Дело №2-1206/2025

УИД: 59RS0003-01-2025-000389-61

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

15 сентября 2025 года Кировский районный суд г.Перми в составе:

председательствующего судьи Каменщиковой А.А.,

при секретаре Филиппове А.С.,

с участием прокурора Патрушевой О.С., представителя истца ФИО1, действующей на основании доверенности, представителя ответчика ФИО4, действующей на основании доверенности,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к индивидуальному предпринимателю ФИО3 о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратилась в суд с иском (с учетом уточнения исковых требований) к индивидуальному предпринимателю ФИО3 (далее - ИП ФИО3) о взыскании компенсации морального вреда в размере 100 000 руб., штрафа в размере 50 000 руб., расходов на лечение в размере 68 900 руб.

В обоснование иска указано, что 31 октября 2024 года истец, при выходе из салона красоты «.......», принадлежащего ответчику, примерно между 15.00 и 16.00 часами запнулась об порожек, который был не виден и сливался в неосвещенном тамбуре с черным кафельным полом. В результате падения, истец получила ....... В связи с полученными травмами, истец вынуждена приобретать себе специальные ортопедические приспособления, принимать лекарства, посещать врачей. С момента получения травмы, истец испытывает сложности в быту. По результатам обследований, врачи сообщили, что кость предплечья уже никогда не встанет в правильное положение, рука частично потеряла функциональность. В нежилом помещении по <адрес> ответчик оказывает услуги населению, в том числе обязана обеспечить безопасное нахождение в помещении потребителей. Согласно техническому регламенту о безопасности зданий и сооружений, в них должны быть предусмотрены хорошо различимые предупреждающие знаки или наклейки, однако, в нарушении регламента, никаких указателей в месте происшествия не было. Произошедшая с истцом травма явилась следствием отсутствия освещения в тамбуре на выходе, ненормативном состоянии перил и отсутствием указателей о ступеньке. Истцу ....... лет, функциональность руки уже никогда не восстановится. Затраты на лечение для истца являются существенными. Входная группа магазина (дверной проем, крыльцо), где истец получила травму, предназначена для использования посетителями парикмахерской, при этом крыльцо является конструктивным элементом здания, выполняет вспомогательную роль только по отношению к нежилому помещению парикмахерской, предполагается его использование для входа и выхода исключительно в парикмахерскую, поэтому обязанность по надлежащему содержанию крыльца лежит на собственнике помещения. При оказании услуг торговли должны обеспечиваться безопасные условия для жизни и здоровья покупателей, посетителям парикмахерской должна быть обеспечена возможность безопасного входа и выхода из здания, в котором находится парикмахерская. В качестве досудебного урегулирования спора в досудебном порядке, истец направляла претензию в адрес ответчика, однако, ответчик ответил отказом.

Истец ФИО2 в судебном заседании не участвовала, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещена, ходатайствовала о рассмотрении дела в ее отсутствие.

Представитель истца ФИО1 в судебном заседании на исковых требованиях настаивала, подтвердив изложенные в иске обстоятельства.

Ответчик ИП ФИО3 в судебном заседании не участвовала, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещена, ходатайствовала о рассмотрении дела в ее отсутствие. В письменных возражениях, указала, что исковые требования не признает. 31 октября 2024 года истец в дневное время пришла в салон к мастеру З. на парикмахерскую услугу, которая длилась около 2-х часов. Ранее истец уже приходила в салон и знала конструкцию пола в тамбуре салона. Истица пришла в салон при помощи палок для передвижения и в сопровождении сына. Когда истец стала выходить из салона, сын взял у нее палки, открыл входную дверь на улицу, в это время в тамбуре было светло. Мастер З. стояла за истцом и сказала «осторожно там порожек». Истица потеряла равновесие, запнулась о перепад высоты пола (уступ) и упала на крыльцо. По мнению ответчика, каких-либо объективных доказательств, подтверждающих наличие ее вины в причинении вреда здоровью истца, отсутствуют. Падение истца произошло в результате ее собственных действий, связанных с перемещением в тамбуре. Также считает, что факт противоправного поведения (непринятие мер к обеспечению безопасности конструкции пола), связанного с падением ФИО2 в тамбуре, а также причинная связь между поведением ответчика и наступлением вреда не установлены. В дополнительных возражениях на исковое заявление, ответчиком указывается на несогласие с исковыми требованиями о взыскании денежных средств за медицинские услуги в размере 2 000 руб. в связи с тем, что необходимости оплаты указанной денежной суммы за прием врача травматолога-ортопеда у истицы не имелось. Истцом не представлены достаточные и достоверные доказательства того, что она была лишена возможности получить указанную медицинскую помощь бесплатно, либо была лишена возможности получить эти медицинские услуги качественно и своевременно. Требования о взыскании расходов на будущее лечение не подлежат удовлетворению, поскольку истец фактически их еще не понесла, к лечению не прибегала, представленный акт не является доказательством, свидетельствующим о том, что расходы на лечение будут составлять именно такие суммы. С достоверностью не подтверждено, что лечение ФИО2 может быть произведено только на основании предложенных ООО «.......» вариантов. С требованиями о взыскании штрафа в сумме 50 000 руб. не согласна, поскольку не согласна с исковыми требованиями в полном объеме. При удовлетворении судом исковых требований, считает, что штраф подлежит снижению, поскольку носит компенсационный характер и не должен приводить к неосновательному обогащению, просит применить положение статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации. С доводами истца о причинении ей тяжкого вреда здоровью ответчик не согласна, поскольку ходатайство о назначении судебно-медицинской экспертизы не заявлялось, СМЭ с целью определения степени тяжести вреда по делу не назначалась. Согласно акту приема-передачи нежилого помещения от 19 декабря 2017 года техническое состояние нежилого помещения (салона красоты) на момент передачи не требует капитального ремонта, передаваемый объект соответствует требованиям эксплуатации. Согласно акту от 10 марта 2011 года комиссия осуществила приемку выполненных ремонтно-строительных работ и установила их соответствие проекту.

Представитель ответчика ФИО4 в судебном заседании исковые требования не признала по доводам, изложенным в письменных возражениях.

Суд, выслушав представителей сторон, свидетеля, заключение прокурора, исследовав материалы дела, приходит к следующему.

Право на жизнь и охрану здоровья относится к числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите; Российская Федерация является социальным государством, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь человека (статьи 2 и 7, часть 1 статьи 20, статья 41 Конституции Российской Федерации).

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции Российской Федерации).

Из изложенного следует, что государство должно защищать право граждан на жизнь и здоровье, обеспечивать его реализацию, уделяя надлежащее внимание вопросам предупреждения произвольного лишения жизни и здоровья, а также обязано принимать все разумные меры по борьбе с обстоятельствами, которые могут создать прямую угрозу жизни и здоровью граждан.

В развитие положений Конституции Российской Федерации приняты соответствующие законодательные акты, направленные на защиту здоровья граждан и возмещение им вреда, причиненного увечьем или иным повреждением здоровья. Основания, порядок, объем и характер возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, а также круг лиц, имеющих право на такое возмещение, определены главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» Гражданского кодекса Российской Федерации (статьи 1064 - 1101).

В силу статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации защита гражданских прав осуществляется, в том числе путем компенсации морального вреда.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» разъяснено, что по общему правилу, установленному статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В объем возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, входит, в том числе компенсация морального вреда (пункт 4 главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Согласно пункту 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Из норм Конституции Российской Федерации, положений статей 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации в их взаимосвязи и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что моральный вред – это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен.

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Для наступления деликтной ответственности в соответствии с данными нормами права необходимо наличие состава правонарушения, включающего наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между этими элементами, а также вину причинителя вреда.

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации в постановлении от 15 ноября 2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26).

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (пункт 27).

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (пункт 28).

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости. В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания, устранить эти страдания либо сгладить их остроту (пункт 30).

Таким образом, в предмет доказывания по делу входят: факт причинения вреда и его характер, противоправность поведения причинителя вреда и причинно-следственная связь между указанными элементами. При этом бремя доказывания указанных обстоятельств возлагается на истца (пункт 1 статьи 1064, пункт 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации). Обязанность по доказыванию отсутствия вины в нарушении прав истца возлагается на ответчика (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как установлено в судебном заседании и следует из материалов дела, а также не оспаривается ответчиком, 31 октября 2024 года в период с 15.00 до 16.00 часов истец ФИО2, выходя из салона красоты «.......», расположенного по <адрес>, запнулась об порожек, в результате чего упала.

Из пояснений представителей истца следует, что падение истца произошло по причине того, что истец запнулась об порожек, который не виден и сливался в неосвещенном тамбуре с черным кафельным полом, отсутствовали обозначения неровности пола.

Согласно карте вызова скорой медицинской помощи №, 31 октября 2024 года в 15 часов 20 минут принят вызов бригады скорой помощи по <адрес> салон красоты «.......» к ФИО2, повод к выезду – .......

При осмотре ФИО2 в ГБУЗ ПК «ГКБ им. С.Н. Гринберга» поставлен диагноз: .......

Согласно выписке из ЕГРН, собственниками нежилого помещения по <адрес> на праве общей долевой собственности с 11 декабря 2017 года являются ФИО3 и Р. (по ? доли у каждой).

ФИО3 с 18 декабря 2017 года и по настоящее время зарегистрирована в качестве индивидуального предпринимателя, основным видом деятельности которой является предоставление услуг парикмахерскими и салонами красоты.

Таким образом, ИП ФИО3 осуществляет деятельность по оказанию парикмахерских услуг населению в салоне красоты «.......» по <адрес>.

09 декабря 2024 года (согласно почтовому штемпелю) в адрес ответчика истцом направлена претензия с требованием об оплате затрат на лечение, возникших в связи с получением травмы при падении в тамбуре салона.

В связи с неудовлетворением требований истца, ФИО2 обратилась в суд с рассматриваемым иском.

Требования к безопасности зданий и сооружений установлены Федеральным законом от 30 декабря 2009 года №384-ФЗ «Технический регламент безопасности зданий и сооружений».

Согласно статье 1 Федерального закона от 30 декабря 2009 года №384-ФЗ, настоящий Федеральный закон принимается в том числе в целях защиты жизни и здоровья граждан, имущества физических или юридических лиц, государственного или муниципального имущества.

Здание или сооружение должно быть спроектировано и построено, а территория, необходимая для использования здания или сооружения, должна быть благоустроена таким образом, чтобы в процессе эксплуатации здания или сооружения не возникало угрозы наступления несчастных случаев и нанесения травм людям – пользователям зданиями и сооружениями в результате скольжения, падения, столкновения, ожога, поражения электрическим током, а также вследствие взрыва (статья 11).

Исполнение основных требований безопасности для пользователей зданиями (сооружениями) осуществляется согласно перечню соответствующих требований (части 1-6, 9-13 статьи 30 указанного Федерального закона) и с учетом утвержденных национальных стандартов и сводов правил и документов в области стандартизации.

Согласно статье 210 Гражданского кодекса Российской Федерации, собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

В соответствии с частью 1 статьи 55.25 Градостроительного кодекса Российской Федерации, в случае, если иное не предусмотрено федеральным законом, лицом, ответственным за эксплуатацию здания, сооружения, является собственник здания, сооружения или лицо, которое владеет зданием, сооружением на ином законном основании (на праве аренды, хозяйственного ведения, оперативного управления и другое) в случае, если соответствующим договором, решением органа государственной власти или органа местного самоуправления установлена ответственность такого лица за эксплуатацию здания, сооружения, либо привлекаемое собственником или таким лицом в целях обеспечения безопасной эксплуатации здания, сооружения на основании договора физическое или юридическое лицо.

Сам факт падения ФИО2 в помещении салона красоты «Мэрилин» ответчиком не оспаривается, напротив, подтверждается ее письменными возражениями и показаниями свидетеля З., допрошенной судом по ходатайству представителя ответчика.

Так, свидетель З. показала, что является самозанятой, 4 года работает в салоне красоты «.......», принадлежащего ИП ФИО3 в качестве парикмахера. Салон находится на первом этаже в жилом доме на первом этаже, с отдельным выходом. ФИО2 свидетелю знакома, поскольку ранее она несколько раз посещала этот салон. 31 октября 2024 года ФИО2 пришла в салон одна, потом за ней пришел сын. Сначала из салона вышел сын, он держал палки (для скандинавской ходьбы) истицы, которые служат ей опорой, и открыл ей входную дверь, при этом он стоял на улице. Когда ФИО2 стала открывать дверь, выходя из салона, свидетель ее предупредила о том, что есть порожек, который располагается между дверьми в тамбуре (входной дверью и дверью в салон). Порожек сигнальной лентой не был обозначен, освещение в тамбуре из коридора салона и дневной свет с улицы. ФИО2, выходя из салона, запнулась о порожек и упала. Сын ФИО2 вызвал скорую помощь. После произошедшего случая появилось дополнительное освещение в тамбуре и на порожек наклеили ленту, чтобы таких случаев больше не было.

Оснований не доверять показаниям свидетеля у суда не имеется, поскольку они согласуются с пояснениями представителей истца, представителя ответчика и иными доказательствами, имеющимися в материалах дела.

На основании изложенного, суд считает установленным факт получения ФИО5 31 октября 2024 года в дневное время по <адрес> в результате падения в слоне красоты «Мэрилин» травмы в виде перелома х/шейки плеча слева.

Ответчик ИП ФИО3, возражая против требований о взыскании компенсации морального вреда, указала, что падение истицы произошло в результате ее собственных действий, связанных с перемещением в тамбуре.

Доводы стороны ответчика об отсутствии правовых оснований для возложения на ответчика такой обязанности отклоняются судом, поскольку опровергаются материалами дела и пояснениями свидетеля З.

Оснований полагать что, причиной падения ФИО2 явилось не проявление какой-либо степени заботливости, осмотрительности, либо грубой неосторожности с ее стороны, у суда не имеется, ответчиком не доказано (статья 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При этом судом также отмечается, что дополнительное освещение и знаки безопасности, а также обозначения сигнальной разметки, в пределах обозначения выхода из салона к входной двери на момент получения истцом травмы отсутствовали, что подтверждается фотографиями места происшествия, выполненными и предоставленными стороной истца по состоянию на 02 ноября 2024 года (когда элементы безопасности отсутствовали) и показаниями свидетеля З.

Таким образом, ответчик ИП ФИО3, являясь сособственником нежилого помещения, лицом, непосредственно осуществляющим деятельность в данном нежилом помещении – салоне красоты «Мэрилин», вход в которое предоставляется неопределенному кругу лиц, обязана содержать свое имущество в таком состоянии, которое обеспечивает безопасность для окружающих, однако, не приняла должных и необходимых мер по содержанию имущества и обеспечению безопасности посетителей здания, что явилось причиной падения и получения истцом телесных повреждений, в связи с чем имеются правовые основания для возложения на ответчика ответственности по компенсации причиненного истцу морального вреда.

При установлении размера компенсации морального вреда суд исходит из следующего.

Характер физических и нравственных страданий истца оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно медицинскому заключению № от 06 ноября 2024 года, ФИО2 осмотрена в приемном отделении ГБУЗ ПК «ГКБ им.С.Н. Гринберга»; жалобы на ........ От госпитализации и операции отказалась. Причина отказа в госпитализации – в связи с отсутствием медицинских показаний. Рекомендована иммобилизация в течение 1 месяца, явка на прием к врачу 07 ноября 2024 года.

Согласно медицинской карте пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях № (профиль травматологии и ортопедии):

- при посещении ФИО2 31 октября 2024 года: жалобы на .......

- при посещении ФИО2 06 ноября 2024 года: жалобы на .......

06 ноября 2024 года ФИО2 проведена ........

Согласно выписке из амбулаторной карты ГБУЗ ПК «ГКБ им.С.Н. Гринберга» Поликлиника №2 от 06 ноября 2024 года, ФИО2 находится на лечении с 31 октября 2024 года, диагноз: .......

При посещении ФИО6 терапевта 08 ноября 2024 года жалобы: .......

При посещении ФИО2 травматолога-ортопеда:

.......

.......

.......

.......

В соответствии с пунктом 6.11.1 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных приказом Минздравсоцразвития Российской Федерации №194н от 24 апреля 2008 год (действовавших на момент причинения вреда здоровью истца) к тяжкому вреду здоровья, вызывающему значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть, независимо от исхода и оказания (неоказания) медицинской помощи, относят следующие повреждения - открытый или закрытый перелом плечевой кости: внутрисуставной (головки плеча) или околосуставной (анатомической шейки, под- и чрезбугорковый), или хирургической шейки или диафиза плечевой кости.

В силу Закона Российской Федерации от 07 февраля 1992 года №2300-1 «О защите прав потребителей» потребитель имеет право на то, чтобы товар (работа, услуга) при обычных условиях его использования, хранения, транспортировки и утилизации был безопасен для жизни, здоровья потребителя, окружающей среды, а также не причинял вред имуществу потребителя. Требования, которые должны обеспечивать безопасность товара (работы, услуги) для жизни и здоровья потребителя, окружающей среды, а также предотвращение причинения вреда имуществу потребителя, являются обязательными и устанавливаются законом или в установленном им порядке (пункт 1 статьи 7).

Из преамбулы Закона о защите прав потребителей и разъяснений, содержащихся в пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года №17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» следует, что к потребителю относится гражданин, имеющий намерение заказать или приобрести либо заказывающий, приобретающий или использующий товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.

При этом, как указано в абзаце 10 преамбулы названного Закона, под безопасностью товара (работы, услуги) понимается безопасность товара (работы, услуги) для жизни, здоровья, имущества потребителя и окружающей среды при обычных условиях его использования, хранения, транспортировки и утилизации, а также безопасность процесса выполнения работы (оказания услуги).

Пунктом 1 статьи 14 этого же Закона предусмотрено, что вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потребителя вследствие конструктивных, производственных, рецептурных или иных недостатков товара (работы, услуги), подлежит возмещению в полном объеме.

В пункте 28 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года №17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» разъяснено, что при разрешении требований потребителей необходимо учитывать, что бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, в том числе и за причинение вреда, лежит на продавце (изготовителе, исполнителе, уполномоченной организации или уполномоченном индивидуальном предпринимателе, импортере) (пункт 4 статьи 13, пункт 5 статьи 14, пункт 5 статьи 23.1, пункт 6 статьи 28 Закона о защите прав потребителей, статья 1098 Гражданского кодекса Российской Федерации). Потерпевший – истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Исходя из указанных выше положений разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, потребитель имеет право рассчитывать на то, что услуга, оказываемая исполнителем, является безопасной для его жизни и здоровья, а вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потребителя вследствие конструктивных, производственных, рецептурных или иных недостатков товара (работы, услуги), подлежит возмещению в полном объеме.

Таким образом, находясь в салоне красоты «.......», истец являлась потребителем и на нее распространяются положения Закона Российской Федерации от 07 февраля 1992 года №2300-1 «О защите прав потребителей», так как ИП ФИО3, оказывающая услуги потребителям, должна отвечать за их безопасность.

Анализируя в совокупности установленные по делу обстоятельства и нормы права, а также то, что жизнь и здоровье относятся к числу наиболее значимых человеческих ценностей, а их защита является приоритетной, принимая во внимание степень физических и нравственных страданий истца, конкретных обстоятельств получения истцом травмы, характера действий истца и процессуального поведения ответчика, степень вины ответчика, длительность лечения истца, безусловно испытывающей боль и страх за жизнь и состояние своего здоровья, отсутствие до настоящего времени полного восстановления работоспособности поврежденной руки истца, необходимость дальнейшего лечения, возраст истца (....... лет), с учетом всех заслуживающих внимания обстоятельств, с учетом того, что размер компенсации морального вреда не поддается точному денежному подсчету и взыскивается с целью смягчения эмоционально-психологического состояния лица, которому он причинен, суд полагает возможным взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб. (в пределах заявленных истцом требований). Также суд учитывает характер причиненной физической боли, требования разумности и справедливости.

Исходя из соблюдения принципа баланса интересов сторон в рассматриваемом случае указанный размер компенсации морального вреда представляется соразмерным последствиям нарушенного права с целью компенсировать истцу перенесенные физические и нравственные страдания.

Разрешая требования ФИО2 о взыскании с ответчика расходов на лечение в размере 68 900 руб., суд исходит из следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают, в том числе вследствие причинения вреда другому лицу.

Пунктом 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода), пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 1085 Гражданского кодекса Российской Федерации при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 27 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 26 января 2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», судам следует иметь в виду, что расходы на лечение и иные дополнительные расходы подлежат возмещению причинителем вреда, если будет установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение, фактически был лишен возможности получить такую помощь качественно и своевременно, суд вправе удовлетворить исковые требования потерпевшего о взыскании с ответчика фактически понесенных им расходов.

Как установлено судом, согласно представленной в материалы дела и указанной выше медицинской документации, в связи с полученной травмой ФИО2 показано следующее лечение:

.......

.......

Согласно выписке из амбулаторной карты ГБУЗ ПК «ГКБ им.С.Н. Гринберга» от 13 мая 2025 года, ФИО2 находилась на лечении в Поликлинике №2 с 31 октября 2024 года по 14 февраля 2025 года с диагнозом .......

Приобретение истцом ....... по цене 9 590 руб. подтверждается кассовым чеком от 31 октября 2024 года.

ФИО2 проконсультирована врачом травматологом-ортопедом в ООО «.......», стоимость услуг (первичный прием, осмотр, консультация) составила 2 000 руб. В подтверждение оплаты оказанной услуги истцом представлен кассовый чек на указанную сумму. Консультация врача травматолога-ортопеда получена истцом платно в связи с отсутствием данного специалиста в ГБУЗ ПК «ГКБ им.С.Н. Гринберга» Поликлиника №2.

11 сентября 2025 года ФИО2 ГБУЗ ПК «ГКБ им. С.Н. Гринберга» Поликлиника №2 выдано направление № на восстановительное лечение в ООО «.......»; источник финансирования – ОМС.

Стоимость курса лечения в ООО «.......» составляет 57 400 руб., в который входят: ........

Вместе с тем, следует отметить, что согласно справке ООО «.......» плановое (реабилитационное по полису ОМС) лечение в условиях ООО «.......» не включает в себя проведение ударно-волновой терапии, так как данная услуга является платной.

С учетом изложенного, принимая во внимание установленную судом вину ответчика в причинении вреда здоровью ФИО2, медицинские документы, согласно которым истцу показано лечение в соответствии с установленным ей диагнозом «контрактура левого плеча сустава на фоне закрытого перелома хирургической шейки», а также связь между понесенными истцом расходами на лечение и полученной травмой, наличие доказательств нуждаемости истца в приобретении средства ........, суд приходит к выводу о том, что расходы истца на лечение в общем размере 16 390 руб. (9 590 руб. + 2 000 руб. + 4 800 руб.) на основании статей 15, 1064, 1085 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежат взысканию с ответчика в пользу истца.

Оснований для взыскания с ответчика в пользу истца расходов на лечение, превышающие сумму 16 390 руб. (........) суд не усматривает, поскольку указанное лечение должно быть проведено истцу за счет средств ОМС.

В соответствии с пунктом 6 статьи 13 Закона Российской Федерации от 07 февраля 1992 года №2300-1 «О защите прав потребителей» при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Таким образом, наличие нарушения прав потребителя и неудовлетворение его требований в добровольном порядке дают основания для взыскания с ответчика штрафа в соответствии с положениями пункта 6 статьи 13 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей», при этом, законом и договором обязательный досудебный порядок урегулирования спора не установлен, у ответчика не было препятствий для удовлетворения требований истца до и после предъявления иска в суд.

Общая сумма штрафа, подлежащая взысканию с ответчика за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя, составляет 58 195 руб., из расчета: (100 000 руб. + 16 390 руб.) х 50%.

Истцом ФИО2 при подаче иска добровольно снижена сумма штрафа до 50 000 руб.

Ответчиком ИП ФИО3 заявлено ходатайство о снижении размера штрафа в порядке статьи 333 Гражданского кодекса Российской.

В силу пункта 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

В соответствии со статьей 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении (пункт 1);

уменьшение неустойки, определенной договором и подлежащей уплате лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, допускается в исключительных случаях, если будет доказано, что взыскание неустойки в предусмотренном договором размере может привести к получению кредитором необоснованной выгоды (пункт 2).

Таким образом, статьей 333 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено право суда снизить сумму неустойки (штрафа), при этом положения данной статьи предписывают суду установить баланс между применяемой к нарушителю обязательства мерой ответственности и оценкой размера ущерба, причиненного нарушением обязательства.

В абзаце 2 пункта 34 Постановления Пленума Верховного Суда от 28 июня 2012 года №17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» разъяснено, что применение статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации по делам о защите прав потребителей возможно в исключительных случаях и по заявлению ответчика с обязательным указанием мотивов, по которым суд полагает, что уменьшение размера неустойки является допустимым.

Бремя доказывания несоразмерности штрафа и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика.

В соответствии с приведенными выше правовыми нормами и разъяснениями, применение статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации возможно только в исключительных случаях, когда штраф, подлежащий уплате на основании пункта 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей, явно несоразмерен последствиям нарушенного обязательства, и при наличии заявления ответчика. При этом бремя доказывания явной несоразмерности штрафа последствиям нарушения обязательства и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика.

Суд, оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и установленные обстоятельства, учитывая добровольное снижение истцом суммы штрафа, считает, что штрафа в размере 50 000 руб. соразмерен последствиям допущенного ответчиком нарушения прав истца и уменьшению не подлежит.

Ответчиком доказательств того, что размер подлежащего в силу закона взысканию штрафа несоразмерен нарушенному обязательству, не представлено, как и не приведено убедительных доводов и не представлено доказательств, свидетельствующих о наличии исключительных применительно к положениям статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации обстоятельств, которые препятствовали ответчику исполнить свои обязательства по удовлетворению прав потребителя ФИО2 до ее обращения в суд.

Таким образом, с ответчика ИП ФИО3 в пользу истца ФИО2 подлежит взысканию штраф в размере 50 000 руб.

Руководствуясь статьями 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2 удовлетворить частично.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3 в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей расходы на лечение в размере 16 390 рублей, штраф в размере 50 000 рублей.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Решение в течение месяца со дня принятия в окончательной форме может быть обжаловано в Пермский краевой суд через Кировский районный суд города Перми.

Судья А.А. Каменщикова

Мотивированное решение составлено 28 октября 2025 года.