УИД 10RS0017-01-2022-000712-12

Дело №2-557/2022

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

08 декабря 2022 года г.Сортавала

Сортавальский городской суд Республики Карелия в составе:

председательствующего судьи Вакуленко Л.П.,

при секретаре Ефремовой Г.Л.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3, ФИО2 о возмещении ущерба и компенсации морального вреда,

установил:

Иск предъявлен по тем основаниям, что истцу на основании постановления мэрии г.Сортавала <Номер обезличен> от <Дата обезличена> в пожизненное наследуемое владение был предоставлен земельный участок, площадью 0,3 Га, из состава земель совхоза «Большевик» для организации личного подсобного хозяйства с правом строительства жилого дома и хозяйственных построек. Земельный участок имеет кадастровый номер <Номер обезличен>. Выяснилось, что границы земельного участка с кадастровым номером <Номер обезличен>, площадью 1500 кв.м., расположенного по адресу: <Адрес обезличен>, арендатором которого является ФИО3, полностью пересекают границы земельного участка с кадастровым номером <Номер обезличен>. ФИО3 проводились работы по планировке земельного участка, в результате чего, было разобрано строение, возведенное на земельном участке истца, которое использовалось истцом как жилой дом, в том числе, для хранения инвентаря и для других целей.

Решением Сортавальского городского суда Республики Карелия, вступившим в силу <Дата обезличена>, были удовлетворены исковые требования ФИО1 об аннулировании и исключении из Единого государственного реестра недвижимости сведений о земельном участке с кадастровым номером <Номер обезличен>, площадью 1500 кв.м., расположенного по адресу: <Адрес обезличен>, категория земель – земли населенных пунктов, вид разрешенного использования – ведение садоводства, и о правах на него.

Для определения стоимости ущерба по сносу дома, было подготовлено заключение <Номер обезличен> об оценке рыночной стоимости работ и материалов по строительству жилого дома, расположенного на земельном участке с кадастровым номером <Номер обезличен>, которая составила 444037 руб.

Истец указывает, что является пенсионером, инвалидом, самостоятельно восстановить дом ему затруднительно.

На основании изложенного, ссылаясь на положения ст.151, п.2 ст.1101 ГК РФ, п.8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 №10, истец просит взыскать с ФИО3 денежные средства в размере 1000000 руб., в том числе: 444037 руб. – стоимость строительства жилого дома, 7640 руб. – расходы по оплате госпошлины, 548323 руб. – компенсация морального вреда.

Протокольным определением суда от <Дата обезличена> к участию в дело в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования, привлечено Министерство имущественных и земельных отношений Республики Карелия.

Протокольным определением суда от <Дата обезличена> к участию в дело в качестве соответчика привлечен ФИО2

В судебное заседание истец ФИО1 не явился, о дне, месте и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом.

Ранее в судебном заседании ФИО1 настаивал на заявленных требованиях и пояснил, что на предоставленном ему постановлением мэрии в 1992 году земельном участке, сибиряки ему поставили сруб дома ручной работы, покрыли крышу. Денежных средств на окончание строения не было, постепенно, что-то доделывал, внутри дома частично подшил потолок, пола не было, лежали только лаги. Это был летний вариант дома. Действительно, одна сторона дома была подпалена, но огонь быстро потушили, поэтому бревна не пострадали. Ответчиками дом практически полностью разрушен, осталась одна сторона из четырех и нижний сруб по два бревна. Бревна выдергивали машиной, поэтому крыша завалилась. В 2022 году он восстановил дом. Дом был восстановлен собственными силами, частично из бревен, которые сохранились, частично из бревен, которые у него были, но дом стал на 2 венца ниже. Просил взыскать в счет материального ущерба 444037 руб. – стоимость восстановления дома, 7640 руб. – расходы по оплате госпошлины, 548323 руб. – компенсация морального вреда, так как из-за незаконных действий ответчика он испытывал нравственные страдания.

Представитель истца ФИО4, действующий на основании доверенности, в судебном заседании настаивал на заявленных требованиях, пояснив, что истец является правообладателем земельного участка, на котором было расположено строение, снесенное ответчиками. Данное строение использовалось истцом как летний дом, который не был достроен внутри, а также для хранения имущества. Ответчики, не обладая никакими правами на земельный участок, на котором было возведено строение, самовольно снесли его. Право истца на земельный участок подтверждается правоустанавливающими документами, а также решением Сортавальского городского суда Республики Карелия от <Дата обезличена>, которым было установлено, что предоставленный в аренду земельный участок ФИО3 частично налагается на земельный участок, принадлежащий ФИО1, в связи с чем, суд исключил и Росреестра сведения о земельном участке, предоставленном в аренду ФИО3 При этом уточнил, что строение, которое снесено ответчиками, находилось за пределами предоставленного в аренду ФИО3 земельного участка. Каких-либо оснований для сноса строения у ответчиков не имелось. Причиненный материальный ущерб истцу просил взыскать в размере 444037 руб., согласно заключению ООО «Фортуна Плюс», так как считает, что ущерб, определенный в экспертизе ООО «Мир», не соответствует действительному причиненному ущербу. В части компенсации морального вреда также поддержал требования истца. Денежные суммы просил взыскать с ответчиков в долевом порядке, в равных долях, так как вина ответчиков равнозначна.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился, о его времени, дате и месте извещен надлежащим образом.

Ответчик ФИО3, которая также по доверенности представляет интересы ФИО2, в судебном заседании иск не признала, просила оставить требования ФИО1 без удовлетворения.

Ссылаясь на положениям ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» указала на то, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков.

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности.

Применительно к правовому характеру настоящего спора в соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации истец должен доказать наличие четырех квалифицирующих признаков, позволяющих суду принять решение о возмещении ему убытков; факт нарушения его права, включая наличие самого права на спорное имущество; наличие причинной связи между допущенным нарушением и возникшими убытками; размер требуемых убытков; факт принятия мер к предотвращению убытков.

Между тем, истцом не доказано ни одного из поименованных выше элементов юридического состава убытков: не доказано наличие права на спорное имущество.

Напротив, из материалов КУСП и пояснений истца и его представителя следует, что ни право на дом, ни право на земельный участок за истцом на момент частичного демонтажа строения зарегистрированы не были, в связи с чем, в силу ст. 222 ГК РФ данное строение отвечает признакам самовольной постройки.

Применительно к спорным правоотношениям имеются два признака, позволяющие квалифицировать спорное строение как самовольную постройку, а именно: возведение на земельном участке, не отведенном для этих целей, поскольку участок как объект прав не существовал до 2019 года, без получения необходимых разрешений.

Следовательно, в силу прямого указания закона (п. 2. ст. 222 ГК РФ) у истца не могло возникнуть каких-либо прав на самовольную постройку, в том числе, права на компенсацию ущерба от частичного ее демонтажа.

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что самовольное строительство представляет собой правонарушение

Пункт 4 ст. 222 ГК РФ не предусматривает какой-либо компенсации убытков лицу, осуществившему самовольную постройку, поскольку согласно п. 2 этой же нормы, лицо, осуществившее самовольную постройку, не приобретает на нее право собственности. Оно не вправе распоряжаться постройкой – продавать, дарить, сдавать в аренду, совершать другие сделки.

Истцом не доказано, что ответчик является причинителем вреда. Напротив, как следует из объяснений, взятых со свидетелей в рамках проведения проверки по заявлению гр. ФИО1 (л. КУСП 31-32, 33-34. 35-381) частичный разбор строения и складирование материалов произведено ФИО2 при помощи приглашенного им ФИО5

В соответствии с п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Поскольку она (ФИО3) не являлась лицом, осуществившим частичный демонтаж спорного строения, соответственно, она не является ответчиком по настоящему иску.

Вопреки доводам истца, им не представлено доказательств того, что ответчики виновны в возникновении у него убытков.

Напротив, материалами дела КУСП подтверждается, что до принятия мер к защите права, ответчиками были предприняты все меры для выяснения судьбы спорного строения, для чего в орган местного самоуправления был направлен запрос о предоставлении сведений о правообладателе строения, и, в случае отсутствия такового, принятии мер к сносу пожароопасного объекта.

На запрос орган местного самоуправления ответил, что сведениями о правообладателе строения не располагает, мер по сносу либо консервации объекта не предпринял.

В соответствии со ст. 12 ГК РФ защита нарушенных прав осуществляется, в том числе, путем самозащиты.

Основанием для частичного демонтажа строения послужило то обстоятельство, что частично обгоревшее полуразрушенное строение, находясь в непосредственной близости от границы предоставленного ФИО3 земельного участка, что создавало опасность возникновения пожара либо обрушения, в связи с чем, в целях предотвращения вреда собственному имуществу, руководствуясь положениями ст. 12 ГК РФ, ее супругом (ФИО2) был выполнен частичный демонтаж строения.

При этом, демонтаж был выполнен посредством срыва нижних венцов сруба, при этом, строительные материалы, из которых был выполнено строение - бревна и шифер практически не пострадали и были аккуратно складированы на месте, что подтверждается справкой о/у ОУР ОМВД РФ по Сортавальскому району капитана полиции ФИО6, согласно которой, рядом с частично разобранным срубом сложены бревна, шифер и доски, из которых может быть собран полноценный сруб, а также фотографиями.

Таким образом, материалами дела подтверждается отсутствие вины ответчиков в возникновении убытков у истца.

Не доказана истцом и причинно-следственная связь между возникшими у истца убытками и поведением ответчиков.

Напротив, из материалов дела следует, что спорный объект был частично разрушен, обгорел (л. 31-32 КУСП) и находился в таком состоянии в течение более 8 лет (л.23,24 КУСП), что привело к значительному ухудшению состояния строения под воздействием времени и природных условий.

Данное обстоятельство, а именно: неудовлетворительное состояние строительных материалов и значительная степень их износа, подтверждены выполненными сотрудниками полиции при проведении проверки фотографиями.

Именно порча материалов, а не частичный демонтаж строения, являются, по сути, основанием возникновения у истца убытков, поскольку в случае, если бы частичный демонтаж не был произведен, истцу, в целях восстановления несущих конструкций строения и доведения его для пригодного для проживания состояния, в любом случае, было бы необходимо частично разобрать его и заменить сгнившие доски и бревна, а также шифер, на новые.

Следовательно, истец, в случае, если он действительно является правообладателем спорного строения, по сути, является тем лицом, в результате действий которого, возникли убытки.

Так, в случае, если бы истец надлежащим образом зарегистрировал свои права на земельный участок и дом, вынес бы границы земельного участка в натуру, закончил строительство либо законсервировал бы строение, данная ситуация не возникла, и истцу не были бы причинены убытки.

В соответствии с п. 1 ст. 404 ГК РФ, если неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства произошло по вине обеих сторон, суд соответственно уменьшает размер ответственности должника. Суд также вправе уменьшить размер ответственности должника, если кредитор умышленно или по неосторожности содействовал увеличению размера убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением, либо не принял разумных мер к их уменьшению.

Из поименованных положений закона следует, что лицо, понесшее убытки, обязано представить доказательства того, что им были предприняты всевозможные меры для предотвращения или уменьшения убытков.

Применительно к спорным правоотношениям истец не только не предпринял никаких мер для уменьшения или предотвращения убытков, но и способствовал их увеличению.

Истцом не доказан размер убытков.

Истец, вопреки изложенным в иске доводам о невозможности восстановить самостоятельно строение, представил суду доказательства того, что строение им восстановлено, в связи с чем, истцу надлежало представить суду не отчет об оценке, а документы, подтверждающие оплату строительных материалов и работ.

Из представленного истцом расчета следует, что заявленные им требования направлены на обогащение за счет ответчиков.

Так, из материалов дела следует, что сруб был обрушен только частично, тогда как истец представил расчет по монтажу целого сруба.

Также из материалов дела следует, что на первоначальном строении имелось частичное покрытие шифером, однако истец включил в расчет убытков стоимость утеплителя и ондулина, а также стоимость работ по их укладке.

Кроме того, ФИО3 полагала необходимым обратить внимание суда на то обстоятельство, что истец фактически злоупотребляет правом, о чем свидетельствуют как заявленные к взысканию явно завышенные суммы убытков, так и несоразмерные суммы компенсации морального вреда.?

Между тем, истец ни разу за 2,5 года не обратился к ответчикам с претензией, о восстановлении строения либо о выплате компенсации не просил, а фактически проведя восстановительный ремонт, улучшив при этом характеристики объекта, решил заработать на ответчиках денег и закончить строительство за их счет.

В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Полагает, что в суде установлено недобросовестное поведение истца, в силу чего, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны, например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или не наступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ). В связи с чем, просит суд признать поведение истца недобросовестным и в удовлетворении заявленных требований отказать в полном объеме. В случае, если суд придет к выводу, что вина ответчиков имелась, просила снизить их размер.

Также указала, что в силу действующего законодательства оснований для компенсации морального вреда не имеется.

Третье лицо – Министерство имущественных и земельных отношений Республики Карелия своего представителя в судебное заседание не направило, извещено надлежащим образом о его времени, дате и месте. Ранее представило отзыв на исковое заявление, в котором указало, что в собственности ФИО1 находится земельный участок с кадастровым номером <Номер обезличен>, расположенный по адресу: <Адрес обезличен>, площадью 3000 кв.м., имеющий статус ранее учтенного, категория земель – земли населенных пунктов, разрешенное использование – для организации личного подсобного хозяйства. Согласно сведениям Единого государственного реестра недвижимости, земельный участок поставлен на кадастровый учет <Дата обезличена>.

Указали, что в соответствии с Законом Республики Карелия от 29.12.2015 №1980-ЗРК, Положением о Министерстве, утвержденном Постановлением Правительства Республики Карелия от 02.11.2017 №390-П, Министерство осуществляет полномочия по распоряжению земельными участками, находящимися в государственной собственности Республики Карелия, и земельными участками, государственная собственность на которые не разграничена

Ссылаясь на положения п.2, п.8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 №10, ч.1 ст.56 ГПК РФ, Министерство оставило удовлетворение исковых требования ФИО1 на усмотрение суда.

Суд, выслушав явившихся в судебное заседание лиц, исследовав материалы дела, приходит к следующему.

В основе возникновения деликтного обязательства лежит правонарушение. Согласно статье 8 Гражданского кодекса Российской Федерации сам факт причинения вреда является основанием для возникновения у причинителя обязательства по возмещению вреда потерпевшему. Потерпевший в силу возникшего обязательства приобретает право на защиту своих нарушенных прав, на предъявление иска о возмещении ущерба, деликтного иска.

Согласно пункту 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

В силу пункта 2 той же статьи лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Если лицо несет ответственность за нарушение обязательства или за причинение вреда независимо от вины, то на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности (например, пункт 3 статьи 401, пункт 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, требование о взыскании ущерба может быть удовлетворено только при установлении совокупности всех элементов ответственности: факта причинения вреда, его размера, вины лица, обязанного к возмещению вреда, противоправности поведения этого лица и юридически значимой причинной связи между поведением указанного лица и наступившим вредом.

Обязательным условием деликтной ответственности является противоправность деяния, последствием которого является причинение вреда. Причиненный правомерными действиями ущерб в силу части 3 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежит возмещению, если законом такое возмещение предусмотрено.

По смыслу пункта 1 статьи 15 и статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства по возмещению вреда обусловлены, в первую очередь, причинной связью между противоправным деянием и наступившим вредом. Необходимым условием возложения на лицо обязанности возместить вред, причиненный потерпевшему, является причинная связь, которая и определяет сторону причинителя вреда в деликтном правоотношении. Причинно-следственная связь должна быть необходимой и достаточной для наступления ответственности. Причинно-следственная связь определяется как прямое и неизбежное последствие действия конкретного причинителя вреда и подлежит доказыванию в силу статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и статей 15, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации потерпевшим.

Материалами дела установлено, что в настоящее время ЕГРН содержит сведения о земельном участке с кадастровым номером <Номер обезличен>, местоположение определено как: <Адрес обезличен>, номер кадастрового квартала <Номер обезличен>, дата присвоения кадастрового номера <Дата обезличена>, категория земель не установлена, вид разрешенного использования – для организации личного подсобного хозяйства, площадь – 3000 кв.м. Сведения об объекте недвижимости имеют статус «актуальные, ранее учтенные». Граница земельного участка не установлена в соответствии с требованиями земельного законодательства. Описание местоположения земельного участка отсутствуют. Собственник ФИО1, право зарегистрировано <Дата обезличена>. Участок поставлен на кадастровый учет <Дата обезличена>.

Данный земельный участок предоставлен ФИО1 на основании постановления мэрии г. Сортавала <Номер обезличен> от <Дата обезличена> «Об отводе земельного участка гражданину ФИО1 для организации личного подсобного хозяйства». Из данного постановления следует, что земельный участок, площадью 0,30 га, отведен из состава земель городского запаса в пожизненное наследуемое владение гр-ну ФИО1 для организации личного подсобного хозяйства, с правом строительства жилого дома и хозяйственных построек (п.3 Постановления).

Решением Сортавальского городского суда Республики Карелия от <Дата обезличена> также установлено, что вышеуказанный земельный участок принадлежат на праве собственности ФИО1

Из материалов об отказе в возбуждении уголовного дела <Номер обезличен> следует, что <Дата обезличена> в ОМВД России по Сортавальскому району поступило заявление от ФИО1 о привлечении к уголовной ответственности лиц, похитивших принадлежащий ему сруб дома стоимостью 500000 руб.

Из постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от <Дата обезличена> по заявлению ФИО7 от <Дата обезличена> в ОМВД России по Сортавальскому району о разборе сруба дома на земельном участке в <Адрес обезличен>, принадлежащем отцу – ФИО1, следует, что дом был разобран ФИО2, который обратился за помощью к двоюродному брату, и которые совместно <Дата обезличена> стали разбирать дом, на участке, который находился рядом с участком, предоставленным в аренду его (ФИО2) супруге – ФИО3 Сначала с помощью автомобиля дернули угол дома, после чего, дом обвалился. Через неделю приехали на участок и стали складывать бревна и доски в сторону.

Из показаний свидетеля ФИО8 следует, что ФИО1 является её отцом. Отец имеет земельный участок в <Адрес обезличен>, на котором был возведен дом. Дом строился в 1992 году из крепкого рубленного бруса по финской технологии, держался на скобах и деревянных кольях, был под крышей из шифера. В доме была дверь, рамы еще не стояли. <Дата обезличена> родители ездили отдыхать на участок, дом еще стоял. Затем ей позвонил ФИО9 и сообщил о том, что дом разбирают. Она позвонила в полицию и с сотрудниками полиции приехала на участок, где увидела почти полностью разобранный дом, оставалось всего 4 венца. Дом восстанавливали своими силами, крышу делали из нового материала, станы делали частично из старого, частично из нового материала.

Факт нахождения сруба и его состояния на земельном участке, принадлежащем ФИО1, до его демонтажа, после его демонтажа, а также состояния сруба после его восстановления подтверждается фотографиями, имеющимися в материалах об отказе в возбуждении уголовного дела <Номер обезличен> по заявлению ФИО1, в заключении ООО «Фортуна плюс» об оценке рыночной стоимости работ и материалов, заключении судебной строительно-технической экспертизы ООО «Архитектурно-строительные мастерские «Мир».

Согласно заключению судебной строительно-технической экспертизы ООО «Архитектурно-строительные мастерские «Мир» наименьшая стоимость строительных материалов, необходимых для восстановления бревенчатого строения в прежнем виде при условии использования старого (неразрушенного) материала, пригодного для повторного использования в строительстве составляет 171690 руб.

Стороны не ходатайствовали о назначении повторной экспертизы.

В связи с чем, суд для определения размера причиненного ущерба берет в основу заключение судебной строительной экспертизы ООО «Архитектурно-строительные мастерские «Мир».

При этом суд исходит из того, что, как следует из пояснений истца, свидетеля, при восстановлении дома, использовались, в том числе, и старые материалы, которые возможны были в использовании, это подтверждается и фототаблицами. В заключении <Номер обезличен> ООО «Фортуна плюс» в расходы по возведению жилого дома включены стоимость работ и материалов по возведению дома в первоначальное состояние, без учета сохранившихся строительных материалов, которые были использованы при восстановлении дома.

Суд не может принять во внимание доводы ответчиков о том, что дом является самовольной постройкой, так как возведен без разрешения на строительство, соответственно, право на самовольную постройку не подлежит защите.

Согласно п. 1, 2 ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом (п. 1). Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом (п. 2).

В соответствии с частью 2 статьи 40 ЗК РФ собственник земельного участка имеет право возводить жилые, производственные, культурно-бытовые и иные здания, строения, сооружения в соответствии с целевым назначением земельного участка и его разрешенным использованием с соблюдением требований градостроительных регламентов, строительных, экологических, санитарно-гигиенических, противопожарных и иных правил, нормативов.

В соответствии с пунктом 1 статьи 263 ГК РФ собственник земельного участка может возводить на нем здания и сооружения, осуществлять их перестройку или снос – при условии соблюдения градостроительных и строительных норм и правил, а также требований о назначении земельного участка.

В соответствии со ст. 222 ГК РФ самовольной постройкой является жилой дом, другое строение, сооружение или иное недвижимое имущество, созданное на земельном участке, не отведенном для этих целей в порядке, установленном законом и иными правовыми актами, либо созданное без получения на это необходимых разрешений или с существенным нарушением градостроительных и строительных норм и правил.

При этом, право собственности на самовольную постройку может быть признано судом, а в предусмотренных законом случаях в ином установленном законом порядке, за лицом, в собственности, пожизненном наследуемом владении, постоянном (бессрочном) пользовании которого находится земельный участок, где осуществлена постройка.

Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце 2 пункта 26 Постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 г. № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», отсутствие разрешения на строительство само по себе не может служить основанием для отказа в иске о признании права собственности на самовольную постройку.

Возведенный ФИО1 не позднее 1992 года сруб жилого дома имел бетонный ленточный фундамент, стены бревенчатые, перекрытия деревянные, кровля двускатная из асбесто-цементных листов по деревянным стропилам, площадь застройки 70,17 кв.м., расположен в границах принадлежащего истцу на праве собственности земельного участка, целевое назначение которого не исключает возможности возведения на нем строений.

Земельный участок учтен в государственном кадастре недвижимости под кадастровым № <Номер обезличен>, его границы не установлены в соответствии с требованиями закона, права на земельный участок в ЕГРН зарегистрированы за ФИО1, право на строение не зарегистрировано.

Положениями пункт 2 статьи 4 Федерального закона от 7 июля 2003 г. №112-ФЗ «О личном подсобном хозяйстве» предусмотрено, что приусадебный земельный участок используется для производства сельскохозяйственной продукции, а также для возведения жилого дома, производственных, бытовых и иных зданий, строений, сооружений с соблюдением градостроительных регламентов, строительных, экологических, санитарно-гигиенических, противопожарных и иных правил и нормативов.

Положениями статьи 4 Закона РСФСР от 23 ноября 1990 г. «О земельной реформе», действовавшего на момент возникновения спорных отношений, также предусматривалось, что в собственность граждан могут передаваться земельные участки для ведения личного подсобного и крестьянского хозяйства, садоводства, животноводства, а также иных целей, связанных с ведением сельскохозяйственного производства.

На этих земельных участках собственник вправе возвести жилой дом и хозяйственные постройки. Таким образом, возведение жилого дома на земельном участке, предоставленном для ведения личного подсобного хозяйства, не противоречит требованиям действующего законодательства.

Кроме того, согласно статье 35 Конституции Российской Федерации право частной собственности охраняется законом; никто не может быть лишен своего имущества иначе как по решению суда. В связи с чем, и принудительный снос самовольной постройки может быть осуществлен только на основании решения суда.

С учетом изложенного, разрешая возникший спор, суд исходит из того, что стороной ответчика не представлено доказательств, что месторасположение дома истца создавало реальную угрозу жизни и здоровью ответчиков, либо могло повлечь уничтожение имущества.

В связи с чем, суд не принимает во внимание довод ответчиков о том, что имела место самозащита нарушенного права ответчика, требующего сноса дома истца и являющегося основанием для отказа в иске.

В соответствии с абзацами 1 и 2 статьи 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации, лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно. По заявлению потерпевшего и в его интересах суд вправе возложить на лиц, совместно причинивших вред, ответственность в долях, определив их применительно к правилам, предусмотренным пунктом 2 статьи 1081 настоящего Кодекса.

В целях квалификации действий причинителей вреда как совместных следует учитывать согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе, соисполнительство, пособничество и т.д.

Из материала об отказе в возбуждении уголовного дела следует, что решение о сносе дома принималось совместно супругами Б-ными, что следует из объяснений данных ФИО2, ФИО3 старшему оперуполномоченному ОУР ОМВД России по Сортавальскому району <Дата обезличена>. Из постановления об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО3 от <Дата обезличена> следует, что в ходе проведения проверки признаков преступления, предусмотренного ст. 158 УК РФ не усматривается, формально усматриваются признаки состава преступления, предусмотренного ч.1 ст. 167 УК РФ, но в виду отсутствия оценки причиненного ущерба, принять решение о возбуждении уголовного дела не представляется возможным.

Из указанного выше постановления также следует, что Б-ны совместно принимали решение о сносе постройки, именно ФИО3 был предоставлен в аренду земельный участок с определением границ непосредственно с домом, который был демонтирован, осуществлением решения о сносе дома занимался ФИО2 Таким образом, суд приходит к выводу о совместных действиях ответчиков по сносу строения ФИО1 и наличии оснований для солидарной ответственности. Вместе с тем, принимая во внимание, что истец настаивает на применении долевой ответственности, в равных долях, суд считает возможным взыскать с ответчиков в счет возмещения ущерба истцу в долевом порядке по 85845 руб. (171690 руб. / 2 = 85845 руб.).

Суд не находит оснований для снижения размера ущерба по следующим основаниям.

Доводы ответчика о том, что ФИО1 не были внесены в ГКН сведения о предоставленном ему земельном участке с кадастровым номером <Номер обезличен>, не может быть принято как основание для снижения размера ущерба, так как исходя из действующего законодательства, данное обстоятельство не препятствует защите нарушенного права истца ФИО1 Расположенное на земельном участке истца строение не нарушало прав и законных интересов ответчиков. Поскольку, строение находилось за пределами земельного участка, с кадастровым номером <Номер обезличен>, предоставленного в аренду ФИО3, сведения о котором в дальнейшем решением Сортавальского городского суда Республики Карелия от <Дата обезличена> были аннулированы и исключены из Единого государственного реестра неедвижимости, и о правах на него.

Доводы ответчика о том, что строение на земельном участке ФИО1 являлось бесхозным и истец не предпринимал мер к его сохранности опровергаются материалами об отказе в возбуждении уголовного дела <Номер обезличен>, из которых следует, что непосредственно стразу же после разбора дома на земельном участке ФИО1, последовало заявление в полицию от дочери истца – ФИО7 (<Дата обезличена>), а также от самого истца (<Дата обезличена>) и не могут служить основанием для снижения размера ущерба.

Оснований для взыскания с ответчиков в пользу истца компенсации морального вреда суд не находит.

Статья 151 ГК РФ предусматривает взыскание компенсации морального вреда за нарушение неимущественных прав гражданина.

В силу п. 2 ст. 1099 ГК РФ моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.

Согласно ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда: вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности; вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ; вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию; в иных случаях, предусмотренных законом.

Доводов о нарушении ответчиками личных неимущественных прав истца в исковом заявлении не приведено и в ходе судебного разбирательства не установлено.

Руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд

решил:

Иск удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3 (<Данные изъяты>) и ФИО2 (<Данные изъяты>) в пользу ФИО1 (<Данные изъяты>) в счет компенсации материального ущерба по 85845 руб. 00 коп. с каждого и госпошлину по 2775 руб. 35 руб. с каждого.

В остальной части иска отказать.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Карелия через Сортавальский городской суд Республики Карелия в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья Л.П. Вакуленко

Мотивированное решение изготовлено 15 декабря 2022 года.