2а-1869/2022 ***

***

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

15 декабря 2022 года город Кола Мурманской области

Кольский районный суд Мурманской области в составе:

председательствующего судьи Ивановой Н.А.,

при секретаре Муравьеве А.М.,

с участием административного истца ФИО1,

представителя административного ответчика ФКУ ИК-18 УФСИН России по Мурманской области, ФСИН России по доверенностям ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению ФИО1 к Федеральному казенному учреждению «Исправительная колония № 18 Управления Федеральной службы исполнения наказаний России по Мурманской области, Управлению Федеральной службы исполнения наказаний России по Мурманской области, Федеральной службе исполнения наказаний России о признании условий содержания в исправительном учреждении ненадлежащими, взыскании компенсации,

установил:

ФИО1 обратился в суд с административным иском к ФКУ ИК-18 УФСИН России по Мурманской области, УФСИН России по Мурманской области о взыскании компенсации за нарушение условий содержания. В обоснование заявленных требований указал, что в период *** гг. отбывал наказание в ФКУ ИК-18 УФСИН России по Мурманской области, где неоднократно содержался в камерах штрафных изоляторов (далее также ШИЗО), в которых отсутствовало горячее водоснабжение, приточно-вытяжная вентиляция. Санитарные узлы в камерах ШИЗО не были оборудованы в соответствии с условиями приватности, как предусмотрено п. 55 Правил внутреннего распорядка. Кроме того, во всех камерах отсутствовал бак с питьевой водой и подставка под бак, не была мусорного ведра, дезинфицирующих средств для уборки туалета, уборочного инвентаря. Просил взыскать компенсацию за нарушение условий содержания в размере 300 000 рублей.

В судебном заседании административный истец настаивал на удовлетворении исковых требований, указал, что в санитарных узлах была установлена чаша Генуя, при этом, в камерах ШИО № санитарные узлы не были оборудованы дверцами. Дезинфицирующие средства и средства для уборки камер не выдавались. Отсутствовали такие предметы как зеркало, мусорное ведро, бак с питьевой водой и подставка под него. В камерах ШИЗО осуществлялся прием пищи, в связи с чем, в отсутствии приточно-вытяжной вентиляции, это доставляло дискомфорт. Кроме того, камеры ШИЗО, в которых он отбывал дисциплинарные взыскания, не оборудованы горячим водоснабжением. О нарушении своих прав узнал от осужденного в ФКУ ИК-23 УФСИН России по Мурманской области. Просил удовлетворить исковые требования в полном объеме.

Протокольным определением суда к участию в деле в качестве соответчика привлечен ФСИН России.

Представитель УФСИН России по Мурманской области в судебное заседание не явился, о дате и времени рассмотрения дела извещались надлежащим образом.

Представитель ФКУ ИК-18 УФСИН России по Мурманской области, ФСИН России по доверенностям ФИО2 при рассмотрении дела с заявленными требованиями не согласилась, представила справку начальника отдела коммунально-бытового обеспечения ФКУ ИК-18 УФСИН России по Мурманской области об оборудовании туалетных кабинок в соответствии с требованиями к ее конструкции, предусмотренными пунктами 14.53 СП 17-02, предусматривающего оснащение камеры унитазом (напольной чашей), в камерах на 2 и более мест такие санитарные приборы следует размещать в отдельных кабинах с открывающимися наружу дверьми; перегородки должны иметь высоту 1 м. Также из справки следует, что помещения ШИЗО оснащены системой вентиляции с естественным побуждением посредством притока-оттока воздуха через окна, оборудованные открывающимися форточками и имеющимися в помещениях стеновые вентиляционные отверстия с канальными выходами. Подводка горячей воды в том числе в помещения ШИЗО строительными нормами и правилами, действующими при строительства ФКУ ИК-18 УФСИН России по Мурманской области предусмотрена не была, в связи с чем, возможность поддержания личной гигиены обеспечивалась в спорный период путем помывки в соответствии с графиком работы банно-прачечного комбината до *** года – 1 раз в неделю, с *** года – 2 раза в неделю. По вопросу дезинфицирующих средств представлена справка об отсутствии перебоев в поставке дезинфицирующих средств в течении *** гг., жалобы в отношении несоблюдения требований по обеспечению санитарии и надлежащего эпидемиологического состояния объектов учреждения, в том числе отрядов осужденных и помещений ШИЗО ФКУ ИК-18 УФСИН России по Мурманской области в адрес отдела тылового обеспечения учреждения не поступало, акты прокурорского реагирования от надзорных органов и предписаний контролирующих санитарных служб для принятия мер не поступали.

Одновременно указала на пропуск административным истцом срока для предъявления исковых требований.

Заслушав участвовавших в деле лиц, исследовав материалы административного дела, суд приходит к следующему.

Правовое положение осужденных регламентировано специальным законом – Уголовно-исполнительным кодексом Российской Федерации, а также принятыми на основании и во исполнение его положений Правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденными приказом Минюста России № 295 от 16.12.2016.

В соответствии с частью 2 статьи 1 Уголовно исполнительного кодекса Российской Федерации (далее также УИК РФ) одной из задач уголовно-исполнительного законодательства Российской Федерации является охрана прав, свобод и законных интересов осужденных.

В силу части 1 статьи 3 УИК РФ уголовно-исполнительное законодательство Российской Федерации и практика его применения основывается на Конституции Российской Федерации, общепризнанных принципах и нормах международного права и международных договорах Российской Федерации, являющихся составной частью правовой системы Российской Федерации, в том числе на строгом соблюдении гарантий защиты от пыток, насилия и другого жестокого или унижающего человеческое достоинство обращения с осужденными.

При исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации (ст. 10 УИК РФ).

В соответствии со статьей 12.1 УИК РФ лицо, осужденное к лишению свободы и отбывающее наказание в исправительном учреждении, в случае нарушения условий его содержания в исправительном учреждении, предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации, имеет право обратиться в суд в порядке, установленном Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации, с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение.

Компенсация за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении присуждается исходя из требований заявителя с учетом фактических обстоятельств допущенных нарушений, их продолжительности и последствий и не зависит от наличия либо отсутствия вины органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих.

Присуждение компенсации за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении не препятствует возмещению вреда в соответствии со статьями 1069 и 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации. Присуждение компенсации за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении лишает заинтересованное лицо права на компенсацию морального вреда за нарушение условий содержания в исправительном учреждении.

В соответствии с частями 1,3,4 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации (далее также КАС РФ), введенной в действие Федеральным законом от 27.12.2019 № 494-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

Требование о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении рассматривается судом одновременно с требованием об оспаривании решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих по правилам, установленным настоящей главой, с учетом особенностей, предусмотренных настоящей статьей.

При рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с частью 1 настоящей статьи, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия.

Требования об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностного лица, государственного или муниципального служащего рассматриваются в порядке главы 22 КАС РФ и подлежат удовлетворению при наличии в совокупности двух необходимых условий: несоответствия оспариваемого решения или действия (бездействия) закону или иному нормативному акту и нарушение этим решением или действием (бездействием) прав либо свобод заявителя.

В соответствии с частью 1 статьи 218 КАС РФ гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностного лица, государственного или муниципального служащего, если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности.

Согласно части 8 статьи 226 КАС РФ при рассмотрении административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, суд проверяет законность решения, действия (бездействия) в части, которая оспаривается, и в отношении лица, которое является административным истцом, или лиц, в защиту прав, свобод и законных интересов которых подано соответствующее административное исковое заявление. При проверке законности этих решения, действия (бездействия) суд не связан основаниями и доводами, содержащимися в административном исковом заявлении о признании незаконными решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, и выясняет обстоятельства, указанные в ч. 9 настоящей статьи, в полном объеме.

Из частей 9 и 11 статьи 226 КАС РФ следует, что на административного истца возлагается обязанность доказывания обстоятельств нарушения его прав, свобод и законных интересов, а также соблюдения сроков обращения в суд, а на орган, организацию, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями и принявшие оспариваемые решения либо совершившие оспариваемые действия (бездействие), возлагается обязанность доказывания соблюдения требований нормативных правовых актов, устанавливающих полномочия органа, организации, должностного лица, порядок принятия оспариваемого решения и основания для принятия оспариваемого решения.

Судом установлено, что ФКУ ИК-18 УФСИН России по Мурманской области, являющееся юридическим лицом, осуществляет деятельность по исполнению наказания в виде лишения свободы, по организационно-правовой форме является федеральным казенным учреждением.

ФКУ ИК-18 УФСИН России по Мурманской области расположено по адрес***, является исправительной колонией строгого режима.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, ФИО1, *** г.р., по приговору *** суда от *** отбывал наказание в виде лишения свободы в ФКУ ИК-18 УФСИН России по Мурманской области с ***, *** убыл в распоряжение ФКУ ИК-23 УФСИН России по Мурманской области.

В соответствии с ч. 1 ст. 219 КАС РФ, если настоящим Кодексом не установлены иные сроки обращения с административным исковым заявлением в суд, административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов.

Как указано в п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.12.2018 № 47, проверяя соблюдение предусмотренного частью 1 статьи 219 КАС РФ трехмесячного срока для обращения в суд, судам необходимо исходить из того, что нарушение условий содержания лишенных свободы лиц может носить длящийся характер, следовательно, административное исковое заявление о признании незаконными бездействия органа или учреждения, должностного лица, связанного с нарушением условий содержания лишенных свободы лиц, может быть подано в течение всего срока, в рамках которого у органа или учреждения, должностного лица сохраняется обязанность совершить определенное действие, а также в течение трех месяцев после прекращения такой обязанности.

Заявленные в настоящем иске ФИО1 нарушения условий содержания в ФКУ ИК-18 УФСИН Росси по Мурманской области имели место в период с *** года по *** года.

С настоящим иском ФИО1 обратился в Кольский районный суд Мурманской области ***.

Пропуск срока на обращение в суд без уважительной причины, а также невозможность восстановления пропущенного срока обращения в суд является основанием для отказа в удовлетворении заявления (часть 8 статьи 219 КАС РФ).

Пропущенный по уважительной причине срок подачи административного искового заявления может быть восстановлен судом, за исключением случаев, если его восстановление не предусмотрено настоящим Кодексом (часть 7 статьи 219 КАС РФ).

В Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2020) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 23.12.2020) обращено внимание судов на то, что отказ в удовлетворении административного искового заявления исключительно по мотиву пропуска срока обращения в суд, без принятия судом мер, направленных на выяснение обстоятельств, объективно препятствовавших обращению в суд в установленный законом срок, без установления иных обстоятельств, предусмотренных ч. 9 ст. 226 КАС РФ, а также без исследования фактических обстоятельств административного дела является недопустимым и противоречит задачам административного судопроизводства.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определениях Конституционного Суда Российской Федерации от 18 ноября 2004 года № 367-О и от 18 июля 2006 года № 308-О, право судьи рассмотреть заявление о восстановлении пропущенного процессуального срока вытекает из принципа самостоятельности судебной власти и является одним из проявлений дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия. Признание тех или иных причин пропуска срока уважительными относится к исключительной компетенции суда, рассматривающего данный вопрос, и ставится законом в зависимость от его усмотрения.

В судебном заседании административный истец пояснил, что узнал о нарушении своих прав от другого осужденного нескольку месяцев назад.

В Обзоре практики межгосударственных органов по защите прав и основных свобод человека № 3(2020), Верховным Судом Российской Федерации приведен анализ Европейским Судом по правам человека Федерального закона от 27 декабря 2019 года № 494-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», из которого также следует, что новый Закон о компенсации, вступивший в силу 27 января 2020 года, предусматривает, что любой заключенный, утверждающий, что его или ее условия содержания под стражей нарушают национальное законодательство или международные договоры Российской Федерации, вправе обратиться в суд. Новизна Закона заключается в том, что заключенный может одновременно требовать установления соответствующего нарушения и финансовой компенсации за данное нарушение. Производство ведется в соответствии с Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации. При этом подача иска напрямую доступна заключенному. Имеются два формальных требования: иск должен соответствовать общим процессуальным нормам, сопровождаться судебным сбором; быть поданным во время содержания под стражей или в течение трех месяцев после его прекращения, за исключением лиц, чьи жалобы находились на рассмотрении в настоящем Суде в день вступления в силу Закона о компенсации, или чьи жалобы были отклонены по причине неисчерпания средств правовой защиты.

Изложенное свидетельствует о том, что за компенсацией, установленной Федеральным законом от 27 декабря 2019 года № 494-ФЗ в порядке, предусмотренном статьей 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, вправе обратиться любое лицо, оспаривающее условия содержания и находящееся на момент вступления в силу указанного Закона в местах лишения свободы, а также в течение трех месяцев после освобождения (но не ранее 27 января 2020 года), либо независимо от указанных обстоятельств в течение 180 дней, начиная с 27 января 2020 года, в случае подачи в Европейский Суд по правам человека жалоб на нарушение условий содержания, по которым не принято решение.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что право на обращение в суд с административным иском о присуждении компенсации за ненадлежащие условия содержания в порядке, установленном статьей 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, административным истцом, отбывающим в настоящее время наказание в местах лишения свободы, не утрачено, срок на обращение в суд в данном конкретном случае подлежит восстановлению, а причины пропуска срока признанию уважительными.

При разрешении заявленных требований, суд учитывает положение статей 17, 21 и 22 Конституции Российской Федерации, согласно которым право на свободу и личную неприкосновенность является неотчуждаемым правом каждого человека, что предопределяет наличие конституционных гарантий охраны и защиты достоинства личности, запрета применения пыток, насилия, другого жестокого или унижающего человеческое достоинство обращения или наказания.

Как разъяснено Верховным Судом Российской Федерации в пункте 1 Постановления Пленума от 25.12.2018 № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» (далее - Постановление Пленума ВС РФ от 25.12.2018 № 47) возможность ограничения указанного права допускается лишь в той мере, в какой оно преследует определенные Конституцией Российской Федерации цели, осуществляется в установленном законом порядке, с соблюдением общеправовых принципов и на основе критериев необходимости, разумности и соразмерности, с тем чтобы не оказалось затронутым само существо данного права.

Меры принуждения, ограничивающие свободу и личную неприкосновенность, применяемые в связи с необходимостью изоляции лица от общества, пребывания в ограниченном пространстве, предусмотрены законодательством об административных правонарушениях, уголовным, уголовно-процессуальным, уголовно-исполнительным законодательством, иными федеральными законами и представляют собой, в том числе лишение свободы.

Данные меры осуществляются посредством принудительного помещения физических лиц, как правило, в предназначенные (отведенные) для этого учреждения, помещения органов государственной власти, их территориальных органов, структурных подразделений, иные места, исключающие возможность их самовольного оставления в результате распоряжения (действия) уполномоченных лиц (далее - места принудительного содержания), принудительного перемещения физических лиц в транспортных средствах.

Несмотря на различия оснований и порядка применения указанных выше мер, помещение в места принудительного содержания и перемещение физических лиц в транспортных средствах должны осуществляться без нарушения условий содержания лиц, подвергнутых таким мерам (далее - лишенные свободы лица), которые обеспечиваются Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации (в частности, Международным пактом о гражданских и политических правах от 16 декабря 1966 года, ратифицированным Указом Президиума Верховного Совета СССР от 18 сентября 1973 года № 4812-VIII, Конвенцией о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 года, ратифицированной Федеральным законом от 30 марта 1998 года № 54-ФЗ, Конвенцией против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания от 10 декабря 1984 года, ратифицированной Указом Президиума Верховного Совета СССР от 21 января 1987 года № 6416-XI), федеральными законами (например, Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях, Федеральным законом от 26 апреля 2013 года № 67-ФЗ «О порядке отбывания административного ареста», Федеральным законом от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», УИК РФ и иными нормативными правовыми актами.

В силу пункта 2 Постановления Пленума ВС РФ от 25.12.2018 № 47 под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений (далее - режим мест принудительного содержания) реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц, в том числе: право на личную безопасность и охрану здоровья (в частности, статьи 20, 21, 41 Конституции Российской Федерации, части 3, 6, 6.1 статьи 12, статьи 13, 101 УИК РФ); право на обращение в государственные органы и органы местного самоуправления, в общественные наблюдательные комиссии (статья 33 Конституции Российской Федерации, статья 2 Федерального закона от 2 мая 2006 года № 59-ФЗ «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации», часть 4 статьи 12, статья 15 УИК РФ); право на материально-бытовое обеспечение, обеспечение жилищно-бытовых, санитарных условий и питанием, прогулки (в частности, статьи 93, 99, 100 УИК РФ, статья 2 Федерального закона от 30 марта 1999 года № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения»); право на самообразование и досуг, создание условий для осуществления трудовой деятельности, сохранения социально полезных связей и последующей адаптации к жизни в обществе.

В соответствии с пунктом 3 указанного Постановления Пленума ВС РФ принудительное содержание лишенных свободы лиц в предназначенных для этого местах, их перемещение в транспортных средствах должно осуществляться в соответствии с принципами законности, справедливости, равенства всех перед законом, гуманизма, защиты от дискриминации, личной безопасности, охраны здоровья граждан, что исключает пытки, другое жестокое или унижающее человеческое достоинство обращение и, соответственно, не допускает незаконное - как физическое, так и психическое - воздействие на человека (далее - запрещенные виды обращения). Иное является нарушением условий содержания лишенных свободы лиц.

Пунктом 14 Постановления Пленума ВС РФ от 25.12.2018 № 47 определено, что условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий.

Судам необходимо учитывать, что о наличии нарушений условий содержания лишенных свободы лиц могут свидетельствовать, например, переполненность камер (помещений), невозможность свободного перемещения между предметами мебели, отсутствие индивидуального спального места, естественного освещения либо искусственного освещения, достаточного для чтения, отсутствие либо недостаточность вентиляции, отопления, отсутствие либо непредоставление возможности пребывания на открытом воздухе, затрудненный доступ к местам общего пользования, соответствующим режиму мест принудительного содержания, в том числе к санитарным помещениям, отсутствие достаточной приватности таких мест, не обусловленное целями безопасности, невозможность поддержания удовлетворительной степени личной гигиены, нарушение требований к микроклимату помещений, качеству воздуха, еды, питьевой воды, защиты лишенных свободы лиц от шума и вибрации (например, статья 99 УИК РФ).

По смыслу статьи 3 Закона Российской Федерации от 21.07.1993 № 5473-1 «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» правовую основу деятельности уголовно-исполнительной системы кроме Конституции Российской Федерации составляют указанный закон и иные нормативные правовые акты Российской Федерации, нормативные акты субъектов Российской Федерации в пределах их полномочий, нормативные правовые акты Министерства юстиции Российской Федерации.

На основании статьи 13 Закона Российской Федерации от 21.07.1993 № 5473-1 «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» учреждения, исполняющие наказания, обязаны создавать условия для обеспечения правопорядка и законности, безопасности осужденных, а также персонала, должностных лиц и граждан, находящихся на их территориях, обеспечивать охрану здоровья осужденных, осуществлять деятельность по развитию своей материально-технической базы и социальной сферы.

В соответствии с частью 1, 2, 4 статьи 10 УИК РФ, Российская Федерация уважает и охраняет права, свободы и законные интересы осужденных, обеспечивает законность применения средств их исправления, их правовую защиту и личную безопасность при исполнении наказаний. При исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации. Осужденные не могут быть освобождены от исполнения своих гражданских обязанностей, кроме случаев, установленных федеральным законом. Права и обязанности осужденных определяются настоящим Кодексом исходя из порядка и условий отбывания конкретного вида наказания.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, применение к лицу, совершившему преступление, наказания в виде лишения свободы, имея целью защиту интересов государства, общества и его членов предполагает изменение привычного уклада жизни осужденного, его отношений с окружающими и оказание на него определённого морально-психологического воздействия, чем затрагиваются его права и свободы как гражданина и изменяется его статус как личности; в любом случае лицо, совершающее преступление, должно предполагать, что в результате оно может быть лишено свободы и ограничено в правах и свободах, то есть такое лицо сознательно обрекает себя и своих близких на определённые ограничения.

Таким образом, осужденные к лишению свободы отбывают наказание в исправительных учреждениях, где действует определенный порядок исполнения и отбывания лишения свободы (режим). При этом, установленные в отношении них ограничения связаны, в частности, с применением в качестве меры государственного принуждения уголовного наказания в виде лишения свободы, особенность которого состоит в том, что при его исполнении на осужденного осуществляется специфическое воздействие, выражающееся в лишении или ограничении его прав и свобод и возложении на него определенных обязанностей.

Согласно статьям 87, 121 УИК РФ в отношении осужденных может быть применен режим строгих условий отбытия наказаний, при которых они проживают в запираемых помещениях.

Изменение условий содержания предполагает ужесточение режимных требований с целью предупреждения совершения осужденными преступлений, ограничение криминального влияния на других осужденных, усиление воспитательного воздействия на осужденных, нарушающих установленный порядок отбывания наказаний.

Непосредственный контроль за деятельностью учреждений, исполняющих наказания, в соответствии со статьей 38 Закона Российской Федерации от 21.07.1993 № 5473-1 «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» осуществляют федеральный орган уголовно-исполнительной системы и территориальные органы уголовно-исполнительной системы.

Согласно п. 20.16 Инструкции по проектированию исправительных и специализированных учреждений уголовно-исполнительной системы Минюста России, утвержденной приказом Министерства Юстиции от 02.06.2003 г. № 130-ДСП (действовавшая в спорный период 215-2016гг.) в помещениях зданий ИУ и СУ в зависимости от их назначения, как правило, следует предусматривать приточно-вытяжную вентиляцию с механическим и естественным побуждением.

Согласно п. 20.17 Инструкции по проектированию исправительных и специализированных учреждений уголовно-исполнительной системы Минюста России, утвержденной приказом Министерства Юстиции от 02.06.2003 г. № 130-ДСП во всех жилых помещениях режимных зданий, рабочих камерах, палатах стационаров и лечебных корпусов ЛПУ следует предусматривать: приточную вентиляцию с механическим побуждением, вытяжную вентиляцию с естественным побуждением.

В соответствии с требованиями пункта 19.3.6 Свода правил «Исправительные учреждения и центра уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования», утвержденного приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации от 20.10.2017 № 1454/пр, во всех спальных комнатах и спальных помещениях, одноместных помещениях безопасного места, камерах, палатах зданий медицинского назначения следует предусматривать: - приточную вентиляцию с механическим или естественным побуждением, при этом естественный приток воздуха обеспечивается через регулируемые оконные створки, фрамуги, форточки, клапаны или другие устройства, в том числе автономные стеновые воздушные клапаны с регулируемым открыванием; - вытяжную вентиляцию с механическим или естественным побуждением.

Согласно п. 14.53 Инструкции по проектированию исправительных учреждений и специализированных учреждений УИС Минюста России (СП 17-02 Минюста России), утвержденной приказом Минюста РФ от 02.06.2003 № 130-ДСП (действовавших в спорный период), камеры следует оборудовать унитазами (напольными чашами) и умывальниками. Тип санитарного прибора следует конкретизировать заданием на проектирование. В камерах на 2 и более мест напольные чаши (унитазы) и умывальники следует размещать в отдельных кабинах с дверьми, открывающимися наружу. Кабины должны иметь перегородки высотой 1 м. от пола уборной. Допускается в камерах на 2 и более мест в кабине размещать только напольные чаши (унитазы), умывальники – за пределами кабины.

Как пояснил при рассмотрении дела административный истец, в период отбывания наказания в ФКУ ИК-18 УФСИН России по Мурманской области он находился в камерах ШИЗО. В указанных помещениях санитарные узлы были оборудованы чашей Генуя, а не унитазом, кроме того, отсутствовала изолированная кабинка, как указано в п. 55 Правил внутреннего распорядка. При этом, некоторые санитарные узлы вовсе не были оборудованы дверью, а высота перегородок во всех камерах не обеспечивала приватность. Прием пищи осуществлялся в этих же помещениях. При этом вентиляции в помещении не было, в связи с чем, там постоянно стоял неприятный запах.

Из справки, представленной представителем административных ответчиков следует, что ФИО1 в спорный период на основании постановлений ФКУ ИК-18 УФСИН России по Мурманской области водворялся *** в ШИЗО № сроком на 5 суток, *** в ШИЗО № сроком на 15 суток, *** в ШИЗО № сроком на 13 суток, *** в ШИЗО № сроком на 7 суток, *** в ШИЗО № сроком на 3 суток, *** в ШИЗО № сроком на 15 суток, *** в ШИЗО № сроком на 15 суток, *** в ШИЗО № сроком на 15 суток, *** в ШИЗО № сроком на 8 суток, *** в ШИЗО № сроком на 6 суток, *** в ШИЗО № сроком на 14 суток, *** в ШИЗО № сроком на 14 суток.

Согласно статьи 62 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, и разъяснений, содержащихся в пункте 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания», обязанность доказывания соблюдения надлежащих условий содержания лишенных свободы лиц возлагается на административного ответчика - соответствующие орган или учреждение, должностное лицо, которым следует подтверждать факты, обосновывающие их возражения.

Как пояснила при рассмотрении дела представитель административных ответчиков, приточно-вытяжная вентиляции с механическим побуждением в исправительном учреждении не установлена. Документов, подтверждающих наличие в спорных помещениях, вентиляции с естественным побуждением в материалы дела не представлено, а доводы административного истца о недостаточности воздуха и невозможности обеспечить в полном объеме поступление свежего воздуха путем проветривания, в нарушение части 2 статьи 62 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации не опровергнуты.

При этом, суд учитывает, что система вентиляции необходима для создания благоприятной воздушной среды в помещениях путем воздухообмена, последствиями данного нарушения является присутствие в воздухе посторонних запахов.

В связи с чем, суд приходит к выводу, что отсутствие в камерах ШИЗО, в которых содержался административный истец достаточной вентиляции безусловно вызывало недостаток свежего воздуха, неудобство и соответственно причиняло страдания административному истцу и трудности.

При этом, доводы ФИО1 о том, что камеры, в которых от содержался, оборудованы чашей Генуя, а не унитазом, не свидетельствуют о нарушении его прав, так как в силу Приказа ФСИН России от 27 июля 2006 года № 512 «Об утверждении номенклатуры, норм обеспечения и сроков эксплуатации мебели, инвентаря, оборудования и предметов хозяйственного обихода (имущества) для учреждений, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы, и следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы» (далее - Приказ ФСИН России от 27 июля 2006 года № 512) камеры штрафного (дисциплинарного) изолятора, помещений камерного типа, следственного изолятора и тюрьмы оборудуются санитарным узлом (унитаз, отделенный от остального помещения экраном высотой 1 м, и умывальник). При этом, чаша Генуя является разновидностью напольного унитаза. Законодательством, регулирующим указанные вопросы в спорный период, не было предусмотрено обязательное оборудование камер унитазом в том смысле, который в него вкладывает истец. Подобное устройство используется по прямому назначению, и в материалах дела не имеется сведений о том, что в силу индивидуальных физиологический особенностей истец не мог справлять естественные надобности таким образом, а равно не свидетельствует о жестоком или унижающем человеческое достоинство обращении, незаконном - как физическом, так и психическом - воздействии на человека.

Доводы административного истца об отсутствии приватности в санитарных узлах при рассмотрении дела своего подтверждения не нашли, доказательства отсутствия ограждения унитаза в соответствии с Приказом ФСИН России от 27 июля 2006 года № 512, ФИО1 не приведено, судом не добыто. Согласно справке представителя административного ответчика, оборудование санитарного узла как в спорный период, так и в настоящее время соответствует установленным нормативным актам требованиям. Кроме того, в ходе проверок, проведенных надзорными органами камер ШИЗО, в которых содержался истец в спорный период, указанные нарушения не выявлялись, акты реагирования не вносились.

Ссылка административного истца на п. 55 Приложения № 2 Приказа Минюста России от 04.07.2022 № 110 «Об утверждении Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений и Правил внутреннего распорядка исправительных центров уголовно-исполнительной системы», судом отклоняется поскольку указанные Правила в спорный период не действовали.

Статьей 99 УИК РФ предусмотрено материально-бытовое обеспечение осужденных к лишению свободы.

Приказом ФСИН России от 27.07.2006 № 512 утверждена Номенклатура, нормы обеспечения и сроки эксплуатации мебели, инвентаря, оборудования и предметов хозяйственного обихода (имущества) для учреждений, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы, и следственных изоляторов уголовно - исполнительной системы. В соответствии с установленным порядком камера ШИЗО обеспечивается откидной металлической кроватью с деревянным покрытием на каждого, столом для приема пищи, тумбой для сидения на каждого, умывальником (рукомойником) из расчета 1 на камеру.

Требования об оборудовании камер ШИЗО зеркалом, мусорным ведром, баком для воды и подставкой под указанный бак, указанным нормативным документом не регламентировано, в связи с чем, ссылка административного истца на нарушение своих прав отсутствием перечисленных предметов, отклоняется.

Оценивая доводы административного иска в части антисанитарных условий содержания административного истца в камерах, суд также считает необходимым указать следующее. На основании требований пункта 165 Правил внутреннего распорядка, утвержденных Приказом Минюста РФ от 16.12.2016 № 295 (действовавших в спорный период), уборка в камерах ШИЗО, возлагается поочередно на каждого осужденного согласно графику, утвержденному заместителем начальника ИУ. Осужденный, ответственный за уборку, получает и сдает инвентарь для уборки камеры, следит за чистотой в камере; производит уборку камерного санузла, а по окончании прогулки - прогулочного двора (пункт 166 Правил внутреннего распорядка).

В этой связи лица, непосредственно находившиеся в камере, несут обязанность поддержания места отбытия дисциплинарного взыскания в надлежащем антисанитарном состоянии. При проверке доводов иска в части необеспечения возможности соблюдения антисанитарных условий по основанию отсутствия инвентаря для уборки камер таких обстоятельств при разрешении дела не установлено, фактов обращения заявителя по данному факту не выявлено. На основании информации, представленной ответчиком, установлено, что дезинфицирующие средства в виде хлорсодержащих растворов, или таблетированном виде, ежемесячно предоставляются со склада учреждения в количестве достаточном для уборки помещений соответствующих общежитий и других объектов учреждения. Потребность в их используемом количестве рассчитывается из учета площадей помещений общежитий, камер ШИЗО, ПКТ и иных объектом ФКУ ИК-18, подлежащих обработке в течение месяца. Получение дезинфицирующих средств со склада учреждения, а также уборочного инвентаря, который закупается учреждением, исходя из текущей потребности и объема поступивших бюджетных средств, производится материально-ответственным лицом из числа сотрудников ФКУ ИК-18. Контроль за проведением уборок в помещениях общежитий отрядов, помещений ШИЗО и ПКТ возложен на воспитательный отдел учреждения. Списание используемых дезинфицирующих средств для обработки помещений учреждения производится на основании актов о списании материальных запасов. Перебоев в поставке дезинфицирующих средств в течение 2015 по настоящее время не допускалось. Жалобы в отношении несоблюдения требований по обеспечению санитарии и надлежащего эпидемиологического состояния объектов учреждения, в том числе отрядов осужденных и помещений ШИЗО, ПКТ ФКУ ИК-18 в адрес отдела тылового обеспечения учреждения не поступало, акты прокурорского реагирования от надзорных органов и предписаний контролирующих санитарных служб для принятия мер не поступали.

Из материалов дела не следует, что администрация учреждения чинила препятствия в уборке помещений, либо что административный истец обращался к администрации учреждения с просьбой выдать ему инвентарь для уборки, и ему было отказано.

Разрешая доводы о нарушениях прав истца об отсутствии горячего водоснабжения в спорный период, суд принимает во внимание, что согласно в силу пунктов 19.2.1, 19.2.5 Свода правил 308.1325800.2017 «Исправительные учреждения и центры уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования», утвержденного приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации от 20 октября 2017 года № 1454/пр, здания исправительных учреждений должны быть оборудованы хозяйственно-питьевым и противопожарным водоводами, горячим водоснабжением, канализацией и водостоками согласно требованиям действующих нормативных документов; подводку холодной и горячей воды следует предусматривать, в том числе, к санитарно-техническим приборам, требующим обеспечения холодной и горячей водой (умывальникам, раковинам, мойкам (ваннам), душевым сеткам и т.п.).

Вопреки доводам административных ответчиков, указанный Свод правил, предусматривающий оборудование зданий исправительного учреждения горячим водоснабжением и распространяя свое действие на проектирование, строительство, реконструкцию и капитальный ремонт зданий, помещений и сооружений исправительных, лечебных исправительных, лечебно-профилактических учреждений и исправительных центров уголовно-исполнительной системы, не содержит запрета на возможность применения его действия применительно к объектам, введенным в действие и эксплуатацию до его принятия, поскольку обратное ставило бы в неравное положение осужденных, отбывающих наказание в исправительных учреждениях, построенных до принятия данного свода правил.

Кроме того, требования о подводке горячей воды к умывальникам и душевым установкам во всех зданиях были предусмотрены ранее действующей Инструкцией по проектированию исправительных учреждений и специализированных учреждений уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции Российской Федерации, утвержденной Приказом Минюста России от 2 июня 2003 года № 130-дсп, признанной утратившей силу Приказом Минюста России от 22 октября 2018 года № 217-дсп.

С учетом закрепленных положениями национального законодательства гарантий осужденных на размещение в помещениях, отвечающих санитарным требованиям, обеспечение помещений исправительных учреждений горячим водоснабжением является обязательным.

В ходе рассмотрения дела представителем административных ответчиков не оспаривалось отсутствие горячего водоснабжения в камерах ШИЗО № ФКУ ИК-18 УФСИН России по Мурманской области.

Суд приходит к выводу, что отсутствие горячего водоснабжения является ущемлением прав административного истца на отбывание наказания в условиях, отвечающих санитарным и гигиеническим требованиям, и признает этот довод административного истца обоснованным.

Установленные судом нарушения в части отсутствия горячего водоснабжения, отсутствии надлежащей вентиляции в камерах ШИЗО, само по себе объективно доказывает причинение административному истцу неизбежного уровня страданий (переживаний) при существующих ограничениях прав осужденных, отбывающих наказание в местах лишения свободы, поскольку вышеуказанные нарушения не обеспечивают право осужденных на безопасное и санитарно-эпидемиологическое благополучие, могут оказать влияние на жизнь и здоровье осужденных, отбывающих наказание в ФКУ ИК-18 УФСИН России по Мурманской области.

Принимая во внимание изложенное, а также установленные факты нарушения условий содержаний истца, суд приходит к выводу о наличии оснований для взыскания в пользу административного истца компенсации за ненадлежащие условия содержания в период отбывания им наказания в ФКУ ИК-18 УФСИН России по Мурманской области.

Отмеченное нарушение прав административного истца вызвано теми или иными действиями (бездействием) органов государственной власти, отвечающих за создание условий отбывания наказания в виде лишения свободы, в которых может быть обеспечено соблюдение установленных законом гарантий прав осужденных, потому взыскание в пользу ФИО1 компенсации морального вреда соответствует нормам материального права.

Вместе с тем, материалами административного дела не подтверждено, что на протяжении содержания в исправительном учреждении ФИО1 считал нарушенными его права на надлежащие условия содержания. При рассмотрении дела доказательств обращения административного истца с соответствующими жалобами и заявлениями в органы прокуратуры и в суд с целью защиты своих прав и законных интересов не представлено, факты нарушения его прав в конкретные периоды не фиксировались уполномоченными органами в документах, которые в последующем могли бы быть использованы в качестве доказательств.

Учитывая характер причиненных административному истцу нравственных страданий, выразившихся в отсутствии вентиляции, что не обеспечивало возможности поступления свежего воздуха в помещениях, в которых расположены санитарные узлы, отсутствие горячего водоснабжения в помещениях в которых он содержался что затрудняло выполнение гигиенических процедур, исходя из принципа разумности и справедливости, степени вины ответчика, учитывая индивидуальные особенности административного истца, с учетом продолжительности периода отбывания наказания, отсутствии для административного истца стойких негативных последствий, суд полагает, что в счет компенсации за нарушение условий содержания с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу административного истца подлежит взысканию денежная сумма в размере 15 000 рублей, что достаточно полно и адекватно компенсирует нравственные переживания.

В соответствии с частью 4 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации данная компенсация подлежит взысканию с главного распорядителя средств федерального бюджета в соответствии с ведомственной принадлежностью органа (учреждения), обеспечивающего условия содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

В рассматриваемом случае с учетом положений подпункта 3 пункта 1 статьи 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации, подпункта 6 пункта 7 Положения о Федеральной службе исполнения наказаний, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 13.10.2004 № 1314, главным распорядителем бюджетных средств является ФСИН России.

Таким образом, денежная компенсация подлежит взысканию в пользу административного истца с ФСИН России за счет средств казны Российской Федерации.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 175-180, 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд

решил:

исковое заявление ФИО1 к Федеральному казенному учреждению «Исправительная колония № 18 Управления Федеральной службы исполнения наказаний России по Мурманской области», Управлению Федеральной службы исполнения наказаний России по Мурманской области, Федеральной службе исполнения наказаний России о признании действий (бездействия) учреждения незаконными, взыскании компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении - удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний России за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию за нарушение условий содержания в исправительном учреждении в размере 15 000 (пятнадцать тысяч) руб. 00 коп. с зачислением на личный счет ФИО1, открытый в Федеральном казенном учреждении «Исправительная колония № 23 Управления Федеральной службы исполнения наказаний России по Мурманской области».

В удовлетворении заявленных требований ФИО1 к Федеральному казенному учреждению «Исправительная колония № 18 Управления Федеральной службы исполнения наказаний России по Мурманской области», Управлению Федеральной службы исполнения наказаний России по Мурманской области, Федеральной службе исполнения наказаний России о взыскании компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении и признании действий (бездействия) учреждения незаконными на сумму, превышающую 15 000 рублей, - отказать.

Решение суда в части удовлетворения требования о присуждении компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении подлежит немедленному исполнению в порядке, установленном бюджетным законодательством Российской Федерации.

Решение может быть обжаловано в Мурманский областной суд через Кольский районный суд Мурманской области в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме.

***

***

Судья Н.А. Иванова