55RS0007-01-2024-005408-08
Дело № 2-46/2025 (2-3760/2024)
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
21 января 2025 года город Омск
Центральный районный суд города Омска в составе председательствующего судьи Калининой К.А. при секретаре судебного заседания Лисиной В.В., с участием помощника прокурора Центрального административного округа г. Омска Арсений Ю.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению К.О.В. к Х.П.И., Бюджетному учреждению города Омска «Управление дорожного хозяйства и благоустройства» о взыскании компенсации морального вреда,
установил:
К.О.В. обратилась в суд с иском к Х.П.И. о взыскании компенсации морального вреда.
В обоснование указала, что 15.01.2024 около 08 часов 20 минут Х.П.И., управляя автомобилем <данные изъяты>, двигался в г. Омске по Пушкинскому тракту со стороны ул. 21-я Амурская в направлении ул. Герцена, в районе СНТ «Любитель 2» в нарушение п.10.1 ПДД РФ не выбрал скорость, обеспечивающую водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства, не учел дорожные условия, в результате чего выехал на полосу встречного движения и допустил столкновение с движущимся во встречном направлении автомобилем «<данные изъяты>, под управлением водителя К.О.В. В результате дорожно-транспортного происшествия водителю К.О.В. причинены телесные повреждения, повлекшие легкий вред здоровью.
С учетом уточнения исковых требований, которые истец заявила к Х.П.И., Бюджетному учреждению города Омска «Управление дорожного хозяйства и благоустройства» (далее – БУ г. Омска «УДХБ»), просила взыскать с ответчиков в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 150 000 рублей, судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 20 000 рублей.
Представитель истца К.О.С., действующая на основании ордера, в судебном заседании исковые требования с учетом уточнения поддержала в полном объеме по основаниям, изложенным в иске, уточненном иске, просила удовлетворить.
Представитель ответчика Х.П.И.П.А.М., действующая на основании доверенности, в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований, полагала, что Х.П.И. является ненадлежащим ответчиком по заявленным истцом требованиям.
Представитель ответчика БУ г. Омска «УДХБ» С.Э.В., действующий на основании доверенности, против удовлетворения заявленных истцом требований возражал по основаниям, изложенным в письменных возражениях на иск, просил в удовлетворении иска отказать (2 том л.д. 28-31).
Иные лица, участвующие в деле, в судебном заседании участия не принимали, о времени и месте судебного заседания извещены надлежаще.
В изложенном суду заключении помощник прокурора Центрального административного округа г. Омска Арсений Ю.А. исковые требования о взыскании компенсации морального вреда полагала обоснованными и подлежащими удовлетворению частично с учетом требований разумности.
Заслушав лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, исследовав материалы гражданского дела, оценив совокупность представленных доказательств с позиции их относимости, допустимости, достоверности и достаточности, суд приходит к следующему.
Как установлено судом и следует из материалов дела, 15.01.2024 около 08 часов 20 минут Х.П.И., управляя принадлежащим ему на праве собственности автомобилем <данные изъяты>, двигался в г. Омске по Пушкинскому тракту со стороны ул. 21-я Амурская в направлении ул. Герцена, в районе СНТ «Любитель 2» в нарушение п.10.1 ПДД РФ не выбрал скорость, обеспечивающую водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства, не учел дорожные условия, в результате чего выехал на встречную полосу движения и допустил столкновение с движущимися во встречном направлении автомобилем <данные изъяты>, под управлением водителя К.О.В., принадлежащим на праве собственности К.Д.В. В результате дорожно-транспортного происшествия водителю К.О.В. причинены телесные повреждения, повлекшие легкий вред здоровью.
По данному факту старшим инспектором по ИАЗ ПДПС Госавтоинспекции УМВД России по г. Омску в отношении Х.П.И. составлен протокол об административном правонарушении от 24.05.2024, предусмотренном частью 1 статьи 12.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.
Постановлением Куйбышевского районного суда г. Омска от 25.06.2024 Х.П.И. признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 12.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (нарушение Правил дорожного движения или правил эксплуатации транспортного средства, повлекшее причинение легкого вреда здоровью потерпевшего).
В результате дорожно-транспортного происшествия К.О.В. причинены телесные повреждения, квалифицированные как причинившие легкий вред здоровью.
Обращаясь в суд с иском, К.О.В. указала, что в результате неправомерных действий ответчиков ей причинен вред здоровью, повлекший для нее физические и нравственные страдания, что является основанием для взыскания компенсации морального вреда.
Разрешая заявленное истцом требование о взыскании компенсации морального вреда, суд исходит из следующего.
В соответствии со статьей 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.
Согласно пункту 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ).
Исходя из изложенного, общими условиями наступления деликтной (внедоговорной) ответственности являются: наличие вреда, противоправность действий его причинителя, наличие причинно-следственной связи между возникновением вреда и противоправными действиями, вина причинителя вреда.
Из смысла приведенных норм в совокупности с положениями статьи 56 ГПК РФ о распределении бремени доказывания между сторонами гражданского процесса, следует, что лицо, требующее возмещения ущерба, должно доказать факт причинения ущерба, противоправность поведения причинителя вреда, юридически значимую причинную связь между первым и вторым элементами. Соответственно, бремя доказывания отсутствия вины лежит на ответчике.
Устанавливая наличие (отсутствие) оснований для возложения на ответную сторону деликтной ответственности, суд, руководствуясь правилами статьи 1064 ГК РФ, исходит из того, что возложение внедоговорной ответственности допустимо только при наличии совокупности всех перечисленных условий деликтной ответственности. Наличие необходимой совокупности условий деликтной ответственности подлежит определению исключительно на основе представленных сторонами доказательств с учетом указанного выше бремени доказывания.
В соответствии с требованиями статьи 67 ГПК РФ суд оценивает по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.
Возражая против удовлетворения заявленных истцом требований, ответчик Х.П.И. указывал, что из материалов дела об административном правонарушении усматриваются нарушения со стороны БУ г. Омска «УДХБ» в содержании проезжей части в зимнее время, наличие на проезжей части снежно-ледяных отложений в виде уплотненного снега, которые и явились причиной ДТП. В указанной связи ответчиком было заявлено о назначении по делу судебной автотехнической экспертизы.
Определением Центрального районного суда г. Омска от 27.09.2024 по настоящему гражданскому делу назначена судебная автотехническая экспертиза, производство которой поручено экспертам ООО «АвтомирЭксперт», на разрешение экспертов поставлены следующие вопросы:
- возможно ли, исходя из имеющихся материалов дела, определить механизм развития дорожно-транспортной ситуации, имевшей место 15.01.2024 с участием автомобилей <данные изъяты>,
- какими пунктами ПДД РФ должны были руководствоваться водители транспортных средств в данной дорожно-транспортной ситуации,
- имелась ли у водителей техническая возможность предотвратить ДТП, и если имелась, указать, кто из водителей располагал технической возможностью предотвратить столкновение с другим транспортным средством с момента возникновения опасности для движения, заданного в исходных данных,
- соответствует ли состояние проезжей части в районе места ДТП требованиям нормативных документов (с указанием норм и правил, требования которых нарушены – в случае нарушения),
- обеспечивало ли состояние дороги на дату ДТП безопасность дорожного движения,
- являлся ли выезд автомобиля под управлением водителя Х.П.И. на сторону проезжей части, предназначенную для встречного движения, следствием попадания колес автомобиля в дорожную колею или следствием иных причин.
Согласно заключению, выполненному ООО «АвтомирЭксперт» <данные изъяты> по результатам судебной автотехнической экспертизы, сформулированы следующие выводы.
По первому вопросу экспертами сделан вывод: автомобили <данные изъяты> двигались во встречных направлениях, каждый, соответственно его направлению движения, по половине ширины проезжей части, расположенной справа;
при сближении при встречном разъезде, автомобиль <данные изъяты> занесло (транспортное средство развернуло против хода часовой стрелки и он продолжил движение с боковым проскальзыванием колес) и он стал смещаться влево, по ходу своего движения, на полосу движения, по которой двигался автомобиль <данные изъяты> при сближении скорости транспортных средств <данные изъяты> были близки по своему значению, при этом скорость автомобиля <данные изъяты> была близка к значениям 50...60 км/ч, а скорости автомобиля <данные изъяты> определяется равной в пределах 54...56 км/ч.
В момент столкновения автомобиль <данные изъяты> располагался под углом близким к 90° к автомобилю <данные изъяты> при этом удар по автомобилю <данные изъяты> пришелся в его правую боковую часть в районе переднего правого крыла и передней правой двери, а по автомобилю <данные изъяты> - в его переднюю часть;
место столкновения располагалось на проезжей части по улице Пушкинский тракт на половине ширины проезжей части, расположенной справа, считая по ходу движения автомобиля <данные изъяты>, примерно напротив передней части автомобиля <данные изъяты> в его конечном положении;
при этом место столкновения автомобилей <данные изъяты> зафиксированное на схеме места совершения административного правонарушения от 15.01.2024 находится в области, где могло располагаться место столкновения фактически;
- в момент столкновения автомобиль <данные изъяты> располагался на половине ширины проезжей части, расположенной справа, считая по ходу его движения, таким образом, что его продольная ось располагалась близко вдоль продольной оси проезжей части с некоторым смещением его передней части вправо;
- после столкновения автомобиль <данные изъяты> развернуло против часовой стрелки на угол около 90°, после чего он остановился в положении, зафиксированном на схеме места совершения административного правонарушения от 15.01.2024;
- после столкновения автомобиль <данные изъяты> сместился влево и развернулся на угол не более 45°, после чего уперся передней частью в снежный сугроб, расположенный на правой, для него, обочине и остановился в положении, зафиксированном на схеме места совершения административном правонарушении от 15.01.2024.
По второму вопросу экспертами сделан вывод, что в сложившейся дорожно-транспортной ситуации, с технической точки зрения, водитель автомобиля <данные изъяты>, должен был руководствоваться требованиями абзаца 1 пункта 10.1 Правил дорожного движения, а водитель автомобиля <данные изъяты>, - требованиями абзаца 2 пункта 10.1 этих же Правил.
По третьему вопросу сформулирован вывод: водитель автомобиля <данные изъяты>, не располагал технической возможностью предотвратить дорожно-транспортное происшествие (ДТП). Решить вопрос о наличии или отсутствии технической возможности предотвратить дорожно-транспортное происшествие (ДТП) водителем автомобиля <данные изъяты>, не предоставляется возможным, поскольку такой вопрос не имеет технического смысла (отсутствует момент, начиная с которого водитель автомобиля <данные изъяты> должен был применять меры к предотвращению дорожно-транспортного происшествия).
По четвертому вопросу экспертами сделан вывод, что состояние (эксплуатационное состояние) проезжей части в районе места дорожно-транспортного происшествия не соответствовало требованиям пункта 8.1 с учетом таблицы В.1 приложения В «ГОСТ Р 50597-2017. Национальный стандарт Российской Федерации. Дороги автомобильные и улицы. Требования к эксплуатационному состоянию, допустимому по условиям обеспечения безопасности дорожного движения. Методы контроля».
По пятому вопросу экспертами сделан вывод, что состояние (эксплуатационное состояние) проезжей части в районе места дорожно-транспортного происшествия не соответствовало требованиям пункта 8.1 с учетом таблицы В.1 приложения В «ГОСТ Р 50597-2017. Национальный стандарт Российской Федерации. Дороги автомобильные и улицы. Требования к эксплуатационному состоянию, допустимому по условиям обеспечения безопасности дорожного движения. Методы контроля». Такое состояние проезжей части, в условиях места происшествия, не обеспечивало безопасность дорожного движения, и явилось единственной причиной возникновения заноса автомобиля <данные изъяты>, и столкновения автомобилей <данные изъяты>, которая зафиксирована предоставленными материалами.
По 6 вопросу экспертами сделан вывод, что причиной возникновения заноса автомобиля <данные изъяты>, (водитель Х.П.И.) и, как следствие, его последующего выезда на сторону проезжей части, предназначенную для встречного для него движения, является несоответствие эксплуатационного состояния проезжей части по условию обеспечения безопасности движения требованиям пункта 8.1 с учетом таблицы В.1 приложения В «ГОСТ Р 50597-2017. Национальный стандарт Российской Федерации. Дороги автомобильные и улицы. Требования к эксплуатационному состоянию, допустимому по условиям обеспечения безопасности дорожного движения. Методы контроля», а именно наличие на проезжей части зимней скользкости в виде уплотненного снега, который образует выпоры между полосами наката (полосы проезжей части, не покрытые укатанным снегом) в виде «колеи», по которой двигался автомобиль <данные изъяты> Иных обстоятельств, которые могли быть причиной заноса автомобиля <данные изъяты> предоставленными материалами не фиксировано (2 том л.д. 117-143).
Оценивая приведенное в материалах дела заключение, составленное по результатам проведения судебной экспертизы, суд исходит из следующего.
Одним из источников сведений о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения гражданского дела, являются заключения экспертов (статья 55 ГПК РФ).
Согласно пункту 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2003 № 23 «О судебном решении», заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (статья 67, часть 3 статьи 86 ГПК РФ). Оценка судом заключения должна быть отражена в решении.
Оценив изложенное выше заключение по результатам проведения экспертизы, в соответствии с правилами статьи 67 ГПК РФ – по своему внутреннему убеждению, учитывая, что никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы, суд полагает, что заключение соответствует требованиям статьи 86 ГПК РФ, основано на исходных объективных данных, содержит подробное описание проведенных исследований с указанием методов исследований, полные и обоснованные выводы, которые соответствуют поставленным перед экспертами вопросам, выводы экспертов согласуются с иными доказательствами, собранными по настоящему делу.
Судом указанное заключение принимается как допустимое доказательство. Оснований сомневаться в его правильности, а также беспристрастности и объективности экспертов, предупрежденных в установленном законом порядке об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, у суда не имеется.
Разрешая вопрос о надлежащем ответчике по делу, суд исходит из следующего.
Статья 2 Федерального закона Российской Федерации от 10.12.1995 № 196-ФЗ «О безопасности дорожного движения» определяет обеспечение безопасности дорожного движения как деятельность, направленную на предупреждение причин возникновения дорожно-транспортных происшествий, снижение тяжести их последствий.
Пунктом 2 статьи 12 названного закона установлено, что обязанность по обеспечению соответствия состояния дорог при их содержании установленным техническим регламентам и другим нормативным документам возлагается на лица, осуществляющие содержание автомобильных дорог.
В силу пункта 7 статьи 3 Федерального закона от 08.11.2007 № 257-ФЗ «Об автомобильных дорогах и о дорожной деятельности в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее по тексту – Закон об автомобильных дорогах), владельцами автомобильных дорог являются исполнительные органы государственной власти, местная администрация (исполнительно-распорядительный орган муниципального образования), физические или юридические лица, владеющие автомобильными дорогами на вещном праве в соответствии с законодательством Российской Федерации.
Согласно положениям статей 17, 18 Закона об автомобильных дорогах, содержание и ремонт автомобильных дорог осуществляется в соответствии с требованиями технических регламентов в целях поддержания бесперебойного движения транспортных средств по автомобильным дорогам и безопасных условий такого движения, а также обеспечения сохранности автомобильных дорог.
Требования к параметрам и характеристикам эксплуатационного состояния автомобильных дорог общего пользования, улиц и дорог городов и сельских поселений, железнодорожных переездов, допустимого по условиям обеспечения безопасности дорожного движения, методам их контроля, а также предельные сроки приведения эксплуатационного состояния дорог и улиц в соответствие его требованиям установлены ГОСТ Р 50597-2017. Национальный стандарт Российской Федерации. Дороги автомобильные и улицы. Требования к эксплуатационному состоянию, допустимому по условиям обеспечения безопасности дорожного движения. Методы контроля (утв. Приказом Росстандарта от 26.09.2017 № 1245-ст). Требования названного стандарта направлены на обеспечение безопасности дорожного движения, сохранение жизни, здоровья и имущества населения, охрану окружающей среды.
В соответствии с пунктом 5.2 ГОСТ Р 50597-2017 покрытие проезжей части не должно иметь дефектов в виде выбоин, просадок, проломов, колей и иных повреждений (таблица А.1 приложения А), устранение которых осуществляют в сроки, приведенные в таблице 5.3.
Согласно пунктам 8.1, 8.2 ГОСТ Р 50597-2017, на покрытии проезжей части дорог и улиц не допускается наличие снега и зимней скользкости. Во время снегопада и (или) метели и до окончания снегоочистки на проезжей части дорог категорий IА - III допускается наличие рыхлого (талого) снега толщиной не более 1 (2) см, на дорогах категории IV - не более 2 (4) см, на всех группах улиц - 5 см.
В силу пункта 4.4 ГОСТ Р 50597-2017 до устранения дефектов покрытия проезжей части, препятствующих проезду транспортных средств (изменяющих траекторию и скорость движения), таких как отдельные выбоины, просадки или проломы, колея, выступы или углубления в зоне деформационных швов, превышающие установленные названным стандартом размеры, отсутствие (разрушение) крышки люка смотрового колодца, решетки дождеприемника, а также массивных предметов на проезжей части (упавшие деревья и конструкции и др.) и необработанных мест выпотевания вяжущего, участок дороги или улицы должен быть обозначен соответствующими дорожными знаками и при необходимости огражден (в т.ч. временными техническими средствами организации дорожного движения по ГОСТ 32758) в течение двух часов с момента обнаружения.
В соответствии с пунктом 5 части 1 статьи 16 Федерального закона от 06.10.2003 года № 131-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации», к вопросам местного значения городского округа относится, в том числе дорожная деятельность в отношении автомобильных дорог местного значения в границах городского округа и обеспечение безопасности дорожного движения на них, включая создание и обеспечение функционирования парковок (парковочных мест), осуществление муниципального контроля за сохранностью автомобильных дорог местного значения в границах городского округа, а также осуществление иных полномочий в области использования автомобильных дорог и осуществления дорожной деятельности в соответствии с законодательством Российской Федерации.
Статья 24 поименованного Федерального закона прямо закрепляет, что граждане имеют право на безопасные условия движения по дорогам Российской Федерации.
Согласно Положению о департаменте городского хозяйства Администрации города Омска, утвержденному Решением Омского городского Совета от 28.09.2011 № 443, департамент организует проведение работ по ремонту и содержанию автомобильных дорог местного значения и искусственных дорожных сооружений автомобильных дорог местного значения в границах города Омска.
Согласно Уставу БУ г. Омска «УДХБ» учредителем является муниципальное образование городской округ город Омск, функции которого исполняет вышеуказанный департамент. Содержание и ремонт автомобильных дорог общего пользования местного значения и элементов обустройства автомобильных дорог в границах городского округа является предметом ведения БУ г. Омска «УДХБ» (пп. 1 п. 2.1 Устава).
Согласно пункту 2.3 Устава БУ г. Омска «УДХБ» для достижения указанных в пункте 2.1 Уставе целей учреждение осуществляет содержание и ремонт автомобильных дорог и элементов обустройства автомобильных дорог.
Решением Омского городского Совета от 18.07.2018 № 74 «О перечне автомобильных дорог общего пользования местного значения» утвержден перечень автомобильных дорог общего пользования местного значения.
Обслуживание спорной автомобильной дороги в г. Омске входит в обязанность БУ г. Омска «УДХБ».
Согласно части 1 статьи 12.34 КоАП РФ несоблюдение требований по обеспечению безопасности дорожного движения при строительстве, реконструкции, ремонте и содержании дорог, железнодорожных переездов или других дорожных сооружений либо непринятие мер по своевременному устранению помех в дорожном движении, по осуществлению временного ограничения или прекращения движения транспортных средств на отдельных участках дорог в случаях, если пользование такими участками угрожает безопасности дорожного движения, - влечет наложение административного штрафа на должностных лиц, ответственных за состояние дорог, железнодорожных переездов или других дорожных сооружений, в размере от двадцати тысяч до тридцати тысяч рублей; на юридических лиц - от двухсот тысяч до трехсот тысяч рублей.
По данным представленных в материалы дела постановлений по делам об административных правонарушениях, предусмотренных частью 1 статьи 12.34 KoAП РФ, БУ г. Омска «УДХБ» неоднократно привлекалось к административной ответственности за совершение поименованного правонарушения в связи с установлением фактов несоблюдения по состоянию на 25.01.2024 и 16.02.2024 требований по обеспечению безопасности дорожного движения, правил содержания автомобильных дорог, в числе которых поименован Пушкинский тракт, где произошло дорожно-транспортное происшествие (1 том л.д. 142-151).
Согласно представленным в материалы дела копиям журналов производства БУ г. Омска «УДХБ» ежедневых работ за декабрь 2023 года, январь 2024 года, февраль 2024 года, март 2024 (1 том л.д. 68-127, 1 том л.д. 159-257, 2 том л.д. 1-20), путевым листам по содержанию проезжей части (1 том л.д. 128-133), наряда от 15.01.2024 по уборке места, где произошло дорожно-транспортное происшествие, не имеется.
По правилам части 2 статьи 28 Закона об автомобильных дорогах, пользователи автомобильными дорогами имеют право получать компенсацию вреда, причиненного их жизни, здоровью или имуществу в случае строительства, реконструкции, капитального ремонта, ремонта и содержания автомобильных дорог вследствие нарушений требований названного Федерального закона, требований технических регламентов лицами, осуществляющими строительство, реконструкцию, капитальный ремонт, ремонт и содержание автомобильных дорог, в порядке, предусмотренном гражданским законодательством.
На основании изложенного лицом, ответственным за обеспечение надлежащего содержания автомобильной дороги, является ответчик БУ г. Омска «УДХБ», в связи с чем исковые требования о взыскании компенсации морального вреда, заявленные к БУ г. Омска «УДХБ», являются правомерными и обоснованными.
Вместе с тем, в части заявленных истцом требований к ответчику Х.П.И., суд исходит из следующего.
Согласно пункту 1 статьи 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 ГК РФ. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).
В силу пункта 19 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» (далее - Постановления Плену Верховного Суда РФ) под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).
Как указано в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда РФ, если владельцем источника повышенной опасности будет доказано, что этот источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц (например, при угоне транспортного средства), то суд вправе возложить ответственность за вред на лиц, противоправно завладевших источником повышенной опасности, по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 1079 ГК РФ.
В силу пункта 2 статьи 1079 ГК РФ владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц.
По смыслу приведенной нормы и разъяснений по ее применению, ответственность за причиненный источником повышенной опасности вред несет его собственник, если не докажет, что право владения источником передано им иному лицу в установленном законом порядке.
В силу пункта 3 статьи 1079 ГК РФ вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064 ГК РФ). Вместе с тем, требуя возмещения ущерба вследствие взаимодействия источников повышенной опасности, в случае возражения ответной стороны относительно вины в дорожном происшествии, истец не освобождается от обязанности доказать отсутствие вины в дорожном происшествии в силу пункта 3 статьи 1079 ГК РФ.
В рамках рассмотрения дела об административном правонарушении № Х.П.И. вину в ДТП признал, нарушение требований пункта 10.1 ПДД РФ, равно как и заключения эксперта по определению характера и тяжести вредя здоровью К.О.В., не оспаривал, обстоятельства, изложенные в протоколе об административном правонарушении, подтвердил.
Исходя из изложенного, исковые требования о взыскании компенсации морального вреда, заявленные к Х.П.И., также являются правомерными и обоснованными.
По правилам пункта 1 статьи 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
В силу пунктов 1 и 3 статьи 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 ГК РФ. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.
В соответствии с абзацем вторым статьи 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.
Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
Поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью, во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.
В соответствии со статьей 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме; размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий; при определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости; характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
При определении размера подлежащей взысканию компенсации морального вреда во внимание принимается характер и степень нравственных страданий истца, который испытал стресс в момент дорожно-транспортного происшествия и физическую боль в связи с полученными травмами.
По запросу суда в материалы дела представлена амбулаторная карта больного № БУЗОО «ГК БСМП-1», по данным которой 15.01.2024 в 09 час. 52 мин. К.О.В. обратилась в приемное отделение медицинского учреждения, со слов пациентки: попала в ДТП на Пушкинском тракте около ООТ СНТ «Виктория-2» 15.01.2024 в 08 час. 20 мин., была водителем <данные изъяты>, столкнулась с а/м <данные изъяты>, поставлен диагноз: <данные изъяты>.
По данным медицинской карты пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях № БУЗОО «ГК БСМП-1», К.О.В. обратилась на прием к травматологу 16.01.2024 в 12 час. 00 мин., с жалобами на боли в области ушибов, поставлен диагноз: <данные изъяты> Объективно: <данные изъяты>. На приеме травматолога 23.01.2024: жалоб нет; объективно: трудоспособна, больничный лист закрыт, допущена к работе с 24.01.2024.
Из заключений экспертов № и № следует, что 15.01.2024 в 08 час. 20 мин. К.О.В. пострадала при столкновении 2-х автомобилей, потерпевшая получила телесные повреждения, была водителем одного из автомобилей. Согласно представленной медицинской документации истцу был причинен легкий вред здоровью, по признаку кратковременного расстройства (1 том л.д. 13-17).
Принимая во внимание изложенные выше нормы права и установленные обстоятельства дорожно-транспортного происшествия, учитывая факт наличия у БУ г. Омска «УДХБ» обязательств по содержанию спорной автомобильной дороги, суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для возложения на указанного ответчика ответственности за ненадлежащее исполнение данной обязанности, в том числе послужившее причиной дорожно-транспортного происшествия, в виде возмещения истцу компенсации морального вреда.
Вместе с тем, учитывая установленную судом вину Х.П.И. в нарушении ПДД РФ, также обусловившем наступление дорожно-транспортного происшествия, причинную связь между наступившим у истца вредом и противоправным поведением водителя Х.П.И., суд приходит к выводу, что исковые требования о взыскании компенсации морального вреда, заявленные к Х.П.И., также являются правомерными и обоснованными.
Оценив доказательства по делу в их совокупности и установив нарушение требований действующего законодательства как в действиях ответчика Х.П.И., так и в бездействии ответчика БУ г. Омск «УДХБ», суд приходит к выводу, что указанные нарушения состоят в причинно-следственной связи с причинением истцу вреда здоровью, в связи с чем, ответственность по компенсации морального вреда, обусловленного причинением вреда здоровью истца, подлежит распределению между ответчиками соразмерно степени их вины: в отношении Х.П.И. - 60 %, в отношении БУ г. Омска «УДХБ» - 40 %.
При определении размера подлежащей взысканию компенсации морального вреда, суд также учитывает личность ответчика Х.П.И., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, который с 30.06.2010 является получателем страховой пенсии по старости, его состояние здоровья, в том числе, наличие хронических заболеваний, факт причинения вреда его здоровью в ходе дорожно-транспортного происшествия, его материальное положение, факт нахождения в фактических брачных отношениях с Х.Г.П., <данные изъяты> года рождения, которой установлена инвалидность третьей группы.
Руководствуясь статьями 151, 1101 ГК РФ, пунктами 11, 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1, учитывая нравственные и физические страдания истца, характер и тяжесть полученных ею повреждений, краткомвременность расстройства состояния здоровья в результате дорожно-транспортного происшествия, вину ответчиков в причинении вреда, личность ответчика Х.П.И., его материальное и семейное положение, исходя из принципа разумности и справедливости, суд приходит к выводу, что с ответчиков в пользу истца подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 60 000 рублей, которая подлежит распределению между ответчиками соразмерно степени их вины: в отношении Х.П.И. – 36 000 рублей (60 %), в отношении БУ г. Омска «УДХБ» - 24 000 рублей (40 %).
Истцом кроме того заявлено требование о взыскании судебных расходов на оплату услуг представителя в размере 20 000 рублей.
В силу установленного процессуального регулирования понесенные участниками процесса судебные расходы подлежат возмещению по правилам главы 7 ГПК РФ. По смыслу положений процессуального закона, принципом распределения судебных расходов выступает возмещение судебных расходов лицу, которое их понесло, за счет лица, не в пользу которого принят итоговый судебный акт по делу.
По правилам части 1 статьи 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 ГПК РФ. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в названной статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.
Согласно части 1 статьи 88 ГПК РФ, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.
К издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, расходы на оплату услуг представителей (статья 94 ГПК РФ).
По правилам части 1 статьи 100 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.
По смыслу части 1 статьи 100 ГПК РФ, разумные пределы расходов являются оценочным понятием. Размер подлежащих взысканию расходов на оплату услуг представителя суд определяет в каждом конкретном случае с учетом характера заявленного спора, степени сложности дела, рыночной стоимости оказанных услуг, затраченного представителем на ведение дела времени, квалификации представителя, соразмерности защищаемого права и суммы вознаграждения, а также иных факторов и обстоятельств дела.
Согласно позиции, изложенной в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 20.10.2005 № 355-О, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации.
Таким образом, основным критерием размера оплаты труда представителя, согласно статье 100 ГПК РФ, является разумность суммы оплаты, которая предполагает, что размер возмещения стороне расходов должен быть соотносим с объемом защищаемого права.
Разрешая заявленные требования о взыскании судебных расходов, суд исходит из следующего.
По данным материалов дела, 15.07.2024 между адвокатом филиала № 14 ННО «Омская областная коллегия адвокатов» К.О.С. (исполнитель) и К.О.В. (заказчик) заключен договор об оказании юридических услуг, по условиям которого исполнитель принял на себя обязательство оказать юридические услуги (1 том л.д. 19-22).
Стоимость услуг по договору составила 20 000 рублей (п. 3.1 указанного договора). Оплата произведена в полном объеме, что подтверждается квитанция к приходному кассовому ордеру № на сумму 20 000 рублей (1 том л.д. 32).
Проверяя соразмерность заявленного к возмещению размера судебных расходов на оплату услуг представителя, суд принимает во внимание правовую позицию, изложенную в Определении Конституционного Суда РФ от 21.12.2004 № 454-О, в силу которой обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенных лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и, тем самым, на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации.
Суд отмечает, что реализация процессуальных прав посредством участия в судебных заседаниях юридического представителя является правом участника процесса (ч. 1 ст. 48 ГПК РФ). Правоотношения, возникающие в связи с договорным юридическим представительством, по общему правилу являются возмездными. При этом, определение (выбор) таких условий юридического представительства как стоимость и объем оказываемых услуг является правом доверителя (ст.ст. 1, 421, 432, 779, 781 ГК РФ).
Соответственно, при определении объема и стоимости юридических услуг в рамках гражданских правоотношений доверитель и поверенный законодательным пределом не ограничены. Однако ни материально-правовой статус юридического представителя (адвокат, консультант и т.п.), ни согласованный доверителем и поверенным размер вознаграждения определяющего правового значения при разрешении вопроса о возмещении понесенных участником процесса судебных расходов не имеют.
В свою очередь, закрепляя правило о возмещении стороне понесенных расходов на оплату услуг представителя, процессуальный закон исходит из разумности таких расходов (ст. 100 ГПК РФ).
Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.
Согласно абз. 2 пункта 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ 21.01.2016 № 1, суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма, как следует из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.
В соответствии с положениями пунктов 1, 4 статьи 421 ГК РФ, пункта 1 статьи 424, пункта 1 статьи 425 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422 ГК РФ). Исполнение договора оплачивается по цене, установленной соглашением сторон. Договор вступает в силу и становится обязательным для сторон с момента его заключения.
Исходя из изложенного следует, что цена оказываемых услуг в договоре определяется сторонами по своему усмотрению, поскольку в силу закона стороны вправе между собой устанавливать любые суммы оплаты услуг.
В то же время предусмотренное гражданским законодательством право сторон договора устанавливать цену услуг исполнителя по собственному усмотрению не означает, что противная сторона по спору обязана безусловно возмещать выигравшей стороне определенную цену услуг в договоре, стороной которого проигравшая сторона не является.
Принимая во внимание изложенное выше, категорию дела, объем проделанной по договору на оказание юридических услуг работы, суд полагает, что заявленный к взысканию размер судебных расходов на оплату юридических услуг является разумным и обоснованным. Лицом, заявляющим о взыскании судебных издержек, доказан факт несения расходов, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием.
Учитывая изложенное, суд полагает, что сумма судебных расходов на оплату юридических услуг, подлежащая возмещению с учетом принципа разумности, а также соразмерно степени вины ответчиков, определенной судом выше, составит 20 000 рублей, из которых 12 000 рублей подлежит взысканию с Х.П.И., 8 000 рублей – с БУ г. Омска «УДХБ».
Руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ,
решил:
Исковые требования К.О.В. к Х.П.И., Бюджетному учреждению города Омска «Управление дорожного хозяйства и благоустройства» о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.
Взыскать с Бюджетного учреждения города Омска «Управление дорожного хозяйства и благоустройства» в пользу К.О.В. (паспорт серии <данные изъяты>), компенсацию морального вреда в размере 24 000 рублей, расходы на оплату услуг представителя в размере 8 000 рублей.
Взыскать с Х.П.И., ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт серии <данные изъяты>), в пользу К.О.В. (паспорт серии <данные изъяты>), компенсацию морального вреда в размере 36 000 рублей, расходы на оплату услуг представителя в размере 12 000 рублей.
В остальной части в удовлетворении исковых требований отказать.
Решение может быть обжаловано в Омский областной суд посредством подачи апелляционной жалобы через Центральный районный суд города Омска в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме.
Судья К.А. Калинина
Решение в окончательной форме изготовлено 04 февраля 2025 года.