Судья ФИО1 Дело № 22-1158/2023
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ
город Иваново 26 июля 2023 года
Ивановский областной суд в составе:
председательствующего судьи Селезневой О.Н.,
при секретаре Байрамовой Ф.М.,
с участием:
прокуроров Краснова С.В., ФИО1,
потерпевших ФИО2, ФИО3,
осужденной ФИО10,
защитника - адвоката Исаева А.В.,
рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы осужденной и ее защитника – адвоката Исаева А.В. на приговор Ленинского районного суда города Иваново от 22 декабря 2022 года, которым
ФИО10, <данные изъяты>,
осуждена:
- по ч.1 ст.159 УК РФ (по преступлению в отношении потерпевших ФИО2 и ФИО4) к исправительным работам сроком на 6 месяцев с удержанием 10% заработной платы в доход государства,
- по ч. 1 ст.303 УК РФ (по преступлению, связанному с фальсификацией доказательств по гражданскому делу по исковому заявлению ФИО10 к ФИО2 и ФИО4) к исправительным работам сроком на 6 месяцев с удержанием 10% заработной платы в доход государства,
- по ч. 3 ст. 30, ч. 2 ст. 159 УК РФ (по преступлению в отношении потерпевшей ФИО3) к исправительным работам сроком на 1 год с удержанием 10% заработной платы в доход государства,
- по ч. 1 ст. 303 УК РФ (по преступлению, связанному с фальсификацией доказательств по гражданскому делу по заявлению ФИО10 к ФИО3 о выдаче судебного приказа) к исправительным работам сроком на 6 месяцев с удержанием 10% заработной платы в доход государства,
- по ч. 1 ст. 303 УК РФ (по преступлению, связанному с фальсификацией доказательств по гражданскому делу по исковому заявлению ФИО10 к ФИО3) к исправительным работам сроком на 6 месяцев с удержанием 10% заработной платы в доход государства.
На основании п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ от отбывания наказания, назначенного по ч. 1 ст. 159; ч. 1 ст.303; ч. 1 ст. 303; ч 1 ст.303 УК РФ, ФИО10 освобождена в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.
Мера пресечения ФИО10 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу.
В соответствии с ч. 2 ст. 309 УПК РФ за потерпевшими ФИО4 и ФИО2 признано право на удовлетворение гражданского иска, с передачей вопроса о размере возмещения для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.
Решен вопрос о вещественных доказательствах по делу.
Доложив содержание приговора и доводы апелляционных жалоб, проверив материалы уголовного дела и заслушав мнения участников процесса, суд апелляционной инстанции
установил:
приговором суда ФИО10 признана виновной и осуждена за то, что совершила:
- мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана, причинив потерпевшим ФИО4 и ФИО2 материальный ущерб в размере 25650 рублей соответственно,
- фальсификацию доказательств по гражданскому делу по иску к ФИО4 и ФИО2, являясь лицом, участвующим в деле,
- покушение на мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана, с причинением значительного ущерба потерпевшей ФИО3 в сумме 76098 рублей 96 копеек,
- фальсификацию доказательств по гражданскому делу по заявлению к ФИО3 о выдаче судебного приказа, являясь лицом, участвующим в деле,
- фальсификацию доказательств по гражданскому делу по иску к ФИО3, являясь лицом, участвующим в деле.
Обстоятельства совершения преступлений, как они установлены судом, изложены в приговоре. Вину в совершении преступлений осужденная не признала.
В апелляционной жалобе защитник осужденной – адвокат Исаев А.В. выражает несогласие с приговором, который просит отменить в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела, а также в связи с существенными нарушениями уголовно-процессуального закона, повлиявшими на состязательность процесса и на законность приговора, то есть по основаниям, предусмотренным ст. ст. 389.16, 389.17 УПК РФ; считает об отсутствии по делу достаточных и достоверных доказательств виновности ФИО10, в связи с чем полагает об отсутствии оснований для постановления в отношении неё обвинительного приговора, прекращения уголовного дела по ч. 1 ст. 159, ч. 1 ст.303 УК РФ по нереабилитирующим основаниям.
Указывает, что в основу приговора по эпизоду в отношении ФИО2 и ФИО4 были положены показания потерпевших, которые являются заинтересованными в исходе дела лицами, поскольку в случае постановления обвинительного приговора у них возникают основания для отмены решения Ленинского районного суда г. Иваново от 05 июля 2019 года по вновь открывшимся обстоятельствам; ФИО10 и ФИО2 ФИО4 являются соседями, между которыми сложились длительные неприязненные отношения, что может служить мотивом для привлечения ФИО10 к уголовной ответственности и в силу совокупности приведенных обстоятельств к показаниям потерпевших ФИО15 следует отнестись критически.
Анализируя показания потерпевших ФИО15, делает вывод о наличии у указанных лиц намерения необоснованно усилить обвинение ФИО10 путем сообщения сведений о причинении им значительного материального ущерба, который суд признал недоказанным и исключил из квалификации; обращает внимание, что указанные лица отрицали в судебном заседании совершение иных неправомерных действий с автомашиной ФИО10, в связи с чем вывод суда о достоверности таких показаний является необоснованным.
Выражает сомнения в достоверности показаний свидетеля Свидетель №1, к которым, с учетом их противоречивости и несоответствия фактическим обстоятельствам дела, просит отнестись критически, обращая внимание на отрицательные характеристики указанного лица, его увольнение из правоохранительных органов по отрицательным мотивам, а также анализируя показания свидетеля Свидетель №1 в суде, делает вывод о ложности таких показаний, необоснованно положенным судом в основу обвинительного приговора.
Применительно к показаниям свидетеля Свидетель №1 просит отдельно учесть нелогичность его утверждений о том, что протокол осмотра транспортного средства в 2016 году им не составлялся, что противоречит алгоритму действий, которым должен руководствоваться сотрудник правоохранительных органов при осуществлении дознания, а также то обстоятельство, что ФИО10 неоднократно утверждала обратное – об осмотре ее автомобиля Свидетель №1 и фиксации им механических повреждений на автомашине.
Полагает, что указание в протоколе осмотра транспортного средства понятых ФИО8 и ФИО9, которые фактически не присутствовали при его осмотре и были вписаны в протокол Свидетель №1, не свидетельствует о виновности ФИО10 в преступлении, а может расцениваться лишь в качестве подтверждения недобросовестного отношения Свидетель №1 к своим служебным обязанностям.
Обращает внимание, что действия ФИО10 по составлению объяснений Свидетель №17 и Свидетель №18, в которых они указывали о противоправных действиях ФИО15, не свидетельствуют о мошеннических действиях ФИО10, поскольку содержание отобранных ею пояснений было подтверждено опрошенными лицами в суде в рамках судебного производства по делу.
Приводит доводы о том, что действия Свидетель №1 образуют состав должностного преступления, а также преступления, предусмотренного ч.1 ст.303 УК РФ, однако правовая оценка его действиям органами следствия не дана, дальнейшее поручение Свидетель №1 проведение оперативно-розыскного мероприятия «опрос» в отношении ФИО10 является незаконным, что, несмотря на признание указанного доказательства недопустимым, свидетельствует о необъективности расследования уголовного дела, наличии у Свидетель №1 оснований для оговора ФИО10 с целью самому избежать уголовной ответственности.
Дополнительно указывает, что показания Свидетель №1 против ФИО10 опровергаются показаниями незаинтересованного свидетеля Свидетель №4, а также представленными <данные изъяты> сведениями о наличии на автомашине ФИО10 на момент ее осмотра механических повреждений; экспертным заключением Свидетель №14, который в 2019 году также выявил механические повреждения на машине, на которые ФИО10 указывала в рамках гражданского дела по иску к ФИО15 – образование указанных повреждений при иных обстоятельствах стороной обвинения не доказано.
Считает, что суд немотивированно отказал стороне защиты в удовлетворении ее ходатайства о назначении криминалистической экспертизы для выяснения даты и времени составления протокола осмотра транспортного средства.
Приводит доводы о том, что в приговоре суд сослался на показания свидетеля Свидетель №12 лишь в той части, которая свидетельствует против ФИО10; не учел, что по делу имеются доказательства, свидетельствующие о том, что ФИО2 и ФИО4 причиняли повреждения автомобилю ФИО10, царапая корпус машины металлическим предметом, что подтверждено свидетелями Свидетель №17 и Свидетель №18, которые являлись очевидцами происшествия; не дал оценку тому обстоятельству, что поврежденная автомашина осматривалась в <данные изъяты> где были зафиксированы механические повреждения на переднем левом и правом крыльях, лобовом стекле и жабо, дана оценка восстановительного ремонта автомобиля за подписью сотрудника фирмы Свидетель №3
Считает о нарушении следователем требований ст. 183 УПК РФ при изъятии у Свидетель №12 диска, на котором содержались фотоснимки автомобиля, сделанные в ходе его осмотра, поскольку время изъятия диска у Свидетель №12 не соответствует действительности и выемка диска фактически производилась без участия понятых.
Анализируя содержание фотоснимков, сделанных ФИО5, указывает на наличие царапин на автомобиле на момент его осмотра в 2018 году экспертом ФИО5, обращая внимания на то, что доказательств, опровергающих эти обстоятельства, суду представлено не было, технико-криминалистическая экспертиза, которая позволила бы установить давность получения повреждений, их характер, кратность и другие необходимые обстоятельства, по делу не проведена, что должно расцениваться в пользу ФИО10
Указывает, что при назначении следователем фототехнической судебной экспертизы - фотоснимков транспортного средства ФИО10 - перед экспертом не был поставлен ряд существенных вопросов, которые должны были выясняться по своей значимости, что свидетельствует о нарушении принципа состязательности в уголовном судопроизводстве, а также является основанием для вывода о наличии на автомашине царапин, пусть даже в единичном отображении.
Высказывает мнение о том, что допрос специалиста Свидетель №12 на предварительном следствии, вопреки требованиям уголовно-процессуального закона, проведен как свидетеля по делу без его предупреждения, как специалиста, об ответственности; сведения, изложенные в протоколе допроса свидетеля Свидетель №12 относительно фотоснимков Свидетель №14, являются несостоятельными, поскольку фотоснимки Свидетель №14 на момент допроса Свидетель №12 еще не являлись вещественными доказательствами и не были приобщены к уголовному делу.
Приводит доводы о том, что показания свидетеля Свидетель №7 не конкретизированы; показания свидетелей Свидетель №13, Свидетель №16, Свидетель №2, Свидетель №6 и других не изобличают ФИО10 в инкриминируемых ей преступлениях и не вступают в противоречия с позицией ФИО10, в то время, как показания свидетелей Свидетель №15, Свидетель №5 и Свидетель №14, напротив, дополняют друг друга и подтверждают доводы защиты о том, что ФИО2 и ФИО4 в 2016 году, действительно, совершили противоправные действия, повредив автомобиль ФИО10 и причинив последней имущественный ущерб.
Не соглашаясь с выводами суда о виновности ФИО10 в совершении преступлений в отношении потерпевшей ФИО3 и считая их необоснованными ввиду отсутствия совокупности достоверных доказательств, полагает о наличии оснований не доверять показаниям потерпевшей ФИО3, которая в ходе уголовного судопроизводства с целью усилить ответственность ФИО10 убеждала суд в своем трудном материальном положении и причинении ей действиями ФИО10 значительного материального ущерба, что опровергается ее же показаниями о получении премии около 900 тысяч рублей по итогам года, праздновании юбилея в ресторане, приобретении туристической путевки во Францию и несении бремени расходов в поездке, а также предоставлением денежных средств ФИО10 в займы.
Со ссылкой на обстоятельства дела указывает, что ФИО3 привлекалась к уголовной ответственности по ст.294 УК РФ за уничтожение расписки, содержавшейся в материалах гражданского дела в качестве доказательства, и потому к показаниям ФИО3, у которой имеются основания для оговора ФИО10, следует относиться критически.
С учетом взаимоисключающих позиций ФИО3 и ФИО10, которые опровергнуть или подтвердить не представляется возможным, объективно установить наличие долга между указанными лицами невозможно, как невозможно отрицать, что ФИО3 действительно брала у ФИО10 в долг денежные средства; кроме голословных и противоречивых показаний потерпевшей ФИО3 против ФИО10 каких-либо доказательств по делу не имеется.
Обращает внимание на содержание решения Ленинского районного суда от 22 сентября 2017 г., которым было отказано в удовлетворении исковых требований ФИО10 о взыскании с ФИО3 денежных средств - по основаниям ст.ст.807 и 808 ГК РФ, то есть в связи с отсутствием достаточных и обоснованных сведений, содержащихся в тех расписках, которые были предоставлены ФИО10 в качестве доказательств, однако, не по причине предоставления ею недостоверных доказательств.
Полагает, что сведения о денежных операциях по кредитной карте ФИО3, как доказательство, на которое суд ссылается в приговоре, не могут быть достаточными для установления вины ФИО10 по данному эпизоду обвинения, поскольку достоверные сведения, на основании которых можно установить общие затраты ФИО3 и количество оплаченных ею покупок, отсутствуют.
Анализируя показания свидетелей по делу, делает вывод о том, что показания свидетеля Свидетель №10, которая лишь со слов самой ФИО3 сообщала сведения в пользу потерпевшей, являются недостаточными, свидетелем денежных взаимоотношений ФИО3 и ФИО10 свидетель Свидетель №10 не являлась; показания ФИО10 подтверждаются показаниями свидетеля Свидетель №17, который участвовал при беседе ФИО10 и ФИО3, которая подтверждала свои долговые обязательства перед ФИО10; согласно показаниям юриста ФИО6, у него не возникало сомнений в подлинности тех расписок, которые были составлены ФИО3
Указывает, что в судебном заседании оглашались показания свидетеля ФИО7, данные им на следствии в пользу ФИО10, однако эти показания судом в приговоре не приведены и, соответственно, надлежащая оценка совокупности доказательств судом не дана.
С учетом изложенного полагает, что выводы суда о виновности ФИО10 не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании; суд не учел обстоятельства, которые могли существенно повлиять на выводы суда; в приговоре судом не указано, по каким основаниям он принял одни доказательства и отверг другие.
Выражает позицию о том, что суд рассмотрел дело с обвинительным уклоном, поскольку в нарушение требований ст.88 УПК РФ не была дана надлежащая оценка всем доказательствам с точки зрения их относимости и достоверности, что является существенным нарушением уголовно-процессуального законодательства, повлиявшим на исход дела; при постановлении приговора судом не были учтены существенные нарушения уголовно-процессуального законодательства, допущенные органами предварительного следствия.
Приводит доводы о том, что в обвинительном заключении следователем неверно указана формулировка предъявленного ФИО10 обвинения: установлено, что ФИО10 совершила хищение чужого имущества ( денежных средств) путем обмана и злоупотребления доверием по эпизоду в отношении ФИО2 и ФИО4, а также совершила покушение на мошенничество в отношении ФИО3, однако, из текста обвинения следует, что ФИО10 потерпевших ФИО2 и ФИО4, а также ФИО3, не обманывала и не входила к ним в доверие с целью хищения у них денежных средств, потерпевшие ФИО15 не подвергались обману со стороны ФИО10 и сами они не передавали ФИО10 денежных средств; установленный органами предварительного следствия другой способ совершения ФИО10 хищения - искусственное создание ею доказательств с использованием их в суде с целью удовлетворения заявленных исковых требований с последующим взысканием с ФИО2 и ФИО4 денежных средств в свою пользу - исключает возможность постановки судом обвинительного приговора.
Полагает о существенных нарушениях уголовно-процессуального закона при принятии необоснованного решения о соединении в одно производство уголовных дел, одно из которых возбуждено по факту события в отношении потерпевшей ФИО3, в рамках которого ФИО10 не являлась ни подозреваемой, ни обвиняемой; другие уголовные дела возбуждены по эпизодам в отношении потерпевших ФИО2 и ФИО4, что является основанием для признания полученных доказательств недопустимыми, однако, решение по этому вопросу судом не принято.
Обращает внимание, что ряд ходатайств стороны защиты - о назначении и проведении по делу судебной технико-криминалистической (диагностической) экспертизы документа - протокола осмотра транспортного средства, составленного Свидетель №1, на предмет выяснения времени составления указанного документа, а также экспертизы относительно даты составления расписок ФИО3, - оставлены без удовлетворения как на стадии расследования уголовного дела, так и в ходе судебного производства, что свидетельствует о нарушении принципа состязательности сторон.
Делает вывод о том, что уголовное преследование в отношении ФИО10 должно быть прекращено за отсутствием в её действиях состава преступлений по всем эпизодам обвинения, то есть по основаниям, предусмотренным п. 2 ч.1 ст.24 УПК РФ, соответственно, судом должен быть вынесен оправдательный приговор в соответствии с п. 3 ч.2 ст.302 УПК РФ.
В дополнительной апелляционной жалобе адвокат Исаев А.В. указывает на нарушение судом первой инстанции требований территориальной подсудности уголовного дела. Отмечает, что при принятии дела к производству суд не принял во внимание, что в обвинительном заключении местом совершения преступлений указан Ленинский районный суд г. Иваново как по эпизоду в отношении ФИО2 и Н.В., так и по эпизоду в отношении ФИО3, однако, Ленинский районный суд г. Иваново находится по адресу: <...> расположен на административной территории Фрунзенского района г. Иваново, в связи с чем в соответствии с ч.1 ст.32 УПК РФ уголовное дело в отношении ФИО10 должно было рассматриваться Фрунзенским районным судом г. Иваново. Кроме этого, органами предварительного следствия также была нарушена территориальная подследственность, поскольку уголовное дело находилось в производстве ОВД Ленинского МСО г. Иваново СУ СК РФ по Ивановской области.
В апелляционной жалобе осужденная ФИО10 выражает несогласие с приговором, поскольку он не соответствует требованиям законности и обоснованности, выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, а также судом нарушен уголовно-процессуальный закон, что повлияло на состязательность процесса и на законность приговора, в связи с чем просит приговор отменить и вынести по делу оправдательный приговор, указывая следующее:
- защитнику было отказано в удовлетворении ходатайства о назначении судебной технической экспертизы по дате составления документов: двух расписок ФИО3 и акта осмотра автомобиля. Отказывая в удовлетворении ходатайства, суд указал, что имеются другие доказательства, на основании которых могут быть установлены даты составления документов, однако ни одно из доказательств заранее не имеет установленной силы, они должны быть исследованы и сопоставлены с остальными добытыми по делу объективными данными, согласно ст.17 УПК РФ;
- в соответствии с разъяснениями, содержащимися в п.1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2010 г. N 28 «О судебной экспертизе по уголовным делам», суду необходимо наиболее полно использовать достижения науки и техники в целях всестороннего и объективного исследования обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу, путем производства судебной экспертизы во всех случаях, когда для разрешения возникших в ходе судебного разбирательства вопросов требуется проведение исследования с использованием специальных знаний в науке, технике, искусстве или ремесле;
- судом ей не было задано ни одного вопроса по уголовному делу, что свидетельствует о предвзятости и необъективности суда и нарушении презумпции невиновности;
- суд занял позицию обвинения, отказывая во всех ходатайствах защиты и оставив ряд ходатайств без внимания.
В возражениях потерпевшая ФИО3 просит приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу осужденной ФИО10 – без удовлетворения.
В судебном заседании апелляционной инстанции осужденная ФИО10 и адвокат Исаев А.В. поддержали доводы жалоб, просили об отмене приговора и вынесении оправдательного приговора, прокуроры Краснов С.В. и ФИО1, а также потерпевшая ФИО3, просили оставить жалобы без удовлетворения, приговор – без изменения.
Доказательства, исследованные судом первой инстанции, приняты судом апелляционной инстанции без проверки в соответствии с ч. 7 ст. 389. 13 УПК РФ. Дополнительных доказательств суду апелляционной инстанции сторонами не представлено.
Проверив материалы уголовного дела и судебное решение, обсудив доводы апелляционных жалоб, выслушав дополнительные пояснения участников процесса, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены либо изменения приговора по доводам жалоб осужденной и ее защитника.
Как видно из материалов дела, судебное разбирательство проведено объективно, с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, обеспечением равенства прав сторон, которым суд, сохраняя объективность и беспристрастность, создал необходимые условия для всестороннего и полного исследования обстоятельств дела. В ходе судебного разбирательства стороны не были ограничены в праве представления доказательств и заявлении ходатайств.
Оценка исследованных доказательств произведена судом в соответствии с требованиями ст. 17, 88 УПК РФ. Суд обоснованно, с приведением убедительной аргументации в приговоре указал, почему он критически отнесся к показаниям осужденной ФИО10 о невиновности - обоснованно признал их несостоятельными, противоречащими исследованным доказательствам, совокупность которых явилась достаточной для постановления обвинительного приговора.
При этом суд первой инстанции указал в приговоре, по каким основаниям он принял одни из доказательств и отверг другие.
Выводы суда первой инстанции являются убедительными, оснований не согласиться с ними суд апелляционной инстанции не находит.
Каких-либо принципиальных противоречий в приведенных в приговоре доказательствах, которые повлияли на правильность вывода суда о виновности ФИО10 в инкриминированных ей деяниях, не имеется.
Суд первой инстанции установил, что ФИО10 при обстоятельствах, указанных в описательно-мотивировочной части приговора, путем обмана - умышленно введя суд в заблуждение относительно обстоятельств, имеющих существенное значение для рассмотрения и разрешения гражданского дела и, являясь участвующим в деле лицом, предоставив несоответствующие действительности сведения об умышленном повреждении ФИО4 и ФИО2. ее машины Хендэ Саларис, искусственно создав доказательства путем склонения Свидетель №18 и ФИО9 к даче ложных объяснений, Свидетель №1 – к составлению фиктивного протокола осмотра места происшествия и машины, предоставив эти доказательства в суд, а также путем предъявления для исполнения решения по гражданскому делу об удовлетворении ее исковых требований о взыскании с ФИО4 и ФИО2 денежных средств, похитила принадлежащие ФИО4 и ФИО2 деньги в сумме 25650 рублей соответственно.
Вывод суда о виновности ФИО10 в преступлениях, совершенных ею при указанных в описательно-мотивировочной части приговора обстоятельствах, основан на исследованных в судебном заседании доказательствах, должный анализ и правовая оценка которых приведены в приговоре, в том числе:
- показаниях потерпевшей ФИО2 о том, что 24 февраля 2016 года она находилась в г. Москве, никакого отношения к повреждению машины ФИО10 не имеет, изложенные ФИО10 в исковом заявлении сведения не соответствуют действительности, показания допрошенных в рамках гражданского дела свидетелей Свидетель №18 и ФИО14 являются ложными, однако, решением суда иск ФИО10 был удовлетворен, сумма взысканных с каждой из них денежных средств составила 25650 рублей,
- показаниях потерпевшей ФИО4 о том, что отношения к повреждению машины ФИО10 не имеет, в марте 2016 года при получении объяснения сотрудником полиции она давала такие же пояснения, однако, в дальнейшем ФИО10 было направлено в суд исковое заявление к ней и ФИО2 о взыскании материального ущерба, которое судом было удовлетворено, с нее и ФИО2 взысканы по 25650 рублей,
- показаниях свидетеля ФИО3, данных на предварительном следствии и подтвержденных в судебном заседании, о том, что на работе ФИО10 искала подставных свидетелей, чтобы подтвердить факт повреждения её автомашины 24 февраля 2016 года, в том числе, с такой просьбой обращалась к Свидетель №7,
- показаниях свидетеля Свидетель №7, данных на предварительном следствии и оглашенных в судебном заседании, о том, что в 2017-2018 годах видела повреждения на машине ФИО10, которая просила ее (Свидетель №7) подтвердить, что она видела, как ей повредили машину, сообщить об этом в суде,
- показаниях свидетеля ФИО11, данных на предварительном следствии и подтвержденных в судебном заседании, о том, что в феврале 2016 года ФИО10 сообщила ей, что соседка вылила на ее автомашину кашу и обкидала яйцами – о повреждении машины ФИО10 не сообщала, однако, 27 мая 2020 года в ходе телефонного разговора ФИО10 напомнила об этом происшествии, а также уточнила, что на машине она обнаружила повреждения и обратилась в суд; сама она в 2016 году каких-либо повреждений на машине ФИО10 не видела,
- показаниях свидетеля Свидетель №8, данных на предварительном следствии, о том, что в рамках доследственной проверки по материалу КУСП № № получал объяснения ФИО10, информацию записывал с ее слов,
- показаниях свидетеля Свидетель №1, данных на предварительном следствии и подтвержденных в судебном заседании, о том, что по просьбе ФИО10 в конце февраля-начале марта 2019 года он составил протокол осмотра места происшествия, датировав его 25 февраля 2016 года, внес в него фиктивные сведения об участвовавших поняты и расписался за них, повреждения на машине указывал со слов ФИО10, которая поясняла о своем намерении подать в суд иск к ФИО15 и взыскать с них деньги за отраженные им в протоколе осмотра машины фиктивные повреждения; в ходе гражданского дела по просьбе ФИО10 он сообщил несоответствующие действительности сведения об осмотре им машины ФИО10 в 2016 года и уже после судебного заседания со слов ФИО10 узнал, что в 2016 году указанных ею повреждений на машине не было, а допрошенные в суде свидетели давали по ее просьбе ложные показания,
- показаниях свидетеля Свидетель №12, данных на предварительном следствии и подтвержденных в судебном заседании, о том, что в рамках проведения независимой автотехнической экспертизы автомашины марки Хендэ Салярис по факту ее участия 02 декабря 2016 года в ДТП было установлено, что пострадала правая передняя часть машины, зафиксированные повреждения были отражены в акте и фиксировались на фото; в 2018 году по заявлению ФИО10 он также проводил дополнительный осмотр машины для установления скрытых повреждений, которые также фиксировались актом и с помощью фото; вместе с тем, повреждений, зафиксированных экспертом Свидетель №14 (правого переднего крыла в виде нарушения лакокрасочного покрытия) по состоянию на 25 июля 2018 года и 27 июля 2018 года не имелось, зафиксированное им повреждение лакокрасочного покрытия переднего левого крыла схоже с повреждением, описанным Свидетель №14; наличие или отсутствие повреждений жабо и ветрового стекла им не устанавливалось,
- показаниях свидетеля Свидетель №14, данных на предварительном следствии и подтвержденных в судебном заседании, о том, что на фотографиях с места ДТП от 02 декабря 2016 года, а также фотографиях, сделанных 25 июля и 27 июля 2018 года ФИО5, не прослеживаются повреждения на переднем правом крыле, описанные им в своей экспертизе, как образовавшиеся от действий ФИО15, которые описала ФИО10,
- протоколе осмотра диска с фотографиями автомашины Хендэ Салярис по состоянию на 02 декабря 2016 года, исходя из которых на правом переднем крыле имеется одна царапина линейной формы, на левом переднем крыле обнаружена видимая царапина,
- протоколе осмотра диска с фотографиями автомашины Хендэ Салярис по состоянию на 25 июля 2018 года, исходя из которых на правом переднем крыле имеется одна царапина линейной формы, на левом переднем крыле обнаружена видимая царапина,
- протоколе осмотра диска с фотографиями автомашины Хендэ Салярис по состоянию на 14 мая 2019 года, исходя из которых на правом переднем крыле имеются нарушения лакокрасочного покрытия в виде многочисленных царапин, на облицовке стекла ветрового окна нижняя (жабо) имеется деформация с образованием трещин, утратой фрагмента, на стекле ветрового окна имеются царапины наружной поверхности,
-заключении фототехнической экспертизы о наличии на фотоснимках зафиксированных повреждений машины,
-протоколе осмотра документов от 16 июля 2020 года, согласно которому осмотрены, в том числе, заявление ФИО10 в отношении ФИО4, которая обкидала яйцами и вылила кашу на машину; объяснение ФИО10 от 24 февраля 2016 года об осведомленности со слов ФИО13 о том, что соседка с дочерью выложили кашу и разбили яйца об ее автомашину; заявление ФИО10 от 25 февраля 2016 года об обнаружении царапин лакокрасочного покрытия переднего правого и левого крыльев с нехарактерным для ДТП рисунком,
а также иных приведенных в приговоре и исследованных судом доказательств.
Изложенные осужденной и стороной защиты доводы о невиновности, об осведомленности со слов Свидетель №17 о повреждении её машины соседями ФИО15, о действительном составлении Свидетель №1 протокола осмотра ее автомашины и демонстрации ею имевшихся на машине повреждений, а также иные доводы о повреждении О-ными машины ФИО10 и об оправдании, являлись предметом тщательного исследования суда первой инстанции и были обоснованно отвергнуты, поскольку они противоречат совокупности приведенных выше доказательств.
Вопреки доводам осужденной и защитника, суд первой инстанции обоснованно, с приведением мотивов своего решения, принял во внимание, оценил как допустимые и достоверные, и потому положил в основу приговора, показания потерпевших ФИО2 и ФИО4, а также свидетелей Свидетель №1, Свидетель №7, ФИО11, ФИО3, поскольку их показания подробны и последовательны, подтверждены иными доказательствами по уголовному делу.
На основании показаний указанных лиц, которые суд оценил в совокупности с иными материалами дела, суд первой инстанции верно установил, что первоначально в заявлении ФИО10, не являясь непосредственным очевидцем происшествия, сообщала о своей осведомленности со слов третьего лица о том, что соседка ФИО4 испачкала ее машину продуктами питания; затем - об обнаружении повреждения лакокрасочного покрытия правого и левого переднего крыла машины; в последующем – о том, что около ее машины были замечены соседи ФИО4 и ФИО2 с острыми предметами, которыми они царапали покрытие машины.
С выводом суда о том, что указанные обстоятельства в совокупности с показаниями свидетелей: Свидетель №1 - о том, что фактический осмотр машины в 2016 году он не проводил и повреждения на ней не фиксировал, а со слов ФИО10 осведомлен об их образовании позднее и при других обстоятельствах; ФИО11 – о том, что ФИО10 до 2020 года не сообщала о повреждении ее машины в результате умышленных противоправных действий ФИО15; Свидетель №7 – о том, что ФИО10 просила ее свидетельствовать об обстоятельствах повреждения ее машины, очевидцем которых она не была – свидетельствуют о недостоверности показаний ФИО10 об обстоятельствах повреждения ее машины, а также об искусственном создании ею доказательств по делу, суд апелляционной инстанции согласен.
То обстоятельство, что потерпевшие ФИО2 и ФИО4 являются родственниками, а равно то обстоятельство, что между ними, с одной стороны, и ФИО10, с другой стороны, сложились неприязненные отношения в связи с проживанием по соседству, само по себе не ставит под сомнение достоверность сообщенных ими сведений об обстоятельствах преступления.
Вопреки доводам стороны защиты, то обстоятельство, что обвинение, предъявленное ФИО10 по данному преступлению, а также квалификация её действий, сформированные органами предварительного следствия, содержат указание на квалифицирующий признак «с причинением значительного ущерба гражданину», который в дальнейшем был исключен судом, не свидетельствует о намерении потерпевшей стороны усилить обвинение ФИО10 каким-либо неправомерным способом, а также не ставит под сомнение правдивость данных потерпевшими показаний, которые объективно подтверждены совокупностью доказательств по делу.
Наличие иных каких-либо споров между участниками уголовного судопроизводства не опровергает выводы суда о виновности ФИО10 в содеянном, не свидетельствует о незаконности приговора и не является основанием для его отмены или изменения.
Вывод суда первой инстанции о достоверности изобличающих осужденную показаний свидетеля Свидетель №1, а также об отсутствии объективных обстоятельств и правовых оснований не доверять им, суд апелляционной инстанции признает верным.
Факт увольнения Свидетель №1 из правоохранительных органов, а также его служебные характеристики, сами по себе не опровергают выводы суда о достоверности показаний указанного свидетеля, которые согласуются с иными доказательствами по делу, и потому обоснованно приняты в качестве доказательства виновности ФИО10
Вопреки утверждениям стороны защиты, показания свидетелей Свидетель №9 и ФИО8 о том, что участия в осмотре автомашины ФИО10 они не принимали, свидетельствуют не столько о недобросовестном отношении Свидетель №1 к служебным обязанностям сотрудника правоохранительных органов, сколько объективно подтверждают достоверность показаний указанного свидетеля о том, что протокол осмотра автомашины не был составлен 25 февраля 2016 года при сообщенных ФИО10 обстоятельствах, наличие каких-либо повреждений на ее машине объективно установлено и зафиксировано не было.
Правовая оценка действий Свидетель №1 применительно к наличию признаков составов преступлений, в том числе, предусмотренного ст. 303 УК РФ, о необходимости которой полагает сторона защиты, не относится к предмету рассмотрения суда в рамках настоящего уголовного дела по обвинению ФИО10
То обстоятельство, что на машине ФИО10 в 2018, 2019 гг. обнаружены повреждения в виде царапин лакокрасочного покрытия правого и левого передних крыльев, не свидетельствует об их образовании в феврале 2016 года в ходе событий, описанных ФИО10
Оснований не согласиться с оценкой показаний свидетелей Свидетель №12, Свидетель №14 произведенной судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции не имеется, поскольку они объективно подтверждены заключением фототехнической экспертизы и в совокупности свидетельствуют об отсутствии повреждений на правом крыле автомашины ФИО10, заявленных ею как предмет иска по гражданскому делу по иску к ФИО15.
То обстоятельство, что эксперт Свидетель №12 был допрошен в качестве свидетеля, не является грубым нарушением уголовно-процессуального закона и не ставит по сомнение достоверность сообщенных им сведений, поскольку перед допросом он также предупреждался об уголовной ответственности, что не оспаривается стороной защиты.
Выяснение в ходе допроса Свидетель №12 ряда обстоятельств, связанных с фотоснимками, изъятыми позднее и на момент допроса не признанными вещественными доказательствами по делу, требованиям уголовно-процессуального закона не противоречит.
Вопреки доводам стороны защиты, изложенным в апелляционной жалобе, существенных нарушений уголовно-процессуального закона при производстве выемки у свидетеля ФИО12 диска с фотографиями машины ФИО10, судом первой инстанции обоснованно не установлено.
Как следует из материалов уголовного дела, свидетель Свидетель №12 был допрошен на предварительном следствии 22 апреля 2020 года в период с 10 часов 07 минут до 11 часов 00 минут, и сообщил о намерении предоставить органам предварительного следствия диск, который был у него изъят на основании соответствующего постановления от 22 апреля 2022 года (т. 1 л.д. 190), о чем составлен протокол выемки от 22 апреля 2020 года, проведенной в период с 11 часов 18 минут до 11 часов 30 минут (т. 1 л.д. 191-193).
То обстоятельство, что диск не был изъят у Свидетель №12 незамедлительно в ходе его допроса в качестве свидетеля, не является нарушением уголовно-процессуального закона и не свидетельствует о недопустимости доказательства по делу.
Показания свидетеля ФИО7, который оказывал ФИО10, консультации по гражданско-правовым вопросам и заметил на ее автомашине описываемые ею повреждения, не опровергают мотивированных выводов суда первой инстанции о виновности ФИО10, основанных на совокупности исследованных доказательств, поскольку являются субъективным мнением конкретного лица и объективно не подтверждены.
Мотивы, по которым суд счел недостоверными показания свидетелей Свидетель №17 и Свидетель №18, в приговоре приведены, с ним суд апелляционной инстанции согласен.
Оснований для признания выводов суда не соответствующими фактическим обстоятельствам дела суд апелляционной инстанции не усматривает.
Соответствует фактическим обстоятельствам дела вывод суда о виновности ФИО10 в том, что она совершила покушение на мошенничество, что есть хищение имущества ФИО3 в виде денежных средств на общую сумму 76098 рублей 96 копеек, путем обмана, поскольку умышленно, осознавая об отсутствии у нее фактических и правовых оснований требовать с ФИО3 денежные средства, обратилась в суд с заявлениями о взыскании с ФИО3 денежных средств, предоставив в подтверждение расписки от имени ФИО3, содержание заведомо недостоверные сведения о наличии у ФИО3 перед ней долговых обязательств, однако, решением суда в удовлетворении требований ФИО10 было отказано, в связи с чем преступление не доведено ею до конца по независящим от нее обстоятельствам.
Выводы суда о виновности ФИО10 в данных преступлениях основаны на исследованных в судебном заседании доказательствах, должный анализ и правовая оценка которых приведены в приговоре, в том числе:
- показаниях потерпевшей ФИО3 о том, что денежные средства у ФИО10, которая сама взяла у нее в долг и не возвращает деньги, она не брала, фиктивные расписки о наличии у нее перед ФИО10 долговых обязательств изготовила по указанию ФИО10 по составленному последней черновику для обращения в суд с иском к туристической фирме о защите прав потребителей с целью возврата денежных средств за билеты, поскольку была введена ФИО10 в заблуждение,
- показаниях свидетеля Свидетель №10 о том, что ФИО3 сообщала ей, что давала ФИО10 деньги в долг на приобретение путевки – около 40000 рублей и та деньги ей не отдавала,
- показаниях свидетеля Свидетель №11 о том, о том, что ФИО10 и ФИО3 вдвоем расплачивались за приобретение путевки в Париж в 2013 году,
- протоколом осмотра документов – листа с черновиком двух расписок о возврате 24900 рублей за тур «Париж классический» и 450 евро за билеты в Париж,
-квитанции туроператора к приходно-расходному ордеру № 34 от 30 января 2013 года о принятии от ФИО3 в оплату тура 24900 рублей,
- сведениях о движении денежных средств по карте ФИО3, согласно которым 24 февраля 2013 года совершена операция списания по счету 340 евро и 559,14 евро,
- протоколом осмотра переписки ФИО10 и ФИО3, содержащейся в мобильном телефоне ФИО10, исходя из которой ФИО3 отрицает наличие у нее какого либо долга перед ФИО10,
а также иных приведенных в приговоре и исследованных судом доказательств.
Вопреки апелляционным жалобам, верно оценив в соответствии со ст. ст. 87, 88 УПК РФ представленные суду и исследованные в судебном заседании доказательства, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об их допустимости и достоверности, а совокупности – достаточной для выводов о виновности ФИО10 в совершении преступлений в отношении потерпевшей ФИО3
Выводы суда основаны на достаточной совокупности доказательств, в числе которых показания потерпевшей ФИО3, категорично утверждавшей об отсутствии у нее долговых обязательств перед ФИО10 и фиктивности расписок; показания свидетеля Свидетель №11 об отсутствии у ФИО3 долговых обязательств перед ФИО10; составленные от имени ФИО3 черновики расписок, содержание которых соответствует подлинникам; сведения о наличии на банковских картах ФИО3 денежных средств, соразмерных тем, которые заявлены ФИО10 в качестве долга – которые в совокупности опровергают показания ФИО10 об отсутствии у ФИО3 денежных средств, а также о том, что ФИО10 передавала их ФИО3
Объективных обстоятельств, свидетельствующих о недостоверности показаний потерпевшей ФИО3, а также о наличии оснований для оговора ею ФИО10, судом не установлено, не представлено таковых и в суд апелляционной инстанции.
Вопреки доводам стороны защиты, факт привлечения ФИО3 к уголовной ответственности обоснованно учтен судом первой инстанции в качестве характеризующего личность потерпевшей обстоятельства, однако, верно не отнесен к числу обстоятельств, влекущих признание доказательства – показаний потерпевшей - недопустимым с точки зрения его недостоверности. Не опровергают мотивированные выводы суда и конфликтные в настоящее время отношения между ФИО10 и ФИО3, обусловленные межличностными обстоятельствами.
То обстоятельство, что основанием для отказа Ленинским районным судом г. Иваново в удовлетворении требований ФИО10 о взыскании долга с ФИО3 послужили иные, не связанные с фальсификацией доказательств по делу, основания, не имеет преюдициального значения.
Таким образом, фактические обстоятельства инкриминируемых ФИО10 преступлений достаточно подтверждены совокупностью доказательств и установлены судом первой инстанции верно.
Изложенные в жалобах доводы фактически сводятся к переоценке доказательств, которые оценены судом в соответствии со ст. ст. 87, 88 УПК РФ по внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся доказательств, как это предусмотрено ст. 17 УПК РФ.
Оснований для иной оценки доказательств по делу, а равно для оправдания осужденной, судом обоснованно не установлено, не усматривает их и суд апелляционной инстанции.
Произведенное судом первой инстанции уточнение фактических обстоятельств обвинения соответствует ст. 252 УПК РФ, не изменяет сущность обвинения и не увеличивает его объем, не нарушает право ФИО10 АЭ.Б. на защиту.
Действия ФИО10 судом верно квалифицированы:
- по ч.1 ст.159 УК РФ (по преступлению в отношении потерпевших ФИО2 и ФИО4),
- по ч. 1 ст.303 УК РФ (по преступлению, связанному с фальсификацией доказательств по гражданскому делу по исковому заявлению ФИО10 к ФИО2 и ФИО4),
- по ч. 3 ст. 30, ч. 2 ст. 159 УК РФ (по преступлению в отношении потерпевшей ФИО3),
- по ч. 1 ст. 303 УК РФ (по преступлению, связанному с фальсификацией доказательств по гражданскому делу по заявлению ФИО10 к ФИО3 о выдаче судебного приказа),
- по ч. 1 ст. 303 УК РФ (по преступлению, связанному с фальсификацией доказательств по гражданскому делу по исковому заявлению ФИО10 к ФИО3)
исходя из исследованных в судебном заседании доказательств и в соответствии с мотивированными выводами, приведенными в приговоре, не согласиться с которыми у суда апелляционной инстанции оснований не имеется.
При этом выводы суда о квалификации действий осужденной, о наличии обмана, как способа совершения мошенничества, в приговоре должным образом мотивированы.
Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами, изложенными в приговоре, о том, что ФИО10 действовала с прямым умыслом на хищение чужого имущества, путем обмана, а в отношении ФИО3 – по признаку причинения значительного ущерба гражданину.
Наличие у ФИО10 прямого умысла на хищение имущества потерпевших – принадлежащих им денежных средств - путем обмана полностью подтверждается ее непосредственным участием в составлении исковых заявлений и обращении в суд при том, что ФИО10 знала об отсутствии у нее права на получение имущества потерпевших и осознавала, что принятие судом решения зависит от представленных ею суду доказательств, подтверждающих её исковые требования, и, участвуя в судебном заседании, она представила суду в качестве обоснования своих исковых требований заведомо недостоверные (фальсифицированные) доказательства.
Действия ФИО10, являвшейся лицом, участвующей в деле и совершившей фальсификацию доказательств по гражданскому делу, правильно квалифицированы по ч. 1 ст. 303 УК РФ.
Неверная ссылка в абзаце 11 на странице 19 и в абзаце 12 на странице 21 описательно-мотивировочной части приговора на ст. 330 УК РФ вместо ст. 303 УК РФ является явной технической ошибкой, не влияет на обоснованность выводов о виновности ФИО10, а также на правильность квалификации ее действий, и не является основанием для отмены приговора.
При назначении наказания ФИО10 суд первой инстанции в соответствии с требованиями ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ учитывал характер и степень общественной опасности преступления, личность виновной, в том числе, наличие обстоятельств, смягчающих наказание, влияние назначенного наказания на исправление осужденной и на условия жизни её семьи, а также исходил из принципов справедливости и гуманизма.
Все обстоятельства, подлежащие признанию в качестве смягчающих наказание, в том числе, данные о личности осужденной, известные на момент рассмотрение дела, судом первой инстанции учтены и получили в приговоре надлежащую правовую оценку.
Отягчающих наказание обстоятельств судом в соответствии со ст. 63 УК РФ не имеется.
С выводами суда первой инстанции об отсутствии исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, поведением осужденной во время совершения преступлений или после их совершения, существенно уменьшающих степень общественной опасности содеянного, дающих основание для применения при назначении ФИО10 наказания положений ст.64 УК РФ, суд апелляционной инстанции согласен.
С учетом сведений о личности осужденной и иных юридически значимых обстоятельств, оснований для применения положений ст. 73, ч. 6 ст. 15, 53.1 УК РФ судом первой инстанции не установлено, не усматривает таковых и суд апелляционной инстанции.
С учетом характера и степени общественной опасности совершенных преступлений, личности виновной, а также совокупности всех установленных по делу обстоятельств, наказание в виде исправительных работ, которое назначено осужденной, чрезмерно суровым не является.
Уголовное дело рассмотрено в соответствии с требованиями ст. ст. 14, 15 и 16 УПК РФ. Каких-либо данных, свидетельствующих о предвзятом отношении к осужденной и нарушении её прав, не имеется, что подтверждается материалами дела и протоколом судебных заседаний, соответствующим требованиям ст. 259 УПК РФ.
Как следует из протокола судебного заседания, суд создал сторонам все необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. Сторона защиты активно пользовалась правами, предоставленными законом, в том числе, исследуя предоставляемые доказательства, участвуя в разрешении процессуальных вопросов.
Обстоятельств, препятствующих рассмотрению дела в судебном заседании и принятию итогового решения, нарушений норм уголовно-процессуального закона и стеснения прав осужденных на стадии досудебного производства по уголовному делу судом обоснованно не установлено.
Как следует из представленных материалов, предварительное расследование и судебное следствие проведено с достаточной полнотой и соблюдением уголовно-процессуального закона, нарушений принципа состязательности и равноправия сторон в судебном заседании не допущено. Каких-либо данных, указывающих на обвинительный уклон в действиях суда, необъективность процедуры судебного разбирательства, в материалах уголовного дела не содержится.
Оснований полагать о том, что в ходе предварительного следствия соединение в одно производство уголовных дел, по которым впоследствии ФИО10 предъявлено обвинение, осуществлено необоснованно, суд апелляционной инстанции не усматривает.
Вопреки доводам апелляционной жалобы стороны защиты, оснований полагать о нарушении судом принципа территориальной подсудности рассмотрения уголовного дела в Ленинском районном суде г. Иваново не допущено.
Из содержания ч. 1 - 3 ст. 32 УПК РФ следует, что уголовное дело подлежит рассмотрению в суде по месту совершения преступления. Если преступление было начато в месте, на которое распространяется юрисдикция одного суда, а окончено в месте, на которое распространяется юрисдикция другого суда, то данное уголовное дело подсудно суду по месту окончания преступления. Если преступления совершены в разных местах, то уголовное дело рассматривается судом, юрисдикция которого распространяется на то место, где совершено большинство расследованных по данному уголовному делу преступлений или совершено наиболее тяжкое из них.
Согласно обвинительному заключению, ФИО10 обвинялась в совершении двух преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 159 УК РФ, являющихся преступлениями одинаковой степени тяжести. Оба преступления совершены на территории одного субъекта РФ - г. Иваново, при этом первое преступление окончено на территории Ленинского района г.Иваново, второе пресечено на территории Фрунзенского района г. Иваново.
При таких обстоятельствах Ленинский районный суд г. Иваново правомерно принял уголовное дело к своему производству и, в отсутствие ходатайств об изменении подсудности, рассмотрел его по существу с вынесением приговора.
Фактические обстоятельства преступления, признанного судом первой инстанции доказанным и описанные в приговоре, изложены в соответствии с требованиями ст. 73 УПК РФ и не противоречат диспозиции ст. ст. 159, 303 УК РФ.
Принятые судом решения по оценке доказательств основаны на нормах закона и материалах дела. Неустраненных существенных противоречий в исследованных судом доказательствах, сомнений в виновности осужденной, требующих истолкования их в пользу последней, по делу не установлено.
Не доверять выводам проведенных по делу экспертиз у суда оснований не имелось, поскольку они проведены в соответствии с требованиями ст. ст. 195 - 199 УПК РФ. С выводом суда об отсутствии оснований сомневаться в компетентности экспертов по предмету исследования, суд апелляционной инстанции согласен.
Все заявленные стороной защиты ходатайства были разрешены судом в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и в зависимости от их значения для правильного разрешения дела, с принятием по ним мотивированных решений, с учетом представленных по делу доказательств, наличия либо отсутствия реальной необходимости в производстве заявленных процессуальных действий с целью правильного разрешения дела, с учетом положений ст. 252 УПК РФ. Отказ в удовлетворении ходатайств не свидетельствует о нарушении права осужденной на защиту. Доводы стороны защиты о том, что суд ограничивал осужденную и ее защитника в предоставлении доказательств опровергаются протоколами судебных заседаний. Осужденной ФИО10 и её защитникам судом первой инстанции было предоставлено достаточно времени и возможностей для подготовки к рассмотрению дела и участию во всех стадиях судопроизводства
С выводами суда об отсутствии оснований для назначения по делу судебных экспертиз, о которых ходатайствовала сторона защиты, суд апелляционной инстанции согласен.
Фактические обстоятельства происшедшего, как они установлены судом, изложены в приговоре и содержат все необходимые сведения о месте, времени, способе совершения преступления, размере причиненного ущерба, действиях ФИО10 и их взаимосвязи с наступившими последствиями, об иных данных, позволяющих судить о событии преступления, причастности к ним осужденной и её виновности, а также об обстоятельствах, достаточных для правильной правовой оценки содеянного.
То обстоятельство, что оценка доказательств, данная судом, не совпадает с позицией стороны защиты и осужденной, само по себе не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона и не ставит под сомнение выводы суда. Все сомнения в доказанности обстоятельств содеянного осужденной, на которые указывается в апелляционных жалобах, судом проверены и оценены в соответствии с требованиями закона. Каких-либо данных, свидетельствующих о несоблюдении права осужденной на защиту или об иных нарушениях уголовно-процессуального законодательства, которые путем лишения или ограничения гарантированных Конституцией Российской Федерации и Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации прав участников уголовного судопроизводства повлияли или могли повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения, в материалах уголовного дела не имеется.
Нарушений норм уголовно-процессуального закона, которые могли бы служить безусловным основанием для отмены приговора, не установлено.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции
постановил:
Приговор Ленинского районного суда города Иваново от 22 декабря 2022 года в отношении ФИО10 оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденной и ее защитника – без удовлетворения.
Апелляционное постановление вступает в законную силу с момента оглашения и может быть обжаловано в Судебную коллегию по уголовным делам Второго кассационного суда общей юрисдикции в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу.
В случае подачи кассационной жалобы или кассационного представления, осужденная вправе ходатайствовать об обеспечении участия в их рассмотрении судом кассационной инстанции и об участии адвоката.
Пропущенный по уважительной причине срок кассационного обжалования, может быть восстановлен судьей суда первой инстанции по ходатайству лица, подавшего кассационные жалобу, представление. Отказ в его восстановлении может быть обжалован в порядке, предусмотренном ч.5 ст.401.3 УПК РФ.
В случае пропуска срока, установленного ч.4 ст.401.3 УПК РФ, или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление на приговор или иное итоговое судебное решение подается непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматривается в порядке, предусмотренном ст.ст.401.10-401.12 УПК РФ.
Председательствующий: О.Н. Селезнева