УИД: 77RS0003-02-2022-005214-73

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

15 декабря 2022 года Бутырский районный суд города Москвы в составе председательствующего судьи Перовой Т.В., при секретаре Ливадной А.Р., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску № 02-3791/2022 по иску ФИО1 к ФИО2 о признании недействительным договора дарения и применении последствий недействительности сделки,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 о признании недействительным на основании п. 1 ст. 177 ГК РФ договора дарения квартиры по адресу: <...>, заключенного 03.10.2020 между умершим 25.09.2021 ФИО3 и ФИО2, применении последствий недействительности данной сделки, указывая на то, что при заключении оспариваемой сделки приходящийся истцу наследодателем второй очереди ФИО3 не мог отдавать отчет своим действиям и руководить ими.

Дело рассмотрено судом в отсутствие надлежаще извещенных истца ФИО1, ответчика ФИО2, представившей письменный отзыв на иск (л.д. 115), а также третьих лиц ФИО4, нотариуса г. Москвы ФИО5, представителя третьего лица Управления Росреестра по г. Москве, по правилам ч. 3, 4 ст. 167 ГПК РФ.

Исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно п. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Если сделка признана недействительной на основании настоящей статьи, соответственно применяются правила, предусмотренные абз. 2 и 3 п. 1 ст. 171 настоящего Кодекса.

В соответствии с п. 1 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Как усматривается из материалов дела, ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ г.р. являлся собственником квартиры, расположенной по адресу: <...> (запись регистрации от 22.02.2008 № 77-77-02/003/2008-250).

03.10.2020 ФИО3 заключил договор дарения квартиры с ответчиком ФИО2, на основании которого безвозмездно передал в ее собственность указанное жилое помещение (л.д. 118-119).

Данный договор подписан сторонами собственноручно, совершен в простой письменной форме, переход права собственности зарегистрирован в Управлении Росреестра по г. Москве 27.01.2021.

25.09.2021 ФИО3 умер.

11.02.2022 нотариусом г. Москвы ФИО5 на основании заявления ФИО1, заявившей о своих наследственных правах в отношении спорной квартиры, открыто наследственное дело №90/2022 к имуществу ФИО3 (л.д. 79-90).

Сын наследодателя – ФИО4 выразил отказ от причитающейся ему доли наследства в пользу истца, направив нотариусу соответствующее заявление.

Из доводов искового заявления следует, что наследодатель не мог понимать значение своих действий и руководить ими при подписании договора дарения, поскольку на протяжении длительного периода времени страдал деменцией.

С целью проверки доводов сторон судом были допрошены свидетели: ФИО6, ФИО7, ФИО8 и ФИО9 (брат умершего ФИО3).

Вместе с тем, объяснения сторон по делу и показания свидетелей о психическом состоянии и состоянии здоровья наследодателя основаны на их субъективном восприятии его поведения, что в отсутствие заключения специалистов в области психиатрии само по себе недостаточно для решения вопроса о том, отдавал ли он отчет своим действиям и могла ли руководить ими в юридически значимый период времени.

Для выяснения вопроса о способности ФИО3 понимать значение своих действий и руководить ими в момент совершения оспариваемой сделки, определением Бутырского районного суда г. Москвы от 06.10.2022 было назначено проведение посмертной судебно-психиатрической экспертизы.

Согласно заключению комиссии экспертов ФГБУ «НМИЦ ПН» Минздрав России им. В.П. Сербского» от 21.11.2022 №539/з, ФИО3 страдал, в том числе и на момент подписания договора дарения квартиры от 03.10.2020г., непсихотическим органическим расстройством в связи с сосудистым заболеванием головного мозга (F 06.821 по МКБ-10). Об этом свидетельствуют объективные сведения из представленной медицинской документации об отмечавшихся у него атеросклерозе, гипертонической, цереброваскулярной болезни, обусловивших хроническую ишемию головного мозга с интеллектуально-мнестическим снижением, единичным эпизодом спутанности, с дезориентировкой, развившемся на фоне соматического неблагополучия. Вместе с тем, в представленных материалах отсутствуют сведения о том, что у ФИО3 психическое расстройство в период подписания договора дарения квартиры от 03.10.2020г. сопровождалось грубым интеллектуально-мнестическим снижением, расстройством сознания, психотической симптоматикой (бред, галлюцинации и проч.), нарушением критических способностей. Поэтому по своему психическому состоянию ФИО3 в период подписания договора дарения квартиры от 03.10.2022г. мог понимать значение своих действий и руководить ими.

Пунктом 2 ст. 86 ГПК РФ определено, что заключение эксперта должно содержать подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы. В случае, если эксперт при проведении экспертизы установит имеющие значение для рассмотрения и разрешения дела обстоятельства, по поводу которых ему не были поставлены вопросы, он вправе включить выводы об этих обстоятельствах в свое заключение.

Заключение комиссии экспертов ФГБУ «НМИЦ ПН» Минздрав России им. В.П. Сербского» выполнено высококвалифицированными специалистами в области судебно-психиатрической экспертизы, имеющими значительный стаж работы в указанной области, является полным и обоснованным, об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ эксперты до начала экспертизы были предупреждены.

Экспертное исследование полностью соответствует требованиям гражданско-процессуального закона и Федерального закона "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации", удостоверено подписью проводивших его экспертов, стаж работы и квалификация которых, не вызывает у суда сомнений в части компетенции, скреплено печатью учреждения, в котором оно проводилось.

Согласно ст. 17 ГК РФ, способность иметь гражданские права и нести обязанности (гражданская правоспособность) признается в равной мере за всеми гражданами. Правоспособность гражданина возникает в момент его рождения и прекращается смертью. В силу ст. 21 ГК РФ, способность гражданина своими действиями приобретать и осуществлять гражданские права, создавать для себя гражданские обязанности и исполнять их (гражданская дееспособность) возникает в полном объеме с наступлением совершеннолетия, то есть по достижении восемнадцатилетнего возраста. Никто не может быть ограничен в правоспособности и дееспособности иначе, как в случаях и в порядке, установленных законом. (ст. 22 ГК РФ).

Таким образом, закон исходит из презумпции полной право- и дееспособности любого гражданина, если он не ограничен в них в установленном законом порядке. В связи с чем, бремя доказывания того, что лицо не отдавало отчета своим действиям и не могло руководить ими в момент совершения сделки лежит на истце. Ответчик не должен доказывать обратного, т.к. это проистекает из требований ст. ст. 17, 21, 22 ГК РФ.

Оценивая представленные доказательства в совокупности, в соответствии с положениями ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу, что истцом допустимых и достоверных доказательств наличия обстоятельств, являющихся основанием к признанию спорного договора дарения от 03.10.2020 недействительными по ст. 177 ГК РФ не представлено.

Поскольку в ходе судебного разбирательства не установлено, что при заключении договора дарения ФИО3 не понимал значение своих действий и не мог руководить своими поступками в силу состояния здоровья, оснований для удовлетворения заявленных требований у суда не имеется.

Доводы истца ФИО1 и представленные ею в обоснование заявленного иска доказательства, в том числе показания допрошенных судом свидетелей, не принимаются во внимание, поскольку не содержат фактов, которые имели бы юридическое значение при решении вопроса об отстранении ответчика от наследования по закону и не создают правовых последствий для иного результата разрешения спора.

Руководствуясь ст. ст. 193-199 ГПК РФ,

решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о признании недействительным договора дарения и применении последствий недействительности сделки, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Московский городской суд через Бутырский районный суд города Москвы в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Т.В. Перова

Решение суда в окончательной форме изготовлено 29.12.2022.