Председательствующий: судья Голомазова О.В. Дело № 22-6751/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Красноярск 31 августа 2023 года

Судебная коллегия по уголовным делам Красноярского краевого суда в составе:

председательствующего - судьи Скорняковой А.И.,

судей Абрамовой Н.Ю., Измаденова А.И.,

при помощнике судьи Гагариной О.А.,

с участием прокурора Красноярской краевой прокуратуры Галиной Н.В.,

защитника - адвоката Терешкова Р.Н.,

осужденного ФИО1, посредством видео-конференц-связи,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе (основной и дополнительной) осужденного ФИО1, апелляционному представлению государственного обвинителя - старшего помощника прокурора Ленинского района г. Красноярска Стреж М.В. на приговор Ленинского районного суда г. Красноярска от 17 мая 2022 года, которым

ФИО1, родившийся <дата> в <адрес>, гражданин РФ, судимый:

1) <дата> мировым судьей судебного участка № в <адрес> по ч. 3 ст. 30 ч. 1 ст. 158 УК РФ к 5 месяцам лишения свободы;

2) <дата> Ленинским районным судом <адрес> по п. «а, в» ч. 2 ст. 161 УК РФ, с применением ч.5 ст.69 УК РФ (приговор от <дата>) к 4 годам 3 месяцам лишения свободы, освобожден <дата> по отбытии срока наказания;

осужден:

по ч. 3 ст. 30, п. «а, г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ к лишению свободы сроком на 10 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

На основании ст. 22 УК РФ, п. «в» ч. 1 ст. 97 УК РФ, ч. 2 ст. 99 УК РФ ФИО1 назначена принудительная мера медицинского характера в виде принудительного наблюдения и лечения у врача-психиатра в амбулаторных условиях;

Приговором разрешены вопросы о мере пресечения, о зачете времени содержания под стражей в срок лишения свободы, судьба вещественных доказательств по делу.

Заслушав доклад судьи Абрамовой Н.Ю. по материалам уголовного дела, доводам апелляционных жалоб осужденного, апелляционного представления, выслушав осужденного ФИО1, в его интересах адвоката Терешкова Р.Н., поддержавших доводы жалоб, возражавших против удовлетворения апелляционного представления, мнение прокурора Галиной Н.В., полагавшей приговор подлежащим изменению по доводам апелляционного представления, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 признан виновным и осужден за покушение на незаконный сбыт наркотических средств PVP (синонимы: а-пирролидиновалерофенон, 1 -фенил-2-(пирролидин-1 -ил)пентан-1-он), который является производным наркотического средства <данные изъяты> грамм, с использованием информационно-телекоммуникационной сети Интернет, организованной группой, в крупном размере, совершенном в <адрес>, при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре суда.

В апелляционных жалобах (основной и дополнительной) осужденный ФИО1 ставит вопрос об отмене приговора, указав, что его действия неверно квалифицированы судом по признаку совершения преступления в составе организованной группы, поскольку другие лица, входящие в ее состав, не установлены, равно как и не установлены признаки устойчивости и организованности группы, длительность периода ее существования, взаимодействия членов, совершение систематических тяжких преступлений.

Указывает, что материалами уголовного дела не подтвержден его умысел на сбыт наркотических средств. Он не намеревался реализовывать наркотические средства, а должен был разместить наркотические средства в тайники, передавать информацию о месте их хранения тому же лицу, которому они принадлежат. О том, что данные наркотические средства впоследствии будут реализовываться, ему известно не было, в связи с чем его действия должны быть квалифицированы как перевозка наркотических средств без цели сбыта. Кроме того, считает, что с учетом отсутствия у сотрудников полиции какой-либо информации о наличии у него при себе наркотических средств, он подлежит освобождению от уголовной ответственности в связи с добровольной их выдачей.

Также обращает внимание на нарушение порядка изъятия наркотических веществ, поскольку упаковки с изъятыми веществами в его присутствии не опечатывались, ни он, ни понятые на упаковках не расписывались, на упаковках не отражены сведения о лице, у которого произведено изъятие, что, по его мнению, вызывает сомнение в том, что изъятые у него вещества являлись наркотическими средствами и не были подменены сотрудниками полиции, в подтверждение ходатайствует об исследовании протокола личного досмотра, протокола обследования участка местности, показаний свидетеля ФИО20, ФИО21, материалов ОРМ. Кроме того, упаковки со смывами также надлежащим образом не оформлены и не опечатаны, на них отсутствует его роспись, а также роспись специалиста.

Кроме того, полагает, что в ходе предварительного расследования был нарушен порядок назначения и производства химической экспертизы, а также судебно – психиатрической экспертизы, сама химическая экспертиза, по его мнению, не содержит научно-обоснованных выводов относительно исследуемого вещества, произведенных действиях, применяемого оборудования. С постановлениями о назначении химической и судебно-психиатрической экспертизы он был ознакомлен после ее проведения, чем также нарушило его право на постановку дополнительных вопросов перед экспертом. В подтверждение доводов ходатайствует об исследовании постановлений о назначении экспертиз, постановлений об ознакомлении с экспертизами, заключения экспертов, протокола осмотра предметов, вещественные доказательства (первоначальные упаковки от наркотиков, смывов с рук).

Также обращает внимание на допущенное, по его мнению, нарушение права на защиту в ходе предварительного расследования, поскольку с момента задержания адвокат ему предоставлен не был, о дне предъявления обвинения он также своевременно не извещен, в связи с чем, полагает, что последующие допросы в качестве обвиняемого и следственные действия с его участия являются недопустимыми доказательствами.

Судебное следствие, по его мнению, председательствующим велось с обвинительным уклоном, поскольку суд не удовлетворил ни одного ходатайства стороны защиты, кроме того, нарушил его право на защиту, отказав в удовлетворении ходатайства об отказе от защитника, которое просит исследовать, не произведя его замену, а также разрешил все ходатайства о признании недопустимым доказательств при постановлении приговора, а не после их заявления в судебном заседании с вынесением отдельного постановления, чем нарушил его право вновь заявить ходатайства по дополнительным обстоятельствам, кроме того, полагает, что суд необоснованно отказал и в удовлетворении его ходатайства о допросе свидетелей ФИО22 и ФИО23.

Обращает внимание на то, что суд сослался в приговоре на показания сотрудника полиции Свидетель №2 об обстоятельствах, ставших ему известными с его слов, что является недопустимым. Также полагает, что являются недопустимыми доказательствами протокол личного досмотра, проведенный в рамках КоАП РФ, протокол исследования его телефона от <дата>, проведенный до возбуждения уголовного дела при отсутствии постановления руководителя органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность и без соответствующего решения суда, протокол осмотра предметов при отсутствии на это решения суда, рапорт оперуполномоченного об обнаружении преступления, протокол обследования участка местности от <дата>, который также проведен до возбуждения уголовного дела и в отсутствие защитника.

При назначении наказания, по его мнению, суд не в полной мере учел все смягчающие наказание обстоятельства и назначил ему чрезмерно суровое наказание, не приняв во внимание тот факт, что в ходе предварительного расследования он давал последовательные показания, участвовал в изобличении лиц, причастных к незаконному обороту наркотических средств, не учел суд и состояние здоровья, вследствие наличия хронических заболеваний, что подтверждается справками; необоснованно признал наличие опасного рецидива, тогда как в обвинительном заключении было указано на наличие рецидива, указав иной вид рецидива, суд нарушил требования ст.252 УПК РФ.

Просит исследовать протокол судебных заседаний суда первой инстанции, в подтверждение того, что протокол судебного заседания не соответствует требованиям ст.259 УПК РФ, в нем отражены действия суда не в том порядке, в каком они имели место в ходе судебного разбирательства, неверно указано время начала и окончания судебного разбирательства, не отражено время удаления суда в совещательные комнаты и время возвращения из них, не отражено время объявления перерывов, показания свидетелей изложены не в полном объеме, не указаны задаваемые вопросы, не отражены в полном объеме заявленные им ходатайства, что является существенным нарушением уголовно-процессуального закона и влечет отмену приговора.

Обращает также внимание на то, что во вводной части приговора судом неверно указано о его регистрации по адресу: <адрес>, где он фактически не проживал. Кроме того, на этапе апелляционного обжалования суд вынес постановление об ограничении его в ознакомлении с материалами дела в его отсутствие без учета его доводов, чем нарушено его право на защиту.

В поступивших возражениях помощник прокурора Ленинского района г. Красноярска Кемаев С.А. по доводам апелляционных жалоб просит приговор оставить без изменения.

В апелляционном представлении государственный обвинитель - старший помощник прокурора Ленинского района г. Красноярска Стреж М.В., не оспаривая доказанность вины осужденного и квалификацию его действий, просит приговор изменить в связи с неверным применением уголовного закона. Указывает, что суд необоснованно учел в качестве смягчающего наказание обстоятельства ФИО1 совершение им преступления в силу стечения тяжелых жизненных обстоятельств, при этом свои выводы в данной части не мотивировал. Данных, свидетельствующих о наличии у подсудимого тяжелой жизненной ситуации, из материалов уголовного дела не следует. Просит исключить из приговора указание на данное смягчающее наказание и усилить размер назначенного наказания.

Осужденным поданы возражения на апелляционное представление прокурора, в которых он указывает о совершении преступления в силу стечения тяжелых жизненных обстоятельств.

Проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в апелляционных жалобах и апелляционном представлении, судебная коллегия без повторного исследования в судебном заседании доказательств исследованных судом первой инстанции, в связи с отсутствием к этому оснований и ходатайств со стороны участников процесса, в том числе осужденного, приходит к следующим выводам.

Виновность ФИО1 в совершении преступления, за которое он осужден, установлена совокупностью доказательств, всесторонне, полно и объективно исследованных в судебном заседании, приведенных в приговоре и получивших оценку суда в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ.

Все обстоятельства, подлежащие доказыванию, установлены судом полно и правильно, а выводы суда о доказанности вины осужденного ФИО1 соответствуют фактическим обстоятельствам дела и в достаточной мере мотивированы.

Обвинительный приговор в отношении ФИО1 соответствует требованиям ст. 307 УПК РФ.

Все доказательства, положенные в основу приговора, получены с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства РФ и, как следует из протокола судебного заседания, исследованы в судебном заседании с участием сторон, в соответствии с требованиями ст. 87, 88 УПК РФ тщательно проверены судом первой инстанции путем их сопоставления с другими доказательствами, и оценены с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в своей совокупности обоснованно признаны достаточными для разрешения уголовного дела по существу.

В судебном заседании ФИО1 свою вину в совершении преступления признал частично, пояснив, что сбытом наркотических средств в составе организованной группы не занимался, полагал, что его действия по размещению «закладок» не является сбытом, а должны квалифицироваться как незаконные хранение и перевозка наркотических средств.

При этом ФИО1 подтвердил свои показания, данные в ходе предварительного расследования, о своей работе в качестве «курьера» в интернет-магазине по распространению наркотических средств путем размещения их в тайники-закладки за плату по указанию «оператора», о получении им 14 марта 2021 года через сеть «Интернет» от «оператора» сообщения о местонахождении партии наркотических средств с указанием о размещении «закладок» в Ленинском районе г. Красноярска. При этом часть свертков он успел разместить в тайники, оставшаяся часть у него была изъята сотрудниками полиции при задержании.

Дав оценку показаниям ФИО1, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о доказанности виновности осужденного в совершении преступления при установленных судом обстоятельствах. При этом указанные выводы суда основаны на совокупности доказательств, исследованных в судебном заседании.

Так, будучи допрошенными в судебном заседании сотрудники полиции Свидетель №1 и Свидетель №2 подтвердили факт задержания ФИО1 и изъятия у него свертков с наркотическим средством, а также факт обнаружения в его телефоне адресов сделанных им «закладок» с наркотическим средством.

Свидетель Свидетель №3 в судебном заседании и свидетель ФИО13 в ходе предварительного расследования подтвердили свое участие в качестве понятых – Свидетель №3 при производстве личного досмотра осужденного, а ФИО13 при обследовании участков местности, проведенного с участием ФИО1, в ходе которых были изъяты свертки с наркотическим веществом.

Показания допрошенных свидетелей судом обоснованно признаны достоверными, поскольку они являются последовательными, согласуются между собой, не содержат противоречий, и подтверждаются иными исследованными в судебном заседании доказательствами, в том числе протоколом личного досмотра ФИО1, в ходе которого у него были обнаружены и изъяты три полиэтиленовых свертка черного цвета и один полиэтиленовый пакетик с находящимся внутри порошком белого цвета, а также сотовый телефон (т. 1 л.д. 37), протоколом исследования сотового телефона ФИО1, в ходе которого в мессенджере «Telegram» обнаружена переписка с пользователем «dober man», свидетельствующая о координации последним деятельности ФИО1 в сфере незаконного оборота наркотических средств (т. 1 л.д. 53-55) и рапортом об установлении в ходе осмотра телефона мест расположения «тайников-закладок» (т. 1 л.д. 51); протоколом обследования участков местности, проведенного с участием ФИО1, в ходе которого на <адрес> «а»/540, на <адрес> «а»/619, на <адрес> и на <адрес> в <адрес> обнаружены и изъяты полимерные свертки черного цвета (т. 1 л.д. 56-63), протоколом последующего осмотра телефона осужденного, в ходе которого была обнаружена переписка, свидетельствующая о незаконной деятельности ФИО1 в качестве «курьера» в составе организованной группы по распространению наркотических средств (т. 1 л.д. 97-179), протоколом осмотра изъятых из незаконного оборота наркотических средств (т. 1 л.д. 86-91); протоколом осмотра места происшествия (т.1 л.д. 236-238). Согласно справок об исследовании и заключению проведенной по делу судебной химической экспертизы № от <дата>, изъятое в ходе личного досмотра ФИО1 вещество, содержит в своем составе PVP (синонимы: а-пирролидиновалерофенон; 1-фенил-2-(пирролидин-1-ил)пентан-1-он), который является производным наркотического средства N-метилэфедрона, общей массой 1,731 грамм; вещество, изъятое в ходе обследования участков местности <дата> также содержит в своем составе PVP (синонимы: а-пирролидиновалерофенон; 1-фенил-2-(пирролидин-1-ил)пентан-1он), который является производным наркотического средства N-метилэфедрона, общей массой 2,088 грамм. На марлевых тампонах со смывами с рук ФИО1 обнаружено следовое количество указанного вещества (т. 1 л.д. 39, л.д. 65, л.д. 75-84).

При наличии указанных, а также иных приведенных в приговоре доказательств, вывод суда первой инстанции о доказанности вины ФИО1 в совершении преступления у судебной коллегии сомнений не вызывает.

Судебная коллегия не может согласиться с доводами осужденного о признании недопустимыми доказательствами его показаний, данных в ходе предварительного расследования, которые были оглашены в судебном заседании. Указанные допросы осужденного проведены в соответствии с требованиями УПК РФ, в присутствии адвоката. Перед допросами ФИО1 были разъяснены соответствующие положения уголовно-процессуального закона, его право не свидетельствовать против себя, а также то, что его показания могут быть использованы в качестве доказательства по делу. В ходе допросов ФИО1, в присутствии защитника, согласился дать показания, не заявляя о каких-либо обстоятельствах, препятствующих своему допросу, в том числе о неготовности к даче показаний в связи с несвоевременным уведомлением о дне предъявления обвинения, о чем осужденным указано в апелляционной жалобе. После составления протоколов он был подписан всеми участниками, от которых каких-либо замечаний также не поступило.

Доводы осужденного о недопустимости доказательств, а именно, протокола личного досмотра и протокола обследования участков местности, проведенных до возбуждения уголовного дела, протокола его осмотра телефона, заключения проведенной по делу химической экспертизы, являлись предметом оценки судом первой инстанции, указанные документы были исследованы судом, доводы об их недопустимости обоснованно отклонены как недостоверные, с приведением подробного обоснования, с чем соглашается судебная коллегия.

Как верно установлено судом, личный досмотр ФИО1 проведен уполномоченным на то лицом, при исполнении своих должностных обязанностей, в пределах полномочий, предоставленных ФЗ «О полиции», с участием понятых, с разъяснением им прав и обязанностей. При этом, вопреки доводам жалобы осужденного, составление протокола личного досмотра до возбуждения уголовного дела, требованиям закона не противоречит.

Утверждение осужденного о нарушении порядка изъятия у него наркотических средств, смывов с рук, опровергаются материалами дела, согласно которым изъятие наркотических средств и сотового телефона проведены в присутствии ФИО1 и понятых, от которых каких-либо замечаний не поступило. Оснований сомневаться в правильности и полноте занесенной в протокол личного досмотра ФИО1 информации, в том числе в части изъятия наркотических средств, которые впоследствии были переданы для проведения исследования в упакованном виде, не имеется. Смывы с рук осужденного, вопреки его доводам, также были упакованы в установленном порядке, в присутствии ФИО1 (т. 1 л.д. 66).

Судебная коллегия не может согласиться и с доводами о том, что осмотр телефона ФИО1 был проведен с нарушением требований закона, без получения судебного решения. Осмотр телефона ФИО1 проведен в рамках ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», с целью получения имеющей значение для уголовного дела информации, что не предполагает вынесения об этом специального судебного решения. Кроме того, телефон ФИО1 осматривался сотрудниками полиции с согласия осужденного, о чем свидетельствует имеющееся в деле заявление последнего (т. 1 л.д. 52).

Проведение ОРМ обследование участков местности до возбуждения уголовного дела также соответствует положениям ст. 7 ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», проведено при наличии к тому оснований, в связи с обнаружением информации о признаках преступления, в присутствии понятых. При этом обязательное участие адвоката при проведении данного мероприятия, о чем осужденный указал в жалобе, законом не предусмотрено.

Не основаны на материалах дела и доводы жалобы ФИО1 о недопустимости заключения проведенной по делу химической экспертизы.

Как верно указано судом, экспертиза проведена экспертами, имеющими соответствующее образование и квалификацию. Оснований не доверять выводам экспертов не имеется, поскольку каких-либо нарушений правовых норм, регулирующих основания и порядок производства экспертизы по уголовному делу, не допущено.

Заключение эксперта отвечает требованиям ст. 204 УПК РФ. Исследования изъятых у осужденного веществ проведены с использованием соответствующих технологий и приборов, методик исследования веществ. В заключениях экспертиз в достаточной степени и в соответствии с требованиями закона изложены данные об исследовании представленных на экспертизу веществ, описание производимых экспертом действий. Определено, что представленные на исследования вещества, изъятые у ФИО1, содержат в своем составе производное наркотического средства, которое включено в перечень наркотических средств и психотропных веществ, подлежащих контролю в Российской Федерации, определен вес вещества, изъятого у ФИО1 как в ходе личного досмотра, так в ходе проведения ОРМ. Обстоятельств, позволяющих усомнится в выводах эксперта, у судебной коллегии не имеется.

Сам по себе факт ознакомления с постановлением о назначении экспертизы после ее проведения, о чем ФИО1 указано в жалобе, не свидетельствует о недопустимости данного доказательства, поскольку осужденный не был ограничен в праве заявлять ходатайства о проведении дополнительных или повторных экспертиз как в ходе предварительного расследования, так и в ходе судебного следствия.

Версии осужденного о том, что он не занимался распространением наркотических средств в составе организованной группы, о наличии в его действиях признаков незаконного хранения и перевозки наркотических средств также являлись предметом оценки судом первой инстанции и обоснованно опровергнуты с приведением обоснования и ссылками на установленные фактические обстоятельства и доказательства.

Выводы суда о совершении ФИО1 покушения на незаконный сбыт наркотических средств, с использованием информационно-телекоммуникационной сети Интернет, организованной группой, в крупном размере, в приговоре приведены и сомнений у судебной коллегии не вызывают.

Размеры наркотических средств установлены правильно, общая масса изъятых наркотических средств 3,819 грамм (1,731 грамм и 2,088 грамм) применительно к конкретному виду наркотических средств, образует крупный размер.

Признаки, присущие организованной группе, в составе которой осужденный действовал, вопреки доводам жалобы осужденного, судом установлены и раскрыты применительно к установленным обстоятельствам дела.

Так, о совершении преступления в составе организованной группы, с использованием сети Интернет, свидетельствует установленный между участниками способ совершения преступлений, с помощью которого была организована поставка наркотических средств и их последующий сбыт, четкое выполнение участниками группы, в том числе ФИО1 возложенных обязанностей, схема взаимодействия между участниками группы бесконтактным способом через сеть Интернет, исключающим какое-либо личное общение между участниками, роли каждого участника группы и порядок оплаты за проделанную работу. При этом осужденный ФИО1 четко исполнял роль, отведенную ему организатором, по получению наркотических средств и последующую организацию тайников-закладок с наркотическим средством в местах, указанных организатором группы.

Тот факт, что по делу не установлены члены организованной группы, длительность ее существования, о чем в жалобе указано осужденным, не свидетельствует об отсутствии организованной группы.

Совокупность всех установленных обстоятельств свидетельствует о правильной оценке действий осужденного. В этой связи указание осужденным о добровольной выдаче им наркотических средств, являются необоснованными, факт сообщения ФИО1 сотрудникам полиции при задержании об имеющихся у него наркотических средствах не влияет на квалификацию его действий, не свидетельствует о добровольной выдаче имеющихся веществ, так как в указанное время у осужденного уже отсутствовала возможность скрыться либо распорядиться имеющимися наркотиками по своему усмотрению.

Доводы жалобы ФИО1 о нарушении его права на защиту судом, который не удовлетворил ходатайство об отказе от защитника, также несостоятельны, поскольку такой отказ обязательным для суда не является. Из материалов уголовного дела следует, что обстоятельств, исключающих участие адвоката в производстве по делу, не имелось. Защитник занимал позицию, которая не противоречит позиции осужденного, принимал активное участие в производстве по делу в интересах ФИО1 Каких-либо оснований для освобождения защитника от участия в деле, в том числе с учетом психического состояния ФИО1, у суда не имелось.

Судебная коллегия находит несостоятельными и доводы жалобы осужденного о нарушении его прав в связи с вынесением судом постановления об ограничении в ознакомлении с материалами уголовного дела и, соответственно на принесение замечаний на протокол судебного заседания. Из материалов уголовного дела следует, что после постановления приговора ФИО1 была предоставлена возможность ознакомиться материалами дела, с протоколом и аудиозаписью судебного заседания, в том числе после вынесения постановления об установлении срока ознакомления с материалами дела, чем ФИО1 воспользовался, что подтверждается графиками ознакомления, реализовал свое право на подачу замечаний на протоколы судебных заседаний, которые были рассмотрены председательствующим. При этом, постановления суда об установлении срока на ознакомление с материалами дела, об отклонении замечаний на протоколы судебных заседаний им не обжаловались.

Протокол судебного заседания отвечает требованиям ст. 259 УПК РФ. Замечания на протокол рассмотрены судьей в соответствии с требованиями ст. 260 УПК РФ <дата> и <дата> и отклонены в полном объёме. В связи с чем, доводы осужденного о том, что в протоколе отражены действия суда не в том порядке, в каком они имели место в ходе судебного разбирательства, неверно указано время начала и окончания судебного разбирательства, не отражено время удаления суда в совещательные комнаты и время возвращения из них, не отражено время объявления перерывов, показания свидетелей изложены не в полном объеме, не указаны задаваемые вопросы, не отражены в полном объеме заявленные им ходатайства, являются несостоятельными.

Выводы суда об оценке собранных по делу доказательств, надлежаще мотивированы в приговоре, и судебная коллегия находит выводы суда обоснованными и убедительными.

Таким образом, проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, судебная коллегия находит выводы суда о виновности ФИО1 в инкриминируемом ему преступлении основанными на собранных в соответствии с законом и исследованных в судебном заседании доказательствах, признанных судом относимыми, допустимыми и достоверными, а в своей совокупности - достаточными для постановления обвинительного приговора и не находит оснований для отмены приговора, в том числе по доводам апелляционных жалоб.

Содержание этих выводов и мотивы принятого судом решения надлежаще изложены в приговоре, не согласиться с указанными выводами у судебной коллегии оснований не имеется.

Действия ФИО1 правильно квалифицированы судом по ч. 3 ст. 30, п. «а, г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, как покушение, то есть умышленные действия лица, непосредственно направленные на незаконный сбыт наркотических средств, совершенный с использованием информационно-телекоммуникационной сети Интернет, организованной группой, в крупном размере, если при этом преступление не было доведено до конца по не зависящим от этого лица обстоятельствам.

Судебное разбирательство по делу проведено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. Судом были созданы все необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав, приняты предусмотренные законом меры по обеспечению состязательности процесса и равноправия сторон.

Все заявленные сторонами ходатайства судом рассмотрены, решения по ним приняты как в виде отдельных постановлений, вынесенных судом на месте, так и отражены в приговоре как результат анализа и оценки всех необходимых для разрешения поставленных вопросов фактических данных и имеющейся совокупности доказательств. Данные решения суда надлежаще мотивированы, считать их незаконными либо необоснованными у судебной коллегии оснований не имеется. При этом, вопреки доводам осужденного, суд вправе рассмотрение определенного рода ходатайств сторон, не связанных с кругом участников судебного разбирательства, истребованием доказательств, отложить на более позднее время, не разрешая их по существу сразу же после заявления. При этом закон не обязывает суд принимать решение по таким ходатайствам незамедлительно, тем более по ходатайству о признании доказательства недопустимым. Принятие решения относительно допустимости доказательств при вынесении итогового решения не лишило сторону защиты права довести до сведения суда свою позицию по существу дела. Данное право осужденным реализовано в полном объеме.

Исследовав заключение судебно-психиатрической экспертизы, суд в приговоре дал правильную оценку психического состояния осужденного, как вменяемого лица. По своему психическому состоянию ФИО1 может принимать участие в следственных действиях и в судебном заседании.

Выводы суда основаны на исследованных в судебном заседании сведениях, включая заключение комиссии экспертов, проводивших судебную психиатрическую экспертизу, установивших, что ФИО1 обнаруживает признаки психического расстройства, которое не подпадают под признаки невменяемости. Данное психическое расстройство связано с возможностью причинения им существенного вреда и опасностью других лиц, и в силу данного психического состояния в соответствии с ч. 2 ст. 22 УК РФ он нуждается в амбулаторном принудительном наблюдении и лечении у психиатра, соединенном с исполнением наказания (т. 2 л.д. 163-168). Каких-либо оснований сомневаться в выводах комиссии, вопреки доводам апелляционной жалобы осужденного, не имеется.

Доводы осужденного о том, что во вводной части приговора суд необоснованно указал адрес его регистрации, где он фактически не проживал, являются несостоятельными, поскольку все данные о личности ФИО1 установлены судом на основании данных, содержащихся в материалах уголовного дела, в том числе со слов осужденного. Факт не проживания ФИО1 по месту временной регистрации основанием для изменения приговора суда не являются.

Судебная коллегия не может согласиться с доводами жалоб о несправедливости наказания, так как назначенное наказание соответствует положениям ст.ст. 43,60 УК РФ, является справедливым, поскольку определено с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, данных о личности ФИО1, смягчающих и отягчающего наказание обстоятельств. В качестве смягчающих наказание ФИО1 обстоятельств судом обоснованно учтен: активное способствование раскрытию и расследованию преступления, а также способствование раскрытию двух имущественных преступлений на территории ЗАТО г. Железногорск, его состояние здоровья, наличие инвалидности 2 группы.

Иных обстоятельств, подлежащих обязательному учету в качестве смягчающих или которые могут быть признаны таковыми, судебной коллегий не усматривается.

В качестве обстоятельства, отягчающего наказание ФИО1, судом обоснованно признан рецидив преступлений, вид которого является опасным. Вопреки доводам осужденного суд первой инстанции самостоятельно определяет вид рецидива и не связан с позицией органов следствия относительно отягчающего обстоятельства, указанного в обвинительном заключении.

С учетом совокупности всех обстоятельств дела, данных о личности осужденного, судом принято обоснованное, достаточно мотивированное решение о назначении ФИО1 наказания в виде реального лишения свободы, с учетом положений ч. 3 ст. 66 УК РФ.

В связи с наличием в действиях ФИО1 рецидива при определении вида и размера наказания суд обоснованно учел требования ч. 2 ст. 68 УК РФ, а также с учетом положений п. «в» ч. 1 ст. 73 УК РФ обоснованно пришел к выводу о невозможности применения правил условного осуждения при опасном рецидиве.

Оснований для применения положений ст. 64, ч. 3 ст. 68 УК РФ суд обоснованно не усмотрен, не усматривает таковых и судебная коллегия, полагая назначенное осужденному наказание справедливым и соразмерным содеянному, соответствующим общественной опасности совершенных им преступлений, личности виновного, закрепленным в уголовном законодательстве РФ принципам гуманизма, отвечающим задачам исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений.

С учетом выводов судебной психиатрической экспертизы от 14 мая 2021 года, выявившей у осужденного психическое расстройство, связанного с возможностью причинения им существенного вреда и опасностью для других лиц, суд первой инстанции в соответствии с положениями п. «в» ч. 1 ст. 97 УК РФ, ч. 2 ст. 97 УК РФ, ч. 2 ст. 99 УК РФ, наряду с наказанием назначил ФИО1 принудительную меру медицинского характера в виде принудительного наблюдения и лечения у врача-психиатра в амбулаторных условиях.

Вид режима исправительного учреждения ФИО1 определен верно, в соответствии с требованиями п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ, – строгий.

Вместе с тем, судебная коллегия полагает, что приговор подлежит изменению, поскольку в обоснование своего вывода о виновности осужденного в совершении преступления суд сослался на показания, допрошенного в качестве свидетеля, сотрудника полиции ФИО2 об обстоятельствах совершенного преступления, известные со слов ФИО1

Между тем, по смыслу закона работник полиции может быть допрошен только по обстоятельствам проведения того или иного следственного или процессуального действия при решении вопроса о допустимости доказательства, а не в целях выяснения содержания показаний допрошенных лиц. В связи с этим, показания этой категории свидетелей относительно сведений, о которых им стало известно из бесед с подозреваемыми, обвиняемыми либо свидетелями, не могут быть использованы в качестве доказательств виновности осужденных.

Таким образом, показания свидетеля Свидетель №2 в части воспроизведения им объяснений осужденного об обстоятельствах совершения им покушения на сбыт наркотических средств подлежат исключению из числа доказательств виновности ФИО1, что не влияет на выводы суда о виновности осужденного в совершении преступления, которая подтверждена совокупностью доказательств.

Кроме того, соглашаясь с доводами апелляционного представления, судебная коллегия приходит к выводу, что суд первой инстанции необоснованно указал в приговоре о признании ФИО1 в качестве смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п. "д" ч. 1 ст. 61 УК РФ - совершение преступления в силу стечения тяжелых жизненных обстоятельств. Данное решение судом в приговоре никоим образом не мотивировано, объективных подтверждений такого обстоятельства при совершении умышленного преступления в сфере незаконного оборота наркотических средств, осужденным не приведено, а названные им суду первой инстанции события личного характера, материальные трудности после освобождения из мест лишения свободы, не могут свидетельствовать о совершении преступления в силу стечения тяжелых жизненных обстоятельств.

В связи с этим данное обстоятельство подлежит исключению из приговора, что не влечет за собой усиление осужденному назначенного наказания, которое является справедливым, соответствующим общественной опасности совершенного ФИО1 преступления, личности виновного.

Нарушений уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных законом прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным образом повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого судебного решения и влекущих отмену приговора либо внесение иных изменений, судебной коллегией не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Приговор Ленинского районного суда <адрес> от 17 мая 2022 года в отношении ФИО1 изменить:

исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание на показания свидетеля Свидетель №2 в части воспроизведения им объяснений ФИО1 об обстоятельствах совершенного им преступления; указание о признании в качестве смягчающего наказание обстоятельства «совершение преступления в силу стечения тяжелых жизненных обстоятельств».

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу осужденного ФИО1 (основную и дополнительные), апелляционное представление старшего помощника прокурора <адрес> Стреж М.В. – без удовлетворения.

Апелляционное определение, приговор могут быть обжалованы в суд кассационной инстанции в порядке главы 47.1 УПК РФ в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу, а осужденным, содержащимся под стражей, – в тот же срок со дня вручения ему копии судебного решения, вступившего в законную силу.

Осужденный имеет право ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи