Решение по делу № 2-1053/2025 от 18.12.2025 - о признании приказов незаконными, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула.

УИД 74RS0008-01-2025-001484-16

Дело №2-1053/2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

04 декабря 2025 года г.Аша

Ашинский городской суд Челябинской области в составе:

председательствующего Борисюк А.В.,

при секретаре Гриценко В.С.,

с участием прокурора Московой Р.М.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к публичному акционерному обществу «Ашинский металлургический завод» о признании приказов незаконными, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском (с учетом уточнения заявленных требований) к публичному акционерному обществу «Ашинский металлургический завод» (далее по тексту – ПАО «АМЗ») в соответствии с которым просил:

- о признании незаконным и отмене приказа №61 ПАО «АМЗ» от 23.09.2025 года в части привлечения ФИО1 к дисциплинарной ответственности в виде выговора, снижении размера заработной платы за сентябрь 2025 года на 20% (за счет снижения поощрительной части заработной платы) и лишении премии по итогам работы предприятия за 2025 год;

- признании незаконным и отмене приказа №66 ПАО «АМЗ» от 03.10.2025 года в части привлечения ФИО1 к материальной ответственности и удержании денежной суммы в размере 92931 рублей;

- исключении из текста оспариваемых приказов любое упоминание о привлечении ФИО1 к дисциплинарной и/или материальной ответственности;

- отмене приказа ПАО «АМЗ» №9859-ок от 08.10.2025 года об увольнении истца по собственному желанию;

- восстановлении ФИО1 на работе в ПАО «АМЗ» в должности мастера по ремонту оборудования ЭСПЦ-2;

- взыскании с ПАО «АМЗ» в пользу ФИО1 заработной платы за время вынужденного прогула с 08.10.2025 года и по день восстановления на работе;

- взыскании компенсацию морального вреда в размере 50000 рублей.

В обоснование иска указано, что истец работал в должности мастера по ремонту оборудования ЭСПЦ-2 ПАО «АМЗ». 23.09.2025 года приказом <номер> ПАО «АМЗ» ФИО1 привлечен к дисциплинарной ответственности в виде выговора в связи с нарушением п. 4.9 должностной инструкции за ненадлежащее исполнение трудовых обязанностей, повлекшие за собой нанесение убытков работодателю. Этим же приказом снижен размера заработной платы истца за сентябрь 2025 года на 20% (за счет снижения поощрительной части заработной платы) и лишен премии по итогам работы предприятия за 2025 год. 03.10.2025 года приказом <номер> ПАО «АМЗ» ФИО1 привлечен к материальной ответственности на сумму 92931 рублей. В последующем, под давлением руководства завода истец был вынужден написать заявление об увольнении по собственному желанию, а приказом от 08.10.2025 года <номер>-ок истец был уволен на основании п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ. Считает, что у предприятия отсутствуют убытки, ответственность за которые может быть возложена на работников, также отсутствует вина самого работника в завышении стоимости работ и материалов подрядной организации, ФИО1 не материально ответственное лицо, привлечение истца к материальной и дисциплинарное ответственности было произведено без установления вины работника. Считает, что в пользу истца должна быть взыскана заработная плата за время вынужденного прогула, а также компенсация морального вреда в размере 50000 рублей в связи с незаконным привлечением к дисциплинарной ответственности, необоснованным возложением материальной ответственности, нарушением трудовых прав, повлекшим нравственные страдания, репутационным ущербом в коллективе, стрессом и переживанием, вызванными неправомерными действиями работодателя.

Истец ФИО1 при надлежащем извещении участия в судебном заседании не принимал, просил о рассмотрении дела в его отсутствие.

Представитель истца ФИО2 в судебном заседании доводы искового заявления с учетом его уточнения поддержал, просил удовлетворить.

Представитель ответчика ПАО «АМЗ» ФИО3 в судебном заседании возражал против удовлетворения заявленных исковых требований, указывая, что действиями работников нанесен ущерб предприятию, в связи с чем ряд работников были привлечены к дисциплинарной и материальной ответственности. В последующем истец написал заявление об увольнении по собственному желанию, заявление подписано руководителем с отработкой в две недели, принуждения к увольнению не было, ФИО1 не лишен был возможности отозвать свое заявление об увольнении. На момент рассмотрения дела должность мастера по ремонту ЭСПЦ-2 является вакантной, истцом подано заявление о трудоустройстве, которое находится на рассмотрении у генерального директора. Просил в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме.

В соответствии со ст. 167 ГПК РФ суд считает возможным рассматривать дело в отсутствие не явившихся участников судебного процесса.

Исследовав материалы дела и оценив все представленные сторонами доказательства в их совокупности, допросив свидетелей, заслушав заключение прокурора, полагавшего заявленные исковые требования о восстановлении на работе не подлежащими удовлетворению, суд приходит к следующим выводам.

Трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается (статья 15 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу части 1 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с этим кодексом.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что ФИО1 работал в ПАО «АМЗ» с 05.06.2008 года токарем 4 разряда в ЭСПЦ-2, с 12.11.2014 года мастером по ремонту оборудования, участка по обслуживанию и ремонту спецтехники (погрузчики «Фукс») ЭСПЦ-2, с ним заключен трудовой договор (л.д. 30-34 трудовая книжка, л.д. 156 заявление о приеме на работу, л.д. 157 приказ о приеме работника на работу, л.д. 158-168, 170,171 трудовой договор с приложением и дополнительными соглашениями).

По условиям трудового договора за выполнение трудовых обязанностей, работнику устанавливается часовая тарифная ставка 120,27 руб., выплата премий и вознаграждений производится в порядке, установленном Положением об оплате труда и премирования; заработная плата выплачивается два раза в месяц 25 числа месяца перечисление первой части заработной платы за текущий месяц и 10 числа месяца перечисление второй част заработной платы за прошедший месяц, путем перечисления денежных средств на счет работника; работник ознакомлен с правилами внутреннего трудового распорядка, положением о защите персональных данных, Положением об оплате труда и премирования, с должностной инструкцией.

Распоряжением директора по безопасности ф.и.о. <номер> от 20.08.2025 года в рамках выполнения должностных обязанностей в связи с получением информации о несоответствии фактически выполненных подрядной организацией ООО «ПНК Южуралэлектромонтажавтоматика» объемов работ в период с января по июль 2025 года на заместителя начальника ОООРиАЗ ф.и.о. возложена обязанность провести служебную проверку по указанному факту (л.д. 41).

Актом о результатах проверки от 03.09.2025 года (л.д. 44) установлено следующее.

В ходе проведенной работниками ООРиАЗ проверки установлено: между ПАО «Ашинский метзавод» и ООО «ПНК Южуралмонтажав- томатика» заключен договор подряда <номер> от 25.09.2017 года на выполнение ремонтных работ электротехнического оборудования. Согласно п. 1.2. договора работы выполняются в соответствии с согласованными сторонами сметами, являющиеся неотъемлемой частью договора. Стоимость работ определяется сметой. Однако, фактически при исполнении договора, сметы на работы не составлялись и не согласовывались сторонами. Заказчиком (ПАО «Ашинский метзавод») при оценке объема работ составлялась ведомость технического обслуживания, в которой указано наименование и перечень работ (замены узлов), объем и потребительская сила и время в виде человека-часов на их выполнение.

Согласно, опроса работников ПАО «Ашинский метзавод» установлено, что с января 2025 года по июнь 2025 года ООО ПНК ЮУЭМА выполняло работы по сервисному обслуживанию систем вентиляции и кондиционирования на предприятии по расчету стоимости норма/часа.

Согласно актам выполненных работ, объем работ составил в период с января по июнь 2025 года 6 250 норма/часов (стоимость одного норма/часа равна - 780,85 рублей). По сведениям о входах/выходах на территорию завода работников ООО ПНК ЮУЭМА, в ходе анализа было выявлено, что фактическое присутствие на объектах Заказчика работников Подрядчика оказалось меньше, чем выставлено в актах выполненных работ. Произведенный перерасчет показал, что ПАО «Ашинский метзавод», на основании представленных актов выполненных работ с января по июнь 2025 года излишне уплачено ООО ПНК ЮУЭМА сумма в размере 1 677,64 рублей.

Установлено, что вышеуказанные акты выполненных работ и другие документы со стороны Заказчика согласовывали и подписывали следующие должностные лица: главный энергетик ф.и.о., начальник ЭСПЦ-2 ф.и.о., заместитель начальника по оборудованию ЭСПЦ-2 ф.и.о., электрик цеха ЭСПЦ-2 ф.и.о., мастер по ремонту «Фуксов» ФИО1, начальник ЛПЦ-1 ф.и.о., заместитель начальника по оборудованию ЛПЦ- 1 ф.и.о., мастер по ремонту энергетического оборудования ЛПЦ-1 ф.и.о.

В рамках проверки были опрошены вышеуказанные лица. Согласно объяснению ФИО1, установлено, что при приемке работ по сервисному обслуживанию систем вентиляции и кондиционирования «Фукс» объем норма/ часов в месяц, выставленный подрядчиком, не проверялся, что привело к умышленно завышенным объемам, выполненных подрядчиком работ (норма/часов).

Согласно объяснения ф.и.о., установлено, что при приемке работ по сервисному обслуживанию систем вентиляции и кондиционирования в ЛПЦ- 1 объем норма/часов в месяц, выставленный подрядчиком не проверялся, что привело к умышленно завышенным объемам, выполненных подрядчиком работ (норма/часов).

Согласно объяснениям ф.и.о., ф.и.о., ф.и.о., ф.и.о., ф.и.о., установлено, что ими фактический объем выполненных подрядчиком работ и его соответствие данным, отраженным в актах, не проверялся, акты указанными лицами были подписаны на доверии ФИО1, ф.и.о. и ф.и.о.

Таким образом, установлено, что основными причинами оплаты подрядчику по актам выполненных работ, содержащих недостоверные сведения, являются: несоблюдение условий договора; недобросовестные действия подрядчика при составлении актов выполненных работ, направленные на получение им необоснованного вознаграждения; халатное отношение к исполнению своих служебных обязанностей, выразившееся в отсутствии должного контроля за принятием объемов выполненных работ и правильностью составления подрядчиком актов о приемке выполненных работ со стороны должностных лиц ПАО «Ашинский метзавод».

В результате недобросовестных действий со стороны подрядчика и ненадлежащего исполнения своих должностных обязанностей со стороны работников ПАО «Ашинский метзавод», предприятию причинен ущерб в размере 1677640 рублей, как излишне уплаченные денежные средства за оказание услуг по договору.

Также в рамках проведенной проверки у ФИО1 отобраны объяснения от 13.08.2025 года, в соответствии с которыми он подтвердил обстоятельства, изложенные в акте проверки (л.д. 77).

В соответствии с приказом <номер> ПАО «АМЗ» от 23.09.2025 года (л.д. 35-36) ООР и АЗ проведена проверка в период с 10.08.2025 года по 21.08.2025 года, выполненных на ПАО «АМЗ» подрядной организацией ООО «ПНК Южуралэлектромонтажавтоматика» в период с января 2025 года по июль 2025 года, установлено отсутствие должного контроля со стороны работников предприятия: главного энергетика ОГЭ ф.и.о., начальника ЭСПЦ-2 ф.и.о., заместителя начальника ЭСПЦ-2 по оборудованию ф.и.о., мастера по ремонту оборудования ЭСПЦ-2 ФИО1, электрика ЭСПЦ-2 ф.и.о., начальника ЛПЦ-1 ф.и.о., заместителя начальника ЛПЦ-1 по оборудованию ф.и.о., мастера по ремонту энергетического оборудования ЛПЦ-1 ф.и.о., за выставляемыми в адрес предприятия актами выполненных работ, в следствие чего допущена необоснованная оплата вышеуказанной организации в общей сумме 1677640 рублей, в связи с чем работники предприятия привлечены к дисциплинарной ответственности, в том числе ФИО1 привлечен к дисциплинарной ответственности в виде выговора за ненадлежащее исполнение обязанностей, указанных в п.п. 4.9 должностной инструкции (ДИ 01 25 00 19 143). Этим же приказом поименованным работникам снижен размер заработной платы за сентябрь 2025 года на 20% (за счет снижения поощрительной части заработной платы), указано на то, что при подготовке списков на выплату премии по итогам работы предприятия за 2025 год работников, указанных в настоящем приказе в списки не включать.

ФИО1 ознакомлен с данным приказом 24.09.2025 года, о чем имеется его собственноручная подпись в приказе.

Кроме того, приказом ПАО «АМЗ» <номер> от 03.10.2025 года (л.д. 37) по обстоятельствам, изложенным выше, поименованные в приказе работники ПАО «Ашинский метзавод» привлечены к материальной ответственности в размере 1495378,23 рублей, в том числе истец ФИО1 привлечен к материальной ответственности, на главного бухгалтера ф.и.о. возложена обязанность произвести вычеты из заработной платы работников в пределах их среднемесячного заработка начиная с октября 2025 года с учетом требований ст. 138 ТК РФ до полного погашения суммы ущерба, в том числе ФИО1 - 92931 рублей.

ФИО1 ознакомлен с данным приказом 06.10.2025 года, о чем имеется его собственноручная подпись в приказе. Также указание на несогласие с приказом.

Согласно п. 1 ч. 2 ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации основной обязанностью работника является добросовестное исполнение трудовых обязанностей, возложенных на него трудовым договором. Работодатель, в свою очередь, вправе требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей (п. 4 ч. 1 ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии со ст. 189 Трудового кодекса Российской Федерации дисциплина труда - обязательное для всех работников подчинение правилам поведения, определенным в соответствии с настоящим Кодексом, иными федеральными законами, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

В силу ст. 192 Трудового кодекса Российской Федерации за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: 1) замечание; 2) выговор; 3) увольнение по соответствующим основаниям.

При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (ч. 5 ст. 192 Трудового кодекса Российской Федерации).

Порядок применения дисциплинарных взысканий установлен ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации. В частности, ч. 1 ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт.

Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт (ч. 6 ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации).

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в п. 35 постановления от 17 марта 2004 года № 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснил, что не исполнением работником без уважительных причин является неисполнение трудовых обязанностей или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил и т.п.).

Как указал Верховный Суд Российской Федерации в п. 53 указанного Пленума в силу ст. 46 (ч. 1) Конституции Российской Федерации, гарантирующей каждому судебную защиту его прав и свобод, и корреспондирующих ей положений международно-правовых актов, в частности ст. 8 Всеобщей декларации прав человека, ст. 6 (п. 1) Конвенции о защите прав человека и основных свобод, а также ст. 14 (п. 1) Международного пакта о гражданских и политических правах, государство обязано обеспечить осуществление права на судебную защиту, которая должна быть справедливой, компетентной, полной и эффективной.

Учитывая это, а также принимая во внимание, что суд, являющийся органом по разрешению индивидуальных трудовых споров, в силу ч. 1 ст. 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации должен вынести законное и обоснованное решение, обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дел об оспаривании дисциплинарного взыскания или о восстановлении на работе и подлежащим доказыванию работодателем, является соблюдение им при применении к работнику дисциплинарного взыскания вытекающих из ст. ст. 1, 2, 15, 17, 18, 19, 54 и 55 Конституции Российской Федерации и признаваемых Российской Федерацией как правовым государством общих принципов юридической, а следовательно и дисциплинарной, ответственности, таких, как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм.

В этих целях работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (ч. 5 ст. 192 Трудового кодекса Российской Федерации), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду.

Из приведенных норм Трудового кодекса Российской Федерации и руководящих разъяснений Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 года № 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" следует, что за совершение работником дисциплинарного проступка работодатель вправе применить к нему дисциплинарное взыскание. Дисциплинарным проступком является виновное, противоправное неисполнение или ненадлежащее исполнение работником возложенных на него трудовых обязанностей, выразившееся в нарушении трудового законодательства, положений трудового договора, правил внутреннего трудового распорядка, должностной инструкции или локальных нормативных актов работодателя, непосредственно связанных с деятельностью работника.

В силу трудового законодательства Российской Федерации привлечение работника к дисциплинарной ответственности допускается в случаях, когда работодатель установил конкретную вину работника и доказал ее в установленном порядке, принимая во внимание принцип презумпции невиновности работника. Дисциплинарный проступок не может характеризоваться как понятие неопределенное, основанное лишь на внутреннем убеждении руководителя, а вывод о виновности работника не может быть основан на предположениях работодателя о фактах, которые не подтверждены в установленном порядке.

Иное толкование вышеуказанных норм Трудового Кодекса Российской Федерации приводило бы к существенному ограничению прав работников, допуская возможные злоупотребления со стороны работодателя при реализации своего исключительного права на привлечение работника к дисциплинарной ответственности, в том числе по неподтвержденным основаниям.

Исходя из приведенных норм права юридически значимыми обстоятельствами при разрешении спора о законности привлечения работника к дисциплинарной ответственности являются - допущено ли работником неисполнение или ненадлежащее исполнение возложенных на него трудовых обязанностей, в чем конкретно выразилось противоправное неисполнение или ненадлежащее исполнение работником возложенных на него трудовых обязанностей, какие нормы трудового законодательства, положений трудового договора, правил внутреннего трудового распорядка, должностной инструкции или локальных нормативных актов работодателя, непосредственно связанных с деятельностью работника, им нарушены, имеется ли вина работника в неисполнении или ненадлежащем исполнении трудовых обязанностей, учитывались ли работодателем при наложении дисциплинарного взыскания тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен, предшествующее поведение работника, его отношение к труду, соблюден ли работодателем срок и порядок привлечения работника к дисциплинарной ответственности. Исходя из сути возникшего спора, доказательства приведенным юридически значимым обстоятельствам должен предоставить ответчик.

В качестве оснований привлечения к дисциплинарной ответственности в виде выговора в приказе от 23.09.2025 года <номер> указано на ненадлежащее исполнение ФИО1 должностных обязанностей, предусмотренных п.п. 4.9 должностной инструкции (л.д. 35, п. 3 приказа).

В соответствии с п. 4.9 должностной инструкции мастера по ремонту оборудования ЭСПЦ-2, участок по обслуживанию и ремонту спецтехники (погрузчики «ФУКС») от 10.09.2019 года мастер по ремонту оборудования участка по обслуживанию и ремонту спецтехники несет ответственность в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации и внутренними нормативными актами ПАО «Ашинский метзавод» за: допущенные в работе несоответствия и нарушения, повлекшие за собой нанесение убытков ПАО «Ашинский метзавод» (л.д. 176-184).

Как следует из акта проверки от 03.09.2025 года, ФИО1 вменяется, что при приемке работ по сервисному обслуживанию систем вентиляции и кондиционирования «Фукс» объем норма/ часов в месяц, выставленный подрядчиком, не проверялся, что привело к умышленно завышенным объемам, выполненных подрядчиком работ (норма/часов). Не смотря на то, что ФИО1, как и иные работники завода подписывали акты выполненных работ работниками ООО «ПНК Южуралэлектромонтажавтоматика», должностной инструкцией мастера по ремонту оборудования ЭСПЦ-2, участок по обслуживанию и ремонту спецтехники (погрузчики «ФУКС») указанные обязанности работника не указаны, иными внутренними актами на ФИО1, как на работника ПАО «АМЗ» обязанность по контролю выставления подрядчиком смет, объема выполненных работ и их стоимость, руководством завода не возлагалась, доказательств этому в нарушение ст. 56 ГПК РФ стороной ответчика суду не представлено.

Кроме того, ФИО1 привлечен к дисциплинарной ответственности в связи допущенными в работе несоответствиями и нарушениями, повлекшими за собой нанесение убытков ПАО «Ашинский метзавод». Вместе с тем, наличие убытков ПАО «АМЗ», полученных в результате незаконных действий работников, в том числе ФИО1, стороной ответчика суду не представлено.

Как следует из пояснений представителя ответчика ФИО3, данных в ходе судебного заседания, на момент рассмотрения дела расчеты между ПАО «АМЗ» и ООО «ПНК Южуралэлектромонтажавтоматика» по договору подряда <номер> от 25.09.2017 года на выполнение ремонтных работ электротехнического оборудования за период с января по июль 2025 года произведены не были, имеет место спор между юридическими лицами в Арбитражному суде Челябинской области, соответственно и на момент издания приказа <номер> от 23.09.2025 года убытки, возникшие по вине работников предприятия, в том числе ФИО1, у ответчика отсутствовали.

Кроме того, приказом ПАО «АМЗ» <номер> от 03.10.2025 года (л.д. 37) по обстоятельствам, изложенным выше, поименованные в приказе работники ПАО «Ашинский метзавод» привлечены к материальной ответственности в размере 1495378,23 рублей, в том числе истец ФИО1 привлечен к материальной ответственности, на главного бухгалтера ф.и.о. возложена обязанность произвести вычеты из заработной платы работников в пределах их среднемесячного заработка начиная с октября 2025 года с учетом требований ст. 138 ТК РФ до полного погашения суммы ущерба, в том числе ФИО1 - 92931 рублей.

Согласно части 1 статьи 232 Трудового кодекса Российской Федерации сторона трудового договора (работодатель или работник), причинившая ущерб другой стороне, возмещает этот ущерб в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации и иными федеральными законами.

Условия наступления материальной ответственности стороны трудового договора установлены статьей 233 Трудового кодекса Российской Федерации. В соответствии с этой нормой материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено данным кодексом или иными федеральными законами. Каждая из сторон трудового договора обязана доказать размер причиненного ей ущерба.

Главой 39 Трудового кодекса Российской Федерации "Материальная ответственность работника" определены условия и порядок возложения на работника, причинившего работодателю имущественный ущерб, материальной ответственности, в том числе и пределы такой ответственности.

Работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат (часть 1 статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации).

Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам (часть 2 статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации).

За причиненный ущерб работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено данным кодексом или иными федеральными законами (статья 241 Трудового кодекса Российской Федерации).

Полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере (часть 1 статьи 242 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 2 статьи 242 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных этим кодексом или иными федеральными законами.

Перечень случаев возложения на работника материальной ответственности в полном размере причиненного ущерба приведен в статье 243 Трудового кодекса Российской Федерации.

Так, в соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 243 Трудового кодекса Российской Федерации материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника в случае недостачи ценностей, вверенных ему на основании специального письменного договора или полученных им по разовому документу.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 года №; 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю", именно на работодателя возлагается обязанность доказать наличие обстоятельств, имеющих существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба, а именно: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вины работника в причинении ущерба; причинную связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.

Если работодателем доказаны правомерность заключения с работником договора о полной материальной ответственности и наличие у этого работника недостачи, последний обязан доказать отсутствие своей вины в причинении ущерба.

Определяя размер ущерба, подлежащего возмещению каждым из работников, суду необходимо учитывать степень вины каждого работника, размер месячной тарифной ставки (должностного оклада) каждого лица, время, которое он фактически проработал за период от последней инвентаризации до дня обнаружения ущерба.

Таким образом, по смыслу приведенных норм, работодатель, предъявляя требования о взыскании с работников причиненного ущерба на основании договора о полной материальной ответственности, обязан доказать размер ущерба и причину его возникновения, а также период возникновения ущерба для определения круга ответственных лиц, работавших в указанный период.

Закрепляя право работодателя привлекать работника к материальной ответственности (абзац 6 части 1 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации), Трудовой кодекс Российской Федерации предполагает, в свою очередь, предоставление работнику адекватных правовых гарантий защиты от негативных последствий, которые могут наступить для него в случае злоупотребления со стороны работодателя при его привлечении к материальной ответственности.

Привлечение работника к материальной ответственности не только обусловлено восстановлением имущественных прав работодателя, но и предполагает реализацию функции охраны заработной платы работника от чрезмерных и незаконных удержаний.

На основании части 1 статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов.

Согласно части 2 статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным. В случае отказа или уклонения работника от предоставления указанного объяснения составляется соответствующий акт.

Работник и (или) его представитель имеют право знакомиться со всеми материалами проверки и обжаловать их в порядке, установленном кодексом (часть 3 статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации).

Таким образом, необходимыми условиями для наступления материальной ответственности работника за причиненный работодателю ущерб являются: наличие прямого действительного ущерба у работодателя, противоправность поведения (действий или бездействия) работника, причинная связь между действиями или бездействием работника и причиненным работодателю ущербом, вина работника в причинении ущерба.

При этом бремя доказывания наличия совокупности указанных обстоятельств законом возложено на работодателя, который до принятия решения о возмещении ущерба конкретным работником обязан провести проверку с обязательным истребованием от работника письменного объяснения для установления размера причиненного ущерба, причин его возникновения и вины работника в причинении ущерба.

По настоящему делу с учетом исковых требований, объяснений ответчика и регулирующих спорные отношения норм материального права юридически значимыми обстоятельствами, обязанность доказать которые возлагается на ответчика как работодателя, являлись следующие: наличие ущерба, противоправность действий или бездействия работника; причинная связь между поведением работника и наступившим у работодателя ущербом; вина работника в причинении ущерба работодателю; наличие оснований для привлечения работника к материальной ответственности в размере причиненного ущерба.

В нарушение вышеприведенных норм права, стороной работодателя не представлена совокупность условий, позволяющих привлечь работника ФИО1 к материальной ответственности. Как установлено выше, ответчиком наличие убытков действиями работников, в том числе ФИО1 не доказано. ФИО1 в силу закона не является материально ответственным лицом, работодателем с ним не были заключены договоры о материальной ответственности, должностной инструкцией также материальная ответственность работника не установлена.

Ответчиком в рамках рассмотрения настоящего дела также не доказана и вина работника в причинении ущерба работодателю, поскольку доказательств наличия ущерба в заявленном размере суду не представлено. Наличие судебного спора в Арбитражном суде Челябинской области между работодателем и подрядной организацией, такими доказательствами не являются, указанные обстоятельства также не подтверждают действительный, прямой ущерб организации, виновными действиями работника ФИО1

Таким образом, факт причинения прямого действительного ущерба ПАО «АМЗ» в размере 92931 рублей со стороны работника ФИО1 в нарушение требований части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не нашел своего подтверждения надлежащими средствами доказывания, в связи с чем, подлежат отмене приказ ПАО «АМЗ» <номер> от 23.09.2025 года в части привлечения ФИО1 к дисциплинарной ответственности в виде выговора, снижении размера заработной платы за сентябрь 2025 года на 20% (за счет снижения поощрительной части заработной платы) и лишении премии по итогам работы предприятия за 2025 год, а также приказ ПАО «АМЗ» <номер> от 03.10.2025 года в части привлечения ФИО1 к материальной ответственности и удержании денежной суммы в размере 92931 рублей.

Также судом установлено, что в соответствии со справкой ПАО «Ашинский метзавод <номер> от 21.11.2025 года, из заработной платы за октябрь 2025 года работника ЭСПЦ-2 ФИО1 было произведено удержание в сумме 47445,07 рублей в счет материального ущерба, согласно приказа «О привлечении работников к материальной ответственности» <номер> от 03.10.2025 года.

В силу статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации все работодатели (физические лица и юридические лица, независимо от их организационно-правовых форм и форм собственности) в трудовых отношениях и иных непосредственно связанных с ними отношениях с работниками обязаны руководствоваться положениями трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

Согласно части 1 статье 137 Трудового кодекса Российской Федерации удержания из заработной платы работника производятся только в случаях, предусмотренных данным кодексом и иными федеральными законами.

В соответствии с частью 2 статьи 137 Трудового кодекса Российской Федерации удержания из заработной платы работника для погашения его задолженности работодателю могут производиться: для возмещения неотработанного аванса, выданного работнику в счет заработной платы; для погашения неизрасходованного и своевременно невозвращенного аванса, выданного в связи со служебной командировкой или переводом на другую работу в другую местность, а также в других случаях; для возврата сумм, излишне выплаченных работнику вследствие счетных ошибок, а также сумм, излишне выплаченных работнику, в случае признания органом по рассмотрению индивидуальных трудовых споров вины работника в невыполнении норм труда (часть 3 статьи 155 данного кодекса) или простое (часть 3 статьи 157 данного кодекса); при увольнении работника до окончания того рабочего года, в счет которого он уже получил ежегодный оплачиваемый отпуск, за неотработанные дни отпуска.

Заработная плата, излишне выплаченная работнику (в том числе при неправильном применении трудового законодательства или иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права), не может быть с него взыскана, за исключением случаев: счетной ошибки; если органом по рассмотрению индивидуальных трудовых споров признана вина работника в невыполнении норм труда (часть 3 статьи 155 данного кодекса) или простое (часть 3 статьи 157 данного кодекса); если заработная плата была излишне выплачена работнику в связи с его неправомерными действиями, установленными судом (часть 3 статьи 137 Трудового кодекса Российской Федерации).

Статья 142 Трудового кодекса Российской Федерации устанавливает, что работодатель и (или) уполномоченные им в установленном порядке представителя работодателя, допустившие задержку выплату работникам заработной платы и другие нарушения оплаты труда, несут ответственность в соответствии с Трудовым кодексом РФ и иными федеральными законами.

Как следует из части 1 статьи 236 Трудового кодекса Российской Федерации в действующей редакции, при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от начисленных, но не выплаченных в срок сумм и (или) не начисленных своевременно сумм в случае, если вступившим в законную силу решением суда было признано право работника на получение неначисленных сумм, за каждый день задержки начиная со дня, следующего за днем, в который эти суммы должны были быть выплачены при своевременном их начислении в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм

В данном случае обязанность работодателя уплатить предусмотренные данным законоположением проценты (денежную компенсацию) возникает в силу нарушения им установленного срока выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, либо выплаты их в установленный срок не в полном размере. Возложение на работодателя данной обязанности - притом, что для уплаты процентов (денежной компенсации) не требуется обращение работника к работодателю - дает основания предполагать, что работодатель должен быть осведомлен о наличии у него задолженности перед работником (т.е. задолженность не является спорной) и что, погашая ее, он должен одновременно уплатить и соответствующие проценты (денежную компенсацию). Если же работодатель, выплатив работнику все причитающиеся ему выплаты в полном объеме, но с нарушением установленного срока либо в установленный срок, но не в полном размере, отказывается уплатить проценты (денежную компенсацию), то работник не лишен возможности воспользоваться правом на судебную защиту (статья 46, часть 1, Конституции Российской Федерации), поскольку факт нарушения его права на своевременную и в полном размере выплату справедливой заработной платы, а значит, и основание для привлечения работодателя к материальной ответственности имеют место.

В то же время право работника на своевременную и в полном размере выплату справедливой заработной платы может быть нарушено не только вследствие просрочки выплаты работодателем причитающихся работнику сумм заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат и (или) выплаты их не в полном размере, но и посредством того, что работодатель - в нарушение трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, коллективного договора, соглашений, локальных нормативных актов и трудового договора - вовсе не начисляет и, соответственно, не выплачивает те или иные полагающиеся работнику выплаты. Совершенно очевидно, что в подобной ситуации работник претерпевает такие же негативные последствия, как и в случае задержки начисленной, но фактически не выплаченной заработной платы и (или) иных выплат, поскольку незаконно лишается причитающихся ему денежных средств, необходимых для поддержания достойного уровня жизни как его самого, так и членов его семьи, а потому в равной степени нуждается в применении тех же предусмотренных законом охранительных мер, обеспечивающих восстановление целостности его имущественной сферы и тем самым эффективную защиту достоинства личности и уважение человека труда как конституционно значимых ценностей.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированной в абзаце 2 пункта 7 Постановления от 11 апреля 2023 года № 16-П, предусмотренные частью 1 статьи 236 Трудового кодекса Российской Федерации проценты (денежная компенсация) подлежат взысканию с работодателя и в том случае, когда причитающиеся работнику выплаты не были ему начислены и выплачены своевременно, а решением суда было признано право работника на их получение. При этом размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных денежных сумм со дня, следующего за днем, когда в соответствии с действующим правовым регулированием эти выплаты должны были быть выплачены при своевременном их начислении, по день фактического расчета включительно.

Таким образом, учитывая изложенные нормы права и оценив представленные по делу доказательства в их совокупности и взаимосвязи в соответствии с положениями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд полагает, что у ответчика не имелось оснований для удержания из заработной платы истца денежных средств в возмещение ущерба на основании приказа от 03.10.2025 года <номер> о привлечении к материальной ответственности в размере 47445,07 рублей, ввиду недоказанности совокупности условий, при которых на работника может быть возложена материальная ответственность за ущерб, причиненный работодателю в период нахождения в трудовых отношениях, а также учитывая отсутствие доказательств того, что ФИО1 выразил свое письменное согласие добровольно возместить причиненный работодателю ущерб, что свидетельствует о том, что взыскание причиненного ущерба ответчиком с истца в указанном размере произведено в нарушение статьи 248 Трудового кодекса Российской Федерации.

Истцом требований о взыскании с ответчика удержанных денежных сумм не заявлялось, предметом настоящего гражданского дела указанный вопрос не являлся, суд рассматривает дело по заявленным истцом исковым требованиям и не вправе выходить за их пределы.

Разрешая требования истца о восстановлении на работе в ПАО «АМЗ» в должности мастера по ремонту оборудования ЭСПЦ-2 с 08.10.2025 года, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула с 08.10.2025 года по день восстановления на работе суд приходит к следующему.

Из материалов дела следует, что 24.09.2025 года ФИО1 написано заявление об увольнении по собственному желанию с 08.10.2025 года (л.д. 173).

Приказом заместителя директора по персоналу и социальным вопросам ф.и.о. от 08.10.2025 года <номер>-ОК ФИО1 уволен по пункту 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации по инициативе работника (л.д. 174).

Обращаясь с иском в суд и оспаривая увольнение, ФИО1 указывал на то, что написание заявления на увольнение носило вынужденный характер в связи с оказанием давления со стороны начальника СПЦ-2 ПАО «АМЗ» ф.и.о.

Согласно статье 1 Трудового кодекса Российской Федерации целями трудового законодательства являются установление государственных гарантий трудовых прав и свобод граждан, создание благоприятных условий труда, защита прав и интересов работников и работодателей.

Исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации основными принципами правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений признаются, в частности, свобода труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается, право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности, запрещение принудительного труда и дискриминации в сфере труда, обеспечение права каждого работника на справедливые условия труда, в том числе на условия труда, отвечающие требованиям безопасности и гигиены, права на отдых, включая ограничение рабочего времени, предоставление ежедневного отдыха, выходных и нерабочих праздничных дней, оплачиваемого ежегодного отпуска (абзацы первый, второй, третий и пятый статьи 2 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 3 части первой статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть прекращен по инициативе работника (статья 80 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью первой статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен данным кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении.

По соглашению между работником и работодателем трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении (часть вторая статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации).

До истечения срока предупреждения об увольнении работник имеет право в любое время отозвать свое заявление. Увольнение в этом случае не производится, если на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому в соответствии с данным кодексом и иными федеральными законами не может быть отказано в заключении трудового договора (часть четвертая статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации).

В подпункте "а" пункта 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 года № 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.

Как отражено в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 25 января 2007 года № 131-О-О, согласно статье 37 (часть 1) Конституции Российской Федерации труд свободен; каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию. В соответствии с данными конституционными положениями работник вправе в любое время расторгнуть трудовой договор с работодателем, предупредив его об этом заблаговременно в письменной форме. При этом адресованное работнику требование предупредить работодателя о своем увольнении не позднее, по общему правилу, чем за две недели (часть 1 статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации) обусловлено необходимостью предоставить работодателю возможность своевременно подобрать на освобождающееся место нового работника, а закрепленное частью четвертой той же статьи право работника до истечения срока предупреждения об увольнении отозвать свое заявление (если на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому не может быть отказано в заключении трудового договора) направлено на защиту трудовых прав работника.

Материалами дела установлено, что ФИО1 написал заявление об увольнении 24.09.2025 года, просил уволить его с 08.10.2025 года.

Факт оказания давления со стороны работодателя или иных работников исследовался судом в судебном заседании. Судом были допрошены свидетели ф.и.о. (начальник СПЦ-2), ф.и.о. (зам начальника цеха ЭСПЦ-2 по оборудованию), ф.и.о. (инженер по организации и нормированию труда и заработной плате ЭСПЦ-2), которые характеризовали ФИО1 как грамотного и квалифицированного работника, спокойного, уравновешенного человека. Наличие конфликтных отношений на работе с кем либо отрицали. Как следует из пояснений начальница СПЦ-2 ф.и.о., он не обладает правом приема и увольнения сотрудников, давление на ФИО1 относительно невозможности продолжения работы не оказывал. Также начальник ЭСПЦ-2 лишен возможности издавать приказ о привлечении работника к дисциплинарной или материальной ответственности.

Как следует из пояснений самого ФИО1, данных в ходе рассмотрения дела. он ссылается на конфликт с ф.и.о. и слова последнего, что ф.и.о. не даст нормально работать истцу. Вместе с тем, указанные слова ничем не подтверждаются, не носят угрожающий характер, способствующий увольнению работника. При этом, ФИО1 до 08.10.2025 года не лишен был возможности обратиться к работодателю об отзыве своего заявления об увольнении, но этого не сделал, указывая, что пытался найти другую работу. Следовательно, истец ФИО1 все таки преследовал цель именно увольнения и трудоустройства по иному месту работу.

К показаниям свидетеля ф.и.о. о том, что из разговора с ФИО1 ему известно, что его увольняют с завода, так как ФИО4 и ФИО5 ему не дадут работать, суд относится критически, поскольку указанные пояснения допустимыми и достоверными доказательствами не подтверждены, судом не установлено действительных действий со стороны ф.и.о. или ФИО5, в результате которых истец был вынужден написать заявление об увольнении.

Кроме того, на момент рассмотрения настоящего дела ставка мастера по ремонту оборудования ЭСПЦ-2 после увольнения ФИО1 является вакантной, истцом подано заявление о трудоустройстве на прежнюю должность, вопрос о трудоустройстве ФИО1 на дату рассмотрения дела не решен.

Таким образом. доказательств отсутствия волеизъявления на увольнение по собственному желанию с 08.10.2025 года и добровольности волеизъявления на увольнение по собственному желанию ФИО1 в нарушение статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в материалы дела не представлено.

Доводы истца об оказании на него давления при написании заявления об увольнении не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения дела, в связи с чем, в удовлетворении заявленных требований надлежит отказать.

Разрешая заявленные исковые требования в части компенсации морального вреда, суд приходит к следующим выводам.

Так, к числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации).

Каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, на вознаграждение за труд без какой бы то ни было дискриминации и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда, а также право на защиту от безработицы. Каждый имеет право на отдых. Работающему по трудовому договору гарантируются установленные федеральным законом продолжительность рабочего времени, выходные и праздничные дни, оплачиваемый ежегодный отпуск (части 3 и 5 статьи 37 Конституции Российской Федерации).

Из положений Конституции Российской Федерации следует, что право на труд относится к числу фундаментальных неотчуждаемых прав человека, принадлежащих каждому от рождения. Реализация этого права предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: права на отдых, на справедливую оплату труда, на безопасные условия труда и др.

В целях защиты прав и законных интересов лиц, работающих по трудовому договору, в Трудовом кодексе Российской Федерации введено правовое регулирование трудовых отношений, возлагающее на работодателя дополнительную ответственность за нарушение трудовых прав работника.

В силу положений абзаца 14 части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В абзаце 4 пункта 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Из изложенного следует, что работник имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав неправомерными действиями или бездействием работодателя. Определяя размер такой компенсации, суд не может действовать произвольно. При разрешении спора о компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника суду необходимо в совокупности оценить степень вины работодателя, его конкретные незаконные действия, соотнести их с объемом и характером причиненных работнику нравственных или физических страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения трудовых прав работника как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Так, согласно статье 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Из разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенных в пункте 63 постановления от 17 марта 2004 года № 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", следует, что суд в силу статей 21 (абзац 14 части 1) и 237 Трудового кодекса Российской Федерации вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы). В соответствии со статьей 237 Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

В пунктах 1, 25, 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага (пункт 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

В пункте 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации), устранить эти страдания либо сгладить их остроту. Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении (пункт 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

Согласно пункту 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" работник в силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).

В пункте 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.

Определяя размер компенсации морального вреда, оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь вышеприведенными нормами действующего законодательства, суд учитывает значимость для ФИО1 нематериальных благ, нарушенных работодателем, характер допущенного работодателем нарушения личных неимущественных прав работника, степень вины работодателя, не представившего доказательств наличия обстоятельств, объективно препятствовавших исполнению возложенной на него обязанности по соблюдению трудового законодательства, а также то обстоятельство, что размер компенсации морального вреда не поддается точному денежному подсчету и взыскивается с целью смягчения эмоционально-психологического состояния лица, которому он причинен, требования разумности и справедливости.

Судом учитывается необоснованное привлечение истца к дисциплинарной и материальной ответственности, нарушение его трудовых прав, в связи с чем истец испытывал нравственные страдания, соблюдая баланс прав и интересов сторон, суд приходит к выводу о размере компенсации морального вреда истца ФИО1 в размере 20000 рублей. С одной стороны указанная сумма призвана компенсировать истцу физические и нравственные страдания действиями работодателя, нарушающими права работника, с другой стороны, не позволить истцу незаконно обогатиться за счет работодателя. Суд полагает указанную сумму компенсации морального вреда разумной и обоснованной.

Согласно ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Таким образом, с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина, исчисленная пропорционально размеру удовлетворенных требований в сумме 6000 рублей за исковые требования неимущественного характера о признании приказов незаконными и компенсации морального вреда.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 12, 56, 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Признать недействительным приказ публичного акционерного общества «Ашинский металлургический завод» <номер> от 23.09.2025 года в части привлечения ФИО1 к дисциплинарной ответственности в виде выговора, снижении размера заработной платы за сентябрь 2025 года на 20% (за счет снижения поощрительной части заработной платы) и лишении премии по итогам работы предприятия за 2025 год.

Признать недействительным приказ публичного акционерного общества «Ашинский металлургический завод» приказа <номер> от 03.10.2025 года в части привлечения ФИО1 к материальной ответственности и удержании денежной суммы в размере 92931 рублей.

Исключить из текстов приказов публичного акционерного общества «Ашинский металлургический завод» <номер> от 23.09.2025 года, <номер> от 03.10.2025 года любые упоминания о привлечении ФИО1 к дисциплинарной и/или материальной ответственности.

Взыскать с публичного акционерного общества «Ашинский металлургический завод» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу ФИО1 (<дата> года рождения, паспорт <номер> <номер> выдан <дата> ГУ МВД России по Челябинской области) компенсацию морального вреда в размере 20000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с публичного акционерного общества «Ашинский металлургический завод» (ИНН <***>, ОГРН <***>) государственную пошлину в доход местного бюджета в сумме 6000 рублей.

Решение суда может быть обжаловано в Судебную коллегию по гражданским делам Челябинского областного суда через Ашинский городской суд в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме.

Председательствующий А.В. Борисюк

Мотивированное решение суда составлено 18.12.2025 года.

Судья