Решение по делу № 2-7451/2025 от 21.01.2026 - о взыскании задолженности по заработной плате, компенсации за задержку по выплате заработной платы, компенсации среднего заработка, обязании предоставить дни отдыха, о взыскании компенсации морального вреда.

№ 2-7451/2025

50RS0<№ обезличен>-07

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

26 декабря 2025 года г. Химки <адрес>

Химкинский городской суд <адрес> в составе:

председательствующего судьи Гавриковой Л.Н.,

при секретаре ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-7451/2025 по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «ФЕС ПРОДУКТ» о взыскании задолженности по заработной плате, компенсации за задержку по выплате заработной платы, компенсации среднего заработка, обязании предоставить дни отдыха, о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

истец ФИО1 обратился в суд с иском (с учетом уточнений исковых требований) к обществу с ограниченной ответственностью «ФЕС ПРОДУКТ» о взыскании задолженности по заработной плате, взыскании оплаты листков нетрудоспособности, взыскании компенсации среднего заработка, взыскании командировочных расходов, взыскании оплаты сверхурочной работы, обязании направить данные о листках нетрудоспособности в Фонд пенсионного и социального страхования РФ, предоставить дни отдыха, компенсации за задержку выплат, компенсации морального вреда, взыскании судебных расходов.

В обоснование заявленных требований истец указал, что состоит в трудовых отношениях с ответчиком с <дата>, работает в должности ведущего менеджера по ключевым клиентам в московском отделе департамента развития бизнеса филиала «Московский» общества с ограниченной ответственностью «ФЕС ПРОДУКТ». Заработная плата истца составляет 125 000 рублей до вычета налогов в виде должностного оклада по условиям трудового договора. Также согласно условиям работы обозначенным работодателем, к должностному окладу по трудовому договору ежемесячно работодатель выплачивает безусловно фиксированный бонус в счёт дополнительной части оклада и премии за выполнение задач согласно условиям работы. За период работы у ответчика истец своевременно и добросовестно исполнял возложенные трудовые обязанности, не имел нареканий и дисциплинарных взысканий.

Фактически его заработная плата состоит из должностного оклада, фиксированного ежемесячного бонуса (премии), ежемесячного бонуса за выполнение задач по продажам. Полагает, что ответчиком до настоящего времени не произведена выплата бонуса по специальной программе мотивации (% с продаж) в 2023 году, которая должна была быть выплачена согласно направленным истцу от ответчика расчетам за январь-июль 2023 года, а также за август 2023 года. Ответчик также не произвел расчет и не выплатил истцу гарантированные премии по итогам работы за 2024 год согласно объективной оценке эффективной работы истца, в том числе, перевыполнению истцом плана продаж на 125%, приросту на 42,15% в 2024 году к 2023 году, и развитию ассортимента; премии за 3 и 4 кварталы 2024 года за продажи товара с низким остаточным сроком годности; премии за 2025 год (в том числе за периоды отсутствия истца на работе по уважительным причинам).

Указал, что получил премии за работу в июле, ноябре, декабре 2024 года с задержкой лишь в феврале 2025 года, в связи с чем имеет право на денежную компенсацию за периоды задержки выплат.

С <дата> по <дата> истец находился в командировке в г. Санкт-Петербурге, за которую ответчик не возместил истцу командировочные расходы.

В соответствии с заявлениями, согласованными руководителем истца ФИО6 и ФИО3, ему не предоставлены и не оплачены дни отдыха в декабре 2023 года в связи со сдачей крови; предоставлены и оплачены с задержкой более месяца дни отдыха в связи со сдачей крови в августе 2024 года.

Истец периодически выходил на больничный по состоянию здоровья, что вызывало недовольство со стороны ответчика и упреки в «неэффективности», при этом в периоды больничных истец принудительно выполнял должностные обязанности в дистанционном формате. За периоды временной нетрудоспособности, в которые истец был вынужден работать, ему не выплачивалось пособие по временной нетрудоспособности, поскольку ответчик не передал необходимые сведения в Фонд пенсионного и социального страхования Российской Федерации (СФР).

На 49 неделе 2024 года ответчик допустил выход на работу в офис больного работника ФИО5, тем самым подвергнув риску заболевания других работников (в т.ч. истца). ФИО5 заразила истца заболеванием, и по этой причине истец обратился к врачу <дата> и ему был открыт больничный лист и назначено лечение.

<дата> ответчик заблокировал истцу без объяснения причин корпоративную электронную почту, что повлекло за собой невозможность коммуницировать с коллегами, полноценно исполнять должностные обязанности, а также получать расчетные листы о начисленной заработной плате. Также истцу был отключен доступ к рабочим сервисам и инструментам, необходимым для исполнения трудовых обязанностей. Несмотря на письма вышестоящим руководителям и на обращение в службу поддержки компании ответчика, на дату подачи иска в суд доступ к корпоративной электронной почте и корпоративным программам и базам данных ему не восстановлен.

<дата>, после выхода с больничного (больничный лист был выдан ГБУЗ <адрес> Химкинской клинической больницы с <дата> по <дата>), истец был вызван к Директору по социальной политике и управлению персоналом ответчика – ФИО3, где ему было в ультимативной форме сообщено о необходимости подписать заявление на перенос отпуска в связи со служебной необходимостью и без указания дат, либо написать заявление об увольнении по собственному желанию.

После того, как он отказался писать заявления, у него забрали служебный ноутбук, определили новое место работы, где создали невыносимые условия для работы, в связи с чем, он вновь заболел.

<дата> истец обратился к ответчику с досудебной претензией, потребовав устранить систематические нарушения его прав. Ответчик на претензию не ответил.

На протяжении всей работы у ответчика истец был вынужден перерабатывать, однако ответчик не предоставляет истцу расчёт оплат переработок, не оплачивает переработки.

С учетом уточненных исковых требований, истец просил взыскать премии за январь-июль 2023 года в размере 382 013 рубля 15 копеек, за август 2023 года в размере 54 573 рубля 31 копейка и компенсации за задержку их выплаты, премии по итогам работы за 2024 год в размере 321 404 рубля 19 копеек, за результаты работы в 3, 4 кварталах 2024 года в размере 1 765 644 рублей, за работу в 2025 году после получения от ответчика соответствующих расчетов, компенсацию за задержку выплаты премий за работу в июле, ноябре, декабре 2024 года в размере 13 805 рублей 94 копейки, 6 056 рублей 61 копейка и 771 рубль 19 копеек соответственно, командировочные расходы (включая суточные) за командировку в г. Санкт-Петербург в июле 2023 года в размере 109 501 рублей 01 копейка и 2 800 рублей соответственно, компенсацию за задержку указанных выплат, оплату переработок за весь период работы истца у ответчика, компенсацию за задержку указанных выплат, невыплаченные пособия за первые три дня по листкам нетрудоспособности в размере 57 849 рублей 06 копеек, оплату всех дней по листкам нетрудоспособности, сведения о которых не были переданы в СФР, в размере 207 027 рублей 84 копейки, оплату не предоставленных донорских дней отдыха в декабре 2023 года в размере 31 753 рубля 34 копейки и компенсацию за задержку выплаты, компенсацию за задержку оплаты донорских дней отдыха в августе 2024 года в размере 1 216 рублей 71 копейка, обязать ответчика направить данные в СФР по листкам нетрудоспособности 910178207085, 910223211779, 91022448887707, 910238404433, 910239710852, 910273188365, 910276405681, 910278086170 для проведения оплат по ним, предоставить истцу дни отдыха за сдачу крови в январе 2023 года, предоставить истцу корпоративный ноутбук, взыскать компенсацию морального вреда в размере 4 642 788 рублей 59 копеек, судебные расходы в размере 293 000 рублей.

В судебное заседание истец и его представитель исковые требования с учетом уточнения поддержали, просили удовлетворить в полном объеме.

Представители ответчика против удовлетворения исковых требований возражали по основаниям, изложенных в письменных возражениях на иск и дополнительных пояснениях, указали на пропуск истцом срока обращения в суд с требованием о выплате премий за январь-август 2023 года, 3 квартал 2024 года, командировочных расходов за корпоративную поездку в г. Санкт-Петербург, оплате сверхурочной работы за период с февраля 2023 года по ноябрь 2024 года, выплате пособий по листкам нетрудоспособности за май 2023 года, март-апрель, июль-август 2024 года, непредоставлению и неоплате донорских дней отдыха <дата>-<дата>, выплате компенсации морального вреда за работу в период временной нетрудоспособности с <дата> по <дата>, так называемое понуждение к увольнению <дата>, за временную нетрудоспособность истца с <дата> по <дата>. Считают, что истец получал до дня приостановления по своей инициативе работы заработную плату каждый месяц, знал из ежемесячно получаемых им расчетных листков состав своей заработной платы, а потому должен был обратиться в суд в установленный законом срок.

Ответчик не согласился с доводами о принуждении истца к увольнению, поскольку истец продолжает являться работником ответчика. Инициатива расторжения трудового договора с ответчиком исходила от истца. Истец, допуская многочисленные нарушения трудовой дисциплины, не предоставил доказательств в обоснование доводов о принуждении его ответчиком к увольнению. Корпоративная электронная почта истца не заблокирована, доступ к рабочим сервисам не отключен. Ответчик предоставил истцу доступ к кабинету с двумя оборудованными (в т.ч. персональными компьютерами) рабочими местами (за одним из них находится рабочее место менеджера по персоналу).

<дата> корпоративный ноутбук истца находился на диагностике в связи с заражением вредоносным программным обеспечением. После завершения диагностики и установки антивируса ноутбук истца был возвращен на его рабочее место. Однако из-за отсутствия истца на рабочем месте с <дата> и ввиду невыполнения им должностных обязанностей ответчик не имеет возможности передать ему корпоративный ноутбук. Ответчик связывался с истцом посредством направления SMS-сообщений на корпоративный номер истца для того, чтобы истец получил корпоративный ноутбук, но истец указанные сообщения проигнорировал.

Ответчик полагает, что не нарушил право истца на ежегодный оплачиваемый отпуск в даты, утвержденные графиком отпусков. Перенос части дней отпусков был вызван исключительно заявлением истца, взявшего очередной листок нетрудоспособности.

В отношении требований истца о выплате ему премий пояснил, что премирование работников в соответствии с установленной у ответчика системой оплаты труда является исключительно правом ответчика. Истец с начала работы у ответчика на основании приказов о премировании своевременно получает все предусмотренные системой оплаты труда виды премий в случае принятия ответчиком соответствующего решения.

Ответчик указал, что организовал и полностью оплатил поездку работников (в т.ч. истца) в г. Санкт-Петербург для участия в корпоративных развлекательных мероприятиях, которые командировкой не являлись и не требовали в связи с этим компенсации командировочных расходов.

В отношении требований истца об оплате ему листков нетрудоспособности за первые три дня и остальные дни ответчик пояснил, что в период действия спорных листков нетрудоспособности истец добровольно продолжал выполнение трудовых обязанностей, за что получал вместо пособия по временной нетрудоспособности заработную плату в полном объеме. Одновременная выплата и пособия по временной нетрудоспособности, и заработной платы законом не предусмотрена.

Ответчик полагает, что не привлекал истца к сверхурочной работе, не издавал приказов или распоряжений о привлечении истца к сверхурочной работе. Истец не предоставил ни одного доказательства пребывания в офисе за пределами рабочего времени, равно как и распоряжений ответчика о необходимости выполнения поручений за пределами установленной продолжительности рабочего времени.

Ответчик указал на отсутствие обязанности предоставлять истцу и оплачивать дни отдыха за сдачу крови <дата>, т.к. на тот момент истец не являлся работником ответчика. Ответчик на основании заявления предоставил истцу <дата> и <дата> оплачиваемые выходные в связи со сдачей крови истцом <дата>. <дата> ответчик оплатил истцу дни отдыха, предоставленные <дата> и <дата>, что не является нарушением, т.к. срок оплаты работнику указанных дней законом и внутренними документами ответчика не установлен.

Ответчик настаивал на отсутствии у истца права на получение компенсации за задержку выплат по статье 236 ТК РФ, так как срок выплат истцу не нарушен, а у истца в принципе отсутствует право на получение требуемых сумм. Истец также не имеет права на удовлетворение производных требований о получении от ответчика компенсации морального вреда и возмещения судебных расходов, поскольку ответчик не допустил нарушения прав истца.

Выслушав доводы сторон, изучив материалы дела, суд находит исковые требования не подлежащим удовлетворению. При этом суд исходит из следующего.

В соответствии со статьей 392 ТК РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности (статья 66.1 ТК РФ) у работодателя по последнему месту работы.

За разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.

Ответчиком в ходе рассмотрения дела заявлено о пропуске истцом срока обращения в суд, предусмотренного статьей 392 ТК РФ, по требованиям о выплате премий за январь-июль 2023 года (требование заявлено истцом <дата>), август 2023 года (требование заявлено истцом <дата>), 3 квартал 2024 года (требование заявлено истцом <дата>), командировочных расходов за корпоративную поездку в г. Санкт-Петербург (требование заявлено истцом <дата>), оплате сверхурочной работы за период с февраля 2023 года по ноябрь 2024 года (требование заявлено истцом <дата>), выплате пособий по листкам нетрудоспособности за май 2023 года, март-апрель, июль-август 2024 года (требование заявлено истцом <дата>), непредоставлению и неоплате донорских дней отдыха <дата>-<дата> (требование заявлено истцом <дата>), выплате компенсации морального вреда за работу в период временной нетрудоспособности с <дата> по <дата>, понуждение к увольнению <дата>, за временную нетрудоспособность истца с <дата> по <дата> (требования заявлены истцом <дата>).

Судом установлено, что истец регулярно получал заработную плату и иные выплаты, их сумма была известна ему в т.ч. из получаемых им ежемесячно расчетных листков. Факт получения расчетных листков истцом в ходе судебного заседания не оспаривался и не отрицался. Соответственно, о нарушенном праве на получение выплат, в отношении которых ответчик заявляет о пропуске истцом срока обращения в суд (в т.ч. оплате донорских дней отдыха <дата>-<дата>, пособий по листкам нетрудоспособности за май 2023 года, март-апрель, июль-август 2024 года), истец мог и должен был узнать в каждый месяц в день выплаты заработной платы, получив расчетный листок с проведенными начислениями. Если истец был не согласен с размером выплат, он был вправе обратиться в суд в течение года после каждой даты выплаты заработной платы и иных выплат.

Истец 13.09.2023 года знал, что доплаты по программе специальной мотивации к премиям по итогам работы за месяц будут производиться и выплачиваться за период работы истца с сентября 2023 года, что подтверждается письмом руководителя истца ФИО6, в котором сообщалось, что истец будет получать выплаты по программе специальной мотивации за период работы истца с сентября 2023 года, в связи с чем ответчик не будет принимать решение о выплате истцу премий за январь-август 2023 года.

О начислении премий за февраль-август 2023 года истец мог узнать из полученных им расчетных листков за февраль-август 2023 года, за 3 квартал 2024 года из расчетного листка за октябрь 2024 года.

Достоверность размера указанных в расчетных листках за 2023 год начисленных выплат подтверждается материалами дела, а именно, карточкой учета начисленных истцу в 2023 году выплат, на которые начислялись страховые взносы.

В отношении не начисления истцу командировочных расходов за поездку в г. Санкт-Петербург с <дата> по <дата> истец мог удостовериться из сведений, содержащихся в расчетном листке за июль 2023 года.

О невыплате заработной платы за сверхурочную работу истец также должен был знать при каждом получении заработной платы и расчетных листков за соответствующий месяц.

Требования о взыскании с ответчика компенсации морального вреда также заявлены истцом за пределами трехмесячного срока обращения в суд.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что истцу должно было быть известно о предполагаемом нарушении его трудовых прав не позднее <дата> (в отношении заявляемого понуждения к работе в период временной нетрудоспособности с <дата> по <дата>), <дата> – в отношении заявляемого истцом понуждения со стороны ответчика к увольнению <дата>, <дата> – в отношении заявляемых истцом неправомерных действий ответчика, приведших к заболеванию истца с <дата> по <дата>.

Как неоднократно отмечал Конституционный Суд РФ, истечение срока исковой давности (срока, в пределах которого предоставляется судебная защита лицу, право которого нарушено) является самостоятельным основанием для отказа в иске (Определения от <дата> № 419-О, от <дата> № 2106-О, от <дата> № 1704-О, от <дата> № 595-О-О и др.).

Согласно п. 16 постановления Пленума Верховного Суда РФ от <дата> г. № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям», оценивая, является ли то или иное обстоятельство достаточным для принятия решения о восстановлении пропущенного срока, суд не должен действовать произвольно, а обязан проверять и учитывать всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора.

Срок обращения в суд, предусмотренный статьей 392 ТК РФ, по общему правилу составляет три месяца, а по спорам о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, составляет один год со дня установленного срока выплаты указанных сумм, следовательно, истец пропустил установленные статьей 392 ТК РФ сроки обращения в суд по заявленным требованиям, что является самостоятельным основанием для отказа в иске.

Доводы истца о том, что он пропустил срок обращения в суд с исковыми требованиями из-за временной нетрудоспособности, не могут быть приняты судом во внимание и отклоняются, как необоснованные. Требования истца в совокупности охватывают весь период его работы у ответчика и даже выходят за его пределы (с января 2023 года по декабрь 2025 года включительно). Большую часть данного периода истец не находился в состоянии временной нетрудоспособности, не имел листков нетрудоспособности, а работал у ответчика. До марта 2025 года истец в периоды временной нетрудоспособности регулярно по своей инициативе продолжал работу и получал заработную плату, что подтверждается соответствующими заявлениями истца. С марта 2025 года Истец регулярно находился в оплачиваемых отпусках, а также брал выходные дни в связи со сдачей крови и ее компонентов, в связи с чем не имел препятствий для обращения в суд.

Кроме того, истец не был лишен возможности подать исковое заявление через интернет-портал ГАС «Правосудие» или посредством направления почтового отправления, а также с помощью представителя по доверенности.

Согласно ст. 129 ТК РФ заработная плата (оплата труда работника) – вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

Заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда (ч. 1 ст. 135 ТК РФ).

Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права (ч. 2 ст. 135 ТК РФ).

В силу ст. 191 ТК РФ работодатель поощряет работников, добросовестно исполняющих трудовые обязанности (объявляет благодарность, выдает премию, награждает ценным подарком, почетной грамотой, представляет к званию лучшего по профессии).

Другие виды поощрений работников за труд определяются коллективным договором или правилами внутреннего трудового распорядка, а также уставами и положениями о дисциплине. За особые трудовые заслуги перед обществом и государством работники могут быть представлены к государственным наградам.

По смыслу приведенных норм ТК РФ в их взаимосвязи заработная плата работника зависит от его квалификации, сложности выполняемой работы, количества и качества затраченного труда и устанавливается трудовым договором в соответствии с действующей у работодателя системой оплаты труда.

При этом системы оплаты труда и системы премирования определяются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами и должны соответствовать трудовому законодательству и иным нормативным правовым актам, содержащим нормы трудового права.

Система оплаты труда может включать помимо фиксированного размера оплаты труда (оклад, тарифные ставки), доплат и надбавок компенсационного характера доплаты и надбавки стимулирующего характера, к числу которых относится премия, что предполагает определение ее размера, условий и периодичности выплаты (премирования) в коллективных договорах, соглашениях, локальных нормативных актах и иных нормативных актах, содержащих нормы трудового права, то есть премия, которая входит в систему оплаты труда и начисляется регулярно за выполнение заранее утвержденных работодателем показателей, является гарантированной выплатой, и работник имеет право требовать ее выплаты в установленном локальном нормативном акте, коллективном договоре размере при условии надлежащего выполнения своих трудовых обязанностей (статья 135 ТК РФ).

В отличие от премии, которая входит в систему оплаты труда, премия, предусмотренная частью первой статьи 191 ТК РФ, исходя из буквального толкования этой нормы, является одним из видов поощрения работников работодателем за добросовестный и эффективный труд, применение которого относится к компетенции работодателя. Такая премия не является гарантированной выплатой (гарантированным доходом) работника, выступает лишь дополнительной мерой его материального стимулирования, поощрения, применяется по усмотрению работодателя, который определяет порядок и периодичность ее выплаты, размер, критерии оценки работодателем выполняемых работником трудовых обязанностей и иные условия, влияющие как на выплату премии, так и на ее размер, в том числе результаты экономической деятельности самой организации (работодателя).

Следовательно, при разрешении споров работников и работодателя по вопросу наличия задолженности по выплате премии, юридически значимым обстоятельством является определение правовой природы премии: входит ли премия в систему оплаты труда, являясь при этом гарантированной выплатой, или эта премия не относится к числу гарантированных выплат, является одним из видов поощрения работника за добросовестный и эффективный труд, применение которого относится к дискреции (полномочиям) работодателя.

Истец заявляет, что ответчик должен выплатить ему подтвержденные премии по специальной программе мотивации к заработной плате в январе-августе 2023 года, премию по итогам работы за 2024 год, премию за результаты работы в 3, 4 кварталах 2024 года, ежемесячные и квартальные премии за работу в 2025 году после получения от ответчика соответствующих расчетов, компенсацию за задержку выплаты премий за работу в июле, ноябре, декабре 2024 года.

Суд критически относится к указанным требованиям истца в связи со следующим.

Пункт 5.1. трудового договора устанавливает истцу должностной оклад в размере 125 000 рублей.

Пункт 5.2. трудового договора предусматривает право, а не обязанность ответчика выплачивать истцу премии по итогам работы.

Пункт 2.3.5 Положения об оплате труда и премировании работников ответчика предусматривает следующие виды премий: по итогам работы за месяц (текущая премия); по итогам работы за квартал; единовременные премии.

В соответствии с п.п. 2.3.2-2.3.3 Положения об оплате труда и премировании работников ответчика от <дата> премирование работников является исключительно правом (а не обязанностью) ответчика и зависит от финансовых возможностей ответчика, экономической и организационной целесообразности, результатов работы ответчика и работников, соблюдения работниками трудовой дисциплины, их добросовестности и др.

Основанием для выплаты работникам ответчика любых премий является приказ генерального директора работодателя, директора филиала или уполномоченных ими лиц (п. 2.3.4 Положения об оплате труда и премировании работников ответчика).

На основании имеющихся материалов дела суд приходит к выводу, что все предусмотренные Положением об оплате труда и премировании работников ответчика премии не относятся к числу гарантированных выплат, являются одним из видов поощрения работника за добросовестный и эффективный труд, применение которых относится к дискреции (полномочиям) ответчика.

Суд также критически относится к доводам истца о том, что ответчик подтвердил право истца на получение спорных премий.

Истец в день трудоустройства был ознакомлен с Положением об оплате труда и премирования работников ответчика.

Премии за выполнение программы специальной мотивации не поименованы в Положении об оплате труда и премировании работников ответчика в качестве самостоятельного вида премии, в связи с чем суд соглашается с позицией ответчика о том, что бонусы за выполнение программы специальной мотивации являлись частью премии по итогам работы за месяц.

Истец за период работы в феврале-августе 2023 года получил ежемесячные премии, квартальную премию, что подтверждается расчетными листками за февраль-август 2023 года, платежными поручениями в адрес истца за февраль-август 2023 года, приказами о премировании истца за февраль-август 2023 года.

Суд считает необоснованным требование истца о выплате ему премии по итогам работы за январь 2023 года, т.к. в январе 2023 года истец не являлся работником ответчика, поскольку трудовые отношения между сторонами возникли с <дата> в связи с заключением трудового договора, решение в соответствии с установленной у ответчика системой оплаты труда о выплате истцу премии за январь 2023 года не принималось.

Ответчик в электронном письме от <дата>, на которое ссылается истец в качестве доказательства обоснованности своих требований, предоставил истцу примерный расчет будущих выплат по специальной программе мотивации, не подтверждал право истца на их получение. 13.09.2023 года руководитель истца ФИО6 направил на адрес корпоративной электронной почты истца письмо, в котором сообщил, что истец будет получать выплаты по программе специальной мотивации за период работы истца с сентября 2023 года.

Как следует из материалов дела, с сентября 2023 года истец был включен в специальную программу мотивации ответчика. В связи с этим с сентября 2023 года истец начал получать месячные премии в увеличенном размере в сравнении с месячными премиями за февраль-август 2023 года, что подтверждается расчетными листками за сентябрь-декабрь 2023 года, платежными поручениями в адрес истца за сентябрь-декабрь 2023 года, приказами о премировании истца за сентябрь-декабрь 2023 года.

Таким образом, отсутствие у истца права на доплату к месячным премиям за февраль-август 2023 года по специальной программе мотивации подтверждается материалами дела.

Требуемая истцом к выплате годовая премия по итогам работы в 2024 году в трудовом договоре, в локальных нормативных актах и иных документах ответчика не поименована и не предусмотрена. Ответчик может разово поощрить работников (в т.ч. истца) годовой или иной не предусмотренной локальными нормативными актами премией исключительно на основании собственного решения, оформленного в виде приказа (п. 2.3.6 Положения об оплате труда и премировании работников ответчика).

В материалы дела не представлено доказательств, что ответчик принимал решение о выплате истцу годовой премии по итогам работы в 2024 году и издавал соответствующий приказ, в связи с чем у истца не возникло право на получение годовой премии по итогам работы в 2024 году.

Судом установлено, что ответчик начислил и выплатил истцу премии за результаты работы в 3, 4 кварталах 2024 года, январе-марте 2025 года, что подтверждается приказами о премировании истца за 3, 4 кварталы 2024 года, январь-март 2025 года, расчетными листками за октябрь 2024 года, январь-март 2025 года, платежными поручениями в адрес истца за октябрь 2024 года, январь-март 2025 года.

Доказательств того, что ответчиком принимались решения о выплате истцу дополнительных квартальных премий за результаты работы в 3, 4 кварталах 2024 года сверх выплаченных, в материалах дела не имеется, в связи с чем требования истца в данной части не подлежат удовлетворению.

Кроме того, материалами делами не подтверждается обязанность ответчика начислить истцу квартальные премии за работу в 2025 году, ежемесячные премии с апреля 2025 года по сентябрь 2025 года. Система оплаты труда ответчика предусматривает, что все выплачиваемые работникам ответчика (в т.ч. истцу) премии имеют поощрительный характер, напрямую зависят от качества и результатов работы работников. Судом учитывается, что с <дата> истец не выполняет свои должностные обязанности и не находится в офисе ответчика, и не выполняет трудовую функцию удаленно, что подтверждается табелями учета рабочего времени истца с марта по сентябрь 2025 года, уведомлением истца в адрес ответчика о приостановке работы от <дата>, справкой ответчика о посещении истцом офиса с <дата> по <дата>, в связи с чем у ответчика отсутствовали основания для принятия решения о премировании истца с марта 2025 года в соответствии с установленной системой оплаты труда.

Требование истца о выплате компенсации за задержку выплаты премий за работу в июле, ноябре, декабре 2024 года также не подлежит удовлетворению.

Ст. 236 ТК РФ предусматривает выплату в пользу работника процентов (денежной компенсации) в случае нарушения работодателем срока выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику.

Локальные нормативные акты и иные документы ответчика не предусматривают срок, в который ответчик должен принять решение о премировании конкретного работника и произвести выплату.

Основанием для выплаты работникам ответчика любых премий является приказ генерального директора работодателя, директора филиала или уполномоченных ими лиц (п. 2.3.4 Положения об оплате труда и премировании работников ответчика). До принятия приказов проведение выплаты невозможно.

Заработная плата выплачивается истцу два раза в месяц: 22 числа текущего месяца и 07 числа следующего месяца (п. 5.3 трудового договора).

Ответчик выплатил истцу месячные премии по итогам работы в июле, ноябре, декабре 2024 года 07 числа следующего за отчетным месяцем, что подтверждается приказами о премировании истца за июль, ноябрь-декабрь 2024 года, расчетными листками за июль, ноябрь-декабрь 2024 года, платежным поручением в адрес истца за июль, ноябрь-декабрь 2024 года.

В связи с изложенным суд приходит к выводу о том, что премии за результаты работы в июле, ноябре, декабре 2024 года, решение о выплате которых ответчик принял в отношении истца <дата>, <дата> и <дата>, носили дополнительный (внеочередной) характер к уже выплаченным истцу премиям за указанные периоды.

Довод истца о задержке указанных выплат судом отклоняется, т.к. истец получил дополнительные премии за работу в июле, ноябре-декабре 2024 года <дата>, что подтверждается расчетным листком истца за февраль 2025 года, платежным поручением в адрес истца за февраль 2025 года.

Суд не может согласиться с требованиями истца о выплате ему ответчиком пособия за все дни временной нетрудоспособности на основании листков нетрудоспособности № 910178207085, № 910223211779, № 91022448887707, № 910238404433, № 910239710852, № 910273188365, № 910276405681, № 910278086170, а также среднего заработка за охватываемые ими периоды, обязании ответчика уведомить СФР об указанных листках нетрудоспособности.

В периоды действия указанных листков нетрудоспособности истец добровольно продолжал выполнение трудовых обязанностей, что подтверждается заявлениями истца о согласовании на соответствующие периоды временной нетрудоспособности удаленной работы, табелями учета рабочего времени за май 2023 года, март-апрель 2024 года, июль-август 2024 года, январь 2025 года, февраль 2025 года, получал оплату за выполнение трудовых обязанностей в указанные периоды, что подтверждается расчетными листками за май 2023 года, март-апрель 2024 года, июль 2024 года, август 2024 года, январь 2025 года, февраль 2025 года, а также платежными поручениями. Данные обстоятельства не оспаривались истцом в ходе судебного разбирательства по делу.

Доводы истца о том, что он выполнял работу в периоды временной нетрудоспособности в связи с принуждением со стороны ответчика, не могут быть приняты судом во внимание. В качестве доказательства имевшего места принуждения к работе в период временной нетрудоспособности истец ссылается лишь на письмо национального директора по продажам ФИО7 В то же время, истец в нарушение ст. 56 ГПК РФ не представил доказательств оказания на него давления после отправления указанного письма с целью принуждения его работать в период временной нетрудоспособности, невозможности отказаться от работы в периоды временной нетрудоспособности в случае несогласия с данной ситуацией. Истец также не опроверг доводы ответчика о том, что истец продолжал работу в периоды временной нетрудоспособности на основании собственной инициативы.

На основании изложенного суд приходит к выводу, что доказательства того, что ответчик принуждал истца к работе в периоды временной нетрудоспособности, в материалах дела отсутствуют.

В соответствии с п. 22 Постановления Правительства РФ от <дата> № 2010 страхователи не позднее 3 рабочих дней со дня получения данных о закрытии электронного листка нетрудоспособности по запросу страховщика размещают в информационной системе страховщика подписанные усиленной квалифицированной электронной подписью сведения о периоде отсутствия застрахованного лица на работе в связи с временной нетрудоспособностью.

Поскольку истец в периоды действия спорных листков нетрудоспособности продолжал выполнение должностных обязанностей, у ответчика отсутствовала обязанность уведомлять ОСФР.

Кроме того, граждане обязаны заботиться о сохранении своего здоровья и, находясь на лечении, обязаны соблюдать режим лечения, в том числе определенный на период их временной нетрудоспособности, и правила поведения пациента в медицинских организациях.

Выход на работу без выписки является одним из нарушений гражданином условий оказания медицинской помощи (п. 68 Приказа Министерства здравоохранения РФ от <дата> № 1089н).

Суд учитывается, что обязательное социальное страхование на случай временной нетрудоспособности направлено на компенсацию гражданам заработка, утраченного в связи с невозможностью выполнять трудовые обязанности в силу нетрудоспособности, связанной с заболеванием. Если работник в период временной нетрудоспособности продолжает осуществлять трудовую деятельность, оснований для назначения и выплаты пособия по временной нетрудоспособности не имеется, так как работник не соблюдает временное освобождение от работы.

Целевое назначение пособия по временной нетрудоспособности – частичная компенсация утраченного заработка в период, когда застрахованное лицо не может осуществлять трудовую деятельность по медицинским показаниям. По этой причине получение пособия по временной нетрудоспособности при одновременной выплате работнику заработной платы недопустимо, т.к. приобретает характер дополнительного материального стимулирования работника.

Поскольку истец продолжал работу в заявляемые им периоды временной нетрудоспособности и получал за них от ответчика заработную плату, истец не вправе претендовать на оплату листков нетрудоспособности, равно как и на получение среднего заработка за все дни временной нетрудоспособности, поскольку ответчик уже выплатил истцу за работу в указанные периоды заработную плату.

Суд также не может согласиться с доводами истца об обязанности работодателя предоставить и оплатить ему дни отдыха в связи со сдачей крови <дата>, выплатить компенсацию за задержку оплаты дней отдыха <дата> и <дата> в связи со сдачей крови.

Ст. 186 ТК РФ предоставляет освобождение от работы в связи со сдачей крови и ее компонентов и дополнительный день отдыха работнику данного работодателя. На момент сдачи крови и ее компонентов лицо должно быть работником (то есть состоять в трудовых отношениях с работодателем).

Истец стал работником ответчика <дата> в связи с заключением трудового договора, т.е. уже после того, как сдал кровь <дата>, в связи с чем истец не имеет права на предоставление ему ответчиком гарантий, предусмотренные ст. 186 ТК РФ.

Истцом в ходе судебного разбирательства не оспаривалось, что ответчик на основании заявления предоставил истцу <дата> и <дата> оплачиваемые выходные в связи со сдачей крови истцом <дата>, что подтверждается, в том числе, табелем учета рабочего времени истца за август 2024 года.

<дата> ответчик оплатил истцу дни отдыха, предоставленные <дата> и <дата>, что подтверждается расчетным листком истца за сентябрь 2024 года, платежным поручением в адрес истца за сентябрь 2024 года. Указанное обстоятельство, по мнению суда, не является нарушением, т.к. срок оплаты работнику указанных дней положениями ст. 186 ТК РФ не установлен.

В соответствии со ст. 168 ТК РФ работодатель должен возмещать расходы, связанные с направлением работника в командировку.

Материалами дела подтверждено, что ответчик организовал и полностью оплатил поездку работников (в т.ч. истца) в г. Санкт-Петербург с <дата> по <дата> для участия в корпоративных развлекательных мероприятиях, включавших в себя проживание и питание в отеле, экскурсию в Царское село, посещение Екатерининского дворца, торжественную конференцию с обменом впечатлениями между участниками, получением памятных сувениров, круиз на теплоходе для обзора разведения мостов в г. Санкт-Петербурге с ужином, выступлением кавер-группы и диджея (приложение к Договору № б/н от <дата> возмездного оказания услуг о проведении корпоративного мероприятия Ответчика <дата>-<дата>).

Доказательств того, что указанная поездка является командировкой, в материалы дела сторонами не представлено.

Поскольку ответчик не допустил нарушения сроков выплаты причитающихся истцу денежных сумм, оснований для взыскания с ответчика компенсации в соответствии со ст. 236 ТК РФ также не имеется.

Доводы истца о попытках понуждения ответчиком истца к увольнению противоречат закону и опровергаются материалами дела.

Трудовой договор может быть в любое время расторгнут по соглашению сторон трудового договора (ст. 78 ТК РФ). Инициатором расторжения трудового договора по соглашению сторон может являться как работник, так и работодатель.

Именно истец в досудебной претензии от <дата> указал ответчику на свое желание уволиться, на необходимость выплаты ему при увольнении пяти средних месячных заработков. Ответчик в ответе на досудебную претензию предложил истцу после прекращения временной нетрудоспособности обсудить в офисе его требования, что было подтверждено и в переписке с юристом истца.

Вместе с тем, из материалов дела усматривается, что истец указанное предложение не принял, трудовую функцию не выполнял, что подтверждается табелями учета рабочего времени истца за март-сентябрь 2025 года, справкой ответчика о посещении истцом офиса с <дата> по <дата>, уведомлением истцом ответчика о приостановке работы от <дата>.

В настоящее время истец продолжает являться работником ответчика.

Доводы истца о понуждении его к увольнению <дата> не могут быть приняты судом и отклоняются, как необоснованные.

Работодатель вправе требовать от работников добросовестного исполнения ими трудовых обязанностей (ст.ст. 21, 22 ТК РФ).

Ответчик как работодатель вправе требовать от истца и других работников исполнения ими трудовых обязанностей, а также привлекать их к дисциплинарной ответственности (абз. 5-6 ч. 1 ст. 22 ТК РФ), запрашивать объяснения в связи с выявляемыми фактами нарушения трудовых обязанностей и привлекать их к дисциплинарной ответственности.

Согласно п. 9.3 Правил внутреннего трудового распорядка ответчика, с которыми истец был ознакомлен под роспись, для работников с нормальной продолжительностью рабочего времени устанавливается время начала работы – 09:00. П. 3.1 трудового договора с истцом предусматривает для истца нормальную продолжительность рабочего времени. Истец обязан являться на рабочее место к 09:00 по месту работы – Филиал «Московский», <...>.

В ноябре-декабре 2024 года истец систематически опаздывал на работу, что подтверждается объяснительными истца за ноябрь-декабрь 2024 года, актами о несоблюдении правил трудового распорядка истцом за ноябрь-декабрь 2024 года, в связи с чем ответчик издал приказ о привлечении истца к дисциплинарной ответственности в виде замечания. Ознакомиться с приказом истец отказался, о чем ответчик составил акт.

<дата> истец вновь явился на рабочее место с опозданием, что подтверждается справкой ответчика о посещении истцом офиса с <дата> по <дата>.

Данные обстоятельства истцом не были опровергнуты в ходе судебного разбирательства.

Кроме того, согласно п. 7.2.7, 7.2.9 Правил внутреннего трудового распорядка ответчика истец и другие работники обязаны бережно относиться к имуществу работодателя, поддерживать оборудование и приспособления в исправном состоянии, порядке и чистоте.

Из материалов дела следует, что <дата> ответчик обнаружил факт заражения ноутбука истца вредоносным программным обеспечением (вирусом). Во избежание распространения вируса на всю локальную сеть ответчика, с учетом наличия угроз информационной безопасности и причинения непоправимого имущественного вреда, ноутбук истца был передан в IT-департамент ответчика для диагностики и лечения.

Указанные обстоятельства явились основанием для привлечения истца к дисциплинарной ответственности <дата> в виде замечания.

Истец не предоставил доказательств отсутствия вменяемых ему нарушений трудовой дисциплины. Истец также не был лишен возможности заявить самостоятельные требования о признании соответствующих приказов незаконными.

Доводы истца о том, что ответчик способствовал временной нетрудоспособности истца в декабре 2024 года, марте-декабре 2025 года, препятствовал получению истцом листков нетрудоспособности, не подтверждаются материалами дела и также не могут быть приняты во внимание.

Утверждения истца о том, что ответчик вынуждал истца перенести ежегодный оплачиваемый отпуск с <дата> на более позднюю дату, не соответствуют действительности и опровергаются материалами дела.

Согласно графику отпусков на 2025 год истец должен был пойти в отпуск с <дата>, в связи с чем ответчик издал приказ о предоставлении отпуска истцу с <дата> по 13.04.2025 года, с которым истец был ознакомлен, оплатил отпуск с <дата> по 13.04.2025 года, что подтверждается расчетным листком за март 2025 года, а также платежным поручением в адрес истца за март 2025 года.

Истец обратился с заявлением о переносе части дней отпуска, в котором он пребывал с <дата> по 13.04.2025 года, т.к. во время отпуска он был временно нетрудоспособен.

Очередной или дополнительный отпуск должен быть продлен или перенесен на другой срок, определяемый работодателем с учетом пожеланий работника, в случае временной нетрудоспособности работника, удостоверенной листком нетрудоспособности (ч. 1 ст. 124 ТК РФ, пп. «а» п. 17 действующих Правил об очередных и дополнительных отпусках (утв. НКТ СССР <дата> № 169)).

Ответчик в соответствии с приведенным правовым регулированием перенес часть дней отпуска, предоставленного истцу, с <дата> по 13.04.2025 года, в чем суд не усматривает в данной части нарушений трудового законодательства.

В отношении требований истца о необходимости взыскания в его пользу денежной суммы по выплатам в связи со сверхурочной работой суд считает нужным указать следующее.

В силу статьи 91 ТК РФ рабочее время – время, в течение которого работник в соответствии с правилами внутреннего трудового распорядка и условиями трудового договора должен исполнять трудовые обязанности, а также иные периоды времени, которые в соответствии с настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами РФ относятся к рабочему времени.

Нормальная продолжительность рабочего времени не может превышать 40 часов в неделю.

Работодатель обязан вести учет времени, фактически отработанного каждым работником.

Согласно статье 99 ТК РФ сверхурочная работа - работа, выполняемая работником по инициативе работодателя за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени: ежедневной работы (смены), а при суммированном учете рабочего времени - сверх нормального числа рабочих часов за учетный период.

Продолжительность сверхурочной работы не должна превышать для каждого работника 4 часов в течение двух дней подряд и 120 часов в год.

В силу статьи 152 ТК РФ сверхурочная работа оплачивается исходя из размера заработной платы, установленного в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда, включая компенсационные и стимулирующие выплаты, за первые два часа работы не менее чем в полуторном размере, за последующие часы - не менее чем в двойном размере. Конкретные размеры оплаты сверхурочной работы могут определяться коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом или трудовым договором. По желанию работника сверхурочная работа вместо повышенной оплаты может компенсироваться предоставлением дополнительного времени отдыха, но не менее времени, отработанного сверхурочно, за исключением случаев, предусмотренных ТК РФ.

В материалы дела не представлено допустимых и относимых доказательств, позволяющих утверждать о привлечении истца к сверхурочной работе и соответственно о неисполнении ответчиком обязательств по оплате сверхурочной работы.

Сторонами в материалы дела не представлены распоряжения ответчика о привлечении истца к сверхурочной работе, письменные согласия истца о привлечении к такой работе, равно как и доказательства их изготовления. Ответчик также предоставил табели учета рабочего времени истца за весь период его работы, из которых не следует, что истец привлекался к сверхурочной работе.

В указанных обстоятельствах истец не имеет права на выплату каких-либо сумм в качестве компенсации за сверхурочную работу.

При рассмотрении дела не был установлен факт нарушения трудовых прав истца, поэтому основания для удовлетворения требования о взыскании компенсации морального вреда в соответствии со ст. 237 ТК РФ отсутствуют.

Поскольку в удовлетворении исковых требований судом отказано, оснований для удовлетворения производных требований истца не имеется.

На основании вышеизложенного и руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

исковое заявление ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «ФЕС ПРОДУКТ» о взыскании задолженности по заработной плате, компенсации за задержку по выплате заработной платы, компенсации среднего заработка, обязании предоставить дни отдыха, о взыскании компенсации морального вреда – оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Московский областной суд через Химкинский городской суд <адрес> в течение одного месяца с момента принятия решения суда в окончательной форме.

Решение суда в окончательной форме принято <дата>.

Судья Гаврикова Л.Н.