УИД: 78RS0007-01-2023-000082-69 Дело № 2а-1800/2023

г. Санкт-Петербург 03 февраля 2023 года

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Колпинский районный суд города Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего Гусаровой А.А.,

при помощнике судьи Крупейниковой Л.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению ФИО2 к Федеральному казенному учреждению Следственный изолятор № Управления Федеральной службы исполнения наказаний России по <адрес> и <адрес>, Федеральной службе исполнения наказаний России, Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления федерального казначейства по городу Санкт-Петербургу о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей,

УСТАНОВИЛ:

Административный истец ФИО2 обратился в Колпинский районный суд <адрес> с административным исковым заявлением к Федеральному казенному учреждению Следственный изолятор № Управления Федеральной службы исполнения наказаний России по <адрес> и <адрес> (далее - ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по <адрес> и <адрес>) о взыскании компенсации за ненадлежащие условия содержания под стражей: за содержание в камерном помещении № к03 с курящими лицами ДД.ММ.ГГГГ. В результате указанных действий ФИО2 понес нравственные страдания, просил суд взыскать с ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по <адрес> и <адрес> в его пользу компенсацию в размере 1 000 руб.

На основании определения от ДД.ММ.ГГГГ дело рассматривается по правилам административного судопроизводства.

По инициативе суда в качестве административных ответчиков определением от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле привлечены Федеральная служба исполнения наказаний России (далее – ФСИН России), Министерство финансов Российской Федерации в лице Управления федерального казначейства по городу Санкт-Петербургу.

Административный истец ФИО2 в судебном заседании участвовал по видеоконференц-связи, извещен о времени и месте слушания дела лично, о чем имеется расписка в получении повестки. ФИО2 заявил о рассмотрении дела в свое отсутствие, на личном участии в судебном заседании не настаивал, правом на ведение административного дела через представителя не воспользовался. При этом участие в судебном заседании является правом стороны, и ввиду того, что его участие и явка обязательными признаны не были, его заявление с ходатайством о рассмотрении дела в его отсутствие подлежит принятию судом независимо от места его нахождения (содержания), понуждение к участию в судебном заседании нормами процессуального законодательства не предусмотрено.

Распределение бремени доказывания, процессуальные права и обязанности, предусмотренные положениями Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, ФИО2 были разъяснены в определении от ДД.ММ.ГГГГ, полученном вместе с судебной повесткой. Вместе с тем, каких-либо дополнительных ходатайств, дополнений к ранее заявленным требованиям ФИО2 в материалы дела в ходе рассмотрения настоящего дела представлено не было.

Представитель административных ответчиков ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по <адрес> и <адрес>, ФСИН России, обладающий необходимыми полномочиями и представивший документ о высшем юридическом образовании, в судебное заседание явился, по иску возражал, представил отзыв, в котором указано, что специального порядка раздельного содержания курящих лиц с не курящими не предусмотрено, камерные помещения оборудованы окном с форточкой и вентиляцией, также административный истец пропустил срок обращения в суд.

Представитель Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления федерального казначейства по городу Санкт-Петербургу в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте проведения судебного заседания извещен надлежащим образом, о чем имеется обратное почтовое уведомление о получении повестки, о причинах неявки суд в известность не поставил, отложить судебное заседание не просил, каких-либо возражений по существу заявленных требований в материалы дела не представил.

В связи с изложенным, учитывая положения статей 45, 96, 100, 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц при условии надлежащего извещения в порядке статьи 150 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации.

Суд, в силу части 2 статьи 14 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, создав все условия для установления фактических обстоятельств дела, предоставив сторонам возможность для реализации ими своих прав, изучив материалы дела, оценив представленные доказательства в их совокупности по правилам статьи 84 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, на основании фактических обстоятельств дела, с учетом приведенных письменно доводов лиц, участвующих в деле, приходит к следующему.

Статьей 46 Конституции Российской Федерации предусмотрено, что решения и действия (или бездействие) органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц могут быть обжалованы в суд.

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией.

В соответствии со статьей 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод от ДД.ММ.ГГГГ никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

Как разъяснено в пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации» в практике применения Конвенции о защите прав человека и основных свобод Европейским Судом по правам человека к «бесчеловечному обращению» относятся случаи, когда такое обращение, как правило, носит преднамеренный характер, имеет место на протяжении нескольких часов или когда в результате такого обращения человеку были причинены реальный физический вред либо глубокие физические или психические страдания.

Следует учитывать, что в соответствии со статьей 3 Конвенции и требованиями, содержащимися в постановлениях Европейского Суда по правам человека, условия содержания обвиняемых под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству.

Унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности.

При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания.

Оценка указанного уровня осуществляется в зависимости от конкретных обстоятельств, в частности от продолжительности неправомерного обращения с человеком, характера физических и психических последствий такого обращения. В некоторых случаях принимаются во внимание пол, возраст и состояние здоровья лица, которое подверглось бесчеловечному или унижающему достоинство обращению.

Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях неоднократно указывал, что из права каждого на судебную защиту его прав и свобод, как оно сформулировано в статье 46 Конституции Российской Федерации, не следует возможность выбора гражданином по своему усмотрению той или иной процедуры судебной защиты, особенности которых применительно к отдельным видам судопроизводства и категориям дел определяются, исходя из Конституции Российской Федерации, федеральным законом.

Глава 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации предполагает возможность оспаривания решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностного лица, государственного или муниципального служащего и рассмотрение административного дела по предъявленному административному исковому заявлению, если гражданин, организация, иные лица полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности.

В соответствии с частью 1 статьи 218, частью 2 статьи 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации необходимым условием для удовлетворения административного иска, рассматриваемого в порядке главы 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, является наличие совокупности обстоятельств, свидетельствующих о несоответствии оспариваемых решения, действий (бездействия) административного ответчика требованиям действующего законодательства и нарушении прав административного истца.

В соответствии с частью 1 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

При рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с частью 1 настоящей статьи, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия.

В соответствии со статьей 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод от ДД.ММ.ГГГГ, статей 2, 17, 21 Конституции Российской Федерации достоинство личности охраняется государством. Признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией. Никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

Федеральная служба исполнения наказаний является федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим правоприменительные функции, в том числе, функции по контролю и надзору в сфере исполнения уголовных наказаний в отношении осужденных, функции по содержанию лиц, подозреваемых либо обвиняемых в совершении преступлений.

В силу пункта 3 Положения о Федеральной службе исполнения наказаний (утвержденного Указом Президента Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №) основными задачами ФСИН России являются исполнение в соответствии с законодательством Российской Федерации уголовных наказаний, содержание под стражей лиц, подозреваемых либо обвиняемых в совершении преступлений, и подсудимых, обеспечение правопорядка и законности в учреждениях, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы и в следственных изоляторах, обеспечение безопасности содержащихся в них осужденных, лиц, содержащихся под стражей, а также работников уголовно-исполнительной системы, должностных лиц и граждан, находящихся на территориях этих учреждений и следственных изоляторов.

Порядок и условия содержания под стражей, гарантии прав и законных интересов лиц, которые в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации задержаны по подозрению в совершении преступления, а также лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, регулируются Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений».

В соответствии со статьей 4 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей.

В соответствии со статьей 8 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 103-ФЗ «О содержании под стражей, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» следственный изолятор является учреждением, предназначенным для содержания подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых в качестве меры пресечения применено заключение под стражу. Одной из основных задач следственного изолятора является - создание условий, исключающих возможность подозреваемых и обвиняемых, содержащихся под стражей скрыться от следствия и суда, а осужденных к лишению свободы, уклонится от отбытия наказания.

Одними из основных целей деятельности учреждения являются: содержание под стражей лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, исполнение в соответствии с законодательством Российской Федерации уголовных наказаний; охрана прав, свобод и законных интересов подозреваемых, обвиняемых и осужденных; обеспечение правопорядка и законности в Учреждении, безопасности подозреваемых, обвиняемых и осужденных, а также работников Учреждения и иных лиц, находящихся на его территории; создание подозреваемым, обвиняемым и осужденным условий содержания, соответствующих нормам международного права, положениям международных договоров Российской Федерации и федеральных законов.

Принудительное содержание лишенных свободы лиц в предназначенных для этого местах должно осуществляться в соответствии с принципами законности, справедливости, равенства всех перед законом, гуманизма, защиты от дискриминации, личной безопасности, охраны здоровья граждан, что исключает пытки, другое жестокое или унижающее человеческое достоинство обращение и, соответственно, не допускает незаконное - как физическое, так и психическое - воздействие на человека (далее - запрещенные виды обращения). Иное является нарушением условий содержания лишенных свободы лиц

Условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» разъяснено, что право на свободу и личную неприкосновенность является неотчуждаемым правом каждого человека, что предопределяет наличие конституционных гарантий охраны и защиты достоинства личности, запрета применения пыток, насилия, другого жестокого или унижающего человеческое достоинство обращения или наказания (статьи 17, 21 и 22 Конституции Российской Федерации). Возможность ограничения указанного права допускается лишь в той мере, в какой оно преследует определенные Конституцией Российской Федерации цели, осуществляется в установленном законом порядке, с соблюдением общеправовых принципов и на основе критериев необходимости, разумности и соразмерности, с тем, чтобы не оказалось затронутым само существо данного права.

Под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений (далее - режим мест принудительного содержания) реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц, в том числе: право на обращение в государственные органы и органы местного самоуправления, в общественные наблюдательные комиссии (статья 33 Конституции Российской Федерации, статья 2 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 59-ФЗ «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации», пункт 2 части 1 статьи 15 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 76-ФЗ «Об общественном контроле за обеспечением прав человека в местах принудительного содержания и о содействии лицам, находящимся в местах принудительного содержания», пункт 4 части 1 статьи 7 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 67-ФЗ «О порядке отбывания административного ареста», пункт 7 статьи 17 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», часть 4 статьи 12, статья 15 УИК РФ, пункт 2 статьи 8 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 120-ФЗ «Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних»).

Лишенные свободы лица вправе оспорить по правилам Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации действия (бездействие), решения либо иные акты органов или учреждений, должностных лиц, которые нарушают или могут нарушить условия содержания при исполнении названных процессуальных решений (главы 21, 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации) (пункты 4, 13, 14 названного Постановления Пленума от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания»).

Содержание на законных основаниях лица под стражей или отбывание им наказания в местах, соответствующих установленным государством нормативам, заведомо не может причинить физические и нравственные страдания, поскольку такие нормативы создавались именно с целью обеспечить не только содержание в местах лишения свободы или под стражей, но и обеспечить при этом соблюдение прав лиц, оказавшихся в них вследствие реализации механизма государственного принуждения.

Следует также отметить, что Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что применение к лицу, совершившему преступление, наказания в виде лишения свободы предполагает изменение привычного уклада жизни осужденного, его отношений с окружающими и оказание на него определенного морально-психологического воздействия, чем затрагиваются его права и свободы как гражданина и изменяется его статус как личности. Лицо, совершающее умышленное преступление, должно предполагать, что в результате оно может быть лишено свободы и ограничено в правах и свободах, то есть такое лицо сознательно обрекает себя и своих близких на ограничения, в том числе в правах на общение с членами семьи, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную жизнь (Определения Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №-О, от ДД.ММ.ГГГГ №-О-О, от ДД.ММ.ГГГГ №-О-О).

Положениями статьи 15 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» установлено, что в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации. Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей.

Как следует из содержания административного искового заявления, ФИО2 содержался в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по <адрес> и <адрес> в камерном помещении № к03.

ДД.ММ.ГГГГ имело место нарушение со стороны сотрудников ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по <адрес> и <адрес> условий его содержания, выраженное в частности, в содержании его совместно в одном камерном помещении с курящими лицами.

В связи с чем, обращаясь с настоящим иском, ФИО2 указал, что он испытывал нравственные страдания от того, что он содержался в следственном изоляторе в условиях, не соответствующих требованиям действующего законодательства. Как следствие, он был вынужден претерпевать моральные страдания, которые административный истец оценивает в 1 000 руб. 00 коп.

Согласно справке врио начальника ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по <адрес> и <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 с ДД.ММ.ГГГГ содержится в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по <адрес> и <адрес>, с ДД.ММ.ГГГГ он содержался в камерном помещении К03.

Одновременно с этим, согласно справке врио начальника ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по <адрес> и <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ на данный момент специального порядка раздельного содержания курящих и не курящих лиц в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по <адрес> и <адрес> не предусмотрено, при наличии возможности данные лица содержатся раздельно.

Доказательств того, что административный истец заявлял администрации ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по <адрес> и <адрес> предпочтения относительно его заселения в камеру с курящими или некурящими лицами, обращался с какими-либо жалобами или заявлениями, адресованными администрации учреждения, с просьбой о переводе в другую камеру, суду не представлено.

Конституция Российской Федерации, провозглашая человека, его права и свободы высшей ценностью, а признание, соблюдение и защиту прав и свобод человека и гражданина - обязанностью России как правового и социального государства (статьи 1 и 2; статья 7, часть 1), гарантирует каждому право на охрану здоровья и медицинскую помощь (статья 7, часть 2; статья 41, части 1 и 2). Закрепляя данное право, Конституция Российской Федерации исходит из того, что здоровье человека является высшим неотчуждаемым благом, без которого утрачивают свое значение многие другие блага и ценности, а следовательно, его сохранение и укрепление играют основополагающую роль как в жизни каждого человека, так и в жизни общества и государства. Этим предопределяется характер обязанностей государства, признающего свою ответственность за сохранение и укрепление здоровья людей, и, соответственно, содержание правового регулирования отношений, связанных с реализацией гражданами указанного конституционного права (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №-П).

Являющаяся в силу статьи 15 Конституции Российской Федерации частью правовой системы России Рамочная конвенция Всемирной организации здравоохранения по борьбе против табака от ДД.ММ.ГГГГ, признавая, что многие содержащиеся в сигаретах и других табачных изделиях компоненты и выделяемый ими дым являются фармакологически активными, токсичными, мутагенными и канцерогенными, отражая обеспокоенность по поводу разрушительных последствий для здоровья, связанных с употреблением табака и воздействием табачного дыма, констатируя, что такое воздействие является причиной смерти, болезней и инвалидности, закрепляет необходимость мер, обеспечивающих защиту от табачного дыма на рабочих местах, общественном транспорте, в закрытых общественных местах и, в соответствующих случаях, в других общественных местах (преамбула, статьи 4 и 8).

Основываясь на приведенных предписаниях Конституции Российской Федерации и Рамочной конвенции Всемирной организации здравоохранения по борьбе против табака, Федеральный закон от ДД.ММ.ГГГГ № 15-ФЗ «Об охране здоровья граждан от воздействия окружающего табачного дыма и последствий потребления табака» к числу основных принципов охраны здоровья граждан от воздействия окружающего табачного дыма и последствий потребления табака относит соблюдение прав граждан в этой сфере и устанавливает, что для лиц, находящихся в следственных изоляторах, иных местах принудительного содержания или отбывающих наказание в исправительных учреждениях, обеспечивается защита от воздействия окружающего табачного дыма (определение Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №-О).

Часть 1 статьи 33 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» предусматривает размещение в камерах курящих подозреваемых и обвиняемых по возможности отдельно от некурящих.

В связи с этим часть 1 статьи 33 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» подлежит применению в системе действующего правового регулирования и не расценивается, как нарушающая Конституцию Российской Федерации (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №-О).

Таким образом, положения статьи 33 указанного Федерального закона не носят императивного характера, а ставят размещение подозреваемых и обвиняемых в камерах курящих отдельно от некурящих в зависимость от имеющихся возможностей.

Приказ Минюста России от ДД.ММ.ГГГГ № утверждены Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы. Вместе с тем на дату заявленного административным истцом события нарушения его прав действовал Приказ Минюста России от ДД.ММ.ГГГГ №, которым были утверждены Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы (зарегистрировано в Минюсте России ДД.ММ.ГГГГ №, утратил силу согласно вышеназванному приказу Минюста России от ДД.ММ.ГГГГ №).

В редакции, действовавшей на дату рассматриваемого события, Правилами внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы не запрещено курение в камерах.

Таким образом, разрешая заявленные требования по существу, оценив представленные доказательства в их совокупности по правилам, установленным статьей 84 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд не находит правовых оснований для удовлетворения заявленных исковых требований.

Административным истцом в нарушение положений статьи 62 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации не представлено также доказательств, доподлинно свидетельствующих о том, что административный истец в действительности содержался в одной камере с лицами, которые употребляют табачные изделия, что они пристрастны к курению, при этом сам не имеет пристрастия к таковой привычке.

При этом в указанной части суд полагает, что действуя разумно и осмотрительно, административный истец мог обратиться к таковым лицам и попросить их воздержаться от курения табака при нем. ФИО2, инициируя подачу административного искового заявления, не представил доказательств своего длительного и систематического содержания с конкретными лицами в одном камерном помещении, которые употребляли при нем табак, и, как следствие, наличия со стороны ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по <адрес> и <адрес> каких-либо действий, свидетельствующих о нарушении правил его содержания под стражей в указанном учреждении.

Административным истцом не представлено убедительных и бесспорных сведений и доказательств того, что в период нахождения в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по <адрес> и <адрес> он получил какие-либо заболевания, связанные с условиями содержания, в том числе, доказательств обращения с жалобами в адрес администрации учреждения, прокуратуры и иных органов на ненадлежащие условия содержания, в том числе, по факту его содержания совместно с лицами, употребляющими табак, в том числе, против его воли, в то время как у него таковая потребность (в употреблении табака) отсутствовала, что создавало для него неприемлемые условия для содержания в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по <адрес> и <адрес>.

Довод административного истца о том, что он содержался в одном камерном помещении с лицами, которые курили, чем нарушались его права, сам по себе не содержит оснований для вывода о нарушении прав истца, являясь по своей сути выводами о нарушении собственного представления административного истца об условиях содержания в учреждении.

Фактически административный истец не представил доказательств нарушения его прав непосредственно ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по <адрес> и <адрес>, а также того, что курение иных лиц рядом с ним имело место в конкретную дату, конкретный промежуток времени и происходило против его воли.

Исходя из того, что нормами действующего законодательства не установлена безусловная обязанность администрации исправительных учреждений во всех случаях размещать курящих осужденных отдельно от некурящих, принимая во внимание конкретные обстоятельства настоящего дела, в том числе, то обстоятельство, что размещение лиц по камерам в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по <адрес> и <адрес> осуществляется в строгом соответствии с требованиями Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» с учетом их личности и психологической совместимости, при этом курящие по возможности помещаются отдельно от некурящих, суд не находит состоятельными доводы административного истца о ненадлежащих условиях содержания в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по <адрес> и <адрес>.

Систематическое и длительное нарушение прав ФИО2 судом не установлено, факта причинения ему физических и нравственных страданий, обстоятельства, унижающие его человеческое достоинство, в ходе рассмотрения дела установлены не были.

Доводы административного истца относительно того, что он испытывал нравственные страдания в период содержания под стражей в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по городу Санкт-Петербургу и <адрес> объективно ничем не подтверждены, как и то, что принесение указанных страданий вызвано или могло быть вызвано допущением какого-либо нарушения со стороны сотрудников ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по <адрес> и <адрес> условий содержания административного истца под стражей в указанном учреждении, то есть наличие причинно-следственной связи между принесенными страданиям и действиями сотрудников ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по <адрес> и <адрес> также не установлено.

Кроме того обоснованность заявленного требования ставит под сомнение факт длительного необращения административного истца в суд относительно рассматриваемого события.

Как было указано ранее, процесс содержания лица под стражей или отбывания им наказания законодательно урегулирован, осуществляется на основании нормативно-правовых актов и соответствующих актов Министерства юстиции Российской Федерации, которыми регламентированы условия содержания, права и обязанности лиц, содержащихся под стражей или отбывающих наказание, а также права и обязанности лиц, ответственных за их содержание.

Избрание в отношении лица меры пресечения в виде заключения под стражу предполагает собой существенное ограничение его правового статуса, реализацию в отношении такого лица режимных требований и его изоляцию.

Обстоятельств, свидетельствующих о том, что условия содержания ФИО2 представляли собой обращение, выходящее за пределы минимального уровня суровости для целей применения статьи 3 Конвенции, и, что принимаемые меры являлись чрезмерными и могли обоснованно восприниматься административным истцом как унижающие достоинство, в ходе рассмотрения настоящего административного дела не установлено.

Исследуя представленные сторонами доказательства в их совокупности, исходя из вышеуказанных норм материального права, учитывая конкретные обстоятельства дела, суд приходит к выводу о том, что условия содержания в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по <адрес> и <адрес> соответствуют установленным требованиям с учетом режима указанного учреждения, доказательств оспариваемых административным истцом действий административного ответчика ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по <адрес> и <адрес> в ходе судебного разбирательства не представлено, что свидетельствует об отсутствии у административного истца права на компенсацию.

Помимо прочего, административным истцом пропущен установленный частью 1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации срок для обращения с исковым заявлением в суд, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении административного иска. В данном случае судом достоверно установлено, что о предполагаемом нарушении своих прав административному истцу стало известно в момент, когда такие нарушения были допущены, то есть в конкретную дату – ДД.ММ.ГГГГ, однако в суд с иском он обратился лишь ДД.ММ.ГГГГ, и при этом доказательств, объективно исключающих возможность обращения в суд в установленные Кодексом сроки, административный истец не представил.

Пропуск административным истцом установленного законом срока на обращение в суд, в отсутствие уважительных причин для его восстановления в силу прямого указания, содержащегося в части 8 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, служит самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении административного иска.

При таком положении суд считает необходимым в удовлетворении административных исковых требований ФИО2 отказать в полном объеме.

На основании вышеизложенного, руководствуясь положениями статей 175-180 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации,

РЕШИЛ:

Административные исковые требования ФИО2 к Федеральному казенному учреждению Следственный изолятор № Управления Федеральной службы исполнения наказаний России по <адрес> и <адрес>, Федеральной службе исполнения наказаний России, Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления федерального казначейства по городу Санкт-Петербургу о признании условий содержания под стражей незаконными и о взыскании компенсации за нарушение условий содержания под стражей оставить без удовлетворения.

На решение суда лицами, участвующими в деле, может быть подана апелляционная жалоба в Санкт-Петербургский городской суд через Колпинский районный суд <адрес> в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Председательствующий

Решение суда принято в окончательной форме ДД.ММ.ГГГГ.