Дело №2-926/2022 (43RS0001-01-2021-012986-57)
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
г. Киров 08 августа 2022 года
Ленинский районный суд г. Кирова в составе
председательствующего судьи Лопаткиной Н.В.,
при секретаре Тамлиани Д.М.,
с участием истца ФИО1, её представителя ФИО2,
ответчика (истца по встречному иску) ФИО3, её представителя ФИО4,
ответчика ФИО5,
третьих лиц ФИО6, ФИО7,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 о признании договора дарения недействительным, применении последствий недействительности договора и встречному иску ФИО3 к ФИО5 об оспаривании договоров купли - продажи недвижимого имущества, применении последствий недействительности сделок,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО3 о признании недействительным договора дарения. В обоснование иска указала, что с {Дата изъята} состояла в зарегистрированном браке с ФИО8, который скончался {Дата изъята}. За несколько дней до смерти он рассказал, что подарил своей дочери от первого брака, ответчику ФИО3, гараж, расположенный по ул. Производственной в ГСК «Автомобилист-71», о чём сожалеет и просит его вернуть. Данный гараж она и супруг приобретали, находясь в браке, что подтверждается договором купли - продажи от {Дата изъята}. Сделка по дарению гаража была совершена без её согласия, что является основанием для признания её недействительной. На основании изложенного ФИО1 просила суд признать договор дарения гаража площадью 29,9 кв.м., расположенного по ул. Производственной в ГСК «Автомобилист-71», бокс {Номер изъят} от {Дата изъята} недействительным, применить последствия недействительности сделки - прекращении права собственности ФИО3 на спорный гараж.
Ответчик ФИО3 обратилась со встречным иском, в обоснование которого указала, что спорный гараж был построен её отцом в период нахождения в браке с её матерью, ФИО7 на принадлежащие им денежные средства. Датой постройки гаража является {Дата изъята}.. Опасаясь раздела имущества с её матерью при расторжении брака, отец осуществил сделку по отчуждению гаража ФИО5, супруге своего близкого друга, при этом сделка носила притворный характер, поскольку правовые последствия не возникли. ФИО5 признаёт, что денежные средства от ФИО8 не получала. В {Дата изъята}, находясь в браке с ФИО1, ФИО8 решил переоформить гараж на себя, о чём заключил договор купли - продажи с ФИО5, при этом какие - либо денежные средства ей не платил. Фактически с даты отчуждения гаража ФИО5 и по дату совершения обратной сделки {Дата изъята}, гараж не выбывал из собственности ФИО8, ФИО5 им не пользовалась. О совершении указанных сделок истцу, а также её матери стало известно только после подачи ФИО1 искового заявления. Поскольку ФИО3 была уверена, что отец при жизни распорядился принадлежащим ему лично имуществом, она стала выяснять, каким образом гараж оказался приобретённым отцом совместно с ФИО1 и стал совместно нажитым ими имуществом. Тогда и стало известно о совершённых отцом сделках по отчуждению гаража и возвращению его обратно в свою собственность.
На основании изложенного ФИО3 просит суд признать сделку купли - продажи спорного гаражного бокса, совершённую {Дата изъята}, между умершим ФИО8 и ФИО5 мнимой (ничтожной), применить последствия её недействительности. Признать сделку купли - продажи от {Дата изъята}, совершённую между теми же лицами, недействительной, применить последствия её недействительности. Направить решение в Управление Росреестра для внесения соответствующих сведений.
Истец ФИО1 и её представитель ФИО2 настаивали на удовлетворении заявленных требований, а также, являясь по встречному иску третьим лицом, выразили несогласие с требованиями ФИО3 По существу пояснили, что до официального заключения брака истец проживала совместно с ФИО8, после регистрации брака на совместно нажитые денежные средства приобрели гараж, являющийся предметом спора. По их мнению, гараж был подарен ФИО8 дочери от первого брака в период, когда он стал выпивать. О совершённой сделке дарения истцу стало известно незадолго до смерти мужа от него, до настоящего времени в гараже хранятся её личные вещи, ответчик препятствует забрать их. На приобретение гаража в единоличную собственность супруга истец давала своё согласие, они постоянно пользовались гаражом, хранили там вещи, совместно с мужем обустраивали гараж, строили, отдавать его она не намерена. Гараж приобретался на их совместные деньги, до смерти ФИО8 ответчик гаражом не пользовалась, она встречалась там с отцом, но ремонтировала ли машину – ей неизвестно.
Ответчик ФИО3 иск не признала, поддержала доводы встречного иска, пояснила, что её родители – ФИО8 и ФИО7 состояли в зарегистрированном браке, в котором родились двое детей, старшая сестра М. и она. Несмотря на развод родителей, она постоянно виделась и общалась с отцом. В {Дата изъята} отец сказал, что хочет подарить ей свой гараж, они пошли в МФЦ, где оформили документы. После того, как она получила документы, отец передал ей ключи и она стала полноправным владельцем гаража. На тот момент у отца машины не было, а она состояла в браке и с супругом они ремонтировали в гараже машину. Отец также пользовался гаражом, как и прежде, но о своих визитах туда стал её предупреждать. В гараже он хранил свои вещи, в том числе овощи, газонокосилку, старые двери. В 2021 г. у неё умер супруг, она осталась с грудным ребёнком, ипотекой и кредитами. После этого отец стал ей помогать финансово. Когда он попал в больницу, между ними состоялся разговор, что если он дальше не сможет ей помогать, стоит рассмотреть вопрос о продаже гаража, он обижаться не будет. Когда отец умер, она позвонила дочерям истца ФИО1 и сказала, что будет рассматривать вопрос продажи гаража, попросила забрать вещи, при этом каких – либо сроков им не устанавливала. Когда отец предложил подарить ей гараж, она уже являлась совершеннолетней, у неё даже мыслей не было, что этот гараж не принадлежал ему или принадлежал ещё кому-то. Она знала, что построен он был до развода родителей, отец ушёл к другой женщине, в другую семью, зарегистрировали ли они брак – известно ей не было, с отцом об этом никогда не разговаривала. Он ей говорил, что его семья знает о том, что он подарил гараж ей. При жизни отца они совместно несли обязательства по содержанию гаража: она уплачивала налоги, а он платил за электричество. На дату совершения сделки отец был абсолютно адекватным человеком, всё понимал и давал отчёт своим действиям, она знала, что он выпивал, как и все мужчины, но в состоянии алкогольного опьянения его не видела.
Ответчик по встречному иску ФИО5, будучи допрошенной до привлечения в качестве таковой в статусе свидетеля, показала, что ФИО8 являлся близким другом её супруга, в настоящее время они оба умерли. Когда ФИО8 находился в состоянии развода с первой супругой, он понимал, что совместно нажитое имущество подлежит разделу. Её супруг попросил помочь скрыть имущество ФИО8 от раздела, при этом пояснил, что фактически делать ничего не придётся, все документы они подготовят, ей будет нужно подписать договор. Они её убедили, что это необходимо, в итоге она согласилась помочь скрыть гараж, в котором ФИО8 проводил практически всё свободное время, ремонтировал машины, оплачивал все платежи. Этот разговор был примерно в {Дата изъята}. Сделка по отчуждению ей ФИО8 гаража была фиктивной, денег за него она ФИО8 не платила, членские взносы не вносила, ключей от гаража у неё не было и фактически он ей не передавался. Суть сделки была в том, что если супруги Ю-ны начнут делить имущество, то имущества не окажется. Также была договорённость по первому требованию ФИО8 вернуть ему гараж. На момент совершения сделки их семья владела другим гаражом, собственниками которого они являлись, поэтому какого – либо интереса в приобретении данного гаража у них не было, только помощь другу мужа. После развода, когда всё поутихло, прошло несколько лет, точную дату не помнит, ФИО8 решил забрать гараж обратно, также они подготовили все документы, она съездила в Росреестр, подписала договор купли – продажи, денег за гараж ФИО8 ей не платил. Никто не оспаривал совершённые сделки, об их фиктивности знали её родственники, в том числе дочь, племянники. Насчёт осведомлённости об указанном первой супруги ФИО8 сомневается, скорее всего, она была не в курсе. Её, ФИО5, супруг умер {Дата изъята}, после его смерти она периодически общалась с ФИО8, тот рассказывал о событиях, происходивших в его жизни, о том, что стал дедушкой – дочь К. родила внука, у старшей дочери дети появились. В разговорах он признавался, что очень сожалеет о том, что развёлся с первой женой и бросил детей. Она знала, что он постоянно общается с младшей дочерью К., рассказывал об этом. Также помнит, что он позвонил ей и с радостью сообщил, что продал машину, а гараж подарил К., она его похвалила. Подарок гаража это, по сути, исправление ошибки, он хотел исправить ошибки прошлого. О совершённых сделках она не рассказывала, только члены семьи были в курсе, но в этом году к ней обратилась ФИО3 и она рассказала все обстоятельства их совершения. Она испытывает стыд и сожаление, что помогала ФИО8 в неблаговидном поступке, но её уговорил супруг, делала это она по его просьбе.
Третье лицо ФИО7, также ранее допрошенная судом в качестве свидетеля, показала, что ФИО3 – её младшая дочь, была рождена в браке с ФИО8, который имел место с {Дата изъята} по {Дата изъята}. В период брака ФИО8 вступил в ГСК «Автомобилист-71», они построили гараж, также в браке были приобретены автомобиль, садовый участок. Когда муж вступил в кооператив, то гараж строил самостоятельно, она в это время находилась в декрете, на семейном совете приняли решение, что она выйдет на работу пораньше, её зарплата будет уходить на строительство гаража, а на его зарплату семья будет жить. Гараж был построен примерно в 1996 году, поскольку ещё в браке они туда ездили, хранили в нём свои вещи. После развода она не забрала никакое имущество, всё осталось у бывшего супруга. Гараж был во владении ФИО8, пока он не подарил его К.. О своём намерении он неоднократно говорил, общались они по телефону часто, когда подарил гараж, то позвонил ей и с гордостью сообщил о совершённой сделке. Когда дочь получила исковое заявление об оспаривании договора дарения, она попросила её показать договор, увидев в нём дату приобретения гаража ФИО8, очень удивилась. Ей даже в голову не могло прийти, что супруг произвёл отчуждение гаража, чтобы скрыть имущество при разделе. Она не подавала иск о разделе имущества, не претендовала ни на что, и была уверена, что гараж находится в собственности ФИО8 ФИО5 ей знакома, она была женой лучшего друга ФИО8, о том, что её бывший муж продал ей гараж – не знала, впервые узнала об этом после получения дочерью иска. Со слов К. знает, что в гараже хранятся её вещи, сама она там не была.
Представитель третьего лица – ГСК «Автомобилист-71», привлеченного судом к участию в деле, в судебное заседание не явился, уведомлён своевременно и надлежащим образом, о причинах неявки не уведомил.
Представитель третьего лица – Управления Росреестра по Кировской области в судебное заседание не явился, направил заявление о рассмотрении дела в его отсутствие и отзыв, согласно которому в ЕГРН имеются сведения о спорном имуществе, право собственности зарегистрировано за ФИО9 на основании договора дарения от {Дата изъята}, определением Ленинского районного суда г. Кирова от 24.12.2021 наложен запрет на совершение регистрационных действий. На государственную регистрацию перехода права собственности стороны обращались лично, воля в заявлениях о государственной регистрации соответствовала волеизъявлению, выраженному в договоре. Истец просит признать договор дарения от {Дата изъята} недействительным по причине отсутствия согласия на отчуждение третьего лица. В силу действующего законодательства сделка, совершённая без согласия третьего лица, необходимость получения которого предусмотрена законом, является оспоримой, если из закона не следует, что она ничтожна или не влечёт правовых последствий для лица, управомоченного давать согласие, при отсутствии такого согласия. Требования встречного иска фактически направлены на признание спорного объекта личной собственностью дарителя, не требующего, соответственно, согласия супруга на его отчуждение. Разрешение спора оставляют на усмотрение суда, в случае удовлетворения судом первоначального иска решение суда должно содержать указание на погашение в ЕГРН регистрационной записи о праве собственности ФИО9 Удовлетворение встречных исковых требований не повлечёт для управления необходимости внесения каких – либо записей в ЕГРН, т.к. записи, которые просит погасить ФИО9, в ЕГРН погашены.
Третье лицо ФИО6 возражала относительно удовлетворения иска ФИО1, требования ФИО3 поддержала, просила удовлетворить.
Суд, учитывая мнение участников процесса, считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.
Выслушав участников процесса, изучив представленные доказательства и допросив свидетелей, суд приходит к следующему.
ФИО8 с {Дата изъята} состоял в браке с Барловской (после заключения брака ФИО10) О.В. Названные лица являются родителями ФИО6 (урождённой ФИО10) М.А. и ФИО3 (урождённой ФИО10) К.А.
Брак между ФИО8 и ФИО11 прекращён {Дата изъята} на основании решения Ленинского районного суда г. Кирова от {Дата изъята}, после расторжения брака бывшая супруга взяла добрачную фамилию.
Фамилия ответчика ФИО12 в связи со вступлением в брак изменена на ФИО9, после расторжения брака и в связи со вступлением в новый – на ФИО3. Настоящая фамилия ответчика ФИО3, что подтверждается свидетельством о регистрации брака.
ФИО8 {Дата изъята} вступил в брак с ФИО13, которой после регистрации брака присвоена фамилия ФИО10 (истец).
ФИО8 умер {Дата изъята}, что подтверждается свидетельством о смерти.
{Дата изъята} между ФИО8 и ФИО9 был заключен договор дарения, по условиям которого первый безвозмездно передаёт в собственность, а вторая принимает в дар гараж (гаражный бокс) общей площадью 29,9 кв.м., расположенный по адресу: г. Кирова, Ленинский район, ул. Производственная, ГСК «Автомобилист-71, бокс {Номер изъят}. Данный гараж принадлежит дарителю на праве собственности на основании договора от {Дата изъята}, о чём в ЕГРН сделана запись регистрации, до подписания настоящего договора гараж никому другому не отчуждён, не обременён правами третьих лиц, в споре и под арестом (запрещением) не состоит. Также в договоре отражено, что заключенным он считается с момента государственной регистрации и одаряемый приобретает право собственности на него после государственной регистрации перехода права собственности. С момента государственной регистрации права собственности имущество считается переданным от дарителя одаряемому.
Право собственности ФИО3 на гараж зарегистрировано Управлением Росреестра {Дата изъята}, что подтверждается выпиской ЕГРП. Таким образом, с указанного периода она является собственником подаренного ей отцом гаражного бокса.
Как указано в договоре дарения, а также подтверждается представленными документами, датой приобретения ФИО8 гаража является {Дата изъята}, то есть в период нахождения его в браке с истцом ФИО1 По мнению истца, основанием для признания договора дарения недействительным является факт отчуждения приобретённого в браке имущества без её согласия, то есть нарушение требований ч.1 ст. 173.1 ГК РФ. При этом, как поясняла представитель истца в судебном заседании, её доверитель давала в Управлении Росреестра согласие на приобретение спорного имущества в единоличную собственность супруга, оформление права собственности на него.
Судом были запрошены соответствующие документы, однако в материалах регистрационного дела такого согласия не имеется, из заявления ФИО8, заверенного сотрудником Управления Росреестра, следует, что на регистрацию права собственности им сдавались документы: заявление от {Дата изъята}, документ об оплате регистрации от того же числа, договор купли - продажи от {Дата изъята}, при этом в заявлении им указано о регистрации {Дата изъята} брака с ФИО13 и наличии несовершеннолетней дочери К., ДД.ММ.ГГГГ года рождения.
Как поясняла ответчик ФИО3, спорный гараж являлся совместной собственностью её родителей, которые при расторжении брака имущество не делили, в связи с чем она была уверена, что отец, заключая с ней договор дарения, дарит гараж, по праву и закону ему принадлежащий. О том, что им были совершены фиктивные сделки с ФИО5, ей стало известно только в этом году после получения иска ФИО1, что и побудило её обратиться в суд с иском в рамках настоящего спора.
Каждой из сторон было заявлено о пропуске срока исковой давности по обращению в суд. Так представитель ответчика ФИО3 полагал, что с {Дата изъята} договор дарения хранился дома у Ю-ных, следовательно, истец не могла не знать о его существовании, и с {Дата изъята} до {Дата изъята} оспаривать его не пыталась. В свою очередь представитель истца указала, что срок по оспариванию сделок лицом, не являвшимся в них стороной, составляет 10 лет, в связи с чем ФИО3 пропустила срок обращения в суд по обеим сделкам, при этом, данный срок является пресекательным и восстановлению не подлежит.
Оценивая позиции сторон, суд приходит к убеждению, что ни одним из истцов срок по обращению в суд с иском не пропущен в силу следующего.
Согласно разъяснениям, приведенным в п. 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», наследники вправе обратиться в суд после смерти наследодателя с иском о признании недействительной совершенной им сделки, в том числе по основаниям, предусмотренным ст.ст. 177, 178 и 179 ГК РФ, если наследодатель эту сделку при жизни не оспаривал, что не влечет изменения сроков исковой давности, а также порядка их исчисления.
Согласно п.п. 1, 2 ст. 196 ГПК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса. Срок исковой давности не может превышать десять лет со дня нарушения права, для защиты которого этот срок установлен, за исключением случаев, установленных Федеральным законом от 6 марта 2006 года № 35-ФЗ «О противодействии терроризму».
В силу ст. 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.
В соответствии со ст. 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.
Каких - либо доказательств, позволяющих суду установить осведомлённость ФИО1 о договоре дарения ранее {Дата изъята}, стороной ответчика не представлено, сама ФИО1 данный факт отрицает. То, что договор хранился дома, не может служить бесспорным доказательством осведомлённости истца о совершённой её супругом сделке по отчуждению гаражного бокса. То обстоятельство, что сторона истца давала противоречивые пояснения, когда им стало известно об оспариваемой сделке, также не является доказательством указанному, поскольку касаются они незначительного временного промежутка, в пределах не более двух месяцев (пояснения истца о том, что о сделке узнала от мужа за месяц до его смерти, в последующем - на похоронах, далее - за несколько дней до его кончины).
Стороной ответчика также срок по обращению в суд по оспариванию сделок от {Дата изъята} и {Дата изъята} не пропущен в силу следующего. Согласно п.1 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (п. 3 ст. 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.
В соответствии со ст.3 Федерального закона от 07.05.2013 №100-ФЗ «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I ч.1 и ст. 1153 ч.3 ГК РФ» установленные положениями Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции настоящего Федерального закона) сроки исковой давности и правила их исчисления применяются к требованиям, сроки предъявления которых были предусмотрены ранее действовавшим законодательством и не истекли до 1 сентября 2013 года. Десятилетние сроки, предусмотренные п. 1 ст. 181, п. 2 ст. 196 и п. 2 ст. 200 ГК РФ (в редакции настоящего Федерального закона), начинают течь не ранее 1 сентября 2013 года.
Указанное также закреплено в разъяснениях Верховного Суда РФ, оформленного постановлением, от 29.09.2015 №43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм ГК РФ об исковой давности», в пункте 27: положения ГК РФ о сроках исковой давности и правилах их исчисления в редакции Федерального закона от 7 мая 2013 года № 100-ФЗ «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации» применяются к требованиям, возникшим после вступления в силу указанного закона, а также к требованиям, сроки предъявления которых были предусмотрены ранее действовавшим законодательством и не истекли до 1 сентября 2013 года (п. 9 ст. 3 Закона № 100-ФЗ). Десятилетние сроки, предусмотренные п. 1 ст. 181, п. 2 ст. 196 и п. 2 ст. 200 ГК РФ (в редакции Закона № 100-ФЗ), начинают течь не ранее 1 сентября 2013 года и применяться не ранее 1 сентября 2023 года (п. 9 ст. 3 Закона № 100-ФЗ в редакции Федерального закона от 28 декабря 2016 года № 499-ФЗ «О внесении изменения в статью 3 Федерального закона «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации»).
Также, суд считает необходимым отметить, что на момент совершения первой сделки ({Дата изъята} и второй {Дата изъята}.) ФИО3 являлась малолетней, следовательно, в силу возраста не могла их оспорить. В настоящее время, узнав о предъявленных к ней требованиях и являясь лицом, заинтересованным после смерти отца в установлении наследственного имущества, объёма наследственных прав, защите нарушенного права, имеет право обратиться в суд с настоящим иском, направленным на его защиту.
Таким образом, срок обращения в суд за защитой нарушенного права ни одним из истцов не пропущен, в связи с чем спор подлежит разрешению по существу.
Как установлено судом и подтверждается представленными документами, {Дата изъята} администрацией Ленинского района г. Кирова зарегистрировано юридическое лицо - ГСК «Автомобилист-71», место нахождения - 610021, Кировская область, г. Киров, что подтверждается распоряжением от названной даты {Номер изъят}.
Распоряжением администрации Ленинского района г. Кирова от {Дата изъята} {Номер изъят} утверждены дополнительные списки членов ГСК «Автомобилист-71», в том числе под номером {Номер изъят} значится ФИО8 (приложение {Номер изъят} к распоряжению).
Как следует из распоряжения {Номер изъят}, обязанностью кооператива является разработка проектно - сметной документации, строительство гаражей, освоение и благоустройство земельного участка. Указанные мероприятия должны быть произведены за счёт кооператива, то есть его членов.
Как следует из договора от {Дата изъята} ФИО8 продал, а ФИО5 купила гаражный бокс {Номер изъят}, находящийся по ул. Производственной и Солнечной в гаражно - строительном кооперативе «Автомобилист-71», принадлежащий ФИО8 на основании справки, выданной {Дата изъята} ГСК, инвентаризационная оценка составляет 5 643 рубля. Гараж продан ФИО14 за 5000 рублей, расчёт сторонами произведён до подписания договора. Договор составлен нотариусом, один экземпляр остался в нотариальной конторе, по одному выданы сторонам. Дееспособность, а также принадлежность отчуждаемого гаража ФИО8 нотариусом проверены. Договор подлежит регистрации в Администрации Ленинского района г. Кирова.
Таким образом, очевидно, что ФИО8, вступивший в кооператив по строительству гаражей в период брака, построил гараж и произвёл его отчуждение иному лицу без согласования с супругой и до расторжения брака с ней, не указав, что имущество является совместно нажитым.
{Дата изъята} между ФИО5 и ФИО8 был заключен договор, по условиям которого первая продала, а второй купил гараж под {Номер изъят} в ГСК «Автомобилист-71» по ул. Производственной г. Кирова. Инвентаризационная оценка гаража в ценах {Дата изъята} составляет 9 592 рубля, гараж принадлежит продавцу на основании договора купли - продажи от {Дата изъята}, удостоверенного нотариусом ФИО15. Отчуждаемый гараж оценивается сторонами и продан покупателю за 10 000 рублей, которые покупатель выплатил полностью продавцу до подписания договора. Договор подписан сторонами, одновременно с договором в регистрационную палату ФИО5 были представлены заявление о государственной регистрации от {Дата изъята}, технический паспорт БТИ от {Дата изъята}., договор от {Дата изъята}, согласие супруга от {Дата изъята}, документ об оплате регистрации.
В техническом паспорте за {Дата изъята} на гараж отражено, что датой его постройки является {Дата изъята}, что расценивается судом как очевидная описка, учитывая, что строительство гаражей, согласно вышеприведённым документам, было начато не ранее {Дата изъята}., а согласно справке председателя ГСК Ш.М.А. от {Дата изъята}, строительство гаражей первой очереди, куда входит гаражный бокс {Номер изъят}, осуществлялось методом самозастроя в период {Дата изъята}.г. на личные деньги застройщиков.
В материалы дела представлена копия справки, согласно которой с {Дата изъята} ФИО5 являлась членом гаражного кооператива «Автомобилист-71», и ей принадлежит на праве собственности гараж {Номер изъят}, паевой взнос выплачен {Дата изъята}.
К данному документу суд относится критически, оригинал его для сличения не представлен, кем он подписан и заверен - установить не представляется возможным, ФИО5 отрицала какую - либо причастность к названному гаражу до совершения сделки с ФИО8 в {Дата изъята}, членом ГСК никогда не являлась. Ввиду указанного, а также в связи с непредставлением документов, на основании которых справка была выдана, суд полагает названный документ недопустимым доказательством.
Судом в качестве свидетеля была допрошена Б.Л.Л.. пояснившая, что являлась застройщиком гаража, гаражный бокс располагался рядом с боксом ФИО8, кроме того, с самого начала создания кооператива была казначеем. С даты создания кооператива ФИО8 являлся его членом, только он вносил взносы и пользовался гаражом, принимал участие в собраниях кооператива. По документам в кооперативе значилась ФИО5, но данное лицо она никогда не видела, со слов ФИО8 было известно, что по семейным обстоятельствам он строил гараж под фамилией ФИО16. С {Дата изъята} по документам собственником значился ФИО8 ФИО5, присутствующую в зале судебного заседания, она не знает, никогда в гараже не видела.
Свидетелем был представлен оригинал тетради по внесению собственниками кооператива взносов. Согласно данной тетради, свидетель является собственником гаражного бокса {Номер изъят}, собственником гаражного бокса {Номер изъят} числилась ФИО5, при этом последней отрицается наличие её подписей в тетради (период с {Дата изъята} по {Дата изъята}.). Свидетель Б.Л.Л. пояснила, что в тетради расписывался ФИО8 Изменения собственника с ФИО5 на ФИО8 зафиксированы только в {Дата изъята}
В соответствии со ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия (п.2).
Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.
Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.
Согласно ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (п.п. 1,2).
В силу ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.
В соответствии со ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом) (п. 1). Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (п. 5).
Пунктом 2 ст. 168 ГК РФ предусмотрено, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.
Пунктом 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу, п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (абз. 3).
В п. 7 данного постановления указано, что, если совершение сделки нарушает запрет, установленный п. 1 ст. 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пп. 1 или 2 ст. 168 ГК РФ).
Согласно разъяснениям, данным в п. 86 названного Постановления, при разрешении спора о мнимости сделки следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.
Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании п. 1 ст. 170 ГК РФ.
По смыслу приведенных норм Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации для признания сделки недействительной на основании ст. 10 и 168 ГК РФ, а также для признания сделки мнимой на основании ст. 170 этого же кодекса необходимо установить, что стороны сделки действовали недобросовестно, в обход закона и не имели намерения совершить сделку в действительности.
В силу ст. 454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).
Согласно п.1 ст. 549 ГК РФ (ред. на дату совершения сделок) по договору купли - продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (ст. 130).
В ходе рассмотрения дела установлено, что сделка по отчуждению ФИО8 гаража ФИО5 в {Дата изъята} носила мнимый характер и была направлена на сокрытие имущества, его выведение из совместно нажитого при разделе имущества, предполагаемого ФИО8 при расторжении брака с ФИО7 Достоверно установлено и подтверждается совокупностью представленных и исследованных доказательств, что строительство гаражного бокса было начато ФИО8 в {Дата изъята} - {Дата изъята}., когда он состоял в браке с ФИО7 Гараж построен и введён в эксплуатацию также в период брака названных лиц. Документов о введении гаража в эксплуатацию не сохранилось, однако из договора от {Дата изъята}., оформленного нотариусом, следует, что ФИО8 был представлен правоустанавливающий документ - справка, свидетельствующая о выплате паевого взноса, что позволило нотариусу удостовериться в его правомочиях на распоряжение объектом. Отчуждение гаража произведено без ведома ФИО7 в январе {Дата изъята}., то есть все вышеназванные события имели место до расторжения в апреле 1998 года брака между указанными лицами.
Ответчик ФИО5 признала, что сделка купли - продажи носила фиктивный (мнимый) характер, после заключения договора гараж в её собственности не переходил, она им не пользовалась, ключей не имела, взносы не вносила, платежи не оплачивала, деньги за гараж ФИО8 не передавала. На сделку решилась, действуя недобросовестно, о чём сейчас сожалеет, поддавшись уговорам супруга и желая помочь ФИО8 сокрыть имущество в случае, если супруга подаст иск о его разделе. Кроме того, договор был заключен под условием, что когда всё успокоится, гараж она вернёт обратно, что фактически и было совершено. По первому требованию ФИО8 документы были переоформлены и гараж возвращён ему в собственности. При оформлении договора купли - продажи гаража от неё к ФИО8 он деньги ей также не платил, сделка была безденежной. Ей, ФИО5, гараж не был нужен, поскольку на момент совершаемых сделок у её семьи были собственные автомобиль и гараж, в приобретении второго гаража нужды не было, к тому же, они не располагали такими денежными средствами, которые отражены в договоре.
Таким образом, стороны сделки действовали недобросовестно, их целью было не реальное отчуждение объекта и получение за это денежных средств одной стороной и владение и пользование другой, а намерение сокрыть имущество, которое в случае его раздела, было бы определено супругам в равную долевую собственность по 1/2 каждому.
При таких обстоятельствах у суда имеются основания для удовлетворения требований ФИО3 и признании недействительной сделки от {Дата изъята}.
В исковом заявлении датой совершения сделки значится {Дата изъята}, что расценивается судом как описка, поскольку в ходе рассмотрения дела сторона называла дату {Дата изъята}, документы также представлены с названной датой, о чём подробно отражено выше, каких - либо сделок между ФИО8 и ФИО5 {Дата изъята} не заключалось.
Сделку по отчуждению ФИО5 ФИО8 гаражного бокса от {Дата изъята} суд также признаёт недействительной, учитывая порочность первоначальной сделки. На дату совершения сделки гаражом пользовался ФИО8, пользование им не прекращал, денежные средства за гараж ФИО5 он не платил, то есть не осуществлял его покупку. Целью совершения названной сделки являлось переоформление собственности с ФИО5 на ФИО8 по истечении срока давности возможного раздела имущества между бывшими супругами ФИО8 и ФИО7
Рассматривая требования ФИО1 о признании недействительным договора дарения гаражного бокса её супругом ФИО3, суд приходит к следующему.
Основанием для признания договора недействительным истец приводит отсутствие её согласия на отчуждение приобретённого в браке имущества.
Пунктом 2 ст. 218 ГК РФ предусмотрено, что право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.
Согласно ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.
Согласно ст. 576 ГК РФ дарение имущества, находящегося в общей совместной собственности, допускается по согласию всех участников совместной собственности с соблюдением правил, предусмотренных статьей 253 настоящего Кодекса.
Согласно ст. 574 п.3 ГК РФ договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.
В силу п. 1 ст. 131 ГК РФ право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней.
Из системного толкования п. 3 ст. 551, абз.2 п. 1 ст. 556 ГК РФ и п. 61 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 г. № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» следует, что для разрешения иска о государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество по договору дарения следует установить не только наличие документа о передаче имущества, но также установить фактический переход имущества от дарителя к одаряемому.
Как указывалось судом ранее, согласие ФИО1 на приобретение ФИО8 в собственность гаража по договору от {Дата изъята} в Управлении Росреестра отсутствует, при этом в заявлении о государственной регистрации ФИО8 указал, что состоит в браке и имеется несовершеннолетний ребёнок - дочь К.. В данном истец усматривает нарушение её прав, что отражено в ч.1 ст. 173.1 ГК РФ.
Действительно, в силу ст. 173.1 ГК РФ сделка, совершенная без согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, необходимость получения которого предусмотрена законом, является оспоримой, если из закона не следует, что она ничтожна или не влечет правовых последствий для лица, управомоченного давать согласие, при отсутствии такого согласия. Она может быть признана недействительной по иску такого лица или иных лиц, указанных в законе.
Поскольку законом не установлено иное, оспоримая сделка, совершенная без необходимого в силу закона согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, может быть признана недействительной, если доказано, что другая сторона сделки знала или должна была знать об отсутствии на момент совершения сделки необходимого согласия такого лица или такого органа (п.2).
Согласно информации Управления Росреестра по Кировской области на дату совершения оспариваемой сделки - дарения - форма и содержание заявлений о государственной регистрации прав была определена Приказом Минэкономразвития России от {Дата изъята} {Номер изъят}.Заявление ФИО8 о государственной регистрации права на недвижимое имущество от {Дата изъята}, составленное в территориальном отделе МФЦ по Первомайскому району г. Кирова, не содержало отметки о зарегистрированном браке. Иные документы, подтверждающие семейное положение заявителя, в распоряжении Управление отсутствовали, а в силу действовавшего в рассматриваемый период ФЗ от 21.07.1997 №122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним», истребование дополнительных документов не допускалось. Наличие сведений о браке ФИО8 в заявлении от 2003 года не свидетельствует об их сохранении при отчуждении объекта в 2016 г. по договору дарения. Согласно ст. 35 СК РФ супруг, чье нотариально удостоверенное согласие на совершение сделки не было получено, вправе требовать признания сделки недействительной в судебном порядке в течение года со дня, когда он узнал или должен был узнать о совершении данной сделки. Таким образом, сделка по распоряжению общим имуществом супругов при отсутствии согласия другого супруга не является ничтожной, что позволяет осуществлять государственную регистрацию прав на основании такой сделки с одновременным внесением записи в ЕГРН об отсутствии согласия супруга.
Совокупность установленных по делу обстоятельств позволяет суду прийти к выводу, что несмотря на приобретение гаража в браке, совместно нажитым имуществом он не является. Фактически это являлось имуществом ФИО8, оставшимся в его распоряжении (собственности) после расторжения брака с ФИО7 Таким образом, ФИО8 имел право распорядиться принадлежащим лично ему имуществом по своему усмотрению, что и сделал, оформив договор дарения в пользу дочери.
Также суд полагает, что ФИО8, совершая при жизни сделку по отчуждению (дарению) гаража своей дочери, не имел целью и не предполагал нарушение прав истца ФИО1, поскольку был уверен, что производит отчуждение имущества, приобретённого в браке с ФИО7, матерью своей дочери, а не с ФИО1
Далее, сторона истца утверждала, что ответчик после оформления договора дарения не осуществляла пользование гаражом, её вещей там не было, кроме того, по акту гараж не передавался. То есть, указав в иске единственным основанием признания договора дарения недействительным отсутствие согласия супруги на отчуждение совместно нажитого имущества, фактически стороной истца оспаривается реальность совершённого договора, заявляется о мнимости совершённого договора дарения.
В подтверждение позиции сторона обеспечила явку свидетелей, которые были допрошены судом.
Так, свидетели П.А.А., П.Н.А., Г.Е.В., каждый в отдельности, показали, что ФИО8 являлся постоянным пользователем гаража, однако предоставлял его в пользование перечисленным лицам. ФИО3 они там ни разу не видели. Свидетель П.А.А., зять ФИО1, показал, что в {Дата изъята}. купил автомобиль и ФИО8 передал ему ключи от гаража, сказал пользоваться как своим. Он и члены его семьи активно использовали гараж, после покупки в {Дата изъята} сада хранили в овощной яме продукты. О том, что гараж подарен ФИО3, стало известно после смерти ФИО8, т.к. она поменяла замки и ограничила доступ в гараж. По его мнению, ФИО8 злоупотреблял спиртными напитками, поэтому мог подписать документы в неадекватном состоянии.
Свидетель П.Н.Н., брат ФИО1, показал, что примерно с {Дата изъята}. пользовался спорным гаражом, ставил автомобиль. В гараже были вещи, принадлежащие ему и членам его семьи, иных вещей он не видел. С ФИО8 общался каждые выходные, тот не говорил, что подарил гараж К., он вообще о своих детях от первого брака не говорил. ФИО8 употреблял спиртные напитки, мог уйти в запой, но до того, как попал в больницу, работал, на работе проблем не было, он был охранником, ходил трезвый. Когда выпивал, мог вести себя неадекватно. Также ему известно, что ФИО8 вносил платежи за гараж, у них был казначей.
Свидетель Г.Е.В., дочь истца, показала, что их семья пользовалась гаражом, хранили вещи, овощи. О том, что гараж подарен, узнала от мамы, начали искать договор и нашли его в документах. ФИО8 часто пил, особенно в {Дата изъята}, вёл себя неадекватно, она в тот период проживала с мамой и ФИО17 в их квартире. У него случалась «белая горячка», но в больнице он не лежал. В {Дата изъята} от родителей она переехала, а в {Дата изъята} вернулась обратно, поведение ФИО8 не изменилось. Отношения у неё с ФИО8 были хорошие, он относился к ней как к родной дочери, но о своей первой семье не рассказывал. ФИО8 работал, употребление алкоголя не мешало ему работать. Спорным гаражом постоянно пользовались мама, она, сестра с мужем.
Таким образом, допрошенные свидетели признали, что в разные периоды времени пользовались принадлежащим ФИО8 гаражом как своим собственным, хранили в нём вещи, производили ремонт автомобилей и никто не видел там ФИО3, наличие принадлежащих ей вещей оспаривали.
Ответчик ФИО3, в свою очередь, также поясняла, что не видела допрошенных свидетелей в гараже в то время, когда пользовалась им.
Также ответчик представила документы, подтверждающие, что с {Дата изъята} уплачивала налог за подаренный ей отцом гараж с даты совершения сделки, следила за его состоянием, а после смерти отца во избежание доступа посторонних лиц произвела смену одного замка. Следует отметить, истец поясняла, что супруг скончался в больнице, где находился длительный период, таким образом, очевидно, что ключ от гаража оказался у ФИО3 не после смерти отца, а раньше, как она поясняла, после регистрации договора дарения. То обстоятельство, что допрошенные свидетели не видели ответчика в гараже, не опровергает и не ставит под сомнение совершённую сделку, поскольку посещая гараж, ФИО3 их там тоже не наблюдала. Указанное лишь подтверждает, что большой круг лиц в разное время, независимо друг от друга, пользовались гаражным боксом в своих интересах, и пользование гаражом прекратила собственник ФИО3, поменявшая после смерти отца, замок. При этом, следует отметить, истец не оспаривала, напротив, дала показания, что отражено в протоколе судебного заседания, что ей было известно о приходах ФИО3 в гараж для встреч с отцом.
Отсутствие акта передачи гаража, о чём заявляла представитель истца, указывая на недействительность сделки, не свидетельствует о её порочности, поскольку условиями договора дарения предусмотрено, что одаряемый приобретает право собственности на имущество после государственной регистрации перехода права собственности. С момента государственной регистрации права собственности одаряемого указанное имущество считается переданным от дарителя одаряемому.
Как указывалось судом выше, договор от {Дата изъята} был зарегистрирован Управлением Росреестра {Дата изъята}, что отвечает требованиям ст. 223 ГК РФ, согласно которой в случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации; недвижимое имущество признается принадлежащим добросовестному приобретателю на праве собственности с момента такой регистрации, а также ст. 551 п.1 ГК РФ - переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости к покупателю подлежит государственной регистрации.
Таким образом, каких - либо объективных доказательств о мнимости совершённой сделки, стороной истца представлено не было. Злоупотребления правом со стороны ФИО8 при совершении сделки по отчуждению дочери гаража судом установлено не было, договор реально исполнен сторонами. Доказательств, что при совершении спорной сделки стороны не намеревались её исполнять, желая лишь создать видимость возникновения, изменения или прекращения гражданских прав и обязанностей истцом не представлено. До смерти дарителя (более чем пять лет от даты совершения сделки) он не воспользовался своим правом, установленным ст. 577 ГК РФ, не отказался от исполнения договора дарения.
Показания свидетелей о злоупотреблении ФИО8 спиртными напитками не свидетельствуют о пороке его воли на отчуждение в дар гаража дочери, а только характеризуют дарителя как личность. Оснований полагать, что в момент совершения сделки ФИО8 не отдавал отчёт своим действиям и не мог ими руководить не имеется. Ходатайств о назначении в его отношении посмертной психиатрической экспертизы заявлено не было, кроме того, показания ответчика ФИО5 и третьего лица ФИО7 опровергают невозможность ФИО8 давать отчёт своим действиям, обе они показали, что он осознавал свои действия, сам рассказал о совершённой сделке, при этом был доволен тем, что подарил гараж дочери. Истец ФИО1, ответчик ФИО3 также не заявляли о наличии у ФИО8 каких - либо психических отклонений, а также не предполагали совершение им сделки в болезненном состоянии.
При таких обстоятельствах требования ФИО1 о признании недействительным договора дарения удовлетворению не подлежат.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
В удовлетворении иска ФИО1 к ФИО3 о признании недействительным договора дарения от {Дата изъята}, совершённого между ФИО8 и ФИО9 (настоящая фамилия ФИО3) К.А., применении последствий недействительности сделки в отношении недвижимого имущества - гаража (бокс {Номер изъят}), расположенного в ГСК «Автомобилист-71» по {Адрес изъят}, отказать в полном объёме.
Иск ФИО3 удовлетворить.
Признать недействительными сделки купли - продажи, совершённые между ФИО8 и ФИО5 в отношении гаража (бокс {Номер изъят}), расположенного по адресу: {Адрес изъят}, ГСК «Автомобилист-71», кадастровый {Номер изъят} (ранее присвоенный {Номер изъят}):
- от {Дата изъята} по отчуждению ФИО8 гаража ФИО5,
- от {Дата изъята} по отчуждению ФИО5 гаража ФИО8
Применить последствия недействительности сделок в виде прекращения в Едином государственном реестре недвижимости соответствующих регистрационных записей в отношении указанных сделок купли - продажи.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Кировский областной суд в течение месяца путём подачи апелляционной жалобы через Ленинский районный суд г. Кирова с даты изготовления мотивированного решения.
Мотивированное решение изготовлено 15 августа 2022 года.
Судья Н.В. Лопаткина
Решение17.08.2022