Дело №
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
01 декабря 2025 года <адрес>
Колпашевский городской суд Томской области в составе:
председательствующего судьи Ольховской Е.В.,
при секретаре О.С.,
помощник судьи Стёпина В.И.,
с участием представителя истца ОГАУЗ «ФИО3» Н.В., действующей на основании доверенности № от Д.М.Г.
представителя ответчика М.В. – Ю.Н., действующей на основании доверенности № от Д.М.Г.
рассмотрев в судебном заседании гражданское дело по иску областного государственного автономного учреждения здравоохранения «Колпашевская районная больница» к М.В. о возмещении материального ущерба, взыскании судебных расходов
УСТАНОВИЛ:
ОГАУЗ «ФИО3» обратилось в Колпашевский городской суд <адрес> с исковым заявлением к М.В., с учетом уточнения требований, о взыскании возмещении материального ущерба, причиненного имуществу, в размере 50 460 рублей, расходов по уплате госпошлины в размере 4 000 рублей, расходов на проведение экспертизы в размере 30 000 рублей.
В обоснование заявленных требований указано, что ОГАУЗ «ФИО3» является собственником шлагбаума САМЕ, серийный № года выпуска, установленного на въезде на частную территорию ОГАУЗ «ФИО3».
В результате действий М.В.Д.М.Г. произошла поломка данного шлагбаума.
В целях работоспособности указанного имущества между истцом и ИП С.С. был заключен договор подряда № ЕП от Д.М.Г. . Цена договора составила 55 000 рублей.
В ходе исполнения данного договора было выявлено, что плата управления данного шлагбаума также была выведена из строя и в стоимость вышеназванного договора не входит.
В связи с этим Д.М.Г. истцом с ИП С.С. был заключен договор поставки № на поставку платы блока управления ZL39В для указанного выше автоматического дорожного шлагбаума, стоимость которого составляет 19 450 рублей.
Итого в целях восстановления работоспособности вышеназванного шлагбаума истцом было затрачено 74 450 рублей, что подтверждается платежными поручениями.
Согласно заключению судебной экспертизы №С007/2025 реальный ущерб, причиненный действиями ответчика имуществу ОГАУЗ «ФИО3» составляет 50 460 рублей.
Представитель истца ОГАУЗ «ФИО3» Н.В. в судебном заседании заявленные исковые требования, с учетом дальнейшего уточнения, поддержала в полном объеме по основаниям, указанным выше. Дополнительно пояснила, что Д.М.Г. в вечернее время на территории больницы происходила чистка снега. Около 20 часов к шлагбауму подъехал автомобиль «Lexus», из которой вышел, как потом выяснилось, М.В., который сломал данный шлагбаум, пытаясь проехать на территорию учреждения, после чего развернулся и уехал. Охранник момент поломки шлагбаума не видел. Поломку увидела их бывший специалист ГО и ЧС утром Д.М.Г. , была изогнута стрела, шлагбаум не работал. Об этом ею была написана служебная записка на имя исполняющей обязанности главного врача С.М., в связи с чем Д.М.Г. было подано заявление в полицию для установления личности лица, повредившего имущество. После проведенных мероприятий участковый сообщил о том, что данное лицо установлено, однако в дальнейшем протокол об административном правонарушении был возвращен участковому, после этого производство по делу было прекращено. При этом участковый обратил внимание на то, что учреждение имеет право реализовать свое право на возмещение ущерба путем подачи искового заявления. Пока проходило разбирательство, ими было подготовлено техническое задание, отобраны предложения для проведения работ. При проведении диагностики было выявлено, что поломка шлагбаума произошла в результате механического воздействия, а также был приложен акт о выявленных дефектах, в котором указано, что имеется механическая деформация стрелы. Сам ответчик этого не отрицает в своих объяснениях, в которых указывает, что перестал ломать шлагбаум, когда увидел, что стрела погнулась. В результате этого была повреждена переходная шестерня редуктора, требовался ремонт привода редуктора, были обломлены крепления редуктора, в связи с чем требовалась замена постамента под шлагбаум. Ими был заключен договор на проведение ремонтных работ, стоимость которого составила 55 000 рублей. В ходе проведения указанных работ, Д.М.Г. был выявлен скрытый дефект – не работающая плата, следы сгоревших элементов, возможны внутренние повреждения. В связи с этим был заключен дополнительный договор на поставку блока управления, стоимость которого составила 19 450 рублей. Услуги по данным договорам были оплачены, что подтверждается соответствующими квитанциями. Полагают, что между противоправными действиями ответчика и причиненным ущербом имеется причинно-следственная связь, а потому М.В. должен возместить данный ущерб в полном объеме. Также пояснила, что имеются два акта о повреждениях, первый от Д.М.Г. , составленный при первоначальной диагностике, второй от Д.М.Г. , когда были выявлены скрытые повреждения.
Ответчик М.В., надлежащим образом извещенный о месте и времени рассмотрения дела, в судебное заседание не явился, причины неявки суду не сообщил, каких-либо ходатайств не заявлял.
На основании ч.4 ст.167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие ответчика.
Ранее в судебном заседании ответчик М.В. заявленные исковые требования не признал, пояснив, что его вина в причинении ущерба не доказана. Полагает, что поднятие стрелы не могло привести к поломке на такую сумму расходов. При этом, до настоящего времени шлагбаум никто не ремонтировал, что видно по его внешнему виду.
В письменных возражениях ответчик М.В. просит отказать в удовлетворении заявленных требований, указав, что в соответствии с положением о порядке и правилах въезда, движения и стоянки транспортных средств на территории ОГАУЗ «ФИО3» от Д.М.Г. , утвержденным главврачом, п.3.4 предусмотрено, что работники охранной организации незамедлительно сообщают посредством телефонной связи о возникновении конфликтной ситуации начальнику отдела ГО и МР, а тот в свою очередь осуществляет вызов правоохранительных органов в случае возникновения конфликтных ситуаций, связанных с причинением вреда имуществу учреждения и т.д., составляет акты о причинении вреда имуществу Учреждения с подробным описанием повреждений имущества, а также доводит до сведения руководства Учреждения о возникновении конфликтных ситуаций, решение которых потребовало вызова правоохранительных органов в течение 1 часа с момента обнаружения соответствующего инцидент; в письменном виде доводит до сведения начальника хозяйственного отдела о выходе из строя шлагбаума на КПП, а также о необходимости размещения соответствующей информации для участников движения на территории учреждения. Кроме того, п.2.2 вышеуказанного положения не говорит о запрете въезда на территорию учреждения при расчистке снега, но говорит о возможном ограничении. Кроме того, в п. 2.3 положения говорится, что въезд на территорию учреждения транспортных средств третьих лиц с целью посадки и высадки пассажиров допускается в том числе в связи с транспортировкой лиц, находящихся в тяжелом состоянии и которым требуется помощь в неотложной или экстренной форме. Отметил, что на территорию больницы въезжают абсолютно любые автомобили, не имеющие никаких пропусков, тем более когда стрела шлагбаума открыта в вечернее и ночное время, а также когда охранник уходит на другой пост. В соответствии с приложением к договору оказания услуг № № по вооруженной охране объектов ОГАУЗ «ФИО3» от Д.М.Г. , в п.Д.М.Г. указано, что в обязанности охранника входит обеспечение прибытия группы быстрого реагирования для пресечения противоправных действий лиц, нарушающих порядок на объекте, в течение 5 минут. Никаких сообщений Д.М.Г. охранник не делал, правоохранительные органы ими не вызывались, никакого повреждения шлагбаума зафиксировано в этот деть не было (ни акта о причинении вреда имуществу с указанием ущерба и обстоятельств, при которых он был причинен, ни протокола осмотра места происшествия, ни фотографий повреждений). Ни в этот день, ни в другие последующие дни такого факта зафиксировано не было. Никаких экспертиз по порче имущества проведено не было. Шлагбаум работал как обычно, каждый последующий день до его снятия. При каких обстоятельствах снимали весь шлагбаум, кто и снимал и каким образом снимали шлагбаум, в какой день его снимали, остается под вопросом. Кроме того, шлагбаум где-от находился длительное время, прежде чем был составлен акт о выявлении дефектов, который датирован Д.М.Г. , а второй акт от Д.М.Г. составлен в процессе ввода шлагбаума в эксплуатацию. Полагает, что данные акты не могут устанавливать события, произошедшие Д.М.Г. , а потому не могут являться допустимыми доказательствами. Также полагает, что приложенное постановление ЖУАП № от Д.М.Г. является недопустимым доказательством, так как в компетенцию участкового не входит вынесение постановлений по ст.7.17 КоАП РФ, а административное расследование по данной статье законом не предусмотрено. Дела об административных правонарушениях, предусмотренных ст.7.17 КоАП РФ, подсудны только мировым судьям. Кроме того, с указанным постановлением он не был ознакомлен, узнал о его существовании только из искового заявления. Также он не получал претензию от ОГАУЗ «ФИО3», которая датирована Д.М.Г. , спустя полгода с даты их появления у КПП. Полагает, что приложенные договоры также не доказывают поломку шлагбаума Д.М.Г. , так как датированы маем и июлем 2024 года. По какой причине производился ремонт шлагбаума летом 2024 года, не понятно. Считает, что требования истца не обоснованы, не основаны на законе, не имеют к нему никакого отношения, шлагбаум он не ломал, не повреждал, ущерб не причинял. Д.М.Г. в вечернее время он со своей мамой Ю.Н., её мужем Е.В., со своей тещей Е.А. и своим сыном подъехали на его машине к территории горбольницы со стороны <адрес> к КПП для того, чтобы госпитализировать его ребенка в инфекционное отделение с пневмонией и высокой температурой по направлению. Охранник категорически не хотел их впускать, на их просьбы и уговоры проехать на пару минут, чтобы просто высадить их с ребенком и сумками (вещами) реагировал отрицательно. Он попытался приподнять стрелу шлагбаума, думал, проедут, но она пошла туго, и он ее отпустил. Тогда они поехали к центральному входу по стороны магазина «Гурман» и оттуда пошли пешком до инфекционного отделения. Отъезжая от КПП они видели, как охранник выпускал автомобиль с территории больницы, а потом впускал другой автомобиль на территорию больницы, шлагбаум работал, никаких поломок не было, стрела поднималась и опускалась. Отъезжая от КПП они видели, как охранник впускал автомобиль на территорию больницы, а также выпускал другой автомобиль с территории больницы, шлагбаум работал, никаких поломок не было, стрела поднималась и опускалась. В дальнейшие дни он также работал в штатном режиме (точно также как работал и ранее). Через неделю, а именно Д.М.Г. от лейтенанта полиции Д.В. они узнали о заявлении, которое написала ФИО1 поступил мужу его мамы с новостью о том, что именно он сломал шлагбаум. Заявление С.М. датировано Д.М.Г. , через пять дней после того, как они привозили ребенка на госпитализацию. Текст заявления не соответствует фактическим обстоятельствам, содержит информацию, не относящуюся к их появлению у КПП Д.М.Г. , а именно «неизвестный гражданин в агрессивном состоянии совершил преступление – руками сломал шлагбаум, после чего сел в свой автомобиль и уехал в неизвестном направлении». Указывает, что этим гражданином он точно не являлся и не является. Охранник знал, куда им нужно было проехать, он показывал ему направление на госпитализацию ребенка, минут 10 уговаривал его дать возможность проехать к инфекционному отделению. Поэтому полагает, что заявление С.М. не может быть отнесено к их появлению у КПП больницы Д.М.Г. . Кроме того, лейтенантом полиции Д.В.Д.М.Г. при встрече с его мамой и ее мужем было сказано и то, что согласно видеофиксации шлагбаум работал и в последующие дни до его снятия. Полагает, что договор подряда и договор поставки также не могут быть отнесены к его появлению у КПП Д.М.Г. , как и заявление С.М., поэтому не могут являться доказательствами по делу. ФИО2 неоднократно пытался составлять протоколы об административном правонарушении по ст.7.17 КоАП РФ, все время что-то менялось, менялась и сумма ущерба. На протокол было написано возражение в мировой суд и оно было принято, на Д.М.Г. была назначена дата судебного заседания, но суд не состоялся по причине возврата материалов проверки по делу об административном правонарушении по ст.7.17 КоАП РФ в следствие множественных нарушений и несовпадений, которые требовалось устранить. До мирового суда материалы дела так и не дошли, лейтенант полиции Д.В. решил самостоятельно вынести постановление о прекращении производства по делу в связи с отсутствием состава административного правонарушения, но при этом прописал в нем право ОГАУЗ «ФИО3» на обращение в суд по факту повреждения имущества, которого он не повреждал и не имеет к этому ремонту никакого отношения. Указал, что прекращение производства по делу об административном правонарушении по реабилитирующему основанию, например, отсутствие события административного правонарушения, либо отсутствие состава административного правонарушения исключают возможность предъявления потерпевшим иска по возмещению имущественного ущерба. Полагает, что ни материалами дела, ни пояснениями охранника, а также других лиц, повреждение шлагбаума не подтверждено. Не подтверждено оно и документально. Считает, что истцом не представлено ни одного доказательства, которое бы свидетельствовало его виновность в причинении ущерба имуществу, принадлежащему ОГАУЗ «ФИО3».
Представитель ответчика Ю.Н. в судебном заседании заявленные требования, с учетом уточнения не признала по основаниям, указанным в отзывах на исковое заявление. Дополнительно пояснила, что материалами дела вина ответчика не установлена, нет причинно-следственной связи между действиями ответчика и заявленным ущербом. Д.М.Г. они подъехали к КПП для госпитализации ее внука в инфекционное отделение. Однако охранник их не пропустил в связи с тем, что на территории велись работы по расчистке снега. Пропуска для проезда на территорию у них не было. Они стали уговаривать охранника, показывали ему направление на госпитализацию, однако охранник отказывался их пропустить и ушел на свой пост. Там с ним разговор продолжил М.В., но уговорить не вышло. Ответчик вышел и попытался приподнять стрелу шлагбаума, но она пошла «туго» и он ее отпустил. Шлагбаум ответчик не ломал. Все это видел охранник, стоявший в этот момент на улице. После этого они уехали на <адрес>, и зашли на территорию через другой вход. При этом, когда они отъезжали, охранник выпустил с территории больницы другой автомобиль, запустил на территорию автомобиль, шлагбаум работал, стрела поднималась и опускалась. Указала, что у КПП они были в 19 часов 50 минут, пробыли там около 10 минут. При этом охранник в своих пояснениях говорит о том, что в 20 часов он поднимал стрелу шлагбаума и ушел на другой пост, хотя трактор еще работал на территории больницы. Только Д.М.Г. её мужу позвонил участковый и предъявил претензии по поводу сломанного шлагбаума. При этом в разговоре следователь говорил о том, что в последующие дни шлагбаум действительно работал. Вместе с тем, Д.М.Г. в отношении М.В. был составлен первый административный протокол с суммой ущерба 53 206 рублей, но в расчете была указана иная модель шлагбаума. Потом был другой протокол с другой суммой ущерба и с другой моделью шлагбаума. Суд был назначен на Д.М.Г. , М.В. предоставил на него возражения и материал был возвращен участковому для устранения нарушений. После этого участковый вынес постановление о прекращении производства по делу, указав, что М.В. не виноват, но при этом указав право истца на обращение в суд. Кроме того, со слов охранника, а также специалиста ГОиЧС, после отъезда ответчика шлагбаум находился в рабочем состоянии. Видеозапись также не подтверждает поломку шлагбаума на заявленную сумму ущерба.
Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета иска, ООО ЧОП «Аргор», надлежащим образом извещенный о месте и времени рассмотрения дела, в судебное заседание не явился, причины неявки суду не сообщил, каких-либо ходатайств не заявлял.
На основании ч.3 ст.167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие третьего лица ООО ЧОП «Аргор».
Заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав представленные доказательства, в том числе показания свидетелей, суд приходит к следующему выводу.
Согласно положениям ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее -ГК РФ) лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (п.1).
Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (п.2).
Как следует из положений ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (п.п. 1 и 2).
По смыслу вышеуказанной нормы для возложения на лицо имущественной ответственности за причинённый вред необходимо установление фактов наступления вреда, его размера, противоправности поведения причинителя вреда, его вины, а также причинно-следственной связи между действиями причинителя вреда и наступившими неблагоприятными последствиями. Вина причинителя вреда является общим условием ответственности за причинение вреда. При этом вина причинителя вреда презюмируется, поскольку он освобождается от возмещения вреда только тогда, когда он докажет, что вред причинён не по его вине. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт причинения ущерба, его размер, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
Аналогичные разъяснения приведены и в п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности.
Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.
В судебном заседании установлено и подтверждено представленными доказательствами, что на основании договора № от Д.М.Г. ИП С.С. по заказу ОГАУЗ «ФИО3» осуществил поставку и ввод в эксплуатацию шлагбаума САМЕ Gard G3750_SX/DX.
Д.М.Г. в 08 часов 00 минут сотрудниками ОГАУЗ «ФИО3» составлен акт о том, что согласно записи с камеры видеонаблюдения установлено, что Д.М.Г. в 19 часов 50 минут неизвестное лицо, прибывшее на автомобиле Lexus, госномер Н826ВО70, вышел из автомобиля и попытался открыть шлагбаум руками самостоятельно, в результате чего шлагбаум, расположенный по адресу: <адрес>, находится в неисправном состоянии, а именно стрелка погнута, при опускании сильно шатается и слышен скрежет редуктора. Полагают необходимым проведение диагностики для выявления поломки квалифицированной организацией.
О случившемся специалистом по ГО Н.В.Д.М.Г. на имя и.о.главного врача представлена служебная записка, из которой следует, что Д.М.Г. в 19:40 на территории ОГАУЗ «ФИО3» проводилась работа по уборке снега, на посту № находился охранник А.И., чтобы держать шлагбаум в закрытом состоянии и никого не впускать. Она утром Д.М.Г. заметила, что шлагбаум находится в поломанном виде, пошла на пост охраны № и спросила, что произошло. На что охранник ответил, что его сломал человек. Просмотрев видеозапись увидела, что Д.М.Г. в 19:50 человек в агрессивном состоянии выходит из балка охранников и начинает руками выламывать шлагбаум, после чего сел в машину и уехал, охранник никаких действий не предпринял и не стал вызывать службу быстрого реагирования или дежурную часть. Со слов охранника А.И. человек был в агрессивном состоянии и утверждал, что он сотрудник и у него есть пропуск, просто он на другой машине сейчас.
Из сообщения ИП С.С. от Д.М.Г. , направленного в ОГАУЗ «ФИО3», следует, что в ходе диагностики шлагбаума САМЕ G3750_SX/DX по адресу: <адрес>, выявлено, что поломка данного шлагбаума произошла в результате механического воздействия.
Как следует из акта № от Д.М.Г. , составленного ИП С.С., в процессе диагностики шлагбаума САМЕ G3750_SX/DX выявлено следующее: механическая деформация стрелы. Восстановлению не подлежит. Требуется замена; повреждена переходная шестерня редуктора, требуется ремонт привода редуктора; обломлены крепления шлагбаума. Требуется замена постамента под тумбу шлагбаума.
Вместе с указанным актом ОГАУЗ «ФИО3» направлены соответствующие коммерческие предложения.
Д.М.Г. между ОГАУЗ «ФИО3» (Заказчик) и ИП С.С. (Подрядчик) заключен договор подряда № ЕП, в соответствии с условиями которого Подрядчик обязуется по заданию Заказчика выполнить работу по восстановлению работоспособности автоматического дорожного шлагбаума САМЕ (серийный номер G3750_SX/DX, 2018 года выпуска) и сдать ее результат Заказчику, а Заказчик обязуется принять результат выполненной работы и оплатить его (п.1.1). Цена договора составляет 55 000 рублей (п.2.1).
Согласно техническому заданию (приложение к договору № ЕП от Д.М.Г. ) определен перечень работ: замена стрелы шлагбаума, ремонт привода редуктора шлагбаума, замена постамента под тумбу шлагбаума, пуско-наладочные работы шлагбаума, ввод в эксплуатацию шлагбаума (л.д.17-24).
Оплата услуг по указанному договору подтверждена платежным поручением № от Д.М.Г. (л.д.15).
Д.М.Г. ИП С.С. составлен акт, согласно которому в процессе диагностики, пуско-наладочных работ и ввода в эксплуатацию шлагбаума САМЕ G3750_SX/DX были выявлены скрытые дефекты: плата не работает, видны следы сгоревших элементов (возможны внутренние повреждения). Указанная ведомость с коммерческими предложениями направлена в адрес ОГАУЗ «ФИО3» вместе с коммерческими предложениями (л.д.131-135).
Д.М.Г. между ОГАУЗ «ФИО3» (Заказчик) и ИП С.С. (Поставщик) заключен договор № ЕП, в соответствии с условиями которого Поставщик обязуется передать Заказчику плату блока управления ZL39В для автоматического дорожного шлагбаума № (п.1.1). Цена договора составляет 19 450 рублей (п.2.1) (л.д.25-29).
Из платежного поручения № от Д.М.Г. следует, что ОГАУЗ «ФИО3» перечислило ИП С.С. денежные средства в размере 19 450 рублей в счет оплаты по договору № ЕП от Д.М.Г. (л.д.16).
Как следует из материала проверки КУСП 2333 от Д.М.Г. , поступившего из ОМВД России по <адрес> по запросу суда, Д.М.Г. и.о.главного врача ОГАУЗ «ФИО3» обратилась в ОМВД России по <адрес> с заявлением о привлечении к ответственности неизвестного лица, совершившего Д.М.Г. в 19 часов 50 минут преступление: в агрессивном состоянии руками сломал шлагбаум, после чего сел в свой автомобиль и уехал в неизвестном направлении (л.д.89).
Из объяснений главного врача ОГАУЗ «ФИО3» Н.В. следует, что ущерб составил 55 000 рублей, который является значительным.
Согласно объяснению Н.В., специалиста по ГО и МР ОГАУЗ «ФИО3», повреждение Д.М.Г. в утреннее время она увидела, что шлагбаум имеет повреждения, но находится в рабочем состоянии. От охранника стало известно о том, что Д.М.Г. около 19 часов 40 минут мужчина пытался проехать на территорию учреждения. Поскольку его не пропустили, он поднял его вверх, чем нарушил его работу.
Как следует из объяснения охранника ЧОП «НордГард» А.И., Д.М.Г. в вечернее время он находился в балке охраны на выезде с территории ОГАУЗ «ФИО3». К шлагбауму подъехал автомобиль, который он не пропустил на территорию учреждения. Момент, когда мужчина поднимал шлагбаум руками, он не видел. После того, как мужчина уехал, шлагбаум поднимался и опускался.
Из объяснений М.В. и Ю.Н. следует, что Д.М.Г. около 19 часов 50 минут они подъехали к шлагбауму ОГАУЗ «ФИО3», однако охранник не позволил им проехать на территорию учреждения. После этого М.В. пытался рукой поднять шлагбаум, чтобы проехать. Почувствовав, что шлагбаум начал гнуться М.В. сел в автомобиль и уехал. При этом шлагбаум остался в рабочем состоянии, пропускал автомобили на территорию больницы.
Д.М.Г. в отношении М.В. был составлен протокол об административном правонарушении, предусмотренном ст.7.17 КоАП РФ, материал передан для рассмотрения в мировой суд.
Определением мирового судьи судебного участка № Колпашевского судебного района <адрес> от Д.М.Г. указанный материал возвращен УУП ОУУП и ПДН ОМВД России по <адрес> для устранения недостатков.
Постановлением УУП ОУУП и ПДН ОМВД России по <адрес> ЖУАП № от Д.М.Г. прекращено административное производство по факту повреждения имущества, принадлежащего ОГАУЗ ФИО3», по ст.7.17 КоАП РФ прекращено за отсутствием состава административного правонарушения на основании п.2 ч.1 ст.24.5 КоАП РФ.
Как следует из указанного постановления, Д.М.Г. в ОМВД России по <адрес> поступило сообщение ОГАУЗ «ФИО3» о том, что Д.М.Г. в 19 часов 50 минут неизвестный гражданин руками сломал шлагбаум, после чего сел в свой автомобиль и уехал. По результатам административного расследования виновность М.В. в совершении административного правонарушения, предусмотренного ст.7.17 КоАП РФ, не установлена, так как отсутствуют доказательства его вины.
Кроме того, в указанном постановлении указано на возникновение у ОГАУЗ «ФИО3» права обращения в суд по факту повреждения имущества в порядке ст.1064 ГК РФ.
Д.М.Г. ОГАУЗ «ФИО3» в адрес М.В. направлена претензия (от Д.М.Г. ) с требованием возмещения средств, затраченных на проведение ремонтных работ в размере 74 450 рублей, в течение 10 рабочих дней со дня получения претензии, указав в обоснование, что Д.М.Г. в результате действий М.В. произошла поломка шлагбаума, принадлежащего ОГАУЗ «ФИО3».
Как следует из видеозаписи, исследованной в ходе судебного заседания, к шлагббауму подъехал автомобиль Ю.В., с охранником разговаривает Е.В., затем из машины выходит М.В., разговаривает с охранником, далее М.В. подходит к шлагбауму, и применив силу, целенаправленно несколько раз дёргает его и пытается резко поднять, после чего садится в автомобиль.
Как указывалось ранее, отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.
В судебном заседании по ходатайству стороны ответчика в подтверждение отсутствия вины в причинении ущерба были допрошены свидетели.
Так, свидетель Е.А. показала, что Д.М.Г. около 19-20 часов она, М.В. с ребенком, а также Ю.Н., Е.В. поехали в больницу для госпитализации ребенка, так как у него была высокая температура. Когда они подъехали к шлагбауму, то его стрела была опущена. Е.В. вышел из автомобиля и попросил охранника поднять стрелу, но тот отказал, что на территории работает трактор. Е.В. сел обратно в автомобиль. Тогда на улицу вышел М.В., стал просить охранника пропустить их, объяснял, что ребенок болеет, высокая температура, но охранник их пропускать отказывался. После этого М.В. вышел и приподнял стрелу шлагбаума, после чего они уехали. При этом, уезжая, они видели, что охранник поднял стрелу и пропустил на территорию ехавший за ними автомобиль. То есть шлагбаум работал. Видел ли охранник, что М.В. приподнимал стрелу, точно сказать не может, так как он то выходил, то заходил в кабину.
Свидетель Е.В. в судебном заседании показал, что около 19-20 часов Д.М.Г. они подъехали к шлагбауму больницы, так как им нужно было положить внука в инфекционное отделение с пневмонией. Шлагбаум был закрыт. Охранник их пропустить отказался, так как на территории работал трактор, расчищал снег около приемного отделения. Он пошел обратно в машину, а М.В. попытался приподнять шлагбаум, на что охранник, выйдя, сказал «Что хочешь новый шлагбаум купить?». После этого ответчик также сел в машину. В этот момент подъехал легковой автомобиль, который охранник пропустил на территорию учреждения. Еще один автомобиль выезжал с территории больницы. О том, что больница разыскивает виновное лицо, ему стало известно Д.М.Г. от участкового ФИО4. При этом и участковый говорил о том, что шлагбаум был рабочий. Они шлагбаум не ломали.
Свидетель Д.В. показал, что весной 2024 года поступило заявление заместителя главного врача ОГАУЗ «ФИО3» по факту причинения вреда имуществу – шлагбауму. При этом заявление было подано не сразу после причинения ущерба, а через несколько дней. Насколько помнит, когда он приехал к месту по вызову, то шлагбаума не было. Он также просматривал видеозапись, но что на ней было, сказать не может, так как это было давно. По факту случившегося им в отношении М.В. составлялся протокол об административном правонарушении, в который потом вносились изменения. Установив обстоятельства дела, им был вынесен протокол о прекращении производства по делу, поскольку отсутствует причинно-следственная связь и недоказанность между действиями М.В. и причинением ущерба. При этом экспертиза им не назначалась. При опросе охранника тот пояснял, что около 20 часов он поднял стрелу шлагбаума и ушел на другой пост. Самого момента поломки он не видел, так как заходил в помещение, где расположен пост.
Вместе с тем, указанные показания свидетелей достоверно не свидетельствуют об отсутствии причинно-следственной связи между действиями М.В. и причиненным ОГАУЗ «ФИО3» ущербом. Не доказывает отсутствие вины М.В. и факт того, что охранник незамедлительно не сообщил о произошедшем руководству учреждения.
При этом, сам ответчик, его представитель, а также допрошенные в судебном заседании свидетели Е.А., Е.В. пояснили о том, что М.В. действительно предпринимал действия, направленные на поднятие стрелы шлагбаума, принадлежащего ОГАУЗ «ФИО3».
В ходе рассмотрения дела по ходатайству стороны истца с целью установления причинно-следственной связи и определения размера ущерба была назначена судебная техническая экспертиза, производство которой было поручено экспертам ООО «Судебная экспертиза».
Как следует из выводов заключения судебной технической экспертизы № от Д.М.Г. , выполненного экспертом ООО «Судебная экспертиза» ФИО5, сопоставляя сведения о поврежденных элементах шлагбаума, изложенных в актах о выявленных дефектах от Д.М.Г. и от Д.М.Г. , с условиями договора подряда № ЕП от Д.М.Г. (с Приложением № и Соглашением о продлении сроков договора), установлено, что перечень выполненных работ и использованных материалов соответствуют перечню повреждений шлагбаума, которые на момент проведения работ необходимо было исправить. Следствием действий ответчика является повреждение следующих конструктивных элементов: стрела шлагбаума; пластина крепления стрелы; кронштейн крепления стрелы; шестерня привода. Не являются следствием действий ответчика: нарушение крепления тумбы шлагбаума к бетонному постаменту; неработоспособное состояние платы управления шлагбаумом. Реальный ущерб, причиненный действиями ответчика имуществу ОГАУЗ «ФИО3» складывается из стоимости запасных частей, подлежащих замене, стоимости их доставки и стоимости работ по замене поврежденных элементов. Стоимость запасных частей по данным официального представителя компании САМЕ в России составляет 35 490 рублей. Стоимость доставки запасных частей из <адрес> до <адрес> по данным онлайн калькулятора Почты России составляет 1 410 рублей. Стоимость работ (услуг) по ремонту шлагбаума по предложениям, опубликованным в сети Интернет, составляет 13 560 рублей. Итого: 50 460 рублей.
В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ч. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
В силу положений частей 1 - 3 ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.
Суд принимает указанное заключение как доказательство, отвечающие требованиям относимости и допустимости, исходя из того, что к данному заключению эксперта приложены документы, свидетельствующие о соответствующей квалификации эксперта, последний предупрежден об ответственности по ст. 307 УК РФ, экспертиза проведена с учетом Федерального закона № 73-ФЗ от 31.05.2001 «О государственной судебно-экспертной деятельности», соответствует требованиям ст. 86 ГПК РФ, в экспертных заключениях содержатся подробные описания проведенных исследований, полные ответы на поставленные перед экспертом вопросы, выводы эксперта изложены последовательно и четко сформулированы, не допускают неоднозначного толкования, и понятны лицу, не обладающему специальными познаниями, без дополнительных разъяснений со стороны экспертов. Кроме того, выводы эксперта согласуются с материалами дела.
Оснований сомневаться в правильности и обоснованности указанного заключения у суда не имеется.
Как следует из п. 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).
Если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.
При этом стороной ответчика в силу статьи 56 ГПК РФ выводы заключения не опровергнуты, других доказательств объема и стоимости причиненного ущерба не представлено, в том числе и в ходе рассмотрения дела.
Анализируя в совокупности представленные доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу о том, что в настоящем случае нашло свое подтверждение причинение ущерба имуществу, принадлежащему истцу, наличие причинно-следственной связи между действиями ответчика М.В. и причиненным ущербом, размер которого установлен заключением эксперта, а потому заявленные требования в части взыскания с М.В. в пользу ОГАУЗ «ФИО3» материального ущерба в размере 50 460 рублей подлежат удовлетворению в полном объеме.
Разрешая требования истца о взыскании с ответчика судебных расходов, суд приходит к следующему.
В соответствии с ч.1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.
Согласно ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. К судебным издержкам относятся суммы, подлежащие выплате экспертам, другие признанные судом необходимыми расходы (ст. 94 ГПК РФ).
Согласно п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от Д.М.Г. N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" (далее – Постановление Пленума ВС РФ от Д.М.Г. №), судебные расходы, состоящие из государственной пошлины, а также издержек, связанных с рассмотрением дела, представляют собой денежные затраты (потери), распределяемые в порядке, предусмотренном главой 7 ГПК РФ. По смыслу названных законоположений, принципом распределения судебных расходов выступает возмещение судебных расходов лицу, которое их понесло, за счет лица, не в пользу которого принят итоговый судебный акт по делу.
В силу п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от Д.М.Г. № лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.
Как следует из платежного поручения № от Д.М.Г. , истцом при подаче настоящего иска уплачена государственная пошлина в размере 4000 рублей, которая подлежит взысканию с ответчика в пользу истца.
Кроме того, истцом понесены расходы в связи с проведением судебной технической экспертизы в размере 30 000 рублей, что подтверждено платежным поручением № от Д.М.Г. .
Определением Колпашевского городского суда от Д.М.Г. ранее внесенные представителем ОГАУЗ «ФИО3» денежные средств в счет оплаты указанной судебной экспертизы на депозитный счет Управления судебного департамента в <адрес> в сумме 30 000 рублей перечислены ООО «Судебная Экспертиза».
Указанные расходы признаются судом необходимыми, направленными на установление установления причинно-следственной связи и определения размера ущерба, и, с учетом удовлетворения заявленных требований, подлежащими взысканию с М.В. в пользу истца.
На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования областного государственного автономного учреждения здравоохранения «<адрес> больница» к М.В. о возмещении материального ущерба, взыскании судебных расходов, удовлетворить.
Взыскать с М.В. (ИНН <***>) в пользу областного государственного автономного учреждения здравоохранения «<адрес> больница» материальный ущерб в размере 50460 рублей 00 копеек, судебные расходы в виде уплаченной при подаче иска в суд государственной пошлины в размере 4000 рублей 00 копеек, расходы по производству экспертизы в размере 30000 рублей 00 копеек, а всего взыскать 84460 (восемьдесят четыре тысячи четыреста шестьдесят) рублей 00 копеек.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Томский областной суд через Колпашевский городской суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.
Судья: Е.В. Ольховская
В окончательной форме решение принято 12 декабря 2025 года.
Судья: Е.В. Ольховская
№
№
№