Дело № 2-7/2022
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
адрес 18 июля 2022 года
Симоновский районный суд адрес в составе председательствующего судьи фио, при секретаре фио, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о признании недействительным договора дарения,
установил:
ФИО3 обратилась в суд с иском к ФИО2 о признании недействительным договора дарения квартиры, удостоверенного нотариусом адрес фио 16.08.2019 г. и зарегистрированного в реестре за № 77/881-н/77-2019-10-711, признании недействительной государственной регистрации права и прекращении права собственности ответчика на квартиру по адресу: адрес, обязании вернуть квартиру.
В обоснование исковых требований указала, что 16 августа 2019 года между ФИО3 и ФИО2 был заключен договор дарения квартиры, удостоверенный нотариусом адрес фио, 16 августа 2019 года за реестровым № 77/881-н/77-2019-10-711, по условиям которого ФИО3 подарила ответчику ФИО2 квартиру, находящуюся по адресу: адрес, кадастровый номер: 77:05:0002006:3142 и принадлежавшую истцу по праву собственности на основании договора купли-продажи от .01 ноября 2012 года, совершенного в простой письменной форме, зарегистрированного в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Москве 13 ноября 2012 года за № 77-77-20/144/2012-390. Право собственности по договору дарения указанной квартиры зарегистрировано в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Москве 20 августа 2019 года за № 77:05:0002006:3142-77/005/2019-2 и до настоящего времени ответчик является собственником данной квартиры. Истец считает, что заключенный между ним и ответчиком договор не является договором дарения, так как в данном случае отсутствует признак безвозмездности, заключение договора дарения предполагало встречное исполнение, а именно истец желал заключить договор ренты, однако при заключении договора ответчик ввел ее в заблуждение относительно природы сделки, а именно пообещав заключить договор ренты, фактически заключив договор дарения. Ответчик пообещала осуществлять уход за истцом, оказывать помощь, в том числе материальную, чего сделано не было. После подписания указанного договора ответчик пропала со всеми документами и не появляется до настоящего времени. Экземпляры всех подписанных документов истца также хранятся у ответчика, и истцу предоставлены не были. ФИО3 на момента заключения договора было 81 год, она является инвалидом 1 группы, имеет заболевания в следствие чего, нуждается в постоянном, круглосуточном уходе и помощи. На момент заключения данного договора не могла понимать значение своих действий или руководить ими в силу своего психического состояния, в связи со смертью единственного сына - фио, умершего 12 июля 2019 года, намерения дарить спорна квартиру ответчику не имела. Ответчик является Бывшей супругой умершего сына, с которой он развелся еще при жизни. В спорной квартире ответчик проживала вместе с супругом, а после развода выезжать из данной квартиры категорически отказывалась, после смерти бывшего супруга, практически тут же обратилась к нотариусу для переоформления спорной квартиры, понимая, что истец находится в стрессовой ситуации и не осознаёт сути происходящего. О факте совершения сделки дарения истец узнала только после обращения в органы Росреестра за получением выписки.
В ходе рассмотрения дела истец ФИО3 умерла 03.04.2020 года.
Определением Симоновского районного суда адрес от 23 октября 2020 года произведена замена стороны истца ФИО3 на ее правопреемников – ФИО1 и ФИО4.
Определением Симоновского районного суда адрес от 08 июля 2022 года производство по делу в части требований ФИО4 к ФИО2 о признании недействительным договора дарения прекращено в связи с отказом истца от исковых требований.
Представитель истца фио по доверенности ФИО5 в судебное заседание явилась, заявленные исковые требования поддержала, просила удовлетворить в полном объеме.
Ответчик фио и ее представитель по доверенности фио в судебное заседание явились, просили отказать в удовлетворении исковых требований по доводам письменных возражений.
Третье лицо нотариус адрес фио в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, просил о рассмотрении дела в свое отсутствие.
Третье лицо Управление Росреестра по Москве явку своего представителя в судебное заседание не обеспечило, извещено надлежащим образом.
В соответствии со ст. 167 ГПК РФ дело рассмотрено судом при данной явке.
Суд, выслушав явившихся участников процесса, исследовав письменные материалы дела, приходит к следующему.
В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющими принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Согласно ст. 9 ГК Российской Федерации граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.
В соответствии со ст. 153 ГК Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.
Согласно ч. 2 ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.
В силу ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.
В соответствии с ч. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.
В соответствии с ч. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
В соответствии с ч. 2 ст. 166 ГК РФ требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия. В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц. Сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли.
В силу ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.
Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно.
При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.
Согласно ч. 1 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.
В соответствии с положениями п. 1 ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.
В силу п. 2 той же статьи при наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если:
1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.;
2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные;
3) сторона заблуждается в отношении природы сделки;
4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой;
5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.
В ходе рассмотрения дела судом установлено, что 16 августа 2019 года между ФИО3 и ФИО2 заключен дарения квартиры, удостоверенный нотариусом адрес фио и зарегистрированный в реестре за № 77/881-н/77-2019-10-711, согласно которому ФИО3 подарила ФИО2 принадлежащую ей по праву собственности квартиру, находящуюся по адресу: адрес, общей площадью 30,3 кв.м., кадастровый номер 77:05:0002006:3142.
Переход права собственности на квартиру на имя ответчика зарегистрирован Управлением Росреестра по Москве 20.08.2019 г. № 77:05:0002006:3142-77/005/2019-2.
ФИО3 умерла 03.04.2020 г., что следует из свидетельства о смерти <...>, выданным 04.04.2020 г. 97750093 Органом ЗАГС Москвы № 93 МФЦ адрес Замоскворечье.
В производстве нотариуса адрес фио находится наследственное дело N° 49/2020 к имуществу умершей 03 апреля 2020 года ФИО3, паспортные данные, зарегистрированной на дату смерти по адресу: адрес.
Наследниками по закону первой очереди по праву представления, подавшими заявления о принятии наследства, являются в ½ доле каждый:
- внук - ФИО1, паспортные данные, зарегистрированный по адресу: адрес;
- внучка - ФИО4, паспортные данные, зарегистрированная по адресу: адрес.
Согласно п. 1 ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
В целях проверки доводов сторон, определением суда от 30 сентября 2021 г. по делу была назначена посмертная комплексная психолого-психиатрическая экспертиза, производство которой было поручено ФГУ «Государственный научный центр социальной и судебной психиатрии им. фио».
Согласно заключению комиссии экспертов ФГБУ «Научный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии им. фио» Министерства здравоохранения РФ № 81/3 от 21 февраля 2022 года у ФИО3 в период составления договора дарения 16.08.2019г. обнаруживались неуточненное психическое расстройство в связи с сосудистым заболеванием головного мозга (F06.991). Об этом свидетельствуют данные из представленных материалов гражданского дела и медицинской документации о многолетнем течении у нее гипертонической болезни, цереброваскулярной болезни, хронической ишемии головного мозга, сведения о перенесенном ею остром нарушении мозгового кровообращения с формированием на этом фоне церебрастенических проявлений (головные боли, головокружение), некоторого интеллектуально-мнестического снижения, неврологических нарушений (вестибуло-атаксический синдром, нервно-мышечная дисфункция мочевого пузыря). Однако, в связи с отсутствием описания психического состояния ФИО3 непосредственно в период оформления договора дарения 16.08.2019г. и в приближенные к моменту совершения юридически значимого действия периоды не представляется возможным дифференцированно оценить степень выраженности имевшихся у нее в юридически значимый период психических нарушений и решить вопрос о ее способности понимать значение своих действий и руководить ими в момент оформления договора дарения 16.08.2019г.
Таким образом, из медицинской документации известно, что у ФИО3 в период приближенный к совершению спорной сделки обнаруживались нарушения когнитивной сферы, снижение памяти, а также «загруженность и вялость» в эмоциональной сфере (без подробного описания и оценки степени выраженности). В представленных материалах отсутствуют показания свидетелей (медицинских и социальных работников, соседей и иных лиц), которые могли бы дать социально-бытовую характеристику ФИО3 Из представленных материалов, доподлинно неизвестно в каком эмоциональном состоянии находилась ФИО3 в юридически значимый период, и какой образ жизни она вела (самостоятельно ли ФИО3 распоряжалась пенсией, обслуживала ли себя, общалась ли с кем-либо, как проводила свое время, смотрела ли она телевизор и т.п.). Сведения относительно психического состояния ФИО3 представленные сторонами истцов и ответчика имеют неоднозначный, противоречивый и несколько формальный характер. В связи с этим, достоверно оценить степень выраженности нарушений в эмоционально-волевой сфере ФИО3, в том числе определить, была ли нарушена ее способность к осознанию и произвольной регуляции собственных действий в период подписания договора дарения от 16.08.2019 года не представляется возможным.
Суд принимает во внимание выводы, сделанные комиссией экспертов, поскольку заключение подготовлено специалистами с многолетним опытом работы по специальности и соответствующие квалификационные категории в области психиатрии и психологии, сомневаться в компетентности которых у суда оснований не имеется.
Эксперты предупреждались судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Заключение содержит подробное описание произведенных исследований, сделанные в их результате выводы и научно обоснованные ответы на поставленные вопросы, в обоснование сделанных выводов эксперты приводят соответствующие данные из представленных в их распоряжение материалов, основываются на исходных объективных данных. Данные обстоятельства не вызывают сомнений в обоснованности и правильности данного экспертами заключения.
Убедительных и аргументированных оснований, по которым судом могут быть поставлены под сомнение выводы эксперта, не приведено и судом не установлено.
Заключением экспертов не подтверждаются доводы истца о неспособности ФИО3 в момент подписания договора дарения 16.08.2019 г. понимать значение своих действий и руководить ими. Само по себе наличие у умершей ряда заболеваний, в том числе возрастных, о пороке воли наследодателя свидетельствовать не может и не является основанием для признания договора дарения недействительным по ч. 1 ст. 177 Гражданского кодекса Российской Федерации.
В силу ст. 67 ГПК РФ, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.
В соответствии со ст. 12 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.
В ответ на запрос суда № 4317 от 25.08.2021 г. администрация Южнопортового филиала ГКБ 13 сообщила, что ФИО3, паспортные данные была прикреплена для обслуживания в 2013 г. Обращалась в поликлинику в 2013, 2014, 2015 г. Ввиду того, что далее с 2016 - 2018 гг. в поликлинику не обращалась, амбулаторная карта сдана в архив. В 2019 - 2020 гг. пациентка стала вновь обращаться в поликлинику.
Допрошенный в ходе рассмотрения дела свидетель фио пояснил суду, что фио является его бабушкой, с сентября 2018 года он у бабушки проживал постоянно, последний раз видел ответчика в сентябре 2019 года, она ухаживала за ней, приносила покушать, меняла подгузники, стригла ногти, он также ухаживал за бабушкой.
Допрошенная в судебном заседании свидетель фио показала, что знает фио 12 лет, Машу – 8 лет, фио – мама фио, она очень любила Машу, жили в одной квартире, Маша помогала, готовила, последний раз видела фио в октябре – ноябре 2020 года, она всех узнавала, сказала, что одну квартиру оставит Андрюше, а другую Маше.
Допрошенная в судебном заседании свидетель фио пояснила суду, что Маша- жена фио, сына фио, фио и Маша ухаживали за фио, она была колясочница, водила ее в церковь, у фио были запои, квартиру говорила, подарит лично Маше. В октябре свидетель приехала к фио и видела Машу.
У суда нет оснований сомневаться в показаниях свидетелей, поскольку они согласуются с материалами дела, вместе с тем, суд отмечает, что свидетели специальными познаниями в области психиатрии не обладают и не могут в полном объеме оценить психическое состояние соответствующего лица, тем более способность ФИО3 в момент оформления договора дарения понимать значение своих действий и руководить ими, а характеризуют ее личностные особенности, каждый из свидетелей лишь дал показания в той мере, в какой он имел возможность свидетельствовать об обстоятельствах, которые ему известны.
При этом, в силу ч.5 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, подтвержденные нотариусом при совершении нотариального действия, не требуют доказывания, если подлинность нотариально оформленного документа не опровергнута в порядке, установленном статьей 186 настоящего Кодекса, или не установлено существенное нарушение порядка совершения нотариального действия.
Оспариваемый истцом договор дарения нотариально удостоверен, соответствует требованиям закона, в нем указано, что содержание договора его участникам зачитано нотариусом зачитано вслух, стороны отметили, что понимают разъяснения нотариуса о правовых последствиях совершаемой сделки, условия сделки соответствует их действительным намерениям, информация, установленная нотариусом с их слов, внесена в текст сделки верно, содержание договора соответствует волеизъявлению сторон, личности подписавших договор установлены, их дееспособность нотариусом проверена.
Материалы дела не содержат никаких достоверных доказательств, свидетельствующих о наличии у ФИО3 порока воли на момент оформления договора дарения, отсутствия у нее свободного волеизъявления на передачу принадлежащего ей имущества ответчику. ФИО2 является супругой умершего сына ФИО3 – фио Также суд отмечает, что ФИО3 при жизни составлено завещание на имя ФИО2 от 16.01.2019 г., согласно которому спорную квартиру после своей смерти она завещала ответчику.
Также истцом в нарушение ст. 56 ГПК РФ не представлено доказательств того, что ФИО3 была введена в заблуждение относительно существа совершаемой сделки.
Оценив собранные по делу доказательства в их совокупности, проанализировав представленные сторонами доказательства в совокупности с приведенными правовыми нормами, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявленных ФИО1 требований.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд
решил:
В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о признании недействительным договора дарения, - отказать.
Решение может быть обжаловано в Московский городской суд в течение месяца со дня составления мотивированного решения суда в окончательной форме.
Судья фио