68RS0***-94
№ 2-860/2022
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
«09» августа 2022 года г.Тамбов
Ленинский районный суд г.Тамбова в составе:
судьи Акульчевой М.В.,
при секретаре судебного заседания Блиновой Н.С.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО5 о признании завещания недействительным,
УСТАНОВИЛ:
Истец обратилась с требованиями к ответчику о признании завещания недействительным.
В обоснование требований указывала, что *** скончался ее отец ФИО1, *** года рождения. Она является единственным наследником первой очереди, иных наследников нет. После смерти отца открылось наследство, состоящее из квартиры, расположенной по адресу – ***, где при жизни проживал отец.
Через пару недель после похорон, как указывает истец, с ней связалась ранее незнакомая ей женщина ФИО3 и сказала, что ее отец *** оформил на нее (ФИО5) завещание, передав все свое имущество, в том числе и жилое помещение, расположенное по адресу – ***. ФИО5 не является родственником отца и не состояла с ним в браке.
После смерти отца, она обратилась к нотариусу с заявлением о принятии наследства, которое было принято нотариусом. Однако в устной форме ей было разъяснено, что имеется завещание в отношении имущества наследодателя и наследник обратился о принятии наследства по завещанию.
Тем не менее, как указывает истец, ее отец ФИО1 при жизни много лет страдал психическим расстройством, наблюдался в психоневрологическом диспансере с *** года с заболеванием «шизофрения, параноидная форма, непрерывное течение. Эмоционально-волевой дефект», при этом с *** года он бессрочно являлся инвали*** группы по данному заболеванию.
Таким образом, как полагал истец, ФИО1 на момент составления завещания не мог в полной мере осознавать свои действия в силу заболевания, что влечет недействительность завещания, составленного ***.
С учетом изложенного, истец просил признать недействительным завещание ФИО1, составленное ***, применив последствия недействительности сделки.
В судебном заседании истец обстоятельства, изложенные в исковом заявлении, поддержала, указывая, что в момент подписания завещания отец не отдавал отчета своим действиям. В своих пояснениях указывала, что примерно за год до смерти, отец перестал с ней общаться, указав, что теперь у него новая жизнь. Наладить отношения она с ним не пыталась, поскольку не хотела его лишний раз провоцировать. После похорон она встретилась с ФИО5, и та передала ей копию завещания.
Ответчик ФИО5 в судебном заседании от 27.04.2022 года исковые требования не признала, указывала, что они познакомились с ФИО1 в 2019 году, а в 2020 году стали проживать совместно, вели хозяйство, совместно питались, но жили на две квартиры, хотя и жили как семья. ФИО1 предлагал ей оформить отношения, но в силу возраста и в силу того, что у нее не было никакого меркантильного интереса, она на это не пошла. Завещание было написано в декабре 2020 года, оно пролежало ровно год, за это время ФИО1 мог передумать, изменить его, но этого не сделал, значит, он понимал то, что он делал и для чего. В 1994 году он действительно находился на стационарном лечении, поскольку сложилась трудная жизненная ситуация. Он прошел лечение и после этого 27 лет он не получал никакого стационарного лечения, получал только рецепты на лекарства в психоневрологическом диспансере.
В судебном заседании от *** ответчик ФИО5, ознакомившись с заключением эксперта, объективно его не оспаривала и признала исковые требования ФИО2
Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО6 пояснил, что ФИО1 приходился ему двоюродным братом. Он знал о его психическом заболевании, но особых проблем не было. В 2016 году ФИО1 без его ведома и от его имени написал письмо президенту. Его (ФИО6) вызвали в полицию и ознакомили с текстом письма. После этого инцидента у него с ФИО1 отношения стали «натянутыми», и ФИО1 стал избегать встреч. Как-то раз он встретил ФИО1 случайно, он выглядел как оборванец. У ФИО1 была навязчивая идея, что за ним следят, появилась она у него примерно с 2015 года. Он говорил о том, что его подозревают, что он должен всех вывести «на чистую воду». До 2002 года он виделся с ФИО1 регулярно и в дочери он души не чаял. Но последнее время он говорил, что дочь и сестра его предали, в чем именно выразилось предательство, он не говорил.
Свидетель ФИО7, допрошенная в судебном заседании, пояснила, что приходиться родной сестрой ФИО1 Полагала, что ее брат страдал наследственным заболеванием, потому что их мама тоже лежала в психиатрической больнице, лечились они одинаковыми лекарствами. Диагноз ФИО1 ей не известен, но он болел головой. ФИО1 «играл», придумывал и искал врагов. После расторжения брака брат проживал с дочерью на ***. С ФИО1 больше контактировал ее супруг, потому что при любой встрече он переходил на агрессию, начинал придираться. О завещании она ничего не знала. ФИО4 переругался практически со всеми родственниками за 2-3 года до смерти.
Свидетель ФИО8, допрошенный в судебном заседании, пояснил, что около трех лет был знаком с ФИО1. Он видел его и с Тамарой Васильевной. Он всегда был опрятно одет, уравновешен. За время его общения с ним он никогда не замечал за ним срывов, перепадов настроения. Если бы он не узнал его диагнозе, то об этом и подумать не мог. У него не было депрессивного состояния, он даже голос никогда не повышал. От ФИО1 ему стало известно, что его дочь хотела отобрать у него квартиру. Он не желал передавать эту квартиру родственникам, поскольку полагал необходимым передать ее Тамаре Васильевне, которой был благодарен. Это было его волевое решение, его никто к этому не подталкивал, он отдавал отчет своим действиям.
В письменном отзыве нотариус г. Тамбова ФИО9 указывала, что в момент составлении завещания ФИО1 недееспособным признан не был, в ходе разговора давал четкие и полные ответы, каких-либо особенностей и странностей в поведении не обнаруживал. Мотивировал свое решение тем, что с дочерью у него сложились неприязненные отношения. Таким образом, оценивая беседу и поведение завещателя, у нее не возникло никаких сомнений в том, что ФИО1 в полной мере осознает значение своих действий, руководит ими и осознает их последствия.
Выслушав позицию сторон, в том числе позицию ответчика в судебном заседании о признании иска, исследовав пояснения нотариуса г. Тамбова и допрошенных свидетелей, исследовав письменные материалы дела, заключение эксперта, суд приходит к следующему выводу.
По смыслу положений п.1 ст.1110 ГК РФ при наследовании имущество умершего (наследство, наследственное имущество) переходит к другим лицам в порядке универсального правопреемства, то есть в неизменном виде как единое целое и в один и тот же момент, если из правил настоящего Кодекса не следует иное.
Наследование осуществляется по завещанию, по наследственному договору и по закону. Наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием, а также в иных случаях, установленных настоящим Кодексом (ст.1111 ГК РФ).
В состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности (ст.1112 ГК РФ).
Наследство открывается со смертью гражданина (ст.1113 ГК РФ).
В силу положений п.1 ст.1118 ГК РФ распорядиться имуществом на случай смерти можно путем совершения завещания или заключения наследственного договора. К наследственному договору применяются правила настоящего Кодекса о завещании, если иное не вытекает из существа наследственного договора.
Судом установлено, что *** скончался ФИО1, *** года рождения.
Со смертью ФИО1 открылось наследство, состоящее, в том числе и из ***, расположенной по адресу – ***.
*** по факту смерти ФИО1 нотариусом г. Тамбова ФИО9 было возбуждено наследственное дело *** (л.д.32-39).
Заявления о принятии наследства после смерти ФИО1 предоставлены нотариусу от ответчика ФИО5 и наследника первой очереди по закону истца ФИО2, которая приходится умершему ФИО1 дочерью.
Судом установлено, что материалы наследственного дела содержат завещание, исполненное ФИО1 *** ***0 и удостоверенное нотариусом ФИО9
Согласно условиям завещания ФИО1 все свое имущество, которое окажется ему принадлежащим на момент смерти, где бы оно не находилось и в чем бы ни заключалось, в том числе ***, расположенную по адресу – ***, завещает ответчику ФИО5.
Вместе с тем, истец ФИО2 оспаривает завещание, составленное ФИО1 *** и удостоверенное нотариусом ФИО9
Завещание может быть совершено гражданином, обладающим в момент его совершения дееспособностью в полном объеме (п.2 ст.1118 ГК РФ).
Положениями п.1 ст.21 ГК РФ дано определение гражданской дееспособности - способность гражданина своими действиями приобретать и осуществлять гражданские права, создавать для себя гражданские обязанности и исполнять их.
По смыслу п.1 ст.1131 ГК РФ при нарушении положений ГК РФ, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности, завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание).
Завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием (п.2 ст.1131 ГК РФ).
Пунктом 21 Постановления Пленума ВС РФ от 29.05.2012 года №9 «О судебной практике по делам о наследовании» сделки, направленные на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей при наследовании (в частности, завещание, отказ от наследства, отказ от завещательного отказа), могут быть признаны судом недействительными в соответствии с общими положениями о недействительности сделок (гл.9 ГК РФ) и специальными правилами раздел V ГК РФ.
Как установлено ст.55 ГПК РФ одним из источников сведений о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения гражданского дела, являются заключения экспертов
В свою очередь обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами (ст.60 ГПК РФ).
Боле того, по смыслу п.13 Постановления Пленума ВС РФ от 24.07.2008 года №11 «О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству» во всех случаях, когда по обстоятельствам дела необходимо выяснить психическое состояние лица в момент совершения им определенного действия, должна быть назначена судебно-психиатрическая экспертиза, в том числе и при рассмотрении дел о признании недействительными сделок по мотиву совершения их гражданином, не способным понимать значение своих действий или руководить ими.
Для разрешения вопроса о психическом состоянии ФИО1 на момент составления им завещания *** судом назначена судебная посмертная судебно-психиатрическая экспертиза, производство которой поручено экспертам ОГБУЗ «Тамбовская психиатрическая клиническая больница».
Согласно заключению комиссии экспертов ОГБУЗ «ТПКБ» ***-А от *** ФИО1 на момент составления и подписания завещания от *** обнаруживал признаки хронического психического расстройства в виде шизофрении, параноидной формы, с непрерывным типом течения и выраженными изменениями личности (эмоционально-волевой дефект личности). Об этом свидетельствовали данные анамнеза о проявлении у него в период военной службы примерно с 1980 года психических нарушений, комиссование из армии, лечение у психиатров с 1985 года с диагнозом: психопатические черты личности со склонностью истерическому формированию, с последующей социальной дезадаптацией, неадекватным поведением, постепенным формированием систематизированных бредовых идей преследования, лечение у психиатров с диагнозом: паранойяльное развитие личности, присоединением в 1995 году слуховых галлюцинаций, выявленные при стационарном обследовании в 1995 году бредовые идеи преследования, воздействия с утратой критики, характерные для шизофрении нарушения мышления «паралогичность, вычурность», признание его нетрудоспособным с диагнозом: шизофрения, параноидная форма, приступоборазно-прогредиентное течение. Как видно из медицинских документов в последующем течение психического заболевания ФИО1 приняло непрерывный характер с нарастанием изменений личности по шизофреническому типу (эмоционально-волевой дефект личности), он был признан инвали*** группы бессрочно, постоянно принимал амбулаторное лечение нейролептическими препаратами, был бездеятелен, «эмоционально выхолощен», у него определялись «парабулия» (извращение волевой активности), нарушения мышления «непоследовательность, паралогичность, расплывчатость, склонность к резонерству». С 2020 года у него так же отмечались психиатрами «дефект» личности, «снижение эмоционально-волевой сферы», аморфность, паралогичность мышления, «говорит нелепости», «пользуется уходом родственников». Указанные нарушения психики в 2020 году лишали ФИО1 способности понимать значение своих действий и руководить ими в юридически значимый период ***.
В силу ч.3 ст.86 ГПК РФ суд оценивает заключение эксперта по правилам, установленным в ст. 67 ГПК РФ, то есть по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, а так же с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, как каждого доказательства в отдельности, так и в их совокупности.
Исследовав выводы заключения, у суда отсутствуют основания, вызывающие сомнения в правильности данной судебной экспертизы, поскольку экспертиза проведена комиссией экспертов ОГБУЗ «ТОКБ», то есть государственной организацией, при этом проводившие ее эксперты имеют необходимый стаж и опыт работы, а также квалификацию в данной области (л.д.76). Кроме того, эксперты предупреждены судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, в распоряжение экспертов были предоставлены все медицинские документы о состоянии здоровья ФИО1, экспертами было учтено имеющееся у него заболевание, а так же степень его влияния на способность понимать значение совершаемых действий в спорный период.
Заключение содержит подробное описание произведенных комиссионных исследований, сделанные в результате их выводы и научно обоснованные ответы на поставленные вопросы.
Каких-либо иных доказательств, опровергающих заключение экспертов, а равно выводы о наличие у ФИО1 в юридически значимый период хронического заболевания, объективно препятствующего его способности понимать значение совершаемых действий, судом не установлено, а сторонами представлено не было.
Предусмотренных ст.87 ГПК РФ оснований для назначения по делу повторной экспертизы, суд не усматривает, ввиду отсутствия сомнений в правильности выводов посмертной судебно-психиатрической экспертизы, а лицами, участвующими в деле таковых ходатайств, не заявлялось.
Судом исследованы письменные пояснения нотариуса г. Тамбова о том, что ФИО1 в момент составления завещания не обнаруживал каких-либо особенностей и странностей в поведении. Тем не менее, нотариус г. Тамбова ФИО9, хотя и действуя в пределах своей компетенции, объективно не является специалистом в области психиатрии, в связи с чем оценка состояния ФИО1 произведена нотариусом исходя из состояния ФИО1 именно в момент его обращения.
Поскольку завещание является односторонней сделкой, к нему применяются правила о недействительности сделок, предусмотренные гл.9 ГК РФ.
В силу положений п.1 ст.166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (п.1 ст.167 ГК РФ)
В соответствии с положениями п.1 ст.177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.
Разрешая спор, суд приходит к выводу о том, что в момент составления завещания ***0 от *** ФИО1, будучи дееспособным, фактически находился в состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, поскольку обнаруживал признаки хронического психического расстройства в виде шизофрении, параноидной формы, с непрерывным типом течения и выраженными изменениями личности.
Таким образом, завещание ***0, составленное ФИО1 ***, следует признать недействительным по основаниям, предусмотренным положениями п.1 ст.177 ГК РФ, что влечет за собой удовлетворение требований истца ФИО2
Вместе с тем, каких-либо оснований для применения последствий недействительности сделки суд не усматривает, поскольку на момент принятия решения свидетельство о праве на наследство в отношении имущества ФИО1 ответчику нотариусом г. Тамбова выдано не было, в том числе за ответчиком ФИО5 не производилась регистрация права собственности на спорное жилое помещение.
Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО2 к ФИО5 о признании завещания недействительным удовлетворить.
Признать недействительным завещание серии ***0 исполненное ФИО1, *** года рождения, удостоверенное нотариусом *** ФИО9 *** на основании которого все имущество наследодателя, в том числе и квартира по адресу – ***, завещано ФИО5, *** года рождения.
Разъяснить, что в соответствии с положениями ч.2 ст.199 ГПК РФ составление мотивированного решения суда может быть отложено на срок не более чем пять дней со дня окончания разбирательства дела.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Тамбовский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Судья М.В. Акульчева
Решение суда изготовлено в окончательной форме 16.08.2022 года.
Судья М.В. Акульчева