УИД 78RS0007-01-2025-006412-26

Дело № 2а-3120/2025

РЕШЕНИЕ ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

04 сентября 2025 года

г. Санкт-Петербург

Колпинский районный суд города Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Козина А.С.,

при секретаре судебного заседания Дужникове Д.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании объединенное административное дело по административным исковым заявлениям ФИО1 ФИО6 к ФСИН России, ФКУ СИЗО- 1 ГУФСИН России по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области, о взыскании компенсации в связи с ненадлежащими условиями содержания

УСТАНОВИЛ:

Административный истец ФИО1 обратился в Колпинский районный суд города Санкт-Петербурга с административными исковыми заявлениями к ФКУ СИЗО- 1 ГУФСИН России по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области, в котором просит взыскать в свою пользу компенсацию морального вреда размере 10 000 рублей за содержание в курящей камере.

В обоснование заявленных требований административный истец указал, что он содержался в ФКУ СИЗО- 1 ГУФСИН России по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области в одном камерном помещении № 03/56 совместно с курящими лицами. Содержание в одной камере с курящими лицами в указанную дату вызывало у него нравственные страдания, находясь в одном изолированном помещении совместно с курящими лицами, он был вынужден дышать табачным дымом. В результате указанных действий ФИО1 понес нравственные страдания, чем был выражен причиненный ему моральный вред. Полагая данные условия его содержания под стражей в ФКУ СИЗО- 1 ГУФСИН России по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области ненадлежащими, ссылаясь на положения ст. 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, ФИО1 обратился в суд с настоящим административным исковым заявлением.

Определениями Колпинского районного суда Санкт-Петербурга от 12.08.2025 административные исковые заявления ФИО1 к ФКУ СИЗО- 1 ГУФСИН России по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области объединены в одно производство с административным делом 2а-3120/2025.

При принятии указанного административного искового заявления к производству, по инициативе суда, в качестве административных соответчиков к участию в деле привлечены ФСИН России.

Административный истец ФИО1 в суд не явился, извещен надлежащим образом, представил в материалы дела ходатайство о рассмотрении дела в свое отсутствие, на личном участии в судебном заседании не настаивал, правом на ведение административного дела через представителя не воспользовался. Каких-либо дополнительных ходатайств, дополнений к ранее заявленным требованиям, ФИО1 в материалы дела в ходе рассмотрения настоящего дела представлено не было.

Представитель административных ответчиков ФКУ СИЗО- 1 ГУФСИН России по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области, ФСИН России ФИО2, действующий на основании доверенности, в судебное заседание явился, против удовлетворения заявленных административных исковых требований возражал, полагал, что отдельное размещение курящего и некурящего контингента в исправительном учреждении не предусмотрено, что согласуется с положениями ст. 33 Федерального закона от 15 июля 1995 года №103- ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», согласно которой курящие по возможности помещаются отдельно от некурящих. Размещение по камерам в ФКУ СИЗО- 1 ГУФСИН России по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области, осуществляется в соответствии с требованиями указанной нормы, с учетом их личности и психологической совместимости, при этом курящие по возможности помещаются отдельно от некурящих. Доводы административного истца о ненадлежащих условиях содержания в ФКУ СИЗО- 1 ГУФСИН России по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области, по причине содержания с курящими осужденными, являются необоснованными, правовые основания для удовлетворения заявленных требований отсутствуют.

Суд, исследовав материалы дела, выслушав объяснения представителя административных ответчиков, приходит к следующему.

На основании части 1 статьи 218 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации граждане могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями должностного лица, государственного или муниципального служащего, если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности.

При этом, исходя из части 1 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

Суд, в силу ч. 2 ст. 14 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, создав все условия для установления фактических обстоятельств дела, предоставив сторонам возможность для реализации ими своих прав, изучив материалы дела, оценив представленные доказательства в их совокупности по правилам статьи 84 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, на основании фактических обстоятельств дела, с учетом пояснений лиц, участвующих в деле, приходит к следующему.

Согласно части 4 статьи 15 Конституции Российской Федерации общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью правовой системы России.

Согласно статьям 17, 21, 53 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией. Достоинство личности охраняется государством. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.

Согласно статье 17.1 Федерального закона от 15 июля 1995 года N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" подозреваемый, обвиняемый в случае нарушения предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий их содержания под стражей имеют право обратиться в порядке, установленном Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации, в суд с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение.

Компенсация за нарушение условий содержания под стражей присуждается исходя из требований заявителя, с учетом фактических обстоятельств допущенных нарушений, их продолжительности и последствий и не зависит от наличия либо отсутствия вины органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года N 47 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания", право на свободу и личную неприкосновенность является неотчуждаемым правом каждого человека, что предопределяет наличие конституционных гарантий охраны и защиты достоинства личности, запрета применения пыток, насилия, другого жестокого или унижающего человеческое достоинство обращения или наказания (статьи 17, 21 и 22 Конституции Российской Федерации); возможность ограничения указанного права допускается лишь в той мере, в какой оно преследует определенные Конституцией Российской Федерации цели, осуществляется в установленном законом порядке, с соблюдением общеправовых принципов и на основе критериев необходимости, разумности и соразмерности, с тем, чтобы не оказалось затронутым само существо данного права.

Под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц, в том числе: право на обращение в государственные органы и органы местного самоуправления, в общественные наблюдательные комиссии (статья 33 Конституции Российской Федерации, статья 2 Федерального закона от 2 мая 2006 года N 59-ФЗ "О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации", пункт 2 части 1 статьи 15 Федерального закона от 10 июня 2008 года N 76-ФЗ "Об общественном контроле за обеспечением прав человека в местах принудительного содержания и о содействии лицам, находящимся в местах принудительного содержания", пункт 4 части 1 статьи 7 Федерального закона от 26 апреля 2013 года N 67-ФЗ "О порядке отбывания административного ареста", пункт 7 статьи 17 Федерального закона от 15 июля 1995 года N 403-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений", часть 4 статьи 12, статья 15 УИК Российской Федерации, пункт 2 статьи 8 Федерального закона от 24 июня 1999 года N 420-ФЗ "Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних").

В пункте 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года N 47 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания", указывается, что условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий.

Процесс содержания лица под стражей или отбывания им наказания в Российской Федерации законодательно урегулирован, осуществляется на основании нормативно-правовых актов и соответствующих актов Министерства юстиции Российской Федерации, которыми регламентированы условия содержания, права и обязанности лиц, содержащихся под стражей или отбывающих наказание, а также права и обязанности лиц, ответственных за их содержание.

Таким образом, исходя из вышеприведенных разъяснений, суду при рассмотрении дел такой категории надлежит оценивать соответствие условий содержания административного истца требованиям, установленным законом, а также дать оценку таким условиям, принимая во внимание невозможность допущения бесчеловечного или унижающего достоинство человека обращения и нарушения его прав и основных свобод.

Федеральный закон от 15 июля 1995 года N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений", регулирует порядок и определяет условия содержания под стражей, гарантии прав и законных интересов лиц, которые в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации задержаны по подозрению в совершении преступления, а также лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

Согласно части 1 статьи 16 Федерального закона от 15 июля 1995 года N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" в целях обеспечения режима в местах содержания под стражей федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний, федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере внутренних дел, федеральным органом исполнительной власти в области обеспечения безопасности, федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики, нормативно-правовому регулированию в области обороны, по согласованию с Генеральным прокурором Российской Федерации утверждаются Правила внутреннего распорядка в местах содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений.

Часть 1 статьи 33 Федерального закона от 15 июля 1995 года N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" предусматривает размещение в камерах курящих подозреваемых и обвиняемых по возможности отдельно от некурящих.

В связи с этим часть 1 статьи 33 Федерального закона от 15 июля 1995 года "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" подлежит применению в системе действующего правового регулирования и не расценивается, как нарушающая Конституцию Российской Федерации (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2017 года N 2886-О).

Таким образом, положения статьи 33 Федерального закона от 15 июля 1995 года "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" не носят императивного характера, а ставят размещение подозреваемых и обвиняемых в камерах курящих отдельно от некурящих в зависимость от имеющихся возможностей.

В свою очередь нормами Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации раздельное содержание курящих и некурящих лиц также не предусмотрено.

Как следует из содержания административного искового заявления, ФИО1 содержится в ФКУ СИЗО- 1 ГУФСИН России по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области с 14 июля 2022 года по настоящее время.

В период содержания имело место нарушение со стороны сотрудников ФКУ СИЗО- 1 ГУФСИН России по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области условий его содержания, выраженное в частности, в содержании его совместно в одном камерном помещении № 03/56 с курящими лицами.

В связи с чем, обращаясь с настоящим иском, ФИО1 указал, что он испытывал нравственные страдания от того, что он содержался в следственном изоляторе в условиях, не соответствующих требованиям действующего законодательства. Как следствие, он был вынужден претерпевать моральные страдания.

Полагая условия его содержания в ФКУ СИЗО- 1 ГУФСИН России по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области в указанную дату незаконными, ФИО1 просит суд взыскать с указанного учреждения компенсацию за ненадлежащие условия содержания в размере 10 000 рублей.

Согласно справке начальника ФКУ СИЗО- 1 ГУФСИН России по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области от 02.09.2025 года ФИО1 содержался в ФКУ СИЗО- 1 ГУФСИН России по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области в камерном помещении № № 03/56.

Одновременно с этим, согласно справке начальника ФКУ СИЗО- 1 ГУФСИН России по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области от 04 июня 2025 года специального порядка раздельного содержания курящих и не курящих лиц в ФКУ СИЗО- 1 ГУФСИН России по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области не предусмотрено, при наличии возможности данные лица содержатся раздельно.

Как пояснил представитель административного ответчика ФКУ СИЗО- 1 ГУФСИН России по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области, административный истец каких-либо предпочтений относительно его заселения в камеру с курящими или некурящими лицами не озвучивал, с какими-либо жалобами или обращениями, адресованными администрации учреждения, с просьбой о переводе в другую камеру не обращался.

Таким образом, разрешая заявленные требования по существу, оценив представленные доказательства в их совокупности по правилам, установленным ст. 84 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд не находит правовых оснований для удовлетворения заявленных исковых требований.

Согласно пояснениям представителя административного ответчика ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области, административным истцом в нарушение положений ст. 62 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации не представлено доказательств, доподлинно свидетельствующих о том, что административный истец в действительности содержался в одной камере с лицами, которые употребляют табачные изделия, что они пристрастны к курению, при этом сам не имеет пристрастия к таковой привычке.

Суд учитывает, что административным истцом не приведено конкретных лиц, которые употребляли табак в непосредственной близости с ним в камерном помещении ФКУ СИЗО- 1 ГУФСИН России по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области.

При этом, в указанной части суд полагает, что действуя разумно и осмотрительно, административный истец мог обратиться к таковым лицам и попросить их воздержаться от курения табака при нем. ФИО1, инициируя подачу административного искового заявления, не представил доказательств своего длительного и систематического содержания с конкретными лицами в одном камерном помещении, которые употребляли при нем табак, и, как следствие, наличия со стороны ФКУ СИЗО- 1 ГУФСИН России по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области каких-либо действий, свидетельствующих о нарушении правил его содержания под стражей в указанном учреждении.

Административный истец содержался в камере 03/56, согласно пояснениям представителя административного ответчика ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области, возможность размещения административного истца в ином камерном помещении на заявленную им дату у учреждения отсутствовала. При размещении ФИО1 в указанной камере учитывались положения ст. 33 Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», требования которой были соблюдены, доказательств обратного в материалы дела представлено не было.

Административным истцом не представлено убедительных и бесспорных доказательств того, что в период нахождения в ФКУ СИЗО- 1 ГУФСИН России по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области он получил какие-либо заболевания, связанные с условиями содержания, в том числе, доказательств обращения с жалобами в адрес администрации учреждения, прокуратуры и иных органов на ненадлежащие условия содержания, в том числе, по факту его содержания совместно с лицами, употребляющими табак, в том числе, против его воли, в то время как у него таковая потребность (в употреблении табака) отсутствовала, что создавало для него неприемлемые условия для содержания в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области.

Кроме того, из материалов дела не следует, что административный истец также обращался с жалобами или с просьбой к администрации исправительного учреждения о переводе его в камеру с некурящими осужденными.

Довод административного истца о том, что он содержался в одном камерном помещении с лицами, которые курили, чем нарушались его права, сам по себе не содержит оснований для вывода о нарушении прав истца, являясь по своей сути выводами о нарушении собственного представления административного истца об условиях содержания в учреждении.

Законодатель не предусматривает обязательного раздельного содержания курящих и некурящих лиц, содержащихся под стражей, кроме того, ФКУ СИЗО- 1 ГУФСИН России по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области не имеет такой возможности.

Фактически административный истец не представил доказательств нарушения его прав непосредственно ФКУ СИЗО- 1 ГУФСИН России по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области, а также того, что курение иных лиц рядом с ним имело место в конкретную дату, конкретный промежуток времени и происходило против его воли.

Исходя из того, что нормами действующего законодательства не установлена безусловная обязанность администрации исправительных учреждений во всех случаях размещать курящих осужденных отдельно от некурящих, принимая во внимание конкретные обстоятельства настоящего дела, в том числе, то обстоятельство, что размещение лиц по камерам в ФКУ СИЗО- 1 ГУФСИН России по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области осуществляется в строгом соответствии с требованиями Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» с учетом их личности и психологической совместимости, при этом курящие по возможности помещаются отдельно от некурящих, суд не находит состоятельными доводы административного истца о ненадлежащих условиях содержания в ФКУ СИЗО- 1 ГУФСИН России по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области.

Систематического и длительного нарушения права ФИО1 судом не установлено, факта причинения ему физических и нравственных страданий, обстоятельства, унижающие его человеческое достоинство, в ходе рассмотрения дела установлены не были.

Доводы административного истца относительно того, что он испытывал нравственные страдания в период содержания под стражей в ФКУ СИЗО- 1 ГУФСИН России по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области объективно ничем не подтверждены, как и то, что принесение указанных страданий вызвано или могло быть вызвано допущением какого-либо нарушения со стороны сотрудников ФКУ СИЗО- 1 ГУФСИН России по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области условий содержания административного истца под стражей в указанном учреждении, то есть довод о возможном наличии причинно- следственной связи между принесенными страданиям и действиями сотрудников ФКУ СИЗО- 1 ГУФСИН России по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области является несостоятельным.

Каких-либо надлежащих доказательств, свидетельствующих о том, что административному истцу были причинены моральные страдания, последним в материалы дела представлено не было.

Кроме того, обоснованность заявленного требования ставит под сомнение факт длительного не обращения административного истца в суд, относительно рассматриваемого события.

Как было указано ранее, процесс содержания лица под стражей или отбывания им наказания законодательно урегулирован, осуществляется на основании нормативно-правовых актов и соответствующих актов Министерства юстиции Российской Федерации, которыми регламентированы условия содержания, права и обязанности лиц, содержащихся под стражей или отбывающих наказание, а также права и обязанности лиц, ответственных за их содержание.

Избрание в отношении лица меры пресечения в виде заключения под стражу предполагает собой существенное ограничение его правового статуса, реализацию в отношении такого лица режимных требований и его изоляцию.

В свою очередь ч. 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации, допускает возможность ограничения федеральным законом прав человека и гражданина в качестве средства защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства. Относя принятие уголовного и уголовно-исполнительного законодательства к ведению Российской Федерации, Конституция Российской Федерации), тем самым наделяет федерального законодателя полномочием вводить в интересах общества и его членов подобного рода ограничения, которые могут быть связаны с применением к лицам, совершившим преступления, в качестве меры государственного принуждения уголовного наказания, в том числе, в виде лишения свободы, особенность которого состоит в том, что при его исполнении на осужденного осуществляется специфическое воздействие, выражающееся в лишении или ограничении тех или иных прав и свобод и возложении определенных обязанностей.

Применение к лицу, совершившему противоправное деяние, такого наказания, как лишение свободы, имеет целью защиту нравственности, прав и законных интересов других лиц. Вместе с тем исполнение этого наказания изменяет привычный уклад жизни человека, его отношения с окружающими людьми и имеет определенные морально-психологические последствия, затрагивая тем самым не только его права и свободы как гражданина, но и его права как личности. Устанавливая в законе меры уголовного наказания с различным комплексом ограничений, дифференцируемых в зависимости, в первую очередь, от тяжести назначенного судом наказания, соответствующего характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного, а также порядок исполнения наказания, федеральный законодатель исходит из того, что в целом осужденные обладают теми же правами и свободами, что и остальные граждане, за изъятиями, обусловленными особенностями их личности, совершенных ими преступлений и специальным режимом мест лишения свободы.

Таким образом, содержание на законных основаниях лица под стражей или отбывание им наказания в местах, соответствующих установленным государством нормативам, заведомо не может причинить физические и нравственные страдания, поскольку такие нормативы создавались именно с целью обеспечить не только содержание в местах лишения свободы или под стражей, но и обеспечить при этом соблюдение прав лиц, оказавшихся в них вследствие реализации механизма государственного принуждения.

Вместе с тем, за все время нахождения в ФКУ СИЗО- 1 ГУФСИН России по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области ФИО1 с жалобами на нарушение своих прав и законных интересов к сотрудникам ФКУ СИЗО- 1 ГУФСИН России по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области не обращался, каких-либо доказательств, свидетельствующих об обратном, в ходе рассмотрения дела сторонами представлено не было.

Доказательств, свидетельствующих об ухудшении состояния его здоровья в период содержания под стражей в ФКУ СИЗО- 1 ГУФСИН России по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области, вследствие ненадлежащих условий содержания под стражей, отвечающим принципам достоверности, допустимости, объективности и достаточности, в материалы дела административным истцом представлено не было.

Суд так же полагает необходимым отметить и то обстоятельство, что в материалы дела не представлено доказательств того, что административный истец сам не является лицом, употребляющим табачные изделия.

Разрешая настоящий спор, суд, руководствуясь требованиями действующего законодательства, оценив по правилам ст. 84 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации собранные по делу доказательства в их совокупности, не находит законных оснований для удовлетворения заявленных административным истцом требований, поскольку исходит из того, что в ходе судебного разбирательства не установлено достаточных доказательств, с бесспорностью подтверждающих допущенные в отношении ФИО1 нарушения условий его содержания в ФКУ СИЗО- 1 ГУФСИН России по городу Санкт-Петербургу.

Согласно ст. 84 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в административном деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимосвязь доказательств в их совокупности.

Анализируя представленные сторонами доказательства в их совокупности, исходя из вышеуказанных норм материального права, учитывая конкретные обстоятельства дела, суд приходит к выводу о том, что условия содержания в ФКУ СИЗО- 1 ГУФСИН России по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области соответствуют установленным требованиям с учетом режима указанного учреждения, доказательств оспариваемых административным истцом действий административного ответчика ФКУ СИЗО- 1 ГУФСИН России по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области в ходе судебного разбирательства не представлено, что свидетельствует об отсутствии у административного истца права на компенсацию.

Суд не усматривает оснований для взыскания компенсации по вышеизложенным обстоятельствам, учитывая отсутствие доказательств причинения ФИО1 нравственных страданий вследствие несоответствия условий содержания истца в ФКУ СИЗО- 1 ГУФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области при наличии вины сотрудников, должностных лиц учреждения, или при наличии их противоправных действий. Обстоятельства дела свидетельствуют о том, что условия содержания административного истца в исследуемой по данным доводам части соотносятся с требованиями Правил, утвержденных приказом Минюста России от 30 ноября 2005 года № 189, Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, доказательств обратного суду не представлено.

Таким образом, суд считает необходимым в удовлетворении административных исковых требований ФИО1 отказать в полном объеме.

На основании вышеизложенного, руководствуясь положениями ст. ст. 175-180 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации,

РЕШИЛ:

Административные исковые требования ФИО1 ФИО7 к ФСИН России, ФКУ СИЗО- 1 ГУФСИН России по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области, о взыскании компенсации в связи с ненадлежащими условиями содержания – оставить без удовлетворения.

Решение суда может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд путем подачи апелляционной жалобы через Колпинский районный суд города Санкт-Петербурга в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Судья

А.С. Козин

Решение в окончательной форме принято 05 сентября 2025 года