САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

Рег. № 33а-6311/2023

78RS0007-01-2022-002628-78

Судья: Бородулиной Т.С.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по административным делам Санкт-Петербургского городского суда в составе

председательствующего

Ильичевой Е.В.,

судей

ФИО2, ФИО3,

при секретаре

ФИО4,

рассмотрела в открытом судебном заседании 13 июля 2023 года административное дело №2а-2226/2022 с апелляционной жалобой ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, ФСИН России на решение Колпинского районного суда Санкт-Петербурга от 26 октября 2022 года по административному исковому заявлению ФИО5 к ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, ФСИН России о признании условий содержания ненадлежащими, взыскании компенсации.

Заслушав доклад судьи Ильичевой Е.В.,

выслушав пояснения представителя административных ответчиков ФСИН России, СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области ФИО6, действующего на основании доверенностей, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО5 обратился в Колпинский районный суд Санкт-Петербурга с иском к ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, в котором просил признать ненадлежащими условия содержания в ФКУ-СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, взыскать с ответчика компенсацию в сумме 500 000 рублей.

В обоснование заявленных требований истец указал, что с 22 апреля 2016 года по 25 июля 2016 года содержался в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области в бесчеловечных условиях, унижающих человеческое достоинство. Камеры размером 8 кв.м, в которых содержался истец, были значительно переполнены, в них находилось в разные периоды по 6 человек, недостаток пространства сказывался на физическом и психологическом самочувствие истца, стесненное пространство создавало постоянное психологическое напряжение между сокамерникам. Камеры были оборудованы двумя трехъярусными кроватями, унитазом. Рукомойником, краном с холодной водопроводной водой, одной лампочкой дневного света мощностью 40 Вт. В камерах отсутствовала вентиляция, было постоянно душно и жарко. Все заключенные были курящими, в связи с чем, в камере постоянно стояли клубы дыма. В камере обитали различные насекомые, тараканы, клопы, бельевые вши и пауки. Каких-либо мер для улучшения условий содержания не предпринималось.

Решением Колпинского районного суда Санкт-Петербурга от 26 октября 2022 года требования административного иска удовлетворены частично, признано незаконными бездействие ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, ФСИН России, выраженное в необеспечении надлежащих условий содержания под стражей ФИО5 в период с 22 апреля 2016 года по 25 июля 2016 года, в части несоблюдения санитарной площади на одного человека. Постановлено взыскать в пользу ФИО5 с Российской Федерации в лице ФСИН России за счет средств казны Российской Федерации компенсацию за нарушение условий содержания под стражей в размере 10 000 рублей, в удовлетворении остальной части требований отказано.

В апелляционной жалобе административные ответчики ФСИН России, ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области просят решение суда отменить в части удовлетворения заявленных требований и принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении иска.

В обоснование доводов апелляционной жалобы административные ответчики указывают, что судом первой инстанции при рассмотрении спора не учтено, что содержании административного истца в переполненных камерах не зависело от стороны административного ответчика, а также не установлено конкретных нарушений условий содержания административного истца, при этом, определенный размер компенсации является несоразмерным, явно завышенным и необоснованным. Кроме того, апеллянты указывают на неверный вывод суда первой инстанции о соблюдении ФИО5 срока на обращение в суд.

Представитель административных ответчиков ФСИН России, ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области ФИО6, действующий на основании доверенностей, в заседание суда апелляционной инстанции явился, доводы апелляционных жалоб поддержала.

Административный истец ФИО5, представитель административного ответчика Министерство Финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Санкт-Петербургу и Ленинградской области в заседание суда апелляционной инстанции не явились, извещены судом заблаговременно и надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, об отложении судебного заседания не ходатайствовали, в связи с чем, судебная коллегия в порядке части 2 статьи 150 и статьи 307 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации считает возможным рассмотреть апелляционную жалобу в их отсутствие.

Судебная коллегия, проверив материалы дела, выслушав представителя ответчиков, обсудив доводы апелляционной жалобы, приходит к следующему.

На основании части 1 статьи 218 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации граждане могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями должностного лица, государственного или муниципального служащего, если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности.

При этом, исходя из части 1 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

Судом первой инстанции установлено, что ФИО5 содержался в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области в период с 22 апреля 2016 года по 12 августа 2016 года в камерных помещениях: № 840, 423, 456, 430, площадь камерных помещений составляла 8 кв.м (л.д. 22).

Согласно справкам ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области, в камерах, в которых содержался истец, имелась постоянная естественная вентиляция, которая обеспечивала доступ свежего воздуха через оконные проемы камер. Принудительная вентиляция оборудована и осуществлялась через вентиляционные шахты, которыми оборудованы камеры учреждения.

Камерные помещения были оборудованы 2-х ярусными спальными местами (4 спальных места в камере). Санитарная обработка камерных помещений проводилась по санитарно-гигиеническим и эпидемиологическим показания. При выявлении в камере членистоногих (насекомых), проводилась санитарная обработка камеры, включающая в себя дезинсекционные мероприятия. С целью предупреждения возникновения инфекционных заболеваний в учреждении систематически проводилась профилактическая дезинфекция путем заблаговременного уничтожения грызунов в местах их возможного скопления во всех камерных помещениях.

В виду отсутствия горячей воды в камерных помещениях, в соответствие с пунктом 42 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденным Приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 14 октября 2005 года №189 "Об утверждении правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции Российской Федерации" в камерные помещения выдавались водонагревательные приборы по заявлению лиц, содержащихся в камере, в порядке очередности.

Все камерные помещения были оборудованы оконными проемами. Каждое окно было оборудовано форточкой для доступа свежего воздуха. Размер окон во всех камерах составляет 1 м *1,10 м. Окна имели остекление, проверка целостности остекления окон помещений производилась ежедневно.

Камерные помещения, в которых содержался ФИО5, были оборудованы электрическими лампами, для дневного освещения мощностью 75 Вт, в ночное время – 40 Вт (л.д. 19-24).

Допрошенный в качестве свидетеля ФИО1. пояснил, что содержался совместно с ФИО5 в период с января 2016 по май 2016 года в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, в одном камерном помещении не содержался. Камеры имели площадь 8 кв.м, находились в аварийном состоянии, туалет не был огражден, отсутствовала вентиляция, линолеум отсутствовал, достаточного количества столов и стульев, света было недостаточно, дополнительных прогулок не было. Пояснения свидетеля не приняты судом во внимание при оценке условий содержания административного истца, поскольку свидетель в одной камере с административным истцом не находился.

На основании представленных истцом сведений суд первой инстанции установил, что пол камер был застелен линолеумом. Санитарный узел был расположен на уровне пола и огражден от жилого помещения камеры, видеонаблюдение в камерах не позволяло увидеть санитарный узел, что обеспечивало приватность.

Камеры находились в удовлетворительном техническом и санитарном состоянии, оборудованы форточками для доступа свежего воздуха. Форточки открываются и распахиваются на 12 см. от вертикали, что способствует идеальному проветриванию. Проверка целостности остекления окон камерных помещений производится ежедневно. Освещение производится от датчика движения. Истцу выдавалось чистое постельное бельё и матрац. В камерах имелась отдельная раковина для мытья посуды и других необходимых нужд, стол, скамейка, Предоставлялся таз для гигиенических целей и стирки одежды; имелся бачок для питьевой воды, вешалка для верхней одежды; полка для туалетных принадлежностей; радиоточка; настенное зеркало, розетки для подключения электроприборов.

Также ежедневно назначался дежурный по камере в порядке очередности, в обязанности которого входило проводить уборку камер и других помещений, исключающую образование плесени либо грибка. Все камеры учреждения оборудованы инвентарем для уборки (ведром для мусора, веником, совком, тряпкой для влажной уборки). Моющие средства для поддержания санитарного состояния камеры выдаются по требованию.

Неприятного запаха в камерных помещениях не ощущалось. Температурный режим в камерных помещениях соответствует санитарным нормам.

Также судом первой инстанции установлено, что не реже одного раза в неделю административному истцу предоставлялась возможность помывки в душе продолжительностью не менее 15 минут. Душевые оборудованы вешалками для переодевания, тремя распылителями в каждой душевой, которые находятся в технически исправном состоянии, резиновыми ковриками. Возможность осуществлять стирку личных вещей самостоятельно заявителю предоставлялась. Смена постельного белья производилась еженедельно, после каждой помывки.

Административный истец ежедневно обеспечивался бесплатным трехразовым горячим питанием.

При выявлении в камере членистоногих (насекомых) проводится санитарная обработка камеры, включающая в себя дезинсекционные мероприятия.

Подъем лиц осуществлялся и осуществляется по настоящее время ежедневно в 6 часов, отбой осуществляется в 22 часа, что обеспечивает непрерывный восьмичасовой сон.

Суд первой инстанции, установив, что при рассмотрении спора не представлено доказательств того, что в период содержания ФИО5 в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области данным учреждением нарушено его право на обеспечение надлежащими бытовыми условиями, пришел к выводу о необоснованности довод административного иска в названной части. Вместе с тем, установив, что доводы административного истца о переполненности камер подтверждены представленными в материалы дела доказательствами, пришел к выводу о том, что в данном случае имело место нарушение соответствующих прав административного истца на содержание с минимальной санитарной нормой площади в размере 4 кв.м из-за переполненности камер, в которых он содержался, при этом нахождение административного истца в камерах с таким уровнем площади личного пространства имело место неоднократно и длительный период.

Судебная коллегия полагает, что данный вывод суда первой инстанции является обоснованным, соответствует представленным при рассмотрении спора доказательствам по следующим основаниям.

Согласно статье 17.1 Федерального закона от 15 июля 1995 года N103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" подозреваемый, обвиняемый в случае нарушения предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий их содержания под стражей имеют право обратиться в порядке, установленном Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации, в суд с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение.

Компенсация за нарушение условий содержания под стражей присуждается исходя из требований заявителя, с учетом фактических обстоятельств допущенных нарушений, их продолжительности и последствий и не зависит от наличия либо отсутствия вины органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года №47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания», право на свободу и личную неприкосновенность является неотчуждаемым правом каждого человека, что предопределяет наличие конституционных гарантий охраны и защиты достоинства личности, запрета применения пыток, насилия, другого жестокого или унижающего человеческое достоинство обращения или наказания (статьи 17, 21 и 22 Конституции Российской Федерации); возможность ограничения указанного права допускается лишь в той мере, в какой оно преследует определенные Конституцией Российской Федерации цели, осуществляется в установленном законом порядке, с соблюдением общеправовых принципов и на основе критериев необходимости, разумности и соразмерности, с тем, чтобы не оказалось затронутым само существо данного права.

Под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц, в том числе: право на обращение в государственные органы и органы местного самоуправления, в общественные наблюдательные комиссии (статья 33 Конституции Российской Федерации, статья 2 Федерального закона от 2 мая 2006 года №59-ФЗ «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации», пункт 2 части 1 статьи 15 Федерального закона от 10 июня 2008 года №76-ФЗ «Об общественном контроле за обеспечением прав человека в местах принудительного содержания и о содействии лицам, находящимся в местах принудительного содержания», пункт 4 части 1 статьи 7 Федерального закона от 26 апреля 2013 года №67-ФЗ «О порядке отбывания административного ареста», пункт 7 статьи 17 Федерального закона от 15 июля 1995 года №403-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», часть 4 статьи 12, статья 15 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, пункт 2 статьи 8 Федерального закона Российской Федерации от 24 июня 1999 года №420-ФЗ «Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних»).

В пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года №47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» указывается, что условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий.

Процесс содержания лица под стражей или отбывания им наказания в Российской Федерации законодательно урегулирован, осуществляется на основании нормативно-правовых актов и соответствующих актов Министерства юстиции Российской Федерации, которыми регламентированы условия содержания, права и обязанности лиц, содержащихся под стражей или отбывающих наказание, а также права и обязанности лиц, ответственных за их содержание.

Таким образом, исходя из вышеприведенных разъяснений, суду при рассмотрении дел такой категории надлежит оценивать соответствие условий содержания административного истца требованиям, установленным законом, а также дать оценку таким условиям, принимая во внимание невозможность допущения бесчеловечного или унижающего достоинство человека обращения и нарушения его прав и основных свобод.

Федеральный закон от 15 июля 1995 года N103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений", регулирует порядок и определяет условия содержания под стражей, гарантии прав и законных интересов лиц, которые в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации задержаны по подозрению в совершении преступления, а также лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

Согласно части 1 статьи 16 Федерального закона от 15 июля 1995 года N103-ФЗ, в целях обеспечения режима в местах содержания под стражей федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний, федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере внутренних дел, федеральным органом исполнительной власти в области обеспечения безопасности, федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики, нормативно-правовому регулированию в области обороны, по согласованию с Генеральным прокурором Российской Федерации утверждаются Правила внутреннего распорядка в местах содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений.

Функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в установленной сфере деятельности, в том числе в сфере исполнения уголовных наказаний осуществляет Министерство юстиции Российской Федерации (подпункт 1 пункта 1 Положения о Министерстве юстиции Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 13 октября 2004 года N1313).

Приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 14 октября 2005 года N189 утверждены Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы (зарегистрировано в Минюсте России 8 ноября 2005 года N7139) (далее - Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы).

Согласно пунктам 2, 3 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, в СИЗО устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также решение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации. Режим представляет собой регламентируемые Федеральным законом, настоящими Правилами и другими нормативными правовыми актами Российской Федерации порядок и условия содержания под стражей лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений.

Обеспечение режима в СИЗО, поддержание в них внутреннего распорядка возлагается на администрацию СИЗО, а также на их сотрудников, которые несут установленную законом и ведомственными нормативными актами ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей.

В силу части 1 статьи 23 Федерального закона от 15 июля 1995 года N103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной Согласно пункту 5 статьи 23 названного Федерального закона норма санитарной площади в камере на одного человека составляет 4 кв. м.

Согласно пункту 40 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, подозреваемые и обвиняемые обеспечиваются для индивидуального пользования: спальным местом; постельными принадлежностями: матрацем, подушкой, одеялом; постельным бельем: двумя простынями, наволочкой; полотенцем; столовой посудой и столовыми приборами: миской (на время приема пищи), кружкой, ложкой; одеждой по сезону (при отсутствии собственной); книгами и журналами из библиотеки СИЗО. Указанное имущество выдается бесплатно во временное пользование на период содержания под стражей.

В соответствии с пунктом 42 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, камеры СИЗО оборудуются: одноярусными или двухъярусными кроватями (камеры для содержания беременных женщин и женщин, имеющих при себе детей, - только одноярусными кроватями); столом и скамейками с числом посадочных мест по количеству лиц, содержащихся в камере; шкафом для продуктов; вешалкой для верхней одежды; полкой для туалетных принадлежностей; зеркалом, вмонтированным в стену; бачком с питьевой водой; подставкой под бачок для питьевой воды; радиодинамиком для вещания общегосударственной программы; урной для мусора; тазами для гигиенических целей и стирки одежды; светильниками дневного и ночного освещения; телевизором, холодильником (при наличии возможности); вентиляционным оборудованием (при наличии возможности); тумбочкой под телевизор или кронштейном для крепления телевизора; напольной чашей (унитазом), умывальником; нагревательными приборами (радиаторами) системы водяного отопления; штепсельными розетками для подключения бытовых приборов; вызывной сигнализацией.

Судебная коллегия полагает, что являются обоснованными, вопреки доводам апелляционной жалобы административных ответчиков, выводы суда первой инстанции о нарушении в период содержания административного истца в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области прав на соблюдение нормы санитарной площади камеры.

Суд первой инстанции, рассматривая требования административного истца и признавая ненадлежащими условия содержания под стражей ФИО5 в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области в части нарушения норм санитарной площади в камере, приходящихся на одного человека, исходил из требований Федерального закона от 15 июля 1995 года N103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений.

Исходя из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 22 мая 2023 года N 25-П по делу о проверке конституционности части третьей статьи 77.1 Уголовно - исполнительного кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина П., приведенное регулирование не устанавливает разных норм санитарной площади в зависимости от статуса лица, содержащегося в камере следственного изолятора, и носит универсальный характер.

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации, приведенным в постановления от 25 декабря 2018 года N 47, условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий. Так, судам необходимо учитывать, что о наличии нарушений условий содержания лишенных свободы лиц могут свидетельствовать, например, переполненность камер (помещений), невозможность свободного перемещения между предметами мебели.

Судебной коллегией проверен ежедневный количественный контингент лиц, содержащихся в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, установленный судом первой инстанции, в камерах, где содержался административный истец.

Согласно представленных стороной административного ответчика сведений, ФИО7 в период с 22 апреля по 12 августа 2016 года содержался в камерах размером 8 кв.м. Одновременно в камере находилось по 4 содержащихся.

С учетом установленных судом первой инстанции обстоятельств, выводы суда первой инстанции о нарушении прав административного истца на содержание в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области в камерах с нарушением нормы санитарной площади на одного человека, являются правильными.

Однако судебная коллегия не может согласиться с выводом суда первой инстанции о размере взысканной суммы компенсации за ненадлежащие условия содержания.

При определении размера взыскиваемой компенсации судебная коллегия полагает, что подлежат учету характер и продолжительность нарушений, то есть период нарушений, характер нравственных страданий административного истца, а также то, что с 2016 года прошёл значительный период времени.

В пункте 18 Обзора практики рассмотрения судами дел по спорам о защите чести, достоинства и деловой репутации, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 16 марта 2016 года («Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации», №10, 2016), указано, что присуждение денежной компенсации морального вреда по делам о защите чести, достоинства и деловой репутации должно отвечать цели, для достижения которой установлен данный способ защиты неимущественных прав граждан. Сумма компенсации морального вреда должна отвечать требованиям разумности, справедливости и быть соразмерной последствиям нарушения. Также в абзаце 12 и 13 пункта 18 Обзора имеется ссылка на Постановление Европейского Суда по правам человека от 18 марта 2010 года по делу «Максимов (Maksimov) против России», а также Практическую инструкцию к Регламенту Европейского Суда по правам человека «II. Представление требований о присуждении справедливой компенсации» (пункты 9, 14). Прецедентная практика Европейского Суда по правам человека учитывает, что задача расчета размера компенсации является сложной. Она особенно трудна в деле, предметом которого является личное страдание, физическое или нравственное. Не существует стандарта, позволяющего измерить в денежных средствах боль, физическое неудобство и нравственное страдание и тоску. Национальные суды всегда должны в своих решениях приводить достаточные мотивы, оправдывающие ту или иную сумму компенсации морального вреда, присуждаемую заявителю. В противном случае отсутствие мотивов, например, несоразмерно малой суммы компенсации, присужденной заявителю, будет свидетельствовать о том, что суды не рассмотрели надлежащим образом требования заявителя и не смогли действовать в соответствии с принципом адекватного и эффективного устранения нарушения.

В качестве цели присуждения судом компенсации Европейский Суд по правам человека рассматривает возмещение заявителю действительных неблагоприятных последствий нарушения, а не наказание ответчика. В связи с этим неправомерно удовлетворять требования о компенсации ущерба, носящие «карательный», «отягощающий» или «предупредительный» характер. Природа морального вреда такова, что она не поддается точному исчислению. Если установлено причинение такого вреда и суд считает, что необходимо присуждение денежной компенсации, он делает оценку, исходя из принципа справедливости, с учетом стандартов, происходящих из его прецедентной практики.

Судебная коллегия полагает возможным, исходя из положений части 4 статьи 2 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, руководствоваться разъяснениями пункта 18 Обзора практики рассмотрения судами дел по спорам о защите чести, достоинства и деловой репутации.

Судебная коллегия полагает, что взысканная судом первой инстанции сумма не соответствует принципам разумности и справедливости, не способствует восстановлению баланса между нарушенными правами административного истца и мерой ответственности государства, и подлежит увеличению до 20 000 рублей, принимая во внимание, что в период содержания истца в камерах размером 8 кв.м находилось не менее 4 человек. Вывод суда о недобросовестности административного истца судебная коллегия полагает необоснованным, поскольку указанное из материалов дела не следует.

Доводы административных ответчиков о пропуске срока, предусмотренного для обращения в суд с настоящим иском, правильно признаны судами несостоятельными и подлежащими отклонению в силу положений части 1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации и разъяснений, изложенных в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года N 47 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания", согласно которым ФИО5 является лицом, лишенным свободы до настоящего времени, что ограничивает его возможности по защите нарушенных прав и законных интересов.

Доводы апелляционной жалобы также не могут служить основанием для отмены или изменения обжалуемого судебного постановления, поскольку не свидетельствуют о существенных нарушениях судами норм материального или процессуального права, которые повлияли на исход дела.

На основании изложенного, судебная коллегия приходит к выводу, что доводы, изложенные в апелляционной жалобе, направлены на переоценку обстоятельств, установленных судом первой инстанции при вынесении обжалуемого решения, не содержат фактов, которые не были проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали изложенные выводы и выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, основанными на неправильном толковании норм материального права, и не могут служить основанием для отмены решения суда.

Руководствуясь частью 1 статьи 309 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Колпинского районного суда Санкт-Петербурга от 26 октября 2022 года по административному делу №2а-2226/2021 изменить в части размера взысканной суммы компенсации.

Взыскать с Российской Федерации в лице ФСИН России в пользу ФИО5 20 000 рублей в счет компенсации за ненадлежащие условия содержания.

В остальной части решение Колпинского районного суда Санкт-Петербурга от 26 октября 2022 года оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в течение шести месяцев в Третий кассационный суд общей юрисдикции, путем подачи кассационной жалобы через Колпинский районный суд Санкт-Петербурга.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 22 августа 2023 года