Решение по делу № 2-5101/2022 от 17.02.2023 - о признании завещания недействительным.

Дело № 2-71/2023

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

17 февраля 2023 года г.о. Балашиха

Московская область

Железнодорожный городской суд Московской области в составе

председательствующего судьи Артемовой Е.В.,

с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО2,

представителя ответчика ФИО3,

представителя третьего лица ФИО4,

при секретаре Абгарян М.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО5 о признании завещания недействительным,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО5 о признании завещания недействительным, указав, что 11 августа 2021 года умерла ФИО6, проживавшая на день смерти по адресу: <адрес>. После ее смерти нотариусом города Москвы ФИО7 было открыто наследственное дело № к имуществу умершей. 05 августа 2005 года наследодатель завещала истцу ФИО1 квартиру, расположенную по адресу: <адрес>. С заявлением о принятии наследства по завещанию истец обратилась к нотариусу ФИО7, где ей стало известно о том, что с заявлением о принятии наследства, в свою очередь, обратилась ФИО5, предоставив завещание, составленное 23 марта 2021 года. Данное завещание было удостоверено нотариусом города Москвы ФИО8 и зарегистрировано в реестре №. Завещание, оставленное ФИО6 от 23 марта 2021 года в пользу ФИО5, считает недействительным, поскольку на момент его составления наследодатель ФИО6 находилась в преклонном возрасте и в силу состояния здоровья не могла понимать значения своих действий. Указанное завещание было составлено незадолго до ее смерти. На момент написания завещания на имя ответчика, ФИО6 страдала синдромом старческой астении, гипертонической болезнью 2 степени, хронической ишемией головного мозга: дисциркуляторная энцефалопатия 2 стадии; сахарным диабетом 2 типа; хроническим атоническим колитом; копростазом; хронической лимфовенозной недостаточностью; подагрой и т.п. В указанный период она перестала самостоятельно передвигаться, нуждалась в постороннем уходе и в помощи патронажной медсестры. Ее состояние резко ухудшилось, стали преследовать психические атаки, усилилась слабость, наблюдалась апатия к жизни. Завещание, оставленное ФИО6 от 23 марта 2021 года в пользу ФИО5, также считает недействительным, поскольку на момент его составления наследодатель ФИО6 находилась в беспомощном состоянии и последняя воля была продиктована третьими лицами под влиянием обмана, психологического насилия и угроз, нарушив свободу последнего волеизъявления завещателя, наследственные права истца. Так, ответчица неоднократно говорила ФИО6, что только она сможет ей оказывать медицинскую помощь, внимание и уход, настраивала против родных. И если Людмила Захаровна откажется от составления завещания, то она останется в беспомощном состоянии одна. Об этом неоднократно наследодатель, жалуясь, рассказывала социальному работнику ФИО9. Указанное завещание было ею составлено незадолго до ее смерти (за 4 месяца). Умершая ФИО6 являлась троюродной сестрой ФИО1 Ввиду отсутствия у ФИО6 своей семьи, ей на протяжении всей жизни помогала троюродная сестра ФИО1. С самого детства они были вместе, поддерживали дружеские и семейные отношения. ФИО6 на протяжении всей своей жизни постоянно находилась под присмотром ФИО1 Истица ухаживала за своей сестрой, обеспечивала продуктами питания, лекарствами, а также следила за состоянием ее здоровья, оказывая ей необходимую медицинскую помощь, ездила с ней в поликлиники, в больницы и по магазинам, в ветеринарные клиники с ее собакой, то есть принимала непосредственное и непрерывное участие в обеспечении ее необходимыми условиями жизнедеятельности. За 10 месяцев до смерти наследодателя, в период отсутствия истца, в случае необходимости, по просьбе истца, ухаживать за Людмилой Захаровной стала ответчик, которая приходила к ней три раза в день (по 1 часу) по договору, за заработную плату. Ответчик не находилась у ФИО6 круглосуточно, она еще работала в пиццерии, ухаживала за пожилой женщиной в соседнем подъезде, ухаживала за пожилой женщиной, проживающей в начале той же улицы, у которой она и жила. Приходили к Людмиле Захаровне по очереди сама ответчик, а также ее дочь старшеклассница и сноха (как сиделка их называла). Во время пандемии у Людмилы Захаровны началась сильная депрессия, однажды она звонила в психологическую поддержку, были истерики, она стала очень рассеянной, нервной, терялась во временном пространстве, забывала элементарные слова. Периодически были приступы агрессии. Когда нервничала даже незначительно, сильно потела. Движения рук стали очень медленными. Состояние здоровья начало ухудшаться, стало сложнее двигаться, тряслась голова. ФИО10 кричала, были нервные приступы, крики слышали соседи. Помимо прочих лекарств она начала принимать корвалол, который сиделка давала всегда, когда Людмила Захаровна его просила. Однажды, во время видеосвязи истец видела, как сестра умоляет сиделку дать ей корвалол, целуя руки. Стало понятно, что появилась зависимость. Был вызван участковый врач для беседы с сиделкой по контролю употребления лекарств Людмилой Захаровной, врач сказал уменьшить дозу лекарства, но, судя по очевидным симптомам, таким как падение артериального давления, частый сон в дневное время суток, сиделка продолжала давать корвалол по требованию. Следовательно, корвалол также мог служить инструментом манипуляции. При передозировке этого препарата возникают нарушения сознания вплоть до комы. ФИО11, впав в кому. Часто в разговорах между истцом и ее умершей сестрой обсуждался вопрос о судьбе всего принадлежавшего ей имущества, которое она намеревалась оставить ей, в том числе и спорную квартиру, написав в 2005 году завещание. Истица произвела захоронение сестры за свой счет, что подтверждается удостоверением о захоронении, и при этом никаких третьих лиц в этом не участвовало. ФИО6 жалела о подписании последнего завещания, о чем говорила социальному работнику ФИО9. ФИО5, узнав об этом, говорила сестре, что больше к ней не придет. Мысли о смене сиделки вызывали тревогу и нервные состояния Людмилы Захаровны. Таким образом, считает, что на момент составления завещания на имя ФИО5 от 23 марта 2021 года, ФИО6 находилась под влиянием обмана, насилия, угрозы и иных неблагоприятных обстоятельств. Завещание ФИО6 подписывала вследствие стечения тяжелых обстоятельств, будучи в преклонном возрасте, имеющая ряд хронических заболеваний, боялась оказаться одна, чем ФИО5 воспользовалась и манипулируя ФИО6, убедила оставить квартиру ей.

С учетом уточнения исковых требований, просит суд признать недействительным завещание, составленное 23 марта 2021 года ФИО6 на имя ФИО5, удостоверенное нотариусом города Москвы ФИО8, зарегистрированное в реестре № (л.д. 164-168).

Истец ФИО1, представитель истца ФИО2 в судебном заседании на удовлетворении уточненного иска настаивали. Суду пояснили, что умершая ФИО6 приходилась троюродной сестрой ФИО1 ФИО6 никогда замужем не была, детей у нее не было. В связи с ухудшением состояния здоровья ФИО6, за ней с октября 2020 года по август 2021 года ухаживала ответчик ФИО5, которая работала сиделкой. За это время ответчик втерлась в доверие к ФИО6, подавила ее волю и убедила составить завещание на ее имя. ФИО6 находилась под влиянием обмана, насилия, угрозы и иных неблагоприятных обстоятельств. Завещание ФИО6 подписывала вследствие стечения тяжелых обстоятельств, будучи в преклонном возрасте, имеющая ряд хронических заболеваний, боялась оказаться одна, чем ФИО5 воспользовалась и манипулируя ФИО6, убедила оставить квартиру ей. Просили иск удовлетворить в полном объеме.

Ответчик ФИО5 в судебное заседание не явилась, о дате, месте и времени рассмотрения дела извещена.

Представитель ответчика ФИО3 в судебном заседании возражал против удовлетворения уточненного иска, поскольку ответчик исковые требования не признает. Суду пояснил, что действительно ФИО5 ухаживала за умершей ФИО6 Свое содержание, покупку лекарств оплачивала сама наследодатель. ФИО5 проживала с ФИО6 круглые сутки. Поскольку фактически за ФИО6 ухаживала ответчица, та и решила оформить на нее завещание. К нотариусу наследодатель ездила самостоятельно, хоть ей и было сложно. Это добрая воля умершей. ФИО6 полностью понимала, что она делает. Кратковременных расстройств, препятствующих или способных препятствовать осознанию своих действий и руководить ими, у нее не было. При жизни ФИО6 сама распоряжалась своими денежными средствами, пользовалась телефоном, звонила по видеосвязи, играла в игры на телефоне. Доказательств нахождения ФИО6 под влиянием обмана, насилия, угрозы и иных неблагоприятных обстоятельств, истцом суду не представлено. Просил в удовлетворении исковых требований отказать.

Третье лицо ФИО12 в судебное заседание не явилась, о дате, месте и времени рассмотрения дела извещалась.

Представитель третьего лица ФИО13 в судебном заседании суду пояснила, что поддерживает исковые требования ФИО1 Просит иск удовлетворить в полном объеме.

Нотариус города Москвы ФИО7 в судебное заседание не явилась, о дате, месте и времени рассмотрения дела извещалась.

Нотариус города Москвы ФИО8 в судебное заседание не явился, о дате, месте и времени рассмотрения дела извещался.

Допрошенная в качестве свидетеля ФИО9 суду пояснила, что ранее работала социальным работником. ФИО6 знала почти десять лет. В ее обязанности входило приносить продукты, лекарства, помочь принять душ. С 2019 года у ФИО6 резко ухудшилось состояние здоровья. В мае 2020 года она уволилась с работы и с того времени ФИО6 больше не видела. Так как ФИО6 видела в ней друга, то они часто созванивались по телефону. Она знает, что за ней ухаживала сиделка Люба. ФИО6 в телефонном разговоре говорила ей, что сиделка просит составить завещание на ее имя. В феврале-марте 2021 года ФИО6 сказала ей, что сиделка уже требует составить завещание на ее имя, на что она посоветовала Людмиле Захаровне сменить сиделку. Примерно в мае 2021 года ФИО6 сообщила ей, что она составила завещание на имя сиделки и говорила, что хочет его отменить. Она посоветовала ФИО6 обратиться к нотариусу. При разговоре по телефону с Людмилой Захаровной она слышала, что сиделка говорила ФИО6, что бросит ее, на что она не выдержала и отчитала сиделку.

Суд, выслушав стороны, исследовав письменные материалы дела, оценив все доказательства в их совокупности, приходит к следующему.

В силу ст. 12 ГПК РФ, гражданское судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

Согласно ст. 55 ГПК РФ, доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств.

В соответствии со ст. 57 ГПК РФ, доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле.

На основании ст. 9 Гражданского кодекса РФ, граждане по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

В силу положений ч. 3 ст. 17 Конституции Российской Федерации, осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Указанный основополагающий принцип осуществления гражданских прав закреплен также и положениями ст. 10 Гражданского кодекса РФ, в силу которых не допускается злоупотребление правом.

В соответствии с абз. 2 ч. 2 ст. 218 Гражданского кодекса РФ, в случае смерти гражданина право собственности на принадлежащее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

В силу ст. 1110 Гражданского кодекса РФ, при наследовании имущество умершего (наследство, наследственное имущество) переходит к другим лицам в порядке универсального правопреемства, то есть в неизменном виде как единое целое и в один и тот же момент, если из правил настоящего Кодекса не следует иное.

Как указано в ст. 1111 Гражданского кодекса РФ, наследование осуществляется по завещанию и по закону. Наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием, а также в иных случаях, установленных настоящим Кодексом.

В соответствии со статьей 1119 Гражданского кодекса Российской Федерации, завещатель вправе по своему усмотрению завещать имущество любым лицам, любым образом определить доли наследников в наследстве, лишить наследства одного, нескольких или всех наследников по закону, не указывая причин такого лишения.

По смыслу данной нормы наследодатель вправе завещать принадлежащее ему имущество любому лицу, независимо от того, находится ли данное лицо в родственной связи с наследодателем или нет.

В соответствии со ст.ст. 1141 - 1142 Гражданского кодекса РФ, наследники по закону призываются к наследованию в порядке очередности. Наследниками первой очереди по закону являются дети, супруг и родители наследодателя.

Согласно положениям ст. 1124 Гражданского кодекса РФ, завещание должно быть составлено в письменной форме и удостоверено нотариусом. Удостоверение завещания другими лицами допускается в случаях, предусмотренных пунктом 7 статьи 1125, статьей 1127 и пунктом 2 статьи 1128 настоящего Кодекса. Несоблюдение установленных настоящим Кодексом правил о письменной форме завещания и его удостоверении влечет за собой недействительность завещания.

В соответствии с п. 3 ст. 1125 Гражданского кодекса РФ, завещание должно быть собственноручно подписано завещателем. Если завещатель в силу физических недостатков, тяжелой болезни или неграмотности не может собственноручно подписать завещание, оно по его просьбе может быть подписано другим гражданином в присутствии нотариуса. В завещании должны быть указаны причины, по которым завещатель не мог подписать завещание собственноручно, а также фамилия, имя, отчество и место жительства гражданина, подписавшего завещание по просьбе завещателя, в соответствии с документом, удостоверяющим личность этого гражданина.

Согласно ст. 16 "Основ законодательства Российской Федерации о нотариате" от 11 февраля 1993 года N 4462-1, нотариус обязан оказывать физическим и юридическим лицам содействие в осуществлении их прав и защите законных интересов, разъяснять им права и обязанности, предупреждать о последствиях совершаемых нотариальных действий, с тем чтобы юридическая неосведомленность не могла быть использована им во вред.

В силу ст.ст. 53, 54, 57 Основ законодательства РФ о нотариате, нотариус удостоверяет сделки, для которых законодательством Российской Федерации установлена обязательная нотариальная форма. Нотариус обязан разъяснить сторонам смысл и значение представленного ими проекта сделки и проверить, соответствует ли его содержание действительным намерениям сторон и не противоречит ли требованиям закона. Нотариус удостоверяет завещания дееспособных граждан, составленные в соответствии с требованиями законодательства Российской Федерации.

В соответствии со ст. 42 Основ законодательства РФ о нотариате, при совершении нотариального действия нотариус устанавливает личность обратившегося за совершением нотариального действия гражданина. Установление личности должно производиться на основании паспорта или других документов, исключающих любые сомнения относительно личности гражданина, обратившегося за совершением нотариального действия.

В силу ст. 177 Гражданского кодекса РФ, сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Согласно ст. 178 Гражданского кодекса РФ, сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если:

1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.;

2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные;

3) сторона заблуждается в отношении природы сделки;

4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой;

5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной.

Суд может отказать в признании сделки недействительной, если заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, было таким, что его не могло бы распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон.

Если сделка признана недействительной как совершенная под влиянием заблуждения, к ней применяются правила, предусмотренные статьей 167 настоящего Кодекса.

Сторона, по иску которой сделка признана недействительной, обязана возместить другой стороне причиненный ей вследствие этого реальный ущерб, за исключением случаев, когда другая сторона знала или должна была знать о наличии заблуждения, в том числе, если заблуждение возникло вследствие зависящих от нее обстоятельств.

Сторона, по иску которой сделка признана недействительной, вправе требовать от другой стороны возмещения причиненных ей убытков, если докажет, что заблуждение возникло вследствие обстоятельств, за которые отвечает другая сторона.

По смыслу приведенных положений статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка может быть признана недействительной, если выраженная в ней воля участника сделки неправильно сложилась вследствие заблуждения, и поэтому сделка влечет иные, а не те, которые он имел в виду в действительности, правовые последствия, в частности, если под влиянием заблуждения участник сделки помимо своей воли составляет неправильное мнение или остается в неведении относительно тех или иных обстоятельств, имеющих для него существенное значение, и под их влиянием совершает сделку, которую он не совершил бы, если бы не заблуждался, то есть волеизъявление участника сделки не соответствует его действительной воле.

Вопрос о том, является ли заблуждение существенным или нет, должен решаться судом с учетом конкретных обстоятельств каждого дела исходя из того, насколько заблуждение существенно не вообще, а именно для данного участника сделки.

В силу статьи 179 Гражданского кодекса РФ, сделка, совершенная под влиянием насилия или угрозы, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

Сделка на крайне невыгодных условиях, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Согласно разъяснениям, изложенными в п. 27 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 мая 2012 года N 9 "О судебной практике по делам о наследовании", завещания относятся к числу недействительных вследствие ничтожности при несоблюдении установленных ГК РФ требований: обладания гражданином, совершающим завещание, в этот момент дееспособностью в полном объеме (пункт 2 статьи 1118 ГК РФ), недопустимости совершения завещания через представителя либо двумя или более гражданами (пункты 3 и 4 статьи 1118 ГК РФ), письменной формы завещания и его удостоверения (пункт 1 статьи 1124 ГК РФ), обязательного присутствия свидетеля при составлении, подписании, удостоверении или передаче завещания нотариусу в случаях, предусмотренных пунктом 3 статьи 1126, пунктом 2 статьи 1127 и абзацем вторым пункта 1 статьи 1129 ГК РФ (пункт 3 статьи 1124 ГК РФ), в других случаях, установленных законом.

Судом установлено, что 23 марта 2021 года ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ составлено завещание, которым все свое имущество, какое на момент смерти окажется ей принадлежащим, в чем бы такое ни заключалось и где бы оно не находилось, она завещает ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ. Завещание удостоверено нотариусом города Москвы ФИО8, зарегистрированное в реестре № (л.д. 58-59).

ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ умерла 11 августа 2021 года (л.д. 50).

Нотариусом города Москвы ФИО7 заведено наследственное дело № к имуществу умершей 11 августа 2021 года ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 49-62).

16 августа 2021 года к нотариусу с заявлением о принятии наследства обратилась ФИО1 (по завещанию от 05 августа 2005 года) (л.д. 51-52, 57).

20 августа 2021 года к нотариусу с заявлением о принятии наследства обратилась ФИО12 (наследование по закону) (л.д. 53-54).

17 ноября 2021 года к нотариусу с заявлением о принятии наследства обратилась ФИО5 (по завещанию от 23 марта 2021 года) (л.д. 55-56, 58-59).

Изначально истец оспаривала завещание от 23 марта 2021 года по тем основаниям, что в период его подписания наследодатель ФИО6 находилась в невменяемом состоянии, страдала психическими, соматическими заболеваниями, препятствующими ей осознавать значение своих действий и влияющими на способность сознательно управлять ими, в связи с чем, не могла понимать значение своих действий и не могла руководить ими.

По данному гражданскому делу определением суда от 29 августа 2022 года была назначена посмертная судебно-психиатрическая экспертиза, производство которой было поручено специалистам ГБУЗ Московской области «Центральная клиническая психиатрическая больница им. Ф.А. Усольцева» (л.д. 146-148).

На разрешение экспертов были поставлены следующие вопросы:

1. Страдала ли ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ, умершая 11 августа 2021 года, каким-либо психическим либо соматическим заболеванием? Если страдала, то каким, с какого времени?

2. Могла ли ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ, умершая 11 августа 2021 года, с учетом имевшихся у нее заболеваний (психических, соматических) понимать значение своих действий и руководить ими в момент составления и подписания завещания от 23 марта 2021 года?

Согласно заключению комиссии экспертов от 25 октября 2022 года №/п, экспертами даны ответы на поставленные вопросы:

Комиссия пришла к заключению, что в юридически значимый период (в момент составления завещания и подписания завещания от 23 марта 2021 года) у ФИО6 обнаруживались другие непсихотические расстройства в связи со смешанными заболеваниями (F06.828 код по МКБ-10). Об этом свидетельствуют объективные данные из представленной медицинской документации о появлении у нее на фоне сосудистой патологии (гипертоническая болезнь, ишемическая болезнь сердца, дисциркуляторная энцефалопатия) с хронической ишемией головного мозга; сахарного диабета с явлениями диабетической полинейропатии, макромикроангиопатии, ориентировочно с 2004 года, церебрастенической симптоматики (общая слабость, головные боли, головокружение), с присоединением с 2020 года когнитивных нарушений. Указанное психическое расстройство подтверждается инструментальными методами исследования (на электроэнцефалограмме в 2004 году регистрировался «низкоамплитудный тип» ЭЭГ; на фоне умеренных общемозговых изменений ЭЭГ отмечались признаки раздражения стволовых структур мозга; при эхоэнцефалографии в 2004 году были негрубо выражены гидроцефальные признаки), а также осмотром психиатра 09 августа 2021 года. Как следует из материалов гражданского дела и представленной медицинской документации, в юридически значимый период (в момент составления и подписания завещания от 23 марта 2021 года) имевшиеся у ФИО6 изменения психики были выражены не столь значительно, не сопровождались дезориентировкой, грубыми нарушениями мышления, памяти, интеллекта, критических способностей и какой-либо психотической симптоматикой (бред, галлюцинации, расстройства сознания). 23 марта 2021 года в период подписания завещания ФИО6 могла понимать значение своих действий и руководить ими (л.д. 151-154).

Суд считает необходимым принять за основу заключение комиссии экспертов ГБУЗ Московской области «Центральная клиническая психиатрическая больница им. Ф.А. Усольцева», учитывая, что данная экспертиза проводилась по определению суда. Оснований не доверять заключению экспертов у суда не имеется, у экспертов отсутствует заинтересованность в результатах проведенной экспертизы. Принимая во внимание, что эксперты предупреждались об уголовной ответственности по ст. 307 Уголовного кодекса РФ, ими проведена посмертная судебно-психиатрическая экспертиза, заключение составлено с учетом исследования всех представленных документов, в том числе медицинских документов, заключение эксперта содержит подробное описание проведенного исследования, выводы и ответы на поставленные вопросы. У суда нет оснований не доверять выводам экспертов. Каких-либо бесспорных доказательств проведения судебной экспертизы с нарушением соответствующих методик и норм процессуального права, способных поставить под сомнение достоверность ее результатов, не представлено.

В силу ч. 1 ст. 67 ГПК РФ, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном и объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст.ст. 12, 35 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Вопреки положениям ч. 1 ст. 56 ГПК РФ, стороной истца не было представлено доказательств, опровергающих доводы ответчика и представленные им доказательства.

Вопрос о совершении сделки под влиянием заблуждения, обмана, насилия, угроз, психологического давления, психологической или иной зависимости от другого человека, а также стечения тяжелых обстоятельств не являются предметом экспертного исследования. Ретроспективный психологический анализ выявил, что согласно представленной медицинской документации и материалам гражданского дела у ФИО6 не отмечалось таких особенностей структуры и динамики психической деятельности, индивидуально-психологических особенностей, которые могли оказывать влияние на способность к осознанию и регуляции своих действий на момент подписания завещания от 23 марта 2021 года.

Оценив установленные по делу обстоятельства в их совокупности, руководствуясь положениями ст.ст. 8, 9, 19, 177, 178, 179, 1118, 1124, 1125 Гражданского кодекса РФ, разъяснениями, изложенными в п. 27 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 мая 2012 года N 9 "О судебной практике по делам о наследовании", проанализировав и оценив представленные в дело доказательства по правилам ст.ст. 12, 56, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, проверив допустимость, относимость, достоверность и достаточность доказательств, выслушав показания свидетеля, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении заявленных исковых требований, исходя из того, что истцом не представлено доказательств, при наличии которых оспариваемое ею завещание могло быть квалифицировано в качестве кабальной сделки и признано недействительным по этому основанию, как и не доказано то, что ответчик воспользовался тяжелыми обстоятельствами, сложившимися у наследодателя; также не представлено надлежащих доказательств того, что ФИО5 ввела ФИО6 в заблуждение и обманула относительно условий сделки, заставив заключить сделку под влиянием обмана, насилия, угрозы. Руководствуясь положениями ст. 178 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд установил отсутствие правовых оснований для признания завещания недействительным, поскольку факт составления завещания под влиянием заблуждения, искажения волеизъявление наследодателя не нашли своего подтверждения.

То обстоятельство, что ФИО6 не сообщила о совершенной ею сделке своей троюродной сестре ФИО1, не свидетельствует о порочности данной сделки, поскольку это личное ее право распорядиться своей собственностью по своему усмотрению и оно не подлежит ограничению кем-либо.

Показания свидетеля не подтверждают то обстоятельство, что сделка ФИО6 от 23 марта 2021 года была совершена под влиянием обмана, насилия, угрозы и иных неблагоприятных обстоятельств. Кроме этого, свидетель ФИО9 и наследодатель ФИО6 виделись последний раз в мае 2020 года.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ,

суд

РЕШИЛ:

Иск ФИО1 к ФИО5 о признании завещания недействительным – оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Московский областной суд в течение месяца со дня изготовления его в окончательной форме через Железнодорожный городской суд Московской области.

Судья Е.В. Артемова

Мотивированный текст решения

изготовлен 22 февраля 2023 года