№ 2-1798/2025
УИД: №
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
1 сентября 2025 года город Барнаул
Железнодорожный районный суд г.Барнаула Алтайского края в составе председательствующего судьи Хомчука А.А., при секретаре Комаровой П.В., с участием истца ФИО1, представителя ответчика ФИО8 – ФИО6, ответчика ФИО3, представителя ответчика ФИО3 – ФИО7, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 об освобождении имущества от ареста,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2, ФИО3 об освобождении имущества от ареста, в котором просила снять запрет на совершение регистрационных действий в отношении автомобиля «<данные изъяты>», <данные изъяты> года выпуска, государственный регистрационный знак № кузов № №, наложенный определением судьи Индустриального районного суда г.Барнаула от 26 сентября 2024 года.
В обоснование заявленных требований истцом указано на то, что на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ она приобрела у ФИО2 автомобиль «<данные изъяты>», <данные изъяты> года выпуска, государственный регистрационный знак №, кузов № №, и в этот же день транспортное средство снято с регистрационного учета. ДД.ММ.ГГГГ в счет обеспечения исковых требований ФИО3 к ФИО2 определением судьи Индустриального районного суда г.Барнаула наложен запрет МРЭО ГИБДД ГУ МВД России по Алтайскому краю на совершение регистрационных действий в отношении вышеуказанного автомобиля. Поскольку автомобиль на момент вынесения указанного определения судьи находился у истца, то наличие вышеуказанного запрета нарушает её права, как собственника данного имущества.
В судебном заседании истец ФИО1 настаивала на удовлетворении исковых требований в полном объеме, пояснив, что ФИО2 ей приходилась снохой, однако она с ней не общалась, никаких отношений не поддерживала. ФИО2 попросила её сына купить спорный автомобиль, на что она дала согласие, и в последующем всем занимался её сын. Расчет по договору производился путем передачи наличных денежных средств из имеющихся накоплений, автомобиль передан ей ДД.ММ.ГГГГ или через несколько дней после заключения договора и по настоящее время находится у неё. Помимо уплаты стоимости автомобиля она никаких затрат не несла, на регистрационный учет не ставила, так как находится в поврежденном состоянии.
Представитель истца ФИО5 в судебное заседание не явился, извещен надлежаще, о причинах неявки не сообщил, ходатайств не заявлял. Ранее при рассмотрении дела пояснял, что со слов истца ему известно, что помощь в приобретении автомобиля истцу оказывал её сожитель, который через объявления нашел спорный автомобиль, осмотрел его и в последующем они приняли решение приобрести его. Договор был заключен ДД.ММ.ГГГГ и в этот же день покупателю передан автомобиль, а продавцу денежные средства наличными.
Представитель ответчика ФИО8 – ФИО6 в судебном заседании поддержала исковые требования, просила их удовлетворить, пояснив, что договор купли-продажи был заключен, не оспорен, истец является добросовестным приобретателем и право собственности на автомобиль у неё возникло в момент подписания договора.
Ответчик ФИО3 и его представитель ФИО7 в судебном заседании возражали относительно удовлетворения исковых требований, поясняя, что по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ автомобиль находился под арестом в рамках уголовного дела, договор купли-продажи является фиктивной сделкой.
Ответчик ФИО8 в судебное заседание не явилась, извещена надлежаще, о причинах неявки не сообщила, ходатайств не заявляла.
Руководствуясь статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.
Выслушав истца, ответчика, представителей ответчиков, исследовав материалы дела и оценив представленные доказательства в соответствии с требованиями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующему.
Согласно статье 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.
Статьей 304 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.
В пункте 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 ноября 2015 года № 50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства» разъяснено, что запрет на распоряжение имуществом налагается в целях обеспечения исполнения исполнительного документа и предотвращения выбытия имущества, на которое впоследствии может быть обращено взыскание, из владения должника в случаях, когда судебный пристав-исполнитель обладает достоверными сведениями о наличии у должника индивидуально-определенного имущества, но при этом обнаружить и/или произвести опись такого имущества по тем или иным причинам затруднительно (например, когда принадлежащее должнику транспортное средство скрывается им от взыскания).
Как разъяснено в пункте 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года №10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», по смыслу статьи 119 Федерального закона «Об исполнительном производстве» при наложении ареста в порядке обеспечения иска или исполнения исполнительных документов на имущество, не принадлежащее должнику, собственник имущества (законный владелец, иное заинтересованное лицо, в частности, не владеющий залогодержатель) вправе обратиться с иском об освобождении имущества от ареста.
Бремя доказывания принадлежности имущества, на которое наложен арест, лежит на лице, обратившимся с требованием об освобождении имущества от ареста и исключении из описи.
Частью 2 статьи 442 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации определено, что заявленный лицами, не принимавшими участия в деле, спор, связанный с принадлежностью имущества, на которое обращено взыскание, рассматривается судом по правилам искового производства (абзац первый).
Иски об освобождении имущества от ареста (исключении из описи) предъявляются к должнику и взыскателю. В случае, если арест или опись имущества произведены в связи с конфискацией имущества, в качестве ответчиков привлекаются лицо, чье имущество подлежит конфискации, и соответствующий государственный орган. В случае, если арестованное или включенное в опись имущество уже реализовано, иск предъявляется также к приобретателю имущества (абзац третий).
Таким образом, правом на обращение в суд с иском об освобождении имущества от ареста обладает лицо, не являющееся должником по исполнительному производству, но обладающее правом собственности на имущество, на которое наложен арест, либо являющееся законным владельцем данного имущества.
При рассмотрении дела судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ на имя ФИО11 (до брака ФИО12. поставлен на регистрационный учет автомобиль «<данные изъяты>», <данные изъяты> года выпуска, государственный регистрационный знак №, двигатель №, кузов № №.
ДД.ММ.ГГГГ данный автомобиль снят с регистрационного учета в связи с продажей другому лицу.
ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 обратился в Индустриальный районный суд г.Барнаула Алтайского края с иском к ФИО2 о взыскании ущерба и компенсации морального вреда, причиненных в результате дорожно-транспортного происшествия, одновременно заявив ходатайство о принятии мер по обеспечению данного иска.
Определением судьи Индустриального районного суда г.Барнаула от 26 сентября 2024 года ходатайство ФИО3, удовлетворено; наложен арест на имущество, принадлежащее ФИО2, находящееся у нее или других лиц, в пределах заявленных требований, а также наложен запрет МРЭО ГИБДД ГУ МВД России по Алтайскому краю совершать регистрационные действия, связанные с отчуждением в пользу третьих лиц и (или) снятия с регистрационного учета автомобиля «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак №.
ДД.ММ.ГГГГ во исполнение данного определения судьи регистрирующим органом в карточку АМТС, находящегося под ограничение, внесена отметка об ограничении в виде запрета на регистрационные действия.
Заявляя требования об отмене вышеуказанных ареста и запретов на совершение регистрационных действий в отношении автомобиля «<данные изъяты><данные изъяты> года выпуска, государственный регистрационный знак №, истец ФИО1 указывает на то, что на момент принятия судом обеспечительной меры в виде запрета на совершение регистрационных действий, данное транспортное средство принадлежало её, на основании договора купли-продажи, заключенному с ФИО2
Ответчик ФИО3 и его представитель, возражая относительно удовлетворения исковых требований, ссылались на фиктивность (мнимость) сделки купли-продажи между ФИО2 и ФИО1
Согласно пункту 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.
Гражданские права и обязанности возникают из договоров и иных сделок, предусмотренных законом (подпункт 1 пункта 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В силу пункта 1 статьи 420 Гражданского кодекса Российской Федерации договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.
В соответствии с пунктом 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.
На основании статьи 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.
По договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену) (пункт 1 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В соответствии с пунктом 1 статьи 456 гражданского кодекса Российской Федерации продавец обязан передать покупателю товар, предусмотренный договором купли-продажи.
В силу пункта 1 статьи 458 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено договором купли-продажи, обязанность продавца передать товар покупателю считается исполненной в момент вручения товара покупателю или указанному им лицу, если договором предусмотрена обязанность продавца по доставке товара.
Положениями статьи 223 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором (часть 1). В случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом (часть 2).
В силу абзаца 2 пункта 1 статьи 224 Гражданского кодекса Российской Федерации вещь считается врученной приобретателю с момента ее фактического поступления во владение приобретателя или указанного им лица.
На основании пункта 2 статьи 130 Гражданского кодекса Российской Федерации вещи, не относящиеся к недвижимости, признаются движимым имуществом. Регистрация прав на движимые вещи не требуется, кроме случаев, указанных в законе.
Из приведенных норм материального права следует, что договор купли-продажи транспортного средства, относящегося к движимому имуществу, является реальным и считается заключенным с момента передачи транспортного средства покупателю.
Согласно статье 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
В силу статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.
В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).
По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.
Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.
Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Как разъяснено в пунктах 7, 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 и 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).
К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 и 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В соответствии с пунктом 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.
Согласно пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.
Как предусмотрено пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.
Согласно позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в абзаце 2 пункта 86 постановления от 23 июня 2015 г. N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой и притворной сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки, как ничтожной на основании статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Обе стороны мнимой сделки стремятся к сокрытию ее действительного смысла. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Расхождение волеизъявления с волей устанавливает суд путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон.
Соответственно юридически значимым обстоятельством, подлежащим установлению при рассмотрении требования о признании той или иной сделки мнимой, является установление того, имелось ли у каждой стороны сделки намерение реально совершить и исполнить соответствующую сделку.
В связи с этим для разрешения вопроса о мнимости договора купли-продажи необходимо установить наличие либо отсутствие правовых последствий, которые в силу статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации влекут действительность такого договора, а именно: факты надлежащей передачи вещи в собственность покупателю, а также уплаты покупателем определенной денежной суммы за эту вещь.
В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
В материалы дела представлен договор купли-продажи автомобиля от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому ФИО2 продала, а ФИО1 купила автомобиль «<данные изъяты>», <данные изъяты> года выпуска, государственный регистрационный знак № по цене <данные изъяты> руб.
Между тем, обстоятельства, свидетельствующие о реальном исполнении данной сделки, при рассмотрении дела не установлены.
В судебном заседании истец ФИО1 пояснила, что оплата по договору произведена в день заключения договора купли-продажи, автомобиль её передан в этот же день или через несколько дней, она не помнит. Всем занимался её сын ФИО9, который помогал ФИО2 забрать автомобиль и в этот момент последняя предложила ему приобрести данное транспортное средство.
Допрошенный при рассмотрении дела в качестве свидетеля ФИО9 показал, что ФИО2 попросила его забрать автомобиль со специализированной стоянки в <адрес>, и пояснила, что намерена продавать автомобиль, после чего он предложил ФИО1 купить автомобиль, которая выразила свое согласие. После этого ДД.ММ.ГГГГ или ДД.ММ.ГГГГ они приехали в ГАИ, где заключили договор в 3 экземплярах, один из которых отдали в ГАИ. После этого забрали автомобиль со специализированной стоянки, отогнали в автосервис, где им посчитали стоимость ремонта, после чего перегнали автомобиль по месту жительства истца по адресу: <адрес>, где он находится по настоящее время в поврежденном состоянии.
В подтверждение оплаты по договору представлена копия расписки, согласно которой ФИО2 получила от ФИО1 денежные средства в размере <данные изъяты>. в счет оплаты по договору купли-продажи автомобиля от ДД.ММ.ГГГГ. Однако какие-либо доказательства, подтверждающие действительное наличие у истца денежных средств в указанном размере, не представлено.
Утверждения истца о наличии накоплений для осуществления ремонта индивидуального жилого дома ничем не подтверждены. Согласно представленным выпискам из справок 2-НДФЛ общая сумма дохода ФИО1 за ДД.ММ.ГГГГ год составила <данные изъяты> руб. <данные изъяты> коп., за ДД.ММ.ГГГГ год – <данные изъяты> руб. <данные изъяты> коп.
По общему правилу, закрепленному в пункте 1 статьи 223 Гражданского кодекса Российской Федерации, при отчуждении транспортного средства по договору право собственности на него у нового приобретателя возникает с момента передачи, если иное не предусмотрено законом или договором.
Оценивая договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ в соответствии с буквальным толкованием его содержания и условий, суд учитывает, что данная сделка совершена в <адрес> и при её заключении автомобиль передан покупателю ФИО1, о чем стоит рукописная подпись последней.
Вместе с тем, из установленных по делу обстоятельств следует, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО2 осуществлялось уголовное преследования по признакам преступления, предусмотренного частью 1 статьи 264 Уголовного кодекса Российской Федерации, в рамках которого ФИО3 признан потерпевшим и предъявил гражданский иск, по которому ФИО2 признана гражданским ответчиком.
По данному уголовному делу постановлением Центрального районного суда г.Барнаула от ДД.ММ.ГГГГ разрешено наложение ареста на имущество ФИО2 в виде автомобиля «<данные изъяты>», <данные изъяты> года выпуска, государственный регистрационный знак №, состоящем в адресованном собственнику и владельцу имущества распоряжаться им.
Постановлением Тальменского районного суда Алтайского края от 18 июля 2024 года производство по вышеуказанному уголовному делу в отношении ФИО2 прекращено по пункту 3 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с истечением срока давности уголовного преследования, снят арест с автомобиля «<данные изъяты>», <данные изъяты> года выпуска, и по вступлении постановления в законную силу постановлено возвратить данный автомобиль законному владельца ФИО2
Данное постановление вступило в законную силу ДД.ММ.ГГГГ, при этом из его содержания следует, что автомобиль «<данные изъяты>», <данные изъяты> года выпуска, хранится на территории специализированной стоянки по адресу: <адрес>, <адрес> <адрес>.
Таким образом, суд приходит к выводу о том, что на момент подписания договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ спорный автомобиль не мог быть передан покупателю в <адрес>, поскольку находился под арестом в рамках уголовного дела на специализированной стоянке в ином населенном пункте.
Согласно представленной ФИО13 копии расписки от ДД.ММ.ГГГГ автомобиль «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак №, со специализированной стоянки выдан ФИО2, при этом последняя указала себя в качестве собственника данного транспортного средства.
Какие-либо документы, подтверждающие факт приема-передачи спорного автомобиля во исполнение договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, стороной истца в нарушение требований статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
Ссылка стороны истца на то, что в настоящее время автомобиль находится по её месту жительства по адресу: <адрес>, отклоняется судом, поскольку какими-либо доказательствами данное обстоятельство не подтверждено, а, более того само по себе место нахождения автомобиля не свидетельствует о его передаче во исполнение договора купли продажи по следующим основаниям.
Так, из представленных записей актов гражданского состояния следует, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ответчик ФИО2 и свидетель ФИО9 состояли в зарегистрированном браке, при этом ФИО9 приходится сыном истцу ФИО1
В судебном заседании свидетель ФИО9 пояснил, что он зарегистрирован и фактически проживает по адресу: <адрес>. Автомобиль находится в неисправном состоянии и не может самостоятельно передвигаться.
Следовательно, постановка в период брака неисправного автомобиля, принадлежащего одному из супругов, по месту жительства другого супруга либо его близких родственников, не свидетельствует о передаче данного имущества во исполнение правоотношений, вытекающих из возмездного отчуждения имущества.
Суд отмечает, что в нарушение положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации истцом ФИО1 не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что на день подписания договора у неё имелась объективная необходимость приобретения автомобиля, притом что из её пояснений следует, что права управления транспортными средствами она не имеет, автомобилем планировал пользоваться ФИО9, а у ФИО2 – необходимость его продажи, принимая во внимание, что какие-либо денежные обязательства последней перед третьими после подписания договора купли-продажи не исполнялись.
Суд также учитывает, что с заявлением о производстве регистрационных действий ФИО1 в органы ГИБДД не обращалась, сведения об истице как о новом собственнике спорного автомобиля в органы ГИБДД не подавались.
В соответствии с пунктом 2 статьи 4 Федеральный закон от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» при возникновении права владения транспортным средством (приобретении его в собственность, получении в хозяйственное ведение или оперативное управление и т.п.) владелец транспортного средства обязан застраховать свою гражданскую ответственность до регистрации транспортного средства, но не позднее чем через десять дней после возникновения права владения им.
Однако, доказательств исполнения ФИО1 данной обязанности со дня оформления договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ до наложения запрета и рассмотрения настоящего дела по существу не представлено, притом что со дня подписания договора до наложения запрета прошло более 2 месяцев.
Стороной истца также не представлено доказательств, подтверждающих, что ФИО1, реализуя правомочия собственника транспортного средства, осуществляла действия, направленные на содержание автомобиля, в том числе поддержание его технического состояния (осуществление ремонта, технического обслуживания и т.д.).
Представленный в дело акт от ДД.ММ.ГГГГ №, согласно которому ФИО1 оказаны услуги по ремонту автомобиля, а последняя произвела оплату в размере <данные изъяты>., суд оценивает критически, поскольку при рассмотрении дела ФИО1 поясняла, что какие-либо расходы по ремонту автомобиля не несла, автомобиль по настоящее время находится в поврежденном состоянии. Из показания свидетеля ФИО9 также следует, что в автосервисе была произведена лишь калькуляция стоимости ремонтных работ.
Обстоятельство того, что спорный автомобиль ДД.ММ.ГГГГ снят с регистрационного учета на имя ФИО2, не имеет правового значения, поскольку в силу положений пункта 3 статьи 15 Федерального закона от 10 декабря 1995 года № 196-ФЗ «О безопасности дорожного движения» регистрация транспортных средств обусловливает их допуск к участию в дорожном движении, носит учетный характер и не является обязательным условием для прекращения на них права собственности.
Суд также отмечает, что совершение регистрационных действий по снятию автомобиля с регистрационного учета истец, сторона ответчика ФИО2, свидетель ФИО9 обуславливают заключением договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ.
Между тем, согласно ответу ГИБДД УМВД России по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, основанием для совершения регистрирующим органом вышеуказанных регистрационных действий в отношении спорного автомобиля явился договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и ФИО1, копия которого представлена в материалы дела. При этом данный договор содержит иные условия продажи автомобиля, чем в представленном в дело стороной истца договоре от ДД.ММ.ГГГГ, не содержит отметок о его исполнении. Указанное также не может свидетельствовать о добросовестности поведения сторон спорных правоотношений.
Ссылки истца на отсутствие каких-либо ограничений в отношении спорного автомобиля на момент заключения договора купли-продажи, не принимаются судом во внимание, так как не свидетельствуют о реальности исполнения данной сделки. Более того, из пояснений истца следует, что ей было известно о том, что её сын ФИО9 помогал своей супруге ФИО2 забрать принадлежащий последней автомобиль со специализированной стоянки.
При таких обстоятельствах, оценивая представленные доказательства в соответствии с требованиями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, принимая во внимание, что на момент заключения договора стороны сделки являлись родственниками, предмет договора находился под арестом на специализированной стоянке, у ФИО2 имелись мотивы для создания видимости вывода автомобиля из состава принадлежащего ей имущества в связи с наличием денежных притязаний со стороны третьих лиц, истец водительского удостоверения не имеет, денежные средства, за счет которых по утверждению истца приобретен автомобиль, предназначались на ремонт домовладения, в котором проживает истец, доказательств необходимости иного их целевого расходования, а именно на приобретение автомобиля, не представлено, обстоятельства реальности исполнения договора не установлены, суд приходит к выводу о том, что у ФИО2 отсутствовало действительное намерение продать транспортное средство ФИО1, а у последней - приобрести имущество.
Подписанный между сторонами договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ имеет признаки мнимой сделки, фактически данный договор между сторонами не исполнялся, совершен лишь для вида, без намерения сторон создать соответствующие данной сделке правовые последствия, исключительно с целью вывода имущества из собственности ответчика ФИО2
При этом суд учитывает и то, что стороны такой сделки могут придать ей требуемую законом форму и произвести для вида соответствующие действия по ней, что само по себе не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, что имеет место и в данном конкретном случае.
При таких обстоятельствах, поскольку договор купли-продажи заключен лишь для вида, переход права собственности не состоялся и собственником спорного автомобиля по настоящее время является ФИО2, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований.
С учетом изложенного, суд отказывает ФИО1 в удовлетворении иска об освобождении спорного автомобиля от ареста в полном объеме.
Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО1 (паспорт гражданина Российской Федерации серия № №) к ФИО2 (паспорт гражданина Российской Федерации серия № №), ФИО3 (№ №) об освобождении имущества от ареста об освобождении имущества от ареста оставить без удовлетворения в полном объеме.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Алтайский краевой суд через Железнодорожный районный суд г. Барнаула в течение одного месяца со дня составления мотивированного решения.
Судья А.А. Хомчук
Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ