55RS0003-01-2025-005831-34

Дело № 2-4470/2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Ленинский районный суд г. Омска

в составе председательствующего судьи Авдеевой Л.В.

при секретаре судебного заседания Араловой А.Е.

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Омске 25 ноября 2025 года рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании договора дарения недействительным, применении последствий недействительности сделки,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился в суд с вышеназванным иском, в обоснование требований указав, что 08.02.2023 он заключил контракт о прохождении военной службы с Министерством обороны РФ, являлся участником специальной военной операции (СВО). 10.03.2023 во время выполнения задач специальной военной операции получил тяжелое увечье (посттравматическая нейропатия правого седалищного нерва с нижним грубым дистальным монопарезом. В период с 11.03.2023 по 19.04.2023 находился на лечении в госпитале в г. Воронеж, после чего лечение проходил в г.Омске. 24.04.2024 на основании приказа командира (по личному составу) от 02.02.2024 истец был исключен из списков личного состава войсковой части. По приезду в г.Омск, ответчик ФИО2 (бывшая супруга) предложила ему свою помощь по хозяйству. Так как у него не было своего жилья, ФИО2 настаивала на приобретении квартиры на денежные средства, полученные за ранение. 24.05.2023 ФИО2 сообщила о необходимости заключить договор купли-продажи квартиры. Приехав в офис, расположенный на ул. ххх в г.Омске, он узнал, что покупает квартиру по адресу: ххх за 2 450 000 рублей. Ранее квартиру он не осматривал, но поскольку стоимость устраивала, он согласился. После чего, по указанию ФИО2, он подписал какие-то документы. В день покупки квартиры его мучили головные боли и он пытался их заглушить алкоголем, помнит, что ФИО2 сказала ему, что 1 130 000 рублей он должен оплатить продавцу сразу при подписании договора, что он и сделал, остальную часть денег в сумме 1 320 000 рублей истец должен внести в Банк на погашение задолженности по кредиту за продавца. ФИО2 пояснила, что в последующем все документы будут в электронном виде. После покупки квартиры он переехал в приобретенное жилье. Из-за сильных головных болей после ранения, он стал злоупотреблять алкоголем и лекарствами. В конце лета 2024 года ФИО2 стала говорить ему о необходимости прописать в приобретенную квартиру их сына ФИО3. 24.09.2024 они вместе с ФИО2 поехали в офис, в тот момент он находился в состоянии алкогольного опьянения, ФИО2 давала ему какие-то документы, он их подписал, поскольку доверял ей и думал, что прописывает своего сына в квартиру. Летом 2025 года при оформлении инвалидности, ему необходимо было принести документы о праве собственности на квартиру, которых у него не оказалось и он обратился в МФЦ, где ему стало известно о том, что он не является собственником квартиры, расположенной по адресу: ххх, поскольку он подарил ее сыну ФИО3, а тот сразу после регистрации перехода права собственности, 24.09.2024 подарил квартиру матери - ФИО2. Кроме того, изначально квартира была приобретена им в совместную собственность с ФИО2. Считает, что он является единоличным собственником спорной квартиры, это его единственное жилье, он не намерен был заключать договор дарения квартиры. ФИО2 и ФИО3 фактически в спорную квартиру не вселялись. Просит признать договор дарения квартиры, расположенной по адресу: ххх, заключенный 24.09.2024 между ФИО1, ФИО2 и ФИО3 недействительным и применить последствия недействительности сделки; признать недействительным договор дарения квартиры, расположенной по адресу: ххх, заключенный 06.10.2024 между ФИО3 и ФИО2 и применить последствия недействительности сделки; вернуть стороны в первоначальное положение, передав в общую совместную собственность ФИО1 и ФИО2 квартиру, общей площадью 39,5 кв.м., расположенную по адресу: ххх.

Истец ФИО1 и его представитель ФИО4, действующая на основании ордера № от 24.09.2025, в судебном заседании поддержали заявленные требования в полном объеме, по основаниям, изложенным в иске, указав на отсутствие у истца намерения дарить квартиру, предполагал, что подписывает документы на прописку сына в квартире.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании исковые требования признала в полном объеме.

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом о месте и времени слушания дела.

Представитель третьего лица Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Омской области в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом о месте и времени судебного заседания.

Выслушав стороны, представителя истца, допросив свидетеля, изучив материалы дела, суд приходит к выводу об обоснованности заявленных требований.

Статьей 421 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что граждане и юридические лица свободны в заключении договора, условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

На основании положений ст. 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Согласно ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (Даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (Одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В соответствии с п. 3 ст. 574 ГК РФ договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

В силу ст. ст. 131, 223 ГК РФ право собственности у одаряемого возникает с момента такой регистрации.

Согласно ст. 166 ГПК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным данным Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии с п. 1 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия (п. 2 ст. 166 ГК РФ).

В силу положений п. 1 ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности, если: 1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; 2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; 3) сторона заблуждается в отношении природы сделки; 4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; 5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку (пункт 2 статьи 178).

Если сделка признана недействительной как совершенная под влиянием заблуждения, к ней применяются правила, предусмотренные статьей 167 настоящего Кодекса.

В Определении Конституционного Суда РФ от 22.04.2014 № 751-О разъяснено, что статья 178 ГК РФ как в редакции, действовавшей до вступления в силу Федерального закона от 7 мая 2013 года № 100-ФЗ, так и в ныне действующей редакции, устанавливающая ориентиры, которым должны следовать суды при определении того, являлось ли заблуждение, под влиянием которого была совершена сделка, настолько существенным, чтобы его рассматривать в качестве основания для признания сделки недействительной, а также последствия признания такой сделки недействительной, направлена на защиту прав лиц, чья действительная воля при совершении сделки была искажена.

Сделкой, совершенной под влиянием заблуждения признается сделка, в которой волеизъявление стороны не соответствует его подлинной воле на момент заключения сделки.

Для разрешения споров, связанных с оспариванием сделки по мотиву ее заключения под влиянием заблуждения (пункт 1 статьи 178 ГК РФ), юридически значимым является содержание волеизъявления лица относительно решения заключить ее, представление о ее участниках, предмете и иных существенных условиях, достоверность сведений, из которых сторона исходила при принятии решений, а также характер действий иных участников сделки, повлиявший на волеизъявление лица. Указанные обстоятельства устанавливаются судом с учетом условий ее заключения, поведения сторон, имевшейся у них информации, и иных обстоятельств возникновения спорных правоотношений в их совокупности.

В судебном заседании установлено, что 24.05.2023 ФИО3 и ФИО2 на основании договора купли-продажи приобрели в общую совместную собственность квартиру, расположенную по адресу: ххх (л.д. 16-18).

24.09.2024 между ФИО3, ФИО2 (Дарители) и ФИО3 (Одаряемый), заключен договор дарения, согласно которому Дарители подарили, а Одаряемый принял в дар квартиру, расположенную по адресу: ххх (л.д. 22-24).

06.10.2024 ФИО3 (Даритель) заключил договор дарения с ФИО2 (Одаряемая), согласно которому она приняла в дар квартиру, расположенную по адресу: ххх (л.д. 22-24).

Согласно выписке из Единого государственного реестра недвижимости от 31.10.2025, ФИО2 является собственником квартиры, площадью 39,5 кв.м., кадастровый №, расположенной по адресу: ххх.

Обращаясь с настоящим иском, ФИО1 ссылается на то, что при обращении в МФЦ для получения копий документов на принадлежащую истцу квартиру, он узнал, что квартира, расположенная по адресу: ххх принадлежит ФИО2.

При этом, ФИО1 не оспаривал свою подпись в договоре дарения от 24.09.2024. Заключая договор, он доверял ФИО2, полагал, что она не может ему навредить. Истцу условия сделки не зачитывали, в этот день он плохо себя чувствовал, ему дали только подписать бумаги, потом их забрали.

Допрошенная в ходе рассмотрения дела в качестве свидетеля ФИО5, являющаяся матерью истца, пояснила, что после возвращения ФИО1 из зоны проведения СВО, сын проживал с ней, злоупотреблял спиртным, к нему стала часто заходить бывшая супруга – ФИО2, они вместе куда – то уезжали, позже ей сообщили, что купили квартиру, куда позже переехал сын. Охарактеризовала ФИО1 как пьющего человека, который в состоянии алкогольного опьянения может подписать любой документ, а в тот период времени он употреблял спиртное каждый день. ФИО2 в последнее время все чаще стала ему говорить о том, что сдаст его в дом престарелых. При оформлении инвалидности, ему стало известно о том, что квартира ему не принадлежит.

Из материалов дела следует, что ФИО1 с 08.02.2023 проходил службу по контракту, что подтверждается выпиской из приказа командующего войсками Центрального военного округа по личному составу от 10.02.2023 № дсп (л.д. 32).

Согласно справке ФГУ КУ «416 Военный госпиталь» Министерства обороны РФ № от 18.04.2023 старший сержант ФИО1 в период прохождения военной службы по контракту в восковой части 21005, относящейся к Министерству обороны РФ, 10.03.2023 получил тяжелое увечье (ранение, травму, контузию), а именно: Посттравматическая нейропатия правового седалищного нерва с нижним грубым дистальным монопарезом, выраженными чувствительными нарушениями, после перенесенного слепого осколочного ранения правого бедра, сквозного осколочного ранения правой и левой ягодичной областей бедра, сквозного осколочного ранения правой и левой ягодичной областей (л.д. 35).

Как показал анализ имеющейся медицинской документации, у ФИО1 в связи с поставленным диагнозом наблюдался хронический болевой синдром, согласно краткому анамнезу, со слов истца он проживает один, много лет злоупотребляет алкоголем, периодически запои, находился в зоне СВО, после ранения у него возникают сильные головные боли.

В ходе рассмотрения дела установлено, что спорная квартира является единственным жильем ФИО1, на момент совершения сделки он проживала по указанному адресу, после заключения оспариваемой сделки ФИО1 продолжает проживать в спорной квартире.

В обоснование своих доводов истец ссылается на то, что при заключении оспариваемого договора дарения он заблуждался относительно природы совершаемой сделки. ФИО1 не осознавал, что отчуждает принадлежащую ему на праве собственности недвижимость, считал, что лишь дает согласие на регистрацию сына по месту жительства. Таким образом, его волеизъявление не соответствовало его действительной воле, поскольку у него не имелось намерения лишить себя права собственности на спорное недвижимое имущество. Кроме того, стороны сделки фактически не желали наступления правовых последствий. Подаренное истцом имущество фактически не выбывало из владения и пользования истца.

Из текста договора дарения не следует, что при заключении данной сделки истцу разъяснялось существо совершаемой сделки и последствия в виде прекращения права собственности ФИО1 на квартиру с момента регистрации сделки, нотариальных удостоверительных записей договор дарения спорной квартиры не содержит, следовательно, никто не разъяснял ФИО1 последствия заключаемого договора дарения и отличие от того результата данной сделки, который истец фактически имел в виду. Более того, факт такого разъяснения сторонам сделки и удостоверения понимания сторонами значения производимых действий и его правовых последствий, в силу норм действующего законодательства возложен на нотариуса, иные лица, в данном случае, сотрудник, принимающий на регистрацию сделки документы, такими полномочиями, позволяющими суду признавать преюдициальность факта надлежащего разъяснения стороне по сделке характер сделки, всего объема прав, обязанностей и правовых последствий сделки, не обладает.

Исходя из условий заключения оспариваемой сделки, наличия у истца заболеваний, принимая во внимание, что сделка заключена между близкими родственниками (отцом и сыном), имевших доверительные отношения, учитывая то обстоятельство, что ФИО1 не имел иного жилья, суд соглашается с доводами истца и его представителя о том, что ФИО1 имел неправильное представление о правовых последствиях заключаемого им договора, не предполагал, что лишится жилья, которое является его единственным местом жительства.

При рассмотрении дела судом также установлено, что истец, нуждаясь в уходе, доверял ФИО2 как бывшей супруге, однако не собирался отчуждать на условиях договора дарения единственное жилье, не имел намерений переезжать в другое место жительства, после совершения сделки дарения истец продолжил проживать в квартире, что также свидетельствует о том, что фактически передача дара по договору дарения не произошла.

Признаком договора дарения является односторонний характер обязательства. Одаряемый становится собственником имущества, не принимая на себя каких-либо обязанностей перед дарителем, который, в свою очередь, уступает право собственности одаряемому, не приобретая и не сохраняя какие-либо права на подаренное имущество.

Из оспариваемого договора дарения не следует, что за истцом после совершения сделки сохраняется право пользования жилым помещением. При таких обстоятельствах, судом установлено, что отчуждаемое жилое помещение для истца являлось единственным и заключение договора на таких условиях не могло соответствовать интересам истца.

При таких обстоятельствах, принимая во внимание признание иска ФИО2, а также установив, что ФИО1 на момент совершения сделки имел особенности психо-эмоционального состояния, физического и психического здоровья, заблуждался относительно природы совершаемой сделки, не имел намерения отчуждать принадлежащую ему на праве собственности квартиру, лишить себя прав на принадлежащее ему на праве собственности единственное жилое помещение, при этом, имущество фактически не выбывало из владения и пользования истца, тем самым, суд приходит к выводу о том, что воля на заключение договора дарения в отношении указанного имущества у истца отсутствовала, в связи с чем, полагает возможным признать договор дарения от 24.09.2024, заключенный между ФИО1, ФИО2 и ФИО3 недействительным, применив последствия недействительности сделки.

В соответствии с частями 1 и 2 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

С учетом собранных по делу доказательств, позиции ответчика, суд полагает, что также следует признать недействительным договор дарения от 06.10.2024 квартиры, расположенной по адресу: ххх, кадастровый №, заключенный между ФИО3 (даритель) и ФИО2 (одаряемый).

В этой связи подлежат применению последствия недействительности сделки дарения в виде возврата в общую совместную собственность ФИО1 и ФИО2 жилого помещения, расположенного по адресу: ххх.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 52 и 53 Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ N 10/22 от 29 апреля 2010 года "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", решение суда о признании сделки недействительной, которым применены последствия ее недействительности, является основанием для внесения записи в ЕГРП.

Соответственно, суд полагает необходимым также исключить запись № от 08.10.2024 07:34:52 о регистрации права собственности на квартиру, расположенную по адресу: ххх за ФИО2

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить.

Признать договор дарения квартиры, расположенной по адресу: ххх, кадастровый №, общей площадью 39,5 кв.м., заключенный 24.09.2024 между ФИО1, ФИО2 и ФИО3, зарегистрированный в реестре за № от 26.09.2024, недействительным.

Признать договор дарения от 06.10.2024 квартиры, расположенной по адресу: ххх, кадастровый №, общей площадью 39,5 кв.м., заключенный между ФИО3 и ФИО2, зарегистрированный в реестре за № от 08.10.2024, недействительным.

Исключить из единого государственного реестра недвижимости запись № от 08.10.2024 о государственной регистрации права собственности ФИО2 на объект недвижимости – жилое помещение (квартиру) с кадастровым номером №, расположенное по адресу: ххх.

Применить последствия недействительности сделки, возвратив квартиру, расположенную по адресу: ххх, кадастровый №, общей площадью 39,5 кв.м., в общую совместную собственность ФИО1, ххх года рождения, паспорт ххх и ФИО2, ххх года рождения, паспорт ххх.

Решение может быть обжаловано в Омский областной суд через Ленинский районный суд г. Омска в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Судья Л.В. Авдеева

Мотивированный текст решения суда изготовлен 09 декабря 2025 года.