Апелляционное определение по делу № 22-3441/2023 от 29.08.2023

Судья Самородова Ю.В. Дело № 22- 3441

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Кемерово 29 августа 2023 года

Судебная коллегия по уголовным делам Кемеровского областного суда в составе:

председательствующего Федусовой Е.А.

судей Ивановой Е.В., Саянова С.В.

при секретаре Басалаевой Е.Н.

с участием прокурора Арефьева А.О.

осуждённых ФИО1, ФИО2, участвующих в судебном заседании посредством системы видеоконференц-связи,

адвокатов Ломакина В.А., Михайлеца А.Г.

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционное представление государственного обвинителя Миролюбовой Е.В., апелляционные жалобы осуждённой ФИО1 на приговор Беловского городского суда Кемеровской области от 11.01.2023 г., которым

ФИО2, <данные изъяты>, судимый приговором Беловского городского суда Кемеровской области от 12.10.2020 г. по ч.1 ст.157 УК РФ к 05 месяцам исправительных работ с удержанием из заработной платы 5% в доход государства,

постановлением Беловского городского суда Кемеровской области от 27.07.2022 года наказание в виде исправительных работ заменено на лишение свободы сроком 01 месяц 20 дней (исчисляя срок отбывания наказания с 27.07.2022 г.),

осуждён по ч.4 ст.111 УК РФ к 7 годам лишения свободы

Срок наказания постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

Мера пресечения в виде заключения под стражу до вступления приговора в законную силу оставлена прежней.

На основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ в срок отбытия наказания зачтено время содержания под стражей в период с 28.06.2020 г. по 29.06.2020 г., а также в период с 13.05.2022 г. до дня вступления приговора суда в законную силу из расчёта один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Приговор мирового судьи судебного участка № 6 Беловского городского судебного района Кемеровской области от 07.12.2021 г. постановлено исполнять самостоятельно.

ФИО1, <данные изъяты>, несудимая,

осуждена по ч. 4 ст.111 УК РФ к 7 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Срок наказания постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

Мера пресечения до вступления приговора в законную силу оставлена в виде заключения под стражу.

На основании п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ в срок отбытия наказания зачтено время содержания под стражей в период с 28.06.2020 г. до дня вступления приговора суда в законную силу из расчёта один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Разрешён вопрос о судьбе вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Федусовой Е.А., изложившей содержание приговора, существо апелляционных представления и жалоб, возражения государственного обвинителя, выслушав осуждённых ФИО1, ФИО2., адвокатов Ломакина В.А., Михайлеца А.Г., поддержавших доводы апелляционных жалоб и представления в части улучшения положения ФИО1 и ФИО2; заслушав прокурора Арефьева А.О., полагавшего необходимым приговор суда изменить по доводам апелляционного представления, судебная коллегия

УСТАНОВИЛ

А:

приговором ФИО1 и ФИО2 осуждены за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предметов, используемых в качестве оружия, группой лиц, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

Преступление совершено в вечернее время 26.06.2020 г. в г. Белово Кемеровской области при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Миролюбова Е.В. просит приговор изменить в связи с неправильным применением уголовного закона, выразившегося в нарушении требований Общей части УК РФ, повлекшего назначение чрезмерно сурового наказания.

Так, ФИО2 и ФИО1 осуждены за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, группой лиц, с применением предметов, используемых в качестве оружия, повлекших по неосторожности смерть потерпевшего "ФИО"

Судом установлено, что ФИО2 нанёс потерпевшему кулаками и деревянной шваброй не менее 10 ударов в область головы и лица, не менее 24 ударов ногами в область верхних и нижних конечностей, не менее 7-8 ударов ногами и кулаками в область грудной клетки. Затем ФИО1 взяла топор и нанесла им потерпевшему один удар острием топора в область волосистой части головы, и один удар обухом топора в область волосистой части головы потерпевшего.

Считает, что вопреки требованиям, указанным в ч. 1 ст. 67 УК РФ, суд не учёл роли ФИО2 и ФИО1, отражающие характер, степень и значение их фактического участия в совершении деяния, совершенного в соучастии, в то время как согласно обвинению, основанному на материалах уголовного дела, преступление совершено группой лиц.

Суд принял в качестве доказательств виновности ФИО2 и ФИО1 их показания на предварительном следствии и в судебном заседании, в которых осуждённые сообщили подробные сведения о противоправных действиях каждого из них в отношении потерпевшего "ФИО"

ФИО2 при допросе в качестве подозреваемого и обвиняемого, при проведении очной ставки с ФИО1, а также в судебном заседании подробно и последовательно пояснял о действиях ФИО1, а именно, что она ударила "ФИО" острием топора по голове, пробив голову, после, повернув топор, обухом нанесла второй удар по голове "ФИО" При этом ФИО1 отрицала нанесение удара острием топора по голове потерпевшего.

В свою очередь, ФИО1 указала о том, что ФИО2 наносил неоднократные удары "ФИО" кулаками и шваброй по лицу и голове, также наносил многочисленные удары кулаками и ногами по туловищу, рукам и ногам "ФИО", то время как ФИО2 утверждал о меньшем количестве ударов, нанесенных кулаками и шваброй в область головы и лица потерпевшего, отрицал нанесение ударов в область грудной клетки ногами и кулаками, а также нанесение им ударов ногами по верхним и нижним конечностям.

Таким образом, ФИО2 и ФИО1 сообщили не только о своих действиях, но и о действиях друг друга, которые не были очевидны для других лиц, присутствующих 26.06.2020 г. в доме, где потерпевшему "ФИО" были причинены телесные повреждения, повлекшие по неосторожности его смерть.

Устанавливая фактические обстоятельства по делу, суд в основу приговора положил именно указанные показания осуждённых, данные обстоятельства приведены в описательно-мотивировочной части приговора.

Исходя из смысла закона, если лицо представило органам дознания или следствия информацию, имеющую значение для раскрытия и расследования преступления (например, указало лиц, участвовавших в совершении преступления, сообщило их данные и место нахождения, сведения, подтверждающие их участие в совершении преступления), то в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ активное способствование изобличению и уголовному преследованию другого соучастника преступления следует учитывать в качестве смягчающего наказание обстоятельства, однако, данные требования закона судом не учтены. В нарушение требований ст. 307 УПК РФ суд не привел в приговоре мотивы, по которым при назначении наказания ФИО2 и ФИО1 не признал смягчающими обстоятельствами активное способствование изобличению соучастников преступления.

Кроме того, указывает, что согласно материалам уголовного дела ФИО2 был осужден 12.10.2020 г. приговором Беловского городского суда по ч. 1 ст. 157 УК РФ к 5 месяцам исправительных работ с удержанием 5 % в доход государства. Постановлением Беловского городского суда от 27.07.2022 г. наказание в виде исправительных работ заменено на лишение свободы сроком 1 месяц 20 дней, 26.06.2020 г. ФИО2 совершил преступление в отношении потерпевшего "ФИО", т.е. до вынесения приговора от 12.10.2020 г.

В соответствии с ч. 5 ст. 69 УК РФ, если после вынесения приговора по делу будет установлено, что осужденный виновен еще и в другом преступлении, совершенном им до вынесения приговора суда по первому делу, то наказание назначается по правилам ч. 5 ст. 69 УК РФ, т.е. по совокупности преступлений.

Однако приведённые требования уголовного закона судом нарушены, т.к. суд не назначил ФИО2 окончательное наказание по правилам ч.5 ст.69 УК РФ.

Просит приговор изменить: признать обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО2, ФИО1, активное способствование изобличению и уголовному преследованию другого соучастника преступления, смягчить назначенное ФИО2, ФИО1 по ч. 4 ст. 111 УК РФ наказание до 6 лет 10 месяцев лишения свободы.

Назначить ФИО2 окончательное наказание по правилам ч.5 ст. 69 УК РФ путём частичного сложения наказания по настоящему приговору и по приговору Беловского городского суда от 12.10.2020 г. в виде 6 лет 11 месяцев лишения свободы, зачесть ФИО2 по правилам ч. 5 ст. 69 УК РФ отбытое им наказание по приговору Беловского городского суда от 12.10.2020 г.

В апелляционной жалобах (основной и дополнительных) осуждённая ФИО1, оспаривая приговор, считает его необоснованным ввиду неправильного применения уголовного закона и несправедливым вследствие чрезмерной суровости назначенного наказания.

Считает, что при рассмотрении уголовного дела суд не учёл обстоятельств, которые могли существенно повлиять на выводы суда, изложенные в приговоре.

Полагает, что судом не выполнены требования, предусмотренные ч. ч. 1, 2 ст. 297 УПК РФ.

Указывает, что вину в нанесении удара обухом топора в область головы потерпевшего признаёт, однако, в ходе судебных заседаний не было учтено, что она нанесла всего два удара потерпевшему, причинив лёгкий вред здоровью, тогда как ФИО2 нанёс многочисленные удары, причинив потерпевшему тяжкий вред здоровью, повлекший его смерть.

Подробно приводит в жалобах заключение эксперта № 379 от 29.06.2020 г.

Считает, что судом неправильно квалифицированы её действия, не учтено, что после драки "ФИО" ушёл, что подтвердили ФИО2 и свидетель ФИО 2, следовательно, за время отсутствия потерпевший мог получить какие-либо травмы, однако, данное обстоятельство судом не проверено.

Обращает внимание, что 21.06.2023 г. ей поступил ответ из МВД России по Кемеровской области «Беловский» на её обращение о том, что "ФИО" своими умышленными действиями совершил преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 119 УК РФ, т.е. угрозу убийством.

Считает, что доказательством, подтверждающим нанесение двух ударов по голове "ФИО" обухом и острием в область волосистой части головы, может служить лишь заключение судебно-медицинской экспертизы, однако в экспертизе № 721 от 20.08.2020 г. указано, что наибольшая по длине сквозная рана, расположенная в верхней части кожного лоскута волосистой части головы от трупа "ФИО", обладает морфологическими признаками ушибленной, образовавшейся от воздействия тупого предмета, длина следообразующей части которого преобладала над широкой. Более конкретно охарактеризовать конструктивные особенности травмирующего предмета не предоставляется возможным ввиду выраженности процессов заживления вышеуказанной раны, расположенной в нижней части кожного лоскута, являются ушибленными и нанесены твёрдым предметом (предметами), следообразующая часть которого имела форму ребра.

При этом эксперт не указывает о нанесении ударов острым предметом, в выводах эксперта (№ 349 от 29.06.2020 г.) отражено, что раны образовались от воздействий твёрдого тупого предмета, однако, характер повреждений не указан, характер этих повреждений не отображает контактной части травмирующего предмета, поэтому судить о конкретном экземпляре не представляется возможным.

Протокол осмотра предметов от 08.06.2020 г. свидетельствует о том, что на клинке топора слева имеется округлое, нечёткое заводское клеймо, на левой боковой поверхности топора в области закреплённой части имеется тёмно-красная пятка с чёткими границами различных размеров, на боковых поверхностях топора в области средней и захватной частей – тёмно - красные пятна неопределённой формы, т.е. экспертизами не подтверждено, что удар в область волосяной части головы мог быть нанесён остриём топора.

Имеющиеся сомнения, вопреки принципу презумпции невиновности, не были истолкованы в её пользу.

Считает, что показания свидетелей ФИО 1, ФИО 4, ФИО 5 в силу п. 2 ст. 75 УПК РФ являются недопустимыми доказательствами, т.к. они основаны на предположениях.

Однако суд доверяет показаниям указанных свидетелей, считает их логичными, последовательными, согласующимися между собой, но показания ФИО 2, от которой обстоятельства произошедшего стали известны свидетелям, являются противоречивыми, что подтверждается протоколом судебного заседания от 22.09.2022 г.

Считает показания указанных свидетелей о количестве ударов, которые она нанесла "ФИО", недопустимыми доказательствами, т.к. они не являлись очевидцами преступления.

По мнению осуждённой, приговор фактически является точной копией обвинительного заключения. Согласно разъяснению Верховного Суда РФ, перенесение в приговор показаний допрошенных по уголовному делу лиц и содержание других доказательств из обвинительного заключения или обвинительного акта без учёта результатов проведенного судебного разбирательства, является недопустимым.

Считает, что доказательства, положенные в основу суда относительно её виновности в совершении преступления, представляют собой позицию стороны обвинения без учёта результатов судебного разбирательства, что является существенным нарушением уголовно-процессуального закона и свидетельствует о том, что при постановлении приговора судом не учтена правовая позиция, изложенная в п. 8 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2016 г. № 55 "О судебном приговоре".

Вопреки положениям п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ активное способствование изобличению и уголовному преследованию другого соучастника преступления судом в качестве смягчающего обстоятельства необоснованно не учтено при назначении наказания, тогда как данное обстоятельство подлежит обязательному учёту.

Кроме того, при постановлении приговора и назначении наказания суд не учёл в качестве смягчающего наказание обстоятельства противоправное поведение потерпевшего "ФИО", явившееся поводом для преступления.

Обращает внимание, что ФИО2 нанёс потерпевшему удары кулаками и деревянной шваброй, т.е. предметом, используемым в качестве орудия, не менее 10 ударов в область головы и лица, не менее 24 ударов ногами в область верхних и нижних конечностей, не менее 7-8 ударов ногами и кулаками в область грудной клетки.

Таким образом, все удары "ФИО" наносил ФИО2, также он скрывался от суда и находился в розыске, согласно материалам уголовного дела, ФИО2 был осуждён приговором Беловского городского суда 12.10.2020 г. по ч. 1 ст. 157 УК РФ, тогда как она нанесла "ФИО" лишь два удара, однако удар остриём топора в область волосяной части головы не нашёл своего подтверждения в ходе судебного разбирательства.

Считает, что суд не учёл данные обстоятельства и назначил ФИО2 и ей одинаковый размер наказания в виде 7 лет лишения свободы.

Судом не учтено её состояние здоровья, т.к., находясь в условиях ФКУ СИЗО-4 с 28.06.2020 г., она переболела тяжёлым заболеванием (<данные изъяты>), принимала <данные изъяты> препараты, длительное время проходила курс лечения, однако, суд не применил положения ст. 64 УК РФ при назначении наказания.

Просит приговор пересмотреть, смягчить назначенное наказание.

В возражении государственный обвинитель Миролюбова Е.В. просит приговор изменить по доводам апелляционного представления, апелляционные жалобы осуждённой ФИО1 оставить без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных представления и жалоб, судебная коллегия приходит к следующему.

Выводы суда о виновности ФИО2 и ФИО1 в совершении указанного в приговоре преступления основаны на доказательствах, полученных в порядке, установленном уголовно-процессуальным законом, всесторонне, полно и объективно исследованных в судебном заседании и получивших оценку суда в соответствии с правилами ст. ст. 87, 88 УПК РФ.

При этом в описательно-мотивировочной части приговора в соответствии с положениями п. 2 ст. 307 УПК РФ и правовой позиции, изложенной в п. 6 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 55 от 29 ноября 2016 года «О судебном приговоре», приведено описание преступного деяния, признанного доказанным, изложены доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении осуждённых, и приведены мотивы, по которым суд отверг другие доказательства.

В судебном заседании осуждённая ФИО1 фактически от дачи показаний отказалась, воспользовавшись правом, предусмотренным ст. 51 Конституции РФ, указала лишь о нанесении двух ударов топором по голове потерпевшего "ФИО", а наносила ли удар острием топора - не помнит.

Из оглашённых в порядке п. 1 ч. 1 ст. 276 УПК РФ показаний ФИО1, данных в ходе предварительного расследования, в том числе при проведении очной ставки с ФИО2, а также при проведении проверки показаний на месте, следует, что 26.06.2020 г. в гости к ней и её сожителю ФИО 3 пришли ФИО 2 и "ФИО", распивали спиртное, затем пришёл её бывший сожитель ФИО2, который также принял участие в распитии спиртного.

Через некоторое время ФИО 3 из дома ушёл.

В ходе распития спиртного между "ФИО" и ФИО2 произошёл конфликт, в ходе которого ФИО2 нанёс "ФИО" два - три удара кулаком по левой щеке, ФИО 2 стала отталкивать ФИО2 от "ФИО" и конфликт прекратился.

"ФИО" неожиданно замахнулся на нее ножом. В этот момент ФИО2 подскочил к ним, оттолкнул ее от "ФИО", но "ФИО" в это время нанес ФИО2 ножом удар в область шеи слева, у него пошла кровь, также "ФИО" задел ножом колено ФИО2.

Она дала ФИО2 полотенце, чтобы остановить кровь.

После этого ФИО2 начал избивать "ФИО": кулаками нанёс примерно 4 удара по лицу, затем 2-3 раза ударил кулаками по плечам и телу. После этого ФИО2 взял деревянную швабру с Т–образным деревянным бруском на конце и с размаху стал наносить ею удары потерпевшему по голове и лицу.

После первого удара швабра переломилась пополам, но ФИО2 продолжил наносить удары обломком деревянной ручки от швабры по голове "ФИО", от ударов ручка швабры снова сломалась и ФИО2 обломком ручки нанёс несколько ударов по голове "ФИО", от ударов из головы "ФИО" пошла кров, т.к. ФИО2 шваброй разбил "ФИО" голову и лицо.

ФИО2 также пинал лежащего на полу "ФИО" по телу и рукам

Она в порыве злости на "ФИО", который набросился на неё с ножом, разбил стекло в окне и без её разрешения находился в её доме, схватила топор и, держа его двумя руками, обухом нанесла ему удар сверху вниз в область затылка, когда "ФИО" стоял к ней спиной. Она хотела нанести второй удар, но ФИО2 выхватил у неё топор.

27.06.2020 г. утром ФИО 2 в веранде дома обнаружила лежащего на полу в луже крови "ФИО", он был мёртв (т.1 л.д.166-175, 187-190, т.2 л.д.177 -182, т.6 л.д. 2-14, 63-71, 156-163, 170-177).

Из оглашённых в судебном заседании в порядке п. 3 ч. 1 ст. 276 УПК РФ показаний осуждённого ФИО2, данных на предварительном следствии, в том числе на очной ставке с ФИО1 и при проведении проверки показаний на месте, следует, что 26.06.2020 г. он пришёл в гости к ФИО1 и ФИО 3, с ним была ФИО 2, все распивали спиртное. Позже пришёл "ФИО" (сожитель ФИО 2), все присутствующие в доме решили его в дом не пускать, т.к. ФИО 2 от него скрывалась, однако, "ФИО" через окно спальни залез в дом и стал предъявлять всем претензии, что его обманули.

Он стал выгонять "ФИО", но тот начал кидаться на него, толкнул его рукой в лицо, затем вытащил из одежды нож с ручкой, обернутой веревкой, и хотел ударить ножом его и ФИО1, он (ФИО2) оттолкнул ФИО1, чтобы "ФИО" не порезал её, затем схватил деревянную швабру и с силой нанёс ею "ФИО" два-три удара по голове «Т» - образной частью швабры, от удара ручка швабры сломалась, он продолжил наносить удары ручкой швабры, нанес удар по голове "ФИО", затем в зал прибежала ФИО1 с топором в руках и ударила "ФИО" острием топора по голове сверху вниз, пробив ему голову, отчего у "ФИО" пошла кровь, после этого ФИО1, повернув топор обухом, нанесла второй удар с размаху сверху вниз ему по голове. Он отобрал топор у ФИО1.

Признает, что нанёс "ФИО" удары кулаками по лицу - в нижнюю челюсть слева, в область носа и верхней челюсти слева, три удара деревянной шваброй сверху вниз по голове, после каждого удара швабра переламывалась от ударов, после ударов шваброй "ФИО" был живой (т.1 л.д.101-107, 117-120, т.2 л.д.183-188, т.6 л.д.15-28, 63-71, 151-155, 196-198).

Приведённые показания судом обоснованно признаны достоверными, допустимыми доказательствами и положены в основу приговора, поскольку они получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и согласуются с другими исследованными в судебном заседании доказательствами, изложенными в приговоре и получившими надлежащую оценку суда.

Так, в судебном заседании установлено, что допросы осуждённых, очные ставки между ними и проверка показаний на месте проводились в присутствии адвокатов (а проверка показаний на месте также и в присутствии понятых) после разъяснения им прав, в том числе закреплённого ст.51 Конституции РФ права не свидетельствовать против себя, они были предупреждены о том, что их показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу, в том числе и в случае последующего отказа от этих показаний, что подтверждается подписанными осуждёнными и адвокатами протоколами.

Никаких замечаний по поводу проведения допросов и следственных действий, а также правильности отражения изложенных в протоколах показаний осуждённых, в протоколах не содержится.

Кроме того, показания осуждённых на предварительном следствии согласуются с другими приведёнными в приговоре доказательствами, в частности:

- показаниями свидетеля ФИО 2, данными в ходе предварительного следствия и оглашёнными в судебном заседании, из которых следует, что в ходе конфликта между ФИО2 и потерпевшим "ФИО" ФИО2 с размаху нанёс потерпевшему два удара кулаком в область левой щеки.

Она видела, как "ФИО" внезапно нанёс удар каким-то блестящим предметом в область левой части шеи ФИО2, после удара на его шее появилась рана и пошла кровь. После этого ФИО2 стал бить кулаками "ФИО", нанес ему удары по челюсти, в область губ, по плечам и телу выше пояса.

Тогда "ФИО" вылез в окно на улицу, она сразу закрыла окно, он начал стучать, разбил стекло в окне спальни и вновь проник в дом.

ФИО1 стала кричать на него, что тот без её разрешения вошел в дом и высказала претензии о разбитом стекле.

Она через окно убежала из дома, затем увидела, что "ФИО" сидит на земле, его голова и лицо были залиты кровью, левая сторона лица была сильно опухшая.

Они зашли в дом, ФИО2 и "ФИО" стали драться, ФИО2 повалил "ФИО" на диван и начал наносить ему кулаками удары по лицу, телу, конечностям.

Затем ФИО2 взял деревянную швабру и с размаху стал бить ею лежащего на диване "ФИО", нанося ему удары шваброй по его голове и лицу, ударяя Т – образной частью швабры в виде бруска на ручке по голове и лицу. От первого удара швабра переломилась, но ФИО2 продолжил наносить удары обломком деревянной ручки по голове, ручка тоже сломалась, тогда ФИО2 стал наносить удары обломком ручки по голове потерпевшего, от ударов из его головы пошла кровь.

Она побежала за тряпкой в другую комнату, а когда вернулась, то увидела, что у лежащего на диване потерпевшего из головы <данные изъяты> кровь, кровь лилась на его одежду и одеяло. На её вопрос: «Что случилось?», ФИО1 ответила, что она ударила потерпевшего по голове топором.

Он был в сознании, ФИО 3 схватив "ФИО" за рубашку и вытолкнул его через окно на улицу головой вперед. Через некоторое время в дверях она увидела "ФИО", тогда ФИО 3 вновь с силой вытолкал его из дома и закрыл дверь.

Утром на веранде дома она увидела мёртвого "ФИО"

ФИО1 стала отмывать пол от крови, к ней пришла соседка ФиО , и пока ФИО1 с ней разговаривала она (ФИО 2) через окно выпрыгнула из дома, пошла к ФИО 5, позвонила сестре "ФИО" и сказала, что его убили в доме ФИО1 (т.1 л.д.57-66, т.6 л.д.41-44, 143-150);

- показаниями свидетеля ФИО 3, данными на предварительном следствии и оглашёнными в судебном заседании, согласно которым он не видел начала конфликта между ФИО2 и "ФИО", т.к. в это время уходил из дома. А когда вернулся, то увидел, что "ФИО" был избит, из головы текла кровь.

ФИО2 рассказал ему, что "ФИО" стал конфликтовать, завязалась ссора, в ходе которой он ударил несколько раз кулаком "ФИО" по лицу, после чего "ФИО" взял в руки нож и стал ножом махать перед ФИО1 и ним, тогда он шваброй несколько раз ударил по голове "ФИО". В этот момент ФИО1 нанесла "ФИО" два удара топором, сначала острием, затем обухом.

После этого они выгнали "ФИО" из дома.

Вечером его разбудила ФИО1 и сказала, что "ФИО" разбил окно на веранде и залез к ним в дом. Тогда он толкнул "ФИО" в грудь и тот упал на пол веранды, где и обнаружили его утром мертвым (т.6 л.д.232-236);

-показаниями свидетеля ФИО 5, пояснившего в судебном заседании, что со слов ФИО2 ему известно, что он подрался с "ФИО", а со слов ФИО 6 ему известно, что ФИО1 ударила "ФИО" топором по голове;

- показаниями свидетеля ФИО 6, пояснившей в судебном заседании, что ФИО1 сказала ей, что они убили "ФИО", она ударила его топором по голове. ФИО2 подтвердил эти слова ФИО1;

- показаниями свидетеля ФИО 4, данными при производстве предварительного расследования, из которых следует, что со слов ФИО 2 ей известно, что ФИО1 ударила "ФИО" два раза топором по голове, а ФИО2 наносил потерпевшему удары шваброй по голове (т.6 л.д.137-139);

-заключениями судебно-медицинских экспертиз № 349 от 29.06.2020 г., № 661 от 16.11.2020 г, согласно которым смерть "ФИО" наступила от сочетанной травмы головы и грудной клетки, представленной комплексом повреждений виде закрытой черепно-мозговой (внутричерепной) травмы, и закрытой травмы грудной клетки.

Сочетанная травма головы и грудной клетки сопровождались сдавлением вещества головного мозга и развитием травматического шока, тяжёлой степени, что и послужило непосредственной причиной смерти потерпевшего и повлекло его смерть.

Закрытая черепно-мозговая травма с кровоизлияниями под твёрдую мозговую оболочку головного мозга образовалась от совокупности травмирующих воздействий в области головы и лица (т.3 л.д.11-18, т.5 л.д.187-193).

Из протокола судебного заседания усматривается, что в судебном заседании тщательно исследовались приведённые и другие доказательства, они проанализированы судом, проверены в соответствии с правилами ст. 87 УПК РФ, в том числе путём их сопоставления, им дана оценка с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а всех собранных доказательств в совокупности-достаточности для разрешения данного уголовного дела.

При этом в приговоре полно и правильно изложено содержание всех исследованных по делу доказательств, приведены выводы, касающиеся их проверки и оценки.

Оценив исследованные доказательства с учётом требований ст. 88 УПК РФ, суд первой инстанции правильно установил фактические обстоятельства дела и пришёл к обоснованному выводу о доказанности виновности осуждённых ФИО2 и ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ.

Суд привёл в приговоре убедительные суждения, по которым пришёл к обоснованному выводу о том, что осуждённые ФИО2 и ФИО1 умышленно, с целью причинения тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, действуя группой лиц, с применением предметов, используемых в качестве оружия, совместными действиями причинили потерпевшему тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека. При этом ФИО2 нанёс потерпевшему "ФИО" кулаками и деревянной шваброй не менее 10 ударов в область головы и лица, не менее 24 ударов ногами в область верхних и нижних конечностей, не менее 7-8 ударов ногами и кулаками в область грудной клетки, ФИО1 нанесла один удар острием топора и один удар обухом топора в область волосистой части головы потерпевшего.

По отношении к смерти потерпевшего действия осуждённых ФИО2 и ФИО1 являются неосторожными.

Доводы апелляционной жалобы ФИО1 о том, что от её действий не могла наступить смерть потерпевшего, а потому её действия надлежит квалифицировать по менее тяжкому составу преступления, поскольку она причинила потерпевшему лишь лёгкий вред здоровью, несостоятельны.

Приведёнными в приговоре доказательствами бесспорно установлено совместное участие осуждённых в нанесении потерпевшему ударов в жизненно важные органы человека, в том числе голову, поэтому независимо от чьих конкретно действий наступил тяжкий вред здоровью потерпевшего, опасный для его жизни, суд правильно признал ФИО1 и ФИО2 соисполнителями совершения преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ, а доводы апелляционных жалоб об обратном не основаны на требованиях закона и являются несостоятельными.

Совместные умышленные действия указанных лиц были направлены на достижение единого результата-причинение потерпевшему тяжкого вреда здоровью, опасного для его жизни.

Согласно заключению эксперта, закрытая черепно-мозговая травма, независимо от других повреждений, является опасным для жизни человека повреждением, создающим непосредственную угрозу для жизни, и квалифицируется как тяжкий вред здоровью.

Аналогичным образом квалифицирована экспертом и закрытая травма грудной клетки потерпевшего.

Травматический шок тяжёлой степени, установленный экспертом в качестве непосредственной причины смерти "ФИО", является опасным для жизни человека повреждением, вызвавшим расстройство жизненно важных функций организма человека, которые не могут быть компенсированы организмом самостоятельно и по признаку угрожающего жизни состояния квалифицируется как тяжкий вред здоровью.

Судебная коллегия также считает необходимым отметить, что закрытая черепно-мозговая травма головы образовалась от совокупности травмирующих воздействий, причём каждое последующее воздействие усугубляло течение черепно-мозговой травмы, что подтверждается её морфологическими особенностями, что отражено в заключении эксперта.

Доводы жалоб ФИО1 об отсутствии в заключении эксперта сведений о нанесении ею удара потерпевшему по голове острием топора, опровергаются приведёнными в приговоре доказательствами.

При этом заключение эксперта не содержит категорического вывода об этом ввиду утраты первоначальных морфологических признаков сквозной раны, обнаруженной в верхней части кожного лоскута волосистой части головы от трупа "ФИО", а две несквозные раны могли быть причинены как шваброй, так и топором( т.5 л.д. 115-122).

Между тем данное обстоятельство бесспорно подтверждается иными приведёнными в приговоре доказательствами, в частности, последовательными в этой части показаниями осуждённого ФИО2 на стадии предварительного расследования, свидетеля ФИО 3, которому об этом стало известно со слов ФИО2, показаниями свидетеля ФИО 2 о том, что когда она вернулась в комнату, то увидела, что из головы потерпевшего <данные изъяты> кровь, на её вопрос ФИО1 ответила, что это она ударила "ФИО" топором по голове.

Обстоятельств, которые бы могли свидетельствовать о желании указанных лиц оговорить ФИО1, не установлено и в апелляционных жалобах ФИО1 не приведено.

Все доказательства по уголовному делу, положенные в основу приговора, как в совокупности, так и каждое в отдельности, получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. Ни одно из положенных в основу приговора доказательств не имело для суда заранее установленной силы, всем исследованным в судебном заседании доказательствам судом дана надлежащая оценка. Приговор не содержит выводов предположительного характера.

Несостоятельны утверждения ФИО1 в части того, что суд необоснованно сослался в приговоре на показания свидетелей ФИО 1, ФИО 4, ФИО 5, не являющихся очевидцами преступления, поскольку каких-либо сведений о заинтересованности указанных свидетелей в исходе дела не имеется, как и оснований для оговора осуждённой.

Не установлено судом и противоречий в их показаниях по обстоятельствам дела, ставящих эти показания под сомнение, тем более что указанные свидетели допрошены в судебном заседании суда первой инстанции после разъяснения процессуальных прав и обязанностей.

Более того, уголовно-процессуальный закон не ставит вопрос о допустимости показаний свидетеля в зависимость от того, являлся он очевидцем преступления или нет.

Согласно ч. 1 ст. 56 УПК РФ, свидетелем является лицо, которому могут быть известны какие-либо обстоятельства, имеющие значение для расследования и разрешения уголовного дела, и которое вызвано для дачи показаний, а к недопустимым доказательствам, согласно п. 2 ч. 2 ст. 75 УПК РФ, относятся, в том числе показания свидетеля, потерпевшего, основанные на догадке, предположении, слухе, а также показания свидетеля, который не может указать источник своей осведомлённости.

Однако указанные свидетели поясняли только о тех обстоятельствах, которые им известны лично, указав при этом источник осведомлённости, а доводы жалобы в этой части не соответствуют требованиям закона.

Ставить под сомнение показания свидетелей преступления по обстоятельствам дела у суда оснований не имелось, так как показания указанных лиц, как обоснованно указано в приговоре суда, согласуются между собой по фактическим обстоятельствам, времени совершения преступления, по иным вопросам, входящим в предмет доказывания по уголовному делу, совпадают в значимых деталях, взаимно дополняют друг друга, объективно подтверждаются заключениями эксперта, протоколами следственных действий и иными доказательствами.

Доводы апелляционных жалоб об отсутствии у осуждённой умысла на причинение потерпевшему тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, опровергаются приведёнными в приговоре доказательствами.

Само по себе нанесение ударов кулаками, шваброй и топором в жизненно важный орган человека – голову, бесспорно свидетельствует об умысле ФИО2 и ФИО1 на причинение потерпевшему тяжкого вреда здоровью, опасного для его жизни. В заключении судебно-медицинской экспертизы, в частности, указано, что закрытая черепно-мозговая травма головы образовалась от совокупности травмирующих воздействий, причём каждое последующее воздействие усугубляло течение черепно-мозговой травмы, что подтверждается её морфологическими особенностями, она квалифицирована экспертом как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Вывод суда о совершении преступления группой лиц является правильным и основан на приведённых в приговоре доказательствах.

Так, в соответствии с ч.1 ст. 35 УК РФ преступление признаётся совершённым группой лиц, если в его совершении совместно участвовали два или более исполнителя без предварительного сговора.

Суд правильно пришёл к выводу о совместном участии осуждённых ФИО2 и ФИО1 в совершении преступления, в частности, в нанесении потерпевшему "ФИО" ударов кулаками, шваброй и топором в жизненно важный орган человека – голову, поэтому независимо от чьих конкретно действий наступил тяжкий вред здоровью потерпевшего, опасный для его жизни, суд обоснованно признал ФИО2 и ФИО1 соисполнителями совершения преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ.

Сомнений в виновности осуждённых, требующих истолкования в их пользу, судебной коллегией не установлено.

В судебном заседании исследованы все существенные для исхода дела доказательства, представленные сторонами.

Выводы суда первой инстанции не вызывают сомнений, оценка доказательствам дана судом в соответствии с требованиями ст. ст. 17, 88 УПК РФ.

Ссылка в жалобах на постановление дознавателя от 26.04.2023 г. об установлении в действиях потерпевшего "ФИО" признаков преступления, предусмотренного ч.1 ст. 119 УК РФ (т.9 л.д.249-250), не является основанием для изменения квалификации действий осуждённой, поскольку противоправность поведения потерпевшего не только установлена судом и отражена в приговоре при описании преступного деяния, признанного доказанным, но и признана обстоятельством, смягчающим наказание.

Как видно из протокола судебного заседания, дело рассмотрено судом беспристрастно, с соблюдением принципа состязательности и равноправия сторон. Председательствующий по делу судья, руководствуясь ст. ст. 15, 243 УПК РФ, создал сторонам защиты и обвинения равные условия и возможности для исполнения ими своих процессуальных прав и обязанностей. Все ходатайства, заявленные участниками процесса, председательствующим ставились на обсуждение сторон и по результатам их рассмотрения судьёй были вынесены соответствующие решения. Необоснованных отказов осуждённым и защитникам в исследовании доказательств, которые могли иметь существенное значение для исхода дела, нарушений процессуальных прав участников, повлиявших или могущих повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, по делу не допущено.

Приговор в целом соответствует требованиям ст. ст. 304, 307-309 УПК РФ, правовой позиции, изложенной в постановлении Пленума Верховного Суда РФ № 55 от 29.11.2016 «О судебном приговоре», во исполнении которых в приговоре дана надлежащая правовая оценка исследованным по делу доказательствам как в отдельности, так и в совокупности, указано, какие из них суд положил в основу приговора, а какие отверг, приведены убедительные мотивы принятых решений по всем возникшим в ходе судебного разбирательства вопросам, с которыми судебная коллегия считает необходимым согласиться.

Подробное изложение в приговоре показаний осуждённых и свидетелей, данных ими при производстве предварительного расследования, не свидетельствует о его незаконности, т.к. все приведённые в приговоре доказательства судом проанализированы и им дана надлежащая оценка, и лишь после анализа всех доказательств суд пришёл к выводу о виновности осуждённых.

Проверено судом и психическое состояние осуждённых, которые обоснованно признаны судом вменяемыми с учётом выводов, изложенных в соответствующих заключениях судебно-психиатрических экспертиз (т.3 л.д.83-85, 102-103).

Учитывая изложенное, судебная коллегия считает, что виновность осуждённых в совершении указанного в приговоре преступления подтверждается совокупностью бесспорных доказательств, приведённых в приговоре и получивших надлежащую оценку суда.

Оснований для отмены приговора по доводам апелляционных жалоб судебной коллегией не установлено.

Что касается доводов апелляционных представления и жалоб осуждённой о чрезмерной суровости назначенного наказания, то судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно приговору, при назначении наказания осуждённым ФИО2 и ФИО1 суд учёл характер и степень общественной опасности содеянного, характер и степень фактического участия каждого из осуждённых в совершении преступления, данные о личности осуждённых, характеризующихся удовлетворительно, ФИО2 <данные изъяты> ФИО1 - <данные изъяты>., их занятость общественно полезным трудом, а также обстоятельства, смягчающие наказание и влияние назначенного наказания на исправление осуждённых и на условия жизни их семей.

Обстоятельствами, смягчающими наказание судом признаны и учтены при назначении наказания: частичное признание вины ФИО2 и признание вины ФИО1, раскаяние в содеянном, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, состояние здоровья осуждённых и их близких родственников, противоправное поведение потерпевшего, явившееся поводом для преступления, совершение преступления впервые.

Обстоятельств, отягчающих наказание, судом не установлено.

Наличие обстоятельства, смягчающего наказание, предусмотренного п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, и отсутствие отягчающих обстоятельств позволило суду при назначении наказания ФИО2 и ФИО1 применить положения ч. 1 ст. 62 УК РФ, ограничивающие верхний предел максимального срока наказания за совершённое преступление.

Суд правильно пришёл к выводу об отсутствии оснований для применения осуждённым положений ст. 64 УК РФ, поскольку каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, поведением осуждённых во время и после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, по уголовному делу не имеется.

Судебная коллегия находит обоснованным вывод суда о необходимости назначения осуждённым наказания в виде лишения свободы в целях восстановления социальной справедливости, а также в целях их исправления и предупреждения совершения ими новых преступлений.

Суд привёл в приговоре убедительные мотивы отсутствия оснований для применения ФИО2 и ФИО1 положений ч. 6 ст. 15, ст. 73 УК РФ, с которыми судебная коллегия считает необходимым согласиться.

Доводы жалоб ФИО1 о том, судом при назначении наказания не учтено состояние её здоровья и противоправное поведение потерпевшего, явившееся поводом для преступления, опровергаются текстом приговора, в описательно-мотивировочной части которого прямо указано на признание данных обстоятельств смягчающими наказание.

Между тем приговор подлежит изменению в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона и неправильным применением уголовного закона (п. п. 2, 3 ст.38915 УПК РФ).

Согласно ст. 6 УК РФ наказание и иные меры уголовно-правового характера, применяемые к лицу, совершившему преступление, должны быть справедливыми, то есть соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного.

Описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать указание на обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, мотивы решения всех вопросов, относящихся к назначению наказания (п. п. 3, 4 ст. 307 УПК РФ).

Приведённые требования закона судом выполнены не в полной мере.

Как обоснованно указано в апелляционном представлении и жалобе осуждённой ФИО1, при производстве предварительного расследования каждым из осуждённых были даны подробные показания о роли другого соисполнителя преступления и о совершении им конкретных действий.

Таким образом, активное способствование изобличению и уголовному преследованию другого соучастника преступления в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ подлежит признанию и учёту в качестве смягчающего наказание обстоятельства в отношении осуждённых ФИО2 и ФИО1 за совершенное ими преступление, а назначенное им наказание-смягчению.

Обоснованными находит судебная коллегия и доводы апелляционного представления о необходимости назначить окончательное наказание ФИО2 по правилам ч.5 ст. 69 УК РФ, поскольку преступление по настоящему уголовному делу совершено до вынесения приговора от 12.10.2020 г.

Учитывая, что постановлением Беловского городского суда Кемеровской области от 27.07.2022 г. назначенное приговором от 12.10.2020г. наказание в виде исправительных работ заменено лишением свободы сроком на 1 месяц 20 дней, а в это время ФИО2 содержался под стражей по настоящему уголовному делу, то оснований для зачёта отбытого наказания по приговору от 12.10.2020 г. не имеется, т.к. законом не предусмотрен двойной зачёт в отбытый срок наказания при совпадении периода отбывания наказания по предыдущему приговора с периодом содержания под стражей по рассматриваемому уголовному делу (по предыдущему приговору под стражей в качестве меры пресечения ФИО2 не содержался).

Исходя из сообщения ГУФСИН России по Кемеровской области -Кузбассу, ФИО2 по приговору от 12.10.2020 г. в колонию-поселение для отбывания наказания не направлялся.

Судебная коллегия также считает необходимым исключить из приговора указание на судимость ФИО2 по приговору от 07.12.2021 г., которым он осуждён к условной мере наказания, т.к. к моменту вынесения приговора испытательный срок, установленный приговором, истёк.

Существенные нарушения, влекущие отмену приговора, судом первой инстанции по настоящему делу не допущены.

На основании изложенного, руководствуясь ст.38919, 38920, 38928, 38933 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛ

А:

приговор Беловского городского суда Кемеровской области от 11 января 2023 года в отношении ФИО2 и ФИО1 изменить.

Исключить из приговора указание на судимость ФИО2 по приговору мирового судьи судебного участка № 6 Беловского городского судебного района Кемеровской области от 07.12.2021 г.

Признать обстоятельствами, смягчающими наказание, активное способствование изобличению и уголовному преследованию другого соучастника преступления.

Смягчить наказание, назначенное ФИО2 по ч.4 ст. 111 УК РФ, до 6 лет 10 месяцев лишения свободы.

На основании ч.5 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения назначенного наказания и наказания, назначенного приговором Беловского городского суда Кемеровской области от 12.10.2020 г., окончательно к отбытию назначить 6 лет 11 месяцев лишения свободы.

Смягчить наказание, назначенное ФИО1 по ч.4 ст. 111 УК РФ, до 6 лет 10 месяцев лишения свободы.

В остальной части приговор оставить без изменения.

Апелляционное представление удовлетворить, апелляционные жалобы удовлетворить частично.

Апелляционное определение может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном гл. 471 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора, а для осуждённых, содержащихся под стражей, - в тот же срок со дня вручения им копии судебного решения, вступившего в законную силу, через суд первой инстанции и рассматривается в порядке, предусмотренном ст. ст. 4017, 4018 УПК РФ.

Осуждённые ФИО1 и ФИО2 вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий Е.А. Федусова

Судьи Е.В. Иванова

С.В. Саянов