Решение по делу № 2-359/2022 от 25.07.2022.

Дело №2-359/2022 ***

УИД 33RS0005-01-2022-000013-36

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г.Александров «25» июля 2022 года

Александровский городской суд Владимирской области в составе:

председательствующего судьи Правдиной Н.В.,

при секретаре Магницкой А.А.,

с участием представителей истца-ответчика ФИО1 ФИО2 и ФИО3

представителя ответчика-истца ФИО4 ФИО5

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 и ФИО6 к ФИО7 и ФИО4 о признании сделок недействительными, применении последствий недействительности сделок, об истребовании имущества и признании права собственности и по встречному иску ФИО4 к ФИО1 и ФИО7 о признании добросовестным приобретателем,

Установил:

Изначально ФИО1 обратился к ФИО4 с иском об истребовании имущества из его незаконного владения

Определением от 03.03.2022г. к участию в деле в качестве соответчика привлечена ФИО7

Определением от 27.05.2022г., занесенным в протокол судебного заседания, ФИО6 привлечена к участию в деле в качестве соистца.

С учетом неоднократных уточнений, окончательно, ФИО19 просили признать недействительными:

- договор купли-продажи земельного участка с к.н.*** с жилым домом с к.н.*** от 08.04.2019г., заключенный действовавшим от имени ФИО1 - ФИО8 с ФИО7;

- договор купли-продажи (купчая) земельного участка с к.н.*** с жилым домом с к.н.*** от 19.06.2020г., заключенный, между ФИО7, от имени которой действовал ФИО8, и ФИО4

Также заявлено о применении последствий недействительности каждой из сделок в виде исключения из ЕГРН сведений о регистрации права собственности ФИО7 и ФИО4 на земельный участок и жилой дом, об истребовании из незаконного владения ФИО4 имущества и о возложении на него обязанности по возврату имущества, о восстановлении его –ФИО1, права собственности на земельный участок и жилой дом и о признании за ним права собственности на баню (л.д.6-9, 47-50, 145-152 т.2, л.д.37-45, 54-56 т.3).

В обоснование, также с учетом уточнений, ФИО19 указали, что первый являлся собственником дома с к.н.*** и земельного участка с к.н.***, расположенных в д.***, в настоящее время принадлежащих ФИО4 Согласно данным ЕГРН, кадастровая стоимость земельного участка составляет 1079744руб. 00коп., жилого дома- 2615751руб. 05коп.

ФИО4 ФИО1 имущество не отчуждал, денежных средств за него не получал, договоров с ним не подписывал, согласия на отчуждение имущества, ФИО6 не давала. Не указание ФИО8 о наличии у ФИО1 супруги, согласие которой требовалось на совершение сделки, явилось предоставлением недостоверных сведений. Полученные по договору с ФИО7 денежные средства, ФИО8 не передавал, о совершении сделки его не уведомлял. Стоимость имущества по договору была необоснованно занижена, акт приема-передачи имущества не оформлялся, фактическая передача имущества не происходила. Под видом договора купли-продажи ФИО8 совершил дарение, на что уполномочен не был.

Отчуждение впоследствии ФИО7 ФИО4 имущества, состоялось по цене в 20 раз дороже, чем приобрела она.

Полагали, что ФИО7 и ФИО4 должны были знать об отсутствии у ФИО8 права на отчуждение имущества, вследствие занижения рыночной стоимости приобретаемого ими имущества, должны были предпринять меры к выявлению наличия согласия супруги продавца на сделку, в т.ч. учитывая, что регистрация перехода права собственности в 2019г. и в 2020г. происходила с участием одного и того же представителя со стороны продавцов –ФИО8

Указав, что ФИО7 и ФИО4 не могут являться добросовестными приобретателями, ссылались на выбытие имущества помимо их воли. Приобретение ответчиками имущества по явно заниженной стоимости, является самостоятельным основанием для признания сделки недействительной. ФИО4 не предпринял достаточных мер к выяснению правомочий у представителя и о наличии согласия на сделку супруги продавца. Отсутствие акта приема-передачи имущества удостоверенного им и ФИО7, документов о расчетах между ними, подтверждает недействительности сделок по основаниям ст.ст.167, 168, 170, 173.1 и 174 ГК Российской Федерации.

Также указано об отсутствии данных о наличии на момент заключения договора с ФИО7 в распоряжении ФИО4 6500000руб., о недостоверности сведений о его проживании в доме с конца 2020г. и несении расходов по содержанию.

В отсутствие брачного договора, спорное имущество находилось в их общей собственности, отчуждение его, в отсутствие на то согласия второго супруга, противоречит ст.35 СК Российской Федерации.

Определением от 03.03.2022г. к участию в деле третьими лицами привлечены ФИО8, ФИО6 и УФСГРКК по Владимирской области.

Определением от 28.03.2022г. принят встречный иск ФИО4 в котором он просил признать его добросовестным приобретателем земельного участка с к.н*** и жилого дома с к.н.*** (л.д.96-103 т.2).

В обоснование встречного иска указано, что имущество приобретено им у ФИО7 по возмездной сделке ***. с указанием цены по договору о стоимости имущества равной ***. Фактически, ей было передано ***., о чем указано в предварительном договоре и ее расписках. Указание в договоре о цене равной ***., произошло по просьбе ФИО7, сумма не занижена, составляет 70% от кадастровой стоимости объектов, с конца 2020г. имущество используется им по назначению.

На момент заключения договора с ФИО7, он располагал договором, заключенным той 08.04.2019г. с ФИО1 Со слов представителя ФИО7 и ФИО1 –ФИО8, располагавшим на момент совершения каждой из сделок необходимыми и достаточными полномочиями, цена по договору теми была определена обоюдно, расчет между ними состоялся, претензий друг к другу не имелось. Не имелось и у него –ФИО4, снований не доверять ФИО8 Тогда же ему, были предъявлены актуальные сведения из ЕГРН, подтверждающие отсутствие ограничений и обременений имущества, наличие права на имущество у ФИО7 Супруг той выразил нотариально удостоверенное согласие на сделку. Сообщив о регистрации в доме, ФИО7 обязалась с членами семьи сняться с регистрационного учета и освободить его. Задолженности по оплате коммунальных услуг, общедоступных сведений об отмене выданных ФИО8 доверенностей, о наличии в отношении ФИО1 и ФИО7, а также ООО «ЕВРОСТРОЙ» учредителем которого является первый, дел о банкротстве, не имелось. Исходя из содержания доверенностей и заключенных от имени ФИО1 и ФИО7 договоров, оснований полагать, что имущество выбыло не по воле ФИО1, а также об отсутствии у ФИО7 права на отчуждение имущества, не было. Изучил он и выписку из ЕГРН о переходе прав на имущество. Знать о наличии, либо отсутствии у ФИО1 по состоянию на 08.04.2019г. супруги, не мог.

Одновременно счел безосновательными доводы о совершении ФИО8 от имени ФИО1 Майстру дарения имущества, отмечая, что ФИО1 за те же средства сам приобрел имущество. По условиям договора от 08.04.2019г., он имел силу передаточного акта. Полагал, что заключенный им с ФИО7 договор отвечает всем признакам действительности сделки.

Истец ФИО1, будучи извещенным надлежаще, в судебное заседание не явился, с ходатайством об отложении не обращался.

Участвуя в суде ранее, пояснял, что в 2014г. приобрел у *** дом и земельный участок в д.Пустынь с целью вложения денежных средств за ***., являвшихся общими с ФИО6 Пользоваться имуществом он и супруга не планировали, оплачивая налоги за имущество, оплату потребленной электроэнергии по открытому на его имя лицевому счету, не производил. О приобретении, имущества д.Пустынь, о выдаче им доверенностей на отчуждение имущества, супруга знала.

Также указал, что поддерживая дружеские отношения с ***, не знал о смене тем фамилии и наличии у него супруги, не был с ней знаком. ФИО6 также была знакома с *** С его согласия тот проживал в доме после его отчуждения. В конце лета 2021г. от общих знакомых он узнал о смерти *** В августе 2021г. он приехал в *** и узнал о продаже имущества. Сведения о принадлежности ему имущества регулярно проверял по общедоступным сведениям ЕГРН до 2018г., после чего перестал. Денежных средств по договору от 08.04.2022г. от ФИО8 не получал, совершение сделки тем с ним не согласовывалось, выданные ФИО8 доверенности, он не отменял. Располагая номером телефона ФИО8, оплачивая оказанные тем иные услуги, он не знал об отчуждении имущества. Полагая ФИО4 недобросовестным покупателем, настаивал на истребовании у того имущества.

Его представители ФИО2, действовавший по устному заявлению, ФИО3, действовавшая по доверенности, и ФИО9, действовавшая по ордеру и доверенности, в ходе судебного разбирательства дополнительно поясняли, что ФИО1, ввиду введенных ограничений из-за пандемии, не имел возможности некоторое время приезжать в ***. Необходимости проверять информацию в отношении принадлежавших ему объектов недвижимости, у него, владеющего Интернетом, не имелось. Прибыв на участок после пандемии, ФИО1 обнаружил, что домом и землей пользуются посторонние люди. После приобретения участка у ***, тот, с согласия ФИО1, проживал в доме безвозмездно. С кем жил ***, ФИО1 известно не было. Настаивали, что ФИО8 должен был знать о наличии у ФИО1 супруги, располагая данными паспорта того при оформлении доверенности. С ФИО8 ФИО1 познакомил ***

Сделка, совершенная ФИО8, от имени ФИО1, с ФИО7 притворна, т.к. продавцом не было получено встречное исполнение, стоимость отчуждаемого имущества была неосновательно занижена представителем, который тогда же ввел в заблуждение ФИО7 и орган регистрации, сообщив об отсутствии у продавца супруги.

Считая недействительной сделку между ФИО7 и ФИО4, указали о наличии на момент заключения теми договора на участке бани, возведенной силами ФИО1, но не предпринявшего мер к регистрации права. Полагали, что данные предварительного договора купли-продажи о передаче денежных средств и последующие расписки ФИО7, не свидетельствуют о расчете между сторонами. Критически отнеслись к возможности наличия у ФИО4 денежных средств в размере 6500000руб.

Возражая против заявления о пропуска срока исковой давности, указали, что он соблюден, о нарушенном праве ФИО1, узнал в августе-сентябре 2021г., получив данные о правах из ЕГРН. Просили уточненные исковые требования удовлетворить.

Возражая по иску ФИО4, указали, что кратковременность владения имуществом ФИО7, должна была вызвать у того сомнения. Усомниться в действительности сделки между ФИО1 и ФИО7, ФИО4 должен был и вследствие указания в договоре заниженной стоимости имущества. Настаивая, что ФИО4 не были предприняты должные меры к выяснению обстоятельств совершения предыдущей сделки, просили ему в иске отказать (л.д.17-18 т.3).

Истец ФИО6, будучи извещенной надлежаще, в судебное заседание не явилась, с ходатайством об отложении не обращалась.

Участвуя в суде ранее, в т.ч. изначально в качестве третьего лица, поясняла, что с ФИО7 она не знакома, не общалась она и с ее супругом –*** Заключение 08.04.2019г. договора с ФИО7, состоялось не в интересах ее семьи и нарушило ее имущественные права и законные интересы.

Одновременно указывала, что о приобретении в целях инвестирования ФИО1 участков в д.Пустынь, она знала, и была с этим согласна. На спорном участке и в доме она никогда не была, имуществом она и супруг, не пользовались. До начала пандемии он иногда ездил в д***, проверяя состояние имущества. Со слов супруга ей было известно, что *** проживал в доме с 2014г., оплачивал услуги электроснабжения. На основании чего *** и его семья были прописаны в доме, ей неизвестно. Начало периода обнаружения нарушения своих прав, не помнит. О выдаче ФИО1 ФИО8 доверенностей на отчуждение имущества в д.Пустынь, она также знала и не возражала против этого. Просила уточненные исковые требования удовлетворить, в иске ФИО4 отказать.

Ответчик ФИО4, будучи извещенным надлежаще, в судебное заседание не явился, с ходатайством об отложении не обращался.

Участвуя в суде ранее, ФИО4 дополнительно к письменным возражениям пояснял, что приобретенные дом и земельный участок в д.***. используются им и членами его семьи по назначению. При заключении договора купли- продажи присутствовали он, Майстру, ее супруг –***, их сын и ФИО8 Расписку в получении денежных средств составила ФИО7, деньги при ней же получил ее супруг. ФИО7 сообщила тогда, что за счет вырученных средств, намерена рассчитаться по ипотеке за квартиру в ***. До заключения договора он не был знаком с с ФИО7, намерения и оснований получить имущество безвозмездно, не имелось. На момент заключения договора, ФИО7 и ее семья в доме уже не проживали, ***. они снялись с регистрационного учета и передали ему домовую книгу.

Поддержав письменные возражения, указав, что предпринял все возможные меры к изучению документов в отношении имущества и получению сведений о прежних владельцах, настаивая на пропуске ФИО19 срока исковой давности, просил им в иске отказать, свой иск удовлетворить (л.д.91-945 т.2, 102-103, 105-107 т.3).

Участвуя в суде, его представители ФИО5 и ФИО10, действуя по нотариально удостоверенной доверенности, поддержав письменные возражения ФИО4, просили в иске ФИО1 отказать.

Дополнительно поясняли, что о продаже земельного участка и жилого дома в д.***, ФИО4, заинтересованный в приобретении недвижимости на территории ***, где похоронен его отец, узнал из Интернета. Предварительный договор с ФИО7 заключался по требованию ФИО4, в т.ч. и с целью снятия продавцом объявления о продаже. Стоимость имущества по договору равная ***. в договоре с ФИО7 была указана по просьбе последней, фактически за отчужденное имущество она получила ***. Настаивали, что ФИО4 предпринял все необходимые и доступные ему меры к проверке сведений о прежних правообладателях имущества и основаниях совершенных ими сделок.

Отмечая недобросовестность истцов ФИО19, неоднократно уточнявших исковые требования, настаивали на пропуске ими, оспаривавшими сделки от 08.04.2019г. и от 19.06.2020г., годичного срока исковой давности, возможности у тех узнать о нарушении своих прав начиная с ***., а также, не позднее 01.11.2020г., исходя из информации об объеме объектов налогообложения, изложенной в налоговом уведомлении, адресованном ФИО1

Из письменных возражений ФИО4 (л.д.18-20, 34-38, 85-90, 91-94, 134-136, 186-188 т.2, л.д.102-103, 105-107, 113-113, 151-158 т.3), следует, что в 2020г., имея намерение приобрести дом и земельный участок, обнаружив объявление в сети Интернет. При осмотре дома и участка его владелец - ФИО7, указала о намерении переезда и о цене равной ***. 00коп. В ходе последующего общения с ФИО7 и ее представителем ФИО8, оснований полагать, что та не имела права на отчуждение имущества, не имелось.

Из представленных ФИО7 документов, в т.ч. выписок из ЕГРН, следовало, что она приобрела дом и участок ***. у ФИО1 за ***., по условиям договора расчет между ними состоялся тогда же. Со слов ФИО8 стоимость имущества была определена сторонами, тот был знаком с ФИО7 и с ФИО1 длительное время, взаимных претензий у тех не имелось. Не доверять ФИО8. располагавшему доверенностью, оснований не имелось.

ФИО7 было представлено и нотариально удостоверенное согласие ее супруга - Фрай В.Г. от ***. на отчуждение имущества, выражено согласие на снятие с регистрационного учета, указано об отсутствии задолженности по оплате коммунальных услуг.

Исходя из общедоступных сведений Федеральной нотариальной палаты, доверенности на имя ФИО8, от имени ФИО1 и ФИО7 не отменялись, их содержание предполагало наличие у того необходимых полномочий. Оснований полагать, что имущество выбыло из владения ФИО19 помимо их воли, не имелось. Правами третьих лиц имущество обременено не было. Договор, заключенный от имени ФИО1 с ФИО7, имел силу передаточного акта и подтверждал факт передачи участка и дома к покупателю.

В выписках о переходе прав на земельный участок и дом имелись сведения о ФИО1 и ФИО7, на момент заключения договора с ним –ФИО4, последняя уже владела имуществом более года. Оснований полагать, что она не имела права на отчуждение имущества, также не имелось.

09.06.2020г. с ФИО7 был заключен предварительный договор купли-продажи о намерении в срок до 20.07.2020г. заключить основной договор, по которому, в качестве задатка он передал ФИО7 ***. За день до заключения основного договора, ФИО7 попросила его указать в договоре стоимость имущества равной ***., ссылаясь на личные обстоятельства, на оставшуюся сумму пообещала составить долговую расписку. ***. был заключен договор. От имени ФИО7 действовал ФИО8 По договору дом был оценен ими в ***., земельный участок в ***., расчеты по ранее достигнутой договоренности в размере ***. были произведены в полном объеме.

С конца июня 2020г. он и его семья проживают в доме, несут расходы по содержанию. ФИО19 он ранее никогда не видел, те к нему не обращались.

Возражая против истребования у него имущества, ссылаясь на отсутствие для этого правовых оснований, указал, что имущество выбыло из владения ФИО1 по его воле, на основании выданной им ФИО8 доверенности. Доверенность выдавалась на срок до ***., право собственности ФИО1 было зарегистрировано ***., что свидетельствует о наличии длительного знакомства ФИО1 и ФИО8, доверительных отношений между ними. Ввиду отсутствия у ФИО1 зарегистрированного права на баню, доказательств с его стороны о ее принадлежности ему, наличия оснований для признания за тем права собственности на баню, счел не подлежащими удовлетворению.

Относительно иска ФИО6, в отсутствие решения суда о признании сделок от ***. недействительными и без привлечения ФИО1 в качестве соответчика, ее требования преждевременными и противоречащими закону, избранный ею способ защиты права неверным. Полагал, что ФИО1 намеренно скрыл от своего представителя наличие супруги, требовать признания недействительным договора от ***. она, не являясь стороной по сделке, не вправе. О наличии у ФИО1 супруги, он не знал и не мог знать. Зная о наличии у супруга в собственности с 2014г. имущества, находящегося в д.Пустынь, ФИО6 не интересовалась его состоянием, бремя по содержанию не несла, мер к внесению сведений о себе в реестр недвижимости как о собственнике данного имущества, не предприняла. Настаивая на удовлетворении иска ФИО4, в иске ФИО1 просили отказать.

Ответчик ФИО7, будучи извещенной надлежаще, не явилась, с ходатайством об отложении не обращалась.

Ее представитель адвокат Кириченко Б.А., действуя по ордеру и доверенности, будучи извещенным надлежаще не явился, просил о рассмотрении дела в его и ФИО7 отсутствие (л.д.138 т.3).

Участвуя в суде ранее, пояснял, что супруг ФИО7 –***., одно лицо. Тот длительное время был знаком с ФИО1 Еще до заключения договора между ФИО7 и ФИО1, та со своей семьей уже проживала в доме и занималась его благоустройством. Подтвердил получение ФИО7 денежных средств в размере ***. от ФИО4 и об отсутствии между ними каких-либо претензий.

Из письменных возражений следует, что договор от ***. удостоверен лично ФИО7, его условия накануне обсуждались между ее супругом и ФИО1 Не соглашаясь с доводами ФИО19 о притворности сделки от ***., ссылаясь на доводы того в иске об отсутствии у него намерения подарить имущество, а у ФИО7 получить его безвозмездно, указал о произведенном между сторонами по договору расчете, отмечая наличие у ФИО8 полномочий по распоряжению домом и участком за цену и на условиях по своему усмотрению, а также и в отношении иной недвижимости принадлежащей ФИО1

Полагал отсутствующими по делу доказательства о том, что ФИО6 выражала свое несогласие на совершение сделки ***., имущество не выбывало из их владения помимо их воли.

Полагая ФИО4 добросовестным приобретателем имущества, указал, что по результатам заключенных ФИО7 договоров, изначально с ФИО1, а впоследствии с ФИО4, происходила государственная регистрация перехода права собственности. На момент заключения договора с ФИО4, ФИО7 владела имуществом более года, по его требованию до заключения договора заблаговременно предоставила данные о зарегистрированных правах на имущество, данные о регистрации, иные необходимые сведения. Истребование имущества у ФИО4 счел невозможным.

Заявив о пропуске ФИО19 срока исковой данности, просил в иске отказать (л.д.19-24, 134-137 т.3).

Третье лицо ФИО8, будучи извещенным надлежаще, в судебное заседание не явился, просил о рассмотрении дела в его отсутствие (л.д.25, 91 т.3).

Участвуя в суде ранее, пояснял, что ни одна из выданных ему ФИО1 доверенностей, не отзывалась. О наличии супруги, на задаваемые им в 2014 и в 2019г.г. вопросы, тот отвечал отрицательно и сообщил об этом только в 2020г. Познакомил их ***, те были дружны между собой. От *** он узнал о намерении ФИО7 приобрести у ФИО1 дом и участок. Все организационные вопросы, условия договора от 08.04.2019г. и порядок расчетов ФИО1 и *** обсуждали между собой. Также указал, что в 2020г. удостоверял договоры в отношении иных участков, действуя по доверенности от имени ФИО1 и в присутствии того.

Из его отзыва от 20.06.2022г. также следует, что в 2014г. к нему обратились знакомые между собой *** и ФИО1 по вопросу оформления договоров купли-продажи принадлежавших первому земельных участков в д.Пустынь. ***. каждым на его имя были оформлены доверенности с полномочиями, предусматривающими заключение сделок на любых условиях. При этом оба подтвердили отсутствие у них супругов, имевших право на общее имущество. По договору от ***. ***, от имени которого действовал он, продал ФИО1 дом и земельный участок за ***. При расчете межу сторонами он не присутствовал. Впоследствии *** и ФИО1 неоднократно совместно приезжали к нему в офис, *** с согласия ФИО1 тогда проживал в отчужденном тому доме. Действуя по доверенности от имени ***, был зарегистрирован переход права собственности от *** к ФИО1 по договорам купли-продажи иных земельных участков в д.Пустынь.

В ***. ФИО1, в присутствии ***, сообщил ему о намерении отчуждения всего имущества в ***, ***. выдал доверенность и сообщил, что, вследствие удаленности места проживания, все вопросы он может решать с ***, которому доверял, как и прежде подтвердил отсутствие супруги.

В апреле 2019г. ФИО1 и ***, на тот момент уже ***, сообщили о намерении заключить договор купли-продажи дома и земельного участка в д.Пустынь, покупателем по которому будет супруга последнего –ФИО7, ***. действуя от имени ФИО1 он подписал договор с ней. При расчете сторон он не присутствовал, ФИО1 подтвердил ему отсутствие претензий к покупателю, сообщив, что деньги получил от *** Цена по договору определялась сторонами, с учетом имевшихся между ними взаимных обязательств и равноценных уступок по другим сделкам.

В ***. *** сообщил ему о намерении переезда с супругой в Краснодарский край, дом был выставлен на продажу. Прибывший в июне 2020г. потенциальный покупатель ФИО4 задавал множество вопросов по имуществу, знакомился с имевшимися документами, ***. между ФИО7 и ФИО4 был заключен предварительный договор купли-продажи, стоимость имущества была определена ими равной ***., ***., действуя от имени ФИО7 он подписал основной договор с ФИО4, по которому стоимость имущества значилась ***. По просьбе ФИО7, он же подал документы на регистрацию, при расчетах между ФИО4 и ФИО7 не присутствовал, но та подтвердила ему произведенный расчет и отсутствие с ее стороны претензий к покупателю.

Также указал, что ФИО11 никогда не предъявлял ему каких-либо претензий по сделке с ФИО7, в ***. он вновь оказывал тому услуги по оформлению документов при продаже участка ***, а ***. тот выдал ему доверенность с правом регистрации перехода права собственности на участок с к.н.*** и тогда сообщил о наличии супруги. В течение ***. ФИО1 неоднократно приезжал к нему в офис с *** (***) для решения вопросов по отчуждению участка ***, отношения между ними были ровные. ***. ФИО7 сообщила ему смерти супруга. Возражая по иску ФИО1 указал, что как представитель не совершал действий в ущерб последнего, выданные доверенности, тем не отменялись (л.д.98-101 т.3).

Представитель третьего лица УФСГРКК по Владимирской области, будучи извещенным надлежаще, не явился, с ходатайством об отложении не обращался.

В соответствии со ст.167 ГПК Российской Федерации дело рассмотрено в отсутствие не явившихся лиц.

Выслушав объяснения лиц, участвовавших в деле, исследовав и оценив письменные доказательства, суд приходит к следующему.

Согласно п.2 ст.1 ГК Российской Федерации, граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

В силу п.5 ст.10 ГК Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Согласно п.1 ст.421 ГК Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

Согласно п.1 ст.166 ГК Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу положений ст.167 ГК Российской Федерации, недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке.

Согласно ст.168 ГК Российской Федерации за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно п.1 ст.173.1 ГК Российской Федерации, сделка, совершенная без согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, необходимость получения которого предусмотрена законом, является оспоримой, если из закона не следует, что она ничтожна или не влечет правовых последствий для лица, управомоченного давать согласие, при отсутствии такого согласия. Она может быть признана недействительной по иску такого лица или иных лиц, указанных в законе.

Поскольку законом не установлено иное, оспоримая сделка, совершенная без необходимого в силу закона согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, может быть признана недействительной, если доказано, что другая сторона сделки знала или должна была знать об отсутствии на момент совершения сделки необходимого согласия такого лица или такого органа (п.2 ст.173. 1 ГК Российской Федерации).

Согласно п.1 ст.174 ГК Российской Федерации, если полномочия лица на совершение сделки ограничены договором или положением о филиале или представительстве юридического лица либо полномочия действующего от имени юридического лица без доверенности органа юридического лица ограничены учредительными документами юридического лица или иными регулирующими его деятельность документами по сравнению с тем, как они определены в доверенности, в законе либо как они могут считаться очевидными из обстановки, в которой совершается сделка, и при ее совершении такое лицо или такой орган вышли за пределы этих ограничений, сделка может быть признана судом недействительной по иску лица, в интересах которого установлены ограничения, лишь в случаях, когда доказано, что другая сторона сделки знала или должна была знать об этих ограничениях.

Согласно п.1 ст.182 ГК Российской Федерации, сделка, совершенная одним лицом (представителем) от имени другого лица (представляемого) в силу полномочия, основанного на доверенности, указании закона либо акте уполномоченного на то государственного органа или органа местного самоуправления, непосредственно создает, изменяет и прекращает гражданские права и обязанности представляемого.

Из разъяснений, содержащихся в п.90 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015г. №25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" следует, что сделка может быть признана недействительной по основанию, предусмотренному п.1 ст.173.1 ГК Российской Федерации, только тогда, когда получение согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления (далее в этом пункте - третье лицо) на ее совершение необходимо в силу указания закона (пункт 2 статьи 3 ГК Российской Федерации). Не может быть признана недействительной по этому основанию сделка, получение согласия на которую необходимо в силу предписания нормативного правового акта, не являющегося законом. По общему правилу последствием заключения такой сделки без необходимого согласия является возмещение соответствующему третьему лицу причиненных убытков (статья 15 ГК Российской Федерации).

По смыслу приведенных выше норм права, сделка, совершенная собственником по распоряжению принадлежащим ему имуществом в форме и в порядке, установленными законом, предполагается действительной, а действия сторон добросовестными, если не установлено и не доказано иное.

В соответствии с требованиями ст.34 СК Российской Федерации, имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью. Имуществом, нажитом супругами во время брака (общему имуществу супругов), являются приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.

Сделка, совершенная одним из супругов по распоряжению общим имуществом супругов, может быть признана судом недействительной по мотивам отсутствия согласия другого супруга по его требованию в случаях, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать о несогласии другого супруга на совершение данной сделки (абз.2 ч.2 ст.35 СК Российской Федерации).

Согласно п.п.1 и 2 ст.253 ГК Российской Федерации, участники совместной собственности, если иное не предусмотрено соглашением между ними, сообща владеют и пользуются общим имуществом.

Распоряжение имуществом, находящимся в совместной собственности, осуществляется по согласию всех участников, которое предполагается независимо от того, кем из участников совершается сделка по распоряжению имуществом.

В силу п.1 ст.256 ГК Российской Федерации, имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, если брачным договором между ними не установлен иной режим этого имущества.

В силу ст.56 ГПК Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Таким образом, исходя из анализа указанных норм бремя доказывания того, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать о несогласии другого супруга на совершение данной сделки возложено на супруга, заявившего требование о признании сделки недействительной.

В силу положений ст.209 ГК Российской Федерации, собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения (ст.301 ГК Российской Федерации).

Если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли (п.1 ст.302 ГК Российской Федерации).

Таким образом, юридически значимыми по делу об истребовании имущества являются, в частности обстоятельства утраты собственником владения спорным имуществом (по его воле или помимо его воли).

Приведенные в обоснование иска ФИО19 доводы о том, что недвижимое имущество выбыло помимо воли первого, приобреталось ФИО7 по явно заниженной стоимости, что оспариваемый договор от ***. не выражал действительной воли сторон, являлся притворной сделкой, происходившей в отсутствие согласия супруги, а также о том, что акт приема-передачи имущества сторонами по договору от 08.04.2019г. не удостоверялся, а со стороны ФИО4 не было предпринято должных и разумных мер к выяснению правомочий доверенного лица на отчуждение имущества, суд находит не основанными на законе и опровергнутыми установленными в ходе судебного разбирательства обстоятельствами.

Установлено и подтверждается материалами дела, что 20.01.2007г. зарегистрирован брак между ФИО19 (л.д.10 т.2).

В ходе судебного разбирательства ФИО6 поясняла, что она и ФИО1 проживают совместно с момента регистрации брака в ***, ведут общее хозяйство, имеют общий бюджет, поддерживают семейные отношения.

Согласно данным ЕГРН по состоянию на 26.09.2021г., являющихся актуальными и на дату рассмотрения дела, собственником земельного участка с к.н.*** и жилого дома площадью 195кв.м с к.н. ***, является ФИО4 Его право на каждый из объектов зарегистрировано 26.06.2020г. (л.д.31-35 т.1).

По данным ЕГРН о переходе прав на вышеуказанное имущество, собственником земельного участка с к.н.*** ранее являлись: ***, ***, с 22.10.2014г. ФИО1, с 16.04.2019г. ФИО7, жилого дома с к.н*** с 25.06.2015г. ФИО1, с 16.04.2019г. ФИО7 (л.д.192-194 т.2).

Установлено и подтверждается материалами дела, что ФИО8 был неоднократно уполномочен ФИО1 на разрешение вопросов, связанных с принадлежавшими тому земельными участками в д.***.

Так, на л.д.61 оборот т.1, имеется копия нотариально удостоверенной доверенности ***9 от ***., по которой ФИО1 уполнамачивал ФИО8 быть своим представителем в УФСГРКК по *** по вопросу регистрации права собственности по договорам купли-продажи любых земельных участков, земельных участков со всеми строениями (жилыми, нежилыми, хозяйственными), находящихся в д.***, заключенных в любой форме, … и совершать все действия, связанные с выполнением этого поручения.

Здесь же имеются отметки, что доверенность выдавалась сроком на три года, о разъяснении тогда ФИО1 содержания ст.ст.187-189 ГК Российской Федерации. Доверенность подписана собственноручно ФИО1

На л.д.72 т.1 имеется копия нотариально удостоверенной доверенности ***0 от ***., которой ФИО1 уполномочил ФИО8 продать за цену и на условиях по своему усмотрению все принадлежащие ему земельные участки с расположенными на них жилыми домами со служебными строениями и сооружениями, а также все земельные участки без строений, находящиеся в д.***, для чего наделил его правом предоставления и получения необходимых справок и документов во всех организациях и учреждениях, в т.ч. в …. ФФГБУ «ФКП Росреестра по Владимирской области», в УФСГРКК по Владимирской области …, в случае необходимости получать дубликаты правоустанавливающих документов, с правом получения повторных документов во всех отделах органов записи актов гражданского состояния, с правом заполнять, подписывать и подавать в органы государственной регистрации декларации об объектах недвижимого имущества с правом поставить указанную недвижимость на кадастровый учет, подписать договора купли-продажи, передаточные акты, с правом заключения и подписания на условиях по своему усмотрению соглашения (договора) о задатке, предварительного договора с передачей аванса, с правом получения причитающегося ему (ФИО1) аванса или задатка, получить следуемые ему деньги, зарегистрировать переход права собственности в УФСГРКК по Владимирской области с правом подачи заявления о приостановлении, прекращении и возобновлении государственной регистрации, получения уведомления о приостановлении, прекращении и возобновлении государственной регистрации, сообщения об отказе в государственной регистрации, с правом подачи дополнительных документов, внесения изменений в записи ЕГРН, внесения изменений в документы, с правом оплаты тарифов, сборов, пошлин, с правом получения выписки из ЕГРН и всех необходимых зарегистрированных документов, с правом снятия обременений, делать от его имени заявления с правом подачи заявления об исправлении технических ошибок, расписываться за него и совершать все действия, связанные с выполнением данного поручения.

Здесь же имеются отметки, что доверенность выдавалась сроком на три года, о разъяснении ФИО1 содержания ст.ст.187-189 ГК Российской Федерации. Доверенность подписана собственноручно ФИО1 Одновременно, как участник сделки он подтвердил, что понимает разъяснения нотариуса о правовых последствиях совершаемой сделки, о соответствии ее условий его действительным намерениям.

***. ФИО1 нотариально удостоверенной доверенностью *** вновь уполномочил ФИО8 на представление в компетентных органах по государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним на территории Владимирской области по вопросу регистрации перехода права собственности по договору купли-продажи земельного участка с к.н.*** (л.д.80 т.3).

В суде ФИО1 не оспаривал факт выдачи им доверенностей ФИО8 Не указывалось им, и об их отзыве.

Отсутствие сведений об отмене или изменении указанных выше доверенностей, следует и из адресованных суду сообщений нотариуса Александровского нотариального округа, а также из Федеральной нотариальной палаты (л.д.33 т.2, л.д.182 т.3).

О достигнутом соглашении о порядке действий ФИО8, согласования ими вариантов и условий отчуждения имущества, а также его действий после реализации предоставленных по доверенностям полномочий, в частности при заключении от имени истца договоров, ФИО1 в суде не указывалось, соответствующих тому доказательств не представлено.

Контроль за действиями ФИО8, располагавшим доверенностями от его имени, им не осуществлялся, общения между ними, как он указал, не происходило, состоянием имущества он также несколько лет, не интересовался.

Исходя из объяснений лиц, участвовавших в деле, имеющихся в деле документов, суд находит установленным, что ***, а впоследствии *** и *** –одно лицо, являвшийся супругом ФИО7 (л.д.69-70, 121-130 т.3). При этом, судом учитывается указание самим ФИО1 в суде, что изначально он приобрел участок и дом у ***, скончавшегося в ***., о чем он узнал от их общих знакомых.

Установлено и следует из материалов дела, что первоначально ФИО1 приобрел земельный участок площадью 3200кв.м с к.н.***33 и жилой дом площадью 47,4кв.м, расположенные в д.*** у *** Имущество приобреталось по договору купли-продажи от ***., от имени продавца (***) по доверенности действовал ФИО8 Общая стоимость имущества по договору, согласованная сторонами, составляла ***. за каждый из объектов. Право ФИО1 было зарегистрировано (л.д.8 т.1).

Из содержания вышеназванного договора, содержащегося в реестровом деле на объект недвижимости –жилой дом с к.н.***, также следовало, что в доме никто не зарегистрирован. О передаче имущества, тогда же сторонами был составлен и удостоверен передаточный акт (л.д.9, 59-248 т.1).

Также, из вышеуказанного реестрового дела следует, что, располагая доверенностью от имени ФИО1, ФИО8 обращался за регистрацией права собственности первого на дом с к.н.*** площадью 195кв.м (л.д.60-61 т.1).

На л.д.70 т.1 имеется копия договора от ***. купли-продажи (купчая) земельного участка с жилым домом, по которому, ФИО1, от имени которого по доверенности от ***. серия ***0, действовал ФИО8, продал ФИО7 земельный участок с к.н.*** и жилой дом с к.н.*** расположенные в ***.

Стоимость участка и дома сторонами по договору была определена равной по ***. за каждый объект (п.2.3 договора).

Из п.2.4 договора следует, что расчет между сторонами произведен полностью во время подписания договора. Здесь же указано, что имущество по договору свободно от любых имущественных прав и претензий третьих лиц, ограничений в пользовании земельным участком не имеется, дом отчуждается свободным от проживания третьих лиц, имеющих в соответствии с законом право пользования данным домом (п.п.3.2, 3.3, 4.1).

При обращении за регистрацией перехода права собственности по договору от ***., ФИО8 в Александровский отдел УФСГРКК по Владимирской области было представлено заявление, в котором он сообщил об отсутствии у ФИО1 супруги, которая бы имела право собственности, согласно ст.34 СК Российской Федерации на его имущество (л.д.69 оборот).

В ходе судебного разбирательства стороной ФИО1 не доказано наличие в распоряжении у ФИО8 сведений о наличии у того супруги. Сам ФИО8 указал в суде, что ФИО1 в разговоре отрицал наличие у него супруги в течение 2014- 2019г.г., сообщив об этом только в 2020г. Доводы ФИО8 в указанной части, ФИО1 не опровергнуты. Наличие неоднократно выдаваемых последним ФИО8 доверенностей, предусматривающих право на распоряжение имуществом, исключают сомнения в этом.

Доводы ФИО19 о том, что заключенный от имени первого ФИО8 с ФИО7 договор ***., фактически являлся договором дарения, отклоняются, исходя из нижеследующего.

Притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила (п.2 ст.170 ГК Российской Федерации).

В соответствии с разъяснениями в п.87 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 23.06.2015г. №25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», согласно п.2 ст.170 ГК Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

Однако, как указано выше, из содержания оспариваемого договора от ***. между ФИО7 и ФИО1, от имени которого по доверенности действовал ФИО8, состоялся расчет

Таким образом, прекращение права собственности ФИО1 на спорные объекты имело место на основании возмездной сделки, совершенной от его имени представителем, в соответствии с предоставленными тому полномочиями самостоятельно определять условия договора и цену имущества. Договор от 08.04.2019г. не прикрывал другую сделку (дарение)

Учитывая вышеизложенное, а также исходя из имеющихся по делу сведений о проживании и регистрации семьи *** (***), его супруги - ФИО7 и их сына - *** в доме в период с 26.11.2019г. по 22.06.2020г., наличие их регистрации в нем. (л.д.70 т.2 и оборот), суд не усматривает правовых оснований для признания совершенной ***. между ФИО1, от имени которого по доверенности от ***. действовал ФИО8, и ФИО7 сделки недействительной на основании ст.170 ГК Российской Федерации, поскольку договор купли-продажи являлся возмездным, доказательства притворности оспариваемой сделки, как прикрывающей сделку дарения, по делу отсутствуют. Указание стороной ФИО19 о заниженной стоимости приобретенного ФИО7 имущества таковым не является, в т.ч., с учетом наличия у ФИО8 предоставленных ему ФИО1 полномочий продать имущество за цену и на условиях по своему усмотрению.

Впоследствии, располагая доверенностью выданной ФИО7 ФИО8 15.04.2020г., последним 19.06.2020г. от ее имени с ФИО4 был заключен договор купли-продажи (купчая) земельного участка с жилым домом, по условиям которого, та продала принадлежащие ей на праве собственности земельный участок с к.н.*** и жилой дом с к.н.*** в д.*** (л.д.80 оборот-81 т.1).

Стоимость участка по соглашения сторон была определена равной 900000руб., стоимость дома – 1000000руб. Расчет между сторонами произведен полностью во время подписания договора (п.п.2,1, 2.2, 2.4 договора).

Также из договора следовало, что земельный участок правами других лиц не обременен, ограничений в пользовании участком не имеется. В доме зарегистрированы ФИО7, ФИО12 и ***, обязавшиеся сняться с регистрационного учета до 19.07.2020г. Освободить и передать дом ФИО7 обязалась 19.06.2020г. (раздел 3 договора).

На совершение сделки, супругом ФИО7 - ***, ***. было выражено нотариально удостоверенное согласие (л.д.82 т.1).

За регистрацией перехода права, в связи с заключением ФИО7 и ФИО4 договора, они обратились в тот же день -19.06.2020г., от имени ФИО7 по доверенности действовал ФИО8 (л.д.84-89 т.1).

Каждый из вышеуказанных документов имеется в составе реестровых дел на жилой дом с к.н.*** и земельный участок с к.н.*** (л.д. 59-248 т.1).

Таким образом, право собственности ФИО4 было зарегистрировано на основании заключенного с ФИО13 договору от 19.06.2020г.

Оснований не доверять доводам ФИО7 и ФИО4 о фактически согласованной ими стоимости имущества по договору равной *** у суда оснований не имеется. Указанное подтверждается представленным в дело предварительным договором купли-продажи, заключенного теми ***., по которому стороны обязались заключить основной договор в срок до ***. стоимость имущества предполагалась равной именно ***. и содержащего данные о получении ФИО14. в качестве задатка ***., ее же расписку от ***. о получении от ФИО4 ***., а также выданную ею *** г. тому расписку о получении ***. (л.д.71 т.2).

Указание в договоре между ФИО7 и ФИО4 от ***. о согласовании ими стоимости имущества равной ***., при указанных выше обстоятельствах, правого значения для рассматриваемого дела не имеет.

Вместе с тем, судом установлено и подтверждено материалами дела наличие на земельном участке с к.н.*** кроме жилого дома с к.н.*** и бани.

Согласно данным из ЕГРН по состоянию на 13.05.2022г. собственником расположенной на земельном участке с к.н.*** в д*** бани с к.н.*** значится ФИО4, его право зарегистрировано 04.04.2022г (л.д.64-65 т.3).

Из материалов реестрового дела в отношении объекта с к.н.*** (баня) следует, что право собственности ФИО4 на данное имущество было зарегистрировано на основании представленных им заявления, выписки из ЕГРН о земельном участке с к.н.***, декларации об объекте недвижимости и технического плана здания, с указанием в последних о годе завершения строительства объекта -2021г. (л.д.81-96 т.3).

Доказательств со стороны ФИО1 о наличии в период владения им на праве собственности участком с к.н.*** бани, создании ее за счет собственных средств и сил семьи Б-вых, суду представлено не было. Указаний о ее наличии не следует и из межевого плана, подготовленного 01.06.2020г. по результатам кадастровых работ в связи с уточнением местоположения границ земельного участка с к.н.***. В имеющемся здесь же заключении кадастрового инженера указано, что на уточняемом земельном участке расположен только объект недвижимости -здание с к.н.*** (л.д.199 оборот -205 т.1).

Как указывали в суде сами ФИО19, с момента приобретения дома и участка в 2014г. у ФИО15, имущество ими не использовалось, тот с их согласия проживал в доме, в связи с чем, доводы представителей первого, о возведении за счет его средств и сил строения бани на участке, судом отклоняются.

Вместе с тем, согласно данным кадастрового паспорта на двухэтажный дом площадью 195кв.м с к.н.***, введенного в эксплуатацию (завершения строительства) в 2015г., а также и технического плана здания, составленного кадастровым инженером 10.06.2015г., на основании которых было зарегистрировано право ФИО1 на дом ***., сведений о наличии на земельном участке с к.н.*** здания бани, также не имеется (л.д.7, 10-31 т.1).

Таким образом, приведенные ФИО4 документы, на основании которых им в апреле 20202г. было зарегистрировано его право собственности на нее, стороной ФИО19, также не опровергнуты. Основания для признания за ФИО1 права собственности на баню у суда отсуствутствуют.

Отклоняя доводы представителей ФИО1 об отсутствии у того волеизъявления на отчуждение ФИО7, принадлежавших ему дома и земельного участка в ***, нельзя не учесть наличие в деле данных о принадлежавших ФИО1 в д.***, кроме спорных земельного участка и жилого дома, и иных земельных участков, а именно с к.н.*** право собственности на которые, с 27.03.2021г. было зарегистрировано за ***-К.М. (л.д.222-240 т.2, л.д.1-16 т.3).

Исходя из установленных по делу обстоятельств, суд находит, что отчуждение ФИО1 приобретенных в период брака за счет общих денежных средств земельного участка и жилого дома в д.Пустынь, являлось сделкой по распоряжению общим имуществом, на совершение которой было необходимо согласие супруги –ФИО6

Пунктом 2 ст.35 СК Российской Федерации, п.2 ст.253 ГК Российской Федерации, установлена презумпция согласия супруга на действия другого супруга по распоряжению общим имуществом.

По смыслу вышеприведенных норм права, сделка, совершенная одним из супругов, может быть признана судом недействительной по мотивам отсутствия согласия другого супруга только по его требованию и только в случаях, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать о несогласии другого супруга на совершение данной сделки.

В данном случае, ФИО1 не заявлял о несогласии ФИО6 на совершение сделок с имуществом в д*** в связи с выдачей им доверенностей ФИО8 Как указала в суде сама ФИО6, она знала о выдаче супругом доверенности, предусматривающей возможность отчуждения имущества, являющегося общим, не возражала против объема полномочий, которыми был наделен представитель супруга в отношении имущества. При этом, до осени 2021г. ни она, ни он, не интересовались событиями, происходившими в связи с наличием в распоряжении у ФИО8 доверенности в отношении имущества.

В ходе судебного разбирательства ФИО6, оспаривая сделки от ***. между ФИО1 и ФИО7 и от ***. между ФИО7 и ФИО4, стороной по которым не являлась, в нарушение ст.56 ГПК Российской Федерации, не представила доказательств того, что указанными сделками нарушены ее права, о совершении их с намерением причинить ей вред, в том числе, о возникновении неблагоприятных для нее последствий.

Также, стороной ФИО1 не было представлено суду допустимых доказательств того, что ФИО1 надлежаще уведомил ФИО8 о наличии у него супруги.

При этом суд учитывает обстоятельства отсутствия выраженного ФИО6 согласия и на отчуждение уже ***. иных, принадлежавших ее супругу и расположенных в д.*** земельных участков (к.н.*** л.д.66, 76 т.3), переход права по которым, состоялся с участием действовавшего тогда от имени ФИО1 по доверенности от ***. ФИО16, которым, в адрес Александровского отдела УФСГРКК по Владимирской области при обращении с заявлением о регистрации перехода права собственности по договору от ***., в заявлении, датированным тем же днем, также было указано, что ФИО1 не имеет супруги имевшей право собственности в порядке ст.34 СК Российской Федерации на общее имущество (л.д.76-78 т.3).

Отказывая в иске ФИО6, суд учитывает и положения Постановления Конституционного Суда Российской Федерации по делу о проверке конституционности п.1 ст.302 ГК Российской Федерации в связи с жалобой гр.ФИО17 от 13.07.2021г., по которым разумное и осмотрительное поведение добросовестного участника гражданского оборота, полагающегося на сведения данного реестра, не предполагает выяснения им, находилось ли имущество до его приобретения отчуждателем в общей совместной собственности бывших супругов и не было ли оно по какой-либо из предыдущих сделок отчуждено без согласия одного из них.

Таким образом, ФИО6, как супруга и сособственник общего совместного имущества, в отсутствие сведений о ней в ЕГРН, будучи заинтересованной в сохранении за собой права на общее имущество супругов, должна была предпринимать меры - в соответствии с требованиями разумности и осмотрительности - по контролю за имуществом. Она вправе была предпринять действия, направленные на внесение сведений о ней как о сособственнике в запись о регистрации права собственности на входящее в совместную собственность имущество. В отсутствие же с ее стороны таких действий, недопустимо возложение неблагоприятных последствий по сделке, совершенной без ее согласия, на добросовестного участника гражданского оборота, полагавшегося на сведения указанного реестра и ставшего собственником имущества.

Подтверждение ФИО6 в суде наличия у нее информации о намерении отчуждения супругом имуществ *** и о выдаче им для этого доверенности ФИО8, свидетельствует о выраженной ею воле как сособственника имущества на его отчуждение. Установленные по делу обстоятельства свидетельствуют и о том, что ФИО6 полагалась на осуществление правомочий собственника в отношении общего имущества своим супругом, в связи с чем, отчуждение имущества по сделке от 08.04.2019г. не может считаться выбывшим из ее владения помимо ее воли.

Кроме того, оспаривая сделки по указанным выше основаниям, без уважительных причин ФИО6 пропустила срок исковой давности, предусмотренный п.3 ст.35 СК Российской Федерации и п.2 ст.181 ГК Российской Федерации. Пропущенным срок исковой давности суд находит и по иску ФИО1, что является самостоятельным основанием к отказу им в иске, и о чем было заявлено в суде ФИО7 и ФИО4

В силу п.1 ст.196 ГК Российской Федерации, общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии ст.200 настоящего Кодекса.

Для отдельных видов требований законом могут устанавливаться специальные сроки исковой давности, сокращенные или более длительные по сравнению с общим сроком (п.1 ст.197 ГК Российской Федерации).

Согласно п.2 ст.199 ГК Российской Федерации, исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

В силу п.1 ст.200 ГК Российской Федерации, истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Согласно п.2 ст.181 ГК Российской Федерации, срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Учитывая, что переход права собственности на спорные объекты недвижимости от ФИО1 к ФИО7 зарегистрирован 16.04.2019г., переход от ФИО7 к ФИО4 26.06.2020г., информация о чем имелась в общедоступном источнике, суд соглашается с заявлением ответчиков о пропуске срока исковой давности и о том, что о наличии сделки, в результате которой спорное имущество выбыло из владения семьи ФИО19 истцы должны были и могли узнать начиная с 16.04.2019г.

Вместе с тем, суд соглашается и доводами стороны ответчиков по первоначальному иску о том, что являясь владельцем налогоолагаемых объектов, получив ноябре 2020г. налоговое уведомление до момента наступления срока уплаты налогов, ФИО1 также должно было стать известно о нарушении права.

Учитывая обращение ФИО1 с иском 23.12.2021г., о чем свидетельствует отметка на почтовом штемпеле, а ФИО6 только 27.05.2022г., предусмотренный законом срок обращения с заявленными ими исковыми требованиями истец.

О наличии уважительных причин пропуска срока, о его восстановлении, стороной истцов не заявлялось.

Доводы представителей ФИО1 о том, что срок исковой давности тем не пропущен, поскольку о нарушении своих прав тот узнал только в августе-сентябре 2021г., прибыв в д*** и обнаружив владение участком ФИО4, и об отсутствии у него ранее возможности прибыть на участок в связи с введенными ограничениями вследствие распространения новой коронавирусной инфекции, суд находит несостоятельными, одновременно учитывая наличие по делу документальных данных о нахождении ФИО1 в *** с целью оформления ***. нотариусом Александровского нотариального округа на имя ФИО8 очередной доверенности, предусматривающей право последнего от его имени осуществить отчуждение земельного участка с к.н.***, также расположенного в д.*** и выраженного в тот же день согласия ФИО6 на отчуждение данного участка, что также было удостоверено тем же нотариусом (л.д.80 и оборот т.3).

Одновременно суд учитывает, что участвуя в суде лично, ФИО1 не опровергал приведенные ФИО8 доводы о том, что действуя от имени ФИО1 тот получал и передавал необходимую информацию через ФИО15, о наличии у него ФИО1, по мнению ФИО8 информации о совершаемых сделках, а также о том, что тем оказывались и иные услуги, в отношении иных участков, в т.ч. и с использованием доверенностей и в присутствии его –ФИО1 при этом, происходившем общении между ними в этой связи в течение 2020г.

Руководствуясь приведенными нормами права, оценив представленные сторонами доказательства, в т.ч. со стороны истцов ФИО18, не подтверждающие отсутствие у них намерений на отчуждение принадлежащего им имущества в виде земельного участка и жилого дома в д.Пустынь, основанных исключительно на сделанных ими высказываниях и собственной оценке произошедших событий, у суда нет оснований полагать, что при заключении от имени ФИО1 сделки купли-продажи не имелось его воли на ее совершение и на создание иных правовых последствий, которые наступили в результате заключения 08.04.2019г. сделки по отчуждению имущества в пользу ФИО7

Таким образом, правовых оснований для удовлетворения заявленных ФИО19 о признании договоров недействительными и применении последствий исковых требований, у суда не имеется.

Удовлетворяя иск ФИО4, суд исходит из нижеследующего.

В силу абз.3 п.6 ст.8.1 ГК Российской Федерации, приобретатель недвижимого имущества, полагавшийся при его приобретении на данные государственного реестра, признается добросовестным (статьи 234 и 302), пока в судебном порядке не доказано, что он знал или должен был знать об отсутствии права на отчуждение этого имущества у лица, от которого ему перешли права на него.

Согласно абз.2 п.2 ст.223 ГК Российской Федерации, недвижимое имущество признается принадлежащим добросовестному приобретателю (п.1 ст.302) на праве собственности с момента такой регистрации, за исключением предусмотренных статьей 302 настоящего Кодекса случаев, когда собственник вправе истребовать такое имущество от добросовестного приобретателя.

Добросовестный приобретатель жилого помещения, в удовлетворении иска к которому отказано на основании п.4 ст.302 настоящего Кодекса, признается собственником жилого помещения с момента государственной регистрации его права собственности. В таком случае право собственности добросовестного приобретателя может быть оспорено в судебном порядке и жилое помещение может быть истребовано у него в соответствии с п.п.1 и 2 ст.302 настоящего Кодекса лишь по требованию лица, не являющегося субъектом гражданского права, указанным в п.1 ст.124 настоящего Кодекса (п.3 ст.223 ГК Российской Федерации).

В соответствии со ст.301 ГК Российской Федерации собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

Согласно п.1 ст.302 ГК Российской Федерацииа, если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пунктах 35 и 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №10/22 от 29.04.2010 г. "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", если имущество приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, собственник вправе обратиться с иском об истребовании имущества из незаконного владения приобретателя (ст.301 и 302 ГК Российской Федерации). Когда в такой ситуации предъявлен иск о признании недействительными сделок по отчуждению имущества, суду при рассмотрении дела следует иметь в виду правила, установленные ст.ст.301 и 302 ГК Российской Федерации. По смыслу п.1 ст.302 ГК Российской Федерации, собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения независимо от возражения ответчика о том, что он является добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия имущества из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником, помимо их воли. Недействительность сделки, во исполнение которой передано имущество, не свидетельствует сама по себе о его выбытии из владения передавшего это имущество лица помимо его воли. Судам необходимо устанавливать, была ли воля собственника на передачу владения иному лицу.

Из приведенных правовых норм и акта их толкования следует, что при рассмотрении иска собственника об истребовании имущества из незаконного владения лица, к которому это имущество перешло на основании сделки, юридически значимыми и подлежащими судебной оценке обстоятельствами являются наличие либо отсутствие воли собственника на выбытие имущества из его владения, возмездность или безвозмездность сделок по отчуждению спорного имущества, а также соответствие либо несоответствие поведения приобретателя имущества требованиям добросовестности.

При этом бремя доказывания факта выбытия имущества из владения собственника помимо его воли, а в случае недоказанности этого факта - бремя доказывания недобросовестности приобретателя возлагается на самого собственника.

Как указано выше, имущество ФИО4 приобреталось у ФИО7 по договору купли-продажи от ***., расчет между ними был произведен.

По условиям заключенного ФИО7 и ФИО4 договора, участок не имел ограничений и не был обременен права третьих лиц. С конца июня 2020г. ФИО4 использует имущество по назначению.

Указание ФИО19 о неисполнении ФИО8 своих обязательств по заключенному ***. от имени первого с ФИО7 договору, само по себе не является основанием для вывода о выбытии имущества из их владения помимо его воли. Установленными по делу доказательствами, наличие волеизъявления ФИО19 на отчуждение имущества, судом было установлено.

В соответствии с п.5 ст.10 ГК Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

В подтверждение своей добросовестности ФИО4 указывал на то, что перед заключением договора купли-продажи дома и земельного участка с ФИО7, он убедился в отсутствии ограничений его оборотоспособности, наличии о продавца прав на имущество, согласия ее супруга на отчуждение, изучил общедоступную информацию о наличии/отсутствии дел о банкротстве продавца и предыдущего владельца, о действии, использовавшихся при оформлении договоров действовавших доверенностей представителя, наличие у последнего соответствующих полномочий, последующую фактическую передачу ему беспрепятственную регистрацию перехода права собственности.

Также ФИО4 ссылался на то, что не знал и не мог знать о наличии у ФИО1, продавшего ФИО7 участок и дом, супруги.

Таким образом, в отсутствие по делу достоверных доказательств, подтверждающих порочность воли ответчиков при заключении сделок, как и доказательств того, что в момент их совершения воля обеих сторон не была направлена на достижение правовых последствий в виде возникновения, изменения, прекращения соответствующих гражданских прав и обязанностей, при приобретении недвижимого имущества у ФИО7, ФИО4 действовал добросовестно, полностью оплатил установленную договором стоимость имущества, он и продавец предприняли меры к исполнению сделки, в связи с чем, ФИО4 является добросовестным приобретателем недвижимого имущества, оснований для его истребования, не имеется.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК Российской Федерации, суд

Решил :

Исковые требования ФИО1 (паспорт ***) и ФИО6 (паспорт ***) к ФИО7 (паспорт ***) и ФИО4 (паспорт *** ***), о признании сделок недействительными, применении последствий недействительности сделок, об истребовании имущества и признании права собственности, оставить без удовлетворения.

Встречное исковое заявление ФИО4 к ФИО1 и ФИО7 удовлетворить.

Признать ФИО4 добросовестным приобретателем земельного участка с к.н.***, категория земель: земли населенных пунктов, вид разрешенного использования: для ведения личного подсобного хозяйства площадью 3200кв.м и жилого дома с к.н.*** общей площадью 195кв.м, расположенных по адресу: ***, приобретенных им по договору купли-продажи (купчей) земельного участка и жилого дома, заключенному ***. с ФИО7.

Взыскать с ФИО1 в пользу ФИО4 в возврат уплаченной государственной пошлины 300 (триста) рублей 00 копеек.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке во Владимирский областной суд через Александровский городской суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий судья Н.В. Правдина

Мотивированное решение составлено «09» августа 2022г. судья.

Подлинный документ находится в производстве Александровского городского суда в гражданском деле №2-359/2022г.