К делу № 2-3735/25
23RS0040-01-2025-003802-13
РЕШЕНИЕ
именем Российской Федерации
07 октября 2025 года город Краснодар
Первомайский районный суд г. Краснодара в составе: судьи Фоменко Е.Г., при секретаре Кулибабиной А.Е., с участием истца, его представителя ФИО5, действующей по доверенности от 07.03.2025, представителя ГБУЗ «Крымская центральная районная больница» МЗ КК ФИО8, действующего на основании доверенности от 14.01.2025, третьего лица ФИО11, помощника прокурора Центрального административного округа г. Краснодара ФИО6, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ГБУЗ «Крымская центральная районная больница» МЗ КК, Министерству здравоохранения Краснодарского края о компенсации морального вреда в связи с некачественно оказанной медицинской помощью,
УСТАНОВИЛ:
В Первомайский районный суд города Краснодара обратился ФИО2 (в лице представителей по доверенности) с иском к ГБУЗ «Крымская центральная районная больница» МЗ КК, Министерству здравоохранения Краснодарского края о компенсации морального вреда в связи с некачественно оказанной медицинской помощью, в обоснование которого указано следующее. 13.08.2024 в результате некачественного оказания медицинской помощи ГБУЗ «Крымская центральная районная больница» умерла его супруга – ФИО1 Истец считает, что смерть наступила по причине грубого нарушения сотрудниками ответчика правил и стандартов оказания медицинской помощи. Постановлением от 16.05.2025 было возбуждено уголовное дело по части 2 статьи 109 Уголовного кодекса РФ, ФИО2 был признан потерпевшим. По поручению следователя следственного отдела по Крымскому району СУ СК РФ по Краснодарскому краю была проведена комиссионная судебно-медицинская экспертиза, согласно заключению которой, выявлены множественные дефекты в оказании медицинской помощи, установлено, что между дефектами и наступлением смерти имеется прямая причинно-следственная связь. Истец просит взыскать компенсацию морального вреда в связи со смертью близкого родственника (супруги) субсидиарно с ГБУЗ «Крымская центральная районная больница» МЗ КК и министерства здравоохранения Краснодарского края в размере 10 000 000 рублей.
В возражениях на иск, поступивших от лица представителя министерства здравоохранения Краснодарского края ФИО7, действующей по доверенности от 09.01.2025, содержится просьба отказать в иске в полном объеме. Отмечено, что пунктом 9 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» определено, что ответственность юридического лица или гражданина, предусмотренная пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации, наступает за вред, причиненный его работником при исполнении им своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании заключенного трудового договора (служебного контракта). Пунктом 9 статьи 16 Федерального закона РФ «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации» от 29.11.2010 № 326-ФЗ установлено, что возмещение медицинской организацией ущерба, причиненного в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением ею обязанностей по организации и оказанию медицинской помощи, происходит в соответствии с законодательством РФ. Следовательно, министерство здравоохранения Краснодарского края не может быть привлечено к субсидиарной ответственности по обязательствам бюджетного учреждения.
В судебном заседании истец и его ФИО5 доводы, изложенные в исковом заявлении, поддержали, просили удовлетворить требования в полном объеме.
Представитель ГБУЗ «Крымская центральная районная больница» МЗ КК ФИО8 в судебном заседании против удовлетворения требований возражал против исковых требований. Просил в удовлетворении искового заявления в заявленном размере, отказать.
Третье лицо ФИО11 полагал, что между его действиями и наступлением смерти отсутствовала причинно-следственная связь, смерть наступила в результате аллергической реакции.
Представитель министерства здравоохранения Краснодарского края в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом своевременно, о причинах неявки суду не сообщил.
Прокурор ФИО6 в судебном заседании полагала заявленные требования обоснованными, полагала разумным и соразмерным последствиям в виде смерти близкого родственника размер компенсации морального вреда в 1 000 000 рублей.
Выслушав объяснения истца, представителей сторон, третьего лица, заключение прокурора, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.
В соответствии с частью 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений.
Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».
Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.
В соответствии с пунктом 2 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи.
В статье 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» закреплены такие основные принципы охраны здоровья граждан, как соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (пункты 1, 2, 5 - 7 статьи 4 названного закона).
Медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
В пункте 21 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.
Критерии оценки качества медицинской помощи, согласно части 2 статьи 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.
Согласно части 2 статьи 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.
Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (часть 3 статьи 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
В силу положений статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
В соответствии со статьей 1101 Гражданского кодекса РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.
При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.
Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 14 указанного Постановления, под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).
В соответствии с пунктом 1 статьи 1099 Гражданского кодекса РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса РФ) и статьей 151 Гражданского кодекса РФ.
При определении размера компенсации морального вреда, суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса РФ).
Пунктом 2 статьи 1101 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.
Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Из разъяснений, содержащихся в пункте 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вред», следует, что при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса РФ).
В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 Гражданского кодекса РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.
Вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем, исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.
Как установлено судом, истец является супругом ФИО9, что подтверждается свидетельством о заключении брака №.
ДД.ММ.ГГГГ ФИО9 скончалась.
Постановлением старшего следователя следственного отдела по Крымскому району следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Краснодарскому краю ФИО10 от 16.05.2025 возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного частью 2 статьи 109 Уголовного кодекса РФ.
По поручению следователя следственного отдела по Крымскому району СУ СК РФ по Краснодарскому краю была проведена комиссионная судебно-медицинская экспертиза в ГБУЗ БЮРО СМЭ МЗ КК.
В соответствии с заключением СМЭ № 765/225/2024 от 14.03.2025 смерть пациентки ФИО1 наступила в результате острой сердечно-сосудистой недостаточности либо в связи с системным токсическим действием местного анестетика (лидокаина) при проведении проводниковой анестезии, либо в результате анафилактического шока на введение лидокаина. Отдифференцировать два данных состояния клинически сложно на основании имеющихся данных в медицинской документации. Но экспертная комиссия считает, что за системное токсическое действие местного анестетика свидетельствует использование завышенных доз лидокаина для проведения проводниковой анестезии, а также дополнительное введение двукратно по 150 мг 2% лидокаина струйно, клиническая картина – наступление критического состояния через час после введения лидокаина, резкое снижение артериального давления (гипотония), остановка кровообращения через нарушение сердечного ритма, данные повторного судебно-гистоологического исследования (очаговая фрагментация, волнообразная деформация, контрактурные повреждения кардиоцитов, нарушение гемодинамики миокарда.
На этапе стационарного лечения ФИО1 в ГБУЗ «Крымская ЦРБ» МЗ КК с 09.08.2024 по 13.08.2024 установлены следующие дефекты оказания медицинской помощи:
- использовалась завышенная доза лидокаина для проведения проводниковой анестезии;
- при ухудшении состояния пациентки во время анестезии артериальная гипотензия расценена как снижение тонуса периферических сосудов, кроме инфузионной нагрузки других лечебных действий не проводилось;
- не рассматривалась возможность возникновения системного токсического действия местного анестетика и в связи с эти не была применена липидная терапия спасения (введение жировой эмульсии);
- при ухудшении состояния пациентки не оцениваются, имеются ли нарушения ритма сердца на ЭКГ;
- пропрофол не являлся препаратом выбора для перевода пациентки в общую анестезию с управляемой механической вентиляцией легких;
- при констатации остановки кровообращения указано «отмечается неправильный ритм», что является некорректной характеристикой;
- в случае шокогенного ритма дефибрилляцию необходимо было произвести как можно быстрее и, возможно, тремя разрядами (по факту первая дефибрилляция была проведена через 5 минут после остановки кровообращения);
- необоснованно выполнялось совместное введение кордарона и лидокаина (в связи с системным действием местного анестетика лидокаина, его введение при сердечно-легочной реанимации вообще является неприемлемым);
- при фиксации асистолии проводилась дефибрилляция, которая была уже не показана.
Выявленные дефекты, по мнению экспертной комиссии, привели к ухудшению состояния пациентки и наступлению ее смерти.
Выявленные дефекты оказания медицинской помощи привели к ухудшению состояния и наступлению смерти ФИО1, причинили тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, вызвавший расстройство жизненно важных функций организма человека, которое не может быть компенсировано организмом самостоятельно и обычно заканчивается смертью.
Экспертная комиссия пришла к выводу, что между выявленными дефектами оказания медицинской помощи (введение при анестезии завышенных доз лидокоина, не проведение других лечебных действий кроме инфузионной нагрузки, не проведение липидной терапии, не обоснованное применение пропофола, необоснованное выполнение совместного введения кордарона и лидокоина) и наступлением смерти ФИО1 имеется прямая причинно-следственная связь.
Руководствуясь статьей 67 Гражданского процессуального кодекса РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.
Заключение судебного судебно-медицинской экспертизы ГБУЗ БЮРО СМЭ МЗ КК является допустимым и достоверным доказательством, соответствует требованиям статьи 86 Гражданского процессуального кодекса РФ.
Суд принимает в основу принимаемого решения выводы данного исследования, принимает заключение как надлежащее доказательство, поскольку оно принято в рамках возбужденного уголовного дела, комиссией 6 человек врачей-экспертов по судебно-медицинской экспертизе, ортопедии-травматологии, анестезиологии-реаниматологии, судебно-гистологической экспертизы, рентгенологии, имеющих стаж работы по специальности от 19 лет до 41 года.
Оснований не доверять данному заключению, суду не представлено. При проведении экспертизы экспертам были разъяснены права и обязанности, они были предупрежден об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса РФ за дачу заведомо ложного заключения, о чем расписались.
При этом, судом были разъяснены положения статьи 79 Гражданского процессуального кодекса РФ, в том числе возможность заявить ходатайство о назначении экспертизы при рассмотрении настоящего гражданского дела.
Вместе с тем, первоначально заявленное ответчиком ГБУЗ «Крымская ЦРБ» МЗ КК ходатайство о назначении экспертизы впоследствии представителем ответчика по доверенности ФИО8 было отозвано, в связи с чем оставлено без рассмотрения.
Оценивая собранные по делу доказательства в их совокупностии по правилам статей 56, 61, 67 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд приходит к выводу о том, что оказанная ФИО1 медицинская помощь услуга является некачественной, приведшая к ухудшению состояния ее здоровья и наступлению смерти.
Давая оценку доводу третьего лица ФИО11 о том, что необратимое воздействие на ситуацию оказали индивидуальные особенности ФИО1, аллергической реакцией на введенные препараты, суд учитывает выводы заключения комиссии экспертов о том, что каких-либо противопоказаний к назначенному ФИО1 лечению медицинская документация не содержит, в данном случае имело место применение завышенных доз местного анестетика (лидокаина) при выполнении проводниковой анестезии.
При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что исковые требования истца о взыскании компенсации морального вреда подлежат удовлетворению.
При определении размера компенсации морального вреда суд руководствуется правилами статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом разъяснений п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина», пункты 2, 8, 22 и 49 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»: в зависимости от характера причиненных истцу физических и нравственных страданий, которые оцениваются с учетом установленных фактических обстоятельств оказания родственнику истца медицинской помощи и причины его смерти, поведения ответчика, формы и степени его вины, индивидуальных особенностей истцов, а также юридически значимых обстоятельств, с учетом требований разумности и справедливости.
В рассматриваемом случае, учитываются фактические обстоятельства, при которых наступила смерть ФИО1, а также глубина нравственных страданий, связанных с потерей супруги. Смерть ФИО1 явилась для ее близких родственников трагичным и необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников и членов семьи, а также неимущественное право на родственные и семейные связи, подобная утрата, безусловно, является тяжелейшим событием в жизни, неоспоримо причинившим нравственные страдания истцу.
При определении размера компенсации морального вреда судом учтены все обстоятельства, указанные истцом в обоснование его размера, однако, суд приходит к выводу о необходимости уменьшения размера компенсации морального вреда подлежащего взысканию с ГБУЗ «Крымская центральная районная больница» Министерства здравоохранения Краснодарского края в пользу истца с 10 000 000 рублей до 1 000 000 рублей.
Так, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, а потому суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав пострадавшей стороны как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон.
По смыслу действующего правового регулирования, размер компенсации морального вреда определяется исходя из установленных при разбирательстве дела характера и степени понесенных истцом физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями его личности, и иных заслуживающих внимания обстоятельств дела.
Моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах, денежная компенсация должна отвечать признакам справедливого возмещения потерпевшему перенесенных страданий.
По мнению суда, определенная денежная компенсация будет способствовать восстановлению прав истцов при соблюдении баланса между последствиями нарушения прав истцов и степенью ответственности, применяемой к ответчикам.
При этом, заявленные требования подлежат удовлетворению в части, так как оснований для применения правил субсидиарной ответственности к ответчикам суд не усматривает, поскольку абзацем 2 пункта 5 статьи 123.22 Гражданского кодекса РФ определено, что по обязательствам бюджетного учреждения, связанным с причинением вреда гражданам, при недостаточности имущества учреждения, на которое в соответствии с абзацем первым указанного пункта может быть обращено взыскание, субсидиарную ответственность несет собственник имущества бюджетного учреждения.
Так, министерство здравоохранения Краснодарского края не является собственником имущества ГБУЗ «Крымская центральная районная больница» МЗ КК, в связи с чем, не может выступать в качестве ответчика.
При таких обстоятельствах, исковые требования подлежат удовлетворению в части, со взысканием с ответчика ГБУЗ «Крымская центральная районная больница» министерства здравоохранения Краснодарского края в пользу истца компенсации морального вреда, причиненного некачественным оказанием медицинской помощи, повлекшимсмерть близкого человека, в размере 1 000 000 рублей.
В части требований к министерству здравоохранению Краснодарского края следует отказать.
Частью 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.
С учетом данной нормы, положений статьи 333.19 Налогового кодекса РФ, части 2 статьи 61.3 Бюджетного кодекса РФ, в доход бюджета городского округа с ответчика подлежит взысканию сумма государственной пошлины в размере 3 000 рублей.
На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО2 к ГБУЗ «Крымская центральная районная больница» МЗ КК о компенсации морального вреда в связи с некачественно оказанной медицинской помощью удовлетворить частично.
Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Крымская центральная районная больница» Министерства здравоохранения Краснодарского края (ОГРН <***>) в пользу ФИО2 (паспорт №) компенсацию морального вреда в связи с некачественно оказанной медицинской помощью ФИО1 в размере 1 000 000 рублей.
Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Крымская центральная районная больница» Министерства здравоохранения Краснодарского края (ОГРН <***>) в доход бюджета городского округа сумму государственной пошлины в размере 3 000 рублей.
В остальной части заявленные требования ФИО2 оставить без удовлетворения.
Решение может быть обжаловано в Краснодарский краевой суд через Первомайский районный суд г. Краснодара в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.
Изготовлено в окончательном мотивированном виде 08.10.2025
Судья Фоменко Е.Г.