Судья Дуванова Н.В. № 22-5898/2023

УИД 50RS0007-01-2020-002415-27

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Красногорск Московской области 26 сентября 2023 года

Судебная коллегия по уголовным делам Московского областного суда в составе председательствующего судьи Алябушевой М.В.,

судей Тришевой Ю.С., Ляхович М.Б.,

с участием прокурора апелляционного отдела уголовно-судебного управления прокуратуры Московской области Проскуриной О.О.,

защитника Кураева А.М.,

адвоката Цахилова Б.И. в защиту осужденной ФИО1, назначенного в порядке ст. 51 УПК РФ,

при ведении протокола судебного заседания и аудиопротоколирования помощником судьи Столяровой В.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы осужденной ФИО1 и ее защитника Кураева А.М. на приговор Домодедовского городского суда Московской области от 07 июня 2021 года, которым

ФИО1, <данные изъяты> года рождения, уроженка <данные изъяты>, <данные изъяты>,

осуждена по ч. 3 ст. 159.2 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы, с применением ст. 73 УК РФ условно, с испытательным сроком 2 года, с возложением обязанностей: не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за условно осужденными, являться на регистрацию в этот орган в установленные дни 1 раз в месяц.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении отменена по вступлении приговора в законную силу.

Взыскано с ФИО1 в пользу <данные изъяты> в счет возмещения материального ущерба 366 150 рублей 54 копейки.

Разрешен вопрос о судьбе вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Алябушевой М.В., выступление защитника Кураева А.М., адвоката Цахилова Б.И. в защиту осужденной ФИО1 об отмене приговора по доводам апелляционных жалоб, мнение прокурора Проскуриной О.О. об оставлении приговора без изменения, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 признана виновной в совершении мошенничества при получении выплат, т.е. хищения денежных средств при получении компенсаций, установленных иными нормативно правовыми актами, путем представления заведомо ложных и недостоверных сведений, в крупном размере, при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 виновной себя не признала.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней осужденная ФИО1 просит отменить приговор, направив дело на новое рассмотрение. Считает, что постановления в качестве обвиняемого от <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты> содержат различные формулировки и нестыковки в части объема обвинения, которые противоречат окончательному обвинительному заключению. Приводя фабулу обвинительного заключения, считает неустановленным время, состав преступной группы и место совершения преступления, а потому обвинительное заключение не соответствует требованиям ст. 220 УПК РФ, что препятствует рассмотрению дела судом. Кроме того, считает, что основанием для возвращения уголовного дела прокурору является и факт неотмененного постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от <данные изъяты> по материалу проверки по заявлению ФИО3 №2 по факту невыплаты ФИО2 денежных средств в размере 360 000 рублей за проживание в квартире, т.е. по тем же обстоятельствам, что и материалах настоящего уголовного дела. Анализируя состав преступления, предусмотренный ст. 159.2 УК РФ, считает, что оплата аренды жилья для медицинского работника относится к выплатам компенсационного характера и является стимулирующей выплатой. Приводя постановление <данные изъяты> от <данные изъяты> <данные изъяты> «Об утверждении Порядка предоставления частичной компенсации расходов по арендной плате за жилое помещение медицинским работникам государственных учреждений здравоохранения, расположенных на территории г.о<данные изъяты>», считает, что органом предварительного расследования не выявлен состав преступления, поскольку правовая природа указанные выплаты не признаются предметом преступления, предусмотренного ст. 159.2 УК РФ, т.к. не являются социальными выплатами. Указывает, что ею исполнены все обязательства, связанные с условиями передачи ей имущества. Тогда как потерпевшими могут быть органы исполнительной власти, учреждения или организации, предоставившие социальные выплаты. Ей вменено предоставление заведомо ложных сведений об оплате аренды жилого помещения, повлекшие получение ежемесячных компенсационных выплат за период проживания в квартире с <данные изъяты> по <данные изъяты> с незаконным получением из бюджета денежных средств. Указывает, что расписки и договоры повторяются, некоторые документы вообще не имеют отношения к преступлению. Считает, что совершение каждого из вмененных ей преступлений единым умыслом не охватывалось, следовательно, преступление не может быть квалифицировано, как единое продолжаемое. Не доказано совершение преступление совместно с иными лицами – сожителем ФИО3 №2 и его матерью ФИО3 №3 Обвинение в этой части противоречиво. Считает противоречивыми выводы заключения отдела по <данные изъяты> эксперта ФИО4, которое опровергается заключением специалиста АНО ЭКЦ «Судебная экспертиза» от <данные изъяты>. С учетом того, что возникли сомнения в обоснованности заключения, проведенного следствием и наличием противоречий, считает, что необходимо назначить повторную экспертизу. Ссылаясь на постановление Пленума ВС РФ <данные изъяты> от <данные изъяты> «О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу», считает, что судом необоснованно удовлетворен гражданский иск. Приводя позицию Конституционного Суда РФ, полагает, что нарушены ее права на защиту, поскольку судом был назначен адвокат Лазарева Ю.Э. в то время как в удовлетворении неоднократных ходатайств о допуске к участию в судебном заседании в качестве защитника ее супруга Кураева А.М. необоснованно отказано. Вместе с тем, постановлением суда от <данные изъяты> было отказано в удовлетворении заявления адвоката Лазаревой Ю.Э. о самоотводе.

В дополнениях к апелляционной жалобе осужденной ФИО1 защитник Кураев А.М. просит отменить приговор, как незаконный и необоснованный, направив уголовное дело на новое рассмотрение, либо возвратить прокурору, приводя доводы, аналогичные доводам апелляционных жалоб ФИО1 А также настаивает на отмене постановлений суда первой инстанции об отказе: в допуске его в качестве защитника ФИО1, о возвращении уголовного дела прокурору, о назначении предварительного слушания по уголовному делу, о вызове свидетеля ФИО3 №4, об исключении доказательств – заключения эксперта <данные изъяты>, договора аренды квартиры от <данные изъяты>, о назначении повторной почерковедческой и бухгалтерской экспертиз, о прекращении уголовного дела, о самоотводе адвоката. Приводя предъявленное ФИО1 обвинение и п.п. 5, 5.1 постановления Пленума ВС РФ от <данные изъяты> «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате», указывает, что при хищении безналичных денежных средств преступление считается оконченным с момента изъятия денежных средств с банковского счета владельца, а местом окончания мошенничества – местонахождения подразделения банка, в котором владельцем открыт банковский счет. Однако в обвинении не приведены реквизиты банковского счета и месторасположения банка, что порождает неопределенность. Также в обвинении указан общий период времени, в течение которого совершалось хищение, не разбито когда и какие суммы перечислялись на банковский счет Кураевой. Полагает, что у суда имелись основания для возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб и дополнений к ним, выслушав мнение участников процесса, судебная коллегия приходит к следующему выводу.

Судом приняты все предусмотренные законом меры для всестороннего, полного и объективного исследования обстоятельств дела.

Обвинительный приговор соответствует требованиям ст.ст. 302, 304, 307, 308 УПК РФ, в нем указаны обстоятельства, установленные судом, дан анализ доказательств, обосновывающих вывод о виновности ФИО1, мотивированы выводы суда относительно вида и размера назначенного осужденной наказания.

Из протокола судебного заседания следует, что судебное следствие проведено в соответствии с требованиями ст.ст. 273 - 291 УПК РФ.

В судебном заседании исследованы все существенные для исхода дела доказательства, представленные сторонами, разрешены все заявленные участниками процесса ходатайства, в том числе о допуске Кураева А.М. в качестве защитника ФИО1, о возвращении уголовного дела прокурору, о назначении предварительного слушания по уголовному делу, о вызове свидетеля ФИО3 №4, об исключении доказательств – заключения эксперта <данные изъяты>, договора аренды квартиры от <данные изъяты>, о назначении повторных почерковедческой и бухгалтерской экспертиз, о прекращении уголовного дела, о самоотводе адвоката и другие, которые были рассмотрены судом в полном соответствии с требованиями ст.ст. 121, 122, 271 УПК РФ, по каждому из них судом вынесены соответствующие постановления с соблюдением требований ст. 256 УПК РФ, в которых приведены надлежащие мотивировки принятых решений: с учетом, представленных по делу доказательств, наличия либо отсутствия реальной необходимости и возможности в производстве заявленных процессуальных действий с целью правильного разрешения дела и с учетом положений ст. 252 УПК РФ, и не выходят за рамки судебного усмотрения, применительно к нормам ст.ст. 7, 17 УПК РФ.

Вопреки доводам защиты, в судебном заседании было обеспечено равенство прав сторон, которым суд, сохраняя объективность и беспристрастность, создал необходимые условия для всестороннего и полного исследования обстоятельств дела.

Нарушений принципа состязательности сторон, предусмотренных положениями ст. 15 УПК РФ, необоснованных отказов в исследовании доказательств, которые могли иметь существенное значение для исхода дела, нарушений процессуальных прав участников, повлиявших или могущих повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, по делу не допущено.

Доводы апелляционных жалоб о нарушении прав сторон на справедливое судебное разбирательство ввиду формального отношения при рассмотрении уголовного дела, судебная коллегия считает несостоятельными. Так, приговор соответствует требованиям уголовно-процессуального закона, свои выводы суд сделал на основании исследованных в ходе судебного следствия доказательств, в пределах требований ст. 252 УПК РФ. При этом, приговор содержит не только перечень доказательств, на которых основаны выводы суда в отношении осужденной ФИО1, но и результаты их оценки, в том числе мотивы, по которым суд признал достоверными одни доказательства и отверг другие.

Неудовлетворенность той либо иной стороны по делу принятым судом решением по вопросам, возникающим в ходе разбирательства дела, не является поводом для уличения суда в предвзятости и необъективности. Законный и мотивированный отказ в удовлетворении ряда ходатайств не свидетельствует об обвинительном уклоне суда и о нарушении права ФИО1 на защиту.

Все доказательства, представленные суду, как со стороны защиты, так и со стороны обвинения, которые были достаточны для постановления в отношении ФИО1 обвинительного приговора, исследованы и приняты во внимание при постановлении приговора.

Материалы дела, как на предварительном следствии, так и в судебном заседании, исследованы с достаточной полнотой и в дополнительной проверке не нуждаются.

Судом в соответствии с требованиями УПК РФ правильно и достаточно полно установлены фактические обстоятельства дела, при которых ФИО1 совершила установленное преступление, и обоснованно постановлен обвинительный приговор.

Доводы апелляционных жалоб о невсесторонности рассмотрения уголовного дела, о том, что установленные судом фактические обстоятельства не подтверждаются собранными по делу доказательствами, о необоснованности привлечения ФИО1 к уголовной ответственности за совершение мошенничества при получении выплат, т.е. хищения денежных средств при получении компенсаций, установленных иными нормативно правовыми актами, путем представления заведомо ложных и недостоверных сведений, в крупном размере, не подлежат удовлетворению, поскольку выводы суда первой инстанции о виновности осужденной подтверждаются доказательствами, непосредственно и объективно исследованными в судебном заседании, проверенными и оцененными в соответствии с требованиями ст.ст. 87, 88 УПК РФ, в том числе:

- показаниями самой ФИО1 об обстоятельствах предоставления в администрацию договора аренды жилого помещения для получения компенсации за наем жилого помещения; заключения договора о предоставлении компенсации расходов по аренде жилого помещения, в рамках которого она на свою банковскую карту от <данные изъяты> ежемесячно получала компенсационные выплаты в размере 20000 рублей;

- показаниями представителя потерпевшего ФИО5 об обстоятельствах заключения между <данные изъяты> в <данные изъяты> ФИО1 договора о предоставлении частичной компенсации расходов на оплату аренды (найма) жилого помещения, предоставления в администрацию расписок о фактических тратах на аренду жилого помещения ФИО1, выплаты денежных средств, которые переводились на расчетный счет. Всего перечислено денежных средств в счет компенсации за аренду жилого помещения по адресу: <данные изъяты> за период с октября 2017 года по июнь 2019 года на общую сумму 366 150 рублей 54 копейки;

- показаниями свидетеля ФИО3 №2 об обстоятельствах совместного проживания с ФИО1 с 2018 года, в ходе которого договоров на аренду жилого помещения ни он, ни его мать с ФИО1 (ФИО2) не заключали, расписок о получении денежных средств за аренду жилого помещения не заполняли; они с ФИО1 вели совместный бюджет; в июне 2019 отношения разладились и ФИО1 съехала с его квартиры;

- показаниями свидетеля ФИО3 №3 о том, что у нее в собственности находится квартира, расположенная по адресу: <данные изъяты>; ее сын ФИО3 №2 сожительствовал с Кураевой (<данные изъяты> вели совместное хозяйство; договоров на аренду жилого помещения она с Кураевой (<данные изъяты>. не заключала, расписок о получении от ФИО1 денежных средств в счет оплаты аренды жилого помещения не писала; денежных средств за аренду жилого помещения она от ФИО1 не получала;

- показаниями свидетеля ФИО3 №1 об обстоятельствах проведения платежей в качестве компенсации за аренду жилого помещения по договору с <данные изъяты> ФИО1 о предоставлении частичной компенсации расходов на оплату аренды (найма) жилого помещения по договору аренды жилого помещения с ФИО3 №3;

- заключением эксперта <данные изъяты> от <данные изъяты>, согласно которому подписи, выполненные от имени ФИО6, которые расположены в договоре <данные изъяты> от <данные изъяты>, договоре <данные изъяты> от <данные изъяты> в договоре аренды квартиры от <данные изъяты> и расписках от <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты> вероятно выполнены одним лицом ФИО6 ; записи, которые расположены в договоре <данные изъяты> от <данные изъяты>, договоре аренды квартиры от <данные изъяты>, кроме текста «МО <данные изъяты> село Ям, <данные изъяты>» в расписках от <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты> выполнены Кураевой (<данные изъяты> Подписи, выполненные от имени ФИО3 №3, которые расположены в договоре аренды квартиры от <данные изъяты> и расписках от <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты> вероятно выполнены одним лицом; разрешить вопрос кем выполнены подписи от имени ФИО3 №3 – ФИО3 №3, ФИО3 №2 или ФИО1 не представилось возможным в виду наличия как совпадений так и различий частных признаков и малого объема содержащейся подписях графической информации.

Подписи от имени Кураевой (<данные изъяты>. в договоре <данные изъяты> о предоставлении частичной компенсации расходов на оплату аренды (найма) жилого помещения от <данные изъяты> и в расписке от <данные изъяты> по факту оплаты за аренду жилого помещения с <данные изъяты> по <данные изъяты> вероятно выполнены одним лицом. Подписи от имени ФИО3 №3 в договоре аренды квартиры от 08.0.2017 и в расписке от <данные изъяты> по факту оплаты аренды жилого помещения с <данные изъяты> по <данные изъяты> вероятно выполнены одним лицом. Записи, которые расположены в договоре <данные изъяты> о предоставлении частичной компенсации расходов на оплату аренды (найма) жилого помещения от <данные изъяты>, договоре аренды квартиры от <данные изъяты>, и в расписке от <данные изъяты> по факту оплаты за аренду жилого помещения с <данные изъяты> по <данные изъяты>, и запись «МО <данные изъяты> село Ям <данные изъяты>», которая расположена в договоре аренды квартиры от <данные изъяты> выполнены одним лицом. Разрешить вопрос кем ФИО1, ФИО3 №3 или ФИО3 №2 выполнены указанные подписи и записи не представилось возможным;

- выписками о движении денежных средств по счету <данные изъяты> и <данные изъяты>, открытые в <данные изъяты>» за период времени с <данные изъяты> по <данные изъяты>, согласно которым на счета ФИО1 в период с февраля 2018 по июнь 2019 года поступили денежные средства в счет компенсации расходов по оплате жилого помещения за период с декабря 2017 г. по июнь 2019 г. на общую сумму 346 150 рублей 54 копейки;

- приказом о приеме работника на работу от <данные изъяты>, согласно которому ФИО2 принята на работу в терапевтическое отделение <данные изъяты> городской поликлиники на должность врач-терапевт участковый;

- договором <данные изъяты> от <данные изъяты> и <данные изъяты> от <данные изъяты> о предоставлении частичной компенсации расходов на оплату аренды (найма) жилого помещения;

- договором аренды квартиры между арендодателем ФИО3 №3 и арендатором ФИО2;

- договором <данные изъяты> от <данные изъяты> о предоставлении частичной компенсации расходов на оплату аренды (найма) жилого помещения;

- договором аренды квартиры арендодателями ФИО3 №3 и ФИО3 №2 с арендатором ФИО2;

- расписками о получении денежных средств в качестве оплаты за аренду жилого помещения, расположенного по адресу: <данные изъяты>

- заявлением ФИО2 от <данные изъяты> в <данные изъяты> согласно которому последняя оповещает об отказе от получения компенсации расходов за наем жилого помещения с <данные изъяты> в связи с приобретением в собственность жилья;

- заявлением ФИО2 о предоставлении компенсации расходов на оплату аренды жилья на расчетный счет <данные изъяты> в <данные изъяты>

- платежными поручениями за период с февраля 2018 года по июль 2019 года, согласно которым Кураевой (<данные изъяты> Т.Ш. были перечислены денежные средства в счет компенсации расходов по оплате жилого помещения за период с октября 2017 года по июнь 2019 года в размере 366 150 рублей 54 копейки;

- выписками по счетам ФИО1, из которых следует что в период с 2018 г. по июль 2019 г. на ее счет зачислялись денежные средства, суммы которых соответствуют платежным поручениям с февраля 2018 по июль 2019;

и другими доказательствами, изложенными в приговоре.

Все доказательства, положенные в основу обвинительного приговора, собраны с соблюдением требований ст.ст. 74 и 86 УПК РФ и сомнений в их достоверности не имеется.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, всем доказательствам судом дана надлежащая оценка в соответствии с требованиями ст.ст. 17, 88 УПК РФ с точки зрения их достоверности, относимости, допустимости, а в совокупности - достаточности для разрешения уголовного дела.

При этом, суд не ограничился только указанием на доказательства, но и дал им надлежащую оценку, мотивировав свои выводы о предпочтении одних доказательств перед другими. Анализ, положенных в основу приговора доказательств, а равно их оценка, подробно изложены судом в приговоре.

У суда не было оснований сомневаться в достоверности показаний допрошенных как в суде, так и на предварительном следствии лиц, поскольку они являются подробными, последовательными, логичными, существенных противоречий не содержат, согласуются не только между собой, но и подтверждаются другими доказательствами, исследованными в судебном заседании и приведенными в приговоре.

Показания допрошенных по делу лиц, приведенные в приговоре, были тщательно проверены судом, им дана надлежащая оценка, как в отдельности, так и в совокупности с другими доказательствами, оценка их показаний соответствует требованиям Главы 11 УПК РФ и оснований не согласиться с ней, судебная коллегия не усматривает.

Существенных противоречий в показаниях представителя потерпевшего, свидетелей, свидетельствующих об их необъективности, а равно данных об их заинтересованности в исходе дела, либо оговоре осужденной, судом не установлено.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, проведенные по делу почерковедческие, технические и землеустроительная экспертизы соответствуют требованиями закона, обоснованность проверялась в судебном заседании, каких-либо нарушений, которые влекли бы признание заключений экспертов недопустимыми доказательствами не выявлено, в связи с чем, суд правильно использовал их для установления обстоятельств, указанных в ст. 73 УПК РФ.

Оснований не доверять заключению почерковедческой экспертизы и сомневаться в правильности сделанных экспертом выводов, судебная коллегия не усматривает, поскольку заключение соответствует требованиям ст. 204 УПК РФ, научность, обоснованность и компетентность эксперта проверялась в судебном заседании, каких-либо нарушений, которые влекли бы признание заключения недопустимым доказательством, не выявлено. Нарушений процессуальных прав участников судопроизводства при назначении и производстве указанной судебной экспертизы, которые повлияли или могли повлиять на содержание выводов эксперта, не допущено, все документы, направленные эксперту на исследование, были изъяты в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. Выводы эксперта основаны на представленных материалах, которые были достаточны. Каких-либо неясностей либо противоречий в выводах не установлено, заключение не вызвало у суда первой инстанции новых вопросов в отношении ранее исследованных обстоятельств уголовного дела и сомнений в обоснованности, а также неясностей и противоречий не содержит, а результаты исследований согласуются с показаниями допрошенных лиц. В связи с чем, у суда не имелось оснований для назначения дополнительной либо повторной экспертизы, поскольку исследованные доказательства явились достаточными для постановления приговора.

Вопреки доводам жалоб, представленное стороной защиты заключение специалиста АНО ЭКЦ «Судебная экспертиза» не опровергают выводов, изложенных в заключении почерковедческой экспертизы. И кроме того, заключение специалиста не может являться надлежащим доказательством, поскольку получено с нарушением норм УПК РФ, на основании запроса стороны защиты, без предупреждения специалиста об уголовной ответственности, по сути носит вероятностный характер, а для проведения исследования специалист использовал копии договоров и расписок. Содержание заключения противоречит собранным по делу доказательствам. При таких обстоятельствах, оснований для назначения повторной или дополнительной экспертизы, как об этом поставлен вопрос в апелляционных жалобах, судом первой инстанции не установлено, и таковых не находит и судебная коллегия.

Доводы апелляционных жалоб о нарушении права ФИО1 на защиту в связи с назначением ей адвоката в порядке ст.ст. 50, 51 УПК РФ и неоднократными отказами в допуске супруга Кураева А.М. в качестве защитника, а также в связи с отказом в удовлетворении ходатайства о самоотводе адвоката Лазаревой Ю.Э., не подлежат удовлетворению.

В удовлетворении ходатайства о допуске в качестве защитника наряду с адвокатом Кураева А.М. (супруга осужденной) судом было отказано на том основании, что статус адвоката Кураева А.М. приостанавливался, отсутствовали доказательства, подтверждающие осуществление защиты в уголовном судопроизводстве, а потому он не сможет осуществлять защиту ФИО1 Кроме того, судебная коллегия учитывает, что допуск лиц в качестве защитников к участию в деле в силу ч. 4 ст. 49 УПК РФ является правом, а не обязанностью суда. ФИО1 была обеспечена услугами профессионального адвоката. В удовлетворении ходатайства адвоката Лазаревой Ю.Э. о самоотводе обоснованно отклонено в связи с отсутствием оснований, предусмотренных ст. 72 УПК РФ. При таких обстоятельствах, судебная коллегия не находит оснований полагать, что осуществление защиты ФИО1 происходило в суде первой инстанции недолжным образом, и право подсудимой на защиту было нарушено.

Всесторонне, полно и объективно исследовав обстоятельства дела, проверив доказательства, сопоставив их друг с другом, и оценив в совокупности, суд пришел к обоснованному выводу об их достаточности для разрешения дела, признав ФИО1 виновной.

При этом, противоречий в выводах суда относительно виновности ФИО1, равно как и в установленных обстоятельствах дела, судом не допущено.

Нарушений уголовно-процессуального закона при исследовании и оценке доказательств не допущено. Все обстоятельства, подлежащие доказыванию согласно ст. 73 УПК РФ, судом установлены. Оснований сомневаться в правильности установленных обстоятельств и оценки, данной судом первой инстанции, представленным по делу доказательствам, у судебной коллегии не имеется.

Тот факт, что эта оценка не совпадает с позицией защиты, не свидетельствует о нарушении судом требований ст. 88 УПК РФ. Тогда как несогласие осужденной и защиты с этой оценкой, равно как и доводы, направленные на переоценку исследованных в ходе судебного заседания доказательств, не свидетельствует о незаконности или необоснованности приговора суда.

Все версии осужденной ФИО1, выдвинутые в суде первой инстанции, являлись предметом тщательной проверки и исследования суда, и мотивированно были отвергнуты судом первой инстанции, как не нашедшие своего подтверждения, противоречащие совокупности доказательств, уличающих ФИО1 в совершении установленного преступления, по мотивам, изложенным в приговоре суда.

Судебная коллегия, проверив аналогичные доводы, также приходит к выводу о том, что они являются несостоятельными и полностью опровергаются исследованными судом и изложенными в приговоре достоверными и допустимыми доказательствами, которые не содержат существенных противоречий и согласуются между собой. Оснований не согласиться с подобным выводом суда первой инстанции, судебная коллегия не усматривает.

Судебной коллегией не установлено таких нарушений уголовно-процессуального закона в ходе следствия и при рассмотрении дела судом, которые ставили бы под сомнение законность возбуждения, расследования дела, передачу его на стадию судопроизводства и в дальнейшем - саму процедуру судебного разбирательства.

Возбуждение уголовного дела <данные изъяты> и предъявление первоначального обвинения ФИО1 <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты> не противоречит требованиям уголовно-процессуального закона. Окончательное постановление о привлечении ФИО1 в качестве обвиняемой от <данные изъяты> соответствует требованиям ч. 2 ст. 171 УПК РФ и обвинительному заключению, составленному в соответствии с требованиями ст. 220 УПК РФ.

Доводы жалоб о неустановлении состава преступной группы, не подлежат удовлетворению, поскольку ст. 252 УПК РФ установлены пределы судебного разбирательства, которое проводится только в отношении обвиняемого и по предъявленному обвинению. Тогда как описание в жалобах действий свидетелей М-ных не влияет на квалификацию действий ФИО1

Оснований для проведения каких-либо иных процессуальных и следственных действий, о которых ставится вопрос в апелляционных жалобах, у суда не имелось в связи с наличием совокупности собранных доказательств, бесспорно подтверждающих виновность ФИО1 в совершении установленного преступления. Тогда как права осужденной на представление доказательств не были ограничены.

Оснований для возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ судебная коллегия не усматривает.

Ссылка в жалобах на наличие неотмененного постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от <данные изъяты> по материалу проверки по заявлению ФИО3 №2 по факту невыплаты ФИО2 денежных средств в размере 360 000 рублей за проживание в квартире, ни коим образом не свидетельствует о незаконности приговора и порочности обвинительного заключения. Как следует из постановления от <данные изъяты> отказ в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО2 имел место по ст. 159 УК РФ, т.е. по иным основаниям и иному более тяжкому составу преступления, что не исключает виновности ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159.2 УК РФ. Кроме того, следует отметить, что настоящее уголовное дело в отношении ФИО6 по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159.2 УК РФ было возбуждено позднее <данные изъяты>.

Доводы жалоб о необоснованности признания ФИО1 виновной в совершении установленного преступления, судебная коллегия находит не подлежащими удовлетворению, опровергающимися совокупностью доказательств, приведенных в приговоре.

Из установленных обстоятельств следует, что ФИО1, являясь врачом-терапевтом терапевтического отделения <данные изъяты> и фактически безвозмездно проживая по адресу: <данные изъяты> совместно с сожителем – ФИО3 №2 и его матерью ФИО3 №3 и не намереваясь оплачивать аренду (найм) вышеуказанного жилого помещения, в период времени с <данные изъяты> по <данные изъяты> заключила договоры с <данные изъяты> о предоставлении частичной компенсации расходов на оплату аренды (найма) жилого помещения и предоставила фиктивные договоры аренды квартиры. Таким образом, ФИО1 представила заведомо ложные сведения об оплате аренды жилого помещения, повлекшие получение ежемесячных компенсационных выплат за период проживания в вышеуказанной квартире с <данные изъяты> по <данные изъяты>, незаконно получив с расчетного счета бюджета <данные изъяты> на свои счета денежные средства несколькими платежами на общую сумму 366 150,54 рублей.

Следует признать, что тщательный анализ и основанная на законе оценка исследованных доказательств в их совокупности позволили суду правильно установить фактические обстоятельства дела, при которых ФИО1 совершила мошенничество при получении выплат, т.е. хищение денежных средств при получении компенсаций, установленных иными нормативно правовыми актами, путем представления заведомо ложных и недостоверных сведений, в крупном размере, а ее действия правильно квалифицированы по ч. 3 ст. 159.2 УК РФ.

Доводы жалоб о том, что полученные выплаты не являются социальными, а потому отсутствует предмет преступления, предусмотренный ст. 159.2 УК РФ, не подлежат удовлетворению, поскольку не основаны на законе.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в 15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.11.2017 № 48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате» по статье 159.2 УК РФ квалифицируется такое хищение денежных средств или иного имущества в форме мошенничества, которое связано с незаконным получением социальных выплат, а именно установленных федеральными законами, законами субъектов Российской Федерации, нормативными правовыми актами федеральных органов исполнительной власти, нормативными правовыми актами органов местного самоуправления выплат гражданам, нуждающимся в социальной поддержке.

Для целей статьи 159.2 УК РФ к социальным выплатам, в частности, относятся пособие по безработице, компенсации на питание, на оздоровление, субсидии для приобретения или строительства жилого помещения, на оплату жилого помещения и коммунальных услуг, средства материнского (семейного) капитала, а также предоставление лекарственных средств, технических средств реабилитации (протезов, инвалидных колясок и т.п.), специального транспорта, путевок, продуктов питания.

Не относятся к социальным выплатам по смыслу статьи 159.2 УК РФ гранты, стипендии, предоставляемые физическим лицам и организациям в целях поддержки науки, образования, культуры и искусства, субсидии на поддержку сельскохозяйственных товаропроизводителей, на поддержку малого и среднего предпринимательства. Мошенничество при получении указанных выплат квалифицируется по статье 159 УК РФ.

Согласно Порядка предоставления частичной компенсации расходов на оплату аренды (найма) жилого помещения медицинским работникам государственных учреждений здравоохранения, расположенных на территории <данные изъяты>, утвержденному постановлением <данные изъяты> <данные изъяты> <данные изъяты> частичное возмещение медицинскому работнику затрат на оплату аренды (найма) жилого помещения по договору аренды (найма) жилого помещения осуществляется в рамках реализации муниципальной программы <данные изъяты> на 2017-2021 годы», утвержденной постановлением <данные изъяты>. от <данные изъяты> <данные изъяты>.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что полученные ФИО1 выплаты выступают в качестве мер социального характера.

Доводы жалоб о том, что вмененное преступление не может быть квалифицировано, как единое, являются несостоятельными, опровергающимися как содержанием предъявленного обвинения, так и совокупностью собранных по делу доказательств.

В то время как вопреки доводам жалоб, совершение преступления совместно с иными лицами – сожителем ФИО3 №2 и его матерью ФИО3 №3, ФИО1 не вменялось.

Нельзя согласиться с доводами жалоб о том, не определено место окончания мошенничества в связи с неуказанием в обвинении реквизитов банковского счета и месторасположения банка, в котором открыт счет владельца, поскольку хищение безналичных денежных средств считается оконченным с момента изъятия денежных средств. В соответствии с п. 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 48 от 30.11.2017 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате» местом совершения мошенничества, состоящего в хищении безналичных денежных средств, исходя из особенностей предмета и способа данного преступления, является, как правило, место совершения лицом действий, связанных с обманом или злоупотреблением доверием и направленных на незаконное изъятие денежных средств. С учетом того, что способом совершения мошенничества явилось предоставление ФИО1 ложных и недостоверных сведений в администрацию г.о. Домодедово, нарушений правил подсудности рассмотрения уголовного дела не допущено, равно как и нарушений прав ФИО1 на защиту.

Наказание назначено ФИО1 в пределах санкции соответствующей статьи УК РФ, по правилам ст.ст. 4, 6, 7, 43, 60, 61 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, личности осужденной, положительных характеристик, возраста и состояния здоровья; смягчающих наказание обстоятельств – наличия на иждивении несовершеннолетнего ребенка, частичного признания вины, отсутствия судимостей, привлечения впервые к уголовной ответственности; отсутствия отягчающих наказание обстоятельств; влияния назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи.

Иных, смягчающих наказание обстоятельств, кроме установленных судом первой инстанции, судебная коллегия не усматривает.

Все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, были известны суду первой инстанции и учтены при назначении ФИО1 наказания, которое является справедливым, соответствующим общественной опасности содеянного и личности виновной, а также закрепленным в уголовном законе принципам гуманизма и справедливости и полностью отвечающим задачам исправления осужденной и предупреждения совершения новых преступлений.

Судом первой инстанции не установлены исключительные обстоятельства, связанные с целями и мотивами преступления, ролью виновной, ее поведением во время или после совершения преступления, и другие обстоятельства, существенно уменьшающие степень общественной опасности преступления, в связи с чем, не установлено оснований для применения ст. 64 УК РФ и назначения наказания ниже низшего предела, таковых не находит и судебная коллегия.

При этом, с учетом фактических обстоятельств и степени общественной опасности преступления суд обоснованно не усмотрел оснований для применения ч. 6 ст. 15 УК РФ, назначив наказание в виде лишения свободы с применением ст. 73 УК РФ, с чем соглашается и судебная коллегия. Выводы суда о возможности достижения целей наказания без изоляции ФИО1 от общества в приговоре мотивированы.

Гражданский иск о возмещении материального ущерба, причиненного преступлением, разрешен в соответствии с требованиями закона, оснований для отмены либо изменения судебного решения в части разрешения гражданского иска не имеется.

Каких-либо нарушений требований уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на постановление законного и обоснованного приговора, влекущих его безусловную отмену, судебная коллегия не усматривает.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Приговор Домодедовского городского суда Московской области от 7 июня 2021 года в отношении ФИО1 изменить.

Устранить техническую описку, допущенную в приговоре в отчестве осужденной, указав отчество Ш. вместо Шамильевна.

В остальном приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденной ФИО1 и ее защитника Кураева А.М. - без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в течение 6 месяцев со дня вступления приговора в законную силу путем подачи кассационной жалобы, адресованной в Первый кассационный суд общей юрисдикции, через суд, постановивший приговор. Пропущенный по уважительной причине, срок кассационного обжалования, может быть восстановлен судьей суда первой инстанции по ходатайству лица, подавшего кассационную жалобу. Осужденная вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий Алябушева М.В.

Судьи Тришева Ю.С.

Ляхович М.Б.