КОПИЯ
Решение в окончательной форме изготовлено 14 ноября 2022 года
Дело №2-1048/2022
УИД 66RS0033-01-2022-001511-23
Решение
Именем Российской Федерации
г. Краснотурьинск 08 ноября 2022 года
Краснотурьинский городской суд Свердловской области в составе:
председательствующего судьи Сёмкиной Т.М.,
секретаря судебного заседания Слюсарь А.С.,
с участием помощника прокурора г. Краснотурьинска Кислицына Н.В.,
истца ФИО1, участие которой обеспечено посредством видео-конференц связи,
представителя ответчика и третьего лица ФИО2, действующей на основании доверенности от 09.03.2022 года в интересах ФКУ ИК-16 ГУФСИН России по СО, а также на основании доверенности от 08.04.2022 года в интересах ГУФСИН России по СО,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Федеральному казенному учреждению «Исправительная колония №16» Главного управления федеральной службы исполнения наказаний России по Свердловской области о взыскании денежных средств за выполненные работы, компенсации за незаконное привлечение к труду,
установил:
ФИО1 обратилась в суд с иском к ФКУ ИК №16 ГУФСИН России по Свердловской области указав, что она отбывает наказание в виде лишения свободы в указанном исправительном учреждении. С 09.07.2021 года до конца июля 2022 года администрацией ФКУ ИК №16 было дано распоряжение выполнить строительные работы прогулочных двориков и одной камеры ШИЗО №2. Ей были выданы строительные материалы, инструменты, также было дано указание о том, чтобы она взяла в помощники осуждённую Свидетель №1 До конца июля ею были проведены работы по подготовке стен прогулочных двориков, шпатлевке, окраске известью. На просьбу оплатить произведенные работы, ей ответили отказом. В связи с изложенным, истец просит взыскать с ФКУ ИК 16 денежные средства в размере 35 000 руб., а также компенсацию за незаконное привлечение к тяжелому труду без оплаты труда.
Определением суда от 16.09.2022 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика, привлечено Главное управление федеральной службы исполнения наказаний России по Свердловской области.
В судебном заседании ФИО1 исковые требования поддержала и пояснила, что она отбывает наказание в ФКУ ИК 16 г. Краснотурьинска. С 04.07.2022 года её поместили для отбывания в отряд строгих условий, где также содержались осужденные ФИО4 и ФИО3. С 09.07.2022 года их вывели на работы по ремонту прогулочных двориков и одной камеры ШИЗО. Фронт работы был обозначен – подготовить стены, зашпатлевать, затем побелить. Несколько дней они работали вместе, затем работала она одна. Выводили её практически каждый день, за исключением дней, когда на улице шел дождь. Она выполнила все необходимые работы к концу июля 2022 года. Работа осуществлялась с помощью инструмента, который ей был выдан – шпатель, молоток, кисть. Также ей были выданы строительные материалы. В процессе проведения работ она обратилась к Квасневскому, осуществлявшему контроль, с просьбой оплаты работ, однако получила отказ. Она считает, что произведенные ею работы должны быть оплачены
исходя из средних расценок, существующих на рынке труда, в сумме 35 000 руб. Кроме того, поскольку её незаконно привлекли к тяжелому труду без оплаты, а также поскольку она испытывала физические страдания, выполняя тяжелую работу при наличии у неё заболеваний, она просит взыскать компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб.
Представитель ответчика и третьего лица ФИО2 в судебном заседании пояснила, что с исковыми требованиями не согласна по следующим основаниям. ФИО1 прибыла в ФКУ ИК-16 для отбытия наказания 30.04.2021 года. Была трудоустроена со 02.08.2021 года по 17.01.2022 года на швейном производстве, привлечение к труду было прекращено в связи с нарушением порядка отбывания наказания и неисполнительностью. В связи с признанием злостным нарушителем отбывания наказания была помещена в строгие условия отбывания наказания. 05.01.2022 года была переведена в помещение камерного типа. 05.07.2022 года вновь переведена в отряд строгих условий отбывания наказания. После перевода в отряд, ФИО1 обратилась к начальнику отдела безопасности <ФИО>5 с просьбой о выведении на общественные работы. 09.07.2022 года ФИО1 написала заявление, в котором выразила согласие на привлечение к работам без оплаты на основании ст. 106 УИК РФ сверхурочно. После этого, она выводилась для выполнения работ по побелке стен отряда строгих условий отбывания наказания и ограждений локального участка прогулочного дворика. Григорьевой выдавались кисть и известь. Молоток, шпатель не могли быть выданы истцу ФИО1, поскольку она содержится в строгих условиях, состоит на учете как лицо, склонное к нарушению порядка, членовредительству. ФИО1, ФИО4, ФИО3 выводились строго по графику, совместно выполнять работы не могли. Во время проведения работ, ФИО1 не жаловалась на плохое самочувствие, за медицинской помощью не обращалась, по документам она трудоспособна без ограничений. Кроме того, в части объема выполненных работ, ФИО1, находясь в отряде строгих условий отбывания наказания, не могла находиться в помещении ШИЗО и выполнять какие-либо работы, в отряде СУОН только один прогулочный дворик, остальные дворики расположены в зоне нахождения камер ШИЗО, куда доступ осужденных, не содержащихся в данных условиях, запрещен. Более того, при необходимости проведения ремонтных либо штукатурно-малярных работ привлекаются специально обученные осужденные, которые выполняют работу за соответствующую оплату. Необходимости привлечения ФИО1 к такого вида работам, не имелось.
Выслушав стороны, свидетелей, заключение помощника прокурора, полагавшего заявленные исковые требования не подлежащими удовлетворению, а также исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему выводу.
Согласно сведениям, имеющимся в деле, ФИО1 <дата обезличена> рождения отбывает наказание в виде лишения свободы в ФКУ ИК №16 ГУФСИН России по Свердловской области по приговору Асбестовского городского суда Свердловской области от 23.07.2020 года, срок наказания 10 лет (л.д. 3-5).
Во время отбывания наказания в ФКУ ИК-16 ГУФСИН России по Свердловской области ФИО1 была трудоустроена со 02.08.2021 года по 17.01.2022 года в должности швеи 1 квалификационного разряда учебно-производственного швейного участка. Привлечение к труду прекращено в связи с нарушением порядка и условий отбывания наказания (л.д. 58-61).
В соответствии с графиком работ по благоустройству территории отряда СУОН на 2022 год (ст. 106 УИК РФ) ФИО1 должна была быть привлечена к выполнению указанных работ в июле два раза в неделю по вторникам и субботам, в августе два раза в неделю по понедельникам и субботам (л.д.62).
09.07.2022 года осужденной ФИО1 на имя начальника учреждения было подано заявление с просьбой выводить её на работы по ст. 106 УИК РФ сверхурочно по собственному желанию с 09.07.2022 года по сентябрь 2022 года (л.д. 63).
В судебном заседании, на основании показаний истца ФИО1, свидетелей Свидетель №1, Свидетель №2, <ФИО>5, <ФИО>6 установлено, что ФИО1 действительно в июле 2022 года производила работы по ремонту помещений на территории колонии.
В настоящее время истцом ФИО1 поставлен вопрос о взыскании оплаты за выполненный ею труд и компенсации морального вреда в связи с нарушением норм трудового законодательства. При оценке правомерности заявленных требований, суд исходит из следующего.
Статьей 37 Конституции Российской Федерации предусмотрены основные права граждан в сфере осуществления трудовой деятельности. А именно, указано о том, что труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.
Принудительный труд запрещен.
Каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, на вознаграждение за труд без какой бы то ни было дискриминации и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда, а также право на защиту от безработицы.
В то же время положения ст. 17 Конституции Российской Федерации говорят о том, что в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией. Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения.
При этом, осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.
Конституционным судом Российской Федерации в определении от 24.03.2005 N 152-О разъяснено о том, что применительно к лицам, совершившим преступления, ограничения прав и свобод устанавливаются федеральным законом, прежде всего в виде наказания, заключающегося согласно статье 43 Уголовного кодекса Российской Федерации в лишении или ограничении их прав и свобод. При этом в соответствии с частью второй статьи 10 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации осужденным при исполнении наказания гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации; они не могут быть освобождены от исполнения своих гражданских обязанностей, кроме случаев, установленных федеральным законодательством.
Предусмотренный уголовно-исполнительным законодательством статус осужденных предполагает, в частности, необходимость соблюдения ими принятых в обществе правил, создающих основу для установления обязанности осужденных по обеспечению надлежащего порядка, в том числе по соблюдению правил санитарии и гигиены, в местах их проживания и работы. Эти правила предполагают обязательность выполнения осужденными работ, связанных с благоустройством мест отбывания ими наказания, которые, как следует из статьи 2 (подпункт "е" пункта 2) Конвенции МОТ N 29 от 28 июня 1930 года относительно принудительного или обязательного труда и статьи 4 (подпункт "d" пункта 3) Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 года, не могут расцениваться как принудительный или обязательный труд, поскольку работы общинного характера, выполняемые для прямой пользы коллектива членами данного коллектива, считаются их обычными гражданскими обязанностями.
Привлечение осужденных в установленном законом порядке к такого рода работам не может расцениваться как произвольное возложение на них дополнительных обязанностей, поскольку, назначая осужденному наказание в виде лишения свободы, суд уже тем самым предопределяет необходимость и возможность использования в силу закона (часть вторая статьи 9 УИК Российской Федерации) в качестве одного из основных средств исправления осужденных их привлечение к общественно полезному труду.
Особенности привлечения осужденных к труду и к выполнению общественных работ предусмотрены главой 14 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации.
Согласно ч. 1 ст. 103 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, каждый осужденный к лишению свободы обязан трудиться в местах и на работах, определяемых администрацией исправительных учреждений.
Осужденные к лишению свободы имеют право на оплату труда в соответствии с законодательством Российской Федерации о труде (ч. 1 ст. 105 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации).
Осужденные к лишению свободы могут привлекаться без оплаты труда только к выполнению работ по благоустройству исправительных учреждений и прилегающих к ним территорий. К указанным работам осужденные привлекаются в порядке очередности в свободное от работы время, их продолжительность не должна превышать двух часов в неделю. Продолжительность работ может быть увеличена по письменному заявлению осужденного либо при необходимости проведения срочных работ постановлением начальника исправительного учреждения (ч. 1,3 ст. 106 уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации).
Таким образом, законом предусмотрена возможность привлечения осужденных к выполнению работ без оплаты с соблюдением приведенных выше условий. Привлечение осужденных к такого рода работам не нарушает права лиц, осужденных к лишению свободы, и служит средством их исправления, а также является способом соблюдения ими надлежащего порядка в местах нахождения.
Кроме того, как следует из приведенных выше нормам закона, согласие осужденного не является обязательным условием для привлечения его к выполнению работ в порядке ст. 106 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации. Выполнение такого рода работ является обязанностью осужденного и оплата за данные работы не производится.
Как установлено в судебном заседании, осужденная ФИО1 в июле 2022 года была привлечена администрацией ФКУ ИК-16 ГУФСИ России по СО к проведению ремонтных работ в помещениях отряда строгих условий отбывания наказания.
При выводе на данные работы осужденной ФИО1 было сообщено о том, что работы являются не оплачиваемыми, выполняются согласно ст. 106 УИК РФ, что подтверждается написанным ею заявлением (л.д. 63). Согласие осужденной на выполнение данных работ не требовалось.
Выполняемые осужденной работы по побелке стен являются обычными бытовыми работами, не требующими специальных профессиональных знаний и умений.
Выполнение несложных работ по ремонту помещений исправительной колонии осужденными, привлеченными к работам в порядке ст. 106УИК РФ предусмотрено инструкцией, утвержденной начальником исправительной колонии 11.11.2021 года (л.д. 23-25).
Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля Свидетель №3, являющийся специалистом по охране труда ФКУ ИК-16 ГУФСИН Росси по СО также в судебном заседании пояснил, что работы по окраске и побелке стен часто выполняются осужденными, привлекаемыми к работам без оплаты, поскольку они не относятся к сложным и не требуют специальных навыков.
Доказательств того, что истцом выполнялись сложные ремонтные работы с применением специальных инструментов и строительных материалов, материалы дела не содержат. Так, согласно журналу учета выдачи инструмента, в июле 2022 года ФИО1 специальный строительный инструмент (шпатель, молоток и т.д.) не выдавался (л.д. 114-162). Согласно справке начальника ОКБИиХО, строительные материалы для нужд отдела безопасности в июле 2022 года не выдавались (л.д. 113).
Допрошенные в судебном заседании свидетели <ФИО>5 и <ФИО>6 пояснили, что <ФИО>7 выводилась в июле 2022 года согласно графику, выполняла работы по побелке прогулочного дворика отряда СУОН, в котором содержалась. Также ФИО5 пояснил, что до осужденной доводилась информация о том, что она выполняет работы по ст. 106 УИК РФ без оплаты и никаких требований об оплате от осужденной не поступало.
К показаниям свидетелей Свидетель №1 и Свидетель №2 том, что ФИО1 и они выполняли работу по очистке стен с помощью шпателей, а также о том, что ФИО1 произвела ремонт семи прогулочных двориков и камеры ШИЗО, суд относится критически, поскольку данным свидетелям специальный инструмент согласно журналу выдачи также не выдавался, кроме того, график работы на июль 2022 года ФИО1, ФИО4 и ФИО3 составлен таким образом, что они выполняли работы в разные дни недели, и, согласно показаниям свидетелей Квасневского и ФИО6, не могли выводится на работы одновременно.
Более того, помещения камер ШИЗО и шести прогулочных двориков отделены от помещения отряда СУОН, что следует из технического паспорта дисциплинарного изолятора. Свободное перемещение между данными помещениями осужденных исключено согласно правилам внутреннего распорядка (п. 576 гл. 35 приказа Минюста России от 04.07.2022 года №).
Таким образом, осужденной ФИО1 выполнялись несложные ремонтные работы помещения отряда СУОН, а именно – побелка стен. Данные работы относятся к работам по благоустройству исправительных учреждений и оплате не подлежат. Соответственно, между истцом и ответчиком не возникли трудовые отношения, а также гражданско-правовые отношения по выполнению работ по возмездному договору, в связи с чем, оснований для удовлетворения требований ФИО1 о взыскании денежных средств за выполненные ею работы, не имеется.
В части требований ФИО1 о взыскании с ответчика в её пользу компенсации морального вреда в связи с привлечением к тяжелому труду, суд приходит к следующему.
Согласно ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
Статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.
Таким образом, общим основанием для присуждения лицу денежной компенсации морального вреда является нарушение личных неимущественных прав, либо посягательство на принадлежащие гражданину нематериальные блага. В сфере трудовых отношений основанием для возложения обязанности по компенсации морального вреда является установление неправомерности действий либо бездействия работодателя.
В данном случае, названные основания для присуждения компенсации морального вреда, не установлены. ФИО1 была правомерно привлечена к выполнению работ по благоустройству исправительного учреждения, более того, выразила свое согласие на выполнение работ сверх предусмотренного количества часов, нарушение её прав при привлечении к выполнению работ не установлено. Также не установлен факт трудовых отношений, поскольку выполняемая осужденной работа носила иной характер и не подлежит оплате по правилам Трудового кодекса Российской Федерации.
Каких-либо доказательство того, что ФИО1 привлекалась к выполнению работ при наличии жалоб на состояние здоровья, либо испытывала физические страдания боль в связи с выполнением работ, которые не могла выполнять по состоянию здоровья, не представлено.
Так, допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля <ФИО>8, работающая в должности фельдшера здравпункта при ФКУ ИК-16 ГУФСИН России по СО, в судебном заседании пояснила, что в медицинской документации на имя ФИО1 не имеется данных об ограничениях к труду, в июле 2022 года за медицинской помощью ФИО1 не обращалась, с жалобами на боли, плохое самочувствие также не обращалась.
Указанные показания свидетеля подтверждены медицинским справками, копией журнала приема осужденных, содержащихся в ОСУОН, ШИЗО, ПКТ медицинским работником, а также копией карты амбулаторного больного ФИО1 (л.д. 163-177).
Таким образом, оснований для присуждения компенсации морального вреда в пользу истца также не имеется.
На основании изложенного, руководствуясь ст., ст. 198-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,
решил:
иск ФИО1 к Федеральному казенному учреждению «Исправительная колония №16» Главного управления федеральной службы исполнения наказаний России по Свердловской области о взыскании денежных средств за выполненные работы, компенсации за незаконное привлечение к труду оставить без удовлетворения.
На решение может быть принесена апелляционная жалоба в течение одного месяца со дня его изготовления в окончательной форме в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда через Краснотурьинский городской суд Свердловской области.
Председательствующий судья (подпись) Сёмкина Т.М.