Дело № 2-203/2025
14RS0035-01-2024-016606-02
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
г.Якутск 29 апреля 2025 года
Якутский городской суд Республики Саха (Якутия) в составе председательствующего судьи Жирковой Н.В., при секретаре Пестрякове Д.Г., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании договора дарения недействительным,
УСТАНОВИЛ:
Истец ФИО1 обратилась в суд с указанным иском к ФИО2 о признании недействительным договора дарения земельного участка и жилого дома с кадастровым номером №, расположенного по адресу: г. Якутск, с. ____, от 27.10.2020 года, заключенного между ФИО3 и ФИО2, мотивируя тем, что умершего 20.02.2023 отца ФИО3 не было волеизъявления на отчуждение их единственного жилища в пользу третьих лиц, отец страдал алкогольной зависимостью многие годы, по этой причине распался брак родителей, в последние годы его жизни ФИО3 пил, в здравом уме и ясной памяти практически не находился, в пьяном состоянии получил травму головы, от которой скончался. Считает, что указанная сделка была совершена ФИО3 в состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими (ч. 1 ст. 177 ГК РФ). На регистрацию сделки ФИО3 при жизни, на протяжении трех лет, так и не пошел, и ФИО2 признала переход права в судебном порядке, после его смерти. Просит признать договор дарения дома и земельного участка, расположенного по адресу: г. Якутск, с. ____, от 27.10.2020 года, заключенного между ФИО3 и ФИО2, недействительным, применить последствия недействительности сделки путем исключения записи о государственной регистрации в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество по указанному договору дарения.
Истец ФИО1, надлежащим образом извещенная о времени и месте судебного заседания, не явилась, направила своего представителя по доверенности ФИО4, которая исковые требования поддержала, просила иск удовлетворить по доводам, изложенным в иске. Также выразила свое не согласие с судебной посмертной психиатрической экспертизы в отношении ФИО3, считает, что ее результаты неполные, основаны на внешних характеристиках умершего, когнитивные функции не исследованы, считает, что необходимо провести повторную экспертизу путем проведения медицинского анализа органов умершего на предмет их поражения алкоголем, потребление которого не могло не отразиться на состоянии ФИО3 при заключении оспариваемой сделки.
Ответчик ФИО2, надлежащим образом извещенная о времени и месте судебного заседания, не явилась, направила своего представителя по доверенности ФИО5, который с иском не согласился, просил в удовлетворении отказать, т.к. при подписании договора дарения ФИО3, в судебном заседании просила в удовлетворении иска отказать, заключением эксперта установлено, что при подписании договора дарения у ФИО3 имелись признаки синдрома зависимости от алкоголя, однако они не сопровождались слабоумием, какой-либо психотической симптоматикой, он мог понимать значение своих действий и руководить ими. Судебные акты о привлечении умершего ФИО3 к уголовной и административной ответственности не содержат в качестве вида наказания принудительное лечение от алкогольной зависимости, что косвенно подтверждает, что такой зависимости у ФИО3 не имелось, которая могла повлиять на его волеизъявление.
Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО6, представитель Управления Росреестра по Республике Саха (Якутия) о времени и месте судебного заседания извещены, не явились, в соответствии со ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ), с учетом мнения сторон, дело рассмотрено в отсутствие данных лиц.
Выслушав пояснения сторон, исследовав материалы гражданского дела, суд приходит к следующему.
Обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица (ст. 61 ГПК РФ). Приведенные положения процессуального закона направлены на обеспечение обязательности вступивших в законную силу судебных постановлений и обеспечение законности выносимых судом постановлений в условиях действия принципа состязательности.
Исходя из смысла части 4 статьи 13, частей 2 и 3 статьи 61, части 2 статьи 209 ГПК РФ лица, не участвовавшие в деле, по которому судом общей юрисдикции или арбитражным судом вынесено соответствующее судебное постановление, вправе при рассмотрении другого гражданского дела с их участием оспаривать обстоятельства, установленные этими судебными актами. В указанном случае суд выносит решение на основе исследованных в судебном заседании доказательств (п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2003 N 23"О судебном решении").
Таким образом, указанные обстоятельства установлены вступившим в законную силу постановлением суда и в соответствии с ч. 4 ст. 61 ГПК РФ вновь доказыванию не подлежат.
Решением Якутского городского суда Республики Саха (Якутия) от 26 октября 2023 года по гражданскому делу по иску ФИО2 к ФИО7 о переходе права собственности по договору дарения жилого дома и земельного участка, по встречному иску ФИО1, ФИО6 к ФИО2 о признании договора дарения недействительным постановлено: «В удовлетворении иска ФИО2 к ФИО7 о переходе права собственности по договору дарения жилого дома и земельного участка отказать. Встречный иск ФИО1, ФИО6 к ФИО2 о признании договора дарения недействительным удовлетворить. Признать недействительным договор дарения объектов недвижимости от 27.10.2020 года, заключенный между ФИО3 и ФИО2.».
Апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Саха (Якутия) от 24 июня 2024 года определено: «решение Якутского городского суда Республики Саха (Якутия) от 26 октября 2023 года по данному делу отменить, принять новое решение. Осуществить государственную регистрацию перехода права собственности на жилой дом, с кадастровым номером №, на земельный участок, с кадастровым номером №№, расположенные по адресу: Республика Саха (Якутия), г. Якутск, с. ____, к ФИО2 по договору дарения от 27 октября 2020 года, заключенному между ФИО3, и ФИО2. В удовлетворении встречного иска ФИО1, ФИО6 к ФИО2 о признании договора дарения недействительным отказать.».
Судом апелляционной инстанции установлено следующее. Вопреки требованиям статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации истцами по встречному иску не представлено бесспорных доказательств в обосновании заявленных встречных требований, свидетельствующих о том, что ФИО3 в момент подписания оспариваемого договора дарения не мог понимать значение своих действий и руководить ими. В материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие иную волю дарителя в отношении спорного имущества, каких-либо иных существенных доказательств того, что ФИО3 не имел намерения заключать договор дарения. Представленные истцами по встречному иску доказательства недостаточно подтверждают его требования и опровергаются другими представленными ФИО2 в материалы дела доказательствами. Названные представителем ответчика обстоятельства о том, что ФИО3 употреблял спиртные напитки, часто был в алкогольном опьянении, не свидетельствуют о том, что он заблуждался относительно природы сделки и не являются основанием для признания сделки недействительной, поскольку опровергаются условиями оспариваемого договора дарения, а также непосредственными действиями сторон при заключении договора, их последующим поведением. Из материалов дела усматривается, что оспариваемый договор дарения от 20 октября 2020 года заключался по волеизъявлению обеих сторон, то есть ФИО3 не только понимал, какие действия им совершаются, но и осознавал юридические последствия этих действий, желал их наступления, подал документы в регистрирующий орган, что подтверждается заявлением и расписками Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республике Саха (Якутия), имеющимся в регистрационном деле, в которых ФИО3 расписался о получении документов на государственную регистрацию. Выполненная подпись подтверждена экспертным заключением. В рассматриваемом случае, как установлено из материалов дела и выводов эксперта, при заключении оспариваемого договора дарения, подпись на договоре дарения принадлежит ФИО3, следовательно, он сам, разумно и объективно оценивал сложившуюся ситуацию. При этом из материалов регистрационного дела следует, что 27 октября 2020 года ФИО3 лично обращался в Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республике Саха (Якутия) с заявлением о государственной регистрации перехода права собственности на жилой дом и земельный участок, представив договор дарения от 27 октября 2020 года, что подтверждается его подписью в заявлении о государственной регистрации, следовательно, при заключении оспариваемой сделки воля сторон была выражена и направлена на достижение именно того результата, который был достигнут подписанием договора дарения.
В данном случае оснований недействительности договора дарения 27 октября 2020 года, заключенного между ФИО3 и ФИО2, не установлено.
Пунктом 1 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) предусмотрено, что граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.
Согласно положениям статьи 209 ГК РФ собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.
Договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение (пункт 1 статьи 432 ГК РФ).
На основании пункта 1 статьи 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.
В соответствии с абзацем 2 пункта 1, пункта 3 статьи 574 ГК РФ передача дара осуществляется посредством его вручения, символической передачи (вручение ключей и т.п.) либо вручения правоустанавливающих документов. В отношении дарения недвижимого имущества момент перехода права собственности определяется государственной регистрацией перехода права собственности (статья 131 ГК РФ).
В соответствии с пунктом 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (абзац первый пункта 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В силу пункта 1 статьи 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, по общему правилу является оспоримой.
В соответствии с пунктом 1 статьи 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.
Из разъяснений, изложенных в пункте 74 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", следует, что ничтожной является сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц (пункт 2 статьи 168 ГК РФ).
В соответствии с пунктом 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.
Согласно пункту 3 статьи 166 ГК РФ, требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.
Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.
Согласно абзацу второму пункта 2 статьи 218 ГК РФ в случае смерти гражданина право собственности на принадлежащее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.
Положениями статей 1112, 1113 ГК РФ предусмотрено, что в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности. Наследство открывается со смертью гражданина.
В соответствии со статьей 301 ГК РФ, собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.
Необходимым условием оспаривания сделки по основанию, предусмотренному статьей 177 ГК РФ, является доказанность того, что в момент совершения сделки лицо находилось в таком состоянии, когда оно не было способно понимать значение своих действий.
В силу приведенной нормы сделка, совершенная гражданином, находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, не может рассматриваться в качестве сделки, совершенной по его воле. При этом не имеет правового значения дееспособность лица, поскольку тот факт, что лицо обладает полной дееспособностью, не исключает наличия порока его воли при совершении сделки.
Истец является наследником умершего ФИО3, соответственно, имеет материально-правовой интерес в признании сделки недействительной. Дочь умершего ФИО6 привлечена судом в дело в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.
Как следует из материалов дела и установлено судом, в отношении индивидуального жилого дома с кадастровым номером №, общей площадью 83 кв.м (далее -Дом) и земельного участка с кадастровым номером №, площадью 1719кв.м (далее – ЗУ), расположенных по адресу: Республика Саха (Якутия), г. Якутск, с. ____, было зарегистрировано право собственности ФИО3, о чем внесены сведения в Единый государственный реестра недвижимости.
Из реестрового дела следует, что основанием для регистрации права собственности является решение исполнительного комитета Хатасского сельского Совета народных депутатов от 16 ноября 1989 года №II-6 о выделении ФИО3 под строительство частного жилого дома земельного участка площадью 0, 16 Га около остановки воинской части.
27 октября 2020 года между ФИО3, дарителем, и ФИО2, одаряемой, заключен договор дарения, по условиям которого даритель безвозмездно передал в собственность одаряемого принадлежащие ему на праве собственности индивидуальный До и ЗУ.
Согласно пункту 4.2 договора дарения стороны подтверждают, что не лишены дееспособности, не состоят под опекой и попечительством, не страдают заболеваниями препятствующими осознать суть договора, а также отсутствуют обстоятельства, вынуждающие их совершить данный договор.
27 октября 2020 года ФИО3 и ФИО2 подали заявление о государственной регистрации перехода права собственности на основании вышеуказанного договора дарения.
09 ноября 2020 года государственная регистрация прав на основании вышеуказанного договора дарения Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республике Саха (Якутия) приостановлена, а 09 февраля 2021 года в государственной регистрации прав отказано ввиду наличия противоречий между сведениями об объекте недвижимости, содержащимися в представленных заявителем документах, и сведениями Единого государственного реестра недвижимости. Так, указано о расположении ЗУ в зоне с особыми условиями использования, сведения о чем отсутствуют в договоре дарения. Рекомендовано заключить и представить на государственную регистрацию соглашение об изменении условий договора дарения от 27 октября 2020 года с указанием вышеназванной зоны с особыми условиями использования,
20.02.2023 ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умер, что подтверждается свидетельством о смерти от ____ №.
Согласно выписке из ЕГРН от 03.10.2024 Дом и ЗУ принадлежит на праве собственности ФИО2 с 05.08.2024, из выписки ЕГРН о переходе прав следует, что право зарегистрировано на основании апелляционного определения.
Из наследственного дела к имуществу умершего ФИО3, открытого нотариусом ФИО8 на основании заявления, поданного ФИО1, 11.05.2023 заведено наследственное дело к имуществу умершего 20.02.2023 ее отца ФИО3 По состоянию на 22 мая 2023 года ФИО1 является единственным наследником, обратившимся к нотариусу и принявшим наследство.
По ходатайству истца судом назначена судебная посмертная психиатрическая экспертиза, проведение которой поручено Государственному бюджетному учреждению Республики Саха (Якутия) «Якутский республиканский психоневрологический диспансер».
Из заключения Государственного бюджетного учреждения Республики Саха (Якутия) «Якутский республиканский психоневрологический диспансер» №№ от 05.03.2025 следует, что комиссия пришла к заключению, что у ФИО3 имели место признаки ___
Проанализировав заключение экспертизы, суд признает данное экспертное заключение допустимым и относимым доказательством, так как экспертиза проведена в соответствии с положениями Федерального закона от 31 мая 2001 года №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» на основании определения суда, эксперт предупрежден об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, о чем имеется его расписка. Заключение содержит необходимые исследования, ссылки на нормативно-техническую документацию, использованную при производстве экспертизы, отвечает требованиям закона, эксперт обладает необходимой квалификацией и стажем работы. Выводы эксперта согласуются с фактическими обстоятельствами дела и представленными доказательствами, заключение мотивированно, логически обоснованно, не содержат каких-либо противоречий или неясностей.
Каких-либо возражений относительно исследовательской части экспертного заключения, выводов эксперта, иных доказательств, опровергающих результаты судебной экспертизы, от лиц, участвующих в деле, не поступило.
При этом в удовлетворении ходатайства представителя истца о назначении повторной судебно-психиатрической экспертизы в отношении ФИО3, поскольку, по мнению представителя истца по доверенности ФИО4, экспертом не дана оценка из материалов вскрытия по изменениям внутренних органов ФИО3, из которых можно судить о стадии алкоголизма и других изменений, состояние печени, головного мозга, не дана оценка и тому, что ФИО3 пил до белой горячки, поставив перед экспертами те же вопросы об оценке психического состояния истца, судом отказано на основании следующего.
В экспертном заключении экспертной комиссией приняты во внимание характеристики данные родственниками, знакомыми семьи умершего ФИО3, медицинские документы, факты привлечения ФИО3 к уголовной и административной ответственности, акт судебно-медицинского исследования трупа №157 от 21.02.2023 года из ГАУ «Бюро СМЭ» М3 РФ, из которого следует, что смерть ФИО3 наступила в результате заболевания - атеросклеротической болезни сердца, осложнившаяся венозным полнокровием внутренних органов. Также на экспертизе были обнаружены повреждения в виде ссадин на голове (лобной области, правой подглазничной области, правой скуловой области, в области правого крыла носа), которые согласно медицинским критериям были квалифицированы как не причинившие вред здоровью человека и не состоявшие в причинно-следственной связи с наступлением смерти. При судебно-химической экспертизе в образцах крови и мочи от трупа ФИО3 был обнаружен этиловый спирт, дозировка которого соответствует легкой степени алкогольного опьянения, применительно к живым лицам.
Соответственно, выводы эксперта являются обоснованными и не содержат противоречий, сомнений в правильности или обоснованности указанного заключения. Оснований для назначения по делу повторной посмертной судебно-психиатрической экспертизы суд не усматривает. Само по себе несогласие стороны с заключением эксперта не является безусловным основанием для назначения экспертизы.
При таких обстоятельствах, у суда нет оснований ставить под сомнение истинность установленных фактов, так как изложенные сведения подтверждены письменными материалами дела, допустимых, относимых и достаточных доказательств, опровергающих данные факты, ответчиком в ходе судебного разбирательства не представлено.
Кроме того, согласно акту судебно-медицинского исследования трупа ФИО3 №157 начало исследования 21.02.2023, окончено 17.04.2023, составленного ГБУ «Бюро судебно-медицинской экспертизы Министерства здравоохранения Республики Саха (Якутия)» обнаружено наличие этилового спирта крови на момент смерти, при этом каких либо изменений во внутренних органах, связанное с потреблением алкоголя, при их исследовании не выявлено.
Факт привлечения ФИО3 к ответственности по главе 12 КоАП РФ в 2021, 2022гг., к уголовной ответственности в 2022г. по ч. 1 ст. 264.1 УК РФ не подтверждает того факта, что на дату заключения договора дарения 27.10.2020 ФИО3 не мог понимать значение своих действий и руководить ими.
Таким образом, из совокупности исследованных доказательств установлено, что на период подписания договора дарения от 27.10.2020 ФИО3, несмотря на признаки синдрома зависимости от алкоголя 2 стадии, которые не сопровождались слабоумием, какой-либо психотической симптоматикой, понимал значение своих действий и руководил ими.
При таких обстоятельствах, руководствуясь вышеизложенными нормами закона, суд приходит к выводу, что требования истца подлежат отказу в удовлетворении.
На основании вышеизложенного и, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
В удовлетворении иска ФИО1 к ФИО2 о признании договора дарения объектов недвижимости от 27.10.2020, заключенного между ФИО3 и ФИО2, отказать.
Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Саха (Якутия) через Якутский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.
Судья ___ Н.В. Жиркова
___
___
___