Решение по делу № 2-7748/2025 от 12.01.2026 - о признании незаконным и отмене приказа о применении дисциплинарного взыскания, взыскании компенсации морального вреда.

78RS0005-01-2025-008650-14

Дело № 2-7748/2025 3 декабря 2025 года

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Калининский районный суд города Санкт-Петербурга в составе:

Председательствующего судьи Сафронова Д.С.,

При секретаре Мартыновой И.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО7 к Санкт-Петербургскому государственному бюджетному профессиональному образовательному учреждению «Училище олимпийского резерва № 1» о признании незаконным и отмене приказа о применении дисциплинарного взыскания, взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО7 обратился в Калининский районный суд города Санкт-Петербурга с иском к Санкт-Петербургскому государственному бюджетному профессиональному образовательному учреждению «Училище олимпийского резерва № 1» (далее - СПб ГБПОУ «Училище олимпийского резерва № 1», Училище, Учреждение) о признании незаконным и отмене приказа о применении дисциплинарного взыскания, взыскании компенсации морального вреда.

В обоснование заявленных требований истец указал, что работает в Училище специалистом по охране труда учреждения на основании трудового договора.

29 апреля 2025 года в период приблизительно с 14 часов 00 минут до 16 часов 00 минут истец проходил обязательный медицинский периодический осмотр в клинике ООО «ЛПЦ СПИВМиР». По окончании прохождения предварительного осмотра истец получил заключение. Также истцу передали документы для незамедлительного ознакомления руководителей предприятия и принятия незамедлительных мер реагирования в отношении ФИО1, так как данный сотрудник по результатам периодического медицинского осмотра не прошел медицинский осмотр.

Истец принял решение разослать информацию по ФИО1 по электронной почте, предназначенной для передачи информации внутри организации, для информирования руководителей и незамедлительного принятия соответствующих решений, установленных статьей 76 Трудового кодекса Российской Федерации. В список лиц рассылки вошли исключительно работники учреждения таким образом, чтобы охватить только тех руководителей, которые должны были принять незамедлительные решения в рамках свои компетенций, для исключения воздействия на работника вредных факторов, способных причинить необратимый вред здоровью такому работнику.

Приказом от 27 мая 2025 года №495 истцу объявлено дисциплинарное взыскание в виде замечания за совершение дисциплинарного проступка за нарушение пунктов 1.9, 1.11 Трудового договора, пунктов 1, 2, 5 Обязательство о неразглашении конфиденциальной информации (персональных данных), не содержащих сведений, составляющих государственную тайну, от 14 мая 2024 года, подпунктов 5.2.3, 5.2.15, 5.3.2 Положения по организации и проведению работ по обеспечению безопасности информации на объектах информатизации Училища.

Поводом для применения процедуры служебной проверки нарушения локальных нормативных актов организации (нарушение правил передачи персональных данных субъекта персональных данных) со стороны ответчика, послужила служебная записка начальника хозяйственного отдела ФИО2 от 30 апреля 2025 года на имя директора Училища.

На основании указанной служебной записки подготовлен приказ от 5 мая 2025 года №161, который инициировал проведение расследования по обстоятельствам, указанным в служебной записке ФИО2 от 30 апреля 2025 года.

Истцу было предложено ознакомиться с уведомлением от 5 мая 2024 года № о необходимости дать письменное объяснение о направлении по электронной почте работникам различных подразделений информации о состоянии здоровья работницы Училища и решении истца о рассылке сведений о состоянии здоровья работника структурных подразделений.

Следуя требованиям уведомления от 5 мая 2025 года, истец предоставил объяснение в виде служебной записки от 12 мая 2025 года.

На основании приказа директора Училища от 5 мая 2025 года №161, комиссия Учреждения, назначенная ранее упомянутым приказом, приступила к расследованию обстоятельств в соответствии с предоставленной информацией, изложенной в записке ФИО2 от 30 апреля 2025 года. Результатом расследования явился протокол №1 от 26 мая 2025 гола заседания комиссии по проведению служебного расследования по вопросу происшествия в Училище, связанного с разглашением (рассылкой) сведений о состоянии здоровья работника по электронной почте.

28 мая 2025 года истец был ознакомлен с приказом директора ответчика о наложении дисциплинарного взыскания за совершенный дисциплинарный проступок. В то же время истец получил возможность ознакомиться с протоколом №1 о проведении служебной проверки по факту нарушения требований по обеспечению безопасности защищаемой информации от 21 мая 2025 года.

2 июня 2025 года истцом подготовлено и передано директору Училища ходатайство о снятии наложенного взыскания в связи с тем, что работодатель в представленных материалах не доказано совершение истцом дисциплинарного проступка и в связи с нарушением порядка проведения служебной проверки.

3 июля 2025 года истец получил отказ в снятии ранее наложенного дисциплинарного взыскания.

Данный приказ истец считает незаконным и подлежащим отмене по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 1.9 трудового договора истец не нарушал правила использования сети Интернет, так как в своих действиях, связанных с получением информации в отношении ФИО1, уборщицы служебных помещений, не использовал сеть Интернет, а при пересылке сообщений использовал разрешенные средства передачи информации в Учреждении и исключительно только на адреса сотрудников Учреждения.

По пункту 1.11 трудового договора работодатель не уточнил, какой именно пункт Правил внутреннего трудового распорядка истец нарушил.

По пункту 1.2 Обязательств о неразглашении конфиденциальной информации (персональных данных), не содержащих сведений, составляющих государственную тайну, истец не разглашал и не передавал третьим лицам сведения, которые стали ему известны в связи с выполнением своих обязанностей, пользовался исключительно разрешенными средствами передачи информации в Учреждении.

По пункту 5 работодатель не уточнил, какой именно пункт требований истец нарушил.

По пункту 5.2.3 Положения по организации и проведению работ по обеспечению безопасности информации на объектах информатизации Училища истцом нарушены не были, так как при работе с персональными данными соблюдал установленные требования, не использовал носители информации, в том чисел запрещенные. Также работодатель не уточнил, какой пункт и какого документа был нарушен истцом.

По пункту 5.2.15 Положения по организации и проведению работ по обеспечению безопасности информации на объектах информатизации Училища ни один из четырнадцати подпунктов, входящих в пункт 5.2.15, запретительных действий истцом не был нарушен. Также работодатель не указал, какой именно подпункт пункта 5.2.15 был нарушен истцом.

По пункту 5.3.2 Положения по организации и проведению работ по обеспечению безопасности информации на объектах информатизации Училища ни один подпункт из четырех подпунктов, входящих в пункт 5.3.2 запретительных действий, не был нарушен истцом, истец пользовался исключительно разрешенной к использованию электронной почтой в Учреждении, и на адреса исключительно работникам Учреждения.

В соответствии с пунктом 9 Положения по организации и проведению работ по обеспечению безопасности информации на объектах информатизации Училища предусмотрен порядок проведения служебной проверки по фактам нарушения требований по обеспечению безопасности защищаемой информации, которая предполагает инициирование следующих мероприятий: классификация нарушения по степени значимости пункты 9.1, 9.2 Положения по организации и проведению работ по обеспечению безопасности информации на объектах информатизации Училища; проведение классификации нарушения, требующего поведение процедуры проверки администратором информационной безопасности; формирование комиссии по проведению служебной проверки и отражение факта в локальном нормативном документе (приказе) руководителя учреждения.

Из предоставленных документов для ознакомления не удалось установить фактов формирования комиссии по проведению служебной проверки, классификации нарушения и привлечения, председателем комиссии для этой цели администратора информационной безопасности на основании пункта 9.3 параграфа 4 Положения по организации и проведению работ по обеспечению безопасности информации на объектах информатизации Училища.

Из предоставленных материалов можно установить, что на основании приказа ответчика №161 от 5 мая 2025 года было инициировано расследование факта передачи персональных данных, на основании расследования подготовлен Протокол расследования. Просьбы истца ознакомить его с процедурой проведения расследования были проигнорированы.

На основании вышеизложенного истец считает, что при привлечении его к дисциплинарной ответственности имеют место факты существенного нарушения процедуры проведения служебной проверки, что оказало влияние на решение работодателя.

Истец также обращает внимание на то, что требование о предоставлении письменного объяснения поступило ранее протокола заседания служебного расследования №1 от 26 мая 2025 года. До дачи объяснений истец не смог ознакомиться с выводами комиссии и дать объяснение по представленным пунктам нарушений. В описанных действиях усматривается нарушение, которое существенным образом повлияло на выводы комиссии и последующее решение от работодателя.

Истец также заявляет о том, что в своих действиях не усматривает нарушений требований локальных нормативных актов организации в области обращения с персональными данными, так как он действовал в интересах работодателя, с целью защиты жизни, здоровья и иных жизненно важных интересов субъекта персональных данных (ФИО1), в соответствии со статьей 10 Федерального закона «О персональных данных».

Таким образом, признаки совершения истцом дисциплинарного проступка не доказаны.

В связи с нарушением трудовых прав истца ему причинен моральный вред.

Ссылаясь на изложенные обстоятельства, настаивая на удовлетворении заявленных требований в полном объеме, ФИО7 просил признать незаконным и отменить приказ СПб ГБПОУ «Училище олимпийского резерва № 1» от 27 мая 2025 года №495 о применении к истцу дисциплинарного взыскания в виде замечания, взыскать с СПб ГБПОУ «Училище олимпийского резерва № 1» компенсацию морального вреда в размере 120 000 рублей.

Протокольным определением Калининского районного суда города Санкт-Петербурга от 6 ноября 2025 года к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований, привлечены Комитет имущественных отношений Санкт-Петербурга (далее – КИО СПб), Комитет по физической культуре и спорту Санкт-Петербурга.

Истец ФИО7 в суд явился, иск поддержал, настаивал на его удовлетворении в полном объеме.

Представитель ответчика СПб ГБПОУ «Училище олимпийского резерва №1» - ФИО8, действующая на основании доверенности, в суд явилась, иск не признала, возражала против его удовлетворения.

Третье лицо - Комитет по физической культуре и спорту Санкт-Петербурга, надлежащим образом извещенное о дате, времени и месте судебного заседания, в суд не явилось, представило заявление с просьбой о рассмотрении дела в отсутствие своего представителя.

Третье лицо - Комитет имущественных отношений Санкт-Петербурга, надлежащим образом извещенное о дате, времени и месте судебного заседания, в суд не явилось, сведений об уважительности причин неявки не представило, не просило о рассмотрении дела в отсутствие своего представителя.

На основании статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассматривать дело в отсутствие представителей третьих лиц.

Изучив материалы дела, выслушав объяснения истца, представителя ответчика, оценив представленные доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующему.

В силу положений статьи 3 Трудового кодекса Российской Федерации каждый имеет равные возможности для реализации своих трудовых прав.

Никто не может быть ограничен в трудовых правах и свободах или получать какие-либо преимущества в зависимости от пола, расы, цвета кожи, национальности, языка, происхождения, имущественного, семейного, социального и должностного положения, возраста, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности или непринадлежности к общественным объединениям или каким-либо социальным группам, а также от других обстоятельств, не связанных с деловыми качествами работника.

В соответствии со статьей 15 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

В силу статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров.

В соответствии с положениями статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации, трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Заключая трудовой договор, работник обязуется добросовестно выполнять свои трудовые обязанности, соблюдать трудовую дисциплину и правила внутреннего трудового распорядка организации (статья 21 Трудового кодекса Российской Федерации). Виновное неисполнение данных требований может повлечь привлечение работника к дисциплинарной ответственности, что является одним из способов защиты нарушенных прав работодателя.

В соответствии со статьей 189 Трудового кодекса Российской Федерации дисциплина труда - обязательное для всех работников подчинение правилам поведения, определенным в соответствии с настоящим Кодексом, иными федеральными законами, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

В соответствии с частью 1 статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить дисциплинарное взыскание в виде замечания, выговора, увольнения.

До применения дисциплинарного взыскания работодатель, согласно статье 193 Трудового кодекса Российской Федерации, должен затребовать от работника письменное объяснение.

Судом установлено, материалами дела подтверждается, а сторонами не оспаривается, что 14 мая 2024 года между СПб ГБПОУ «Училище олимпийского резерва № 1» и ФИО7 заключен трудовой договор №, по условиям которого истец принят в Училище на должность специалиста по охране труда.

В соответствии с пунктом 1.4.7 трудового договора истец контролирует проведение обязательных медицинских осмотров (освидетельствований), обязательных психиатрических освидетельствований работников организации.

По условиям заключенного с ответчиком трудового договора истец обязался, в том числе соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у работодателя, требования по охране труда и обеспечению безопасности труда, пожарной безопасности, соблюдать положения Кодекса этики и служебного поведения Учреждения, а также соблюдать положения других локальных нормативных актов работодателя, обязательных для исполнения работниками (пункт 11.2); соблюдать трудовую дисциплину (пункт 11.4); незамедлительно сообщать работодателю либо непосредственному руководителю о возникновении ситуации, представляющей угрозу жизни и здоровью людей (пункт 11.7).

Согласно пункту 45 трудового договора, до подписания настоящего трудового договора истец ознакомлен со следующими локально-нормативными актами Учреждения: Правилами внутреннего трудового распорядка, Положением об оплате труда, материальном стимулировании и иных выплатах работникам Учреждения, Положением о работе комиссии по оценке эффективности деятельности работников Учреждения, Определением показателей и критериев оценки эффективности деятельности работников Учреждения, Кодексом этики и служебного поведения Учреждения, Положением об обработке и защите персональных данных работников Учреждения, правилами и инструкциями по охране труда, с ним проведен инструктаж по охране труда. Своей подписью на трудовом договоре истец подтвердил ознакомление с вышеуказанными документами.

14 мая 2024 года истцом подписано обязательство о неразглашении конфиденциальной информации (персональных данных), не содержащих сведений, составляющих государственную тайну.

Приказом ответчика № от 27 мая 2025 года в связи с совершением специалистом по охране труда отдела обеспечения безопасности деятельности ФИО7 дисциплинарного проступка (нарушение пунктов 1.9, 1.11 Трудового договора № от 14 мая 2024 года, пунктов 1, 2, 5 Обязательства о неразглашении конфиденциальной информации (персональных данных) от 14 мая 2024 года, подпунктов 5.2.3, 5.2.15, 5.3.2 Положения по организации и проведению работ по обеспечению безопасности информации на объектах информатизации Учреждения, утвержденного приказом Учреждения от 12 декабря 2023 года), а именно, 29 апреля 2025 года в 16 часов 53 минуты ФИО7 передал защищаемую информацию - персональные данные работника по открытым каналам без использования необходимых средств защиты, учитывая тяжесть и обстоятельства, при которых был совершен дисциплинарный проступок, к истцу в соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации применено дисциплинарное взыскание в виде замечания.

Основанием для вынесения указанного приказа послужили служебная записка начальника хозяйственного отдела ФИО2 от 30 апреля 2025 года, уведомление о необходимости дать письменное объяснение от 5 мая 2025 года, служебная записка ФИО7 от 12 мая 2025 года, протокол №1 комиссии по проведению служебного расследования по вопросу происшествия, связанного с разглашением (рассылкой) сведений о состоянии здоровья работника по электронной почте, от 21 мая 2025 года, акт №1 о проведении служебной проверки по факту нарушения требований по обеспечению безопасности защищаемой информации от 21 мая 2025 года.

Согласно служебной записке ФИО2 от 30 апреля 2025 года на имя заместителя директора по безопасности Учреждения, 29 апреля 2025 года в 16 часов 53 минуты специалистом по охране труда было направлено письмо по электронной почте с рекомендациями отстранить от исполнения должностных обязанностей по медицинским основаниям Уборщика производственных и служебных помещений 1-го разряда ФИО1 Согласно результатам специальной оценки условий труда, рабочее место уборщика производственных и служебных помещений 1-го разряда, итоговый класс условий труда 2.0, при которых воздействие на работника вредных и (или) опасных производственных факторов отсутствует или уровни воздействия которых не превышают уровни, установленные нормативами (гигиеническими нормативами) условий труда и принятые в качестве безопасных для человека. В заключении Профпатолога, представленного Специалистом по охране труда, указано, что «к вредным и (или) опасным производственным факторам, видам работ противопоказания не выявлены». Также в письме, направленном истцом, были приложены медицинские документы ФИО1, полученные неизвестным путем, содержащие сведения о состоянии здоровья и диагнозе сотрудника, что является грубым нарушением законодательства Российской Федерации. Истцом персональные данные и сведения, составляющие врачебную тайну, были переданы по открытым каналам связи посредством рассылки с электронной почты <данные изъяты>ru на электронную почту адресатов <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>.

С учетом того, что электронная почта (соответствующий почтовый сервис) позволяет собирать, накапливать, систематизировать, хранить и иным образом обрабатывать информацию, в том числе относящуюся к персональным данным, в указанной ситуации должны соблюдаться требования к защите персональных данных в соответствии с Федеральным законом «О персональных данных», а именно оператор должен принимать правовые, организационные и технические меры, чтоб защитить данные от неправомерного или случайного доступа, уничтожения, изменения, блокирования, копирования, предоставления и распространения.

Направляя персональные данные и сведения, составляющие врачебную тайну, по электронной почте, истец нарушил требования Федерального закона от 21 ноября 2011 года №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», Федерального закона от 27 июля 2006 года №152-ФЗ «О персональных данных», Приказ №508 от 12 декабря 2023 года «Об обработке персональных данных в СПб ГБПОУ «УОР №1».

В связи с изложенным, начальник хозяйственного отдела ФИО2 просила разобраться в сложившейся ситуации и принять меры к истцу.

Письмом от 5 мая 2025 года ответчик затребовал у истца письменные объяснения по факту получения сведений о ФИО1 и его решении о массовой рассылке полученных сведений работникам структурных подразделений.

В письме от 12 мая 2025 года истец сообщил, что 29 апреля 2025 года проходил обязательный медицинский периодический осмотр, по окончании которого получил заключение, а также ему передали документы для незамедлительного ознакомления руководителей предприятия и принятия незамедлительных мер реагирования в отношении ФИО1 Прибыв на предприятие около 16 часов 40 минут, сделал несколько звонков руководителям упомянутой сотрудницы, а именно ФИО2, ФИО3 ФИО4., но ему не ответили, воспользоваться телефоном вышеупомянутого сотрудника не удалось. Осознавая ситуацию, что в руках истца оказались документы, которые косвенно отражали состояние здоровья работника и возможно являются персональными данными, обработка которых не допускается, истец, учитывая многолетний опыт работы в системе охраны труда, зная к каким катастрофическим последствиям жизни и здоровья работников, а при несвоевременной медицинской помощи, способны привести к смерти таких работников на рабочем месте, может привести несвоевременное реагирование и несвоевременное изолирование работника от действия вредных производственных факторов рабочей среды, не имея квалифицированной помощи от медицинских работников учреждения, имеющих соответствующие компетенции, принял решение незамедлительно переслать копии документов посредством электронной почты, используемой в учреждении для коммуникаций и обмена информацией среди сотрудников учреждения.

Цель действия была направлена на информирование руководителей для незамедлительного принятия соответствующих решений, утвержденных статьей 76 Трудового кодекса Российской Федерации, начиная с 08 часов 00 минут утра следующего за датой отправления письма. Список лиц рассылки выбран таким образом, чтобы охватить только тех руководителей, которые должны были принять незамедлительные решения в рамках своих компетенций, для исключения воздействия на работника вредных факторов, способных причинить необратимый вред здоровью такому работнику. Заключение по результатам периодического медицинского осмотра на истца и ФИО1 передано старшей медицинской сестре ФИО5

В своих действиях истец не усматривает нарушений, связанных с обработкой персональных данных, так как пункт 3 статьи 10 Федерального закона «О персональных данных» разрешает действия, связанные с обработкой персональных данных без согласия субъекта персональных данных.

Истец также просил обратить внимание на то, что начальник отдела ФИО2, ФИО6 не предприняли незамедлительных действий в отношении ФИО1, не исполнили обязанности, возникшие в соответствии со статьей 76 Трудового кодекса Российской Федерации, не подготовили необходимые распорядительные локальные нормативные акты для исполнения работодателем обязанностей, возникающих у такого работодателя в соответствии с упомянутой статьей Федерального закона, в результате работник ФИО1 не была отстранена от работы и/или не переведена на иное рабочее место, не связанное с воздействием вредных факторов рабочей среды на организм работника, тем самым действия вышеуказанных сотрудников вели к нарушению работодателем требований параграфа 4 пункта 1 статьи 76 Трудового кодекса Российской Федерации. К сожалению, ФИО1 продолжила работы на своем рабочем месте в период с 5 мая 2025 года по 7 мая 2025 года включительно. В указанное время подвергалась воздействию вредных факторов рабочей среды, начальник отдела ФИО2 точно знала, что ФИО1 не прошла в установленном порядке обязательный медицинский осмотр по медицинским показаниям, была ею допущена к работам в указанное время, чем подвергла работника ФИО1 недопустимым воздействиям на здоровье сотрудника.

Истец также просил обратить внимание на то, что в отношении ФИО1 в период с 5 мая 2025 года по 7 мая 2025 года включительно не был подготовлен отделом кадров организации локальный нормативный акт для проведения обследований в Городском центре профпатологии для решения вопроса допуска к работе работника на основании направления, высланного медицинской организацией ООО «ЛПЦ СПИВМиР».

Из протокола №1 заседания комиссии по проведению служебной проверки по вопросу происшествия в Училище, связанного с разглашением (рассылкой) сведений о состоянии здоровья работника по электронной почте, утвержденного директором Учреждения 16 мая 2025 года, следует, что по результатам проведенного служебного расследования, учитывая тяжесть дисциплинарного проступка, причины и обстоятельства произошедшего, комиссия решила рекомендовать рассмотреть возможность применения к истцу дисциплинарного взыскания в виде выговора или увольнения по соответствующему основанию.

Обращаясь с настоящим иском, ФИО7 указывал на незаконность вынесенного ответчиком приказа от 27 мая 2025 года, ссылаясь на нарушение ответчиком процедуры привлечения истца к дисциплинарной ответственности ввиду того, что имеют место факты существенного нарушения процедуры проведения служебной проверки, повлияло на выводы комиссии и последующее решение от работодателя, а также на то, что в своих действиях он не усматривает нарушений требований локальных нормативных актов организации в области обращения с персональными данными, так как он действовал в интересах работодателя, с целью защиты жизни, здоровья и иных жизненно важных интересов субъекта персональных данных (ФИО1), в соответствии со статьей 10 Федерального закона «О персональных данных», следовательно, признаки совершения истцом дисциплинарного проступка не доказаны.

Однако, оценив представленные и добытые доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает требования ФИО7 о признании незаконным и отмене приказа ответчика от 27 мая 2025 года о привлечении истца к дисциплинарной ответственности в виде замечания, не подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 35 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», при рассмотрении дела об оспаривании дисциплинарного взыскания следует учитывать, что неисполнением работником без уважительных причин является неисполнение трудовых обязанностей или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил и т.п.).

Следовательно, дисциплинарное взыскание может быть применено к работнику за совершение им дисциплинарного проступка, которым является виновное, противоправное неисполнение (ненадлежащее исполнение) работником возложенных на него трудовым договором конкретных трудовых обязанностей, в том числе нарушение должностных инструкций, положений, приказов работодателя.

Неисполнение или ненадлежащее исполнение трудовых обязанностей признается виновным, если работник действовал умышленно или по неосторожности.

Противоправность действий или бездействия работника означает, что они не соответствуют законам, иным нормативным правовым актам, в том числе должностным инструкциям.

Взыскание налагается при соблюдении процедуры привлечения работника к дисциплинарной ответственности и в установленные законом сроки.

При этом в силу действующего законодательства, на ответчике лежит обязанность представить доказательства, свидетельствующие, что совершенное работником нарушение, явившееся поводом к вынесению замечания, выговора, в действительности имело место; работодателем были соблюдены предусмотренные частями 3 и 4 статьи 193 Трудового кодекса Российской Федерации сроки для применения дисциплинарного взыскания, учтена тяжесть совершенного проступка.

Из изложенного следует, что обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дела, является факт совершения работником дисциплинарного проступка, а также соблюдение порядка привлечения к ответственности.

Судом установлено, материалами дела подтверждается, истцом не оспаривается, что 29 апреля 2025 года в 16 часов 53 минуты по электронной почте им было направлено письмо с рекомендациями отстранить от исполнения должностных обязанностей по медицинским основаниям Уборщика производственных и служебных помещений 1-го разряда ФИО1 Согласно результатам специальной оценки условий труда, рабочее место уборщика производственных и служебных помещений 1-го разряда, итоговый класс условий труда 2.0, при которых воздействие на работника вредных и (или) опасных производственных факторов отсутствует или уровни воздействия которых не превышают уровни, установленные нормативами (гигиеническими нормативами) условий труда и принятые в качестве безопасных для человека. В заключении Профпатолога, представленного Специалистом по охране труда, указано, что «к вредным и (или) опасным производственным факторам, видам работ противопоказания не выявлены». К письму были приложены медицинские документы ФИО1, содержащие сведения о состоянии здоровья и диагнозе сотрудника. Указанные данные и сведения, составляющие врачебную тайну, были переданы истцом по открытым каналам связи посредством рассылки с электронной почты <данные изъяты> на электронную почту адресатов <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>.

Переданная истцом информация - ФИО сотрудника, его дата рождения, пол, должность, относится к общедоступным сведениям, однако переданная им информация относительно диагнозов сотрудника относится к специальным сведениям.

При этом, согласно пункту 1 статьи 19 Федерального закона от 27 июля 2006 года №152-ФЗ «О персональных данных», пункту 6.2.17 Положения по обработке персональных данных в Училище, оператор при обработке персональных данных обязан принимать необходимые правовые, организационные и технические меры или обеспечить их принятие для защиты персональных данных от неправомерного или случайного доступа к ним, уничтожения, изменения, блокирования, копирования, предоставления, распространения персональных данных, а также от иных неправомерных действий в отношении персональных данных.

Пунктом 5.2.15 Положения по организации и проведению работ по обеспечению безопасности информации на объектах информатизации Учреждения, пользователям запрещается разглашать защищаемую информацию третьим лицам, передавать защищаемую информацию по открытым каналам без использования необходимых средств защиты.

В соответствии с положениями статей 13 и 14 Федерального закона от 7 июля 2003 года №126-ФЗ «О связи» сеть «Интернет» является открытым каналом связи.

В соответствии со статьей 2 Федерального закона от 27 июля 2006 года №149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации», письмо по электронной почте является электронным сообщением или электронным документов, то есть информацией в электронной форме, пригодной для передачи и обработки в информационных системах. Следовательно, передача персональных данных посредством электронной почты является информационной технологией для обработки баз данных.

В соответствии с Составом и содержанием организационных и технических мер по обеспечению безопасности персональных данных при их обработке в информационных системах персональных данных, утвержденными приказом ФСТЭК России от 18 февраля 2013 года №21, оператор персональных данных при передаче (подготовке передачи) персональных данных по электронной почте выполняет перечень мер безопасности персональных данных, среди которых: обеспечение защиты персональных данных от раскрытия, модификации и навязывания (ввода ложной информации) при ее передаче (подготовке к передаче) по каналам связи, имеющим выход за пределы контролируемой зоны, в том числе беспроводным каналам связи.

Реализация данных мер обеспечивается путем защиты каналов связи от несанкционированного физического доступа (подключения) к ним и применения с использованием сертифицированных ФСБ России средств, в соответствии с пунктом 1 Инструкции об организации и обеспечении безопасности хранения, обработки и передачи по каналам связи с использованием средств криптографической защиты информации с ограниченным доступом, не содержащей сведений, составляющих государственную тайну, утвержденной приказом ФАПСИ от 13 июня 2001 года №152.

В соответствии с подпунктом «в» пункта 9 Приказа ФСБ России от 10 июля 2014 года №378 необходимо использование для обеспечения требуемого уровня защищенности персональных данных при их обработке в информационной системе СКЗИ класса КС1 и выше.

Таким образом, передача (подготовка к передаче) персональных данных является фактом разглашения персональных данных и нарушением требований к защите персональных данных, установленных Федеральным законом №152-ФЗ.

Из изложенного следует, что в юридически значимый для рассмотрения настоящего гражданского дела период времени истец передал защищаемую информацию - персональные данные работника по открытым (незащищенным) каналам связи без использования необходимых средств защиты, чем нарушил требования пункта 1.9 трудового договора о соблюдении правил использования сети Интернет, пункта 1.11 трудового договора о соблюдении локальных актов и приказов руководителя, пунктов 1, 2 и 5 Обязательства о неразглашении конфиденциальной информации (персональных данных), не содержащих сведений, составляющих государственную тайну, разгласив, передав и раскрыв третьим лицам конфиденциальные сведения, которые стали ему известными в связи с выполнением должностных обязанностей, не выполнив требования нормативных правовых актов, регламентирующих вопросы защиты конфиденциальных сведений, пункта 5.2.3 Положения о соблюдении требований по режиму обработки персональных данных, обеспечению безопасности персональных данных, а также руководящих и организационно-распорядительных документов, абзацев 1, 14 пункта 5.2.15 Положения, разгласив защищаемую информацию третьим лицам, передав запрашиваемую информацию по открытым каналам связи без использования необходимых средств защиты, абзаца 2 пункта 5.3.2 Положения, передав по Сети запрашиваемую информацию без использования средств шифрования, статьи 7 Федерального закона «О персональных данных».

Кроме того, в соответствии с пунктом 5.3.2 Положения при работе в Сети запрещается передавать по Сети защищаемую информацию без использования средств шифрования.

В соответствии с пунктом 5.5.2 Положения пользователи, виновные в несоблюдении Инструкции Пользователей ИСПДн расцениваются как нарушители Федерального закона от 27 июля 2006 года №152-ФЗ и несут гражданскую, уголовную, административную, дисциплинарную и иную предусмотренную законодательством Российской Федерации ответственность.

Как указывалось ранее, со всеми локальными нормативными актами ответчика истец был ознакомлен при подписании трудового договора.

При этом, как следует из пункта 5.2.6 Положения, для получения консультаций по вопросам информационной безопасности, необходимо обращаться к ответственному за организацию защиты персональных данных в ИСПДн. Для получения консультации в части, касающейся информационной безопасности возможно обратиться к работникам структурного подразделения, обеспечивающего работу механизмов защиты информации.

Однако, что также не оспаривается истцом, за получением вышеуказанной консультации он не обращался.

Доводы истца о том, что оправка им персональных данных ФИО1 имела место по электронной почте, предназначенной для передачи информации внутри организации, не нашли своего подтверждения, поскольку, по информации Учреждения, вышеуказанные адреса электронной почты, на которые истцом направлена конфиденциальная информация, не предназначены для передачи информации внутри Учреждения.

При этом, что также не оспаривается истцом, ООО «ЛПЦ СПИВМиР» передало ему документы, содержащие персональные данные сотрудника ответчика, на бумажном носителе, которые истец самостоятельно перевел в цифровой формат, отсканировав медицинские документы ФИО1, и распространил их по незащищенным каналам связи, используя личную электронную почту.

Таким образом, доводы истца о незаконности вынесенного приказа ввиду отсутствия признаков совершенного дисциплинарного проступка, о том, что он не нарушал требования закона, условия договора и локальных нормативных актов, подлежат отклонению судом.

Доводы ФИО7 о нарушении ответчиком процедуры привлечения истца к дисциплинарной ответственности, в частности о том, что не была должным образом сформирована комиссия по проведению служебной проверки, не проводилась классификация нарушения, председателем комиссии не привлекался администратор информационной безопасности, также подлежат отклонению судом как опровергающиеся представленными в материалы дела доказательствами, а также содержанием протокола №1.

Как следует из представленных ответчиком доказательств, комиссия по проведению служебной проверки создана Приказом №157 в точном соответствии с требованиями трудового договора и локальных нормативных актов работодателя, после классификации нарушения требований по обеспечению безопасности защищаемой информации специалистом по защите информации отдела по обеспечению безопасности деятельности Училища.

Нарушения процедуры привлечения ФИО7 к дисциплинарной ответственности в установленном законом смысле в рассматриваемом случае суд не усматривает, требования статьи 193 Трудового кодекса Российской Федерации при вынесении оспариваемого истцом приказа ответчиком соблюдены.

В соответствии с частью 5 статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации при наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

Приведенная норма права выступает одним из элементов правового механизма привлечения работников к дисциплинарной ответственности и, предусматривая необходимость учета тяжести совершенного проступка и обстоятельств, при которых он был совершен, направлена на обеспечение обоснованности применения дисциплинарных взысканий.

При вынесении оспариваемого приказа ответчиком соблюдена процедура привлечения истца к дисциплинарной ответственности, учтены тяжесть проступка, обстоятельства, при которых он был совершен, а также предшествующее поведение ФИО7 как работника.

Учитывая изложенное, принимая во внимание установленный факт совершения истцом дисциплинарного проступка, соблюдение ответчиком порядка привлечения истца к дисциплинарной ответственности, у суда отсутствуют правовые основания для удовлетворения требований ФИО7 о признании незаконным и отмене приказа ответчика от 27 мая 2025 года о привлечении его к дисциплинарной ответственности в виде замечания, в иске в указанной части надлежит отказать.

Согласно положениям статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания работника, причиненные неправомерными действиями или бездействием работодателя, нарушающими его трудовые права, закрепленные законодательством, соглашением, коллективным договором, иными локальными нормативными актами организации, трудовым договором.

Причинение морального вреда является следствием неправомерных действий или бездействия работодателя. Признать действия или бездействие работодателя неправомерными может сам работодатель, орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, государственный инспектор труда.

Факт причинения морального вреда должен быть доказан работником. Доказательством указанного обстоятельства могут служить, в том числе, заболевание, возникшее в связи с потерей работы; нравственные страдания, обусловленные потерей работы и невозможностью найти другую работу; невозможность трудоустроиться, получить статус безработного в связи с задержкой выдачи трудовой книжки; задержка заработной платы, поставившая семью в сложное материальное положение, и т.д.

По трудовым спорам, рассматриваемым непосредственно в суде, - о восстановлении на работе, об изменении даты и формулировки причины увольнения, о переводе на другую работу, об отказе в приеме на работу и др. - вопрос о факте причинения работнику морального вреда и размере денежной компенсации работодателем разрешается судом.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», усматривается, что в соответствии с частью четвертой статьи 3 и частью девятой статьи 394 Кодекса суд вправе удовлетворить требование лица, подвергшегося дискриминации в сфере труда, а также требование работника, уволенного без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконно переведенного на другую работу, о компенсации морального вреда.

Учитывая, что Кодекс не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы).

В соответствии со статьей 237 Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Таким образом, исходя из анализа приведенных норм, учитывая конкретные обстоятельства дела, вывод суда о законности и обоснованности оспариваемого приказа ответчика, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении требований ФИО7 о взыскании компенсации морального вреда.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО7 к Санкт-Петербургскому государственному бюджетному профессиональному образовательному учреждению «Училище олимпийского резерва № 1» о признании незаконным и отмене приказа о применении дисциплинарного взыскания, взыскании компенсации морального вреда, - отказать.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд через Калининский районный суд города Санкт-Петербурга в течение одного месяца в апелляционном порядке.

Судья <данные изъяты>

Мотивированное решение изготовлено 12.01.2026 года.