УИД68S0002-01-2020-004002-28

№ 2-12/2022

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Тамбов «15» августа 2022 года.

Ленинский районный суд г.Тамбова в составе:

Судьи Акульчевой М.В.,

при секретаре судебного заседания Блиновой Н.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного в результате ДТП, а так же иных понесенных расходов,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась с требованиями к ФИО2 о взыскании ущерба, причиненного в результате ДТП.

В обоснование заявленных требований указывала, что *** года произошло дорожно-транспортное происшествие с участием принадлежащего ей транспортного средства марки «*** рег., а так же транспортного средства марки «*** рег. под управлением ответчика ФИО2

ДТП произошло по вине ответчика ФИО2, который допустил нарушение правил дорожного движения.

За выплатой страхового возмещения, как указывает истец, она обратилась в АО «РЕСО-Гарантия», где была застрахована ее гражданская ответственность. Страховщик признал ДТП от *** страховым случаем и произвел выплату страхового возмещения на общую сумму в 344100 руб., в том числе оплатив и расходы на эвакуацию автомобиля.

Тем не менее, полная стоимость восстановительного ремонта транспортного средства марки «*** рег. составляет 525400 руб., что подтверждается заключением ИП ФИО3

С учетом изложенного, а равно принимая во внимание положения ст.15 ГК РФ, истец просил взыскать с ответчика в свою пользу расходы на восстановительный ремонт транспортного средства в сумме 184800 руб., а так же судебные издержки по оплате госпошлины на сумму в 4896 руб., расходы на оплату услуг представителя в сумме 20000 руб., расходы на проведение экспертизы в сумме 6000 руб.

В судебное заседание истец ФИО1 не явилась, судом о дате, месте и времени судебного заседания извещена надлежаще, ходатайствует о рассмотрении требований в свое отсутствие.

Представитель истца в судебном заседании исковые требования поддержал, указывая, что истец имеет право на полное возмещение причиненных ему убытков. На вопросы суда представитель заявил, что поврежденное транспортное средство продано истцом, при этом ремонт произведен не был. Затем в судебном заседании от 11.03.2021 года представитель истца предоставил суду иные пояснения, указав, что перед продажей транспортное средство было частично отремонтировано, однако документов, подтверждающих ремонт, сторона истца предоставить не может. В письменном ходатайстве представитель истца указывал, что оспаривает заключение эксперта о стоимости восстановительного ремонта и соотношении повреждений с заявленным ДТП.

Кроме того, указывал, что водитель ФИО4 не виноват в данном ДТП, поскольку он рассчитывал на добросовестные действия водителя ФИО2, поэтому момент возникновения опасности совпадает с моментом столкновения. ФИО4 не рассчитывал, что ответчик будет выезжать на его полосу, он рассчитывал, что тот будет соблюдать ПДД и ехал прямолинейно, а уворачиваться и увиливать он не может, так как это не предусмотрено ПДД.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признал, указывая, что водитель ФИО4 в равной степени виновен в случившемся ДТП, поскольку не предпринял действия для снижения скорости, а так же не предпринял попытки уйти от столкновения.

Представитель ответчика в судебном заседании позицию ФИО2 поддержал, указывая, что с учетом имеющихся доказательств заявленные истцом требования не обоснованы. В данном ДТП также виноват и Оганесян, что подтверждается заключением эксперта ФИО6. ФИО4 имел техническую возможность остановить свой автомобиль с момента начала маневра разворота ФИО2 до момента столкновения. ФИО4 было видно, что машина разворачивается, и он мог перестроиться в другую полосу или же снизить скорость, что бы предотвратить столкновение. ФИО4 занимается «автоподставами», он этим зарабатывает. Из всех параметров движения видно, что ФИО4 намеренно догнал ФИО2, чтобы ударить автомобиль и потом сказать, что ответчик ему не уступил. Имеющееся постановление по делу об административном правонарушении в отношении ФИО2 преюдициального характера не имеет. Кроме того, исходя из последнего заключения эксперта, стоимость восстановительного ремонта транспортного средства составляет только 150 500 руб., при этом истец, как собственник автомобиля, получил от страховой компании 340600 руб., что перекрывает стоимость восстановительного ремонта более чем в два раза. Таким образом, оснований для взыскания дополнительных средств нет.

Третьи лица представитель САО «Ресо-Гарантия» и ФИО4 в судебное заседание не явились, судом о дате, месте и времени судебного заседания извещены надлежаще, не ходатайствуют об отложении судебного заседания.

Допрошенный в судебном заседании эксперт ФИО5 пояснил, что представленными материалами дела невозможно определить реальную скорость водителя. Однако если автомобиль двигался с превышением скорости, то действия водителя находятся в причинной связи с дорожно-транспортным происшествием, а если автомобиль двигался с меньшей скоростью, то имел возможность предотвратить столкновение. Таким образом, ФИО2, выполняя маневр, не имел права преимущественного движения, однако водители, которые имеют такое право, обязаны предпринимать меры для предотвращения ДТП.

Допрошенный в судебном заседании эксперт ФБУ «Тамбовская ЛСЭ» МЮ России ФИО6 пояснил, что в сложившейся ситуации с учетом материалов дела, представленных для исследования, им определены и описаны в заключении два варианта развития событий.

Допрошенный в судебном заседании эксперт ФБУ «Тамбовская ЛСЭ» МЮ России ФИО7 пояснил суду, что представленное на исследование транспортное средство марки «*** несет на себе множественные повреждения от предыдущих ДТП. Сам механизм ДТП развивался по касательной. Транспортное средство имеет повреждения с противоположной стороны от места контакта, которые однозначно не соответствуют данному ДТП, кроме того индикатор на щитке приборов не показывал срабатывание ремня. Им не исследовался акт осмотра транспортного средства, поскольку он представляет собой личное мнение того лица, который его писал. Темнее менее, ни в одном акте осмотра автомобиля ***. не была заполнена графа, в которой указывались бы следы эксплуатации, повреждения и получается, что по актам осмотра автомобиль был в идеальном состоянии. Им была исследована видеозапись, в связи с чем можно сделать вывод о том, что крыло автомобиля «Lexus IS 250» контактировало с колесом автомобиля марки «Renault Megane», у которого должны быть проблемы с передней подвеской, при этом крыло автомобиля «*** рег. смято полукругом к задней части. Фара автомобиля «***» из пластика, в связи с чем не могла существенно что-то повредить на автомобиле «*** Согласно фотоснимкам № 5,6 никаких фрагментов бампера у автомобиля «***» не выпало. Если бы бампер был смещен, то точки крепления бампера должны были быть разрушены, но этого выявлено не было. На фаре «***» была только царапина, при таком единственном повреждении фары не мог разрушиться электрический разъем. На заднем диске был скол, на переднем были царапины на ободе, которые возможно были получены в другом ДТП.

Выслушав стороны, пояснения экспертов в судебном заседании, исследовав письменные доказательства по делу, суд приходит к следующему выводу.

Согласно ч.2 ст.307 ГК РФ обязательства возникают из договора, вследствие причинения вреда и из иных обстоятельств, установленных ГК РФ.

В соответствии с п.п. 1,2 ст.15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата и повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которое это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В силу ч.1 ст.929 ГК РФ по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

В ст.4 ФЗ от 25.04.2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» предусмотрена обязанность владельцев транспортных средств страховать риск своей гражданской ответственности, которая может наступить вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц при использовании транспортных средств.

Согласно ст.6 ФЗ от 25.04.2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» наступление гражданской ответственности по обязательствам вследствие причинения вреда имуществу потерпевшего относится к страховому риску.

В судебном заседании установлено и не оспаривается сторонами, что *** произошло дорожно-транспортное происшествие с участием двух транспортных средств марки «*** рег. под управлением ФИО4 и марки «*** рег. под управлением ответчика ФИО2

В результате данного ДТП транспортное средство марки «***., принадлежащее истцу ФИО1, получило технические повреждения.

Ответчик ФИО2 на основании постановления от *** привлечен к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч.3 ст.12.14 КоАП РФ, в связи с тем, что не уступил дорогу транспортному средству, пользующемуся преимущественным правом движения.

*** ФИО1 обратилась с заявлением о выплате страхового возмещения в САО «Ресо-Гарантия» (т.1 л.д.71).

Страховщик признал дорожно-транспортное происшествие от *** страховым случаем и произвел ФИО1 выплату страхового возмещения на общую сумму в 344100 руб., в том числе компенсировав расходы истца на эвакуацию (т.1 л.д.82-84).

Судом установлено, не оспаривается стороной истца и подтверждается материалами дела (т.1 л.д.128), что транспортное средство марки «*** рег. продано ФИО1 на основании договора купли-продажи от ***.

Суд так же принимает во внимание пояснения представителя истца в судебном заседании от *** согласно которым представитель пояснил, что транспортное средство марки «*** рег. продано истцом без осуществления восстановительного ремонта.

Между тем, суд критически относиться к последующим пояснениям представителя истца в судебном заседании от *** о том, что транспортное средство марки *** рег. было частично отремонтировано собственником до продажи по договору от ***. Указанные пояснения представителя объективно противоречат ранее данным пояснениям, при условии, что первоначальная позиция представителя была сформирована после консультации с истцом, что объективно следует из протокола судебного заседания от ***. Кроме того, истцом, в нарушение положений ст.56 ГПК РФ не представлено суду доказательств, подтверждающих осуществление ремонтных работ в отношении поврежденного транспортного средства перед его продажей.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что транспортное средство марки «*** рег. отчуждено истцом по договору купли-продажи от *** без осуществления предварительного восстановительного ремонта, при этом оснований для иных выводов суду представлено не было.

Между тем, в соответствии с п.п. 1,2 ст.15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата и повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которое это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В силу положений ч.1 ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

По смыслу положений ст.1079 ГК РФ обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Аналогичная правовая позиция изложена и в п.35 Постановления Пленума ВС РФ от 26.12.2017 года №58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» согласно которой, причинитель вреда, застраховавший свою ответственность в порядке обязательного страхования в пользу потерпевшего, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба только в случае, когда страхового возмещения недостаточно для полного возмещения причиненного вреда (ст.15, п.1 ст.1064, ст.1072 и п.1 ст.1079 ГК РФ).

Суд признает несостоятельными доводы стороны ответчика о наличии обоюдной вины водителя ФИО2 и водителя ФИО4 в дорожно-транспортном происшествии, произошедшем ***, поскольку в указанной части суждения ответчика и его представителя объективно опровергаются исследованными судом доказательствами по делу.

В целях проверки доводов ФИО2, а равно для оценки действий водителей в сложившейся *** дорожной ситуации в материалы дела судом получено заключение эксперта ФБУ «Тамбовская ЛСЭ» МЮ России от *** ***.

Согласно выводам эксперта в предложенной дорожно-транспортной ситуации действия водителя ФИО2 регламентировались требованиями п.8.8 ПДД РФ, согласно которым при повороте налево или развороте вне перекрестка водитель безрельсового транспортного средства обязан уступить дорогу встречным транспортным средствам. Согласно п. 1.2 ПДД РФ «уступить дорогу (не создавать помех)» - требование, означающее, что участник дорожного движения не должен начинать, возобновлять или продолжать движение, осуществлять какой-либо маневр, если это может вынудить других участников движения, имеющих по отношению к нему преимущество, изменить направление движения или скорость.

Практическая реализация данных требований заключалась в осуществлении разворота, при котором водителю ФИО4 не требовалось прибегать к изменению направления движения или скорости.

В свою очередь действия водителя ФИО4 регламентировались требованиями п.10.1 абз.2 ПДД РФ, согласно которым при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства. Согласно п.1.2. ПДД РФ «Опасность для движения» - это ситуация, возникшая в процессе дорожного движения, при которой продолжение движения в том же направлении и с той же скоростью создает угрозу возникновения дорожно-транспортного происшествия.

При этом скоростной режим регламентировался требованиями 10.2 ПДД РФ, согласно которым в населенном пункте разрешается движение транспортных средств со скоростью не более 60 км/ч.

Практическая реализация данных требований заключалась в следовании со скоростью 60 км/ч. и применение торможения с момента, когда водителю стало очевидной возможность столкновения с опасно маневрирующем автомобилем «***

В силу того, что маневр разворота автомобиля «*** рег. завершился столкновением с автомобилем «***. действия водителя ФИО2 противоречили требованиям п.8.8 ПДД РФ и находились в причинной связи с фактом столкновения.

Оценка действий водителя ФИО4 по п.10.2 ПДД РФ, по мнению эксперта, не требовала какого-либо дополнительного комментария. Поскольку исследованием видеозаписи установлена скорость автомобиля «***. 65…70 км/ч., что противоречит п.10.2 ПДД РФ.

Тем не менее, как указывает эксперт, оценка действий водителя ФИО4 по п.10.1 абз.2 ПДД РФ, предопределяется наличием или отсутствием у него технической возможности предотвратить столкновение.

Под технической возможностью предотвратить ДТП понимается возможность избежать его путем снижения скорости (остановки) транспортного средства или маневра, определяемая техническими данными и особенностями транспортного средства, дорожной обстановкой и соответствующим ей нормативным значением времени реакции водителя. Водитель располагает технической возможностью предотвратить ДТП, если он успевает остановить транспортное средство, не доезжая до места встречи с препятствием, или объехать его, или, снизив скорость, позволяет подвижному препятствие выйти за пределы опасной зоны.

Оценивая действия водителя ФИО4, эксперт указывает на наличие альтернативных вариантов для оценки, обусловленных моментом возникновения опасности для движения. Если принять моментом возникновения опасности начало маневра разворота автомобиля «*** рег., действия водителя ФИО4 противоречили требованиям п.10.1 абз.2 ПДД РФ и находились в причинной связи с фактом столкновения. Напротив, если моментов возникновения опасности считать начало обратного маневра автомобиля «*** рег., в действиях водителя ФИО4 не усматривается противоречий требованиям п.10.1 абз.2 ПДД РФ, могущих находиться в причинной связи с фактом столкновения.

В обоих случаях действия водителя ФИО4 по выбору скорости противоречили требованиям п.10.2 ПДД РФ, однако не находились в причинной связи с фактом столкновения.

В силу положений ст.55 ГПК РФ одним из источников сведений о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения гражданского дела, являются заключения экспертов

В свою очередь обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами (ст.60 ГПК РФ).

Вместе с тем, выводы эксперта ФБУ «Тамбовская ЛСЭ» ФИО6 в заключение от ***, сомнений у суда не вызывают, поскольку исследование проведено экспертом имеющим необходимый стаж и опыт работы, а также квалификацию в данной области. Эксперт предупрежден судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, в его распоряжении были предоставлены все необходимые материалы дела. Заключение содержит подробное описание произведенных исследований, сделанные в результате их выводы и научно обоснованные ответы на поставленные вопросы. Каких-либо иных доказательств, опровергающих заключение эксперта, судом не установлено, а сторонами представлено не было.

Заключение ООО «ЭУ «Тамбовский центр независимых судебных экспертиз» ***-СА от *** судом исследовано, однако, по мнению суда, носит необъективный характер и противоречит фактическим обстоятельства произошедшего *** ДТП. Выводы эксперта о несоответствии действий водителя ФИО4, а равно о наличии в его действиях причинной связи с дорожно-транспортным происшествием объективно не мотивированы.

Квалификация действий ФИО2 экспертом определена неверно, противоречит обстоятельствам ДТП, установленным в постановлении о привлечении ответчика к административной ответственности, при условии, что ответчик осуществлял маневр разворота вне перекрестка. Одновременно эксперт делает вывод о том, что исключительно действия водителя ФИО4 являлись причиной столкновения транспортных средств, поскольку последней имел техническую возможность для остановки транспортного средства, при условии, что скорость автомобиля марки «*** рег. им определена не была, а так же не установлен момент обнаружения водителем ФИО4 опасности для движения.

В этой связи, суд, соглашаясь с позицией эксперта ФБУ «Тамбовская ЛСЭ» МЮ Росси ФИО6, полагает, что предпочтение тому или другому предложенного им сценарию развития ДТП должно определяться с учетом оценки всех обстоятельств ДТП.

С учетом установленных судом обстоятельств дела, выводов эксперта ФИО6, а так же его пояснения в судебном заседании, суд приходит к выводу о том, что ответчиком все же не предоставлено относимых, допустимых и объективных доказательств, подтверждающих факт того, что ФИО4 располагал технической возможностью предотвратить столкновение с транспортным средством марки «*** рег. в сложившейся *** дорожной ситуации.

Суд принимает во внимание пояснения эксперта ФИО6 в судебном заседании о том, что маневр разворота ФИО2 с момента его начала и до столкновения был непрерывным, то есть транспортное средство под управлением ответчика в момент маневрирования двигалось без остановки. Указанный вывод эксперта был сделан на основании просмотра видеа-файла, предоставленного на исследование. Кроме того, материалы дела не содержат доказательств того, что водителем транспортного средства «Lexus *** рег. каким-либо образом был изменен скоростной режим в сторону увеличения, что могло бы свидетельствовать о неком умысле со стороны ФИО4, направленного на провоцирование дорожно-транспортного происшествия. Согласно выводам эксперта ФБУ «Тамбовская ЛСЭ» МЮ России скорость ФИО4 путем многократного измерении составляла в среднем 67,5 км.ч.

Таким образом, принимая во внимание непрерывный характер и скорость маневрирования водителя ФИО2, скорость транспортного средства марки «*** рег. у суда отсутствуют безусловные основания полагать, что моментом обнаружения опасности для ФИО4 являлось именно начало маневра разворота автомобиля «***

Следовательно у ФИО4 отсутствовала техническая возможность предотвратить дорожно-транспортное происшествие *** года, и только действия водителя ФИО2, противоречащие п.8.8 ПДД РФ, находились в причинной связи с фактом дорожно-транспортного происшествия.

Ответчик, управляющий транспортным средством марки «*** рег., при выполнении маневра разворота, в нарушении п.8.8 ПДД РФ, вынудил изменить направление движения и скорость водителя ФИО4, управляющего транспортным средством марки «*** рег., и имеющего по отношению к нему преимущественное право проезда. При этом, как указывает эксперт, действия ФИО4 по выбору скорости хотя и противоречили требованиям п.10.2 ПДД РФ, однако не находились в причинной связи с фактом столкновения.

Как установлено ранее, заявление ФИО1 рассмотрено страховщиком САО «Ресо-Гарантия», дорожно-транспортное происшествие от *** признано страховым случаем и истцу выплачено страховое возмещение на общую сумму в 344100 руб., в том числе компенсированы расходы на эвакуацию.

Между тем, следует учесть, что требование потерпевшего (выгодоприобретателя) к страховщику о выплате страхового возмещения (об осуществлении страховой выплаты) в рамках договора обязательного страхования является самостоятельным и отличается от требований, вытекающих из обязательств вследствие причинения вреда, поскольку выплату страхового возмещения обязан осуществить непосредственно страховщик, однако наступление страхового случая, влекущее такую обязанность, само по себе не освобождает страхователя от гражданско-правовой ответственности перед потерпевшим за причинение ему вреда.

Положения ст.15, ч.1 ст.1064, ст.1072 и ч.1 ст.1079 ГК РФ не ограничен круг доказательств, которые потерпевший вправе предъявлять для определения размера понесенного ими фактического ущерба, однако, при рассмотрении спорного правоотношения суд обязан в полной мере учитывать все юридически значимые обстоятельства, позволяющие установить и подтвердить фактически понесенный потерпевшим ущерб.

Таким образом, положения указанных выше норм гражданского законодательства предполагают возможность возмещения лицом, гражданская ответственность которого застрахована, имущественного вреда потерпевшему, исходя из принципа полного его возмещения, в том случае, если потерпевшим представлены надлежащие доказательства того, что размер фактически понесенного им ущерба превышает сумму полученного страхового возмещения.

Вместе с тем, урегулирование подобного рода правоотношений требует обеспечения баланса интересов, как потерпевшего, так и лица, причинившего вред, интерес которого состоит в том, чтобы возместить потерпевшему лишь те расходы, необходимость осуществления которых непосредственно находится в причинно-следственной связи с его противоправными действиями.

Судом установлено, а истцом не доказано обратное, что транспортное средство марки «*** рег. отчуждено истцом по договору купли-продажи от *** без осуществления предварительного восстановительного ремонта.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что истцом объективно не понесены реальные расходы, связанные с восстановительным ремонтом.

В силу положений ст.56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии с положениями ч.ч.1-3 ст.67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

По смыслу ч.3 ст.86 ГПК РФ суд оценивает заключение эксперта по правилам, установленным в ст. 67 ГПК РФ, то есть по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, а так же с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, как каждого доказательства в отдельности, так и в их совокупности.

Определяя размер убытков, причиненных истцу, суд не принимает во внимание заключение ИП ФИО3 от ***, предоставленное истцом, полагая его необъективным. Экспертом при исследовании не принималось во внимание обстоятельство того, что транспортное средство марки «***. несет на себе множественные технические повреждения от ранее произошедших ДТП, однако оценка принадлежности выявленных повреждений к ДТП от *** экспертом не производилась.

В этой связи, для определения размера причиненного истцу фактического ущерба, суд принимает во внимание заключения эксперта ФБУ «Тамбовской ЛСЭ» МЮ России ФИО7 от *** ***, от *** «*** от *** ***, поскольку указанные заключения полно и всесторонне отражают вопросы, связанные с размером причиненного истцу ущерба в результате ДТП от ***.

Заключение эксперта, в том числе, произведено с использованием положений соответствующих методик, объем описанных в заключение повреждений экспертом определен на основе всестороннего и полного исследования представленных доказательств, при этом вывод эксперта о соотношении повреждений истцом надлежаще не оспорен, эксперт ФИО7 имеет соответствующую квалификацию и стаж работы по специальности, предупрежден судом об уголовной ответственности по ст.307 УК РФ.

Ходатайство представителя истца о назначении по делу повторной авто-технической экспертизы судом рассмотрено и отклонено, при условии, что содержащиеся в нем доводы представителя обусловлены лишь несогласием с проведенной экспертом оценкой фотоматериалов.

Таким образом, с учетом установленного экспертом перечня повреждений транспортного средства марки «*** рег. которые по своим характеристикам соотносятся с обстоятельствами ДТП от ***, стоимость восстановительного ремонта транспортного средства, принадлежащего истцу, без учета износа по рыночным ценам Тамбовской области на дату ДТП могла составить 150500 руб.

В свою очередь, как установлено судом САО «Ресо-Гарантия» произвело ФИО1 выплату страхового возмещения в размере 344100 руб., в том числе компенсировав расходы на эвакуацию, что превышает фактическую стоимость ремонта транспортного средства марки «*** установленную в ходе рассмотрения заявленных требований.

Таким образом, принимая во внимание установленные судом обстоятельства дела, оснований для удовлетворения заявленных требований ФИО1 о компенсации причиненного ущерба, полученного в результате ДТП, удовлетворению не подлежат.

Согласно ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из оплаты государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. К таким издержкам, в том числе относятся и расходы по проведению экспертизы.

Согласно ч.2 ст.103 ГПК РФ при отказе в иске издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, взыскиваются с истца, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены.

В материалах дела имеется три заявления начальника ФБУ «Тамбовская ЛСЭ» МЮ России о компенсации понесенных расходов на проведение экспертных исследований, который подлежат удовлетворению за счет истца ввиду отказа в удовлетворении заявленных требований.

Таким образом, в пользу ФБУ «Тамбовская ЛСЭ» МЮ России со ФИО1 подлежат взысканию расходы на общую сумму в 38590 руб.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного в результате ДТП, а так же иных понесенных расходов оставить без удовлетворения.

Взыскать со ФИО1 в пользу ФБУ Тамбовская ЛСЭ Минюста России расходы на производство судебных экспертиз на общую сумму 38590 руб.

Разъяснить, что в соответствии с положениями ч.2 ст.199 ГПК РФ составление мотивированного решения суда может быть отложено на срок не более чем пять дней со дня окончания разбирательства дела.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Тамбовский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья М.В. Акульчева

Решение суда изготовлено в окончательной форме 22 августа 2022 года.

Судья М.В. Акульчева