УИД 47RS0004-01-2024-003601-65
Дело №2-1540/2025 (2-9667/2024;)
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
г. Всеволожск
02.12.2025
Всеволожский городской суд Ленинградской области в составе
председательствующего судьи Семенова Д.А.,
при помощнике судьи Пранайтите Д.,
рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ПАО Сбербанк России о защите прав потребителя,
УСТАНОВИЛ:
ФИО2 Анатольевич обратился в суд с иском к ПАО Сбербанк России о возложении обязанности снять все имеющиеся ограничения по счету № <данные изъяты>, взыскании компенсации морального вреда – 10000 рублей, неустойки – 68847,92 рублей, штрафа.
Определением суда от 02.12.2025 принят отказ истца от требования о возложении обязанности снять все имеющиеся ограничения по счету, производство по делу в этой части прекращено.
Уточнив исковые требования, истец просит взыскать с ответчика неустойку с 24.05.2023 по 13.10.2025 в размере 748945,99 рублей, компенсацию морального вреда в размере 200000 рублей, штраф.
В обоснование требований истец ссылается на то, что является клиентом ответчика, предпринял попытку совершения операции на сумму 748945,99 руб., однако операция была приостановлена, по требованию банка истцом представлен исчерпывающий перечень документов, подтверждающих источник происхождения денежных средств, основания для ограничения по счету отсутствовали, в ходе рассмотрения дела ответчиком ограничения были сняты.
В судебное заседание представитель истца явился, иск поддержал, представитель ответчика явился, иск не признал, ссылаясь на право банка ограничивать дистанционное банковское обслуживание, подозрения относительно проводимых операций у банка имелись, поэтому были вправе требовать любые документы, в отношении спорных денежных средств имелся спор, рассматривался иск к ФИО1 о взыскании денежных средств, у банка имелись основания полагать осуществляемые операции подозрительными.
Суд, изучив материалы дела, оценив представленные доказательства по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации приходит к следующему.
ФИО1 является клиентом ПАО “Сбербанк”, на его имя открыт счет № <данные изъяты> (л.д.57-59).
17.01.2023 через банкомат в г. Ишим на указанный счет внесены денежные средства в размере 31 000 рублей в 20-10 и 214 000 рублей в 20-12, а всего 245 000 рублей.
18.01.2023 через банкомат в г. Ачинск на указанный счет внесены денежные средства в размере 245 000 рублей в 18-13, 120 000 рублей в 18-20, 125 000 рублей в 18-23, 10 000 рублей в 18-25, а всего 500 000 рублей.
При обращении за снятием наличных денежных средств со счета операции клиента признаны сомнительными, клиенту отказано в выдаче наличных в размере 748945,99 рублей (л.д.60).
Из представленных документов следует, что истец 17.01.2023, 18.01.2023 осуществлял деятельность по покупке криптовалюты на бирже Garantex.io под именем (“ником”) 99franks, приобретя 17.01.2023 245 000 рублей и 18.01.2023 500 000 рублей у пользователя с именем (“ником”) karaz 2.0. (л.д.40-42).
Документов-оснований для получения денежных средств не представлено, в частности, с кем именно заключены договоры купли-продажи криптовалюты, кто вносил денежные средства 17.01.2023 и 18.01.2023 на счет истца в г. Ишим и г. Ачинск.
В силу ст. 858 ГК РФ ограничение прав клиента на распоряжение денежными средствами, находящимися на счете, не допускается, за исключением наложения ареста на денежные средства, находящиеся на счете, или приостановления операций по счету в случаях, предусмотренных законом.
Право банка на приостановление и на отказ от выполнения операции по распоряжению клиента предусмотрено Федеральным законом от 07.08.2001 N 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма».
Согласно п. 2 ст. 7 Федерального закона от 07.08.2001 N 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» организации, осуществляющие операции с денежными средствами или иным имуществом, обязаны в целях предотвращения легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем, и финансирования терроризма разрабатывать правила внутреннего контроля, назначать специальных должностных лиц, ответственных за реализацию правил внутреннего контроля, а также принимать иные внутренние организационные меры в указанных целях.
Организации, осуществляющие операции с денежными средствами или иным имуществом в соответствии с правилами внутреннего контроля, обязаны документально фиксировать информацию, полученную в результате реализации указанных правил, и сохранять ее конфиденциальный характер.
Основаниями документального фиксирования информации являются: запутанный или необычный характер сделки, не имеющей очевидного экономического смысла или очевидной законной цели; несоответствие сделки целям деятельности организации, установленным учредительными документами этой организации; выявление неоднократного совершения операций или сделок, характер которых дает основание полагать, что целью их осуществления является уклонение от процедур обязательного контроля, предусмотренных настоящим Федеральным законом; иные обстоятельства, дающие основания полагать, что сделки осуществляются в целях легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем, или финансирования терроризма.
При этом из указанной нормы следует, что она не устанавливает перечень сведений, подлежащих обязательному фиксированию, тем самым позволяя кредитной организации самостоятельно определять объем соответствующих сведений.
Пункт 1 ч. 3 ст. 7 Федерального закона от 07.08.2001 N 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» прямо предусматривает, что в случае, если у работников организации, осуществляющей операции с денежными средствами или иным имуществом, на основании реализации указанных в п. 2 настоящей статьи правил внутреннего контроля возникают подозрения, что какие-либо операции осуществляются в целях легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем, или финансирования терроризма, эта организация не позднее трех рабочих дней, следующих за днем выявления таких операций, обязана направлять в уполномоченный орган сведения о таких операциях независимо от того, относятся или не относятся они к операциям, предусмотренным ст. 6 настоящего Федерального закона.
В соответствии с п. 11 ст. 7 Федерального закона от 07.08.2001 N 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма», организации, осуществляющие операции с денежными средствами или иным имуществом, вправе отказать в выполнении распоряжения клиента о совершении операции, за исключением операций по зачислению денежных средств, поступивших на счет физического или юридического лица, по которой не представлены документы, необходимые для фиксирования информации в соответствии с положениями Федерального закона.
Таким образом, из указанных требований закона следует, что при реализации правил внутреннего контроля в случае, если операция, проводимая по банковскому счету клиента, квалифицируется банком в качестве операции, подпадающей под какой-либо из критериев, перечисленных в п. 2 ст. 7 Федерального закона от 07.08.2001 N 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» и, соответственно, является основанием для документального фиксирования информации, то банк вправе запросить у клиента предоставления документов, выступающих формальным основанием для совершения такой операции по счету, а также иной необходимой информации, позволяющей банку уяснить цели и характер рассматриваемых операций.
В соответствии с Положением о требованиях к правилам внутреннего контроля кредитной организации в целях противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» (утв. Банком России 02.03.2012 № 375-П), к признакам, указывающим на необычный характер операции, относятся:
1190. Операции, связанные с оборотом цифровой валюты.
1411. Регулярные зачисления крупных сумм денежных средств от третьих) на банковские счета (депозиты, вклады) физических лиц с последующим снятием этих средств в наличной форме,
1499. Иные признаки, свидетельствующие о возможном осуществлении легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем, при проведении операций с денежными средствами в наличной форме и переводов денежных средств.
Согласно п. 9.6 Условий выпуска и обслуживания дебетовой карты ПАО Сбербанк банк имеет право при нарушении держателем договора или при возникновении ситуации, которая может повлечь за собой ущерб для банка и держателя либо нарушение действующего законодательства РФ – осуществить блокировку карты, приостановить или прекратить проведение расходных операций по карте/счету карты.
В силу п. 4.27 Условий банковского обслуживания физических лиц ПАО Сбербанк банк имеет право не исполнять поручения клиента в случае непредоставления или предоставления клиентом неполного комплекта документов, необходимых банку, а также в случае противоречия операции законодательству РФ, банковским правилам и условиям договора.
П. 3.17.1 Условий предусмотрено, что банк имеет право в одностороннем порядке прекратить предоставление услуги “Сбербанк онлайн” в случаях нарушения клиентом своих обязательств в рамках настоящего порядка.
Таким образом, как на федеральном уровне, так и на уровне локальных актов закреплено право банка принимать меры, в том числе блокировать операции дистанционным путем, при наличии подозрений, в том, что операция совершается в целях легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем, или финансирования терроризма.
Суд отмечает, что банк в данной ситуации имеет широкий предел усмотрения при определении критериев подозрительной сделки, которые, однако, должны отвечать тем критериям, которые установлены в Положении № 375-П.
Следует отметить, что действия банка не являлись произвольными, они проистекали из получения неоднократно истцом денежных средств на банковский счет, а также из подозрительных сделок, заключенных на криптовалютной бирже.
В данном случае банком учтено, что клиент представил пояснения, что источником данных денежных средств являлись сделки на криптовалютной бирже, то есть операции связаны с цифровой валютой, что является специально оговоренным условием считать такие операции подозрительными в силу прямого указания в Положении № 375-П.
Истец не смог представить документов, подтверждающих совершение сделок на криптовалютной бирже в соответствии с законодательством Российской Федерации, в частности, документы об отсутствии претензий со стороны лиц, вносивших денежные средства на счет истца, а также в целом истец не представил договоры и данные лиц, с которыми заключал сделки, поэтому у банка имелись все основания сомневаться в “чистоте” операций.
В силу ст. 128 ГК РФ к объектам гражданских прав относятся вещи (включая наличные деньги и документарные ценные бумаги), иное имущество, в том числе имущественные права (включая безналичные денежные средства, бездокументарные ценные бумаги, цифровые права); результаты работ и оказание услуг; охраняемые результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (интеллектуальная собственность); нематериальные блага.
Согласно ст. 141.1 ГК РФ цифровыми правами признаются названные в таком качестве в законе обязательственные и иные права, содержание и условия осуществления которых определяются в соответствии с правилами информационной системы, отвечающей установленным законом признакам. Осуществление, распоряжение, в том числе передача, залог, обременение цифрового права другими способами или ограничение распоряжения цифровым правом возможны только в информационной системе без обращения к третьему лицу.
Если иное не предусмотрено законом, обладателем цифрового права признается лицо, которое в соответствии с правилами информационной системы имеет возможность распоряжаться этим правом. В случаях и по основаниям, которые предусмотрены законом, обладателем цифрового права признается иное лицо.
Переход цифрового права на основании сделки не требует согласия лица, обязанного по такому цифровому праву.
Криптовалюты представляют собой децентрализованные виртуальные валюты, основанные на математических алгоритмах и защищенные методами криптографии, работающие в децентрализованной платежной системе.
В силу п. 3 ст. 1 Федерального закона от 31.07.2020 N 259-ФЗ "О цифровых финансовых активах, цифровой валюте и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" цифровой валютой признается совокупность электронных данных (цифрового кода или обозначения), содержащихся в информационной системе, которые предлагаются и (или) могут быть приняты в качестве средства платежа, не являющегося денежной единицей Российской Федерации, денежной единицей иностранного государства и (или) международной денежной или расчетной единицей, и (или) в качестве инвестиций и в отношении которых отсутствует лицо, обязанное перед каждым обладателем таких электронных данных, за исключением оператора и (или) узлов информационной системы, обязанных только обеспечивать соответствие порядка выпуска этих электронных данных и осуществления в их отношении действий по внесению (изменению) записей в такую информационную систему ее правилам.
Ст. 10 названного Федерального закона предусмотрено, что сделки купли-продажи цифровых финансовых активов, иные сделки, связанные с цифровыми финансовыми активами, включая обмен цифровых финансовых активов одного вида на цифровые финансовые активы другого вида либо на цифровые права, предусмотренные законом, в том числе сделки с цифровыми финансовыми активами, выпущенными в информационных системах, организованных в соответствии с иностранным правом, а также сделки с цифровыми правами, включающими одновременно цифровые финансовые активы и иные цифровые права, совершаются через оператора обмена цифровых финансовых активов, который обеспечивает заключение сделок с цифровыми финансовыми активами путем сбора и сопоставления разнонаправленных заявок на совершение таких сделок либо путем участия за свой счет в сделке с цифровыми финансовыми активами в качестве стороны такой сделки в интересах третьих лиц.
Оператором обмена цифровых финансовых активов могут быть кредитные организации, организаторы торговли, а также иные юридические лица, соответствующие требованиям настоящего Федерального закона и принимаемых в соответствии с ним нормативных актов Банка России, которые включены Банком России на основании их ходатайства в установленном им порядке в реестр операторов обмена цифровых финансовых активов. Оператор обмена цифровых финансовых активов вправе осуществлять свою деятельность с момента включения в реестр операторов обмена цифровых финансовых активов, который ведется Банком России в установленном им порядке. Реестр операторов обмена цифровых финансовых активов размещается на официальном сайте Банка России в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет".
Истец фактически ссылается на то, что вел "торговлю" на криптовалютной площадке. Под торговлей в данном случае понимается выполнение определенных операций с применением технических средств (как собственных, так и посредством использования программ для ЭВМ, предоставленных инвестору в пользование криптовалютной биржей на основании соглашения с ней). По их результатам в аналитическом учете криптовалютной биржи отражается сумма цифровой валюты, право собственности на которую получает инвестор.
Таким образом, хотя порядок совершения сделок с цифровой валютой подробно не урегулирован законодательством России, сделки с такой валютой могут совершаться.
Между тем, положения ГК РФ о цифровых правах, а также Федерального закона от 31.07.2020 N 259-ФЗ "О цифровых финансовых активах, цифровой валюте и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" не могут применяться к отношениям, возникшим из приобретения цифровой валюты посредством иностранной биржи.
Так, в силу ч. 1 ст. 5 Федерального закона от 31.07.2020 N 259-ФЗ "О цифровых финансовых активах, цифровой валюте и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" оператором информационной системы, в которой осуществляется выпуск цифровых финансовых активов, может быть включенное в реестр операторов информационных систем, в которых осуществляется выпуск цифровых финансовых активов (далее - реестр операторов информационных систем), юридическое лицо, личным законом которого является российское право (в том числе кредитная организация, лицо, имеющее право осуществлять депозитарную деятельность, лицо, имеющее право осуществлять деятельность организатора торговли).
Поскольку продажа криптовалюты ответчиком осуществлялась посредством электронной платформы Garantex.io, которая согласно общедоступным сведениям была зарегистрирована в Эстонии, личным законом организации Garantex.io является право Эстонии, а потому использование такой площадки для цели оборота цифровой валюты между гражданами РФ, для которых личным законом является право Российской Федерации, не позволяет сделать вывод о том, что порядок приобретения и отчуждения цифровой валюты отвечает законодательству России, а потому сделка, которая подтверждена данными такой платформы не может считаться заключенной в отношении цифровой валюты по тому смыслу, который в него вкладывается ст.ст. 128, 141.1 ГК РФ, Федеральным законом от 31.07.2020 N 259-ФЗ. Кроме того, в дело не представлено доказательств, что указанная организация включена в реестр операторов обмена цифровых финансовых активов в Российской Федерации.
Таким образом, получение истцом денежных средств в рассматриваемом размере не основано на российском праве, положения закона о сделках относительно иностранной платформы также не применяются, так как цифровая валюта, оборот которой осуществляется посредством иностранного оператора, не включенного в российские реестры, не может являться объектом гражданского права России.
Кроме того, вопреки доводу истца и в подтверждение позиции ответчика в дело представлено решение Тосненского городского суда Ленинградской области от 24.06.2024 № 2-1605/2024, которое подтверждает, что у ФИО3 имелись требования к ФИО1 на спорную сумму 245000 рублей, в обоснование требований ссылалась на мошеннические действия (л.д.138-143), в удовлетворении иска было отказано.
При таких обстоятельствах у банка имелись все основания для приостановления ДБО истца, доказательств, что было приостановлено обслуживание в полном объеме, не имеется, 14.10.2025 денежные средства со счета сняты, счет закрыт.
Кроме того, суд отмечает, что в п. 11 ст. 7 Федерального закона № 115-ФЗ дано лишь общее основание для применения тех или иных мер реагирования со стороны банка, однако раскрытие данных положений, в частности, для определения сомнительной операции, даны в иных нормах, приведенных судом выше, на основании которых применение ограничительных мер являлось обязанностью банка, при изложенных обстоятельствах действия банка являлись правомерными. При этом банк освобождается от доказывания незаконности операций с использованием счета, открытого на имя истца, поскольку достаточным является лишь установление сомнений в “чистоте” операции; такие сомнения у банка имелись, также они имеются у суда с учетом проведения операция с неустановленными лицами на иностранной криптовалютной бирже, не отвечающей законодательству Российской Федерации.
Последующее снятие ограничений по счету не означает признание требований истца, а также незаконность предыдущего ограничения, учитывая, что банк ожидал предоставления документов истцом, вступление решения суда по делу № 2-1605/2024 в законную силу, доказательств ограничений по счету, кроме ограничений в части дистанционного банковского обслуживания, в дело не представлено.
В данном случае банком требования нормативных актов не нарушены, поэтому для вывода о нарушениях прав истца, как потребителя оснований не усматривается. Истцом не приведено, какое именно положение закона при осуществлении внутреннего контроля нарушено банком.
В этой связи, основания для взыскания неустойки, компенсации морального вреда, штрафа отсутствуют, требования истца не подлежат удовлетворению, ограничения по счету истца законны и обоснованы.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 56, 67, 194-199, Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ПАО Сбербанк России о защите прав потребителя отказать.
Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме в апелляционном порядке в Ленинградский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Всеволожский городской суд Ленинградской области
Судья Д.А. Семенов
Мотивированное решение изготовлено 05.12.2025.
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>