Дело (УИД) 31RS0№-75 Производство №а-№

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

15 декабря 2023 года <адрес>

Свердловский районный суд <адрес> в составе

судьи Пашковой Е.О.,

при секретаре Жуненко В.А.

с участием административного истца ФИО1, его представителя ФИО2, представителей административного ответчика ОГБУЗ «Облнаркодиспансер» ФИО3, ФИО4,

в отсутствие заинтересованного лица прокурора г. Белгорода,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному иску ФИО1 к ОГБУЗ «Облнаркодиспансер» о признании незаконным решения, возложении обязанности,

установил:

ФИО1, состоящий с ДД.ММ.ГГГГ г. на диспансерном наблюдении в ОГБУЗ «Облнаркодиспансер» с диагнозом – <...>, полагая незаконным и нарушающим его права как сам факт постановки на диспансерное наблюдение, так и решение врачебной комиссии о продолжении диспансерного наблюдения, обратился в суд с уточненным административным иском (заявление от ДД.ММ.ГГГГ) к ОГБУЗ «Облнаркодиспансер», которым просил

признать незаконным решение врачебной комиссии ОГБУЗ «Облнаркодиспансер» от ДД.ММ.ГГГГ № о продолжении диспансерного наблюдения ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ, проживающего: <адрес>,

возложить обязанность на ОГБУЗ «Облнаркодиспансер» снять с диспансерного наблюдения ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

В судебном заседании административный истец ФИО1, его представитель ФИО2 уточненный административный иск поддержали.

Представители административного ответчика ОГБУЗ «Облнаркодиспансер» ФИО3, ФИО4 (заместитель главного врача по медицинской части) заявленные требования не признали, просили отказать в их удовлетворении.

Явка заинтересованного лица прокурора <адрес>, извещенного посредством экспедиции суда, в судебное заседание не обеспечена.

Выслушав объяснения административного истца, его представителя, представителей административного ответчика, явившихся в судебное заседание, исследовав представленные в материалы дела доказательства, а также оригинал медицинской карты амбулаторного наркологического больного, медицинской карты стационарного больного, заключение судебно-психиатрической комиссии экспертов от ДД.ММ.ГГГГ №, допросив эксперта <...>., свидетеля <...>., суд приходит к следующему.

Исходя из содержания пункта 1 части 2 статьи 227 КАС Российской Федерации, решение, действия (бездействие) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями могут быть признаны незаконными при наличии одновременно двух условий: несоответствия решения, действий (бездействия) закону и нарушения таким решением, действиями (бездействием) прав и законных интересов заявителя.

Международной классификацией болезней (МКБ-10) хронический алкоголизм, синдром зависимости от алкоголя отнесены к психическим расстройствам поведения, связанным с употреблением психоактивных веществ, как заболевания, характеризующиеся совокупностью психических и соматических расстройств. Согласно приказу Минздрава Российской Федерации от 28.04.1998 № 140 «Об утверждении Стандартов (моделей протоколов) диагностики и лечения наркологических больных» хроническому алкоголизму (зависимость от алкоголя) - средняя стадия, фаза обострения, присущи следующие симптомы: разбитость, слабость, потливость, сердцебиение, головокружение, головная боль, беспокойный сон, отсутствие аппетита, жажда, метеоризм, подавленность, раздражительность, тревога, тремор рук, век, языка, активное влечение к алкоголю.

В соответствии с пунктом 7 Перечня медицинских противопоказаний, медицинских показаний и медицинских ограничений к управлению транспортным средством, утвержденного, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 29.12.2014 № 1604, данный диагноз является противопоказанием для управления транспортным средством до прекращения диспансерного наблюдения в связи со стойкой ремиссией (выздоровления).

В соответствии с частью 1 статьи 43 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» гражданам, страдающим социально значимыми заболеваниями, к которым в соответствии с перечнем, утвержденным Постановлением Правительства Российской Федерации от 01.12.2014 № 715, относится вышепоименованное заболевание «Психическое и поведенческое расстройство, вызванное употреблением алкоголя. Синдром зависимости», и гражданам, страдающим заболеваниями, представляющими опасность для окружающих, оказывается медицинская помощь и обеспечивается диспансерное наблюдение в соответствующих медицинских организациях.

Также частью 3 вышеуказанной статьи предусмотрено, что особенности организации оказания медицинской помощи при отдельных заболеваниях, указанных в части 1 данной статьи, могут устанавливаться отдельными федеральными законами, таковым в частности, является Закон Российской Федерации от 02.07.1992 № 3185-1 «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании».

Согласно статье 26 вышепоименованного Закона о психиатрической помощи в отношении лица, страдающего психическим расстройством, в амбулаторных условиях осуществляются профилактика, диагностика, лечение, медицинская реабилитация и диспансерное наблюдение в зависимости от медицинских показаний (часть 1).

Диспансерное наблюдение может устанавливаться независимо от согласия лица, страдающего психическим расстройством, или его законного представителя в случаях, предусмотренных частью первой статьи 27 данного Закона, и предполагает наблюдение за состоянием психического здоровья лица путем регулярных осмотров врачом-психиатром и оказание ему необходимой медицинской и социальной помощи (часть 3).

В соответствии с частью 1 статьи 27 Закона о психиатрической помощи диспансерное наблюдение может устанавливаться за лицом, страдающим хроническим и затяжным психическим расстройством с тяжелыми стойкими или часто обостряющимися болезненными проявлениями.

Установленное ранее диспансерное наблюдение прекращается при выздоровлении или значительном и стойком улучшении психического состояния лица (часть 4 статьи 27).

В соответствии с Инструкцией о порядке диспансерного учета больных хроническим алкоголизмом, наркоманиями, токсикоманиями и профилактического наблюдения лиц, злоупотребляющих алкоголем, замеченных в немедицинском потреблении наркотических и других одурманивающих средств без клинических проявлений заболевания, утвержденной Приказом Министерства здравоохранения СССР от 12.09.1988 № 704, действовавшей в период возникновения спорных правоотношений, диспансерному учету и динамическому наблюдению в амбулаторных наркологических учреждениях (подразделениях) подлежат все лица, которым установлены диагнозы: хронический алкоголизм, наркомания, токсикомания. Исключение составляют лица, обращающиеся за наркологической помощью в кабинеты (отделения) для анонимного лечения больных алкоголизмом и хозрасчетные наркологические амбулатории (кабинеты).

Из представленных в материалы дела доказательств следует, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 проходил стационарное лечение в Отделении неотложной наркологической помощи ОГБУЗ «Облнаркодиспансер», куда прибыл по направлению врача-психиатра-нарколога <...> При поступлении предъявлял жалобы на <...>.

При первичном осмотре зафиксирован наркоанамнез - на «Д» учете в ОНД состоит. Ранее лечился у частных наркологов. Ремиссии до 6 месяцев. Запои последние 12 лет по 5-7 дней, со «светлыми» промежутками 2-3 недели. Употребляет водку, пиво. Количественный и ситуационный контроль утрачены. Сформирован похмельный синдром. Настоящий запой около 1 недели.

На основании жалоб больного, анамнеза жизни, наркоанамнеза и объективных данных, выставлен предварительный диагноз - <...> (первичный совместный осмотр больного <...>Е. ДД.ММ.ГГГГ 15 час. 10 мин.).

Выписан ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ в связи с улучшением состояния, отказом от лечения. Установлен вид амбулаторного наблюдения – наблюдение у нарколога по месту жительства. Явка в семидневный срок.

Данные обстоятельства установлены на основании сведений, отраженных в медицинской карте стационарного больного №.

Согласно данным медицинской карты амбулаторного наркологического больного, выписка-эпикриз из истории болезни № поступила врачу-психиатру-наркологу ДД.ММ.ГГГГ.

Далее, согласно записям медицинской карты, организовывался патронаж на дому: ДД.ММ.ГГГГ (дома никого нет, оставлен вызов), ДД.ММ.ГГГГ (дома никого нет, оставлен вызов), ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ

ДД.ММ.ГГГГ указано о явке ФИО1 на прием в ОГБУЗ «Облнаркодиспансер» для контроля (трезв, опрятен), установлена ремиссия 1 год 5 месяцев. ДД.ММ.ГГГГ по результатам осмотра на приеме врача установлена ремиссия 1 год 8 месяцев.

ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ патронаж на дому.

ДД.ММ.ГГГГ в медицинской карте указано о ремиссии 2 года 2 месяца.

ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ осуществлялся патронаж на дому.

ДД.ММ.ГГГГ осмотрен наркологом (на прием явился самостоятельно для контроля, ремиссия 2 года 5 месяцев).

ДД.ММ.ГГГГ патронаж на дому, ДД.ММ.ГГГГ осмотр нарколога (ремиссия 2 года 5 месяцев).

ДД.ММ.ГГГГ беседа по телефону, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ патронаж на дому.

ДД.ММ.ГГГГ запись медицинской сестры о неоднократных попытках дозвониться пациенту по телефону, вызываемый абонент не отвечает.

ДД.ММ.ГГГГ патронаж на дому, ДД.ММ.ГГГГ беседа по телефону с женой больного.

ДД.ММ.ГГГГ по приглашению социального работника прибыл на прием. ДД.ММ.ГГГГ беседа по телефону с женой больного, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ осуществлялся патронаж на дому (беседа с женой).

ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ – состоялся телефонный разговор с женой.

ДД.ММ.ГГГГ по запросу врача-психиатра-нарколога ДПО проведено экспериментально-психологическое обследование, по результатам которого диагностированы признаки повышенной психологической склонности к зависимому поведению, испытуемый демонстрирует негативное отношение к употреблению наркотических веществ, в ближайшем окружении не имеет лиц, злоупотребляющих ПАВ. Наблюдаются такие личностные качества, которые исключают способность к формированию зависимости и склонности к употреблению алкогольных напитков, что в совокупности со всеми данными, снижает вероятность злоупотребления алкоголем и делает прогноз в отношении трезвого образа жизни позитивным.

ДД.ММ.ГГГГ телефонный разговор с ФИО1, с его слов медицинским работником указано, что проживает с мамой, не работает, уточнена дата рождения – «ДД.ММ.ГГГГ». ДД.ММ.ГГГГ вновь телефонный разговор лично, приглашен на прием к врачу-наркологу.

ДД.ММ.ГГГГ осмотрен врачом, ДД.ММ.ГГГГ патронаж на дому, также ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ – произведен повторный осмотр врачом-психиатром-наркологом.

Врачом-психиатром-наркологом <...> подготовлен эпикриз для заседания врачебной комиссии.

ДД.ММ.ГГГГ состоялось заседание врачебной комиссии ОГБУЗ «Облнаркодиспансер», на котором по результатам рассмотрения вопроса о снятии ФИО1 с Д наблюдения, было принято решение о продолжении Д наблюдения в соответствии с приказом МЗРФ № 1034н. Рассмотрено заявление о снятии с Д наблюдения, с учетом сложившейся ситуации (рассмотрение в суде вопроса о лишении водительского удостоверения). Рекомендовано продолжить Д наблюдение.

ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 осмотрен врачом-психиатром-наркологом.

Обращаясь с настоящим административным иском, ФИО1 отрицал сам факт своего прохождения лечения в стационаре ОГБУЗ «Облнаркодиспансер» в ДД.ММ.ГГГГ г., указывал, что лечение проходил его однофамилец, о чем свидетельствует иная дата рождения, указанная в медицинской документации (указано ДД.ММ.ГГГГ, в то время как дата рождения административного истца ДД.ММ.ГГГГ), что алкоголем никогда не злоупотреблял, поскольку работал водителем и ведет здоровый образ жизни, что не давал информированного добровольного согласия на медицинское вмешательство в форме диспансерного наблюдения у врача-психиатра-нарколога, а соответственно его постановка на диспансерное наблюдение, осуществлена без его ведома, согласия и без соблюдения установленных законом процедур.

С учетом характера первоначально заявленных требований, в которых административным истцом, в том числе, оспаривалось заключение о его постановке на диспансерное наблюдение (учет), была назначена комплексная амбулаторная судебная психолого-психиатрическая экспертиза, проведение которой поручалось ОГКУЗ «Белгородская областная клиническая психоневрологическая больница».

Согласно выводам заключения судебно-психиатрической комиссии экспертов от 05.10.2023 № 1543 по результатам комплексной амбулаторной судебной психолого-психиатрической экспертизы ФИО1 обнаруживает признаки «Синдрома зависимости от алкоголя, ремиссия» (по МБК-10 F 10.202). Об этом свидетельствуют данные анамнеза о длительном злоупотреблении подэкспертным спиртными напитками, ростом толерантности к их приему с течением времени, запойном характере пьянства, сформированным похмельным алкогольным синдромом, группировании с окружающими на основе совместного употребления алкогольных напитков.

На протяжении последнего времени (последние 10 лет) воздерживается от алкоголя. Кроме того, подэкспертный был способен к усвоению и накоплению социального опыта, мог самостоятельно менять свое поведение, в зависимости от меняющихся условий окружающей среды. Комиссия экспертов указала, что при настоящем психолого-психиатрическом обследовании у подэкспертного выявлены: удовлетворительные процессы памяти, внимания, отсутствие нарушений мышления, соответствие уровня общей осведомленности жизненному опыту, достаточный волевой контроль поведения в субъективно-значимой для него ситуации, а также критические прогностические способности.

Со слов подэкспертного, в материалах дела и медицинской документации нет объективный данных об употреблении спиртных напитков с № г.: ФИО1 официально трудоустроен, проживает с семьей, к уголовной или административной ответственности из-за употребления алкоголя (или иного) опьянения не привлекался, медицинского освидетельствования не проходил, имеет увлечения (ответ на вопросы №, №, №). Имеющиеся у ФИО1 признаки синдрома зависимости от алкоголя, ремиссия, не связаны с источниками повышенной опасности, с опасностью для жизни и здоровья самого ФИО1 и окружающих лиц при управлении источником повышенной опасности (транспортным средством) (ответ на вопрос №).

В целях проверки обоснованности заявленных административным ответчиком замечаний к данному заключению экспертов, в порядке части 7 статьи 82 КАС Российской Федерации в судебном заседании была допрошена член комиссии эксперт <...> которая будучи предупрежденной об уголовной ответственности по статье 307 УК Российской Федерации, пояснила, что в заключении на стр. 16-17 допущена техническая ошибка в виде указания того обстоятельства, что ФИО1 не страдал и не страдает в настоящее время каким-либо психическим расстройством (в том числе алкогольной, наркотической или от иной зависимости).

Эксперт пояснила, что по результатам проведенной экспертизы, правильность установленного диагноза «<...> не ставится экспертами под сомнение, поскольку подтверждается определенной симптоматикой. В то же время комиссия на основании медицинской документации, материалов дела, объяснений подэкспертного, результатов обследования медицинского психолога, приняв во внимание характеристику с места работы, не обнаружила ни прямых, ни косвенных признаков употребления алкоголя ФИО1 на протяжении предшествующих 10 лет, а также желания употреблять алкоголь, в связи с чем пришла к выводу о наличии у ФИО1 полной ремиссии.

Эксперт указала, что диагноз указан в заключении в соответствии с <...>.

В то же время эксперт акцентировала внимание на том, что в полномочия комиссии экспертов входит только установление диагноза, в ее компетенцию не входит рассмотрение и разрешение вопросов о наличии, либо отсутствии оснований для осуществления диспансерного наблюдения, его продолжительности, принятие решений о снятии с диспансерного наблюдения в связи с подтвержденной стойкой ремиссией. Данными полномочиями обладает лишь врачебная комиссия по месту диспансерного наблюдения, комиссия экспертов не оценивает необходимость диспансерного наблюдения.

Данные объяснения эксперта <...> в полной мере согласуются с требованиями действующего законодательства, в частности с пунктом 12 Порядка диспансерного наблюдения за лицами с психическими расстройствами и (или) расстройствами поведения, связанными с употреблением психоактивных веществ, утвержденным приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №н, закрепившим, что решение о прекращении диспансерного наблюдения принимает врачебная комиссия в случае наличия у пациентов с диагнозом «синдром зависимости» подтвержденной стойкой ремиссии не менее двух лет при условии самостоятельного обращения пациента за оказанием медицинской помощи по профилю «психиатрия-наркология» и отсутствия возложенной судом обязанности пройти диагностику, профилактические мероприятия, лечение и (или) медицинскую и (или) социальную реабилитацию в связи с потреблением наркотических средств или психотропных веществ без назначения врача либо новых потенциально опасных психоактивных веществ.

Оценив экспертное заключение, с учетом пояснений и ответов на дополнительные вопросы члена комиссии эксперта <...>., по правилам, установленным в статье 84 КАС Российской Федерации, суд не усматривает оснований не доверять представленному заключению, поскольку оно является допустимым по делу доказательством, эксперты предупреждены об уголовной ответственности по статье 307 УК Российской Федерации за дачу заведомо ложного заключения, у них имеется соответствующее образование, стаж работы.

Относительно приведенных представителями административного ответчика доводов о неполноте заключения, эксперт указала, что диагноз в полной мере отражен в заключении путем указания его кодировки в соответствии с МКБ-10, выводы о необходимости диспансерного наблюдения не приведены, поскольку определение данных обстоятельств не входит в компетенцию данной комиссии экспертов, результаты психологической диагностики личностных особенностей подэкспертного были приняты комиссией во внимание при формировании выводов.

Довод о том, что жена (гражданская жена) ФИО1, длительное время работавшая в ОГБУЗ «Облнаркодиспансер», в силу профессии и занимаемой должности могла повлиять на мнение экспертов, поскольку лично заинтересована в исходе дела, приведенный без представления доказательств, подтверждающих, каким образом бывший сотрудник административного ответчика мог повлиять на членов комиссии иного медицинского учреждения, подлежит отклонению судом. Данный довод является ничем иным как предположением заявителя, при том, что суд исходит из принципа добросовестности, а за дачу заведомо ложного заключения эксперт (специалист) может быть привлечен к уголовной ответственности, о чем он был предупрежден судом.

Оснований для назначения по делу повторной экспертизы не установлено, в удовлетворении соответствующего ходатайства ОГБУЗ «Облнаркодиспансер» отказано.

Таким образом, в ходе судебного разбирательства нашла подтверждение законность и обоснованность установленного административному истцу диагноза – синдром зависимости от алкоголя, средняя стадия. И доводы ФИО1 о том, что лечение в стационаре в 2011 г. проходил не он, а иное лицо, суд расценивает как избрание административным истцом такового поведения в качестве способа защиты.

Указание в медицинской карте стационарного больного даты рождения ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ, вместо верного ДД.ММ.ГГГГ с учетом всех обстоятельств может быть расценено в качестве допущенной технической ошибки, которая впоследствии на основании поступившей в ДПО выписки-эпикриза была отражена и в медицинской карте амбулаторного наркологического больного. В судебном заседании административный истец, давая противоречивые объяснения, хотя и отрицал факт прохождения стационарного лечения, указывал, что действительно ему оказывалась кратковременная медицинская помощь в ОГБУЗ «Облнаркодиспансер» в ДД.ММ.ГГГГ г., в частности посредством установления капельницы, после получения которой он в сопровождении сына отправился домой.

Иные идентифицирующие данные, отраженные в медицинской документации в полном объеме совпадают с данными ФИО1, в частности адрес проживания (<адрес>, ул. <адрес>), являющийся адресом регистрации административного истца по месту жительства. Доказательств, что по указанному адресу проживает иной ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ, который проходил лечение в указанный период в ОГБУЗ «Облнаркодиспенсер» в материалы дела не представлено.

Кроме того из медицинской карты усматривается проведение патронажа на дому в отношении административного истца и факты его периодического посещения врача-психиатра-нарколога.

В период № г. порядок диспансерного учета больных хроническим алкоголизмом (впоследствии синдромом зависимости) определялся Инструкцией о порядке диспансерного учета больных хроническим алкоголизмом, наркоманиями, токсикоманиями и профилактического наблюдения лиц, злоупотребляющих алкоголем, замеченных в немедицинском потреблении наркотических и других одурманивающих средств без клинических проявлений заболевания, утвержденной Приказом Министерства здравоохранения СССР от ДД.ММ.ГГГГ №.

Согласно положениям данной инструкции диспансерному наблюдению подлежат все лица, которым установлен диагноз хронический алкоголизм, наркомания, токсикомания.

Также предусматривалось, что диагноз наркологического заболевания может быть установлен как в амбулаторных, так и в стационарных условиях только врачом психиатром-наркологом. Установление диагноза психического заболевания являются исключительным правом врача-психиатра или комиссии врачей-психиатров, гарантированным частью 2 статьи 20 Закона о психиатрической помощи.

Нормы же о возможности организации диспансерного наблюдения лишь при наличии информированного добровольного согласия в письменной форме, на что ссылался административный истец в качестве одного из обоснований заявленных требований, были введены много позже взятия ФИО1 на диспансерный учет, а именно установлены пунктом 5 Порядка диспансерного наблюдения за лицами с психическими расстройствами и (или) расстройствами поведения, связанными с употреблением психоактивных веществ, утвержденного приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 30.12.2015 № 1034н, после введения в действие которого у ФИО1 неоднократно отбирались информированные добровольные согласия на виды медицинских вмешательств от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, в том числе и информированное добровольное согласие на медицинское вмешательство в форме диспансерного наблюдения у врача-психиатра-нарколога. Доводы административного истца о том, что подписи в данных документах выполнены иным лицом, в нарушение статьи 62 КАС Российской Федерации, представлением соответствующих доказательств не подтверждены.

Таким образом, административный истец был поставлен на диспансерное наблюдение (учет) при наличии к тому предусмотренных законом оснований и с соблюдением действовавшего в тот период времени Порядка.

Порядком диспансерного наблюдения, утвержденным приказом от 30.12.2015 № 1034н, установлены правила организации диспансерного наблюдения за больными наркоманией и иными лицами, обратившимися за медицинской помощью по профилю «Психиатрия-наркология».

Закреплено, что диспансерное наблюдение представляет собой динамическое наблюдение, в том числе необходимое обследование, за состоянием здоровья пациентов в целях своевременного выявления, предупреждения осложнений, обострения заболевания, иных патологических состояний, их профилактики, осуществления лечения и медицинской реабилитации указанных лиц, а также подтверждения наличия стойкой ремиссии заболевания.

Таким образом, одной из целей диспансерного наблюдения является и подтверждение наличия стойкой ремиссии заболевания. И иного порядка определения наличия стойкой ремиссии заболевания, необходимой, в том числе, для целей определения медицинских противопоказаний к управлению транспортными средствами, кроме как осуществление в установленном порядке диспансерного наблюдения, действующим законодательством не предусмотрено. И в этой связи факт установления комиссией экспертов диагноза «F10.202 синдром зависимости от алкоголя, средняя стадия, фаза полной ремиссия» не может подменять собой и не тождественен прекращению диспансерного наблюдения в связи со стойкой ремиссией (выздоровлением), с которым пункт 7 Перечня медицинских противопоказаний, медицинских показаний и медицинских ограничений к управлению транспортным средством, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 29.12.2014 № 1604, связывает соответствующие правовые последствия.

Порядком диспансерного наблюдения за лицами с психическими расстройствами и (или) расстройствами поведения, связанными с употреблением психоактивных веществ, утвержденным Приказом Минздрава России от 30.12.2015 № 1034н, установлено, что основанием для принятия решения о прекращении диспансерного наблюдения является наличие именно подтвержденной стойкой ремиссии, а подтверждается таковая именно в процессе диспансерного наблюдения, в ходе которого осуществляются осмотр врачом-психиатром-наркологом (врачом-психиатром-наркологом участковым) пациентов, в течение первого года ремиссии - не реже одного раза в месяц; находящихся в ремиссии от 1 до 2 лет - не реже одного раза в шесть недель; находящихся в ремиссии свыше 2 лет - не реже одного раза в три месяца, не реже одного раза в три месяца проводится углубленный медицинский осмотр, включающий в себя: определение наличия психоактивных веществ в моче; исследование уровня психоактивных веществ в моче или исследование уровня психоактивных веществ в крови (при положительном результате определения психоактивных веществ в моче); качественное и количественное определение карбогидрат-дефицитного трансферрина (CDT) в сыворотке крови; психопатологическое обследование или тестологическое психодиагностическое обследование; психологическое консультирование.

И такое регулирование связано прежде всего с тем, что решение вопроса о снятии с диспансерного наблюдения или прекращении диспансерного наблюдения связано не только с реализацией конкретным лицом своего права на медицинскую помощь или отказа от нее, но и с защитой прав и законных интересов иных лиц.

Решение вопроса о необходимости диспансерного наблюдения либо о его прекращении принимается комиссией врачей, назначенной руководителем медицинской организации. Мотивированное решение комиссии врачей оформляется записью в медицинской документации.

Оспариваемое решение о продолжении диспансерного наблюдения принято врачебной комиссией в составе заместителя главного врача по медицинской части <...>В., заведующей <...>С., врача-психиатра-нарколога <...>В., при секретаре <...>А. Данный состав врачебной комиссии (врачебной подкомиссии) соответствует составу, утвержденному приказом ОГБУЗ «Облнаркодиспансер» от ДД.ММ.ГГГГ № (пункт 2.1), в котором заместителя главного врача по медицинской части <...>. является председателем подкомиссии, а <...>С. <...>. – поименованы в качестве членов подкомиссии.

Решение врачебной комиссии оформлено в виде протокола, отражающего сведения о дате проведения заседания комиссии, списке членов врачебной комиссии, перечне обсуждаемых вопросов, решении врачебной комиссии, как это предусмотрено положением о деятельности врачебной комиссии ОГБУЗ «Облнаркодиспансер», утвержденным приказом главного врача ОГБУЗ «Облнаркодиспансер» от ДД.ММ.ГГГГ №.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что процедура принятия оспариваемого решения соблюдена, учитывая помимо прочего, что врачебная комиссия создана в установленном законом порядке, заседание врачебной комиссии проведено в легитимном составе, комиссия за пределы предоставленных полномочий не вышла, решение принято всеми членами врачебной комиссии.

В рассматриваемом случае имел место факт самостоятельного обращения <...>. за оказанием медицинской помощи, и в соответствии с подпунктом 1 пункта 12 решение о прекращении его диспансерного наблюдения, при установленном диагнозе «синдром зависимости» может быть принято при подтвержденной стойкой ремиссии не менее двух лет.

Исследованная в судебном заседании медицинская документация не содержит сведений о том, что в течение двух лет, предшествующих рассмотрению данного вопроса на заседании врачебной комиссии имело место соблюдение административным истцом порядка диспансерного наблюдения.

Напротив, из нее усматривается, что в указанный период установленный режим посещения врача-психиатра-нарколога ФИО1 надлежащим образом не соблюдал, допускал пропуски обязательной ежемесячной явки к врачу-психиатру-наркологу, в связи с чем у врачебной комиссии в ДД.ММ.ГГГГ г. на основании исследованной медицинской документации отсутствовали основания для принятия решения о прекращении диспансерного наблюдения в связи с подтвержденной стойкой ремиссией, и имелись основания для принятия решения о продолжении диспансерного наблюдения.

Несоблюдение административным истцом режима диспансерного наблюдения не позволило административному ответчику с достоверностью сделать вывод о наличии у административного истца стойкой ремиссии в течение всего срока диспансерного наблюдения.

Те обстоятельства, что ранее в ДД.ММ.ГГГГ гг. ФИО1 устанавливалась ремиссия от 2 до 2,5 лет опровергнуть данные выводы не могут, поскольку целью диспансерного учета является наблюдение пациента в динамике, которое возможно лишь при строгом соблюдении установленного режима, чего в предшествующий заседанию врачебной комиссии период не имело места.

Приводимые стороной административного истца доводы о наличии оснований для снятия административного истца в диспансерного наблюдения еще в период ДД.ММ.ГГГГ гг., когда была установлена ремиссия от 2 до 2,5 лет, противоречат действовавшим в тот период времени законоположениям, поскольку приказом Минздрава СССР от 12.09.1988 № 704 сроки диспансерного учета для больных хроническим алкоголизмом устанавливались – 3 года, и в первоначальной редакции приказа №н, действовавшей ДД.ММ.ГГГГ г., был установлен единый срок диспансерного наблюдения – не менее трех лет для пациентов с диагнозом «<...>».

Допрошенный в судебном заседании свидетель <...>М. показал, что ФИО1 работал в его организации продолжительное время, является хорошим водителем с большим опытом и стажем. Оснований не доверять показаниям допрошенного свидетеля у суда не имеется.

Однако, показания свидетеля, ссылки административного истца на заключение по результатам экспериментально-психологического обследования от ДД.ММ.ГГГГ, положительные характеристики с места работы, справку-характеристику ст. УУП ОУУП и ПДН ОП-2 УМВД России по <адрес>, с учетом установленных по делу обстоятельства правового значения не имеют, поскольку никаким образом не могут подменить собой диспансерное наблюдение и свидетельствовать о достижении основной цели такового – наблюдения пациента в динамике.

Исследованной судом медицинской документаций, содержащей, помимо данных об эпизодическом посещении ФИО1 врача-психиатра-нарколога, заявления ФИО1 о выдаче ему копии амбулаторной карты от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ, опровергаются доводы административного истца, что о факте установления в отношении него диспансерного наблюдения он узнал лишь в ходе рассмотрения дела в Свердловском районному суде <адрес> по административному иску прокурора о прекращении действия права управления транспортными средствами.

С учетом изложенного не имеется оснований считать, что требования административного истца обусловлены необходимостью защиты и восстановления нарушенных прав ФИО1 Доказательства нарушения прав последнего оспариваемым решением не представлены, совокупность условий для удовлетворения административного иска отсутствует.

Руководствуясь статьями 175 – 180 КАС Российской Федерации, суд

решил:

в удовлетворении администратвиного иска ФИО1 (паспорт №) к ОГБУЗ «Облнаркодиспансер» (ИНН №) о признании незаконным решения, возложении обязанности отказать.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по административным делам Белгородского областного суда в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Свердловский районный суд <адрес>.

Судья Е.О. Пашкова

Мотивированный текст решения составлен ДД.ММ.ГГГГ