Дело №2-5669/2022 строка 2.206

УИД: 36RS0004-01-2022-003823-30

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

30 ноября 2022 г. Ленинский районный суд г. Воронежа в составе:

председательствующего судьи Щербатых Е.Г.

при секретаре Усовой Ю.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании неосновательного обогащения,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с настоящим иском, указывая на то, что ответчик в настоящее время является собственником жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>, право собственности на который возникло в порядке наследования после смерти ДД.ММ.ГГГГ г. его родного брата – ФИО13, который, в свою очередь являлся отчимом истца.

10 апреля 2018 г. истцом был заключен договор подряда на ремонт дома, расположенного по адресу: <адрес> принадлежащего на момент заключения договора и проведения ремонтных работ ФИО14 Стоимость работ и материалов по указанному договору составила 1 185 000 рублей, которая была оплачена истцом в полном объеме.

20 января 2015 г. истцом был заключен договор №137 на изготовление комплекта мебели, техники (холодильник, вытяжка, варочная панель, духовка), доставке и установке его в жилой дом, расположенный по адресу: <адрес>, получатель ФИО15 Общая стоимость по договору составила 290 000 рублей, которая была оплачена истцом в полном объеме. Товар был доставлен 4 марта 2015 г. и принят ФИО16

Истец и её сестра – ФИО19 с семьей в летнее время постоянно проживали в доме ФИО17., дом нуждался в ремонте, поэтому для комфортного проживания в нем, по согласованию с ФИО18 решили сделать ремонт и установить кухонную мебель со встроенной техникой.

ФИО20 планировал постепенно возвращать истцу денежные средства, потраченные на ремонт и приобретение мебели, но материальное положение не позволяло ему это сделать.

Кроме того, ФИО21. говорил об оформлении в пользу истца и её сестры завещания, которое после его смерти компенсировало бы произведенные затраты по указанным договорам.

Однако после смерти ФИО22. выяснилось, что он не успел оформить завещание, денежные средства не возвратил, а дом вместе с неотделимыми улучшениями в виде произведенного ремонта и установленного кухонного гарнитура со встроенной техникой перешел в порядке наследования к его брату – ФИО2

Ответчик отказывается компенсировать истцу произведенные затраты, несмотря на то, что после вступления в наследство он проживает в доме, пользуется домом и кухонной мебелью.

Ссылаясь на положения статей 309, 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации и основываясь на изложенных обстоятельствах, ФИО1 просит суд взыскать в её пользу с ФИО2 сумму неосновательного обогащения в размере 1 475 000 рублей.

В судебное заседание истец ФИО1 не явилась, направив в суд своего представителя – адвоката Ломанову В.В., которая заявленные требования поддержала по изложенным в иске основаниям, поясняя также, что ремонт представляет собой неотделимые улучшения, а имущество в виде кухонной мебели и техники возвратить в натуре невозможно, ввиду того, что данное имущество изготовлено по индивидуальным замерам, встроено и не может быть применено по назначению в других условиях; демонтаж приведет к его повреждению, в связи с чем, просила суд удовлетворить иск в полном объеме, взыскав с ответчика денежную стоимость неосновательно приобретенного за счет истца спорного имущества.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился, направив в суд своего представителя – адвоката Юдина А.А., который против удовлетворения иска возразил по основаниям, изложенным в письменных возражениях, обращая внимание суда на то, что все имущество приобретено ответчиком на законном основании (в порядке наследования) при этом работы оплачивались, а имущество приобреталось истцом, в том числе, для личного пользования и использования её матерью (ФИО3) и отчимом (ФИО23 на безвозмездной основе, т.е. в целях благотворительности. Также ответчиком заявлено о пропуске истцом без уважительных причин срока исковой давности.

Выслушав объяснения сторон, исследовав представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующим выводам.

Вступившим в законную силу решением Ленинского районного суда г. Воронежа от 21 сентября 2020 г. (согласно электронной базе данных Ленинского районного суда г. Воронежа: оставлено без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Воронежского областного суда от 10 декабря 2020 г.; определением судебной коллегии по гражданским делам Первого кассационного суда общей юрисдикции от 13 мая 2021 г.) по гражданскому делу №2-3091/2020 по иску ФИО4, ФИО1 к ФИО2 о признании недостойным наследником, отстранении от наследования по закону установлено, что с 6 июня 1992 г. ФИО24 состоял в браке с матерью ФИО4 и ФИО1 – ФИО27

ФИО4 и ФИО1 приходились ФИО25 падчерицами, а ФИО2 – родным братом.

5 марта 2011 г. ФИО26 было составлено завещание, которым он завещал своей супруге – ФИО3 все имущество, какое ко дню его смерти окажется ему принадлежащим, в том числе на доли в праве общей долевой собственности на жилой дом и земельный участок, находящиеся по адресу: <адрес>.

Других завещаний ФИО5 не составлялось.

ДД.ММ.ГГГГ. ФИО28. умерла.

ДД.ММ.ГГГГ г. умер ФИО29

6 февраля 2020 г. ФИО2 обратился к нотариусу с заявлением о принятии наследства после смерти ФИО30

В ходе рассмотрения настоящего гражданского дела установлено, что в настоящее время ответчик ФИО2 является единственным собственником жилого дома расположенного по адресу: <адрес> (на основании договора дарения от 14 марта 2003 г. (203/300 доли) и на основании свидетельства о праве на наследство, выданного 16 февраля 2021 г. (97/300 доли) (л.д.29-37).

Вступившим в законную силу решением Ленинского районного суда г. Воронежа от 10 июня 2003 г. по гражданскому делу №2-725/03 по иску ФИО6 и ФИО7 к ФИО31 домовладение, расположенное по адресу: <адрес> было реально разделено, однако из объяснений сторон следует, что указанное решение суда фактически исполнено не было.

В 2022 году ФИО4 и ФИО1 обратились в суд с иском к ФИО2 об установлении факта принятия наследства и признании права собственности в порядке наследования по закону на часть домовладения, расположенного по адресу: <адрес> однако вступившим в законную силу определением Ленинского районного суда г. Воронежа от 16 ноября 2022 г. производство по указанному гражданскому делу №2-4897/2022 было прекращено, в связи с утверждением мирового соглашения, по условиям которого ФИО1 и ФИО4 отказываются от исковых требований к ФИО2 о признании за ними права собственности в порядке наследования по закону на часть домовладения <адрес>, площадью 86,9 кв.м, и надворных построек, а ФИО2 обязуется выплатить ФИО1 и ФИО4 денежную компенсацию в размере по 200 000 рублей каждой за долю в домовладении <адрес>.

В обоснование заявленных требований в рамках настоящего спора ФИО1 ссылается на оплату ею стоимости работ и материалов в размере 1 185 000 рублей в связи с проведением ремонта домовладения <адрес>, представив договор подряда №10.04 от 10 апреля 2018 г., заключенный между истцом и ООО СтройДомСервис» (л.д.11-12), квитанции (л.д.10, 26, 28), смету и акт сдачи-приемки работ (в судебном заседании), а также на оплату по договору №137 от 20 января 2015 г. заключенный между истцом и ООО «ВИП Кухни.Ру» (л.д.13-14), на основании которого был изготовлен комплект кухонной мебели и приобретена техника (холодильник, вытяжка, варочная панель, духовка), которые были доставлены и установлены в жилой дом, расположенный по адресу: <адрес> (получатель ФИО5) (л.д.15), общая стоимость по которому составила 290 000 рублей (л.д.10, 27) (далее также – спорное имущество).

Факт оплаты ФИО1 производства ремонтных работ и приобретения ею кухонной мебели и техники на основании вышеуказанных договоров ответчиком не оспаривается.

Разрешая настоящий спор, суд применяет следующие нормы закона.

В соответствии со статьей 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 данного кодекса (пункт 1).

Правила, предусмотренные главой 60 Гражданского кодекса Российской Федерации, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли (пункт 2).

Обязательство из неосновательного обогащения возникает при наличии определенных условий, которые составляют фактический состав, порождающий указанные правоотношения.

Условиями возникновения неосновательного обогащения являются совокупность следующих обстоятельств: имело место приобретение (сбережение) имущества, приобретение произведено за счет другого лица (за чужой счет), приобретение (сбережение) имущества не основано ни на законе (иных правовых актах), ни на сделке, прежде всего договоре, то есть произошло неосновательно. При этом указанные обстоятельства должны иметь место в совокупности.

Из Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №2 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 17 июля 2019 г., следует, что по делам о взыскании неосновательного обогащения на истца возлагается обязанность доказать факт приобретения или сбережения имущества ответчиком, а на ответчика – обязанность доказать наличие законных оснований для приобретения или сбережения такого имущества либо наличие обстоятельств, при которых неосновательное обогащение в силу закона не подлежит возврату.

Таким образом, в соответствии с особенностью предмета доказывания по делам о взыскании неосновательного обогащения на истце лежит обязанность доказать, что на стороне ответчика имеется неосновательное обогащение, обогащение произошло за счет истца и правовые основания для такого обогащения отсутствуют. В свою очередь, ответчик должен доказать отсутствие на его стороне неосновательного обогащения за счет истца, наличие правовых оснований для такого обогащения либо наличие обстоятельств, исключающих взыскание неосновательного обогащения, предусмотренных статьей 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Подпунктом 4 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

В силу указанной правовой нормы денежные средства и иное имущество не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения, если будет установлено, что они передавались лицом, требующим их возврата, заведомо для него в отсутствие какого-либо обязательства, то есть безвозмездно и без встречного предоставления.

То есть, в рамках настоящего спора необходимо, в частности, установить, было ли имущество по договорам от 10 апреля 2018 г. (в виде стоимости работ и материалов в связи с ремонтом дома, расположенного по адресу: <адрес>) и от 20 января 2015 г. (в виде изготовления комплекта мебели и приобретения техники (холодильник, вытяжка, варочная панель, духовка), доставке и установке её в жилой дом, расположенный по адресу: <адрес>) оплачено ФИО1 добровольно и намеренно при отсутствии какой-либо обязанности с её стороны либо с благотворительной целью, или приобретение и передача имущества осуществлялась во исполнение договора (иной сделки).

На основании статьи 55 (часть 1) Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

Согласно части 1 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

В то же время, в силу пункта 2 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установленные указанным судебным постановлением обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении настоящего гражданского дела.

Анализируя установленные по делу обстоятельства, сопоставляя их с приведенными положениями закона с учетом разъяснений по их применению, данных Верховным Судом Российской Федерации, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных ФИО1 исковых требований, поскольку истцом не доказана совокупность условий, предусмотренных статьей 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, влекущих необходимость возложения на ответчика обязанности по возвращению имущества, как неосновательно приобретенного, либо по денежной компенсации его стоимости.

Напротив, ответчиком доказано наличие обстоятельств, исключающих взыскание неосновательного обогащения, предусмотренных статьей 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Так, в ходе судебного разбирательства достоверно установлено, что приобретенное ФИО1 спорное имущество было намеренно, добровольно и безвозмездно передано ею своей матери – ФИО32 (наследодателю), являвшимися супругами и проживавшими в жилом доме, расположенном по адресу: <адрес>. Комплект кухонной техники и мебели приобретались истцом в 2015 г. еще при жизни матери, а ремонт части жилого дома был произведен за счет средств истца, в том числе, и в своих интересах, поскольку, как указывает сама истец в иске, они с сестрой и семьей в летнее время постоянно проживали в доме ФИО33., и ремонт был осуществлен для комфортного проживания и по согласованию с ФИО34

Факт того, что передача имущества ФИО35. осуществлялась ФИО1 во исполнение какого-либо договора (иной сделки) истцом не доказан, в связи с чем, имеются достаточные основания полагать, что спорное имущество передавалось во владение ФИО36 по собственной воле ФИО1, знавшей об отсутствии с его стороны каких-либо обязательств.

Утверждение истца о том, что ФИО37 обязывался возвращать ФИО1 затраченную на приобретение спорного имущества денежную сумму, не основано на каких-либо имеющихся в деле доказательствах. Напротив, из установленных по делу обстоятельств усматривается, что имущество предоставлялось ФИО38 в силу семейных отношений и без возложения на него обязанности по какому-либо встречному предоставлению. Указанное обстоятельство явно следует из содержания вышеуказанного вступившего в законную силу решения Ленинского районного суда г. Воронежа от 21 сентября 2020 г. по гражданскому делу №2-3091/2020: «В судебном заседании истцы (ФИО1 и ФИО4 – прим. суда) указывают, что на протяжении всей жизни у истцов с наследодателем (ФИО39 – прим. суда) сложились дружеские, родительские отношения. Своих детей наследодатель не имел, истцов воспитывал как родных, которые, в свою очередь, отвечали ему взаимностью. С момента смерти матери у истцов и наследодателя продолжались родительско-детские отношения, они совместно проводили праздники, отмечали дни рождения, новый год, ежегодно проводили совместный отпуск за границей, ФИО40 помогал в воспитано внуков. 01 августа 2007 г. он был закодирован. На протяжении 11 лет он не употреблял спиртные напитки. В 2018 г. произошел срыв. 16 января 2018 г. ФИО1 оплатила лечение наследодателя от алкогольной зависимости в размере 30 000 рублей в ООО «Зеленчук»...».

Ответчиком ФИО2 спорное имущество приобретено на основании закона, в частности положений статьи 1110 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой при наследовании имущество умершего (наследство, наследственное имущество) переходит к другим лицам в порядке универсального правопреемства, то есть в неизменном виде как единое целое и в один и тот же момент, если из правил настоящего Кодекса не следует иное.

Приобретя в порядке наследования после смерти ФИО41 долю в праве общей долевой собственности на жилой дом и став единственным собственником жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>, ответчик ФИО2 приобрел и право собственности на находящееся в доме имущество, не обремененное обязательствами третьих лиц.

По общему правилу, установленному статьей 1175 Гражданского кодекса Российской Федерации наследники, принявшие наследство, отвечают по долгам наследодателя солидарно, в пределах стоимости перешедшего к ним наследственного имущества.

Как было указано выше, каких-либо обязательств перед ФИО1 наследодатель (ФИО42.) на момент открытия наследства не имел, в связи с чем, и принявший наследство наследник – ответчик ФИО2 каких-либо обязательств, в том числе, обязательств, которые могли бы вытекать из факта неосновательного обогащения наследодателя, перед ФИО1 иметь не может.

Требований о возврате либо о возмещении стоимости приобретенного спорного имущества ФИО1 к ФИО43. когда-либо не предъявляла; доказательств обратному истцом суду не представлено. В этой связи, суд находит обоснованным заявление ответчика о применении последствий пропуска истцом срока исковой давности по требованию о взыскании стоимости имущества, приобретенного по договору №137 от 20 января 2015 г., истекшего 20 января 2018 г., что является самостоятельным основанием для отказа в иске (статьи 199-201 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Право собственности ФИО2 на жилой дом, расположенный по адресу: <адрес>, приобретенное, в том числе, в результате наследования доли после смерти ФИО44 истцом в установленном законом порядке не оспорено, в связи с чем, доводы истца о том, что право собственности на жилой дом приобретено ответчиком с учетом имеющихся неотделимых улучшений, произведенных за счет средств истца, правового значения при разрешении настоящего спора иметь не могут. Возникший ранее между сторонами наследственный спор окончен утверждением мирового соглашения (вступившее в законную силу определение Ленинского районного суда г. Воронежа от 16 ноября 2022 г. по гражданскому делу №2-4897/2022), по результатам которого ФИО2 обязуется выплатить ФИО1 денежную компенсацию в размере 200 000 рублей за долю в домовладении <адрес>, в стоимость которой, объективно могла быть включена и стоимость неотделимых улучшений жилого дома с учетом степени его естественного износа.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198, 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о взыскании неосновательного обогащения отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Воронежский областной суд через районный суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Е.Г. Щербатых

решение изготовлено в окончательной форме 21 декабря 2022 г.