адвоката и понятых, добровольной выдачи не было. При его задержании протокол (т. 2 л.д. 81) защитник присутствовал, а выемка (т. 2 л.д. 83-85) произведена после допроса и задержания, несмотря на временной промежуток следственных действий, который составлял 1 час - защитник при выемке отсутствовал. Полагает, что исследование телефона должно было проходить только при наличии судебного разрешения. В протоколе следственного действия (т. 2 л.д. 86-94) указано время его проведения, однако не имеется информации об упаковке вещественного доказательства – телефона при приостановлении следственного действия. Отмечает отсутствие в протоколе сведений о маркировке персонального компьютера и иной технической информации, в связи с чем не сходится в протоколе осмотра предметов от 28 мая 2021 года (т. 2 л.д. 146-161) вскрытие конвертов, в которых содержалась информация с телефона. Указывает, что видео с потерпевшим п. на телефоне, на котором появилось после его задержания, что подтвердила фоноскопическая экспертиза, эксперт установил, что видео было сделано 04 января 2021 года в 02:32 т, однако он 01 января 2021 года был в г. Сочи, что подтверждает электронный билет. Отмечает, что потерпевший п. в своих показаниях говорит, что он не вымогал деньги, требования не предъявлял. Считает показания потерпевшего в части нанесения ему 50 ударов неправдивыми, основываясь на экспертизе от 28 декабря 2020 года,

№ 661 (т. 3 л.д. 111). Кроме того, гараж на фото и видео выглядит по - разному. Протокол осмотра предметов от 23 августа 2023 года подтверждает, что он не созванивался 25 и 26 декабря 2020 года ни с ФИО1, ни с ФИО4

Обращает внимание, что ходатайствовал вместе с другими осужденными о проведении экспертизы предметов, которые квалифицируются как оружие. Делает выводы, что материалы уголовного дела сфальсифицированы, получены с нарушением уголовно-процессуального закона. Просит критически отнестись к противоречивым показаниям п., поскольку сам потерпевший 18 февраля 2021 года указывает, что после того, как его привезли домой, угроз ему не поступало. Исследованные в судебном заседании протокол осмотра телефона (т. 2 л.д. 98-144), протокол выемки (т. 2 л.д. 3-19), протокол осмотра предметов (т. 3 л.д 21-41) подтверждают, что осужденные в их переговорах не обсуждали действия в отношении п. Просит дать оценку действиям государственного обвинителя, который, по его мнению, исказил факты уголовного дела, выступая в прениях сторон. Считает, что судом необоснованно отклонено ходатайство о вызове в судебное заседание криминалиста для возможности задать ему вопросы об умышленном сокрытии информации. Из протоколов места происшествия (т. 1 л.д. 237-239) видно, что собственник, арендодатель и арендатор гаража указали, что следователь и другие сотрудники никому не сообщили о вскрытии гаража, осмотренного без понятых и без собственника. Каким способом установлены координаты и кадастровый номер гаража, не указано, следовательно они противоречат установленным в судебном заседании данным. Кроме того, никто из осужденных не имел доступ к гаражу. Приводя свои суждения, подробно описывая все обстоятельства, ссылаясь на исследованные в судебном заседании доказательства, осужденный считает, что не был проявлен индивидуальный подход к рассмотрению уголовного дела, приведенные в приговоре обстоятельства 26 декабря 2020 года, противоречат фактическим обстоятельствам дела. Ссылается на показания ФИО4, который описывает в судебном заседании все обстоятельства дела и пояснил, что хотел лишь обмануть п. и к вымогательству это не имеет отношения, ни с кем из осужденных не обсуждал этого. Полагает, что суд несправедливо критически отнесся к показаниям свидетеля н. Просит переквалифицировать его действия на п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ и вынести оправдательный приговор в связи с отсутствием в его действиях состава преступления. Возражает против иска, поскольку потерпевший в судебном заседании пояснил, что претензий не имеет, иск о компенсацию морального вреда подавать не намеревался. В части процессуальных издержек просит учесть его материальное положение и освободить его от их взыскания.

- адвокат Рамазанов Х.Ф. просит приговор отменить, вынести в отношении ФИО2 законный и справедливый приговор, приводит аналогичные доводы в части того, что в основе приговора лежат непоследовательные и противоречащие показания другим доказательствам, исследованным в судебном заседании, показания п., которые опровергаются показаниями всех осужденных и свидетелей, в том числе и со стороны обвинения. Ставит под сомнение и считает недопустимым доказательством протокол личного досмотра п., указывая, на показания, данные в судебном заседании понятым а. Полагает, что положенные в основу приговора показания, данные в ходе предварительного расследования н., исходя из его показаний в судебном заседании, являются недостоверными, поскольку следователь под воздействием давления и угроз дал подписать ему заранее составленные бланки. Полагает, что вина ФИО2 не доказана, сомнения в его виновности не устранены.

- адвокат Баянова О.С., просит приговор отменить и вынести в отношении ФИО2 оправдательный приговор. В обоснование своих доводов, описывает произошедшие события, приводит доводы аналогичные доводам осужденного ФИО2, адвоката Рамазанова Х.Ф. и полагает, что в действиях ФИО2 усматривается лишь кража денежных средств п. Отмечает, что ФИО2 в адрес п. угроз не высказывал, передачи денежных средств за какие-либо действия не требовал, в преступный сговор не вступал. Более того, он сам указал, что решил тайно похитить денежные средства у п. путем перевода через сотовый телефон, поэтому попросил п. разблокировать принадлежащий потерпевшему телефон, пояснив, что это необходимо для совершения звонка. Данные показания ФИО2 согласуются с показаниями иных участников уголовного судопроизводства, кроме потерпевшего, который преследует свои цели. ФИО2 не принимал участие в захвате и перемещении потерпевшего в автомобиль, и в дальнейшем удержании его в гаражном боксе, в котором, как видно из геолокации, пояснений осужденных и свидетелей, потерпевший не находился, так как он через непродолжительный период времени был дома. Полагает, что стороной обвинения не доказан факт предварительного сговора и распределения ролей каждого из осужденных, в материалах не содержится сведений о причастности данных лиц к похищению п. Выводы государственного обвинителя носят предположительный характер и не подтверждаются доказательствами, представленными материалами дела и исследованными в судебном заседании. Исходя из выводов проведенных экспертиз, в гараже следов и следов крови п. не обнаружено. Обращает внимание на противоречия в протоколах следственных действий, когда ФИО2 находился в г. Сочи, а скриншоты переписок — это вырезанные фрагменты, по которым невозможно установить, к кому и по какому поводу относится переписка, просит отнестись к ним и к видеозаписям из БЦ «Высоцкий» критически, поскольку в них не содержится внятной информации. Нет доказательств применения к потерпевшему газового баллончика, поскольку, исходя из экспертизы, ожогов у п. не было, кроме того, свидетель ФИО8 подтвердил, что данный баллончик хранился дома и до изъятия сотрудниками полиции никогда и не при каких обстоятельствах не выбывал из поля зрения его и его супруги. Кроме того, вопрос эксперту об использовании баллончика не был поставлен следствием и не был исследован экспертом, а попытки защиты задать вопрос эксперту отклонялись, в связи с чем было нарушено право на защиту. Отмечает, что со слов ФИО2 он состоит учете у психиатра в г. Полевском, в связи с чем он не военнообязанный, сторона защиты заявляла ходатайство о запросе в г. Полевской сведений о состоянии его здоровья и ходатайствовала о проведении психиатрической экспертизы, поскольку он утверждал, что имеет ряд заболеваний и иногда слышит голоса. Указанные ходатайства были отклонены, чем также нарушено право на защиту. ФИО2 по месту жительства и работы характеризуется положительно, ранее был трудоустроен, имеет устойчивые социальные связи с матерью и ребенком. Полагает, что сторона обвинения не предоставила ни в ходе предварительного следствия, ни в судебном заседании доказательств похищения п., вымогательства и грабежа.

- осужденный ФИО5 просит приговор отменить как несправедливый, полагает, что у суда имелось предвзятое отношение в связи с чем была не верно дана оценка доказательствам, которые были добыты с нарушением уголовно-процессуального закона. Ссылаясь на показания свидетелей в части метода вскрытия гаража отмечает, что выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам. Указывает, что потерпевший п. дает неправдивые показания, которые постоянно меняет, поскольку самостоятельно и добровольно 26 декабря 2020 года вышел из квартиры, а переписка потерпевшего с ФИО4 в телефоне отсутствует. Описывая произошедшие события, приводя анализ имеющихся письменных материалов и иных доказательств, утверждает, что суд не дал должной оценки, и не указал по каким основаниями он отвергает одни доказательства и принимает другие, а именно надуманные обвинения п. Просит учесть, что в гаражном боксе в указанный период времени находился разобранный автомобиль и ключ от гаража был в единственном экземпляре. Согласно заключению эксперта № 6069 в т. 4 на л.д. 64-83 невозможно определить, принадлежат ли голоса осужденным ФИО1, ФИО3, ФИО2 Просит учесть, что суд положил в основу приговора показания свидетеля я., которые полностью совпадают с показаниями потерпевшего о его самостоятельной поездке на автомобиле. Судебно-психиатрическая экспертиза п. показала, что он мог оказывать сопротивление и оценивать правильно ситуацию, однако этого не сделал, в своих объяснениях после регистрации его заявления пояснил, что садился в автомобиль самостоятельно, покинуть его не пытался, таких намерений не высказывал. Колесо, за которое был якобы привязан п., не было изъято, не проведено с ним манипуляций для передвижений с ним. Обращает внимание, что постановление судьи Свердловского областного суда от 12 ноября 2020 года № 2660 о том, что в отношении ФИО1 проводились оперативно-розыскные мероприятия в виде прослушивания телефонных разговоров (т. 2 л.д. 215-216) не может быть положено в основу приговора, поскольку оно не отвечает требованиям закона, не имеет отношения к инкриминируемым событиям, не содержится в материалах дела и не было исследовано в судебном заседании. Отмечает, что при проведении опознания адвокаты не участвовали, п. до начала опознания следственного действия видел его в коридоре в наручниках. Кроме того, в приговоре не конкретизировано какие преступные действия совершены каждым из соучастников преступления. п. в судебном заседании пояснил, что ФИО5 никаких денежных средств и иных ценных вещей не просил, конфликт между ними был исключительно на почве несдержанного п. обещания, что оскорбило его и явилось причиной драки, обстоятельства которой он подробно изложил в дополнениях к жалобе. Полагает, что принцип состязательности сторон был нарушен и суд рассматривал дело с обвинительным уклоном, что выразилось, по его мнению, в перепечатывании абзацев обвинительного заключения, что подтверждается опечаткой на странице 37 приговора, где п. пояснил, что привязан был проводом. Просит гражданский иск оставить без удовлетворения и вынести частные постановления в адрес м. и п. Просит провести экспертизу газового баллона опознаваемого п. и поставить перед экспертом вопрос: «Использовался ли ранее данный баллон?»

- адвокат Семенюта О.А. просит приговор отменить, поскольку вина ФИО5 не нашла своего подтверждения, ее подзащитный в ходе предварительного следствия и судебного разбирательства пояснял, что знает п., как человека, занимающегося распространением наркотических средств, и в связи с категорично отрицательным отношением ФИО5 к данным веществам, он разговаривал с п. на эту тему, последний обещал прекратить заниматься подобным распространением, и после этого до 26 декабря 2020 года они не виделись. Аналогично, как ФИО5 в своей жалобе и дополнениях описывает произошедший конфликт, отмечает, что ФИО5 передал информацию о п. сотруднику полиции, после чего до 19 февраля 2021 года он наблюдал за собой постоянную слежку, и в эту же ночь был задержан. Приводит аналогичные доводы о газовом баллончике, принадлежавшим ю., который с его слов всегда был при нем, и срок годности истек в августе 2019 года, доводы о свидетеле а., который подписал пустой бланк протокола, доводы о допросе н., на которого оказывалось давление сотрудниками правоохранительных органов. Ставит под сомнение законность следственного действия в виде проверки показаний на месте обвиняемого н. от 09 июня 2021 года, который, исходя из видеозаписи до ее прерывания, не смог указать гараж, а после ее продолжения указывает на него. Также в ходе опознания были нарушены нормы уголовно-процессуального закона, поскольку статисты отличались от ФИО5 по внешним признакам и возрасту, а также потерпевший до начала следственного мероприятия видел, как ведут ФИО5, следовательно протокол предъявления для опознания ФИО5 от 19 января 2021 года (т. 4 л.д. 161-164) является недопустимым доказательством.

- осужденный ФИО3 просит приговор отменить и вынести оправдательный приговор. Выражая несогласие с приговором, полагает, что в его основу положены предположения, которые противоречат фактическим обстоятельствам и результатам экспертиз, а также предварительное расследование и судебное разбирательство проведено с существенным нарушением уголовно-процессуального законодательства. В основе приговора лежат показания н., данные им в ходе следствия, однако в судебном заседании н. не поддержал ранее данные показания, пояснив, что они не соответствуют действительности, даны под оказанным на него давлением и составлены следователем, не с его слов, в связи с чем они полностью согласуются с показаниями потерпевшего. Обращает внимание, что в ходе судебного разбирательства н. подробно изложили причину дачи ложных показания, при этом, он за весь период содержания под стражей не имел возможность общаться с кем-либо из осужденных, однако его показания идентичны показаниям других осужденных. Время сговора осужденных о совершении преступления опровергаются протоколом осмотра диска № 1023 (т. 3 л.д. 59-71), на котором содержатся данные сотового оператора о биллинге и времени соединений, адрес базовых станций, которые полностью совпадают с показаниями н. Отмечает, что он – ФИО3 не сообщал в ходе телефонного разговора 26 декабря 2020 года в 02:32 час. о том, что потерпевший п. выходит, номер телефона не принадлежит ему, телефон и сим-карта, а также сведения регистрации номера в уголовном деле отсутствуют. Ссылаясь на заключение эксперта № 6069 (т. 4 л.д. 64-83), отмечает, что его голоса в телефонном разговоре установлено не было. Обращает внимание на значительное расстояние между абонентами в момент разговора. Указывает, что он пользовался другим номером телефона с июля 2016 года до момента задержания, однако в ходе следствия это не было исследовано. По его мнению, в материалах дела отсутствуют сведения о наличии сговора, никто из осужденных и сам потерпевший не указал, какие действия, входящие в объективную сторону инкриминируемых ему преступлений, он совершал, кроме управления автомобилем, в который п. сел добровольно, действий и угроз ему никто не высказывал. Исходя из информации о проведении оперативного эксперимента № 163 с применением технических средств и прослушивания телефонных разговоров, в период с 26 декабря 2020 года и 19 февраля 2021 года не было ни одного факта договоренности или обсуждения потерпевшего, равно как и информации о распределении денежных средств, в материалах дела данные сведения также не содержатся. В дополнениях отмечает, что следователь в нарушение уголовно-процессуального законодательства единолично, без собственника и понятых вскрыл гараж, о чем пояснил свидетель б., однако в протоколе осмотра места происшествия от 23 июня 2021 года (т. 1 л.д. 237) следователь указал, что собственник отказался открывать гараж. Отмечает, что ФИО4 не вступал в переписку 26 декабря 2020 года с потерпевшим, что подтверждается не только показаниями других осужденных, но и протоколом осмотра телефона потерпевшего(т. 2 л.д. 6-8). Указывает на нарушение права на защиту, поскольку, по его мнению, у следователя не имелось оснований для проведения в отношении него опознания, а также при опознании отсутствовал защитник. Кроме того, в приговоре нет определенно доказанных действий, которые он совершил в отношении п. Из материалов дела он физической силы не применял, угроз и требований не высказывал, чьих-либо команд не выполнял. п. добровольно сел к нему в автомобиль, желания покинуть автомобиль не проявлял. Описывая произошедшие обстоятельства и приводя аналогичные доводы, которые указаны в апелляционных жалобах других осужденных, полагает, что следствие проведено по надуманной версии, в с обвинительным уклоном, с нарушением норм уголовно-процессуального законодательства, отмечает, что все неустранимые сомнения должны толковаться в пользу осужденных.

- адвокат Харин Э.В. просит приговор отменить, производство по уголовному делу в части обвинения ФИО3 в совершении инкриминируемых преступлений прекратить за отсутствием состава преступления на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ. В обоснование отмечает, что ФИО3 свою вину не признал, подтвердил ранее данные им на предварительном следствии логичные, последовательные, согласующиеся с показаниями других осужденных поясняя об отсутствии у ФИО3 умысла на совершение какого-либо преступления в составе группы лиц по предварительному сговору, какие-либо договоренности о распределении ролей отсутствовали, что и в ходе судебного следствия не опровергнуто. Описывая события с 25 по 26 декабря 2020 года, указывает, что показания потерпевшего п. в отношении ФИО3 и его предполагаемой противоправной деятельности не конкретизированы, содержат противоречащие версии стороны обвинения утверждения, что ФИО3 не совершал противоправные действия в отношении п., что подтверждается протоколом очной ставки от 17 декабря 2021 года между ними (т. 7 л.д. 16-19). Полагает недопустимым вывод суда, что н. изменял показания исключительно в присутствии подсудимых из-за страха перед ними. Указывает на нарушение правил подследственности, предусмотрено п. «а» п. 1 ч. 2 ст. 151 УК РФ, поскольку дела о преступлениях, предусмотренных ст. 126 УК РФ относятся к следователям Следственного комитета РФ, а на основании п. 3 ч. 2 ст. 151 УК РФ предварительное расследование по уголовным делам, предусмотренным ч.ч. 2-3 ст. 163 УК РФ осуществляется следователями органов внутренних дел. Таким образом, постановление о возбуждении уголовного дела по признакам преступлении, предусмотренного п.п. «а,в,г» ч. 2 ст. 163 УК РФ в отношении неустановленных лиц от 18 января 2021 года, вынесенное следователем по особо важным делам следственного отдела по Чкаловскому району г. Екатеринбурга следственного управления Следственного комитета РФ по Свердловской области является незаконным, так как процессуальное решение принято неуполномоченным должностным лицом с нарушением требований ст. 151 УПК РФ. Кроме того, ссылаясь на позицию Конституционного Суда РФ и нормы законодательства указывает, что постановление о проведении оперативно-розыскного мероприятия – оперативного эксперимента № 163 от 18 февраля 2021 года утверждено неуполномоченным должностным лицом территориального органа внутренних дел на районном уровне – заместителем начальника полиции (по оперативной работе) УМВД России по г. Екатеринбургу, а полученные сведения и материалы, изложенные в рапорте от 19 и 20 февраля 2021 года, не отвечают требованиям законности в области оперативно-розыскной деятельности и уголовно-процессуального закона. Указывает, что сведения о задержанных, проведении в отношении них личных досмотров, досмотра транспортного средства при отсутствии возбужденного в отношении них административного производства являются незаконными, а изъятие мобильных телефонов без решения суда является нарушением их конституционных прав. На основании вышеуказанного, осмотр и приобщение в качестве вещественного доказательства мобильного телефона ФИО3 является недопустимыми. Результаты оперативно-розыскной деятельности представленные без копий судебных решений, разрешающих их проведение (т.2 л.д. 173-175, 214-218, т. 3 л.д. 1-20, 56-58), а основанные на незаконных результатах оперативно-розыскной деятельности, результаты следственных и процессуальных действий, используемые стороной обвинения, как доказательства, подлежат исключению, как недопустимые (т. 2 л.д. 219-217, 228, т. 3 л.д. 21-54, 55, т. 3 л.д. 59-106, 109). В дополнениях указывает, что суд при избрании меры пресечения в виде заключение под стражей от 21 февраля 2021 года в описательно-мотивировочной части фактически высказался о причастности и виновности ФИО3 обвиняемого в похищении человека и вымогательстве, то есть по вопросам, подлежащим разрешению лишь в ходе рассмотрения уголовного дела по существу (т. 7 л.д. 99-101). Таким образом, судья Кабанов А.А. должен был заявить самоотвод от дальнейшего участия в производстве по делу. При назначении наказания, судом не приведены мотивы невозможности применения в отношении ФИО3 требований ч. 3 ст. 68 УК РФ, применяя ч. 1 ст. 67 УК РФ суд не отразил роль ФИО3 в каждом из преступлений, в результате ФИО3, – являвшемуся водителем, не совершавшему противоправных действий, наказание назначено как осужденному ФИО5, что не соответствует принципам справедливости наказания.

- осужденный ФИО4 выражает несогласие с приговором суда, просит его отменить и вынести в отношении него оправдательный приговор, отказать в удовлетворении иска потерпевшего п. В обоснование своих доводов отмечает несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, свою вину не признает, утверждает, что п. его оговорил, он п. ничего не писал, денежные средства от него не получал, показания п. являются непоследовательными и противоречат другим доказательствам, опровергаются показаниями осужденных. В судебном заседании п. пояснил, что не имеет к нему претензий, однако суд не принял это во внимание. Протокол личного досмотра п. является недопустимым доказательством, поскольку понятой а. не подтвердил факт следственного действия. Отмечает, что гараж ему не знаком, он в нем не был, в сговор ни с кем не вступал, похищение и вымогательство не совершал, и никому в этом не помогал. Ссылаясь на существенные нарушения в ходе предварительного расследования и судебного разбирательства, в дополнениях к апелляционной жалобе приводит аналогичные доводы, которые уже были указаны в апелляционных жалобах и дополнениях другими осужденными и их адвокатами.

Проверив материалы уголовного дела, заслушав стороны и обсудив доводы, изложенные в апелляционных представлении, жалобах и дополнениях к ней, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Вопреки мнению авторов жалоб, обвинительный приговор отвечает требованиям ст.ст. 302, 307 и 309 УПК РФ, выводы суда не содержат противоречий, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, правильно установленным судом первой инстанции из исследованных в судебном заседании доказательств, которые суд обоснованно признал допустимыми, относимыми и достоверными, а в совокупности - достаточными для осуждения ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5

Вопреки доводам жалоб, нарушений уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, не допущено. Все доводы, которые изложенные в жалобах осужденными и их защитниками судом первой инстанции исследованы и обосновано отвергнуты как не нашедшие своего подтверждения.

В судебном заседании осужденный ФИО5 вину в совершении преступления не признал, пояснил, что после конфликта в ходе обоюдной драки с п. нанес ему удары, затем с целью продолжения разговора потерпевший предложил проехать в автосервис, который был закрыт, где они встали у гаражей. Там снова произошла обоюдная драка с п. Никто из осужденных в их конфликте не участвовал, деньги не требовал, более с потерпевшим он не встречался.

Осужденный ФИО2 вину не признал, суду показал, что около дома п. видел драку между ФИО5 и п., которую они с н. пытались разнять, после чего потерпевший сам предложил уехать из двора в гаражи для разрешения конфликта с ФИО5 Он попросил п. позвонить, тот передал ему телефон и разблокировал его отпечатком пальца, после чего он, воспользовавшись приложением «Сбербанк», перевел на свой счет 10300 рублей.

Допрошенный в суде первой инстанции осужденный ФИО4 вину не признал, со слов п. ему стало известно о его драке с ФИО5, а также дальнейшей поездке в автосервис. Потерпевший попросил о встрече с целью получения информации по заявлению о продаже тех наркотиков, которве он обещал оплатить. Денежные средства от п. в ходе встречи он брать не хотел.

Осужденный ФИО3 вину не признал, суду пояснил, что также видел драку между ФИО5 и п., который является распространителем наркотических средств. п. сам попросил отъехать в сторону автосервиса, где работают его друзья. У гаражного бокса конфликт продолжился, после чего потерпевшего отвезли домой.

Осужденный ФИО1 вину не признал, от дачи показаний отказался, воспользовался ст. 51 Конституции РФ. Из оглашенных показаний ФИО1, данных им в ходе предварительного следствия следует, что преступлений он не совершал, 26 и 27 декабря 2020 года был дома, п. не знает.

Суд обоснованно критически отнесся к показаниям осужденных. Выводы суда о доказанности вины ФИО5, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО1 в совершенных преступлениях и квалификации их действий основаны на доказательствах, исследованных в судебном заседании.

Так, потерпевший п. в ходе предварительного и судебного следствия, в том числе при проверке его показаний на месте последовательно пояснял, что ФИО4 попросил его выйти из дома на улицу, когда он спустился в подъезд, забежали ФИО5, ФИО9, ФИО2, н. и потребовали ехать с ними, он отказался, после чего ФИО9 брызнул ему в глаза из газового баллончика, и остальные трое стали наносить удары по всем частям тела, вытащили его на улицу, затолкали в автомобиль, за рулем которого сидел ФИО3, приехали в гараж, где находился ФИО4 ФИО1 привязал его к колесу кабелем, ФИО10 ударял его доской, а ФИО2 взял его телефон, разблокировал и перевел деньги, сообщив другим, что «деньги у нас», после чего все стали требовать передать им деньги в сумме 400000 рублей, угрожали утопить в проруби, сообщили, что знают где учиться его ребенок. Затем ФИО2 потребовал сказать фразу, что он «не будет продавать наркотики», он произнес, ФИО2 записал это на свой телефон и угрожал распространить это видео. ФИО1 требовал от него взять кредит, после чего его отвезли домой, а утром он пошел в полицию. После произошедшего к нему неоднократно приходили домой, следили за ним, переписывался с ним ФИО4, который встретился с ним в баре с целью передачи им денежных средств.

В ходе проверки показаний на месте п. уверенно показал на гараж, куда его привезли осужденные.

В заявлении в полицию п. просил привлечь к уголовной ответственности неизвестных, которые с 27 декабря 2020 года с применением насилия вымогают у него денежные средства.

В ходе предварительного следствия п. опознал ФИО4, ФИО3, ФИО1 с указанием их роли при совершении преступлений.

Аналогичные обстоятельства совершения преступлений в отношении п. в ходе предварительного следствия при допросе в качестве подозреваемого, проверке показаний на месте, очной ставки с п. сообщил свидетель н., уголовное дело в отношении которого было выделено в отдельное производство и рассмотрено в порядке главы 40.1 УПК РФ, дополнив, что ФИО1 давал указание ФИО4 организовать встречу с п. возле подъезда с целью похищения, доставления в гараж для вымогательства денежных средств. Он и ФИО4 были в гараже, куда ФИО1, ФИО2, ФИО10, ФИО3 привезли потерпевшего.

В ходе проверки показаний на месте н. указал на гараж, куда привезли п.

Оглашенные показания свидетель н. не подтвердил, утверждая, что они были даны им под давлением сотрудников полиции. Вместе с тем, суд критически оценил его показания, данные в ходе судебного следствия, где он утверждал о непричастности осужденных к совершенным преступлениям, поскольку н. давал показания в ходе предварительного следствия в присутствии защитника, замечаний в ходе многочисленных процессуальных действиях не высказывал. Кроме того, судом первой инстанции обоснованно учтены сообщения об оказании на него давления осужденными при оценке причин изменения им показаний.

Свидетель я. видела, как три человека около подъезда били п., который кричал, что никуда не поедет.

Свидетель к. пояснила, потерпевший пришел домой в крови, грязный, сообщил о совершенном в отношении него похищении и вымогательстве денежных средств. После указанных событий к ним в квартиру неоднократно стучались, звонили. п. пояснял ей, что эти люди требуют деньги.

Совокупность приведенных в приговоре доказательств проверена и исследована в ходе судебного следствия, суд дал им надлежащую оценку и указал основания, по которым он принимает одни доказательства и отвергает другие.

Показания потерпевшего, свидетелей относительно существа совершенных преступлений последовательны, находятся в достаточном соответствии друг с другом, взаимодополняют друг друга и объективно подтверждаются письменными материалами уголовного дела, признанными судом достоверными и состоятельными, содержание доказательств изложено в приговоре суда. Какой-либо заинтересованности в исходе дела либо причин для оговора осужденных со стороны потерпевшего, свидетелей, в том числе наличие личной неприязни к осужденным, судом не установлено. Доводы авторов жалоб об иной оценке показаний свидетелей являются несостоятельными, на материалах дела не основаны.

В приговоре сделан мотивированный вывод об их последовательности, непротиворечивости, согласованности между собой и со всей совокупностью других доказательств, среди которых:

- протокол прослушивания телефонных переговоров, полученных в ходе ОРМ «Прослушивание телефонных переговоров» в отношении ФИО1, из которого установлены обстоятельства совершения похищения потерпевшего и вымогательства у него денежных средств. Так, ФИО1 говорит ФИО3, который находится у подъезда, что будет брызгать из перцового баллона потерпевшему, если тот будет спускаться, на что ФИО3 поясняет, что п. выходит. Кроме того, ФИО1 в ходе разговора с ФИО4 просит того следить за подъездом потерпевшего, а также обсуждают встречу с п.;

- протокол осмотра места происшествия - гаража, на который указывали п. и н. и где были обнаружены колесо, связанный электрический кабель, о которых последовательно пояснял потерпевший и свидетель;

- протокол осмотра телефона ФИО2, на котором была обнаружена видеозапись, где потерпевший, находясь в гараже, говорит о том, что больше не будет распространять наркотики;

- заключение эксперта, согласно которому в высказываниях ФИО1 в адрес п. содержатся признаки угрозы убийства в случае невыполнения требований о передаче им денег;

- протокол обыска, в ходе которого по месту жительства матери ФИО5 был изъят перцовый баллон.

- заключение эксперта об обнаружении у п. телесных повреждений, их локализации, полученных в результате нанесения ему ударов, которые расценены, как не причинившие вред здоровью;

- ответ ПАО «Сбербанк» о переводе со счета п. в указанный им период 10300 рублей;

- рапорт оперуполномоченного о том, что конечным получателем данных денежных средств является о.;

- протокол осмотра места происшествия – бара, на полу которого находятся денежные средства, полученные п. для проведения оперативно – розыскного мероприятия;

- протокол осмотра сообщений между осужденными, согласно которым установлена их причастность к совершенным преступлениям;

- протокол осмотр видеозаписи на котором содержится ход оперативно-розыскного мероприятия в ходе которого п. передавал денежные средства ФИО4;

Все исследованные доказательства признаны судом допустимыми, поскольку получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, оценка доказательств соответствует положениям ст. 87-88 УПК РФ.

Доводы осужденных о конфликте между ФИО5 и п., в ходе которого они подрались, добровольности поездки с ними потерпевшего, судом проверялись, не нашли своего подтверждения и опровергаются совокупностью исследованных доказательств, не принимаются они и судебной коллегией. Из материалов уголовного дела, в том числе показаний потерпевшего следует, что он четко выразил отказ на осуществление указанных действий, при этом ФИО1, ФИО2, ФИО5 применяли насилие. п. на всем протяжении предварительного следствия и судебного заседания утверждал о своем похищении и изъятии у него денежных средств.

Действия ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 правильно квалифицированы как совершенные группой лиц по предварительному сговору, поскольку договоренность на совершение похищения, вымогательства, а у ФИО4 пособничества в вымогательстве, достигнута между ними до начала осуществления этих преступлений, действовали они совместно и согласованно, каждый выполнял свою часть действий для достижения единой преступной цели и реализации общего преступного умысла, направленного на похищение и вымогательство у потерпевшего денежных средств, с применением насилия, угрожая распространением позорящих его сведений, угрозой применения насилия.

Поскольку осужденные заранее договорились о том, что похитят п., и перевезут его в гараж для выдвижения дальнейших требований о незаконной передаче им денежных средств, то их действия верно квалифицированы как похищение.

В судебном заседании исследованными доказательствами установлено, что осужденные отпустили потерпевшего п. лишь после достижения соучастниками преступления его согласия на передачу им денежных средств в сумме 400000 рублей.

Как верно установлено судом первой инстанции, требование п. о передаче денежных средств является вымогательством, которое окончено с момента выдвижения такого требования. При выдвижении требований о передаче денежных средств в сумме 400000 рублей осужденные угрожали применением насилия, распространением сведений, позорящих потерпевшего, применили к нему насилие, избив его, очевидно охватывалось умыслом всех осужденных.

Видеосъемка ФИО2, о чем осужденные договорились заранее, на котором потерпевший поясняет о своей причастности к незаконному обороту наркотических средств, содержит сведения, позорящие потерпевшего.

В соответствии с примечанием 4 к ст. 158 УК РФ требование о незаконной передаче денежных средств в сумме 400000 рублей в процессе вымогательства является крупным размером.

В судебном заседании установлено, что ФИО4 содействовал совершению вымогательства, вызвал потерпевшего из дома, а впоследствии в гараже имитировал свое похищение.

Так как ФИО2 в присутствии потерпевшего и очевидно для него, с использованием сотового телефона потерпевшего совершил перечисление денежных средств со счета п. на счет третьего лица, то его действия должны быть квалифицированы как открытое хищение чужого имущества.

Вопреки доводам стороны защиты, оснований для признания недопустимым протокола проверки показаний на месте п. недопустимым доказательством не имеется. На данной видеозаписи потерпевший п. подробно рассказывает об обстоятельствах совершенных в отношении него преступлений, гараж, в котором находился п., был установлен только с его слов.

Опознания потерпевшим проведены в строгом соответствии со ст. 193 УПК РФ. Доводы о том, что другие лица, стоящие с опознаваемыми, не схожи с ними, несостоятельны и не свидетельствуют о нарушении ч. 4 ст. 193 УПК РФ.

Исследованные доказательства, в том числе детализация телефонных соединений с указанием местонахождения абонентов, показания п. и н. опровергают показания ФИО1, который непосредственно участвовал при совершении инкриминируемых ему преступлений.

Доводы защиты о том, что н. не смог указать на гараж, свидетельствует о том, что н., как он пояснил на следствии, впервые был в данном гараже при совершении преступления, кроме того, события преступления происходили в ночное время

Утверждение защиты о несовпадении внутреннего интерьера гаража, осмотренного в ходе предварительного следствия, и на видеозаписи с телефона ФИО2 не нашло своего подтверждения, поскольку на видеозаписи п. сидит в углу гаража, в котором расположено колесо. Именно это же колесо было обнаружено при осмотре гаража на том же месте.

Отсутсвтие в материалах уголовного дела сведений о приборе, которым установлены географические координаты гаража, не влияют на выводы о виновности осужденных.

Признание судом первой инстанции протокола допроса свидетеля а. недопустимым доказательством не является основанием для признания недопустимым доказательством протокола личного досмотра п. перед выдачей ему денежных средств в ходе оперативно-розыскного мероприятия, поскольку свидетель а. присутствовал при совершении данного процессуального действия и удостоверил в данном протоколе своей подписью законность выдачи денежных купюр п.

Судом обоснованно отказано в удовлетворении ходатайства о назначении экспертизы, которая могла бы установить, использовался ли газовый баллончик, поскольку по делу не установлено, что именно данный баллончик являлся предметом, использованным ФИО1 в качестве оружия.

Заявленные стороной защиты доводы о фальсификации видеозаписи, обнаруженной на телефоне ФИО2 являются надуманными. Потерпевший п. подтвердил, что на этом видеофайле записаны его действия, совершенные им в гараже в ночь на 26 декабря 2020 года. Иное время создания файла в свойствах файла при таких обстоятельствах не свидетельствует о недопустимости данного доказательства. Тот факт, что с 1 января 2021 года ФИО2 уехал в г. Сочи и проживал там, не свидетельствует о его невиновности.

Доводы стороны защиты, о том, что базовые станции, через которых происходили телефонные соединения между осужденными, расположены на значительном удалении как друг от друга, так и от места совершения преступления, суд верно расценил как необоснованные. Так, из исследованного протокола и представленной стороной защиты схемы следует, что преступление совершено в зоне действий базовых станций, где в инкриминируемый период находились осужденные и где расположен гараж, куда был похищен п.

Все оперативно-розыскные мероприятия по данному делу были проведены в соответствии с положениями Федерального закона от 12 августа 1995 года № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», а полученные в результате них сведения закреплены путем производства соответствующих процессуальных действий. Отсутствие постановления судьи Свердловского областного суда в материалах дела не является основаниям для признания их незаконными.

Доводы о том, что судья Кабанов А.А. при принятии решения об избрании ФИО4 и ФИО3 меры пресечения в виде заключения под стражу в соответствующих постановлениях допустил высказывание о виновности, не основано на фактических обстоятельствах дела. При принятии решения о мере пресечения судья лишь высказался об обоснованности выдвинутого подозрения, прямо указав, что не входит при этом в обсуждение доказанности предъявленного обвинения, так как этот вопрос не входит в компетенцию суда на стадии досудебного производства.

Согласно заключению проведенных психолого-психиатрических экспертиз в отношении осужденных, сведений об их невменяемости в инкриминируемый им период времени, а также в настоящее время не установлено. Оснований для проведения дополнительной экспертизы в отношении ФИО1, не имеется.

Допущенное судом первой инстанции исправление явной технической ошибки совершения ФИО2 преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 161 УК РФ, не влияет на законность и обоснованность приговора в целом, а также не нарушает прав участников судебного разбирательства, не является нарушением положений ст. 252 УПК РФ, поскольку не свидетельствует об изменении объема обвинения ФИО2, так как совершение указанного преступления именно 26 декабря 2020 года очевидно из материалов уголовного дела и эта дата сторонами в ходе судебного разбирательства дела не оспаривалась.

Суд первой инстанции, оценив заключение общественно-наблюдательной комиссии, из которой следует, что в ходе посещения камеры, в которой содержался н. в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области, верно указал, что данное заключение в соответствии со ст.ст. 74, 84 УПК РФ не является доказательством, поскольку достоверность его содержания не подтверждена стороной защиты и не обладает необходимыми реквизитами официального документа.

Суд, исследовав представленные доказательства, обоснованно признал их достаточными для осуждения ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 и верно квалифицировал их действия по п. «а,з» ч. 2 ст.126 УК РФ - как похищение человека, совершенное группой лиц по предварительному сговору, из корыстных побуждений; действия ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО5 по п. «а, в, г» ч. 2 ст. 163 УК РФ – вымогательство, то есть требование передачи чужого имущества под угрозой применения насилия, а равно под угрозой распространения сведений, позорящих потерпевшего, совершенного группой лиц по предварительному сговору, с применением насилия, в крупном размере, действия ФИО4 по ч. 5 ст. 33, - п.п. «а, в, г» ч. 2 ст. 163 УК РФ как пособничество в вымогательстве, то есть требование передачи чужого имущества под угрозой применения насилия, а равно под угрозой распространения сведений, позорящих потерпевшего, совершенное группой лиц по предварительному сговору, с применением насилия, в крупном размере; действия ФИО2 - по ч. 1 ст. 161 У РФ как грабеж, то есть открытое хищение чужого имущества.

Оснований для иной квалификации действий осужденных нет.

Наказание осужденным назначено в соответствии с требованиями закона, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного ими преступления, конкретных обстоятельств дела, данных о личности, роли в групповом преступлении, активности в достижении преступной цели, а также с учетом наличия смягчающих и отягчающего наказание обстоятельств.

Суд апелляционной инстанции в отношении осужденных не усматривает иных обстоятельств, кроме указанных в приговоре, которые должны быть признаны смягчающими наказание в силу ч. 1, ч. 2 ст. 61 УК РФ.

В качестве обстоятельства, отягчающего наказание: у ФИО1 в соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 63 УК РФ является рецидив преступлений, вид которого является особо опасным, в связи с чем на основании п. «г» ч. 1 ст. 58 УК РФ отбывание наказания в виде лишения свободы ему назначено в исправительной колонии особого режима; у ФИО2 в соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 63 УК РФ является рецидив преступлений, вид которого является опасным, в связи с чем на основании п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ отбывание наказания в виде лишения свободы ему назначено в исправительной колонии строгого режима; у ФИО3 в соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 63 УК РФ является рецидив преступлений, вид которого является опасным, в связи с чем на основании п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ отбывание наказания в виде лишения свободы ему назначено в исправительной колонии строгого режима; у ФИО4 в соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 63 УК РФ является рецидив преступлений, вид которого является особо опасным, в связи с чем на основании п. «г» ч. 1 ст. 58 УК РФ отбывание наказания в виде лишения свободы ему назначено в исправительной колонии особого режима; отягчающих наказание обстоятельств у ФИО5 не имеется, в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ отбывание наказания ФИО5 назначено в исправительной колонии строгого режима.

Наличие у осужденных ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, отягчающего наказание обстоятельства препятствует применению положений ч. 6 ст. 15 УК РФ.

Характер и степень общественной опасности, фактические обстоятельства содеянного, а также данные о личности ФИО5, свидетельствуют об отсутствии оснований для применения положений ч. 6 ст. 15, ст. 73 УК РФ.

Совокупность обстоятельств, смягчающих наказание, не является безусловным основанием для назначения более мягкого наказания, предусмотренного санкцией статьи, поскольку положения ст. 64, ч. 3 ст. 68 УК РФ применяются при наличии исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенных деяний, которых по настоящему делу не установлено.

Кроме того, судебная коллегия не находит оснований для усиления наказания по доводам представления.

Все выводы суда, изложенные в приговоре, основаны на правильном применении уголовного закона и не вызывают сомнений у судебной коллегии, которая не находит оснований для изменения приговора суда по доводам жалоб.

Гражданский иск потерпевшего разрешен правильно. Решение суда основано на положениях ст. ст. 151, 1101 ГК РФ. При этом были учтены все юридически значимые обстоятельства. Суд обоснованно взыскал с осужденных в пользу потерпевшего п. по 100 000 рублей в качестве компенсации морального вреда с каждого. Размер компенсации морального вреда отвечает принципам разумности и справедливости, определен с учетом имущественного положения осужденного.

Процессуальные издержки на оплату услуг защитников взысканы судом обосновано с учетом мнения осужденных и их материального положения.

Вместе с тем, в резолютивной части приговора допущена явная описка, поскольку ФИО2 задержан и фактически заключен под стражу 15 апреля 2021 года, а ФИО6 содержится под стражей с 20 февраля 2021 года, в связи с чем приговор подлежит изменению по доводам представления.

Учитывая вышеизложенное и руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

приговор приговор Чкаловского районного суда г. Екатеринбурга от 16 января 2023 года в отношении ФИО1, ФИО2, ФИО5, ФИО3, ФИО4 – изменить, указать о зачете в срок лишения свободы время содержания ФИО2 под стражей с 15 апреля 2021 года, зачесть в срок лишения свободы время содержания под стражей ФИО3 с 20 февраля 2021 года.

В остальной части приговор суда оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденного ФИО1, ФИО2 ФИО3, ФИО4, ФИО5, адвокатов Султангулова Р.К., Рамазанова Х.Ф., Баяновой О.С., Семенюта О.А., Харина Э.В. - без удовлетворения.

Апелляционное представление государственного обвинителя Рыковой Е.Г. – удовлетворить частично.

Апелляционное определение вступает в законную силу немедленно и может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1УПК РФ в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции, расположенный в г. Челябинске, в течение 6 месяцев со дня его вынесения, а осужденными, содержащимися под стражей, в тот же срок со дня получения копии определения.

Осужденные, содержащиеся под стражей, вправе ходатайствовать о своем участии в суде кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи